Дихотомия

Глава девятая, в которой виден свет

Гвоздь с хрустом вошёл в половицу. Перехватив крепче молоток, я вогнал его в доску пятью ударами. Теперь, глядишь, он ещё не скоро выскочит во время очередной хандры Фреда. Вытерев со лба пот, надавил что есть силы на деревянное перекрытие. Встала намертво. Пришлось израсходовать все гвозди, которые удалось найти, но результат того стоил — никто больше не споткнётся в гостиной, разрывая подошвы сапог. Фрол, так и вовсе, продырявив ботинок, вынужден был перепрыгивать между лужами, опираясь на правую стопу. И одна ошибка стоила ему промоченного носка левой ноги, что нередко приводило к внезапной простуде. Лечение в банде не практиковалось, а потому, пролежав несколько дней в горячке, он с опаской приглядывался к набухающим тучам за окном.

— Будет дождь, — изрёк тот.

— Что ставишь? — встрепенулся Лерой, находя повод для спора.

Он уже успел проиграть не только все свои деньги, которых было не так уж и много для бродячего мальчишки, но и часть общих вещей: спичечные коробки, полотенца, винные пробки, на которых ещё оставался аромат спиртного, и даже место у костра. Последнее особенно остро вспоминалось ему во время холодных вечеров. Спор, подкреплённый чем-то вещественным, был его страстью, и он ничего не жалел для своего увлечения. Оглядев себя с ног до головы, энергично добавил:

— Спорим на кофту! Выгодное предложение, а?

Фрол помотал головой, зная, к чему всё придёт — даже если на небе ни облачка, стоит Лерою поспорить на то, что дождя не будет, как сверху обязательно грянет катаклизм, сопровождающийся трёхдневными ливнями. Лерой был не из тех, кто умел выигрывать. Сама судьба ставила себе целью обвести мальчишку вокруг пальца. Но не успел Лерой прибавить к кофте оставшуюся пару обуви, носки и штаны, как за окном полился дождь. Сделка сорвалась. Лерой тихо выругался.

— Вы чего сидите?! На улице дрова мокнут, нужно перенести их в дом! — закричала Кассандра, выбегая из кухни с тушкой курицы. Голова птицы, свёрнутая набок, тряслась в её руках.

— Идём, идём, — нехотя ответил Фрол, выскакивая наружу.

Я пошёл следом, чувствуя, как Лерой дышит мне в спину. Со мной он ещё не заговаривал, но догадаться, какими будут первые его слова, было несложно. Единственное, что удерживало спорщика от того, чтобы избрать меня жертвой — удручающая бедность. Иными словами, едва ли я был достоин спора…

Во дворе вовсю поливал дождь. Схватив ближайшие поленья, мы рванули обратно, бросая их при входе. Нельзя допустить, чтобы дождь промочил дерево, сделав запасы непригодными для костра. Тогда не видать шайке ни ужина, ни тепла, ни спокойствия Кассандры.

— Дождь усиливается, а вокруг ещё полно дров, которые только успели нарубить! Нельзя позволить им промокнуть! — подгонял нас Фрол, совсем не заботясь о том, какой именно ногой он попадает в лужу.

Лужи были везде. И наши капюшоны, откинутые назад, тоже походили на лужи. Собирая прохладную воду, они впускали ледяные струйки за пазуху, заставляя невольно съёживаться. Земля превратилась в грязь. Ноги проваливались в бурое месиво, хлюпающее в подошве. Руки наливались свинцом, в попытках унести как можно больше брёвен. А уж про нашу спортивную подготовку и говорить не стоило. Её не было.

Вспыхнула молния, сопровождаемая громовым взрывом, отчего Фрол кубарем полетел вниз. Выронив брёвна, он уже готов был поцеловать землю, но я успел выставить Тень. Зависнув в воздухе, Фрол с ужасом осматривал тёмные сгустки, удерживающие его от падения. До нашего слуха долетели чужие шаги.

— Вивиан! Старшой! — приветствовал Лерой, с улыбкой до ушей встречая гостей.

Хотя уж гостями они точно не являлись. Кто угодно, но не они.

— А этот что здесь делает? — спросил Старшой, при виде меня хмуря брови.

— Есть разговор, — ответил я, собирая вокруг Тени.

Фрол резко вскрикнул, сопровождая падение смачным шлепком. Никто, кроме меня не заметил, как Вивиан улыбнулась. Её влажные волосы мягко касались плеч.

***

Кассандра поставила перед нами кружки, над которыми вился густой пар, и взяла в руки широкий мачете. Лезвие было обагрено засохшей кровью. Будь курица жива, от одного только вида кухарки, у неё бы отказало сердце. Но жизнь смилостивилась — той всего лишь свернули шею. Специально в отличие от старика с рыбных доков, случайно споткнувшегося на ровном месте. Так ведь всё и было? И неважно, что померещилось с усталости… Мало ли неожиданностей случается вокруг нас ежедневно?

— Не отравлен, — бросил Старшой, замечая мой недоверчивый взгляд.

Кивнув, я поменялся с ним кружками, только после чего сделал глоток. Старшой рассмеялся, отпивая в ответ.

— Ты начинаешь мне нравиться. Кажется, я понимаю, что в тебе нашла Вивиан.

— Я же говорила, что он вернётся. Не обязательно устраивать такие фокусы…

Главарь шайки постучал указательным пальцем по столу. Проткнув его ножом, он и то произвёл бы меньше.

— Проверка никогда не бывает лишней…

Внутри меня закипала злость. Неожиданная ярость навалилась, будто из ниоткуда.

— А красть рыбу, пока я в отключке — тоже проверка? В таком случае даже не знаю, удачно ли я её прошёл, с учётом того, что за мной теперь охотится городская Стража!

Глаза Вивиан и Старшого широко раскрылись. Переглянувшись, Вивиан опустила взгляд, прикусив губу. Старшой прочистил сухое горло.

— Уверяю тебя, что не знал об этом. Виновные будут наказаны, — сказал он примиряющим тоном. — Обыкновенно мы избегаем таких ситуаций. Наше дело скромное — брать там, где пропажа будет едва ли заметна.

— Само благородство! Воруете у богатых, отдавая бедным? — огрызнулся я, не замечая, как Тень под моими ногами угрожающе расплывается, захватывая всё больше пространства.

Взяв себя в руки, я глубоко вздохнул. Тень исчезла.

— Речь не о благородстве. Нам не нужны проблемы, и тем более со Стражей. Наша цель — зажиточные граждане да мелкие ремесленники, которые могут себе позволить полегчать на кошелёк, но, чтобы посягать на жизнь или мелькать перед законом… Не в наших правилах.

— В любом случае это уже произошло, — махнул я, возвращаясь к теме. — Я потерял работу, а мне сейчас очень нужны деньги… И теперь, когда Стража меня разыскивает, мне нельзя лишний раз светиться. К тому же если меня поймают, то строить из себя героя я не стану…

Тень вновь обрела силу. Я ощущал возраставшую мощь. Старшой побагровел. Он был из того типа людей, с которыми нельзя вести переговоры начиная с угроз. Покрайней мере, если вам дорога ваша жизнь…

Дверь на кухню резко отворилась, впуская запыхавшегося Фреда.

— Беда, Старшой! Фрол попал в передрягу.

***

Аделаида в последние дни была на взводе. Оно и не удивительно: болезнь матери, отстранённость Демиана, а теперь вот и эти трое, сидевшие за крайним столиком. Терпение старшей сестры рода Тэнроков истекало быстрее, чем время в песочных часах.

— Пинту эля, да поскорее! — щёлкнул пальцами Страж, вскидывая бровь в сторону Ады.

И так всегда. Стоит мужчинам влить в себя хмельного, как их кровь вскипает, развязывая языки. Вот только если обычного пьянчугу можно пресечь колкими фразами, то со Стражей это сулит большие неприятности. Ада проходила подобное множество раз, и хозяева заведения настрого запретили ей вступать в конфликт с власть имущими.

Поклонившись, Ада спешно направилась к барной стойке, ловя встревоженный взгляд Хмеля. Не только она была не в духе. Старший из братьев тоже чувствовал неладное.

— Будь с ними пообходительнее, дорогая, — сказал он, протирая бокалы. — На этой неделе они, как с цепи сорвались. Грядёт буря, а значит, нужно запастись терпением и дюжиной бочек светлого нефильтрованного.

— Бесят.

Хмель вздохнул, разглядывая чистые бокалы. Он не находил себе места, когда работа была выполнена. Потребность в ней вынуждала его закрывать на это глаза и вновь браться за тряпку, полируя и без того начищенную барную стойку до ослепительного блеска. Так он справлялся с тревожностью. За недавние два дня свежий лак потрескался от усилий. Хмель совсем потерял сон.

— Всё из-за сгоревшего постоялого дома. Давненько в Люмерионе не происходило таких событий, вот они и патрулируют харчевню. Одно радует — карманы наполняют…

— А других гостей отпугивают, — настаивала Ада, замечая, как один из Стражей, пыхтя и сопя, неотрывно держит взгляд на её заднице. — Постоянники, и те, стоит им только зайти в заведение, как тотчас вспоминают, что забыли дома погасить свечу.

— Терпение, милая Ада. Буря не может длиться вечно. Вскоре они найдут поджигателя и оставят нас в покое. А пока старайся чтобы слуги Закона не вышли из харчевни на своих двоих. Пусть напиваются до умопомрачения, выползая отсюда на четвереньках. Сделаем так, чтобы чуточку городских налогов магическим образом перетекло обратно в руки простых граждан…

Аделаида кивнула. Её до жути утомили похотливые взгляды, но работа есть работа, и её заключалась в том, чтобы посетители покидали заведение сытыми, пьяными, и главное — довольными. А потому, взяв поднос с наполненными кружками, она направилась к столику. Сейчас, когда матушка не вставала с постели, ей следовало трудиться ещё усерднее, в особенности после… После того как она потеряла существенную часть заработка, которую от всех держала в секрете. Пусть напиваются, лишь бы не узнали, что незадолго до пожара она также была в том постоялом дворе…

Дверь в харчевню резко открылась. На пороге возникли воины в белых с золотыми нашивками плащах. За их спинами раздалось ржание лошадей. Пить гости явно не собирались.

— Г…. Гвардия? — скорее спросил, чем приветствовал, вскочивший Страж.

Пошатываясь, он был близок к тому, чтобы удовлетворить желание Хмеля: мир потерял чёткость, а вместе с ним исчезла и опора под ногами. Реальность требовала опереться на дружное плечо товарища. Вот только… Остальные застыли в тупом недоумении.

— Она самая, — ответил вошедший, презрительно осмотревший осунувшихся воинов, пребывающих на посту. — Что вы здесь делаете?

— Э-э… Проводим расследование, — прозвучал ответ.

— И как часто?

— Денно и нощно. Вот и сегодня…

— Совсем себя не жалеете, как погляжу, — тот скривил рот в усмешке, а затем добавил. — Что удалось выяснить? Кто подозреваемые?

Повисло молчание. Информации было либо так много, что требовалось известное время на подготовку ответа, либо наоборот… Как говорится, в процессе работы.

— Мы докладываем напрямую Командиру. Таков приказ.

Понимая, что зря тратит драгоценное время, Гвардеец кивнул. Потеряв к Страже всякий интерес, он степенно проследовал к барной стойке. Вид у него был как у человека, нагрянувшего с годовой проверкой в сердце теневой торговли.

— Мне нужно поговорить с хозяином заведения. Немедленно.

Расплывшись в елейной улыбке, не выпуская из рук чистый бокал, Хмель ответил:

— Он перед вами. Чем могу быть полезен?

— В связи с недавним инцидентом мы вынуждены временно закрыть харчевню до особого распоряжения.

Хмель насупился. Такое с ним бывало впервые. Двери его заведения были открыты в лютую метель, ядовитый дождь, смертельный туман и даже галлюциногенные ветра. Казалось, весь мир рухнет, но в харчевне Хмеля и Солода по-прежнему будут наливать пинту эля случайному путнику.

— И чьё же это особое распоряжение? — отчеканил он каждое слово, поднимая налитые кровью глаза.

— Короля.

Бокал в руке Хмеля разлетелся вдребезги. Наступила гробовая тишина.

***

Некоторые события отрезвляют не хуже ледяной воды, выплеснутой в лицо.

Фрол смог привести меня в чувство, заставив вновь обрести контроль над собственными эмоциями. К тому же в достаточной степени оригинально, а именно: полным своим отсутствием.

— Фрол попал в передрягу, — повторил Фред, находясь в шаге от того, чтобы впасть в состояние, когда был не в духе.

Я ощутил предвестник плохого настроения в поднятом над нами чайнике. Вивиан вздёрнула бровь, приземляя его обратно на стол. Старшой медленно поднялся со стула, подошёл к распахнутой двери, и проверив, что коридор пуст, плавно закрыл её.

— Рассказывай, — приказал он, будто речь шла не о члене его банды, шайки, стайки, будь они неладны в своих названиях, а о прогнозе погоды.

Фред от волнения стал задыхаться, пытаясь набрать недостающего воздуха в лёгкие. Ему явно не хватало самообладания, и, кажется, я понимал, почему его старались лишний раз не беспокоить. Неизвестно, что случится с металлическими вещами вокруг, если у него совсем сорвёт крышу. Вивиан спокойно подошла к Фреду, положила руку ему на плечо и сказала:

— Присаживайся, глотни чай и докладывай, как всё было. Медленно и по порядку.

Я не поверил своим глазам. Фрол оказался в беде, а они предлагают Фреду выпить чаю? Может, и вовсе беседу на завтра перенесём, чтобы вечер не портить?

Но Вивиан взглядом призвала меня даже не заикаться, когда я уже думал было открыть рот. В конце концов, у них, как известно, свои правила… Сделав глоток, Фред заговорил:

— После того как Фрол упал в грязь, — взгляд присутствующих обратился на меня с немым укором, — мы отправились к реке, чтобы сполоснуться. Сами представляете, сколько пришлось бы перевести воды, попытайся он отстирать одежду в бадье.

Фред повторно отхлебнул из кружки. Уняв дрожь в голосе, тот сбивчиво продолжил.

— Поначалу всё было спокойно. Я встал на караул, как положено. Фрол долго полоскал кофту со штанами, пока не позвал меня окунуться в реку. Я, конечно, отказался, ведь неизвестно, что водится в наших реках… Стоило мне повернуться к Фролу, как позади раздались тяжёлые шаги, и на дороге показались они.

— Стражи? — уточнила Вивиан.

— Не только. С ними был человек в белом плаще! Я впервые такого видел, а потому очень разнервничался… Повернулся к Фролу, но воздух в горле перехватило и я… В итоге мне пришлось…

— Скрыться.

Фред потупил взгляд, опустив голову. Плечи его затряслись.

— Скрыться, — выдохнул он, хватаясь за волосы.

Вивиан положила раскрытую ладонь на плечо Фреда. Мы со Старшим переглянулись, развивая каждый свою мысль. В тот момент мне казалось, что мысль у нас одна, но стоило Старшому заговорить, как я тотчас понял, насколько велика была моя ошибка.

— Ты не виноват, Фред. Предупреди ты Фрола, и вас схватили бы обоих. Человек в плаще намного опаснее Стражей. Гвардейцы недавно появились в Люмерионе и нам пока неизвестно по какой причине. Нельзя иметь с ними дело… Будь там только Стражи, уже стало бы опасно влезать в ситуацию, но наличие гвардейца всё усложняет.

Фред замотал головой, будто сбрасывая с себя что-то.

— Но не можем же мы его бросить гнить в тюрьме?! Сам ведь знаешь, что с ним будет, как с беспризорником. Порядочные граждане в реке не купаются! Нам нужно… Нам следует…

В глубокой задумчивости описав зрительную дугу, Старшой осушил кружку с остывшим чаем, вынося заключительный вердикт:

— Понимаю. Не меньше твоего желаю вытащить Фрола из беды, но нужно думать не только о нём. Ты знаешь наше правило, если…

— Если возникает угроза шайке, то мы избегаем её любым способом, — закончил тот.

— Верно, Фред. Любым.

Вивиан не поднимала головы. Подними она её, то обязательно бы распознала моё замешательство. Слова зрели глубоко внутри, превращаясь в отборный трёхступенчатый мат, но нечто подсказывало, что бессмысленно сейчас тратить время на разговоры.

Вскочив из-за стола, я отмахнулся:

— Вот и хорошо, что я не в шайке. Вы как хотите: сидите здесь, а я пойду за Фролом. Пусть мы и знакомы второй день, но вот так бросать его в беде — хуже, чем предательство. Товариществом здесь и не пахнет.

Я ожидал какой угодно реакции от Старшого, но увидел только следы невыразимой усталости. Опустив плечи, главарь банды глубоко выдохнул. Заскрипел стул. Поднялась Вивиан.

— Я пойду с тобой, — уверенно произнесла она. — И будь что будет. В случае опасности я смогу незаметно скрыться. Да и Демиан не один из нас, так что большого вреда, если его схватят, не будет. Разве что придётся искать временное убежище…

Лицо Фреда посветлело. Он раскрыл было рот, но осёкся, ужаснувшись тому, что хотел сказать. Чайник задрожал.

— Значит, решено. Выдвигаемся, — кивнул я, направляясь к двери.

— Постойте! — крикнул Старшой, когда мы уже оказались в коридоре. — Если уж решили нарушить приказ, то одних отпустить вас я не могу. Фред, предупреди наших, чтобы организовали караул вокруг базы. Последствия вылазки будут непредсказуемы.

***

Если бы неделю назад мне сказали, что я стану преследовать Стражей во главе с Гвардейцем, то увидели бы, как крутится палец у моего виска. Если бы пять дней назад мне сказали, что я делаю это не один, а в компании уличных оборванцев, то, ударив ладонью по щекам, я попытался бы проснуться. Если бы несколько дней назад мне сказали, что всё это рвение из-за какого-то мальчишки, то смех мой был слышен в конце самой длинной улицы.

— И какой у нас план? — на ходу бросила Вивиан.

— Для начала — догнать Стражу. Вероятнее всего, они направляются в казарму — на углу Спального квартала. По прямой мы не успеем, но если срезать через дворы, то…

— Сможем сократить расстояние вдвое, оказавшись перед борделем, — закончил я, мысленно прокладывая маршрут.

Старшой кивнул, набирая в грудь воздуха. Свернув за угол, наша спасательная группа выстроилась в ряд, пробегая под окнами заколоченных домов. Когда-то здесь свирепствовала Серая Хворь, и до сих пор, не все дома были заселены. Даже низкая арендная плата не служила стимулом к возвращению в места, слывшие проклятыми. В груди защемило: я вспомнил матушку.

— Сюда, — не повышая голоса бросил Старшой. — Несколько поворотов направо. Будьте бдительны, мы почти на месте.

Короткий марш-бросок не то, к чему можно запросто привыкнуть. Лёгкие горели, а ноги наливались свинцом. Я запыхался.

— Бегаешь ты нечасто, — улыбнулась Вивиан, когда мы поравнялись.

— Предпочитаю красться.

— Тихо! — прошептал Старшой. — Впереди Стража. Решаем, что делаем дальше.

Прислоняясь к кирпичной стене в попытках отдышаться, я слабо усмехнулся:

— Есть одна идея, но она вам точно не понравится.