Она стояла у беседки, поставив руки в боки и таращилась, так, словно не ожидала меня здесь увидеть.
— Привет, ранняя пташка, — Тихон спустился с крылечка и тут же прижал к себе. Сжав ягодицы и талию, чмокнув в губы. — Как доехала? — поинтересовался, после того, как выпустил из объятий. — Проходи в дом.
Я стою, как в ступоре. В голове одна мысль, целовал ли он её этой ночью. От этих мыслей захотелось скорее прополоскать рот.
Надо скорее во всём разобраться и забыть, как страшный сон. Иначе я свихнусь.
— Нормально. Ты тут как? Как отдохнули вчера? Без происшествий? — сверкала натянутой улыбкой.
Поднимаясь по ступенькам, прокручивал в голове разговор и не знала, как расспросить о Лизе. Задать вопросы, а может молча показать видео? Там сразу все понятно будет. Делать и то и другое было страшно. Страшно разочаровываться в человеке, только начав ему доверять. Но молчать я точно не собиралась.
— Пойдёт, — пожал плечами, — рано ушел спать. Без тебя отдых, не отдых, — подошёл и обнял со спины. От каждого его касания словно током било. И совсем не в позитивном русле. — Да, что у нас может произойти, гуляли, пили, веселились, — прикусил кожу на шее. — Тебя очень хочет увидеть Настя, помнишь я тебе рассказывал о твоей подруге. Она тоже здесь с мужем.
Пока я думала, как начать разговор, всё само собой решилось. Тихон подошёл к шкафу, стянул футболку и повернулся ко мне спиной с явными следами от ногтей на коже. Такими же, как на видео.
Взгляд буквально приклеился к красным полосам на теле. Как бы не внушала себе ночью, что всё неправда и Тихон мне верен, сейчас убедилась в обратном. Мои розовые очки треснули стеклами внутрь. Исполосовали до кровавых ран.
— Лу, ты чё так смотришь? — натягивает чистую футболку, прикрывая следы предательства.
— Зато ты смотришь, как ни в чём не бывало. Совесть крепко спит? — выплюнула ему в лицо.
— Не, понял? — в лице изменился, но голос оставался ровный.
— А что не понятного? Хочешь подробностей? Так лучше ты расскажи мне подробности ночных приключений, где так спину располосовал! — сделала шаг назад, когда он слишком близко приблизился.
— Ты из-за спины, что ли? — его брови удивлённо поползли вверх. — Да, это херня, кудряшка. Потом расскажу. Иди лучше ко мне, пиздец, как соскучился.
— Ну, кому херня, а кому начало конца, — оттолкнула его и гордо вздеонула подбородок.
— Какого, блять, конца? Не знаю, что ты там себе надумала, но если расскажу, ты поймёшь, что это не стоит вот этих разговоров.
— Не надо мне лапшу на уши вешать. Лизе своей расскажи. Кстати, не подскажешь, почему она здесь? Почему, ты мне не сказал, что она будет?
— Какой, в жопу, Лизе? Ты чего несёшь? — снова сделал шаг по направлению ко мне. — Она работает на нашей фирме. Мне дела до нее нет, а тем более интересоваться поедет она или нет.
— Ты мне не сказал?
— Зачем? Я с ней расстался.
Не успела отступить назад, Тихон подошёл вплотную и схватил меня за руку.
— Давай поговорим нормально.
— Не трогай меня! — пытаюсь вырваться. Не хочу находиться рядом, даже одним воздухом с ним дышать. — Руки убери!
С трудом вырвала руку. Тихон смотрел на меня шальным взглядом. С непониманием. Или же, так хорошо отыгрывал свою роль.
— Ты сейчас серьезно?
— Более чем! Зачем ты вообще меня начал преследовать? Один раз я уже для тебя умерла, сегодня был второй, — стояла напротив него и с силой сжимала и разжимал кулаки. — Никогда тебе не прощу.
В комнате резко поменялась атмосфера.
Хотелось всё крушить, ломать вокруг себя. Отхлестать его по лицу. Размещать, чтоб больше никогда на глаза мне не попадался. Какой-то ненавистью накрыло. Весь мир возненавидела.
— Чего ты мне не простишь? Чего, блять? — Тихон сорвался на крик и ударил кулаком о бревенчатую стену. — Что я сделал, что ты на меня сейчас всех собак спустила? Я за тобой, как пёс на привязи, готов у ног спать и с рук есть. Что произошло за одну ночь? Что, блять? Отвечай, Элла?
— Хватит из меня делать дуру! Я всё знаю! Ночью Лизу трахал, а теперь делаешь вид, что ничего не было, — после этих слов глаза очень сильно защипало. — Думал, не узнаю ничего?
— Знаешь, Лу. Я пиздец, как люблю тебя, — от услышанного ноги подкосились. Не в такой обстановке должно было произойти первое признание. Я ведь тоже планировала сказать ему здесь на отдыхе. — Но и гордость у меня не на подошве твоих кроссовок приколочена. Когда виноват, я извиняюсь. Но хавать беспочвенные обвинения не буду. Ты что думаешь, что у меня так яйца дымятся, что я буду во всех без разбора член пихать, пока тебя нет? — по моему взгляду он понял ответ на свой вопрос. — Пиздец, какой-то, — глухо произнёс, словно для себя и почесал голову. После этого обулся и молча вышел из домика.
Я осталась стоять, словно оплёванная.
Вот и поговорили. И как расценивать его побег? Пошёл к Лизе утешение искать? Убила бы!
Судорожно выдохнула, тоже вышла на улицу. Ко мне навстречу широко улыбаясь шла блондинка.
— Элла, — расставила руки по сторонах, собираясь обнять, — я так рада, тебя видеть.
Отшатнулась от неё в сторону, не давая заключить себя в объятья и побежала прочь. Нафиг всё. Никого видеть и слышать не хочу.
Села в такси, громко хлопнув дверью. Не успел водитель тронуться, как зеркале дальнего вида заметила Тихона. Он решительно шел к машине. Нас буквально пару метров разделяли.
— Поехали, пожалуйста, быстрее, — слёзно попросила, похлопав таксиста его по плечу.
Мужчина вдарил по глазам и резко сорвался с места. Когда выехали на трассу, я все же дала волю слезам. Случилось то, чего я так сильно боялась, когда только соглашалась на отношения с ним.