Дикая работа

Глава 3. По праву рождения

Северная Земля — группа больших и малых островов, разделённых с материком узким проливом. Даже летом здесь царит практически вечная стужа, создаваемая шапками ледников и суровым климатом Севера. Температура в самые жаркие месяцы поднимается не выше пяти-семи градусов, а холодные пронизывающие ветры продувают подтопленные фьорды насквозь. Впрочем, жизнь здесь всё равно имеется, несмотря на суровый климат.

Люди на островах всегда селились неохотно. Всё же для них здесь было слишком холодно. Опасное зверьё бродило и плавало в округе, к тому же тяжело добираться с материка. И строить что-то капитальное на голой скальной породе, зарастающей ледниками, никто так и не решился.

Эта земля определённо не любила человеческое общество… Но для этого была своя причина. На центральном большом острове на его западном берегу когда-то была построена и спрятана от посторонних глаз мороком высокая белокаменная Башня. Она стояла здесь уже очень давно, ещё до появления первых переселенцев, также не задержавшихся на острове. Словно какая-то невидимая сила отгоняла праздных любопытных от её стен. Впрочем, так оно и было. Строители Башни позаботились о том, чтобы надёжно укрыть её от любопытных глаз, и не только людских.

Если бы эти любопытные ещё могли её увидеть, мрачно усмехнулся Александр. Он расположился на крыше древнего здания, облокотившись о высокий парапет, и смотрел на волнующееся северное море. Башня не была его домом в обычном понимании, скорее своеобразной школой и местом, где можно отдохнуть и побыть в одиночестве, которого ему в последнее время сильно не хватало.

Когда-то наставник Котова привёл ещё совсем мелкого пацанёнка сюда и поведал, что Башня является законным наследством Александра, доставшимся ему по праву рождения. Котов сильно удивился этой новости, а Ларга открыл, что Башня принадлежала раньше древнему гиперборейскому императору, и тоже покорителю, чей род не прервался до сих пор. И он, Александр, является потомком этого рода, одной из многочисленных линий, которых плодовитый император в своё время наделал немало. Поэтому мальчик оказался до жути похож на своего древнего предка.

Во всяком случае, со слов же Ларги, у Лекши, как звали этого предка, тоже были светлые волосы и схожие черты лица. Очень схожие, даже наставник поражался, насколько Александр похож на своего прародителя. Но отличия между ними всё же имелись, и немалые. Например, глаза у Лекши были синие, в зависимости от настроения менявшие свой цвет на более тёмные оттенки. У Александра они от рождения тёмные, цвета тяжёлых грозовых туч, с серовато-сизой короной вокруг зрачка, становящейся практически чёрной, если он злился. И в их глубине всегда игрют маленькие белые и жёлтые искорки, похожие на миниатюрные молнии. И кроме всего прочего, он был явно сильнее своего прославленного предка. И физически, и духовно, и стихия открылась ему к двадцати четырём годам гораздо глубже, чем Лекше за всю его жизнь. Но этого никто не видит почему-то, к немалой досаде Александра.

Котов не раз рассматривал изображения Лекши на голограммах, или картинах, пытался отыскать что-то общее с собой любимым, и никак не мог понять, что же другие в них видят похожего? Да, в лицах обоих есть что-то родственное, но, по мнению самого Александра, он был слишком скуласт, с прямым и злым взглядом, который даже сравнивать смешно с мечтательным и открытым взором Лекши. К тому же, Лекша был белокожим, а Александр легко переносил любое солнце, быстро подстраиваясь под уровень радиации. Кожа его имела светло-золотистый оттенок, становясь от загара смуглой и тёмной. Были бы у Александра чёрные волосы и глаза более узкие, его вообще можно было бы за какого-нибудь индейца принять…

Вот Анастасия — иное дело. Она тоже являлась потомком древнего покорителя, но уже по другой линии. И, по мнению Александра, она всё же сильнее походила на их общего прародителя. Такие же большие и мечтательные синие глаза, доброе лицо с чисто славянскими чертами, высокий рост и копна белых длинных волос, опускающихся почти до бёдер. Единственное, она не была покорителем, и вообще не имела никаких способностей к стихии. Но, тем не менее, Настя пока была единственным человеком, кому разрешили навсегда остаться в Белом Городе. Потому что она сильный инквизитор. Очень сильный. Настолько, что Ларга сделал всё возможное, чтобы Совет Старейшин, не терпящий людей в своих владениях, не выдворил девочку из Города. И более того, самины сделают всё возможное, чтобы продлить её жизнь и, соответственно, служение.

Александр, несмотря на свои выдающиеся способности, так и не смог там остаться. И вряд ли ему кто-то захочет продлить век. С ним самины ограничились несколькими годами живодёрских тренировок и бессрочным контрактом на работу. Надо же, ещё пару лет назад он и подумать не мог, с каким разочарованием будет вспоминать тот день, когда согласился «поработать» на них…

Он надеялся, что вместе с такой технически продвинутой расой и его способностями к покорению, они быстро освободят захваченные врагами территории и города людей, куда пробивается чуждая погань, как вездесущая зараза. С каким воодушевлением он принялся за эту работу, с каким остервенением начал метаться по планете, как ошпаренный в одно место.

Но время шло, год проходил за годом, но ситуация не спешила меняться в лучшую сторону. И вообще не спешила меняться куда бы то ни было. И чем больше он старался сделать, тем яснее видел, что все его усилия тонут в бездонной яме, всё больше напоминающей трясину, куда постепенно затягивало и его самого.

Самины стремились избавить мир от враждебного присутствия его бывших хозяев, но только свой мир. До людей им не было дела, как и до их бед. А спустя пару лет этого самого дела не стало и Александру. Он устал, просто выдохся метаться по планете, стремясь что-то кому-то доказать, но кому и что, сам не мог понять.

За эти годы Александр достаточно насмотрелся и на людей, и на их жизнь. Понимание, что он не сможет жить «как все нормальные», всё больше отталкивало его от собственного народа. А то что ему никогда не встать в один ряд даже со слабейшим воином самином, окончательно ставило Котова в положение одиночки.

Снизу донёсся протяжный волчий вой, разнёсшийся над небольшой равниной, словно предупреждая засыпающий мир: Хозяин этих земель вернулся и будет защищать свои владения от любого посягательства. С другого конца ледника донеслось гортанное рычание, перешедшее в сердитый рёв. С северного острова изредка забредал к жилищу Котова белый медведь, но обычно близко не подходил, чувствуя человеческий запах. Разумная осторожность заставляла мохнатого пока что держаться подальше от своих главных конкурентов на этой земле. Но совсем отступать медведь не собирался, хотя и понимал, что шансов у него немного. А со стороны чёрных скал прислушивались к этому спору олени, двое взрослых и двое совсем молоденьких, но уже способных к длительным переходам. Когда пролив покроется прочным льдом, они вернутся на материк, а весной Александр вполне возможно увидит их снова на своём острове, неподалёку от Башни. Это лето для них выдалось сытым, а Белый Дух надёжно охранял от посягательств косолапого.

Даже среди оборотней он был чужаком, вернулись мысли в прежнее русло. Странным, непонятным и оттого нежеланным, с невольным унынием подумал Александр, высматривая внизу Белого. Но среди снегов волк становился настоящим невидимкой, а у Котова был не настолько острый глаз, чтобы на большом расстоянии и в сумерках отличить белого зверя от такого же белого снега.

Зато у него оставались Башня, друзья и расположение наставника. Пока что они хоть как-то вытаскивают его из пучины разочарования и досады, которые с каждым прожитым днём становятся всё сильнее. Розовые очки давно разбились о проблемы и быт. Истребление врагов и потусторонних тварей, пролезших в их мир, в итоге не приносило в последние годы ничего, кроме усталости и отупения. А ещё страшного разочарования в собственной жизни. По праву рождения он получил эту Башню. По праву рождения он получил свои силы. И по этому же праву он получил ещё кучу долгов и проблем своего далёкого предка…

В ответ на эти мысли в груди неприятно заболело, не так как раньше, но словно напомнило о старой, ещё не зажившей ране. Краем глаза Котов заметил маленькую белую фигурку, стрелой несущуюся от чёрных скал, уже укрытых октябрьским снегом. Волк иногда вскакивал на большие покатые булыжники, высоко подпрыгивая и с разбега падая в глубокий снег, утопая по самую шею. Резвится. Александр невольно улыбнулся, наблюдая за этой игрой. Всю жизнь вместе и одновременно порознь. Сегодня Котов отпустил его свободно гулять по острову, разрешил даже в Башню не возвращаться, что, впрочем, волк и не собирался делать, гоняя по белой пустыне неясытей и мелких песцов. Может, даже медведя подразнить решит.

Солнце опустилось за ледники, зажигая снежные шапки кроваво-оранжевым светом с розоватым отливом. Каменные насыпи перед Башней, где ещё было относительно тепло из-за влияния покорителя, окрасились в чёрно-серое, погрузив весь двор в тень. Пришла осень, и на Севере начинались долгие полярные ночи. А сегодня ночь обещала быть особенной. Вскоре последний прощальный луч солнца скроется за ледником, и небо до самого горизонта раскрасится северным сиянием. Это чудо природы Александр предпочитал не пропускать. И не он один…

Снизу донеслись весёлые голоса. Оставив просторный тёплый корабль на побережье, к Башне направлялась небольшая группа, весело о чём-то беседуя. Их звонкие голоса разносились далеко в ночной тишине острова. Александр, отлепившись от парапета, отправился встречать друзей. Рута уже сбежал вниз и общался с Настей и Рашкой у порога, когда Александр вышел на улицу. На шее у покорителя тут же повисла Настя. Сколько же они не виделись? Месяца три точно прошло…

— Надо же, кто решил, наконец, вылезти к нам из своей норы! — к ним приближался высокий и мускулистый улыбчивый парень с круглой добродушной физиономией и озорными васильковыми глазами.

Он обнимал за талию и тянул за собой высокую черноволосую девушку с приветливыми чёрными глазами. У обоих густые волосы были заплетены в многочисленные косы и собраны назад цветными прочными шнурками, в знак супружества.

— Рага, — осуждающе посмотрела на мужа Алаи. — Нельзя же с друзьями быть таким грубым…

— С этим ещё как можно! — округлил глаза Рага, похлопав Кота по спине, отчего тот едва не слетел с невысокого крыльца.

— Я вас тоже рад видеть, — улыбнулся Александр, обнявшись с Алаи.

Затем он увидел ещё одну гостью, прилетевшую с ребятами и скромно державшуюся за спинами шумной компании. Девушка была невысокой, с хрупкой фигуркой и тёмными волосами, заплетёнными в одну-единственную косу до пояса, из которой выбивались непослушные вьющиеся локоны. Красивое личико с большими и блестящими чёрными глазами и полными алыми губами выдавало весь спектр её эмоций. Александру даже к воздуху не пришлось прислушиваться. Девица была очень смущена незнакомой обстановкой, всё время держась поближе к мужчинам, как потенциальным защитникам.

— Это ещё кто с вами? — удивлённо поинтересовался покоритель, переведя вопросительный взгляд на довольно ухмыляющегося Рагу.

— Не узнал? — ехидно поинтересовался великан, даже в человеческом облике он был почти на голову выше человека, достигая двух с лишним метров роста.

Александр, конечно, не был заморышем, и по меркам людей имел довольно высокий рост, метр восемьдесят пять, и хорошо развитое телосложение, ставшее неплохим результатом многолетних изнурительных тренировок, которые он не прекращал до сих пор. Ведь будет совсем печально, если его слопает какая-нибудь тварь только потому, что Котов когда-нибудь разленится и разжиреет, решив, что стихии ему вполне достаточно.

— А должен? — воззрел вопросительный взгляд на приятеля Александр.

— Иди сюда, Шайни, — ласково позвал девушку Рага, — познакомлю тебя с этим олухом.

Александр круглыми глазами уставился на подошедшую девушку, едва слышно и совершенно незнакомым голосом пролепетавшую:

— Здравствуй…

— Эм… привет, — криво усмехнулся Котов, отыскав взглядом Рашку, который до сих пор о чём-то болтал с Рутой. Затем спохватился и толкнул плечом двери Башни. — Ну, и что мы тут стоим? Заходите, народ, у меня уже всё готово.

Небольшая толпа ввалилась в тёплый холл. Александр поднял в здании температуру, чтобы саминам было не холодно. Хотя обычно держал не больше пятнадцати-семнадцати градусов, когда жил здесь продолжительное время. Ему было комфортнее в холоде, чем на жаре, отчего его приятели-самины приходили в самый настоящий шок, а Рута и вовсе обзывал Башню холодильником, где оставалось только повеситься, как той несчастной мыши, потому что ко всем прочим бедам здесь ещё и еды было днём с огнём не отыскать. Котов совсем не заботился о запасах хоть какой-нибудь пищи, и зачастую посещения Башни для них были весьма голодным временем, когда Руте приходилось вспоминать о том, что он не только учёный, но ещё вообще-то воспитан и охотником, и рыбаком. В такие дни самин скрипя зубами почти добровольно лез в ледяное море, чтобы поймать им на стол хоть что-нибудь! Одно утешение, северные моря были богаты жизнью, и с рыбалкой никогда не возникало проблем.

Но к сегодняшнему вечеру Александр подготовился, ведь они с ребятами планировали его уже не первый месяц, с весны считай. Крыша с просторной смотровой площадкой укрывалась от пронизывающих ветров северных морей и ледников полупроницаемым силовым полем, согревающим попадающий в этот искусственный пузырь воздух. Почти весь восьмой этаж, а это несколько далеко немаленьких комнат с просторным залом в центре, где уже дожидался гостей накрытый стол, был отмыт и убран, став почти уютным, везде горели свечи в высоких канделябрах, создавая приятное приглушённое освещение. На прохладном седьмом этаже сохранялись запасы с едой и напитками, которых хватит не на один день, так что эта ночёвка в Башне обещает быть не только весёлой, но и сытой. Как в старые добрые времена, когда они учились здесь у своего мастера…

Все поднялись на восьмой этаж, а оттуда выбрались на ограждённую высоким парапетом крышу, с которой открывался потрясающий вид и на замерзающее море, и на ледники, но особенно — на небо, где уже начинался загадочный цветовой танец. Как-то незаметно Шайни оставили с Котом наедине, чтобы развлекал девушку. Рута с Рашкой сосредоточили своё внимание на Насте, Раге с Алаи лишние тем более были ни к чему, парочка отыскала себе укромный уголок у бойницы и просто обнималась, периодически прерываясь на любование горизонтом, где разгоралось зеленоватое свечение.

— На наше силовое поле похоже, — легко улыбнувшись, заметила Шайни, посмотрев на Кота. — Только светлее немного и это сияние…

— Говорят, что это ангелы танцуют на каком-то из своих небес, — улыбнулся Александр, — а полосы, какие мы видим здесь, это полы их одежд развеваются.

Девушка тоже улыбнулась, подняв голову и смотря на низкое чистое небо, до которого казалось было совсем недалеко, только руку протяни и коснёшься. Александр подумал, что девчонке человеческое обличье очень идёт. Чёткий профиль казался нежным и женственным, чёрные густые брови сходились к переносице, словно она думала о чём-то очень серьёзном. Шайни действительно думала, Котов это видел, но делиться своими мыслями с ним пока не спешила. Оно и правильно, усмехнулся он про себя, посмотрев на расцвеченное небо. Нечего с чужаками секретничать.

Прежней неприязни к себе он в Шайни больше не чувствовал. Более того, девушка была скорее смущена и обрадована. Это показалось странным, не перестарался ли там Рашка с уборкой? Но Кот решил не зацикливаться на этих мыслях. Если удастся с ней поладить, может, она уже не будет его гонять по пустякам. По дружбе.

— Красивая легенда, — мечтательно вздохнула Шайни, зябко поёжившись, затем посмотрела на Кота. — И здесь очень красиво. Это правда, что твои предки тут жили?

— Правда, — кивнул он. — Лекша хотел оставить Башню поближе к вашему Городу, чтобы она всегда находилась под защитой самин, и враги не смогли её обнаружить и захватить.

— Я читала о нём, — поморщила аккуратный носик Шайни, и подняла на Кота подозрительный взгляд. — У него был целый гарем из нескольких тысяч женщин. Зачем одному мужчине столько женщин?!

В её звонком голосе прозвучали нотки осуждения, заставившие Александра улыбнуться.

— Ну, он был очень любвеобильной личностью, — ответил Котов и накинул на плечи девушки тёплый плащ, — если истории не врут. К тому же у многих народов в те времена было распространено многоженство. Лекша, видимо, отставать не хотел. Ещё союзники из южных племён привозили ему наложниц в дар. Накопились жёны, — хмыкнул он, весело покосившись на возмущённую девушку.

— И как? — с подозрением глянула на него Шайни. — Помогало такое укрепление союзов??

— Судя по постоянным кровавым войнам в их краях, не очень.

Они помолчали, какое-то время просто любуясь изумрудными переливами в небесах. Затем Шайни снова нарушила паузу, покосившись на стоящего рядом Александра.

— Знаешь, Кот, — тихо начала она, едва заметно подвинувшись к нему, — ты совсем не похож на тех людей, южан. И на своего славного предка тоже, что бы там не говорил мастер Ларга…

— Спасибо, — искренне поблагодарил её Александр.

Её слова ему очень польстили. Хоть кто-то из самин не сравнивает его с Лекшей, видя лишь непомерную силу стихии и условное сходство физиономий. Хоть кто-то увидел в нём его самого… Это действительно было приятно.

— А это правда, что у людей принято дарить цветы? — поинтересовалась Шайни, вновь бросив на довольного парня косой взгляд и тут же отвела глаза в сторону, а её щёки залил густой румянец почти незаметный в темноте.

— Ну да, — просто ответил Котов, кивнув, — когда мужчина испытывает к женщине сильные чувства, то букетом цветов пытается привлечь её внимание к своей персоне. Бывают и другие поводы подарить цветы, но любовный всё-таки чаще многих, — усмехнулся он, весело покосившись на девушку, и саркастическим тоном добавил: — Да, у людей странные традиции, я знаю.

— Нет, почему же, — Шайни заметно смутилась, покраснев ещё сильнее. — Это интересно и… мило.

— Ну, тебе виднее, — добродушно рассмеялся он, — из нас двоих ты женщина. А мне вряд ли было бы приятно получить такой подарок…

— Ну, ты же парень! — рассмеялась Шайни, хлопнув его маленькой ладошкой по твёрдому плечу. — Подумала и тихо добавила: — Знаешь, Кот, ты совсем не похож на людей…

— А ты много людей видела? — усмехнулся он.

— Ты первый, — честно призналась девушка.

— Подожди, — нахмурился он, удивлённо посмотрев на неё. — А Настя? Она же человек. Чистокровный.

— И вовсе нет! — со знающим видом заявила Шайни. — Она не человек, а инквизитор. Иначе бы её в Городе не оставили.

Александр не нашёлся что ответить на такую логику и лишь улыбнулся, обняв Шайни за хрупкие плечики. Девушка тут же прижалась теснее, зябко ёжась и кутаясь в тёплый плащ. Надо будет Настёне рассказать, что её в Городе даже за человека не считают, подумал Котов, с улыбкой покосившись на темноволосую макушку.

— Не суди о людях по прочитанным историям, малышка, — серьёзно сказал он. — Не всегда написанное совпадает с тем, что произошло на самом деле. Лекша, конечно, был изрядным бабником, но искренне любить он тоже умел.

Шайни заметно смутилась и кивнула, они вновь вернулись к созерцанию неба, и больше девушка с ним не заговаривала о его странном предке, греясь в тёплых объятиях. Пока просто дружеских.

Кот этого не знал, а она так и не решилась признаться, что все годы их заочного знакомства, когда он только начал получать от неё задания, вечно сердитый и ворчливый человек почти сразу привлёк к себе её внимание. Но почему-то она никак не могла заставить его испытать по отношению к себе тот же интерес. Не помогали ей ни ехидные шуточки, ни подколки, на которые Шайни всегда была щедра, и они исправно приводили к порогу молодой язвочки толпы воздыхателей. Один Кот огрызался и ни в какую не желал идти знакомиться с ней, хотя бы из простого любопытства, что же там за малявка сидит и дразнит его. А Шайни начинала терять терпение, злиться и обижаться, подспудно продолжая надеяться, что их знакомство ещё состоится. Поневоле она начала оберегать Кота, стараясь выискивать для него квадраты полегче. Впрочем, он этой её заботы совсем не ценил, но здесь уже пришлось сцепить зубы и терпеть его неблагодарность, потому что гордая саминша не могла признаться даже себе, зачем это делает, не то что ему.

Когда северное сияние сошло на нет, они вернулись на этаж, в просторную залу, где дожидалось угощение. За столом рассказывали истории, девушкам травили байки о своих похождениях и наиболее интересных и смешных приключениях. Рага, заядлый любитель кинематографа, до последнего настаивал, чтобы Кот добыл им всем билеты на какой-нибудь новый фильм. На что все друзья заявили решительным отказом. Даже Александр с Настей не могли понять, что такого занимательного самин находит в чужих выдумках, зачастую настолько бредовых, что хочется лоб о ближайшую стену расшибить.

Во время посиделок Шайни вновь устроилась рядом с Котом, поглядывая на него томными глазами. Горячительные напитки, которыми все угощались, сделали её очень весёлой и общительной, и девушка начала откровенно строить ему глазки. Удивлённый такой резкой переменой в поведении Александр решил, что её пора укладывать спать, перебрала явно. Когда она снова залепетала что-то про цветы, отчаянно зевая при этом, Кот поднял девушку на руки и унёс на кроватку отсыпаться. Вернувшись к друзьям, он немного озадаченно поинтересовался у Рашки:

— Что-то нашу координаторшу совсем развезло. Может, не стоило привозить её? Как бы братцы её вам завтра за пьяную сестричку головы не открутили… И что она всё про какие-то цветы бормотала?

Рашка только отмахнулся, досадливо поморщившись:

— Не открутят, до утра проспится. А цветы? Я ей положил от твоего имени небольшой примирительный букетик, девушкам это нравится. Нужно же было как-то тебя реабилитировать в её глазах, а то ведь жизни не дала бы после такого знакомства. Она уже всерьёз планировала, как тебя завтра на какой-нибудь совсем далёкий участок отправит. Оно тебе надо? — красноречиво посмотрел он на замершего Александра.

Котов несколько мгновений молчал, переваривая услышанное и сопоставляя всё это с поведением девочки, затем поднял на друга злой взгляд:

— Рашка, ты совсем дебил?!

— Что?! — удивлённо расширил непонимающие гляделки этот тип.

— Ничего, — сердито проворчал Кот, — я ей такого нагородил про эти цветы дурацкие, она наверно подумала, что я к ней подкатываю. А всё благодаря тебе, сваха ты цветочная! — осуждающе глянул он на онемевшего друга.

— Ну, извини, — едва не прыснув от сдерживаемого смеха, сказал Рашка, — я же не знал, что у вас всё настолько далеко зашло!

— Прибить тебя, придурка, мало, — сварливо заметил Александр, отвернувшись от посмеивающихся друзей.

— Саша, ну, правда, нет смысла злиться, — по доброму улыбаясь, заметила Алаи. — Шайни уже давно хотела с тобой повидаться. Только она надеялась, что ты придёшь, как все нормальные поклонники…

— Угу, а ты упирался до последнего, — согласно кивнул Рага, синие глаза его весело блеснули.

— Да ну вас, — отмахнулся Котов, поднявшись из-за стола, — только ржать можете, кони…

Переночевать самины решили в Башне, корабль был надёжно замаскирован на берегу, так что никто его не найдёт, а утром спокойно полетят домой. Разместив друзей, Александр отправился к себе в спальню. По дороге его догнал довольный, как слон, Рага с масляной физиономией. Он молча пошёл рядом с человеком, косясь на него хитрыми синими глазами.

— Рага, мне не свойственно любопытство, зато я очень осторожный тип, — серьёзно посмотрев на друга, предупредил Александр. — Так что, если ты не хочешь сказать мне ничего важного, вали спать!

— И это близкий друг называется! — возмущённо фыркнул Рага, сокрушённо покачав головой и тяжело вздохнув. Но тут же показная печаль с него слезла, как ненужная маска, и он, толкнув Кота плечом, тихим довольным голосом проворчал: — Я же вижу, с Шайни вы поладили.

— Да, подружились, — кивнул Александр.

— Хах, ну это только начало, я надеюсь, — довольно заявил Рага, уже не сдерживая голоса.

— Что? — не понял Александр.

— Девочка от тебя без ума, пень, — серьёзно посмотрел на остолбеневшего Кота великан. — Вот и лови свой последний шанс! Вы же идеальная пара!! Она, как образцовая жена, будет гонять тебя из угла в угол… по всей планете, — заржал он, — а ты, как хороший муж, будешь исполнять каждое её слово!

— Какие у меня добрые и великодушные друзья, — флегматичным тоном заметил Александр. — Отзывчивые, главное. Больше ни о чём вас просить не буду…

Рага снова захохотал, похлопав его по спине, и, приобняв за плечи, как ни в чём не бывало продолжил:

— Пойми ты, остолоп, не нужно цепляться за миражи, когда тебе в руки плывёт реальное чудо. Ну она же чудо, согласись?

— Угу, чудесатое, — вздохнул Александр, мрачным взглядом смотря вперёд и молясь про себя, чтобы этот чересчур длинный коридор поскорее закончился. — Тема закрыта, Рага, иди спать.

— Я-то уйду! — округлил возмущённые глаза великан. — А вот ты останешься. Опять один! Этого добиваешься?

— Я ценю уединение, — просто улыбнулся Александр, с невольной радостью увидев впереди знакомую дверь своей спальни. — Всё, спокойной ночи!

— Всё-таки подумай о Шайни, — серьёзно сказал Рага уже у двери. — Ты ей понравился…

— Если понравился, — не менее серьёзно посмотрел на него Котов. — Пусть тогда меня завтра с тобой отправит на задание. Рута, честно, уже в печёнках сидит.

Рага блеснул белозубой улыбочкой и они распрощались до утра.