Глава 5

У вошедшего в бар парня были мышиные глазки и слабая растительность на верхней губе. Сдвинутая набок мятая клинообразная шляпа была немного велика для него, а грязные брюки распространяли запах мусорных ящиков.

— Привет, Педро, — сказал я и подвинул к нашему столику еще один стул. — Хочешь выпить?

— Нет.

— Деньги?

— Нет. Я ничего не хочу от вас. Мне сказали, чтобы я пришел. Я пришел. Что вы хотите?

— Садись.

— Я не сяду. Нет.

Я взял его за руку и принудил сесть.

— Садись и слушай.

Элен закусила губы и с нескрываемым возмущением взглянула на меня. Я улыбнулся.

— Он из того сорта людей, которые тебе по душе, Элен. Ты их защищаешь, используя свое влияние на подонков вроде Собела.

— Продолжай, Дип. Ты любишь издеваться над беззащитными людьми, которые заведомо честнее тебя…

— Благодарю, крошка. Я все более убеждаюсь, что ты действительно будешь безмерно радоваться, когда меня убьют. И вот наш друг Педро может пособить такому развитию событий. Не так ли, Педро?

— Я не знаю, о чем вы говорите. — Он сложил руки у себя на животе.

— Что ты собираешься делать, Дип? Зачем эта беседа?

Я неопределенно пожал плечами.

— Ничего особенного, Элен. Дело в том, что Педро собирается рассказать мне небольшую историю. Так, Педро?

Он отрицательно качнул головой.

— В таком случае, я тебе подскажу. Мне хотелось бы услышать, как ты нашел труп Беннета.

Рука Педро задрожала. Он бросил быстрый взгляд на дверь, его глаза округлились и, казалось, он стремится сжаться в своей одежде.

— Я…

— Продолжай, Педро.

— Я ничего не знаю о том, о чем вы спрашиваете… я…

— О'кей, парень. В таком случае прекратим игру. Попробуем пойти иным путем. Сунь руку в свой левый карман.

Мгновенно его рука опустилась в карман пиджака, нащупала его содержимое и в ту же минуту в его глазах блеснул страх. Педро дернулся и попытался улизнуть. Мне пришлось схватить его за руку.

— Что с ним? — удивленно спросила Элен.

— Ничего особенного. — Я многозначительно улыбнулся. — Просто хочу наставить парня на путь законности и порядка. Дело в том, что этот чурбан далеко не так прост, как тебе кажется. Он достает таблетки опиума и кое-кому их передает, за что получает вознаграждение. В его карманах порой можно разыскать даже пакетик героина. Но самое важно, что парень еще не испорчен до конца. Сама видишь, Элен, — он трясется, как осиновый лист, а значит, превосходно понимает, какой пакостью занимается. Через пятьдесят минут сюда придет коп и ему будет нетрудно довершить исправление. Я передам его с поличным, если, конечно, он не сможет рассказать нам нужную историю. А если расскажет то, пожалуй, сможет оставить у себя свои тюбики. Вот и все, Элен.

Она отодвинулась.

— Есть точное наименование людей, подобных тебе.

Я согласно кивнул.

— Итак, послушаем твой рассказ, Педро. До прихода копа осталось не так много времени, но ты можешь выбирать.

— А вы… вы никому…

— Не имею привычки пересказывать чужие секреты. Но время идет, Педро.

— Этот… Беннет. Я не убивал его. Он был уже там… Понимаете?

Я кивнул головой.

— Он был мертв. Это вы знаете? Я его не убивал. Он уже имел дырку вот здесь. — Указательным пальцем он ткнул себя в горло, в то место, где шея соединялась с туловищем. — Я взял у него часы, — продолжал он, — но это были не очень хорошие часы. За них я получил всего два доллара. Я взял его бумажник, в нем было только двадцать долларов, а в одном из карманов нашел еще десять долларов. Вот и все, что я взял… Затем я убежал. Я не думал, что кто-нибудь узнает об этом.

— Где бумажник?

— Выбросил.

— Где примерно?

— Думаю, что смогу найти.

— Ты найдешь его, Педро. Найдешь и будешь хранить у себя, пока я не заберу. Ты хорошо меня понял?

Он закивал головой.

— Я вас понял… А вы знаете…

Он заколебался.

— Да, я знаю, где ты живешь.

Он что-то забормотал, потом соскользнул со стула и исчез.

— Беннет был найден убитым в своей комнате… — недоуменно проговорила Элен.

— Дело в том, что его убили несколько раньше и в другом месте.

— Откуда ты это знаешь?

— Только один человек мог застрелить Беннета в его собственной квартире.

— Кто же это?

— Я, детка. Дело в том, что он испытывал патологический страх перед возможными случайностями. Это была одна из его маленьких слабостей.

— Ты подходишь к делу достаточно умно, Дип. — Она облизнула пересохшие губы. — Уже нащупал след?

— Не совсем.

— А зачем тебе бумажник Беннета? И часы?

— Ничем нельзя пренебрегать. Тем более, когда еще ничего не ясно. Это касается множества вещей. Вот, скажем, часы. Они имели на обратной стороне гравировку. Педро продал их Скорпу, который знал, что означает эта надпись.

— И что же?

— А вот что. Я купил эти часы в универмаге и выгравировал на крышке «Вену от Дипа». Это была дешевая вещица, но Беннету она нравилась. Так вот, по ту сторону Амстердам-авеню есть клуб «Скорпионы». Некоторые из тамошних подонков знали эту историю, а чурбан Педро не всегда был воздержан на язык. Понятно, что все дошло до моих ушей.

— А как ты мог догадаться о содержимом его карманов?

— Я не волшебник и догадаться не мог.

— И все же…

— У него в кармане появилось то, что мне было нужно. И появилось оно за несколько минут до его прихода сюда. Вот и все.

— Мне известно, что полиция твердо придерживается мнения, что Беннет был убит именно в своей квартире. Копы допросили немало людей.

— Ты забываешь свое прошлое, Элен. Ты не из высшего света, а из нашего квартала и должна знать, что эти подонки никогда не укажут точное время или место того или иного события, а наоборот — постараются сбить копов с толку.

— Тебя они тоже могут навести на ложный след.

— Могут. Но у меня есть голова. Одному я верю, другому — нет, а сказанное третьим проверяю.

— Представляю себе.

Подошел бармен и, вопросительно взглянув на нас, поставил на стол откупоренную бутылку «Сайлеко». Затем он двинулся дальше, медленно обводя зал своими умными, все понимающими глазами.

Минуты через две в бар вошел солидный мужчина. Все его движения отличались спокойной уверенностью. У порога он стряхнул плащ. В этот момент у его пояса блеснула сталь наручников и на секунду показалась лакированная кобура.

Он подошел к нашему столику и, не взглянув на Элен, сказал:

— Попрошу вас уйти, леди.

Ни слова не говоря, она поднялась и направилась в дамскую комнату.

— Достали? — спросил я.

Его пальцы скользнули в боковой карман пиджака, извлекли оттуда сложенные листы, подали их мне и принялись нетерпеливо выбивать дробь о крышку стола.

— Спокойнее, спокойнее. Отдохните, — сказал я и принялся внимательно просматривать принесенные бумаги.

Закончив изучение документов, я вытащил бумажник, извлек из него солидную банкноту и отдал все полицейскому, однако немного замешкался, поэтому Элен могла видеть, как он складывает бумаги и засовывает их в свой карман.

Как только он удалился, Элен подошла к столу, уселась и одарила меня уничтожающим взглядом.

— Подкупаешь? — тихо спросила она. В ее голосе чувствовалось отвращение.

— Разумеется, дорогая. Но не я выдумал коррупцию и не мне с ней бороться. Однако использовать это обстоятельство нужно… иногда. Только так можно делать некоторые дела. Если требуется что-то узнать, я пользуюсь силой или деньгами. Так или иначе, но я достигаю своей цели.

— Всегда?

— Да, всегда. И ты этого не забывай.

— А что на этот раз?

— Не очень много. Только официальный полицейский отчет об убийстве Беннета… Ну что, пойдем?

Мы поднялись. Бармен увидел деньги на столике и кивнул. Я взял Элен под руку. Когда мы стояли у выхода, поджидая такси, я чувствовал на себе ее взгляд.

— Дип…

— Да?

— Откуда ты прибыл?

— С чего бы этот вопрос?

— Потому что я многого не понимаю в твоем поведении. Ты являешься частью организации, чувствуется, что презираешь негодяев, подлецов. Однако я хорошо тебя знаю. Ты идешь по улице, и всякий понимает, что ты не такой, как остальные, к тебе нельзя относиться безразлично. Тебя можно либо любить, либо ненавидеть. Преступления — это твоя стихия. И все же в тебе есть что-то непонятное. Поэтому мне хотелось бы знать, откуда ты прибыл сюда? Что делал во время своего отсутствия?

— Меня удивляет, как столько вопросов могут уместиться в такой маленькой головке.

— Не вижу ничего смешного. Я слышала о завещании Беннета и знала, что ты должен прибыть через две недели после его смерти. Он был известным человеком, вероятно, не нашлось ни одной газеты, которая не поместила хотя бы короткого сообщения. И несмотря на это, тебе понадобилось четыре дня, чтобы приехать сюда. Где же находится место, дорога из которого заняла целых четыре дня? Где оно, Дип?

Вместо ответа я махнул проезжавшему такси, и оно остановилось у самого входа в бар. Я усадил Элен, прикрыл дверцу, и попросил ее присмотреть за Тилли.

Такси тронулось с места, но тут я увидел расширившиеся зрачки Элен и буквально в тот же миг инстинктивно дернулся в сторону и сразу почувствовал острую боль в левом плече. Понятно, что времени для размышлений у меня не было. Я даже не позволил себе обернуться к нападавшему и нанес удар, достаточный, чтобы заставить его зашататься и выронить занесенный кинжал.

Вторым ударом я отправил противника в лужу, а потом взглянул вслед отъезжающему такси, увидел прижавшееся к заднему окошку лицо Элен с округлившимися от ужаса глазами. Я махнул ей рукой и, кивнув на свое плечо, сделал успокоительный жест.

Действительно, я отделался неглубокой царапиной и дыркой в плаще.

Правая рука лежавшего Эла пришла в движение. Я наступил на нее.

Послышался хруст пальцев, и он взвыл…

Заметив за углом свободное такси, я направился к нему. Улица, с накинутой на нее сеткой дождя, была по-прежнему безлюдна. Только какая-то женщина позади меня принялась вопить и истошно звать полицию, да из дверей бара на секунду показалось лицо хозяина. Его это не касалось. Он ничего не видел и не слышал…

Загрузка...