Доверяю тебе

Глава 11

Еще не успела открыть глаза, а чувствую покой. Нет страха и паники. Потому как я дома, а не в съемной квартире, что находится в восьми часах езды отсюда. В дали от работы, учебы и самое главное — Владислава.

Перевернувшись на бок, вдыхаю знакомый и такой родной запах своей комнаты. Он не изменился за время моего отсутствия. Открыв глаза, замечаю, что и внешне в комнате ничего не изменилось. Тот же шкаф и стол, старенький компьютер, у окна мягкая кровать, на которой еле умещаюсь, на стенах персиковые обои. Как же я скучала по этому месту. Сейчас не хочется думать, что послужило причиной моего местонахождения здесь. Почему я сбежала, как последняя трусиха. Что успела натворить и во что ввязаться.

Потянувшись, перевернулась на живот и обняла подушку крепче. Так хочется спать! Приехала я рано утром с рассветом, по дороге не спала, и сейчас, идея проспать всю оставшуюся жизнь и никуда не выходить, кажется заманчивой. Хочется забыться и не думать ни о чем.

Не думать о Нем.

Не думать о том, что Нас больше нет.

— Сашуля, вставай девочка, я испекла пирог с брусникой! — послышалось за дверью.

Повернувшись в направлении двери, за которой находилась бабушка, улыбаюсь. Этот голос дороже и роднее всех на свете. Бабушка знает, как вытащить меня из кровати. От ее выпечки не смогу устоять, к тому же этот пирог мой самый любимый. Неохотно откинув одеяло в сторону, выбираюсь из постели, и отыскав шорты и футболку, натягиваю их. Хотелось еще поспать, но желание увидеть бабушку и отведать ее пирога — перебороло все же. Пока иду на кухню, по дороге наслаждаюсь аппетитным ароматов выпечки. Бабушка не заметила моего появления, пока нарезала пирог. Поэтому тихо я подкралась к ней сзади и обняла за плечи, сонно пробормотала:

— Ба, спасибо за пирог.

— Не за что, Сашенька! Мне кроме тебя готовить некому, наконец-то ты приехала! Неожиданно правда, но все же, — ласково ответила бабуля.

За пирогом она поведала о своем здоровье, новостях знакомых и соседей. Я же рассказала, как мне живется одной, как справляюсь с работой и учебой, о подруге Ксюше. Бабушка задавала бесконечное множество вопросов, я же радостью делилась всем. Дольше обычного я рассказывала о Ксюшке, у меня даже получилось изобразить ее ворчание.

Затронули мы все стороны моей жизни, кроме одной. Той, где Владислав занимает самое важное место, но обо всем, что было связано с ним, умолчала. А так хотелось поделиться с ней, спросить совета и заручиться поддержкой. Хотелось услышать о том, что я поступила правильно, все бросив и приехав сюда.

А еще, рассказать, как мы забавно, или скорее глупо познакомились. Как Влад проявил заботу и отвез в больницу, возился со мной, интересовался здоровьем, о первом и самом лучшем поцелуе. Но не стала, потому как, закончился бы рассказ тем, что пришлось признаться, по какой причине я сбежала от него и сижу сейчас здесь, напротив бабули.

Только, как бы не утаивала я от нее дела сердечные, чувствую, что бабуля видит мою нервозность. Складывается впечатление, что она просто ждет, пока я буду готова признаться в том, что беспокоит. Мы с бабулей, как лучшие подруги, никогда ничего не скрываем друг от друга всегда делимся о наболевшем. Знаю, она просто ждет пока я найду силы для ответов на ее вопросы. Которые она попридержит до подходящего момента. Так что остаток дня мы занимались чем угодно, только не обсуждали мои дела сердечные. Вместе приготовили медовый торт, занялись уборкой, и до позднего вечера смотрели «Москва слезам не верит».

Глубокой ночью, я снова проснулась от кошмаров. Как и всегда ранее, на мои крики прибежала бабушка, поэтому вырвавшись из сна, потная и испуганная, очнулась на ее руках.

— Тише, Сашенька, я с тобой, все хорошо, — повторяла она шепотом.

Успокаивая, она крепко обнимала за плечи и слегка укачивала мое дрожащее тело, до тех пор, пока я не пришла в себя. Так было всегда. Во время очередного кошмара, среди ночи она вбегала в комнату и прогоняла ужасы прошлого. В ее руках всегда безопасно. И успокоившись, под ее слова утешения и поглаживания, я засыпала снова.

Мне не дает покоя тот факт, что бабуля страдает вместе со мной. Каждый приступ переживает и не спит спокойно. Ей уже шестьдесят семь лет, это мне о ней нужно заботиться и помогать. Я же со своими тараканами не даю старушке покоя, заставляя беспокоиться обо мне, как о маленьком ребенке. Я люблю бабулю, и всегда понимала, что не хочу подвергать ее нервотрепкам в таком возрасте.

Учась в старших классах, приняла твердое решение покинуть дом бабушки, как только закончу школу. Мне хотелось справиться со своими кошмарами самостоятельно, и ни в коем случае не позволять бабушке беспокоиться обо мне и помогать. Да, в ее руках я получала ласку и спокойствие, но одновременно с этим, стыдилась того, что почти каждую ночь просыпаюсь в объятиях взволнованной старушки. Заботиться о ней должна я, а не она обо мне. Поэтому выразить всю любовь и благодарность я могла только в остальное от ночи время. Вся уборка, готовка, походы в магазин и небольшие подработки были на мне. Я не позволяла бабушке брать в руки тряпку, если она намеревалась протереть пыль. Регулярно мы посещали вместе кинотеатры, музеи, парки, изучали что-то новое, даже спортом занимались. Ни смотря на свой возраст бабуля очень бойкая и резвая, и было смешно наблюдать за ней, как она пыталась делать упражнения на фитболе или обруче.

Но даже всем этим я не могла компенсировать ей всего того, что она делала для меня. Ее поддержка, теплые слова, советы, что я должна жить дальше, для себя и на зло всему тому ужасу, через которой пришлось пройти. Если бы не бабуля, не знаю, что было бы со мной сегодня. Она меня выходила, дала силу и надежду на то, что все плохое осталось в прошлом, а впереди будет только лучшее.

И сейчас, все теплые чувства к бабушке, стыд и события последних дней нахлынули разом. В руках самого близкого человека, я дала волю слезам, чего в присутствии нее очень редко позволяла. Обычно я плакала тихо в подушку, зарывшись с головой под одеяло, только бы она не услышала и не беспокоилась обо мне снова. Я была благодарна ей, что она ничего не говорила, а просто ждала пока успокоюсь и заговорю сама, если потребуется. Поэтому ласково поглаживала мои плечи, пока голова покоилась на ее коленях. Мы сидели долго в темноте и тишине моей комнаты, а когда успокоилась, мой голос прорезался:

— Ба, я хочу вернуться к тебе, — последние сутки, эта мысль не давала мне покоя. Я не могла вернуться в город, зная, что Владислав рядом. Каждый день сражаться с желанием увидеть его — невероятная мука, которой не вынесу. Лучше здесь, как можно дальше от него.

— Ты всегда можешь сделать это, дорогая, — ответила она тихо, — только подумай хорошенько, что это тебе даст? — чуть наклонившись, она глянула мне в лицо.

— Не хочу ни о чем думать, мне не хватает тебя, хочу быть рядом, заботиться о тебе, больше ничего не нужно, — отвожу взгляд к окну, избегая смотреть на нее.

— Ты не права, Сашенька. Я очень ценю твою заботу, но хочу, чтобы ты позаботилась, в первую очередь, о себе, — теплой ладонью прошлась по моему лбу, убирая влажную прядь волос. Закрыв глаза, впитываю ее тепло и ласку.

— Я думала смогу, Ба, но это очень сложно, — обреченно выдыхаю. — Боюсь, что вся эта затея с переездом изначально была провальной.

— Что именно сложно?

— Когда уехала, думала смогу оставить тебя в покое, со своими кошмарами, буду приезжать и навещать…, - поднявшись, сажусь на против, но бабуля прерывает.

— Глупости это, ты не беспокоила меня! Даже слышать не хочу!

— Бабуль, дай договорить, прошу, — потянувшись обхватываю ее ладонь своими и чуть сжимаю, — что бы ты, не говорила, я видела, как ты переживаешь все мои ужасы вместе со мной. Это сложно было для нас обоих. Тебе нужен отдых, а не напряги со мной. Поэтому я уехала. Но жить одной было поначалу легко. Я работала, завела подругу, поступила в институт. И все было спокойно в моей жизни.

Бабушка слушала внимательно, печально улыбаясь.

— А потом…случился Он. — на секунду замолчала, поджав губы, решая, а стоит ли продолжать. Слишком болезненная тема. Еще не свыклась с мыслью, что больше его не увижу. — Свалился на голову. Весь такой добрый, внимательный, у меня слов нет, описать какой он невероятный. Я и не мечтала, что Влад обратит на меня внимание. И подобную заботу, с его стороны по отношению ко мне проявляла только ты. Этим он и подкупил меня.

Перед глазами всплыл образ Владислава, и я снова легла на кровать, раскинув руки. Бабушка повернулась ко мне и наблюдая, тихо уточнила:

— А какой он?

— Высокий шатен, с добрыми глазами, очень серьезный, а когда улыбается, мне тепло на душе, — тяжело вздохнув, продолжаю, — для начальника, а он мой босс, мне показалась странной его опека. А потом он признался, что я ему симпатична и он хотел бы попробовать построить со мной отношения. И я согласилась. — гляжу внимательно на бабулю, намереваясь распознать ее эмоции. Я и начальник. Как она воспримет эту информацию? Будет ли корить?

— И что случилось дальше, Саш? — интересуется, и я выдыхаю.

— У нас ничего не получилось. Призраки прошлого настигли внезапно и оттолкнули его.

— Ты рассказала ему о том, через что прошла?

— Нет! — вскрикнув, подскакиваю с постели и иду к окну. — И никогда бы не сказала. Я пыталась перебороть свой страх, когда Влад был так близко, действовал осторожно. Надеялась, что у меня получиться довериться ему. Понимаешь? Пыталась, но ничего не вышло. Мне стало страшно. Никогда не смогу это забыть. — проклятые слезы, вновь застилают глаза, и я сжимаю кулаки.

— Понимаю, но и ты должна его понять. Саша, ты не сможешь отпустить прошлое и страх, пока не поделишься ими с человеком, который тебе дорог.

— Нет! — кричу громко, развернувшись к ней, — Я никогда не расскажу ему об этом! Я сломаюсь раньше, чем увижу призрение ко мне в его глазах!

— Успокойся, Сашенька. — спокойно, но твердо сказала бабушка, — Ты мне доверяешь?

— Причем тут это, Ба? — качая головой, подхожу и сажусь рядом. Ответ известен.

— Ответь на вопрос, — не унимается.

— Да, я доверяю тебе, как никому больше.

— Только послушай меня, внученька. Мы никогда не говорили с тобой на эту тему. Для тебя она болезненна, я не настаиваю и не лезу. Не хочу, чтобы обижалась на мои слова, но у нас ведь заведено, говорить друг друг правду. Так? — киваю молча, соглашаясь, — Так вот этот парень, Владислав. Он сидит в твоей голове, и очень глубоко в сердце. Я это вижу и чувствую. От меня не спрячься, родная. По твоим словам, он заботился о тебе, и сейчас, должно быть беспокоится.

В моей голове вспыхнули воспоминания его испуганного взгляда во время приступа. Он не знал, что делать, а я не позволяла прикоснуться ко мне и помочь. Закрылась в себе, не силах объясниться. А он был напуган ситуацией, и считал, что виновен в произошедшем.

— Если он тебе дорог, то, что произошло с тобой, не должно быть от него скрыто. По твоим словам, он дорожит тобой, не спешит. Я уверенна, его не смутят твои скелеты в шкафу, наоборот сотрут все недомолвки и позволят двигаться дальше. Скажи, разве отношения начинают со лжи? Молчишь. Потому как ответ очевиден. Встань на его место — если бы его прошлое причиняло боль, и он не собирался с тобой о нем поделиться, что испытывала бы ты? Вот и он мучается от незнания и своей беспомощности, а хочет помочь. Саша, ты ведь не хочешь, чтобы он страдал?

— Нет, не хочу, — киваю головой. Конечно же она во всем права.

— Тогда расскажи ему обо всем. Он должен знать. А ты не можешь скрывать столь личную информацию от него. Пока не поделишься, Влад не сможет понять тебя и твои страхи. Впусти его в свою жизнь, через горькое прошлое. Доверься, если он действительно важен для тебя.

— Я не могу, боюсь вспоминать. Не хватит духа увидеть его реакцию, а она будет не самой лучшей, — тихо бормочу, качая головой из стороны в сторону.

— Саша, — слабо усмехается бабуля и я поднимаю взгляд, — это говорит мне девушка, которая прошла через такое, что другим и не снилось! Прошла и не сломалась! Прошла с высоко поднятой головой и теперь успешна, двигается вперед, добиваясь своих целей! Ты не трусиха, Саша, ты смелая! Запомни это!

Я лишь улыбнулась и не сказав ни слова, обняла бабушку. Потому как для себя уже все решила. А, она права во всем, кроме одного. Я трусиха. Не сильная. И никогда не смогу перешагнуть через свой страх. Лучше сейчас разорвать с Владиславом все связи, чем поведаю о призраках прошлого. Потому как проще отказаться от отношений, чем вспоминать всю ту боль, что пришлось пережить. И не идти на поводу у своих чувств, и в итоге сломаться и снова остаться одной.

Один раз уже собрала себя по кусочкам. Второй раз мое сердце не выдержит.

Всю дорогу до дома было не спокойно. Меньше всего хотелось возвращаться в квартиру, которая на пару с Владом была свидетелем моего срыва. А еще этот медведь, который только и будет напоминать о моем бывшем начальнике. Нужно двигаться дальше, как бабуля и просила. Найти новую работу. И самое главное постараться забыть о мужчине, с кем никакого будущего не может быть. Да, я не могу просто исчезнуть из его жизни, и прежде всего нужно объясниться и извинится. Заверить, что в разрыве отношений его вины нет.

Недосказанность с моей стороны ужасная ошибка, за которую я до сих пор себя корю. И если не извинюсь, буду страдать до конца своих дней. Вот наберусь храбрости и, если он позволит, расскажу, что наилучший вариант в сложившейся ситуации, это расстаться. А не мучить друг друга, проваливая одну попытку за другой исправляя проблему, причина которой сидит глубоко внутри. Встреча неизбежна, понимаю это.

Включаю телефон и сообщения шквалом сыплются. Все от Него.

Ну вот зачем я устроилась в его клуб? Почему судьба позволила влюбиться в мужчину, которого не достойна? Бог так не справедлив порой бывает к людям, посылая одно испытание за другим. Ужаснее всего отвергнуть любимого человека, который не причинил тебе ничего плохого. Отказаться от него, потому как внутри ты настолько труслива, что не можешь ему отрыться.

Эгоист всегда думает только о себе и никогда не сделает себе больно. Но делает больно близким людям. Изо дня в день они стараются тебе помочь, а ты неприступна как каменная стена. А ведь тебе стоит всего лишь повернуть засов и открыть ворота этой каменной башни. Но ты так боишься, сначала открыть засов, а затем и увидеть, как же свободно будет на воле, вздохнуть свежий воздух. Ты просто сидишь в башне, окутанной этими проклятыми стенами.

Я пробыла у бабули почти неделю. И после разговора ночью, мы больше не касались этой темы. В ту ночь я отмела идею возвращения к бабуле и наутро сообщила об этом. Но я молчала, не вдаваясь в планы, что буду делать по приезду. Заверила, что со мной все будет в порядке и беспокоиться не о чем.

Сейчас слишком поздно, сил нет совершенно. Поездка обратно была долгой и выматывающей. Мечтаю добрать до кровати и уснуть. Расплатившись с таксистом, выхожу из машины и бреду к подъезду. Во дворе темно, фонари через один светят и пришлось достать телефон, чтобы подсветить дорогу фонариком. Внезапно сзади загорелись фары автомобиля. Вздрогнув, оборачиваюсь, всматриваясь.

Нет.

Я совершенно не готова к разговору, но у Влада, другие планы на этот счет.

Тело машинально разворачивается в сторону подъезда, готовое бежать.