Друид Нижнего мира

Глава 18

Черное небо заволокли низкие тучи. Изредка луна показывала свой светлый лик, но тут же вновь скрывалась. Однако света уличных фонарей вполне хватало, чтобы не сбиться с пути.

Мы с Призраком прошли мимо полей, направляясь к трещине в стене. Уходя в прошлый раз, я оставил на кусте метку, чтобы понять, приходил кто-то к моему «выходу» или нет. Это был кусок паутины, которую я снял со стены и натянул между ветками. Если кто-то пробирался к трещине, то наверняка смахнул паутину или даже унес на себе.

«Стой здесь. Я первым залезу», — предупредил щенка, встал на колени и, выставив одну руку вперед, начал продвигаться. Где-то здесь я оставил паутину и почувствую ее, когда дотронусь.

Прошел до самой стены, но паутины не нашел. Либо ветер унес, либо здесь кто-то был после моего ухода. Надеюсь, этот кто-то — тот самый враг, что запер меня в Дебрях. Тогда у Призрака выше шанс взять его след.

«Начни отсюда», — указал я Призраку на валун.

Щенок подбежал и начал усердно обнюхивать. Я же осмотрелся в надежде, что неизвестный оставил клочок своей одежды на шипах куста или еще какой-нибудь видимый след.

Как раз в это время между облаками показалась яркая луна и осветила округу. На четвереньках я облазил кусты и даже прошелся по траве, но ничего не нашел. Жаль. Теперь вся надежда на Призрака.

Щенок изо всех сил пытался найти невидимый след, оставленный одним лишь запахом. Опустив морду к земле, он быстро втягивал воздух и перебирал своими кривыми лапами. Обнюхав валун и кусты, Призрак принялся исследовать землю и траву в округе.

Я в напряжении ждал, что щенок вот-вот отыщет нить, которая приведет нас к врагу. Однако, чем больше он бегал по округе, тем яснее становилось, что след не возьмет. Нужно подрасти.

«Ладно, пошли домой», — наконец сказал я, когда щенок так увлекся, что принялся обнюхивать каждую травинку.

«Ты разочарован во мне, Орвин?» — спросил дух Вейл.

«Нет. Ты был прав: в таком возрасте щенок не может выполнять серьезные команды. Но я видел, как ты старался. Благодарю тебя за это».

«Я действительно старался помочь. Жаль, что не смог».

Я присел рядом с Призраком и погладил его по голове.

«Все хорошо, не переживай. Ты не виноват».

Поднявшись, хотел прямиком пойти домой и продолжить свое дело, но тут со стороны стены послышался подозрительный скрежет. Резко обернувшись, я прислушался.

Прошла минута — другая, но звук больше не повторился. Я быстро вернулся к валуну и проверил, как он стоит. Все хорошо, трещина плотно прикрыта. На всякий случай подтащил те самые куски от каменной плиты и обложил ими валун. Не знаю почему, но внутри возникла тревога. Неприятное чувство.

Убедившись, что сквозь трещину не так-то легко будет пролезть, двинулся в сторону дома, но тут скрежет снова повторился. А потом снова и снова. Резкий, царапающий звук будто поднимался по стене. Я с замершим сердцем прислушивался, не зная, что предпринять.

Вдруг на самом верху стены показалось что-то большое и черное. Во тьме зеленым светом блеснули глаза, и в следующую секунду существо с пронзительным визгом спрыгнуло на землю в двадцати метрах от меня. Первая мысль, которая промелькнула в голове: наверняка острые железные копья, торчащие наверху, подпортили шкуру незваного гостя.

Пока существо смачно облизывало поцарапанные бока, я прихватил с земли палку и попятился назад. В голове судорожно проносились мысли — одна безрадостнее другой.

Во-первых, в общину пробрался монстр и, судя по тому, что вслед за этим не раздались звуки сирены, охотник его не засек.

Во-вторых, я находился достаточно близко от него, а единственным оружием служила палка, которая тут же раскрошится, если существо схватится за нее зубами. Следом за палкой раскрошатся мои кости в пасти этой твари.

В это время снова появилась луна, и я смог рассмотреть монстра. Он отдаленно напоминал крысу-переростка: длинная усатая морда, из приоткрытой пасти виднеются острые желтые зубы, маленькие злые глаза быстро осматриваются, серая шерсть спутана и лоснится грязью, мощный лысый хвост нервно бьет по земле.

Также обратил внимание на лапы с длинными цепкими пальцами и острыми когтями. Именно этими когтями он царапал стену, когда взбирался на нее.

Монстр тяжело, с хрипом дышал и осматривался, будто не замечая меня. Но я понимал, что, как только сделаю хоть шаг, он бросится на меня.

«Вейл, беги домой! Спасайся!» — велел щенку, прекрасно понимая, что не смогу защитить его.

«Нет, Орвин, я тебя не оставлю. Если суждено умереть, сделаю это в бою и рядом с тобой», — услышал я ответ духа.

«Хорошо, но мы так просто не сдадимся». — В голове внезапно созрел план.

Единственный, кто способен убить тварь, это охотник, стоящий на вышке. Существо перебралось очень быстро, возможно поэтому охотник его не заметил. Либо он в этот момент просто смотрел в другую сторону. Как бы то ни было, но нужно привлечь внимание охотника к твари.

Однако, прежде чем что-либо предпринять, я просто обязан попытаться связаться с духом монстра. Тогда не нужен будет охотник, я просто прикажу крату вернуться обратно в Дебри, и он не посмеет ослушаться.

Еле слышно я завел свою «песню».

— О-м-м-м-м, — вибрация из груди передалась воздуху и понеслась к монстру.

Я как мог настраивался на «канал» духа, чтобы связаться с ним.

— О-м-м-м-м.

Крат притих, прислушиваясь к необычному звуку, а я непонимающе смотрел на него. Что-то не так. Обычно, когда мое «о-м-м», достигало духа зверя, я начинал чувствовать его. Невидимая и неощутимая ни для кого, кроме меня, вибрация отражалась от духа и в гораздо более слабом виде возвращалась ко мне, но в этот раз было все иначе. Я будто стоял перед безжизненной стеной, а не перед живым существом.

И вдруг меня словно обухом по голове стукнуло. А ведь тогда, в мой первый день, я тоже не почувствовал дух крата, который хотел меня съесть, но подумал, что все это из-за страха и ранения. Сейчас же понял, что это не так.

С подобными существами я встречался в далеком, погрязшем во тьме ненависти и злобы мире под названием Атерна. В тот мир пришел пожиратель света Моргрил и лишил всех живых существ их главной ценности — души. Мне пришлось убить Моргрила и вычистить Атерну от мерзких тварей, прежде чем создать новый мир, наполненный светом, добром и гармонией.

Гниль в корень! Получается, что краты тоже лишены души. А это значит, что они — порождение тьмы.

В это время монстр поводил носом и, хищно зашипев, двинулся на меня. Все, больше медлить нельзя.

Развернувшись, я ринулся вдоль полей в сторону вышки охотника. Крыса-переросток помчалась за мной. Я намеренно менял направление, всем телом ощущая приближение острых зубов. Одно неверное движение — и погибну.

— Эй, на вышке! — изо всех сил кричал я и размахивал руками, пытаясь привлечь внимание. — Здесь крат! Крат здесь!

Призрак тоже не оставался в стороне и заливался лаем, стараясь не отставать от меня. Я видел, как ему тяжело пробираться через траву, как он постоянно спотыкается из-за своих кривых лап, поэтому подхватил его на руки и продолжил бежать.

Монстр был так близко, что я ощущал его горячее смрадное дыхание на затылке и шее. В такие моменты резко поворачивал в сторону, продолжая орать:

— Охотник! Здесь крат! Фить-фить-фить! Э-э-эй!

Вот я уже вижу вышку и человека на ней, но охотник чем-то увлечен и даже не смотрит в мою сторону.

— Тре-во-га! Здесь крат! — прокричал уже осипшим голосом и зашелся в кашле. Сорвал голос.

Я резко рванул в сторону вышки, пробегая мимо ближайшего дома, и в этот момент монстр щелкнул зубами прямо у моего уха и поцарапал щеку жесткими усами.

Нет, только не это! Не хочу погибать в пасти существа, порожденного тьмой.

— По-мо-ги-те! — напрягая заболевшее горло, прохрипел я, и на этот раз меня услышали.

Охотник встрепенулся, всмотрелся в мою сторону и в следующее мгновение включил сирену и направил яркий луч прожектора. Я мгновенно ослеп, споткнулся и кубарем покатился в канаву с Призраком в руках. Где-то совсем близко заревел крат.

Накрыл испуганного щенка собой и сжался в комок, ожидая, когда все закончится. Я больше не боялся крата: ему сейчас точно не до меня.

Послышались выстрелы. Крат орал и визжал дурным голосом. К одиночным выстрелам присоединилась еще одна череда звуков, пролетающих надо мною пуль.

Я не знал, сколько прошло времени. Все вокруг будто замерло и слышался лишь гнетущий вой сирены, ор монстра и выстрелы.

Вскоре крат перестал издавать звуки, выстрелы стихли, и пропал свет прожектора. Я с облегчением выдохнул, поднялся и первым делом осмотрел щенка. Жив и здоров.

Затем повернулся и взглянул в сторону монстра. Он лежал пузом кверху. На его теле виднелось множество кровоточащих ран.

Выбравшись из канавы, хотел приблизиться, чтобы внимательнее осмотреть крата, но тут сзади услышал крик:

— Не подходи к нему!

Обернувшись, увидел двух охотников, бегущих в мою сторону с ружьями наперевес. Одним из них был молодой охотник Сокол, а второй — мужчина, который подходил к Ивану у трактира. Кажется, его звали Кондрат.

— Как ты? Цел? — Сокол подбежал ко мне и бегло осмотрел.

— Цел, — выдохнул я и только сейчас почувствовал усталость, которая тяжелым одеялом навалилась сверху.

Охотники подошли к крату, сделали пару выстрелов в голову, чтобы точно умертвить монстра.

— Ты же сын Вани-плотника? — уточнил Кондрат, когда я подошел к ним и взглянул на крата. Мне не давала покоя догадка насчет отсутствия души.

— Да.

— Когда ты его заметил? — кивнул он на неподвижную тушу.

— Как только он перебрался. Я как раз со щенком гулял.

— Можешь показать, где он через стену перелез?

Мне очень не хотелось этого делать, ведь неподалеку находилась моя трещина, но я решил, что в этом случае обманывать не следует. Все равно утром все увидят клочки шерсти, которые оставил крат, когда перелезал через острые копья.

— Покажу, — кивнул и двинулся в сторону стены.

Охотники пошли за мной. Из темных окон ближайших домов виднелись светлые пятна — лица жителей. Все слышали сирену и гадали, убит крат или до сих пор шастает где-то в общине.

— Вот здесь он перелез, — сказал я и указал на точное место.

— И ты столько пробежал? — удивился Кондрат и повернулся в сторону виднеющегося вдали темного пятна — тела монстра, чтобы оценить расстояние. — Быстрый же ты.

Я пожал плечами и погладил щенка, который уже не трясся, как раньше, а обмяк в моих руках.

— Жить захочешь — пробежишь, — улыбнулся мне Сокол и похлопал по плечу. — Молодец, Егорка. Всю общину спас. Одного понять не могу. Почему там, где крат, — там и ты? Нарочно, что ли?

— Само как-то так получается, — снова пожал я плечами.

— Иди отдыхай и выспись хорошенько. После такой передряги нужен отдых, — Кондрат пожал мне руку и легонько подтолкнул в сторону дома.

Я кивнул и на ослабших ногах побрел на свою Пятую улицу. Уже возле калитки отпустил Призрака на землю, и тот бодро побежал передо мной.

Поднявшись на крыльцо, открыл дверь и встретился со встревоженными взглядами всех троих: Ивана, Анны и Авдотьи.

— Фух-х-х, — с облегчением выдохнул Иван и провел рукой по лицу.

Анна бросилась меня обнимать, а бабка разразилась бранью:

— Балбес! Где опять лазил, шалопай? В гроб нас всех сведешь! В общину крат забрался, а он шляется где-то! Дурень! Вот выпорю, тогда будешь знать, как по ночам из дома уходить!

— Чего вы так волнуетесь? Со мной все хорошо, — отодвинулся от зареванной Анны. — Я просто с Призраком гулял. Охотники уже подстрелили крата, сам видел.

— В следующий раз, как только услышишь сирену — мигом домой. Уяснил? — Иван взглянул на меня.

Его взгляд из-под насупленных бровей не сулил ничего хорошего. С таким не поспоришь, лучше согласиться, пока по шее не получил.

— Уяснил, — кивнул я.

Иван и Авдотья разошлись по комнатам, а Анна вскипятила чайник и заварила успокаивающий чай на нас двоих.

— Сынок, я чуть не умерла от страха за тебя, — сказала она и провела рукой по моим волосам.

Мы сидели в кухне и пили травяной напиток.

— Зачем так переживать? — пожал я плечами.

— Как же я могу не переживать, если ты самое дорогое, что есть в моей жизни? — приподняла она брови.

Я ее отчасти понимал. В прошлой жизни у меня не было семьи и детей, но были питомцы. Они и были моими детьми. Когда питомцы умирали, я горевал. До сих пор каждого вспоминаю с тихой грустью.

— Обещай, что будешь беречь себя, — она взяла мою руку и сжала ее.

— Обещаю, — кивнул я.

Анна с нежностью посмотрела на меня, затем улыбнулась и, чмокнув в щеку, вышла из кухни.

Я повернулся к окну и увидел, что уже светает. Надо торопиться. У меня осталось время до вечера, чтобы изготовить все фигурки.

Мигом допив напиток, я прошел в свою комнату, опустился за стол и принялся вырезать. Из-за торопливости инструменты часто соскакивали, поэтому руки покрылись кровоточащими ранками. Чтобы не испачкать кровью фигурки, приходилось их заживлять с помощью энергии, которой и так было мало.

К утру я опустошил свой источник силы и так устал, что заснул прямо за столом. Проснулся только когда послышались звуки из кухни. Похлопав себя по щекам, снова принялся за работу.

В мою комнату заглядывали родные, что-то говорили, о чем-то спрашивали, но я не обращал на них внимания. В голове крутилась лишь одна мысль: надо успеть.

После обеда пришел Женька. Он разлегся на моей кровати и принялся рассказывать о ночном происшествии.

— Сначала я услышал крики. Типа помогите, спасите, убивают. Выбежал на крыльцо, и тут сирена как бабахнула по ушам — чуть не оглох. Потом смотрю, с вышки куда-то в сторону полей прожекторами светят. Слушай, может, крат через ту щель в стене забрался? — Он приподнялся на локтях и внимательно посмотрел на меня.

Я как раз заканчивал второго короля.

— Нет. Не через щель, — мотнул я головой и принялся натирать фигурку наждачной бумагой.

— Откуда ты знаешь?

— Сам видел, как крат через стену перелез.

— Видел? Врешь небось. — Он недоверчиво посмотрел на меня.

— Нет, можешь у Сокола или Кондрата спросить. Они подстрелили монстра.

— Да ты что! — Женька вмиг вскочил, подошел ко мне и уселся на соседний табурет. — Расскажи-ка, что ты видел?

— Я вышел на улицу с Призраком погулять. Слышу, царапается кто-то с той стороны стены. Потом смотрю — черная туша наверху. — Я полюбовался королем с шикарной короной и мантией и поставил на подоконник в общий ряд. — Крат спрыгнул вниз и за мной побежал. Это я кричал, чтобы внимание охотников привлечь.

— Да ты что, — выдавил Женька, закрыл рукой рот и ошарашенно уставился на меня.

— Я бегу — он за мной. Думал, все, съест, но нет — охотники увидели и принялись стрелять. Всего изрешетили.

Женька сначала ничего не говорил, будто переваривал услышанное, но потом будто краник повернули и хлынул поток вопросов.

Пришлось рассказать, как выглядел крат, как я в канаве с Призраком сидел, как охотники попросили место показать. Короче, он вытянул из меня все, что только мог.

Когда я ответил на все его вопросы, Женька снова несколько минут помолчал, а потом заглянул мне в глаза и сказал:

— Может, про крата и правда, а вот по поводу прогулки с Призраком — врешь ты все.

— Чего? — изобразил я возмущение. — Это почему?

— Ты не гулять к стене ходил, а к трещине. Ведь ты никому не рассказал о ней, верно?

Я хотел снова возмутиться и спросить, как он меня может обвинять, но потом понял, что раз живу в этом теле и этой жизнью и, скорее всего, останусь здесь навсегда, то надо ценить людей, которые находятся рядом. А это значит в первую очередь — не обманывать друзей.

— Да, ты прав. Про трещину никому не рассказал и не расскажу. — Я строго посмотрел на него. — И ты никому не расскажешь, понял?

— Зачем она тебе сдалась? Что ты хочешь делать в Дебрях? — всплеснул он руками.

— Там есть все, что мне нужно.

— Что, например? — недоверчиво прищурился он.

— Например, вот этот Слоновий ясень, — я показал на мешок, в котором лежали бруски. — Его я принес из Дебрей.

— Но ведь там опасно, — предпринял он еще одну попытку.

— Везде опасно. Вчера на меня бросился крат не в Дебрях, а здесь, в нашей общине.

Женька замолчал. На этот раз надолго. Я даже за это время успел сделать одну пешку. Кстати, мне осталось сделать всего семь пешек. Их я уже делал довольно быстро. Больше всего времени уходило на работу стамеской.

— Ладно, пойду домой. — Женька встал и, порывшись в кармане, положил на стол передо мной помятую конфету. — Это тебе.

— Откуда? — удивился я, развернул обертку и почувствовал аромат какао.

— Отец из дома наместника принес. Заходил к нему в дом, чтобы проводку проверить, ну и прихватил несколько конфет. Говорит, их там много, поэтому наместник не заметит.

— Зачем же ты мне принес? Сам бы съел.

— Ты тоже со мной всем делишься, вот и я делюсь. Ешь на здоровье, — улыбнулся он и двинулся к выходу.

Я положил конфету в рот. М-м-м, какое же это блаженство. Густая сладость заполнила рот. Сначала ощущал лишь какао, но потом добрался до начинки и почувствовал вкус лесных орехов. Как мог растягивал удовольствие, чтобы сохранить во рту приятное послевкусие. А когда доел, дал себе слово, что обязательно на деньги, вырученные с шахмат, куплю целый кулек конфет. И пусть на самом деле я не ребенок и мне уже шестьсот лет, все равно люблю сладости.

К вечеру я доделал последнюю фигурку и принялся за доску. Вот здесь должна быть точность. Линейкой отмерил все квадраты, оставил место по краям и аккуратно спилил лишнее. Пока пилил, радовался тому, что доска из обычного дерева, поэтому пила с легкостью справилась.

Дальше прокрашивал нужные квадраты черной морилкой, морщась от едкого запаха, а Анна наносила аккуратным почерком все цифры и буквы.

— Хорошо получилось, — с довольным видом сказала она, когда я наносил сверху лак. — А шахматы — просто прелесть! Даже не думала, что ты у меня такой талантливый.

Она уже в который раз с восторгом рассматривала каждую фигурку. Часть набора я раскрасил морилкой и теперь черные и белые стояли друг напротив друга.

— Да уж, постарался, — ответил я и, убрав инструменты, приоткрыл окно, чтобы проветрить комнату от запаха морилки и лака, и лег на кровать.

— Отдохни, сынок. Ты большой молодец. — Анна погладила меня по голове, вышла и плотно закрыла дверь.

Я посмотрел на часы — почти девять часов вечера. Условие Системы выполнено, но она почему-то не торопилась даровать мне следующий уровень. Хотел уже обратиться к Ларе и спросить об этом, но вдруг вспомнил про крата. Бездушного монстра, появившегося из Дебрей.

С самого первого дня я ощущал чужеродную энергию, исходящую из глубин Дебрей, но даже предположить не мог, что сюда добралась тьма. Тьма — это тоже энергия, только она не имеет никакого отношения к живой энергии, которая пронизывает все сущее.

Тьма, словно раковая опухоль, меняет все до чего добирается. Единственная возможность с ней справиться — уничтожить ее носителей и закрыть источник. Носителями являются краты — бездушные безжалостные существа, приносящие лишь смерть и разрушения. А источник… Источник придется найти и закрыть. Но для того, чтобы это сделать, мне нужны силы. Силы друида.

— Егорка, иди ешь! — услышал крик Авдотьи из кухни и понял, что очень проголодался.

После завтрака во рту не было ничего, кроме конфеты, подаренной Женькой.

Я нехотя поднялся с кровати и зашаркал на кухню. Все уже были здесь. Иван нарезал хлеб, Анна накладывала в тарелки густой суп из крупы и сверху сдабривала растительным маслом.

— Садись, поешь, а то даже не обедал. — Авдотья поставила передо мной тарелку с супом и впихнула в руку ложку. — И на хлеб налегай, а то худой как спица. Даже перед людьми стыдно. Небось думают, что мы тебя голодом морим.

— Вот бы кусок мяса, — мечтательно произнес я, съев первую ложку супа.

— Мяса ему подавай. И без мяса нормально жить можно, — ворчливо проговорила Авдотья и опустилась за стол рядом со мной.

Вдруг я почувствовал жжение в груди. Так, без паники — это всего лишь Система увеличивает мой источник силы, чтобы…

— А-А, — сдавленно вскрикнул я, выронил ложку и схватился за грудь.

Резкая боль обожгла все тело. Со мной явно что-то было не так. Родные забеспокоились, окружили меня и начали забрасывать вопросами, но я не мог ответить.

В голове раздался сухой бездушный голос:

«Внимание: обнаружена аномалия в работе персонажа. Перезагрузка невозможна. Переход в состояние: мертв».

Я дернулся, будто от удара, и свалился на пол. Всё…