5

Потрясенная Джейн смотрела в сузившиеся зеленые глаза Андре, в которых застыло ледяное презрение. Возникло чувство, похожее на разочарование. Но стоило губам Андре изогнуться в самодовольной усмешке, как она ощутила огромное облегчение.

Всё — карты раскрыты. Больше не приходилось гадать, кто такой Стоун — законченный негодяй или спаситель. Он сам подтвердил то, о чем Джейн подозревала: этот человек обладал нравственностью змеи и хваткой питбуля.

Ее проводнику нужно «Сердце орла», он ни перед чем не остановится, лишь бы отобрать изумруд. Необходимо твердо стоять на своем — реликвии у нее нет.

Андре продолжал улыбаться чертовски самодовольной улыбкой, которая вызывала у Джейн желание немедленно съездить ему по физиономии. Но, кривя душой, девушка тоже улыбнулась, будто оба очень остроумно пошутили.

— Ну что ж, — сказала она, — теперь, когда вы достаточно ясно выразились, полагаю, что тоже должна изложить свою точку зрения. Постараюсь формулировать кратко и доходчиво, в самых простых выражениях. Изумруда у меня нет. Я не имею ни малейшего представления о том, где он находится. Но уверяю вас — если бы знала, то скорее откусила бы себе язык, чем рассказала об этом вам. Есть вопросы?

Улыбка исчезла с лица Андре.

— Ни единого, — сказал он с тихой угрозой в голосе. — Но у меня также есть небольшое замечание, которое может вас заинтересовать. Если вы будете продолжать в том же духе, то скоро плохо кончите.

— Не люблю, когда мне угрожают, — спокойно ответила Джейн, хотя сердце испуганно забилось.

Они враждебно смотрели друг на друга. Андре мрачно размышлял, что логику этой женщины понять невозможно. Ее совершенный мирок вот-вот рухнет, а она, вместо того чтобы взглянуть правде в глаза, решила, что он виновник всех ее несчастий.

— Меня изумляют такие люди, как вы, — сказал Стоун. — Вы идете по жизни с твердым убеждением, что весь мир создан, чтобы подчиняться вам, и обвиняете во всех грехах тех, кто с этим не согласен.

— Ах, оставьте! Единственное, что вы думаете о таких людях, как я, это то, что их всегда можно раздеть до нитки.

Андре снова рассмеялся, но сейчас в его смешке звучала нотка непристойности.

— А это мысль, Митчелл! Пожалуй, самая удачная из всех, которые когда-либо приходили в вашу хорошенькую головку!

Джейн покраснела.

— Вы прекрасно понимаете, что я имею в виду! — отрезала она. — Вы хотите получить то, что, по-вашему, у меня есть…

— Опять за свое, — устало сказал Андре. — Продолжаете настаивать, что изумруда у вас нет? В это можно было бы поверить, если бы за вами не гнались бери-бери. Или они устроили этот концерт только для вашего развлечения?

— Почему для моего? Если это действительно были барабаны… вполне возможно, серенаду пели вам, а не мне.

— Мне?

— Да будет вам, Стоун! Не разыгрывайте оскорбленную невинность, — Джейн бросила на своего проводника взгляд, как она надеялась, обвиняющий. — Вспомните, вы работаете на компанию, которая прокладывает дорогу. Может, местное население не хочет допустить осквернения джунглей!

— Прокладывать жизненно необходимую дорогу — не значит осквернять джунгли. Если бы вам когда-нибудь довелось хотя бы палец о палец ударить, чтобы добраться до врача, больницы или приличной школы, вы бы говорили по-другому!

— Андре Стоун, — насмешливо провозгласила Джейн, — великий гуманист! — Она подбоченилась и просверлила противника злобным взглядом.

— Если у вас есть хоть капля мозгов, вы прислушаетесь к моему совету. Отдайте мне камень… Я верну его бери-бери.

— О, мистер Стоун, — сказала Джейн с самым невинным видом, какой могла на себя напустить, — я не так поняла ваши намерения. Вы хотите вернуть его законным владельцам.

— Черт побери, Митчелл! Не будьте дурой!

— Это вы дурак, если думаете, что я поверю, будто вы переодетый Робин Гуд!

Лицо Андре окаменело. Некоторое время он пристально вглядывался в лицо Джейн, затем схватил рюкзак и принялся открывать его, едва не отрывая застежки. Потом опустился на поваленное бревно, держа рюкзак на коленях.

— Это мои вещи, — запальчиво воскликнула Джейн, кидаясь к рюкзаку, — и вы не имеете права…

Андре отшвырнул ее руки.

— Тогда попробуйте остановить меня. — Он смотрел снизу вверх и недобро улыбался. Голос, мягкий и вкрадчивый, был полон скрытой угрозы.

Нельзя показывать, что проверка рюкзака ее беспокоит, напомнила себе Джейн…

— Давайте, — небрежно бросила она, — пользуйтесь своей силой.

Понимая, что не может остановить Андре, Джейн молча наблюдала, как он перебирал ее вещи. Запасные носки выглядели детскими в его руках. Когда он вытащил крошечные белые трусики и взглянул на Джейн, та нисколько не смутилась.

— Это мое белье, — холодно сказала она. — Я бы одолжила, да размер не тот.

Андре усмехнулся и продолжал рыться в рюкзаке.

— Репеллент. — Он бросил ей пластиковую бутылочку. — Вам лучше побрызгаться, пока москиты совсем не съели.

Джейн согласно кивнула и, присев рядом, с беспокойством наблюдала за поисками.

— Это что?

— Пенициллин в таблетках. Мне в музее сказали, что неплохо…

— Это?

— Аспирин и антибиотики.

— Да у вас здесь целая аптека, Митчелл. Я просто потрясен!

— Рада слышать. Ну, вы закончили рыться в моих вещах?

— Ну-ка, ну-ка, — пробормотал Андре, — а что у нас здесь?

Джейн затаила дыхание. Он держал в руках маленькую жестяную коробочку с чаем и смотрел на нее, как кот на сметану.

— Это чай, — сказала она, радуясь, что голос ее слушается.

— Чай… — Он ласково улыбнулся. — А я думал, что в рюкзаке только личные вещи и аптечка.

— Ну и что? Чай тоже личная вещь.

— Пой, ласточка, пой, — почти нежно промурлыкал он. — Нужно очень любить чай, чтобы нести его в рюкзаке с личными вещами, а не доверить носильщику.

— К чему вы клоните, Стоун?

— Ни к чему. Я и сам люблю чай. — Его большой палец слегка поддел крышку. — Вы не будете против, если подышу ароматом?

Мужчина улыбался с изысканно вежливым видом. Негодяй, подумала Джейн.

Резким движением Андре сорвал крышку и вывернул содержимое коробочки себе на колени. Чай рассыпался по джинсам, скатываясь на землю тонкими черными стружками. Андре просмотрел их, а потом поднял глаза на Джейн.

— Действительно чай… — разочарованно сказал сыщик.

— Да. — Джейн мило улыбалась, стараясь успокоить бешеный бег сердца и не думать о том, как счастливо избежала катастрофы. — А вы ожидали найти что-то другое?

Стоун закрыл коробку и бросил ее в рюкзак.

— Ну, теперь вы довольны? — спросила Джейн. — Вы копались в моих вещах и сами действовали так, будто вам принадлежит весь м…

Она запнулась. В руках у Андре оказалось еще что-то. Упаковка тампонов.

Во рту пересохло. Скажи что-нибудь, лихорадочно уговаривала Джейн себя, говори, пока он не раскрыл пачку…

— Это тампоны, — поспешно сказала она и равнодушно улыбнулась. — Объяснить, для чего они нужны? Или вы тоже высыплете их и проведете более тщательный анализ?

Невыразимо приятно видеть, как на высоких скулах Андре вспыхнул яркий румянец. Мужчина отвел взгляд. На упаковку с тампонами Стоун посмотрел, будто она могла загореться в руках, нахмурился и сунул ее обратно.

— Я думал, у вас есть что-нибудь съестное, — грубовато сказал он, возвращая рюкзак.

Джейн небрежно кивнула, словно пульс не частил как бешеный.

— Есть. — Она достала пару пластиковых баночек. — Орехи. И сушеные фрукты. Можете выбрать, что хотите. — Она немного поколебалась и добавила: — Не станете же вы все высыпать и искать в изюме ягоду зеленого цвета?

Андре поднялся на ноги.

— Дай вам бог так же смеяться, когда нашим друзьям-барабанщикам надоест тащиться следом, и они решат познакомиться с нами поближе, — со злостью сказал он.

Глаза на бледном лице Джейн вдруг стали несчастными, и Андре едва не пожалел о своей резкости. Но разум подсказывал, что сожалеть следует лишь о дьявольском упорстве Джейн Митчелл, с которым та цеплялась за полученный неблаговидным путем трофей, не думая о том, что «Сердце» может стоить жизни им обоим.

Настойчивость индейцев вместе с горячими заверениями Джейн в ее непричастности к последним событиям окончательно убедили Андре, что камень у нее. Но где?

Андре посмотрел на Джейн. Она собирала что-то в траве и ела, не обращая на него никакого внимания. Стоун увидел, как она поднесла ладонь к губам. Кончик языка что-то нежно слизнул, и Андре напрягся.

Как, должно быть, сладко, когда этот язычок проникает к тебе в рот… А если бы это произошло, что случилось бы дальше? Прильнула бы она к нему, как в прошлый раз, чтобы он ощутил мягкую податливость ее тела?

Проклятие, ведь ему нужен изумруд, а не эта женщина! Куда она могла спрятать его? Сунула в карман? Зашила в одежду?

Оставался единственный способ найти камень: обыскать ее. Но только при мысли, что он приказывает девушке встать, снять футболку, обтягивающую ее, словно вторая кожа, стянуть шорты и трусики, у Андре перехватило дыхание, а в горле застрял комок.

Нет. Сначала он проведет ладонями по ее телу. Скажет, поднимите руки, а когда она подчинится, его пальцы станут медленно двигаться по рукам, плечам, доберутся до груди. Он ладонями почувствует ее тяжесть и увидит, что глаза Джейн темнеют, как потемнели в тот вечер в «Глории». Затем он опустится на колени, медленно проведет руками по ее бедрам и ягодицам, раздвинет ноги и осторожно погладит между ними кончиком пальца.

Он не пропустит ни одного сантиметра ее тела, скрытого тканью, и наконец поднимется на ноги. Снимите одежду, тихо скажет он, и будет смотреть, как Джейн снова поднимает руки и стаскивает футболку, а когда ее грудь обнажится, он наклонится и прикоснется губами к соскам, заберет их своим горячим ртом…

Когда Андре застонал, Джейн подняла голову. Его лицо побледнело и выражало страдание, словно ему приходилось преодолевать страшную боль.

— Стоун… — Он не ответил, и девушка подошла поближе. — С вами все в порядке? — Джейн слегка дотронулась до плеча Андре, и тот подскочил, будто она ткнула горячей кочергой.

— Пошли, — прорычал Андре, схватив рюкзак и закидывая его на одно плечо. — Мы и так потеряли зря уйму времени!

— Я только поинтересовалась, не заболели ли вы, — ледяным тоном сказала Джейн.

— Хватит болтать, Митчелл! Вы были бы счастливы, если бы я умер у вас на глазах!

Джейн взглянула с ненавистью.

— Вы абсолютно правы! Но на такую удачу рассчитывать не приходится. Какие следующие приказы, генерал?

— Мы разбиваем лагерь.

— Где? — Она обвела взглядом поляну и с удивлением заметила, что ее спутник устремился на противоположную сторону пятачка. — Эй, вы куда?

Военные действия слишком затянулись, с тоской подумал Андре. Он окружен. Один враг следовал по пятам, второй находился рядом. И он смертельно устал от обоих.

— Спать, — ответил Андре. — И вам предлагаю сделать то же самое.

— Но… где?

— Для женщины с кучей ученых степеней вы задаете слишком много глупых вопросов. — Мужчина стоял под ветвями огромного дерева и рассматривал их с таким видом, словно собирался всю ночь пересчитывать листья. — Как вы думаете, эта раздваивающаяся ветка достаточно далеко от земли?

— Ну и что?

— А то, — блеснули в улыбке белые зубы, — это наши апартаменты на сегодняшнюю ночь.

Джейн уставилась на него в немом изумлении, от лица девушки отхлынула кровь.

— Вы ведь несерьезно?

— Совершенно серьезно.

Она еще раз посмотрела наверх. Дерево было громадным. Джейн никогда не видела такого высокого и толстого растения. Оно могло появиться на свет, если бы Джек вместо волшебных бобов выращивал деревья.

Джейн отступила на шаг.

— Я не собираюсь забираться на это чудовище! — решительно заявила она.

Андре вздохнул.

— Я забыл. Вы боитесь высоты.

— Да, боюсь. С вашей стороны очень любезно вспомнить об этом.

— Посмотрите на дерево, Митчелл. Там множество сучков и веток, за которые можно уцепиться.

— Даже не думайте, Стоун! Я ни за что не полезу на это дерево!

— Вам придется лезть только до той раздваивающейся ветки. Едва вы до нее доберетесь, сразу почувствуете себя как дома. Она шире тахты.

— Что ж, вам долго придется ждать. Я никогда этого не сделаю.

К ее удивлению, Андре лишь пожал плечами.

— О’кей. Живите как знаете. Спите на земле, если хотите. Выбор за вами. Только постарайтесь не шуметь, хорошо? — Он отошел подальше и окинул дерево оценивающим взглядом. — У диких свиней чуткие уши.

— У каких диких свиней?

— Правда, со своим запахом вы уже ничего не сможете поделать. Носы у них чудовищно чуткие. Они ощущают запах на расстоянии многих миль.

Он просто пытается меня запугать, сказала себе Джейн.

— Перестаньте говорить глупости! Свиньи не…

— А если вдруг вы услышите рев…

— Рев? — переспросила Джейн слабым голосом.

— Помните, мы перешли вброд реку? Она, конечно, не слишком большая, но готов биться об заклад, что там водятся здоровенные кайманы. — Он жизнерадостно улыбнулся. — Сейчас у них как раз брачная пора!

— Я не думаю… я хочу сказать, что кайманы не…

— Не рычат? О, будьте уверены, еще как рычат! Это ведь крокодилы. Никто не может точно сказать, отчего они рычат: то ли от страсти, то ли от плохого настроения. — Андре повел плечами. — Версия о плохом настроении кажется мне весьма любопытной.

Джейн с трудом сглотнула.

— Все, что вы здесь наговорили, неправда! — решительно заявила она. — Вы это придумали, чтобы заставить меня залезть наверх!

Мужчина ухватился за ветку, уперся ногой в сучок и одним махом преодолел два фута, остановился и посмотрел на Джейн.

— Да, совсем забыл про ягуара. Через пару часов этот хищник выйдет на охоту. Если бедняге немного повезет, он найдет одну-другую водяную свинку, чтобы заморить червячка, и тогда не обратит на вас никакого внимания…

— Это совсем не смешно, Стоун!

— О да, кстати: если эти парни, которые стучат в барабаны, будут проходить мимо и остановятся поздороваться, не будите меня. После полуночи я не люблю знакомиться с новыми людьми.

— Будьте вы прокляты! — яростно выпалила Джейн и неуверенно шагнула к дереву. Ее запрокинутое лицо в тусклом свете луны выглядело очень сердитым. — Вы выиграли. Я полезу на это дурацкое дерево.

Андре довольно засмеялся, спрыгнул на землю и протянул руку.

— Ах, Митчелл, как велико ваше желание спать со мной!

Джейн покраснела, дотянулась до ближайшей ветки и начала подъем.

— Я ненавижу это место. Ненавижу вас. Я ненавижу… — Рука Джейн соскользнула с ветки, но Андре тут же обхватил девушку за талию и не дал упасть.

— Спокойно, — пробормотал он. — Не бойтесь. Я вас держу.

— Вам хорошо давать советы… — буркнула Джейн.

Ее поддерживали крепкие, надежные руки, тихие успокаивающие слова направляли Джейн, пока она не добралась до толстой раздвоенной ветки и не уселась, стараясь не думать о том, что до земли миллион миль.


— Расслабьтесь, — посоветовал Андре, забираясь следом.

— Я расслабилась. Я совершенно расслабилась…

— Если вы всю ночь собираетесь просидеть так, то к утру сами превратитесь в дерево.

— Послушайте, Стоун, может, вы и в состоянии представить, что это королевская кровать с пологом, пуховым одеялом и мягкими подушками в придачу, но я… — Джейн судорожно вздохнула, и руки Андре тут же обвились вокруг нее.

— Идите сюда, — грубовато сказал мужчина. — Перестаньте сопротивляться, Митчелл. Я не собираюсь приставать к вам. — Он тихонько засмеялся и прижал девушку спиной к себе, его дыхание коснулось завитков на виске Джейн. — Представьте меня в виде ремня безопасности на кресле вашей машины.

— А что я должна думать о дереве, на котором мы сидим? — спросила Джейн, стараясь не замечать, как тесно она прижата к мускулистому телу. — Когда вы развлекались, описывая диких животных, которые могут подстерегать меня внизу, вы забыли о древесной фауне. Откуда вы знаете, что здесь нет змей?

Андре вздохнул.

— Сделайте одолжение нам обоим и попытайтесь не волноваться. О’кей? Даю слово, здесь вы в безопасности. Тревожиться совершенно не о чем.

Нет, есть о чем, подумала Джейн. Ее беспокоили собственные ощущения от объятий Андре, стука его сердца и тепла, от которого загорался пожар внутри ее тела.

— Да не напрягайтесь так, Митчелл. Сделайте глубокий вдох. Вот так. Хорошо. А теперь выдохните. Если бы вы были настоящим ученым, то знали, что напряженное тело падает в два раза быстрее, чем расслабленное…

Не рассмеяться оказалось невозможным.

— Вы, должно быть, проспали все школьные уроки физики, Стоун!

— Признаться, я люблю поспать. — Мужчина усмехнулся. Какой смысл говорить, что он спокойно мог проспать всю среднюю школу, поскольку жизненный опыт позволил получить знания, которые и не снились его учителям? — Да просто не думайте об этом. Вы не упадете.

— Голова это понимает, а вот желудок отказывается. Как только подумаю, что до земли страшно далеко, он начинает выделывать мертвые петли.

— Но ведь вы летели в Бразилию самолетом, верно? — Джейн кивнула. — И как же вы пережили полет? С помощью транквилизаторов?

— Нет, я не люблю принимать успокоительное. — Она заколебалась. — Это может показаться глупым… Ну… я заставила себя заснуть. Я всегда так поступаю в самолете…

— И как вы это делаете?

Джейн вздохнула.

— Стараюсь отключиться от окружающей действительности. Опускаю шторку на иллюминаторе, прошу стюардессу принести маленькую подушечку, чтобы откинуть голову, закутываюсь в плед и говорю, что на самом деле я не в воздухе, а в… — Она слабо вскрикнула, когда Андре чуть приподнял ее и сменил позу. — Что вы делаете?

— Сажаю вас к себе на колени, — сказал он тоном, не терпящим возражений, и в самом деле уселся так, что Джейн устроилась на его коленях как в удобном кресле. — У вас нет повода жаловаться, поверьте, я делаю это только для нашей с вами безопасности.

Джейн охватило ощущение тепла и уюта. Ее нос уткнулся в щеку мужчины, рука обвила грудь Андре.

Я в безопасности, подумала она. Ой ли?

— Но это… это совершенно ни к чему. Нет никаких причин, чтобы…

— Есть причины, — твердо сказал мужчина. — Если вы не отдохнете, то я тоже. А завтра нам обоим понадобятся ясные головы и много сил.

— Да, но это…

— Слушайте, мы не можем задернуть штору, и подушечки тоже нет. Но вы вполне можете положить голову мне на плечо и закрыть глаза. — Теплые пальцы Андре зарылись в золотистые волосы, и мужчина прижал голову Джейн к своей груди. — Вот так. Что же мы представим себе? Есть предложения?

Джейн фыркнула.

— О’кей. Я понял. Сейчас чудесный летний вечер, и мы сидим на деревянных качелях в саду моей тетушки Мери. Качели очень старые. Их надо смазать. Они скрипят.

— Слушайте, я ценю ваши усилия, но это не…

— Светит луна, — шептал Андре, и его дыхание касалось ее щеки. — Ночь очень теплая, легкий летний ветерок с юга. Мы просто сидим на качелях, болтаем и считаем звезды. Но обоим захотелось спать. Я устала, Андре, говорите вы, а я отвечаю: почему бы вам не положить голову на мое плечо и не закрыть глаза?

— Стоун, на самом деле, это интересно, но…

— Секундой раньше вы называли меня Андре.

— Ничего подобного…

— Называли, называли… Я устала, Андре, сказали вы, а я велел вам положить голову мне на плечо и закрыть глаза.

Джейн не смогла сдержать улыбки.

— Хорошо придумано, но это вы сами за меня сказали.

— Я вложил эти слова в ваши уста? — Мужчина тоже улыбнулся и притянул Джейн к себе. — Ну же, попробуйте. Положите голову на мое плечо, глубоко вдохните и расслабьтесь.

Тихонько вздохнув, она повиновалась и почувствовала, что напряжение постепенно покидает тело. Через некоторое время Джейн почувствовала запах мужского пота, запах Андре. Это взволновало ее, но как? Скажите, как запах пота может быть волнующим?

Волновали Джейн и его объятия. Она и не знала, какой надежной защитой могут стать мужские руки. С головы до ног она ощущала себя женщиной. Ее кожа стала невыразимо чувствительной в местах, к которым прикасался Андре.

Рука Джейн лежала на груди мужчины, длинные тонкие пальцы подрагивали на чуть влажной от пота ткани рубашки. Щекой Андре прижимался к ее виску. Ему надо побриться, ни с того ни с сего подумала Джейн — отросшая щетина слегка царапала. Что произойдет, если она дотронется до его лица и проведет кончиками пальцев по щетине? Сердце глухо стукнуло, еще раз и еще, и Джейн слегка зашевелилась в объятиях Андре.

— Удобно? — прошептал он.

Джейн кивнула, хотя это слово не совсем подходило к тому, что она чувствовала. Гладкая мужская шея почти касалась ее губ. Что будет, если прижаться к ней? А если губы Андре коснутся ее рта? Днем поцелуи были горячими и опаляли, как солнце. Теперь, когда с темных небес льется лунный свет, а вокруг сгущается ночная мгла, наверное, его поцелуи будут напоены вкусом лесной прохлады.

Джейн закрыла глаза. Она представила, как уходит в темноту с Андре, позволяет себя увлечь в бездонный водоворот, где будет только ночь и сладостное ощущение прижавшегося тела…

— Джейн…

Девушка подняла голову и посмотрела в глаза, зеленые, как джунгли. Рука Андре ласково коснулась ее щеки.

— Вы опять напряглись, — мягко сказал он.

— Ничего не помогает, — неуверенно пробормотала Джейн. — Я думаю… Стоун!

Она почувствовала, как его губы шевельнулись у виска.

— Меня зовут Андре… — Голос мужчины почему-то охрип.

Она с трудом проглотила слюну.

— Андре. Пожалуйста…

Тот улыбнулся.

— Мне нравится, как вы произносите мое имя, — прошептал он.

Их глаза встретились вновь, и то, что она прочитала в них, заставило забыть обо всем на свете.

Андре тихо произнес имя девушки, наклонился и поцеловал…

Загрузка...