Его вторая семья (СИ)

— А то я могу, — он подмигнул. — И так, чего починить, тоже. Мужик я работящий. Без вредных привычек. Квартира своя. Не женат, — добавил он. И покосился на обручальное кольцо на моем пальце.

Машинально покрутила золотой ободок.

Отступила и поставила кружку на подзеркальник, сняла кольцо.

Если раньше надеялась сохранить семью, то сейчас…нет, выкидывать не буду, заеду сегодня в ломбард и продам.

А на завтрашнюю годовщину куплю Дэну грабли и лопату.

Чтобы продолжал плясать на них с Полей и глубже закапывал нашу семью.

Покрутилась возле мастера, пока он заканчивал. Пододвинула чемоданы мужа ближе к выходу. И когда на тропинке у дома показалась фигура Полины — вышла к ней на крыльцо.

— Ты опоздала, — сказала, когда бывшая подруга подошла к ступенькам. — Времени у меня уже почти нет. Поэтому, короче.

— Я на счет… — Полина смущенно улыбнулась. Покосилась на мужчину в синем рабочем комбинезоне. — Сонь, может, отойдем?

— У меня от моего мастера секретов нет. Пусть будет свидетелем. А то наговоришь мне сейчас про детдом, а потом отпираться станешь.

Полина удивленно вздернула брови.

Я мысленно хмыкнула.

Ну давай.

Извиняйся или что ты там хотела делать, лживая дрянь.

Лично мне стыдиться нечего.

— Сонь, — Полина с недовольством покосилась на рабочего и вздохнула. — В общем, Денис — он… Соня, прекрати, — она выругалась. — Давай отойдем. Пожалуйста.

Пожала плечами и спустилась к ней.

— Ну? — сложила руки на груди.

— Ты, как мать, должна меня понять, — Полина облизнула накрашенную губу. — Я не хотела уводить твоего мужа. Ведь мы дружили с тобой. Просто мужчины… Сонь, они полигамны. Дениса ослепила страсть.

— Это Денис тебя соблазнил?

Мне по-прежнему больно.

Закончится ли это когда-нибудь?

— Он мне прохода не давал, — подтвердила Полина. — Милая, я не выдержала. Сама виновата, что поддалась ему. И я себе этого никогда не прощу. Я очень люблю тебя. И не понимаю, как мне теперь все загладить.

— Так любишь, что моего сына детдомом пугаешь? Всё, — отступила, не в силах слушать ее. — Полина, уясни одно: не приближайся. Ни ко мне, ни к Макару. Запомнила? — двинулась к ступенькам.

— Постой, — она нагнала меня на крыльце. — Денису очень тяжело. Он убивается. Ночью приехал ко мне с разбитыми кулаками.

— Полечила?

— Не будь такой черствой.

— Не будь такой тварью. И не рассчитывай, что после нашего с Дэном развода тебе что-то достанется. Закатай губу. А если полезешь ко мне или к моему сыну — я тебя просто…

— Соня, — прозвучал у нас за спиной спокойный голос мужа.

Обе повернулись — Денис так бесшумно приблизился к крыльцу, что я растерялась.

Он смерил взглядом Полину. Посмотрел на меня.

— Развод и раздел имущества? — переспросил негромко. — Любимая, а ты уверена в том, что сейчас говоришь?

Глава 17

От ярости трясет.

У них обоих вообще совесть есть, ну хоть в зачаточном состоянии?

— Денис, прости. Ты был против того, чтобы я с Соней разговаривала, я помню. Но мне больно смотреть как рушится ваша семья, — грустно произнесла Полина. — Сонь, я одна во всем виновата. Только я. Если тебе легче станет — оттаскай меня за волосы, пощечину влепи. Я вытерплю. Но не руби с плеча, не лишай Макара отца.

— Полина, помолчи, — сказал Денис, глядя на меня.

— Но я хочу помочь, — всхлипнула она.

— Я знаю. Но сейчас тебе лучше уйти, — все также глядя только на меня попросил Денис холодно.

Я не могу позволить себе то, чего хотелось бы — наорать на Дениса и Полину. Воспользоваться щедрым предложением Полины и отхлестать её по лицу я тоже не могу. Кричать что Денис ублюдок, что ненавижу его, что он всё сломал! Предал нас! Плакать, биться в своей агонии… не могу! Если сейчас выплесну эмоции — не остановлюсь, а мне нужна трезвость мышления.

Полина опустила голову и, шмыгая носом, отошла от нас. Надеюсь, убралась от моего дома, и больше не заявится.

— Ты же пошутила насчет развода? Идем, — Денис попытался взять меня за руку, но я отскочила от него. — Сонь, просто поговорим. Давай в дом зайдем.

— Разговоры с тобой — это агония.

— Мы женаты, Соня! Нам придется поговорить! Очнись! Идем.

Денис, сжав кулаки, вошел в открытую дверь.

Обычно я хорошо читаю эмоции мужа, но не сейчас. Я и злость вижу в нём, и бессилие, и затравленность. Слишком много всего. Он бледен, напряжен, пружиной сжат, и мне неуютно находиться рядом.

Я слишком устала от всего. Мне бы тишины.

— Сонь, прости что Полина пришла к тебе. Я просил её не заводить с тобой разговоров.

Просил! Когда ночевали вместе — тогда просил?!

Нет, нельзя устраивать истерику. Иначе снова получится разговор слепого с глухим.

— Я сама дала согласие встретиться с ней, — ответила, стараясь чтобы голос звучал мирно.

— Сонь… прости меня за всё. Пожалуйста. Ты же сгоряча про развод сказала? Это не всерьез?

Денис смотрит на меня с глухим отчаяньем. Мне и самой тяжело, но…

— Я всерьез, я подам на развод. Подожди, — выставила я ладони перед собой, призывая Дениса меня не перебивать. — Дай мне сказать. Я не смогу так жить. Я не доверяю тебе больше. Да и не нужна я тебе, судя по всему. Брак уже развалился, и выход один — развестись.

— Из-за одной ошибки? Соня, ну какой развод?! Что ты такое говоришь? — прохрипел муж.

Я горько усмехнулась. А одна ли ошибка была?

Нет, я не такая уж дура, и прекрасно понимаю что ужимки Полины — это игра на определенную аудиторию. Она могла приврать насчет того, что Денис не давал ей прохода. Но также возможно что это правда.

— Говоришь, одна ошибка? — я устало опустилась на стул. — Ты мог мне рассказать, признаться во всем. Мы бы попытались всё решить. Возможно, сохранили бы наш брак. Но чего ты еще ждал, Денис? Вот чего? Ты не месяц и не два, а годы мне лгал. Ездил к Полине, жил с ней. Сюда их перевёз. Ты думал что я не замечу, или что я всё это проглочу? Ты действительно считал, что после всего что сделал, мы с тобой останемся семьей?

— А ты бы призналась, если бы по ошибке переспала с другим? Только честно. Рискнула бы отношениями с любимым человеком, и выложила что провела с другим ночь? Вряд ли, — Денис так и не сел за стол, навис над ним и надо мной. — Матвею скоро в школу, вот они с Полей и вернулись. И я планировал рассказать тебе всё, просто не знал как. Страшно было дико. Я откладывал разговор, хотел подготовить тебя, преподнести всё мягко, чтобы тебе больно не было. И не справился. Прости.

— Не справился, — повторила я глухо.

— Я уже не один раз говорил, но повторю: у нас была одна ночь. Не было ни дня, чтобы я о ней не жалел. Всё остальное время я был тебе верен.

— Хватит уже врать! Верен был, как же, — взвилась я, не сдержавшись. — Не хочешь правду говорить — молчи. Нам нужно хоть подобие нормальных отношений сохранить ради Макара!

— Нам нужно не разводиться.

— Это решенное дело.

— Развод и раздел имущества? Соня, — повысил Денис голос, — хочешь — всё забирай: деньги, недвижимость. Я для вас всё это зарабатывал, без тебя мне ничего не нужно. Хоть сейчас всё перепишу на тебя, но прошу, нет, умоляю — не подавай на развод! Я тебя люблю, и ты меня любишь. Не могла ты меня разлюбить за пару дней.

Я покачала головой.

Сил никаких нет. Хочу, чтобы Денис ушел. Хочу, чтобы дом снова стал безопасным. Хочу не имитировать для Макара улыбки, а искренне радоваться вместе с сыном. Как скоро я смогу снова жить нормальной жизнью?

— Я не смогу с тобой жить, Денис, — подняла на него глаза. — Даже если бы я поверила в то, что с Полиной у вас был один раз, а я не верю в это… я не смогу так. Знать, что ты уходишь к другой, что у тебя от неё сын. Макара не смогу отпускать общаться с Полиной и Матвеем — он там не в безопасности. Он с тобой не в безопасности, понимаешь? Я просто не смогу так жить.

— Сонь… — Денис замолчал, нервно постукивая пальцами по столу.

Он молчит, я тоже.

Всё же, снова выходит разговор слепого с глухим. Дэн говорит про «один раз», а я не верю. Полине я тоже не верю.

Верю я только своим глазам. Я видела встречу в аэропорте, видела как Денис защищал Полину, как впустил её в наш дом, видела его машину у её дома этой ночью. Они на одной волне.

Может, права была мама, и мне не нужно было устраивать Полине сюрприз, встречая её? Я бы ни о чем не знала, продолжала бы жить счастливой жизнью… и была бы очередной обманутой женщиной, муж которой завел вторую семью.

Нет, всё к лучшему. Хорошо что я узнала правду, хорошо что сама всё увидела.

— Просто дай мне время, — Денис таки обхватил мои ладони своими руками. — Сонь, Сонечка, не спеши, умоляю! Давай я перепишу на тебя имущество, отдам деньги — это будет гарантом того, что я серьезен, что не лгу. Но не спеши с разводом. Живи здесь с сыном, но позволь мне приходить к вам. К Макару и тебе. Мы сможем всё наладить, просто дай мне время.

— А жить ты будешь с Полиной, от которой будешь приходить к нам?

— Да с чего ты взяла?

— А сегодня ты где ночевал? Я приехала домой ночью, тебя не было.

— В отеле, — твердым тоном произнес Денис.

— Врешь, — очередная ложь меня не удивила. — Я проезжала мимо дома Полины, ты ночевал у неё.

— Черт, Сонь, я к Поле как к другу заехал. Мне нужно было с кем-то поговорить. Просто поговорить, и всё! Да, я не в отеле был, но у Полины я просто поспал пару часов, мы поговорили и я уехал. Я провел ночь в ее доме, но это ничего не значит. Больше этого не повторится.

Я не сдержалась, рассмеялась зло.

Раньше я ездила на чемпионаты с Денисом и всегда была в зале во время боёв. Но не в последнее время. Видимо, мое место и там Полина заняла. Но если я спрошу Дениса — он ведь снова солжет мне.

А если я расскажу ему про разговор с Полиной — он-то мне поверит?

Нет, — ответила я самой себе. — Он мне уже не поверил. Полина свята и неприкосновенна. Но все же, я попросила его:

— Денис, прошу тебя, очнись уже. Проснись! Полина — та еще лгунья, и…

— У тебя есть повод злиться, но злись на меня. Она не желает тебе зла. Полина просто хочет чтобы наши сыновья стали братьями, общались. Тебе трудно это принять, я понимаю, но это так.

Нет. Денис мне не поверит.

— Давай установим контрольную точку. Например, три месяца. Ты даешь мне это время, не подаешь на развод, и я доказываю, что мы сможем справиться. Просто дай мне это чертово время! Я не смогу без тебя, Сонь! — снова взмолился Денис.

Может, это и выход — дать Денису время в обмен на наше с Макаром спокойствие?

— А ты готов взамен пообещать Макару безопасность от Полины и Матвея? Я повременю с разводом, если ты не станешь тащить в нашу с сыном жизнь свою вторую семью.

Я с ожиданием посмотрела на Дениса, но его взгляд обращен мне за спину.

Я обернулась, и увидела свёкра.

Черт, я забыла отменить семейный завтрак. Уже ни завтрака нет, ни семьи.

— Соня, Денис… развод? — нахмурился он. — Вы с ума сошли?

Позади него ахнула свекровь.

— Здравствуйте, — пробормотала я, не в силах объясняться еще и с ними.

И чтобы чем-нибудь занять себя, потянулась к телефону. На нём 7 пропущенных, 5 из которых от Родиона. А также сообщение:

«Софья, доброе утро. Не смог до вас дозвониться. Срочно свяжитесь со мной. Ваша машина найдена, и вам нужно будет явиться в отдел. Мой вам совет: приходите с адвокатом, дело очень серьезное, произошел наезд на пешехода, дорожные камеры не зафиксировали кто именно был за рулём» — прочитала я месседж.

О, Господи…

— Так что вы за разговоры ведете про развод? Надеюсь, мне послышалось! — грохнул свёкор.

— Хозяйка, идите принимать работу. Замки установлены. Намаялся, швейцарские замки требуют тонкой работы, — крикнул мастер из коридора.

Именно этот окрик послужил катализатором. Свекровь отмерла, всхлипнула, подошла ко мне и обняла.

— Какие же вы глупые. Что придумали. Развод, ну какой развод. А как же внуки!

Внуки.

Значит, и они были в курсе.

Глава 18

— Давайте мне сюда ключи, — Денис достал портмоне из кармана и вопросительно посмотрел на мастера. — Сколько?

— А зачем замки меняете, случилось чего? — Андрей Валерьевич бросил на диван спортивную сумку.

В ней он обычно для Макара приносит мячи и скакалки, а потом они вместе занимаются во дворе. Отец у Дениса крепкий. Мастер спорта, как и муж.

Из Макара они мечтают сделать чемпиона.

— Где внук? — Андрей Валерьевич огляделся.

— У моих родителей, — усилием отстранилась от обнимающей меня свекрови. — И замки мы меняем потому, что Денис здесь больше не живет.

Прошла к мастеру, который уже взял деньги у моего мужа. Выхватила связку новых ключей у Дениса из-под носа.

— Пойдемте, рассчитаемся.

— Соня, ты что такое говоришь, — вслед мне ахнула Наталья Сергеевна. — Денис, всё же было хорошо? Мы сейчас у дома Полю встретили.

Полю.

С ума они все посходили.

Вместе с мастером вышли в холл. Отдала деньги и следом за ним шагнула на крыльцо.

Полина торчит за воротами.

Кружит черным вороном, готовая когти выпустить, как в песне, ждет, что я сдамся.

Успела и с родителями мужа пошептаться, гадина.

Не выдержала и показала ей неприличный жест.

Пусть проваливает.

— Сонь, — за спиной позвала свекровь. — Заходи сюда. Мы с папой в шоке.

— А у нас в семье все то в шоке, то рыдают, — вернулась в холл и повесила на плечо сумочку. — А потом выясняется, что у моего ребенка есть брат, которого я не рожала. Вот я и думаю. Порыдать мне или в шок впасть? Ладно, мне пора. Завтрак отменяется.

— Соня, ты как со мной разговариваешь? — поразилась Наталья Сергеевна. — Лично я тебе что плохого сделала?

— Например, про вторую семью вашего сына молчали, — наклонилась, чтобы обуться.

— Ты сама не понимаешь, что несешь, — процедила она.

Она стоит надо мной. Затылком чувствую ее взгляд.

Но ее винить не могу, между мной и сыном — они Дениса выбрали, и это их право.

Только и у меня теперь есть право — не общаться с ними.

Меня очень обидели.

— Ты зря так категорично настроена, Соня, — высказала мне свекровь. — Семья — это компромиссы. Всё ведь можно решить. Давай, деточка. Расскажи мне, как ты узнала? Ну? Про Полю, — понизила она голос до интимного шепота. — Скандал был? Бедная ты моя. Мы с тобой сейчас чаю нальем. И тихонечко посидим. Посплетничаем.

— Мне пора.

— Отложи дела, будь любезна, — ледяным тоном потребовала Наталья Сергеевна.

— Соня, — грохнул голос свекра. Андрей Валерьевич тяжелым шагом появился из гостиной. — Так дело не пойдет. Я к внуку приехал. Ты знаешь, что у нас занятия и пропускать нельзя. Куда Макара спрятала?

— Я его не прятала.

— Будем к словам придираться? Внук мой, спрашиваю, где? Устроили тут черт знает что. А Денис, как всегда, тебе потакает. Про ребенка совсем не думают, эгоисты оба.

Беспомощно покачала головой.

Вдвоем на меня набросились, будто это я семью рушу.

— Денис, — от отчаяния обратилась к мужу, который с телефоном, прижатым к уху, показался в проходе. — Денис, мне ехать надо. Скажи им.

— Вот это неуважение… — пробормотала свекровь.

Дэн за руку вытянул меня на крыльцо, сунул ключи от машины.

— Иди, я сейчас.

Дверь за ними закрылись, я сбежала вниз по ступенькам.

Коршуны.

Чего они от меня хотят, что я улыбаться им в глаза буду? Ради чего, чтобы картинка «счастливой семьи» не потускнела?

Покосилась за ворота — Полина убралась.

Потопталась у машины, дожидаясь Дэна. И, когда муж вышел ко мне на улицу — шагнула навстречу.

— Мне надо дом закрыть. Твои родители собираются выходить?

— Сонь, оставь их, — выдохнул Денис. — Дай им переварить.

— Пусть переваривают в другом месте, — уперлась. Поймала напряженный взгляд мужа. — Что? Ты ведь сказал, что все нам с Макаром оставляешь. Могу я сама решать, кого приглашать домой?

— Давай, вешай на моих родителей всех собак, — Денис распахнул дверь авто. — Макар в садике? Садись, сгоняем за ним и вернемся. Или ты и моих родителей общения с внуком хочешь лишить?

— А ты слышал, как они на меня накинулись?

— Слышал, — заверил Денис. — Они извинятся, если хочешь. Соня, все не в себе. Не ты одна. Прости их.

Отвернулась и закусила губу.

Чтоб тебя, Денис.

Ни одной нашей встречи теперь не проходит, чтобы без нервов.

А с его отцом у нас всегда были напряженные отношения, он нашей свадьбы не хотел, боялся, что Дэн загубит себе карьеру.

И даже условие поставил тогда, что если Денис женится — он ему больше не сын.

Я об этом потом узнала, Денис не рассказывал, но свекр гнев на милость сменил, когда родился Макар.

— Ладно, — помедлила. Протянула ему ключи от дома. — Закроешь потом сам. И вещи свои забери, не забудь. А Макар только после больницы. Не надо ему тренироваться. Я его не привезу.

Денис стоит напротив, ключи не берет. Смотрим друг на друга, и теплый весенний ветер ласкает лицо.

Хочется глаза закрыть, а потом — раз, и мне все это просто приснилось.

Вздохнула.

И вздрогнула, когда Денис за пальто притянул меня к себе, к моим губам наклонился.

— Что ты делаешь, — дернулась. — Отпусти. Денис, выпусти!

От моего крика муж чертыхнулся и разжал руки.

Ладошкой вытерла губы, которых он успел коснуться. Молча развернулась и двинулась к воротам.

— Я теперь прокаженный для тебя, да? — крикнул Дэн мне в спину.

— С Полиной целуйся! — не вытерпела.

Шандарахнула дверью ворот.

Ускорила шаг.

На ходу вызвала такси.

И перечитала сообщение от Родиона.

В полицию вызывают с адвокатом…

Набрала его номер.

— Это Софья Соколова, — представилась. — Машину мою нашли? Не поняла, там, правда, кого-то сбили?

— Увы.

— А что с тем человеком? Он в больнице? Вы же не думаете, что это я наехала?

— Сейчас сможешь подъехать? — не ответил на поток моих вопросов Родион.

— Да…

Сбросила вызов и остановилась. Пока ждала такси, заглянула в поворот, что ведет к дому Полины.

Как же все-таки дико.

Соседняя улица.

И ведь Денису это не кажется странным.

Почти до выезда добрела, когда навстречу вырулило такси. В салоне посмотрела на часы и прикрыла глаза.

Утро только началось, а чувство будто вагоны разгружала.

И впереди еще столько дел.

Нужно всё успеть, пока Макар в саду.

Посмотрела в окно, на дорогу. И нахмурилась, когда в хвосту заметила машину Дэна.

Едет следом, и даже не скрывается.

Водитель подъехал к отделению, остановился. Дэн припарковался за нами.

Вышла из машины и сощурилась на солнце.

— Следишь за мной? — бросила.

— Подумал, что мы не все выяснили, — муж запер машину и приблизился. — Хотел тебя догнать. Почему на такси и почему в полицию?

— Надо.

Денис мрачно усмехнулся. И с удивлением посмотрел поверх моей головы.

Повернулась на вход, где как раз хлопнула дверь. На крылечке показался Родион.

— Привет, — махнул он мне рукой, будто приятельнице. И добавил, не обращая внимания на Дениса. — Заходи, Сонь, я жду тебя.

Глава 19

ПОЛИНА

Соня уехала расстроенная. По ней видно что не в себе. Такой подруга даже перед экзаменами не была — во время учебы один из преподавателей приставал к ней, а получив отказ намекнул что завалит, и диплома ей не видать. Сонька тогда не спала практически, энергетики пила и зубрила билеты. Плакалась мне, как же всё это несправедливо, и я жалела её.

И сейчас жалость тоже пронзила. Но лишь на миг. Вот разведутся Соня с Денисом, переедет она куда-нибудь в пригород или в другой город — и я оставлю её в покое. Когда дело в любви — жалости места нет.

Денис рванул за Соней, и я окончательно освободилась от пут сентиментальной глупости. Как же всё это бесит! Снова он за ней мчится, за эгоисткой чертовой. Соньку только Макар интересует, а каково моему Матвею?

А плевать ей.

И на Дениса тоже плевать. Иначе бы боролась за него. Я бы ни за что мужа другой не отдала, даже если бы поймала его в процессе измены. Зубами бы вырвала своё у соперницы, уничтожила бы! А Соня… да дура она, дурой была и дурой останется.

— Поля? — открыла мне моя будущая свекровь. — Привет, милая. Что-то случилось?

— Здравствуйте, — расцеловалась я с Натальей Сергеевной. — Я с Соней разговаривала, хотела всё ей объяснить, но не вышло. Увидела что они с Денисом уехали, а вы остались, и решила зайти.

Посмотрела на женщину с улыбкой, а она продолжила меня на крыльце держать. Будто я продавец пылесосов.

— Наверное, это не очень хорошая идея. Соня вернется, и если увидит тебя здесь — не обрадуется, — Наталья Сергеевна стерла подушечками пальцев слезы. — Нам с ней ссориться никак нельзя, прости, милая.

— Здравствуй, Полина. Проходи, — Андрей Валерьевич хлопнул жену по плечу, она посторонилась и я прошла в Сонькин дом. — Нечего этой истеричке потакать. Денис скакал перед ней как дрессированный пёс, и вот что вышло, — донеслось до меня его шипение.

А я прошла на кухню и села за стол, краем уха слушая как Андрей Валерьевич поучает Наталью Сергеевну. И правильно, клуша она. И нашим и вашим хочет угодить, а в итоге недовольны остаются все. Нужно уметь делать выбор, дорогая будущая свекровь!

— Соня сильно злилась? — тихо спросила, когда родители Дениса вернулись в комнату. — Ох, я так надеялась что она поймёт. Мы с Денисом планировали подготовить её к новости. Я знала, конечно, что подругами мы не останемся, Соня прощать не умеет, но уверена была что она не станет запрещать общаться братьям.

— Истерика у нее бабская. Пройдет скоро, подожди. Ей нужно как обычно найти виновных, вытрепать всем нервы, а потом голова на место встанет. Наташ, налей нам кофе, — кивнул Андрей Валерьевич жене, и та тут же подскочила. — Сонька должна понимать что рано или поздно нас всех не станет, и у Макара останется только Матвей. Братья будут общаться, будь уверена.

Я неуверенно кивнула, опустила взгляд на руки и постаралась не моргать — мне нужны слезы. И, бинго, они собрались в пересохших глазах!

— Ты-то хоть не истери! — рыкнул Андрей Валерьевич. — Ты же не такая дура как Сонька, выбрал же сынок жену, тьфу. Соберись, Полина! Ты ревёшь, жена ревёт, ну что за бабы.

— А как же не плакать, Андрюша! Соня нам с Макаром не разрешит видеться, вот увидишь! Отнимет нашего мальчика, и он нас забудет, — Наталья Сергеевна поставила перед нами по чашке кофе. — И как мне после этого жить? Она даже слушать нас не захотела, а на Дениса как смотрела, ты видел? Как на врага!

Бесит, бесит, бесит… Соня то, Соня сё, Макар — любимый внучок. А я? А Матвей?

Я громко всхлипнула, и тут же зажала рот ладонью.

— Простите, — прошептала. — Просто я не ожидала что всё закрутится именно так. Правда. Думала, Соня злость только на мне сорвёт. Но не на вас, не на Матвее и… не на Макаре.

Свёкры переглянулись и молча уставились на меня. Тишина тяжелая. Я ойкнула, и пробормотала:

— Простите, это не моё дело…

— Да хватит уже извиняться! — рявкнул Андрей Валерьевич. — Что там с Макаром? Что ты знаешь? Соня ему что-то сделала? Отвечай, Полина!

— Ну… она забрала его из дома, я это имела в виду, — добавила в голос неуверенной дрожи, чтобы мне точно не поверили.

И мне не поверили.

— А еще? Говори уже! Это наш внук, мы должны знать!

Внук. Я еле сдержала едкий смех. Лицемеры. С Матвеем по скайпу общались, приезжали трижды в год, и пели мне что любят Макара и Мота одинаково. Что-то незаметна эта их равноценная любовь, только про Сонькиного щенка все разговоры.

— Полина!

— Понимаете… может, я не так поняла… не может, а скорее всего я не так поняла, но… — я тяжело вздохнула и будто бы решилась. — Мне пришлось зайти к Денису, Соня с Макаром еще жили здесь. У сына самочувствие ужасное было, и я прибежала. Вы не подумайте, я дождалась что Соня из дома уехала и только после этого вошла в этот дом. С Матвеем. Макар тоже был здесь. Денис оставил нас на пару минут, и…

Я снова замялась, вздохнула, Наталья Сергеевна сжала мою ладонь а Андрей Валерьевич нахмурился.

— Продолжай.

— Макар испуганным выглядел, даже забитым. Я подумала что наверное он меня испугался — чужая тётя в его доме, это понятно что для ребенка может быть страшно. Начала разговаривать с ним, про то что у меня сын чуть старше его есть, про племянника, которого сестра в детском доме взяла. Про деток стала рассказывать, в общем. Чтобы Макарушка перестал быть таким зажатым. А тут Соня вернулась неожиданно, и жуткий крик подняла.

— При Макаре?

— Вряд ли она специально, — сжалась я. — Но да, при Макаре и Матвее. Подняла мальчишку на руки, стала прорываться мимо Дениса, на меня нападала. Мальчишка трясся у неё на руках, бедный. Денис пытался объяснять Соне что это неправильно, но она как бешеная была. Я думала, она пацанёнка до припадка доведёт. А потом было самое ужасное… ой, лучше не буду рассказывать, не моё это дело.

— Говори! Полина, начала так говори!

— Кажется, Соня внушает Макару что мы с Мотом — зло, — расплакалась я. — Она слышала как я про племянника говорила. Ну, про детдом. Разоралась что мы в её дом пришли, на детей ей плевать было, убежала наверх. А затем я с Денисом поговорила, и… кажется, Полина внушает Макару что я его в детдом хочу сдать, что я плохая, Матвей плохой, Денис, наверное, тоже плохой, одна она хорошая.

Андрей Валерьевич сжал ладони в кулаки, да так сильно что кости захрустели. Кулаки у него как кувалды, выглядит всё это пугающе.

— Но, возможно, всё не так, — воскликнула я. — Или Соня просто сгоряча всё это устроила. Мало ли. Денис пытается умаслить её, но пока безрезультатно. И так это обидно, знаете. Макару плохо, Матвейке тоже плохо: новая страна, папа рядом но всё равно редко. Матвей ведь думал что они будут чаще видеться, ждал встречи с братом, готовился. Вот, думаю, а придет ли хоть кто-нибудь на День Рождения нашего с Денисом малыша?

Губы мои задрожали и я снова расплакалась, только уже не навзрыд, а тихо, почти молча. Андрей Валерьевич пылает гневом, в глазах его жены слезы и сочувствие ко мне.

— Вот же Соня дрянь! Я знал что нельзя сыну на ней жениться. А ты, дура, защищала её: ах, мальчик любит девочку, девочка хорошая, пусть женятся, — выплюнул Андрей Валерьевич свою злость жене. — Хорошая девочка, да? Сына стращает, нас с Денисом мучает, брата против брата настраивает! Мерзавка неблагодарная! Денис её из грязи вытащил, мы к ней со всей душой! Так, Полина, — перевел он взгляд на меня. — Не смей мне рыдать, поняла? Ты адекватной была в отличие от остальных баб в этой семье. Матвея я обижать не позволю, на праздник к нему придут все. И спасибо что про Макара рассказала, я этого так не оставлю.

— Спасибо, Полечка, — всхлипнула Наталья Сергеевна, погладила меня по щеке, забрала опустевшие чашки и пошла мыть их.

— Вы простите что я вас расстроила. Сама на нервах. И не злитесь так на Соню, просто характер у неё такой. Да и я могла всё понять не так, — я поднялась со стула. — Пойду я. Не хочу Соню расстраивать, а то она вам истерику устроит за то что меня впустили. Мы с Матвеем ждем всю семью на праздник.

Я наклонилась, поцеловала будущего свёкра, затем приобняла свекровь и покинула этот дом, испытывая облегчение.

Глава 20

ДЕНИС

Зашел в кабинет следом за Соней.

— Тебя не приглашали, Денис.

— Да пофиг, — отодвинул для нее стул. — Садись. В чем дело?

Посмотрела на Родиона.

Бывший одноклассник расслабленной походкой обошел стол. Уселся на свое место и поворошил бумаги, лежащие на столе.

— Разговор у меня с Соней, не с тобой, — сказал он.

Он сидит, а я стою. И при этом Самсонов умудряется смотреть на меня сверху вниз.

— Соня — моя жена, — напомнил.

— А я слышал, что уже ненадолго, — выдал вдруг он.

Чего, блин?

Покосился на жену.

Соня покраснела. Сжимает сумку, стоящую на коленях, и кусает полные губы.

Я жду объяснений.

— Денис, выйди, пожалуйста, — бросила жена. — Мне надо поговорить с Родионом.

— Так говорите, я же не мешаю, — сложил руки на спинке ее стула и посмотрел на одноклассника.

Черта с два меня из этого кабинета выставят.

Я свою жену с этим козлом не оставлю.

Когда эти двое вообще познакомиться успели?

Ответ я получил почти сразу — Родион развернул по столу бумагу. Заявление Сони об угоне машины.

— У тебя мерс угнали? — наклонился к заявлению. — Вчера? — поразился. — А чего ты молчишь?

— Денис, ты сказал, не будешь мешать? — жена дернула плечом, сбрасывая мою ладонь. — Вот и стой молча.

Поймал насмешливый взгляд Родиона и сунул сжатые кулаки в карманы куртки.

Раньше жена не позволяла себе при посторонних так со мной разговаривать. Наш брак на взаимном уважении строится, если и бывают ссоры — о них никто, кроме нас с Соней, не знает.

А тут какой-то левый Родион сидит и слушает.

Еще и намекает мне, что в курсе наших с женой проблем.

Я это так не оставлю.

Взял другой стул и развернул его спинкой, оседлал.

Не к той женщине Самсонов полез, не к той.

Родион с серьезной миной вещает, что на Сониной тачке сбили пешехода. А я сижу и обтекаю.

Если бы сейчас за ней не поехал — ничего бы не знал.

— Почему ты мне не сказала? — набросился на жену.

— Дэн, давай потом, — она отмахнулась и с напряжением уставилась в разложенные перед ней бумаги. — Ничего не понимаю. Почему вы думаете, что это сделала я?

— Соня была со мной, — тут же отреагировал. Не позволю, чтобы мою женщину обвиняли черт знает в чем.

— Я не говорю, что это ты, Соня, — мягко поправил ее Самсонов. — Но я думаю, что ты могла кому-то оставить ключи. Кому-то знакомому одолжить. Видишь заключение? Машину не вскрывали. Ее ключами открыли.

— Конечно, ее не вскрывали, — жена потерла пальцами виски. — Ключи были в зажигании. Я торопилась и там их оставила.

— Или покрываешь кого-то, — предположил Родион. — Сонь, не злись. Я тебя не допрашиваю. Просто хочу разобраться. Ты могла кому-то одолжить машину, — сказав это, Родион метнул взгляд на меня. — Этот «кто-то», — выделил голосом Самсонов. — Сбил человека. А ты, чтобы защитить его, прилетела сюда писать заявление об угоне.

О-фи-геть.

Он еще и на меня намекает.

На койку больничную захотел, ведь я сейчас не сдержусь.

Одноклассник достал прозрачный пакет и положил перед Соней.

— Тебе знакома эта вещь?

— Так, всё, — поднялся и рывком потянул Соню. — Не разговаривай с ним больше без адвоката.

— Дэн, выйди! — Соня отбросила мою руку. Пальчиками придвинула по столу пакет и нахмурилась. — Так…нет, у меня такого не было.

Машинально посмотрел туда, на вещицу под целлофаном.

И остолбенел.

Очень знакомо.

Мало того, эту вещь я же сам и дарил.

Вот только не Соне.

Вышел из кабинета.

Набрал номер Полины.

— Увидеться надо вечером, — сказал сухо, когда она сняла трубку. — Вопрос к тебе есть. Дома будь в восемь.

Сбросил вызов и прислонился к стене.

Соня, Соня.

То, что она свои проблемы от меня скрыла — это удар под дых.

Да, я в последнее время паршивый муж и у нас разлад, но не всегда же так было.

Было открытие Сониного ресторана два года назад. И счастливое лицо жены. Ключи от входа, которые я ей вручил.

Тогда мы закатили такой праздник, что потом ремонтировали потолок, пробки от шампанского стреляли только так.

Пять лет вместе, и впереди еще вечность, безусловное счастье и любовь.

Тогда я и узнал, что у меня есть другой сын.

Два года назад

— Открытие ресторана, деревянная свадьба — это мощно, ребятки, — сказал Даня и поднял бокал. — Давайте еще столько же. И чтобы на десятилетие были уже с двумя детьми.

— Юбилей у нас с Дэном послезавтра. А дети…Мы с одним-то с ума сходим, — засмеялась Соня. — Представьте, вчера, — жена наклонилась к столу. — Дэн пока тренировался. Макар решил побить его грушу. Так у него теперь все ручки в синяках.

— Спортсмен растет, — одобрил Даня.

— Папа-дурак вырос, — Соня ласково потрепала меня по волосам. — Я второго боксера в семье не переживу. Про взросление Макара со страхом думаю. Пусть только попробует потом выйти на ринг. Если его побьют — у меня будет приступ. Никогда не выпущу его на бои.

— Мама-львица, — подтвердил. Поцеловал жену и достал сотовый из пиджака, бросил взгляд на незнакомый номер. — Алло. Алло, ничего не слышно, — гаркнул в трубку, перекрикивая музыку. — Да, кто это? — повторил, прижимая сотовый к уху. Вдоль стены пробрался по залу.

— Это Полина, — прошелестело на том конце.

— Да-да. Какая Полина? — не понял.

— С которой ты переспал перед собственной свадьбой.

В ушах что-то грохнуло. Это напоминание, как хук слева, что прилетел мне спустя годы.

А я, реально, забыл.

Бред какой-то.

— Полина? — переспросил и остановился в холле. — Слушаю, чего тебе?

— Поздравить вас с Соней хотела.

— Приятно. Всё?

— Не спросишь, с чем? — голос на том конце звучит так близко, словно она рядом стоит. Слышу, как у нее дыхание срывается. И всхлипы. — Ладно, Денис. Я сейчас отключусь. И пришлю тебе кое-что. Там фотографии, справка. Сроки. Всё такое.

Она бросила трубку, я тупо уставился на смолкнувший телефон.

Какие, к черту, справки?

Заболела и ей жить осталось два дня? Напоминает, что мы когда-то переспали и хочет попросить денег на операцию?

Первая мысль такого успешного, счастливого человека, как я — всё можно решить деньгами.

Черт меня дернул, и я открыл файлы, которые она мне прислала.

Фотографии маленького мальчика.

Сначала решил, что это мои детские снимки — вылитый я в пять лет.

А потом присмотрелся. К современной одежде, к незнакомой обстановке, к живописному храму на фоне.

Это Барселона, я был там много раз.

Только не в детстве.

Вчитался в подпись:

«У твоего сына послезавтра день рождения. Поздравляю»

Чего?

Ах-ха-ха.

Тупая шутка.

Дурацкий стеб.

Идиотская Полина — об этом думал, пока изучал справки. И потел.

Нет, не может быть, невероятно, нереально.

Чушь.

Наверное.

Ведь если правда, то это не хук слева, а полный нокаут.

Да конец это, баста, гвоздь в крышку гроба, черный смокинг на похоронах моей счастливой семьи.

Я не знал и не хочу знать, у меня есть сын — Макар.

Не нужен мне никакой чужой ребенок.

Пусть вместе с Полиной к черту идут.

Костяшки в кровь сбились об стену от одной лишь мысли, что все это всерьез.

С того момента у меня не жизнь началась — ад.

В котором помогали деньги.

Регулярные переводы в Испанию.

«Не звони сюда больше. Фотки не присылай. И жене моей звонить не смей. Помогать я вам буду. Но не вздумай маячить на горизонте» — сказал я тогда Полине.

И, спустя пару месяцев, начал приходить в себя.

Соня про ту мою ошибку не узнала и не узнает.

Никогда.

С тем ребенком я знакомиться не буду, он чужой для меня, для нас.

Я так думал.

А потом кое-что случилось.

Глава 21

Я еще раз рассказала Родиону все события вечера.

Страх есть, но смазанный. Предательство мужа, подруги, волнение за Макара, неясное будущее, еще и угон машины и сбитый человек…

Не знаю, это признак стабильной психики или наоборот, но всей душой я боюсь лишь за Макара. Всё остальное идёт лишь невесёлым фоном.

— Родион, скажи, что мне сейчас делать? — спросила, закончив рассказ и ответив на его вопросы. — Мне нужно написать заявление, или дать официальное объяснение? Я обвиняемая? Подозреваемая?

— Ты ничего не будешь подписывать, Соня. Я разберусь со всем, — мрачно произнес Денис. — Сейчас мы оба уйдём отсюда. Никаких действий без адвоката. И вообще, тебя эта ситуация с угоном машины не коснется. Клянусь, я во всем разберусь.

Я кивнула, но смотреть продолжила на Родиона.

— Денис прав. Без адвоката никаких шагов не предпринимай. Сейчас ведётся расследование, официальные обвинения тебе не предъявлены, но запомни: Соня, если тебя вызовут на допрос не ко мне — сразу звони адвокату. Без него ничего не подписывай. Никаких «с моих слов записано верно» в официальных бумагах, поняла?

— Поняла.

— Возможно, всё обойдётся, — решил Родион меня приободрить, на что я лишь улыбнулась.

Всё обойдётся — это в последнее время не про меня.

— Мы можем идти?

— Соня может идти. Тебя же вообще никто не звал, — хмыкнул Родион.

Денис набычился еще сильнее. Кивнул, и потянул меня на выход. Я не стала сопротивляться, незачем.

— И давно вы на «ты» перешли? — рыкнул муж, когда мы вышли на крыльцо.

Ревнует. Бесится. А я в ауте. Возможно, я должна испытывать хоть мизерное, но удовлетворение от подобной реакции. Но чувствую я лишь удивление: эта ревность максимально неуместна, право на неё Денис потерял.

— Я не хочу ссориться.

— Сонь, ты решила мне отомстить? Но… мент, серьёзно?

— А ты серьезно сейчас? — я пригладила распушившиеся из-за ветра волосы. — Дэн, если ты думаешь что все мои мысли крутятся только вокруг тебя — ты искренне ошибаешься. Я не собираюсь делать тебе больно, мстить. Я просто буду жить дальше.

— То есть, всё это…

— Всё это тебя не касается, — отрезала я. — Адекватность включи, будь добр. Представь, что я спала с твоим лучшим другом… с Даней, например. Родила от него ребёнка, а тебе об этом сообщить забыла. Исключительно, чтобы ты не нервничал, разумеется. Таскалась бы с ним, защищала. А ты перешел бы на «ты» с Полиной, допустим, и я начала бы тебе предъявлять за это. Считаешь, я имела бы право?

— Сонь, я уже говорил, это было один раз и я миллион раз жалел об этом.

Ой, иди ты в задницу! Достал!

— Ты миллион раз жалел, а я не собираюсь в миллионный раз это обсуждать. Про Макара повторю: сына не вмешивай в свои запутанные родственные связи. Любовница твоя, Матвей тоже твой, сам хоть поселись с ними. А над Макаром не смей издеваться. И на Полину намордник надень.

— Сонь…

— И начни уже думать головой, Денис. Я замуж не за идиота выходила, — перебила я очередное ненужное мне оправдание. — Не ходи за мной, я на такси поеду.

— Я подвезу.

— Нет. Я хочу одна побыть.

Ну и где это чертово такси?! Денис стоит со мной рядом, на нервы действует.

Я люблю его. Всё еще люблю, но еще и ненавижу. И тоже искренне.

— Мы же договорились с тобой? Ты не спешишь с разводом и даёшь мне время всё исправить. И насчёт ситуации с машиной не нервничай — я разберусь. Сонь, мы договорились, да?

Такси подъехало, я подошла к машине и села в неё. Денис остался на парковке.

Ждать и верить я не могу. Ни с разводом, ни с угоном машины. Это раньше я бы расслабилась, скинув проблемы на крепкие мужские плечи. Верила бы в то, что муж защитит и во всём разберется.

Сейчас не верю уже. Даже в обещания переписать на меня имущество. Был у моей приятельницы муж, который тоже налево сходил. И его также как Дениса поймали. И точно также как Денис, он громко заявлял, что всё отдаст, всё сделает, лишь бы не развод. Вот только в итоге он даже украшения, которые жене дарил, обратно потребовал — любовница его отлично обработала.

А Полина в этом профи.

Кстати…

— Ксень, привет. Не отвлекаю? — набрала я ту самую подругу, прошедшую через тяжелый развод.

— Нет, — сдавленно простонала она.

— Что с тобой?

— Только что полную эпиляцию делала, всё тело болит. Как дела, Сонь?

— Дела… по делу я и звоню. Ты с Эдиком скандально разводилась, но нашла крутого адвоката и он помог. Да?

— Ты разводишься с Дэном? — ахнула Ксюша.

— Да. Только никому, пожалуйста, — попросила, хотя в Ксюше уверена — не сплетница она, а тот еще интроверт. — Я искала в интернете адвокатские бюро. Их много, и отзывы тоже хорошие, но мало ли. Мне нужен лучший.

— Ох, Сонь… — подруга сочувственно вздохнула. — Барков бешеные деньги берёт, но его услуги того стоят. Мой бывший всё имущество хитро переписал на свою мать, мне при разводе полагалась половина от нуля, но Барков всё разрулил. Только не знаю, свободен он сейчас или нет. Я позвоню ему и попрошу за тебя. Но, Сонь, мой-то Эдик — та еще скотина. А Денис разве оставит тебя с голой задницей? Он вроде не такой.

— Эдик тоже был «не таким».

— Его Оленька его любимая обработала.

У Дениса тоже есть своя «Оленька», только зовут её Полина.

— Позвони ему сейчас, пожалуйста. И еще момент: Барков твой только по бракоразводным делам? По уголовке он не работает?

— Не знаю. Спрошу и сразу тебя наберу.

— Спасибо, Ксень.

Мы попрощались с подругой и я, чтобы не думать свои невесёлые думы, вбила имя адвоката в строчку поисковика.

Барков Алексей Александрович. Так-так, кандидат юридических наук, специалист по семейным и уголовным делам, управляющий партнёр… представлял интересы местных и даже столичных миллионеров… Лидер года, и прочие регалии.

Чем больше читала, тем больше сомневалась — а по карману ли мне эта акула?

Но, с другой стороны, Дениса скорее всего будет представлять Данил, и он не менее крут чем Барков.

— Вы не против, если мы заедем на заправку? — спросил таксист.

— Не против. А я изменю адрес, — сказала и таксист кивнул.

Домой не поеду. Лучше заберу Макара из садика, погуляю с ним, успокою. Я почти пришла в себя и хочу быть рядом с сыном.

Я сидела в машине и ждала, пока её заправят бензином. В окно увидела, как в паре шагов от меня обнимались на прощание две юные девушки, а затем одна из них села в машину и уехала. И вспомнилось вдруг прощание с Полиной…

Мы в аэропорте. Полькины чемоданы, перемотанные пленкой, лежат у наших ног. Глаза у нас обеих на мокром месте.

— Вот как ты там одна будешь? — шмыгнула я носом. — А я как здесь без тебя?

Полькины губы искривились, она закрыла лицо ладонями и заплакала.

— Блин, прости, — притянула её к себе, и подруга уткнулась мокрым от слез лицом мне в шею. — Для тебя эта стажировка — отличный шанс. Ты крутая, Поль, и всё у тебя получится. Да и не в Афганистан ты летишь, а в Испанию, круто! Просто я эгоистка и буду очень скучать.

— И я буду, Сонь. Уже скучаю. Очень! И не эгоистка ты! Это я… я эгоистка, я такая ужасная эгоистка. Ты прости меня! — разревелась она еще громче, в плечи вцепилась так, что даже больно.

— Поль, ну чего ты?

— Я просто должна уехать. Так будет правильно. Иначе я не смогу… я…

— Полька, ну всё, хватит, — сжала её в объятиях крепче, а у самой слезы по щекам текут. — Мы будем общаться, не потеряемся с тобой. Подруги навсегда!

— Навсегда! — прошептала Полина.

— И стажировка твоя будет длиться всего год, а потом ты вернешься, и всё будет как раньше, — заявила я бодро. — Если ты с каким-нибудь горячим Педро не познакомишься, и не решишь остаться, конечно.

Полька отстранилась и грустно улыбнулась.

— С меня хватило всяких Педро. Нет уж, работать буду. Пора, — взглянула она на часы.

Я взяла один из чемоданов и спортивную сумку Полины, и пошла провожать её. Поля тянула время, всё время по сторонам смотрела, словно хотела чтобы её остановили и не отпускали. А я на секунду отвлеклась на телефон.

— Прости, — убрала его обратно в сумку.

— Денис?

— Мгм, — покраснела я. — Помирились, теперь не расстаемся почти.

— Но сейчас он не с тобой, — голос Полины прозвучал немного обиженно.

— Он решил дать нам возможность попрощаться, а сам на тренировке. Кросс собирается бежать, — поделилась я.

Полина опустила голову, кивнула и пошла на регистрацию самая последняя. А я осталась и наблюдала как Полина оборачивалась, выискивая взглядом… меня?

Не меня.

Сейчас я это понимаю отчетливо.

Не понимаю я одного — всегда ли Полина притворялась моей подругой? Она много раз выручала меня, помогала не только в мелочах, но и по-крупному. С родителями моими подружилась, и частенько с ночёвкой оставалась. Всё было притворством? Игрой?

— Спасибо, — поблагодарила таксиста, оставила ему чаевые и вышла у детского сада.

Зря я прошлое вспомнила.

Пока шла за Макаром, настраивала себя на позитив, и у меня получилось поднять себе настроение. Не искусственно, а по-настоящему: сейчас заберу Мака, мы налопаемся всяких вкусностей, погуляем по парку, и всё у нас будет хорошо!

Я поздоровалась с воспитательницей, которая встретила меня с удивлением.

— Макара забрал папа. Буквально двадцать минут назад, — улыбнулась она и насторожилась, видимо из-за моего перекошенного лица. — Что-то не так?

Всё не так.

Абсолютно всё.

Глава 22

Денис, к моему ужасу, трубку не взял.

Слушала гудки один за другим и представляла, как он моего сына через границу перевозит.

С ума схожу…

Но как можно забрать ребенка и не предупредить?

Раньше он так никогда не делал, а сейчас — тем более, мы на таких нервах, что вот-вот поубиваем друг друга, а он Макара забрал.

Спустя три звонка без ответа швырнула сотовый в сумку. Махнула машине такси, которая не успела отъехать и забралась в салон.

— Мне к таунхаусу, — назвала адрес Полины и замерла на сиденье.

Они точно поехали к ней, иначе бы Дэн ответил на мой звонок.

А я ведь русским языком сказала, что против общения моего сына с этой дрянью.

Когда подъехали к таунхаусу Полины — я так себя накрутила, представляла, что моего мальчика опять до слез довели и он плачет…

Но машины Дэна возле ее дома нет.

— Приехали, — напомнил водитель.

— Да-да, — смотрю на знакомый автомобиль — новое приобретение свекров.

Сам отец Дениса на улице. И рядом с ним мальчик. Они с Матвеем заняты с мячом и скакалкой.

Покачала головой.

Значит, этому мастеру спорта без разницы, кого тренировать, Макара или Матвея. Все так радуются второй семье Дениса и почему-то лишь я одна вижу, что им надо лечиться.

— Девушка, — поторопил меня водитель. — Выходим?

— Нет.

— Вот те раз, — удивился мужчина. — Куда вам тогда?

— Сейчас… — достала сотовый и снова набрала Дениса. Не дождавшись ответа, позвонила маме. И бодро спросила. — Денис к вам не приезжал?

— А должен? — маму моя напускная беззаботность не обманула — та сразу заволновалась. — Соня, что случилось? С Макаром что-то, да?

— Денис его из сада забрал и трубку не берет, — призналась. — Но у Полины их нет и…ой, подожди, вторая линия.

— Звонила? — весело спросил муж. — Я не слышал, мы тут с Маком.

— Я знаю, — выдохнула с облегчением. — Вези ребенка домой, — холодно потребовала. — А в следующий раз предупреждай, если поедешь в сад.

Дэн не ответил.

Мой тон ему не понравился, видимо.

Прислушалась к шуму на том конце.

— Вы где?

— В парке, — Дэн что-то сказал Макару, и я услышала, как сын засмеялся.

Невольно улыбнулась. У Макара стрессовая неделя, а сейчас сын смехом заливается, как раньше.

— Так, ладно, — в зеркале поймала недовольный взгляд водителя и торопливо добавила. — Я приеду сейчас, будьте там.

Отъехали от дома Полины, позади оставили свекра со вторым внуком.

Оглянулась на Матвея.

Обычный мальчик, будущий первоклассник, почти ровесник моего сына. И он не виноват, что на Дэна похож, что его мать так поступила со мной.

Но все равно, я от неприязни избавиться не могу.

— Спасибо, — поблагодарила водителя, когда он притормозил у парка.

Народ выбрался погреться на солнышке, и прохожих много, несмотря на будний день.

Для меня эта неделя просто бесконечна, и самое сложное завтра ждет — наша с Дэном годовщина. Про которую он не помнит.

И день рождения его старшего сына, о котором я больше слышать не хочу.

Моих мужчин нашла возле кафе-мороженого. Стоят и держатся за руки, внутрь не заходят — меня ждут.

Как раньше.

— Мама! — первым меня заметил Макар.

Приблизилась и распахнула руки для объятий.

— А папа сказал, что сон-час скучно. И у нас сразу будет полдник. С мороженым.

— И ты даже спать не хочешь? — хитро улыбнулась.

Макар замотал головой, быстро-быстро, уверяя, что обойдется без сон-часа.

Посмотрим…

Сын не только в садике, но и дома днем спать ложится, он тратит столько энергии, и нужно ее постоянно пополнять.

— Съедим по мороженому, а потом погуляем, — Денис распахнул дверь кафе.

Если я и хотела взять сына и сразу уехать — то теперь, глядя на счастливого Макара — не могу.

Что бы ни творилось между мной и Дэном, но по отцу сын очень скучает. А я потерплю.

После мороженого купили Макару на улице шарики. Потом Дэн выиграл в тире большого розового зайца.

К машине вернулись уставшие, нагруженные покупками.

— Хочешь, мою машину на время возьми? — предложил Дэн, когда мы загрузились. — Твой Мерс еще не скоро отдадут?

— Мне нормально, — отвергла его щедрое предложение. — Папа одолжит мне машину, если надо будет.

— Ты, вообще, никакую помощь от меня принимать не хочешь? — муж усмехнулся. — Принципиально?

Промолчала.

До дома доехали в тишине, Макар заснул, и я прижала его к груди.

Денис вернул мне ключи от коттеджа и подхватил сына на руки.

— Давай я.

— Только ты не останешься, — предупредила.

— Не собирался. Я к твоим родителям съезжу. Вещи перевезу обратно. Вы ведь возвращаетесь?

Кивнула.

Макару будет спокойнее дома.

Да и сбегать я не собираюсь, пусть Полина не рассчитывает, ей здесь ничего не достанется.

Уложила Макара в детской и поговорила с мамой на счет Дениса. Прошлась по дому, проверяя, все ли месте. Я только сменила замки, но утром здесь был проходной двор.

И Дэн, и его родители и, может, Полина…

Она точно была здесь.

Поняла это, когда нашла ее послание для меня — голубую тонкую перчатку, которую она бросила рядом с зеркалом.

Открыла дверь и вышвырнула перчатку на крыльцо.

Заперлась и устало плюхнулась на диван.

Нужно еще раз поменять замки.

И больше, вообще, никого не пускать.

Когда приехал Дэн — молча забрала у него сумки. Я хоть и разочарована в муже, но хотелось бы, чтобы он про годовщину вспомнил, ведь это так…обидно, что он помнит про день рождения Матвея, а про нас с ним — нет.

— Все хорошо, ничего больше не надо? — спросил Денис. — Вот еще на крыльце…

Увидела перчатку, которую выбросила и поморщилась.

— Это не мое, — процедила и захлопнула дверь.

Проследила, как муж постоял там, снаружи, соображая, а потом поплелся вниз к машине.

Подхватила сумки и пошла наверх к ребенку.

ПОЛИНА

— А у кого сегодня день Рождения? — уткнулась лицом в грудь сына.

Он засмеялся, всегда ему щекотно. Ревнивый вырастет, как говорится.

— Мам, — Матвей перевернулся на постели. Сон в него в момент слетел, он подпрыгнул и подтянул пижамные штанишки. — А папа, папа здесь?

— Пока нет, — огорчила его.

Черт, Денис. Уж в день Рождения ребенка можно было бы и с самого утра прийти.

Он вчера обещал вечером заехать, так и не дождались.

И сегодня его до сих пор нет.

— Папа скоро будет, — заверила сына и потянула его по постели. — Мой золотой, беги умывайся. И спускайся завтракать. Нам из ресторана столько вкуснятины привезли…м-м-м…

Улыбнулась, когда Матвей сиганул с постели и поскакал в ванную.

Поправила облегающее красное платье с глубоким вырезом.

Доставка из ресторана приехала полчаса назад.

И я рассчитывала, что сразу за курьером появится Денис.

Но если он просто заказал нам поесть, а сам не приедет?

Нет, не может быть.

В холле тщательно подкрасила губы. Круглой расческой взбила волосы у корней и сбрызнула Сонькиными духами.

От звонка в дверь сладко вздрогнула.

Ну вот, конечно же Денис приехал.

С улыбкой до ушей распахнула дверь.

И в ужасе попятилась, когда порог переступил Виталик.

— Ты…ты какого черта сюда приперся? — разозлилась. Метнула взгляд в коридор, проверяя, не вышел ли Матвей.

— Попала ты, Поля, — Виталик сверкнул золотым зубом. Молодой парень, но передний зуб вставил из золота, и сейчас это меня почему-то пугает. — Ты говорила, проблем не будет с той бабой, что она про угон даже не заявит, — Виталик, не разуваясь, прошел по холлу. Повертел статуэтку на полочке — мы ее привезли из Испании. — Дорогая?

— Кто? — растерялась.

Виталик раскрыл портфель и положил статуэтку туда.

— Эй, — возмутилась. — В чем дело? Соня что, в полицию заявила про угон? Ну и ладно, вы же номера перебьете? Зачем ко мне притащился?

— На той тачке я вчера человека сбил, — заявил Виталик, и я похолодела.

Врет…

Или нет.

Я про этого парня мало знаю, мы много лет не общались, помню лишь, что Виталик угонами промышляет.

И рассчитывала получить деньги за Сонькину тачку.

— Короче, с тебя компенсация, — заявил угонщик. И забрал с тумбочки мой кошелек. — Если не хочешь, чтобы я сдал тебя, как заказчика — заплатишь.

— Деньги положи! — решительно метнулась к парню.

И в следующую секунду охнула от боли в губе — Виталик зарядил с размаху, так, что я отлетела на диван.

Он наклонился.

И выдохнул мне в лицо.

— Ты хотела, чтобы я угнал тачку этой Сони. И на тебе вся ответственность за мой наезд. Если меня арестуют — я молчать не буду. Так что, с тебя бабки, Поля. За твою безопасность.

— У меня нету, — вытерла кровь с разбитой губы. — Мы же только переехали. Все, что в кошельке есть — бери.

— Не гони. Найдешь, — хмыкнул Виталик. — Этот твой мужик при бабках, кажется? У него возьми. Срок тебе — до понедельника.

Он еще что-то сунул в рюкзак, я уже не видела, меня ужас сковал такой силы, об одном лишь мечтала — чтобы этот мерзавец ушел.

Наконец, дверь за ним закрылась.

Я щелкнула замками, запираясь.

— Мам, — позвал за спиной счастливый Матвей. — Там папа?

— Пока нет, — пробормотала. — Умылся? Иди кушать, — закрыла ладонью разбитые губы.

И юркнула в ванную.

Деньги.

Мне надо срочно найти деньги, иначе Денис все узнает.

Глава 23

Сегодня годовщина нашей с Денисом свадьбы.

Я абсолютнейший наивняк, самой противно от этого, но я с самого раннего утра жду поздравления.

Денис просыпается рано, режим у него. Но ни в семь утра, когда я проснулась и пошла в душ, ни в восемь, когда мы с Макаром завтракали, ни в девять, когда я отъехала от садика, ни в десять утра я не дождалась от мужа поздравления.

Наверное, не с чем уже поздравлять, но черт возьми, как же обидно!

Единственное что обрадовало — то, что великий и ужасный Барков согласился уделить мне час своего времени. Назначено мне к двенадцати часам, сейчас без двух минут полдень, а Баркова до сих пор нет в кабинете, у которого я его жду.

На часах было 11:59, когда широкими, резкими шагами в приемную вошел мужчина.

— Геля, кофе, пожалуйста, — бросил он секретарю и кивнул мне: — Добрый день, проходите.

Не подчиниться я просто не смогла, и ровно в полдень уже сидела в кресле напротив хозяина кабинета.

Заряженный мужчина. Энергией, резкостью, деньгами. Ля-класс прослеживается в модной стрижке, оформившей его темные волосы; в костюме от «Китон», идеально сидящем на фигуре; в часах «Брайтлинг»

Еле удержала себя, чтобы не нагнуться, и не посмотреть обувь какого бренда носит Барков Алексей. Хорошо что удержалась, иначе он бы подумал что я слабоумная.

— Спасибо что согласились встретиться со мной.

— Чай? Кофе?

— Кофе, — согласилась я, и Барков тут же перенаправил мою просьбу секретарю. — Я вас слушаю.

— Я планирую развестись с мужем. Мой муж — Денис Соколов, известный спортсмен, может, слышали? — спросила, и адвокат кивнул утвердительно. — Состояние у него огромное: миллионные контракты, участие в реалити, проценты за проданные билеты, призовые… В общем, у мужа много денег. А также у него много связей. Разводиться Денис не хочет, обещает даже переписать на меня всё имущество, лишь бы я дала ему время, но…

Я пожала плечами, и сделала глоток кофе.

— Обещать можно все что угодно, да? — скривила я губы в подобии улыбки. — И обещания быстро забываются, когда доходит до дела. Причина развода — вторая семья мужа. В любовницах моя лучшая подруга, которая родила Денису сына. Полина вполне способна обработать мужа так, что он будет за каждую копейку со мной судиться.

— Вы хотите отсудить имущество и деньги у супруга по максимуму, или…

— Половину. Я хочу половину, которую он должен нашему сыну. Вы беретесь за дело?

— Давайте обсудим всё для начала в общих чертах.

— Хорошо. Еще я бы хотела оформить судебный запрет на приближение к моему сыну. Это не моя блажь, любовница мужа опасна для моего ребёнка.

— В нашем законодательстве подобного нет, — Алексей поправил часы и манжеты с запонками. Красивые у него руки.

— Нет?

— Если вы чувствуете, что человек опасен для вас — необходимо собрать доказательную базу. Зафиксировать угрозы на видео и аудионосители.

— Но что мне делать, если любовница пугает моего сына детским домом, а муж хочет чтобы сын общался с ней и их ребёнком? Как мне защитить Макара? Охрану нанять?

— Для начала можем оформить запрет на вывоз ребёнка за рубеж, это займёт всего лишь 2 дня. Далее: вы должны фиксировать любые действия в вашу с ребенком сторону от мужа и его любовницы.

Запрет на вывоз ребенка… точно!

Господи, а если бы я не подумала об этом, подала на развод, а Денис выкрал бы Макара?!

— И еще один момент: мою машину угнали, сбили на ней человека, а на дорожных камерах водитель не был зафиксирован. Официальные обвинения мне не выдвинуты, но намеки поступили: что за рулём могла быть я, но сбив человека испугалась и выставила всё так, будто машину украли. Это основные проблемы, с которыми я к вам пришла.

Алексей взглянул на время, и сказал:

— А теперь давайте обсудим всё детально.

— Давайте.

Я отвечала на вопросы про отношения в семье, про имущество и счета, вспоминала детали. Барков на контрасте со мной так уверен и спокоен, что эти сытые качества начали и мне передаваться. Я говорила, отстраненно поражаясь тому, во что за короткий промежуток времени превратилась моя жизнь. Но уже не психовала. Истерика осталась, но где-то глубоко во мне.

Сидя рядом с этим мужчиной, я поняла за что ему платят огромные деньги, и почему он выигрывает дела. Просто есть в природе такой тип людей у которых буквально всё получается так, как они того хотят. Сейчас, находясь рядом, я и сама стала верить что не всё так ужасно.

— Мне нужны от вас документы, вот список. Визиты к ребенку и к вам старайтесь фиксировать, это важно. О следующей встрече договоримся в мессенджере. Документы отправьте мне сегодня же.

— Поняла вас, — я поднялась из кресла вслед за Алексеем.

И всё же, на его ноги я посмотрела. Ну и что я могу сказать? Он шикарен целиком и полностью.

— Софья? — окликнул меня Алексей у выхода.

— Да?

— Всё будет хорошо.

— Думаете?

— Знаю, — ответил он уверенно, накинул пальто и вышел вслед за мной из офиса. — В суд, — пояснил он.

— Удачи вам. И до встречи.

Успехом Барков зарядил меня, кажется, на весь день. Я вернулась домой с желанием приготовить для нас с Макаром что-нибудь вкусненькое. И почти не думала про Дениса, забывшего о нашей годовщине.

Я сделала для нас с сынишкой небольшой фисташковый торт, который Макар обожает. Съездила в садик, забрала ребёнка и уже дома спросила:

— Что хочешь на ужин? Приготовлю любое блюдо на твой выбор.

Я знаю что ответит Макар. И он не подвёл:

— Макароны с коклетами и соусом.

— Не с коклетами, а с котлетами, — рассмеялась я. — Предлагаю немного перебить аппетит чаем с тортиком. Сегодня хулиганим. Но только сегодня, — добавила я строго. — А сначала что нужно сделать?

— Обнять тебя? — обаятельно улыбнулся Макар, и сжал мои ноги руками в объятиях.

— Руки нужно помыть. Но твоя идея мне нравится больше.

Мы с Маком немного почаёвничали на кухне. Я растроганно наблюдала за сынишкой — он уже такой взрослый! Шнурки сам завязывает, салфетками пользоваться научился. Торт попросил нарезать самостоятельно, и про кусок для меня не забыл. Это всё мелочи, но я бережно храню каждую в памяти — каждое объятие, каждую улыбку, забавные слова и фразы…

Я должна сберечь своего ребёнка. Продлить его детство.

— Спасибо, мам. Я жду коклеты с макаронами.

— Котлеты! — в миллионный раз поправила упрямого Макара, считающего что слово «котлеты» произошло от слова «кот». А котов есть нельзя, тут не поспоришь. — Можешь включить мультик. И не хулигань, договорились?

Макар кивнул, и отправился наверх.

— Коклеты, — фыркнула я насмешливо, поставив мясо на разморозку.

Именно в этот момент я увидела в окно как у нашего дома остановилась знакомая машина. И настроение начало падать.

Дожидаться звонка в дверь я не стала. Сама вышла навстречу свёкрам.

— Добрый вечер.

— Добрый, Соня, — свёкор на меня как на врага посмотрел. — Пригласишь внутрь?

— Не сегодня, простите.

— На пороге будешь держать как попрошаек? Мы приехали повидаться с внуком!

— Красиво вы одеты, — сделала комплимент платью свекрови и костюму Андрея Валерьевича. — Никак на праздник собрались?

— На праздник, — процедил свёкор. — А ты прекрати хамить, и впусти нас внутрь.

— Я бы пригласила вас, если бы не догадывалась что вы затеяли. И если бы вы не впускали в МОЙ дом кого попало. Например, Полину. После таких гостей ложечки обычно пропадают, — не выдержала, съязвила, а затем глубоко вздохнула и выдохнула, успокаиваясь. — Андрей Валерьевич, Наталья Сергеевна, сегодня вы с Макаром не увидитесь.

— И почему же?

— Потому что вы станете соблазнять его детским праздником, на который он приглашен. Макар, разумеется, захочет поехать. А я, естественно, откажу и ему и вам. В итоге у ребёнка будет истерика, но ничего не изменится: к Полине я сына не отпущу, я еще не сошла с ума. Так что давайте не будем ругаться, Макара вы сегодня не увидите. Хорошо вам отпраздновать, и до свидания.

Я весьма невежливо развернулась чтобы вернуться в дом, но Андрей Валерьевич грубо схватил меня за руку.

— Думаешь, можешь решать за ребёнка? Он что, твоя собственность?

— Главное что я не считаю Макара игрушкой. В отличие от… — выплюнула я.

— Вот, наконец, ты и показала своё истинное лицо, Соня. С помощью ребёнка взялась нами манипулировать. Всегда знал, что ты непорядочная. В тихом омуте…

— Избавьте меня от ваших рассуждений. Возраст я уважаю, но оскорбления выслушивать не намерена, — резко высвободила свою руку из захвата. — А вообще… ладно, Денис, но вы-то хоть очнитесь! Ума побольше должно быть, как и опыта. Что же вы такие слепые?

— А мы прозрели, и ясно видим кто ты такая, и что задумала. Дальше будут манипуляции в сторону Дениса, контроль над Макаром… запугивания ребёнка, чтобы он и нас и родного брата боялся. А ты захапаешь деньги, недвижимость, и до восемнадцатилетия Макара будешь шиковать на алименты, которые с Дениса выбьешь. Или передумала разводиться? Конечно, — неприятно усмехнулся свёкор, — лучше покочевряжиться и простить мужа, сделать еще одного ребёнка чтобы покрепче привязать. А в случае чего и алименты будут больше, и платить их придется дольше на младшего ребёнка.

— Что вы несёте? Я это слушать не стану. Уезжайте.

Андрей Валерьевич снова удержал меня, сжав плечо.

— Макар должен без препятствий общаться с нами. И со своим братом. Матвей его брат, нравится тебе это или нет. Хоть ради ребёнка засунь свои обиды в задницу, если в тебе есть крупица любви к Макару. Не вымещай на нём свою желчность. В дом нас впусти, одень Макара и отдай нам на вечер.

— Нет! Отпустите!

— На празднике ему будет хорошо, — наконец, подала голос свекровь. — Там аниматор, дом украшен, сладости… с Матвеем познакомится. Мы присмотрим за Макаром, и привезём его обратно. Если хочешь — поехали все вместе, Полина не против.

Вдох. Выдох.

А материться можно?!

— Если не отпустите меня, я зафиксирую синяки и заявлю на вас, — дернулась снова, и чуть не застонала от боли — свёкор силу не контролирует. — Макар останется дома, со мной. К Полине я его не отпущу. Да и с вами он будет видеться под моим присмотром.

— Вот с…

Слова Андрея Валерьевича заглушила подъехавшая к дому машина.

Андрей Валерьевич убрал руку, обернулся, и увидел как из авто вышел Денис.

Я развернулась и быстрым шагом направилась домой.

Если еще и Денис примется давить на меня, прося отдать Макара на растерзание Полине — я не выдержу.

— Соня, стой, — Денис побежал за мной следом, и я тоже прибавила скорость, стремясь оказаться дома как можно скорее.

Денис ведь может не просить. Он может забрать Макара силой.

Глава 24

ДЕНИС

— Вот, ты нам дарил, помнишь? — Полина вывалила на тумбочку украшения. Поворошила их и сама взъерошила волосы, на воробья стала похожа такая лохматая. — Денис, мы ничего не… черт, не знаю, как те часы оказались у Сони. Может, их у нас украли?

— Кто? — я сам тоже вижу. Драгоценности все здесь и Полина их не носит, на ее пальцах простое колечко — безымянный левой руки.

Оно как обручальное.

— Как могли в машине Сони обнаружить Наши вещи? — интонацией ударила она. — Денис, мы же не подбросили. А те часы… Дэн, у кого угодно могли быть.

Золотые, с гравировкой счастливчику — только у моего сына. Матвей мультик про собак-далматинцев любит и пса Лаки, я эти часы для него заказывал, Полине их подарил, чтобы вручила на семилетие.

Не думал тогда, что Матвей переедет и мы сможем увидеться.

— Такие часы — их ни у кого не могло быть.

Смотрю на Полину.

Она меня дальше порога не пускает.

Встречает в нарядном платье и прижимает салфетку к губам. Сына не позвала — и правильно, я не поздравлять приехал, а кое-что прояснить.

— Поль, Соню подозревают в наезде на пешехода, — напомнил. — А в салоне лежат часы.

— Хочешь сказать, это наш Матвей сел за руль ее мерса и сбил кого-то? — она фыркнула и отняла салфетку от губ.

Увидел ранку, запекшуюся кровь на верхней губе, я боксер и знаю, как бьют, так вот это — удар.

— Кто тебя? — удивился.

— Ерунда, — Поля закрылась салфеткой. — Денис, самое страшное — ты подозреваешь нас с сыном.

— Не вас, а конкретно тебя, — поправил. — Часы, Полина. Их у Матвея еще не было.

— Так и я не дарила! — она всплеснула руками. Салфетку мне под ноги швырнула и ойкнула, схватившись за губу. — Дэн, я тебя тревожить не хотела. Но раз ты здесь и подозреваешь меня… Заходи, смотри. Ничего не найдешь. Ничего ценного. Потому, что нас ограбили. Бандиты вломились вчера вечером, ударили меня…шкатулка с украшениями под тумбу завалилась, а так бы всё унесли.

Мысль, что моему сыну вред причинить могли — она вперед ног полетела, и я, одним прыжком следом, рванул за порог.

— Матвей где?

— Матвей играл на улице, ему дедушка оставил мячи тренироваться, — Полина уперлась ладонями мне в грудь. — Дэн, не пугай сына. У него же день Рождения. Я сказала ему, что просто ударилась об тумбочку.

Она всхлипнула.

Языком потрогала разбитую губу.

— Папа, а мама плакала всю ночь, я слышал! Ты пришел! — выбежал ко мне Матвей.

Раскинул руки для объятий.

Черт.

У меня нет причин ей не верить. Пусть и Соня обвиняет Полину во всех грехах.

Я сам виноват, вовремя не поставил таунхаус под охрану.

— Богатырь, а ты видел дядек, которые в дом вломились? — я должен спросить.

Матвей испуганно кивнул.

— Пап, не бросай нас больше, не уходи, — сын вцепился мне в шею.

Поля тяжело вздохнула.

— Денис, я же не буду про такое врать, я не сошла с ума. Вломились, украли все ценные вещи. Статуэтку, которую я из Испании привезла. Ту, помнишь? Которую твои родители дарили. И мой кошелек. Понимаю, что у тебя времени нет на нас. И я ни в чем тебя не обвиняю, Дэн, — Полина улыбнулась.

И у нее треснула губа.

— Пап, а мой брат придет сегодня? — спросил Матвей и откинулся у меня на руках. — Деда мне вчера показал такой прием. Хочу научить Макара.

— Богатырь, а ты уже позавтракал? — ушел от ответа. Поставил сына на пол. — Первый прием пищи — самый важный. Беги за стол.

— Но пап!

— Матвей.

Сын послушался.

Оглядываясь на нас с матерью, понуро поплелся по коридору.

День Рождения.

И у меня готов подарок.

Но родился Матвей в пять часов вечера.

Тогда и буду поздравлять.

— Поль, Соню следователи таскают, — напомнил. — Тебе нужно поучаствовать.

— Я могу сказать, что это наши часы, — она кивнула с готовностью. — Матвей подтвердит. Вызывай полицию сегодня же, Денис. Сыну, наоборот, интересно будет. День рождения. И по дому гуляют мужчины в форме. Ты, кстати, придешь? Твои родители вечером будут. Как Макар, Соня его настроила против меня, да? Дэн, скажи. Я всё пойму.

Она ни в чем не противоречит мне, не сопротивляется, не спорит, как Соня. А чувство такое, что на меня удавку накидывают, и я ударить в ответ не могу.

— Если Макар не придет… — Полина вздохнула. — Ладно, в другой раз поиграют. Тебе ехать надо, Дэн, вижу, весь дерганный. Беги. Будем ждать вечером.

Машинально отступил на крыльцо.

Да, я дерганный.

Потому, что понятия не имею, как разрулить.

У меня есть два сына — и это свершившийся факт.

Погнал в спортзал.

Грушу размолотил до упора, выпуская весь пар, у меня соревнования на носу, контракт горит, если проиграю — важные люди миллионов лишатся, которые на меня поставили.

Я сам уверен, что этот бой за мной и не могу лохануться.

Вот дерьмо!

Из зала вышел потный и злой.

В раздевалке столкнулся с Даней.

— Ты откуда? — размотал руки и поздоровался.

— Из бюро, — друг хмыкнул и присел у шкафов. — Дэн, мне птичка на хвосте принесла. Соня к Баркову ездила. Насчет развода.

— К этому говнюку? — усмехнулся.

— Я бы на твоем месте не выпендривался. Дэн. Он тебя разует. Я, конечно, впрягусь. Но нам пора включаться, если не хочешь семью потерять.

— Соня не доведет до развода, — заявил уверенно.

Я ее люблю.

А она меня.

Адвокат — это эмоции. И я жену понимаю, она сгоряча. Передумает. Нам лишь надо всё решить. Разобраться.

— Дэн, я бы на твоем месте уже начал суетиться, — пристал Даня. — Включи голову, брат. Серьезно.

Да ладно, блин.

Пусть сам включит.

У него в семье Санта-Барбара похлеще моей, но я же не лезу под кожу.

Хотя, если друг ко мне в спортзал приехал…

И Барков, твою мать, он моей жене мозги запудрит, ему главное — процесс выиграть со мной, в копилке его побед я стану крупной рыбой.

Он такое раздует.

Пресса будет стоять на ушах.

А я не могу допустить, чтобы журналисты узнали про Матвея, про мою жизнь, которая случилась на стороне.

Отец мне за это уже который год впаривает.

Наседает.

Карьера сейчас на пике, один неверный шаг — и звание чемпиона замажется грязным скандалом.

После душа переоделся в костюм, проверил сотовый.

Тонна звонков, а Соня молчит.

И это непривычно. Раньше мы с женой несколько раз на дню переписывались, я скучаю, очень…

У меня наш адрес на автопилоте, я, какой бы ни был, всегда ехал к ней.

К Макару.

Вчера так хорошо погуляли, кафе-мороженое вместо детского сада — это было потепление.

А потом она поехала к адвокату разводиться со мной, черт возьми.

Зарулил к нашему дому.

И наткнулся на машину родителей.

Меня не заметили, у дома зреет очередная ссора.

— Только попробуй, Соня! — крикнула мама. — Я на тебя натравлю опеку. Ты помнишь, что у меня там подруга работает?

Твою ж мать.

Отец меня первым заметил, мрачно сунул руку, я мимо пролетел, не поздоровавшись.

— Соня, стой.

Она в дом заскочила и дверь перед носом захлопнула.

Встряхнулся, сбрасывая напряжение и постучал.

— Сонь, открой.

Обернулся на родителей.

У нас образцовая семья.

Ни разу на моей памяти мать не перечила отцу.

И сейчас они смотрят на меня, как на неудачника, я не мужик для них, если не смог жену удержать в узде.

Именно сейчас мне плевать на их мнение. Как и семь лет назад, когда отец грозил, что я не переступлю порог родительского дома, если женюсь на этой женщине.

Я женился.

Этой мой выбор.

Моя жена.

Моя семья.

— Соня, — позвонил. Обернулся и махнул рукой. Процедил. — Можно на потом отложить? Мам. Папа, не сходите с ума.

— С ума сошел ты, — отозвался отец. — Твоя Соня нас и на порог не пускает. Задумайся, Дэн. Чем это кончится.

Они развернулись.

Чинно вышагивают по лужайке.

Это такая драма, зачем, нафига до таких размеров раздувать нашу с женой ссору?

Они только все портят.

Снова постучал.

Дверь распахнулась, и на пороге выросла Соня.

— Денис, если ты на счет дня Рождения твоего сына и Макара — то он не пойдет. Я не злая. И не запрещаю. Я у него спросила. И он не хочет, Денис. Силой потащишь?

— Поговорить с тобой можно?

— На счет дня рождения — нельзя.

— На счет развода.

Она отступила. Показалось на секунду, что впустит меня, она растеряна, она не хочет, она просто не знает, что делать, вот и сглупила.

Но один миг — и она собралась. Задрала подбородок. Сухо бросила.

— Развод — дело решенное, Денис. За подробностями не ко мне, к адвокату, — отправила меня.

И закрыла дверь.

Кулаком долбанул по створке, не ожидал такого прямого ответа в лицо.

Стукнул еще раз и крикнул, как в молодости, когда она обижалась, а я караулил ее возле подъезда.

— Соня, я тебя люблю!

Она не вышла, конечно.

Промолчала на мой первый крик, на второй, третий.

Чем вогнала меня в ступор.

Не могла она так быстро.

Взять и перечеркнуть.

Даже в окно не выглядывает.

За шторкой не прячется.

Пусто.

Черт возьми.

— Даня, — набрал друга и двинулся к машине. — Что там на счет моего развода? Откуда новости?

— Из приемной Баркова, — отозвался друг. — От его секретаря. Сто процентов информация, а что?

— Я поеду и ноги ему переломаю, — пообещал. — Чтобы и на шаг к моей семье…

— Дэн, — перебил друг. — Подъезжай в клуб, мы здесь.

— С кем? — сел за руль.

— Наши мужики.

Это отлично.

Я сейчас в таком настроении, мне надо кому-нибудь начистить табло.

Друзья меня остановят.

У моего сына день Рождения.

А я прикатил в клуб.

Пью.

Шесть вечера, семь, восемь…

«Ты приедешь? Матвей очень ждет» — прочитал сообщение от Полины.

Поднял стакан.

Давно так паршиво не было.

И так сложно.

До одиннадцати.

Просто сидел.

Общался.

Улыбался.

И не понимал, как жить дальше.

Когда на часах было почти двенадцать — обнаружил себя во дворе нашего дома. Лужайка. Окна, с плотно задернутыми шторами, а я смотрю, ищу просвет.

Без одной минуты в полночь экран засветился сообщением от Сони:

«Отпраздновали день Рождения? С годовщиной тебя, Денис. У нас с тобой семь лет»

Глава 25

ДЕНИС

Годовщина…

Господи!

Мы всегда праздновали этот день. Не шумно, а камерно — очень важная это дата для нас с женой. Драгоценности, парфюмы, сумки и прочее я дарил Соне в обычные дни, а годовщину нашей свадьбы мы отмечали иначе.

С нежного поцелуя утром.

За поцелуем следовало страстное продолжение.

Затем были совместный душ, и мы так заводились что приходилось принимать его снова.

За завтраком мы не обсуждали будничные проблемы, а переглядывались молча, улыбались, то и дело касались друг друга…

А после мы шли гулять по «нашим» местам: заходили в кафе, в котором часто устраивали свидания в юности; целовались на мосту влюбленных; гуляли по центральному парку.

Вечером шли танцевать в любимый клуб, а после снова любили друг друга…

Забыл. Я просто забыл про эту дату, а Соня ждала моего поздравления до последнего.

Еще не полночь, пара секунд есть, но они стремительно уходят. Тихо постучал по двери, не рискуя тревожить домофон. Может, жена за дверью стоит?

«Соня, прости меня! С годовщиной, любимая моя девочка! Очень тебя люблю. Выйди на минуту, пожалуйста. Можем не разговаривать, просто помолчим вдвоем, только выйди!» — быстро напечатал сообщение, скорее всего с парочкой опечаток.

Отправил. Но уже не день нашей годовщины. Сорок три секунды как начался новый день.

Черт.

Телефон зазвонил и я быстро принял вызов, отчего-то уверенный что это Соня:

— Да.

— Привет, — услышал тихий голос Поли. — Ты не пришел.

— Я… да. Мот сильно расстроился?

Еще один камень к грузу на моей совести.

— Я сумела его успокоить, не переживай. Но скрывать не буду: наш сын очень расстроился. Он тебя ждал.

— Я не смог приехать.

— Почему, Денис? — прошептала Поля.

Я сжал виски пальцами. Перед глазами всё плывёт, сердце шалит.

Почему я не приехал? Потому что правда не смог. В глубине сознания настойчиво билась мысль, которую я до сих пор не могу уловить и даже полностью сформулировать. Казалось, если поеду к Моту — окончательно Соню потеряю.

— Ладно, я поняла. Ты с Соней? У вас всё наладилось? Если да, то я рада. А Мот маленький еще, подаришь ему игрушку и он забудет про пропущенный праздник, — грустно произнесла Полина и тихо всхлипнула. — Ничего что мы сейчас с тобой разговариваем? Соня не станет злиться?

— У нас всё по-прежнему. Поль, я завтра заеду, а сейчас… прости.

— Хорошо, пока. Мы будем тебя ждать.

Отключил вызов, и набрал жену. Гудки идут, она не сбрасывает, но и не отвечает. Написал еще сообщение. И еще, и еще, и еще…

Ответов нет.

Соня упрямая, она не выйдет ко мне. А я не в силах уехать.

К Матвею не поехал — виновен; Соню подвёл — тоже виновен.

Перед обоими. Как и последние 2 года.

Прошлое

Про Полину я старался не думать. Про ребёнка — тем более.

Сначала была дикая паника. Каждый раз казалось, что вернусь домой вечером, и меня встретит разъяренная жена. Они же общаются с Полиной. Думал: вот-вот расскажет всё Соне, и моя жизнь рухнет.

Даже просил Соню не общаться с подругой.

У них была своя традиция: раз в неделю Соня отправляла нас с Маком гулять, устраивалась в гостиной с ноутбуком и бокалом, и они с Полиной устраивали посиделки. Это и раньше царапало меня, но после информации про сына я стал бояться.

— Может, Мак проведёт время с бабушками и дедушками, а мы займёмся друг другом? — предложил я в один из тех вечеров, на который у Сони с Полиной были свои планы.

Жена согласилась, и извинилась перед Полиной.

Затем я вытащил Соню и Макара в Карелию. Находил другие предлоги, и так продержался 3 недели, пока не выпалил свою просьбу:

— Может, не нужно так близко общаться с Полиной? Вы сто лет не виделись. У нас семья, а ты нас с сыном из гостиной выпроваживаешь чтобы с подружкой поболтать. Лучше втроем все вечера будем проводить: ты, я и Мак.

— Ты обалдел? — психанула жена.

— Я просто хочу больше твоего внимания. И сын хочет. А вы с Полиной…

— Мы не общались 3 недели. А до этого я тратила на лучшую подругу по 2 часа в неделю, а на семью — всё остальное время, — отчеканила Соня. — Денис, мне нельзя ни с кем дружить, или ты просто ищешь повод поругаться? Если последнее, то давай, я готова. А если первое, то фиг тебе. Ну?

— Прости.

— Прощу, если вспомнишь что я не только жена и мама, но еще и чья-то подруга, работодатель, бывшая однокурсница и так далее. Вечно при тебе я находиться не смогу. И больше не манипулируй мной, я прекрасно заметила твои фокусы, просто ругаться не хотела.

Некстати вспомнился отец, считавший Соню слишком упрямой и характерной для женщины. Я не считал это недостатками… до этого вечера не считал. Но именно сейчас мне бы хотелось, чтобы жена просто сделала так, как я прошу.

Я перестал мешать Сониному общению с Полиной. Страх — он то отступал, ведь Полина не раскрывала перед Соней карты — то возвращался панической атакой.

Шли недели, я готовился к бою. Всё время проводил в спорткомплексе под наблюдением тренеров, массажистов и врачей. Именно из-за усталости удалось на время забыть про Полину. Все мысли были заняты предстоящим боем и тем что Соня не полетит со мной в Сан-Паулу: перелёт очень длительный, Макара в Бразилию тащить не стоит, а оставлять сына без обоих родителей надолго — плохая идея.

Не знаю, как я там без Сони буду. Она — мой талисман, это даже журналисты признают, всегда снимают мою жену и во время боёв и сразу после.

— Дэн, — поймал меня у душевой Расул, мой тренер, — ты на массаж? Тейпы пусть не забудут, — похлопал он меня по спине. — Охрана у входа дамочку одну удерживает. Скорее всего очередная фанатка, но уверяет что ты её знаешь. Полтора часа торчит у входа. Полина Ризова.

Ноги при этом имени подломились как после лоу-кика. Выдохнул шумно, и Расул цокнул языком:

— Значит, не фанатка. Пропустить? Она клянется что у неё к тебе дело. Но я могу сказать парням, чтобы припугнули её.

Черт. Вот и настигло меня прошлое.

— Пропусти. Проводи в массажный её, ладно? Я Назара попрошу погулять, — скинул полотенце и принялся одеваться.

Не помню, как дошел до кабинета. Не помню, как выпроваживал из него массажиста.

Помню как вошла Полина.

«Она не одна, с мелким пришла. У охраны одна тусовалась, пацан в машине сидел, а сейчас с собой потащила, он в зале» — прочитал сообщение от тренера.

— Зачем ты приехала? Полина, мне всё это не нужно, понимаешь?

— Понимаю. Привет, кстати, — она так и осталась стоять у двери.

— Хочешь всё Соне рассказать? Или уже рассказала? — похолодел я, вдруг осознав что жена сегодня не писала мне сообщений, хотя обычно одно-два отправляет.

— Нет, конечно. Я просто…

— Тебе денег дать? Полин, — голос у меня дрожит как у какого-то сопляка, — я скажу тебе честно, но возможно грубо: у меня есть жена и есть сын. Других мне не нужно. Я понятно изъясняюсь?

— Более чем. Я… Денис, я и не собиралась вешать на тебя Матвея. Сама приняла решение его родить, — опустила Полина голову. — Ни тебе, ни Соне я ничего не говорила. Соня… ты же знаешь, как я к ней отношусь!

— Тогда зачем ты явилась? — я немного успокоился, поняв что Полина не с мечом пришла.

— Дай я договорю. Я поздно поняла что беременна: смена климата, тяжелая стажировка, подработки, стресс, чувство вины. Цикл сбился. Мне было не до спорта, ела я на работе, чаще всего пиццу и бургеры, и начала толстеть. Поздно узнала про ребёнка. Испугалась страшно: аборт было делать — не вариант, да и не факт что я рискнула бы, если бы срок позволял. Не знаю. Матвея я решила родить, не впутывая тебя, пусть и нервничала: у меня планы на будущее, карьера, чужая страна, и я одна с ребёнком…

Полина подошла к кулеру, налила воду в стакан и сделала глоток. Тут же раскашлялась, а затем продолжила хрипло:

— Я справлялась, но туго. С маленьким ребёнком тяжело одной, очень много трат. Няни — они помогали, но последняя не уследила и Матвей попал под машину. Обошлось без переломов, но испугался он очень сильно. И начал спрашивать про папу, а я… я не выдержала, Дэн, и показала ему твоё награждение после боя. И Мот принялся сводить меня с ума миллионом вопросов. В общем, — Полина усмехнулась, — ты не просто боксер — ты супергерой, дерешься со злодеями, и именно поэтому не можешь быть рядом. Такая вот легенда. И она срабатывала, пока я не повезла Мота на Канары, чтобы он забыл про аварию. Мы вернулись, а наш дом ограблен. Я еще, дура, наличку хранила дома, а на карте мелочь осталась. Долгов у меня тьма, я и на билеты нам заняла. Еще Матвей трещит о том что «папа точно накажет грабителей, он же супергерой»… так что да, Денис, я приехала просить у тебя денег. Не требовать, а именно просить. Только один раз.

— Хорошо. Я закрою все долги, и дам тебе сверху приличную сумму.

— Спасибо. У меня еще одна просьба, ты вправе отказать мне, но я не могу не попросить, — голос Полины прозвучал неуверенно, она облокотилась спиной о входную дверь.

Мне уже это не нравится…

— Пожалуйста, удели Матвею 5 минут. Умоляю. Просто поговори с ним, скажи что рад был бы быть с ним, но борьба с преступностью, — Полина дернула плечами. — Супергерой, в общем. Он подрастет, и я придумаю новую легенду, когда эта перестанет работать. Но Мот переживает. Он на боксе помешался после того, как я показала ему тебя. Все твои бои пересмотрел, все разговоры тоже о тебе. 5 минут, Денис.

— Нет. Прости, но… нет. Деньги я дам и буду переводить их постоянно, но никаких встреч.

— Ясно, — Полина запрокинула голову и шумно стукнулась ею о дверь.

Ойкнула, отошла, потирая затылок. А затем дверь открылась, и вошел маленький мальчик.

Его испуг и любопытство от нового места сменились восторгом, когда он увидел меня.

— Папа! Это же папа! — ахнул он, распахнув глаза.

Подбежал ко мне, и обнял.

Глава 26

СОНЯ

У нас все по-прежнему.

Это что он имел ввиду?

Денис торчит на улице, а я не отхожу от окна. Ночь, тишина, створка приоткрыта, и я слышу каждое слово.

Он разговаривает с этой гадиной, прямо у нас под окнами.

Ненавижу!

Захлопнула створку и отошла. По лестнице взбежала наверх, юркнула в комнату к сыну.

Сегодня не день — дурдом.

И первые пациенты к врачу — это родители Дэна. Они могут меня не любить, но чтобы до такой степени потакать Полине?

Зато я отстояла сына. Моя первая победа, а бой будет непростым, похоже.

Полюбовалась спящим Макаром — он во сне крепко обнимает зайца. Того самого, которого Денис выиграл для него в тире вчера.

Осторожно прилегла на краешек постели и прикрыла глаза.

Завтра у нас выходные, два дня.

И Макар будет волноваться, что папы нет дома.

Как ему объяснить, что теперь так всегда будет?

У меня мыслей нет.

Лежу, и веки горят.

Надо было позвать родителей ко мне переночевать.

Слушаю ровное дыхание сына и сама начинаю дремать. Сон уже навалился неспокойный, тяжёлый, но завибрировал сотовый, зажатый в руке.

Вздрогнула и торопливо сползла с постели. Тихонько, чтобы не разбудить Макара, прокралась в коридор.

Дэн.

Чего ты мне звонишь. К Полине своей иди.

Это ведь совсем надо совести не иметь, чтобы после дня рождения Матвея заявиться к нам.

Со злостью ткнула пальцем в экран, сбрасывая вызов.

В кухне напилась воды.

Снова выглянула в окно — муж расселся на крыльце.

Ночами прохладно, а у него скоро соревнования, заболеет — задавила в себе привычные переживания.

Пусть делает, что хочет.

Пусть отмечать дальше идёт. Ребенка поздравили, спать уложили — можно и Полю порадовать.

Фу…

Как же мне нехорошо.

Навалилась на стол.

Не хочу думать, но невольно представляю торт и семь свечей на нем, как Матвей их задувает, а потом смотрит на счастливых родителей, чьи головы торчат по обеим сторонам от него.

У нас в семейном архиве есть шесть фотографий с тортом и нашим Макаром.

И вот у Дэна появилось седьмое фото, начиная с которого лица на снимках изменятся. Теперь на них будут Матвей и Полина, а не мы с сыном.

Не выдержала и ударила ладонями по столу, на пол одним движением смахнула все, что было.

И замерла от грохота, что сама создала.

Посмотрела на солонку и перечницу в виде медвежат, на салфетницу, заварочный чайник и рассыпанные конфеты.

Что я творю, нельзя.

Выдохнула.

Присела, чтобы все собрать. И снова позвонил муж.

Нажала на отбой.

Что тут говорить, будет объяснять, почему сегодня выбрал Матвея, а не нас с ним?

Наверное, потому что Поля рыдала, сожалела, головой об стену билась. Все утро и весь день.

Боже.

Предатели…

Прибралась в кухне и поднялась в спальню. Постояла на пороге, глядя на нашу с Денисом кровать.

И достала из шкафа постельное белье.

Постелила себе внизу, на диване.

Ещё вчера я могла спать там, наверху.

Сейчас же не представляю, как дальше жить в этом доме, где все мне напоминает про мужа.

Денис — он просто ураган, катастрофа, бедствие, взял и все так безжалостно разрушил.

Часы тикают. В слабом зелёном свете виднеется циферблат.

Минуты, за ними часы.

Я лежу и ворочаюсь.

Давай, засыпай!

Скоро утро.

Ещё спустя час не выдержала — пошла в кухню. Со стаканом приблизилась к окну и поперхнулась водой — сидит.

До сих пор.

Плечом прислонился к перилам.

Он там заснул, что ли?

С ума сойти.

В прихожей набросила на пижаму пальто. Щелкнула замками и выглянула на крыльцо, позвала тихонько:

— Денис.

Муж не ответил.

Против воли заволновалась, шагнула на улицу. И заметила, как за воротами мелькнуло светлое пятно.

Оно так быстро в сторону юркнуло, за деревья. Но я различила.

Женская фигура.

В белой куртке.

Полина?

Ночью, возле моего дома ошивается?

Что?!

— Эй! — изнутри поднялась волна гнева. Закричала и выбежала босиком на ступеньки. — Эй ты, чокнутая! Ты совсем спятила?! Чего тебе тут надо!

От моего крика встрепенулся Денис. Он быстрым движением перехватил мои ноги, заставляя остановиться. Поднялся со ступенек и заморгал, сбрасывая сон.

— Любимая, ты чего кричишь?

— А чего эта маньячка возле моего дома шатается?! — меня всю трясет, натурально колотит. Оттолкнула руки мужа, когда он попытался меня обнять. — Денис, она ненормальная!

— Где она? — муж окончательно проснулся. Растер лицо ладонями и первым спустился вниз.

— Вон там, за деревьями, — метнулась следом. — В белой куртке, Дэн, видишь?

— Эй, есть там кто? — позвал Денис.

— Денис, она там.

— Полина, это ты? — он уверенно шагает к воротам.

— Какого черта, — силы меня вдруг покинули, топнула босой ногой по ледяной плитке. — Вы оба в сторожи ко мне нанялись?

— Тихо, спокойно, Соня, сейчас, — муж опустил глаза. Заметил, что я не обулась и рявкнул. — В дом зайди, живо! Сам проверю.

Он двинулся к воротам, я развернулась и побежала домой.

Муж прав, мне нельзя отходить от Макара.

В прихожей прислушалась, не зовет ли сын, не проснулся ли. Сунула голые ноги в сапоги и вышла на улицу.

Глянула по сторонам.

Вокруг мертвая тишина стоит, и час перед рассветом, самый темный.

У нас фонари горят по периметру, двор — он как на ладони, и мне все равно кажется, что из-за каждого куста выглядывает эта дрянь.

Полина.

Один дьявол знает, что происходит.

Стою, обняв себя руками за плечи и с напряжением слежу за мужем, что по тропинке возвращается обратно ко мне.

— Ну?

— Сонь…

— Только попробуй сказать, что никого там не видел, — предупредила.

И Денис замолчал.

— Серьезно? — рассмеялась, глядя в его мрачное лицо. — Не видел ее? В белой куртке? Наверное, у меня галлюцинации.

— Нет, Сонь, — Денис приблизился. — Просто мы все устали. Ты устала.

— И мне мерещится твоя Поля? От усталости? А почему она, а не говорящий чёрный кот, например? Она была там, Денис.

— Я понял, — муж серьезно кивнул. — Давай зайдем в дом.

— Так ты веришь мне или нет? — преградила дорогу.

Это важно.

Разговаривать я буду с человеком, который готов принять что я говорю правду, даже если сам он этого не видел.

— Соня, я верю, но…

— Но? — переспросила. Ответа не дождалась. Хмыкнула и развернулась. — До свидания.

— Ты можешь успокоиться? — он идёт следом.

— Я спокойна.

— А выслушать меня можешь? Поля…

— Не могу, — закрыла перед ним дверь. Спиной привалилась к створке и съехала на пол.

Запустила пальцы в волосы.

Почему, почему он такой.

Даже теперь, он мне совсем не помогает.

Я одна.

И так дальше нельзя.

Сейчас, ещё немного посижу.

И встану.

Сбросила еще несколько звонков от мужа. Удалила поток сообщений, не заглядывая.

И когда поднялась — за окном уже рассвело. На деревянных ногах дошла до спальни и проверила Макара.

Невесомо поцеловала сына в щечку и с ноутбуком засела в кухне.

Спустя три чашки кофе нашла мастеров, которые сегодня же с утра установят мне видеонаблюдение.

Лучше бы, конечно, ток пустить по забору, чтобы он бил сразу, едва эта стерва нарисуется рядом.

Но что имеем.

Камеры тоже сгодятся.

ПОЛИНА

— Нет, Денис вчера так и не пришел, — сказала его отцу, который с проверкой позвонил аж с первыми петухами.

Спортсмены привыкли рано вставать.

Я же вообще не спала.

— И не звонил? — рявкнул в трубку мой будущий свекор.

— В полночь мы созванивались, — промокнула губу ваткой с антисептиком и поморщилась.

До сих пор щиплет.

Стоит улыбнуться — и трескается.

— У Дениса и Сони вчера была годовщина, — напомнила и вздохнула. — Наверное, он был с ней.

— Вместо дня Рождения ребенка? — сурово спросил Андрей Валерьевич. — Чем этот идиот думает?

Черт, нельзя, нельзя радоваться.

Но губы сами невольно растягиваются в улыбку после таких слов.

Свекры на моей стороне.

Это уже почти победа.

— Я сейчас же еду к вам, — заявил отец Дэна. — Побуду с внуком, а ты отправляйся в полицию, пиши заявление об ограблении. Пока я у вас — может, и Дэн соизволит сына навестить.

— Андрей Валерьевич, особо ничего не взяли, у нас ничего и не было, — испугалась. — Да и не найдут этих преступников. Но вы, правда, приезжайте. Хотела с вами обсудить один щекотливый вопрос.

— Буду через сорок минут, — объявил свекор и отключился.

Бросила грязную ватку на столик и зевнула.

Посмотрела на себя в зеркало.

Скоро проснется Матвей. И Дэн должен сегодня прийти поздравлять.

Если наш любимый дедушка в это время будет здесь — повезет, он Дэну мозги промоет.

Главное, чтобы Сонька его накрутить не успела.

Хотя, я сама дура.

Ночью все кошки серы — есть же поговорка. А у меня есть серый пуховик.

Сняла с крючка белую дутую куртку и затолкала вглубь шкафа, завешала другой одеждой.

На секунду будто со стороны на себя посмотрела и стало так странно…

Я будто улики прячу, как преступница.

Но ведь я ничего плохого не делаю.

Лишь пытаюсь вернуть сыну отца, которого он заслуживает.

Настоящего.

Потому что супергерои нам больше не нужны.

Пусть у Макара будет папа-невидимка, а у моего сына — нормальный отец.

От звонка в дверь вздрогнула.

Мелькнула страшная мысль, что это Виталик, но ещё рано, у меня еще сутки есть.

Осторожно глянула в глазок и вздохнула.

Дэн.

С ним тоже сейчас ждёт непростое объяснение.

Ни пуха мне, ни пера.

Глава 27

ДЕНИС

Нормально поспать не удалось. В своё временное жилье я заехал лишь для того чтобы принять душ и дважды почистить зубы. Затем на автомате вернулся домой, но сообразил — меня здесь не ждут.

Как бы я ни был виновен перед Соней, одно я понять не могу: почему она так просто решила что наша семья недостойна того, чтобы за неё бороться? Неужели, Соня меня и не любила? Или она просто привыкла к тому, что я всегда за ней бегал, возвращал, мирился?

На всякий случай позвонил жене. Даже не ожидал, что ответит. Но Соня удивила:

— Да, — услышал короткое приветствие.

— Сонь, привет, я…

— Ты по срочному делу?

— А ты занята?

— В ресторане. Макара с собой взяла. Кстати, теперь все рабочие вопросы я беру на себя.

Потер лицо ладонями. Соня отстраненная, она словно не моя больше.

— Я могу приехать и помочь. Хоть сейчас. Я…

— Подожди, пожалуйста. Повиси секунду, — попросила жена, а затем до меня донесся голос сына и Сонино тихое: — Да, с папой.

Я напрягал слух как мог, но больше не разобрал никаких слов.

— Прости. В ресторан приезжать не нужно, с работой я справлюсь.

— А просто навестить вас с Макаром я могу? Пожалуйста, Сонь. Я… скучаю.

— Макара ты можешь навестить. Он тоже по тебе скучает. Часа через четыре мы будем дома, приезжай. Один приезжай, Денис!

— Приеду, Сонь, — оживился я. — И прости за вчерашнее. Я не был у Матвея. Не люблю в слабостях признаваться, но тебе признаюсь: я вымотался, потому и забыл про годовщину. Про праздник Матвея я помнил только потому что мне напоминали, иначе и про него бы забыл, наверное. Я с друзьями вчера сидел, а ночь у дома нашего провел. Хотел чтобы ты знала. Ты мне веришь?

— Не стоило идти на такие жертвы. До встречи, Денис. Макар будет тебе рад.

После разговора с женой жизнь перестала казаться серым постапокалиптическим фильмом ужасов. Я доехал до Полины, у которой, к своему удивлению, застал своих родителей.

— Ну привет, сын, — мрачно усмехнулся отец, едва Полина открыла мне дверь. — Ты перепутал даты? Чем ты думаешь? — прошипел.

— Вы не ругайте Дениса, пожалуйста. Матвей не обижается, он всё понимает. Правда, сынок? — Полина посмотрела на Мота и тот важно кивнул. — Мы всё понимаем.

— Да, Андрюша, не ссорьтесь. Хотя я тоже не одобряю твоё вчерашнее отсутствие, — вздохнула мама, поглаживая папу по плечу.

Полина тем же жестом решила поддержать меня. Я коротко покачал головой и отстранился.

— Вот бабы! Будете еще указывать мне как с сыном разговаривать, — недовольно пробасил отец. — А как разговаривать с человеком, который на праздник родного сына не явился?

Мама и Полина снова кинулись меня защищать. Раздражает это невыносимо!

— Идём, парень. У меня для тебя еще подарки, — поманил я Мота, и добавил для Полины: — Я побуду с сыном наедине.

Она вряд ли услышала. Пока мы с Мотом поднимались по лестнице, я слышал как отец возмущается тем, что я не занимаюсь воспитанием своих сыновей, а мама с Полиной скачут вокруг отца и пытаются его утихомирить.

Соня подобное не терпела.

Она пыталась понравиться моим родителям, не без этого. Угождала, привечала их… но в то же время запрещала им любое вмешательство в нашу семью. Не позволяла Макара воспитывать. Говорила, что сын — только наша ответственность.

Вообще, когда я представлял, какой должна быть моя семья, я именно своих родителей перед глазами видел: строгий отец, в руке которого кнут бывает чаще пряника; тихая и домашняя мама; послушный ребёнок…

Соня не вписывалась, я отчетливо понял это через месяц отношений. Как-то мы обсуждали подростковые годы, и я поразился, по сути, мелочи:

— В 16 лет я встречалась с одноклассником. Первые мои отношения. Представляешь, мама мне целую лекцию прочитала на тему беременности и заставила поклясться, что если забеременею, ни за что не стану глотать таблетки. Я в то время только о поцелуях думала, а мама мне про ребенка говорила, — сказала как-то Соня.

А мне отец в том же возрасте твердил, чтобы я спал только с определенного сорта девушками, и пользовался защитой. И если уж случится ребёнок — это будет не моя ответственность.

— Малой, ты извини что я не приехал вчера, — погладил Матвея по голове, отвлекая от подарков. — Мне жаль.

— Я не обиделся, я всё понимаю. У тебя есть другая женщина — та тётя, — улыбнулся Мот.

Меня это укололо.

— Матвей, тебя мама попросила сказать что ты не обижаешься? Только честно.

Мот замялся, отвел взгляд и кивнул.

— Соня — не другая женщина, а моя жена. Ты же помнишь её?

— Она красивая, — тихо ответил Матвей. — Пап, я, честно, не обижаюсь.

— Тебе понравился праздник?

Мот снова серьезно кивнул.

Полина говорит что Матвей — уникальный ребёнок: билингв, эрудит, маленький гений. И не стоит удивляться его недетскому поведению. Но меня все равно что-то гложет.

— Точно? Мне кажется, ты обманываешь. Ты можешь рассказать мне правду. Мот?

Он надулся, а затем подсел ближе и тихо затараторил:

— Был торт, фокусник, баба с дедой. А друзей не было. Мне скучно, пап. Я скучаю по дому. Мама говорит что всё это ради меня… только не говори маме! Мне, честно, всё-всё понравилось.

— Вот вы где, — заглянула в детскую Полина. — Я стол накрыла, давайте все пообедаем и еще раз поздравим Матвея. Денис?

Мот схватил робота и убежал вниз, чуть не сбив Полину. Она нервно рассмеялась, и поманила меня из комнаты.

— Столько подарков получил, впечатлений Моту хватит надолго. Но теперь из детской его за уши не оттащить. Ох, поскорее бы школа!

— Поль, а Матвею точно лучше здесь?

— Ему непривычно, но здесь сыну лучше. Он жаловался? Что Мот тебе сказал?

— Ничего, Поль, идем обедать.

Обед прошел в показательном игнорировании меня со стороны отца, который только с Полиной и Матвеем общался.

Плевать.

— Сын, — буркнул отец, не глядя на меня, — Полина рассказала про ограбление. И про то, что ты решил потащить её в полицию, чтобы свою Соню отмазать. Это так?

— Есть претензии к формулировкам, но да, это так.

— Ты с ума сошел? Знаешь же нашу полицию! Они устроят Полине «веселую жизнь»! Нельзя рисковать матерью своего ребенка, её нужно защищать.

— Я и защищаю.

— Я не против поехать в полицию. Соня ведь все еще моя подруга, я не могу бросить ее в беде, — подала Полина голос.

— Помолчи, — махнул отец рукой.

— Соню нужно оградить от новых переживаний, она ни в чем не виновата. Полина просто даст показания, ей ничего не грозит, — спокойно пояснил я.

— А ради Полины ты бы потащил Соню в полицию? Что-то я сомневаюсь. Я не позволю так обращаться с достойной девушкой, сын. Если хочешь помочь Соне — вперёд, помогай, но не в ущерб Поле. Ты меня понял?

Я поднялся со стула, поцеловал Мота и направился к выходу.

— Ты меня понял? — рявкнул папа.

— Полине ничего не грозит, — повторил я. — Мот, завтра приеду на пару часов. Пока.

Вышел из дома и направился к машине. Домой поеду, 4 часа еще не прошло, но ничего страшного. Подожду Соню рядом с домом. Как же я соскучился по ощущению семьи!

— Денис, постой! — я обернулся на голос отца. — Снова позволяешь собой манипулировать?

— Пап, — я сжал кулаки, — я считаю себя неплохим сыном, и вас всегда уважал, но… завязывай. Я сам разберусь. Не вмешивайся.

— Значит, научила тебя Сонька, обработала. Её словами заговорил, — скривился отец. — Она нас за чужих людей держала, а теперь и ты тоже. Браво, сын, так и знал что ты тот еще каблук.

— Пусть так, — привычно попытался перетерпеть и не хамить старшему, отцу своему. — Пока, увидимся.

— Ты куда?

— К Соне и Макару.

— Я с тобой, с внуком хочу встретиться.

— Ты с одним внуком уже встретился сегодня, и устроил при нём скандал. Надеюсь, это в последний раз было, — всё же, не выдержал я. — Перед Макаром тоже так себя планируешь вести? Не нужно тебе со мной ехать. Я хочу провести время с семьей спокойно, а не как обычно.

— А обычно нас с матерью твоя Сонька затыкала, слова не давала сказать. Всё ей не так. Игрушки мы не те дарили, Макара не так воспитывали… девку из пацана растит, а нам замечания делает, будто мы чужие. А своим родителям, интеллигентам вшивым, всё позволяла, и у вас дома они как хозяева, а мы с твоей матерью — приблуды. Да, я не молчал, пытался глаза тебе открыть! Не нравится — буду молчать, но с внуком я имею право видеться, иначе он совсем от рук отобьётся.

— Хватит! Про Соню больше ни слова в подобном ключе!

— А про Макара? — хмыкнул папа. — Ты посмотри что она из пацана лепит — обезьянку ручную. Только что в розовое его не одевает, а так будто девка растет. Неужели тебя подобное устраивает?

Отцу я не ответил, сел в машину и поехал домой. Состояние трансовое, усталое. Уехать бы подальше от всех, собраться с мыслями, отдохнуть…

Одно радует — сейчас я увижу Макара и Соню.

Соскучился.

Глава 28

ПОЛИНА

Чертов понедельник.

Всю ночь промаялась без сна и выгляжу теперь, как помятая стареющая поп-звезда.

Нанесла крем на лицо похлопывающими движениями. Посмотрела на себя в зеркало и не выдержала — закрыла лицо руками и разрыдалась.

Скоро явится Виталик, а деньги для него я не нашла.

И что делать?

— Мам, — в комнату заглянул Матвей и перепугался. — Мама, ты почему плачешь? Что болит?

Улыбнулась сквозь слезы.

Мой маленький мужчина.

— Все хорошо, мой золотой, — прижала ребенка к себе. — Просто грустно.

— Из-за папы?

— Да. Скучаю по нему.

— А ты говорила, он будет жить с нами.

— Будет, — заверила. — Тетю Соню положат в больницу. И папа останется с нами.

— И с Макаром?

— Будете вместе играть, — пообещала. — Так. Ладно. Завтракать беги. Я сейчас подойду.

Вытерла слезы ватным диском, подкрасила глаза, чтобы спрятать красноту.

Деньги.

Что же придумать.

Когда зашла в кухню — раздался звонок в дверь.

Всем телом вздрогнула от этой трели и привалилась спиной к стене.

Боже. Уже.

Что мне ему сказать?

Губа только заживать начала после удара.

За что мне это всё? Почему Сонька не переживает, где достать средства, катается, как сыр в масле, рядом с ней сильный мужчина.

А у меня только ребенок, которого я должна защищать.

— Оставайся за столом, не вставай, — приказала Матвею и на негнущихся ногах поплелась в прихожую.

Щёлкнула замками, распахнула дверь.

И выдохнула от облегчения, когда порог переступил свекор.

— Что это с тобой? — заметил он мою бледность. — Неважно выглядишь.

И ни здрасьте, ни доброе утро.

Баран невоспитанный.

— Приболела, — слабо улыбнулась и проследила, как он ставит на диваны пакеты с продуктами и разувается. — Ох, Андрей Валерьевич. Не стоило тратиться. Я как раз сегодня собиралась на рынок. Правда, неудобно на такси. Водители как видят эти мешки с продуктами — кривятся. Мол, места в машине нет под картошку. Хочу поднакопить денег на собственную машину.

— Копи, — разрешил свекор и я мысленно чертыхнулась.

Не понял намек.

— Матвей где?

— Завтракает, проходите, — двинулась за ним. И осторожно завела. — Я самую простенькую машинку хочу. Никогда не понимала, зачем переплачивать. Да и опасно. У Сони вон угнали ее мерс.

— Дэну говорила про машину? — в нужном русле заработали мозги сверка, и я выдохнула.

Соображать начал мужик.

— Не говорила, — испугалась. — Что вы, Андрей Валерьевич. Он и так для нас много делает. Сама накоплю. Может, через годик…

Его внимание переключилось на Мота, и я заткнулась.

Подожду.

Ещё пара намеков — и он сам поговорит с Денисом.

А если Дэн подарит нам машину…

Скажу Виталику, пусть немного потерпит. За продажу выручу нужную сумму, и ещё останется.

Главное, чтобы он терпел.

— Ты к следователю когда? — спросил Андрей Валерьевич, поздоровавшись с Матвеем.

— На сегодня назначили, — вздохнула. — Хорошо, что вы пришли. Побудете с Матвеем? Мне потом по ещё одному делу надо съездить. На счёт работы. Правда, другой конец города. Неудобно будет добираться. Вот если бы машина…

Осеклась, наткнувшись на колючий взгляд свекра.

Жестом он приказал мне замолчать.

— Я с первого раза понял, что ты хочешь машину, Полина, — сказал жёстко. — Идиота из меня не делай, я тебе не Денис.

— Простите. Просто…

— Хочешь — проси, — вдруг сказал он. Погладил Матвея по волосам. Поманил меня в коридор. И уже там продолжил. — Чего скрывать, Полина, ты меня устраиваешь. Умная ты баба, покладистая. Но хитрить со мной брось, поняла?

— Да-да, — испуганно кивнула.

— Про машину с Дэном разговаривай, деньги у него есть.

— Но как я попрошу? — вскинула непонимающий взгляд. — Он и так нам дом купил.

— И не то ещё купит, если женой его станешь, — отрезал свекор. — Но не о том думаешь. Тебе сейчас главное — Софью устранить. А побрякушки-игрушки потом.

Легко ему говорить, не к нему же придет Виталик!

Но уже хорошо — этот человек меня понимает. Мы с ним из одного теста сделаны.

И поддержка в лице этого влиятельного мужчины мне сейчас просто необходима.

— Я и так стараюсь, — выдохнула, раскрывая карты. — Я очень люблю вашего сына. Очень. Но Денис упертый. Зациклился на своей Соньке.

— Они ссорятся, и тебе это на руку, — сказал Андрей Валерьевич. — Мозгами активнее шевели. Сейчас хороший момент, чтобы его увести из семьи. Машину потом получишь. С Софьей его меньше наедине оставляй.

— Поняла, — кивнула.

— Во сколько к следователю? — он сдвинул брови и посмотрел на часы. — Матвея могу забрать, поедем к нам.

— Давайте, — обрадовалась. Всё-таки страшно было пускать Виталика в дом к ребенку. — Кофе выпьете? Пока я ему сумку соберу.

— Чай, — потребовал Андрей Валерьевич.

Господи, как его жена живёт с этим сатрапом.

Повезло мне, что Денис не такой.

Заварила чай и поставила перед свекром чашку. В комнате Матвея собрала рюкзачок с запасной одеждой и игрушками и вышла в холл.

— Мой золотой, слушайся дедушку, — поцеловала сына. — Дедушка всегда прав.

— Хорошо, — Мот улыбнулся и доверчиво вложил ладошку в широкую ладонь Андрея Валерьевича.

— Времени даром не теряй, — сказал он мне напоследок.

Кивнула. Закрылась за ними и пошла переодеваться.

И через полчаса уже стояла напротив Сонькиного дома.

Машина Дэн маячит у ворот и от этой картинки меня неприятно кольнуло.

Опять он здесь торчит.

Чего ему тут надо?

Может, Сонька оттаяла, поняла, что такой мужик нужен самой и бой мне даст?

Не хотелось бы…

Если Соня начнет воевать, у меня не останется шансов, я выигрываю пока лишь потому, что она Дэна отталкивает.

Как же больно.

Знать и понимать, что он предпочел другую женщину. И зубами выгрызать его у судьбы.

‍Черт, надо было Матвея с собой взять, — подумала, нажимая на звонок.

Не пустят ведь, погонят, как побитую бродячую собаку.

Ненавижу.

Спустя ещё два звонка и пару минут на крыльце выросла фигура Дэна. Он с хмурым фейсом двинулся по саду, и я подавила злость.

Спокойно.

Держаться.

Награда ведь будет такой сладкой.

— Привет, — улыбнулась осторожно. Пальцем провела по железным прутьям забора, не зная, с чего начать. — Извини, что без приглашения. Мне тут не рады, но…

— Что у тебя случилось? — перебил он.

— Поеду к следователю сейчас. Твой отец забрал Матвея к себе. И вот…неловко просить, но не мог бы ты мне одолжить машину? Мне потом еще на работу устраиваться. Хотелось бы произвести впечатление. Если на машине подъеду — больше шансов, что возьмут.

— Машину? — переспросил Денис и качнулся с пятки на носок, раздумывая.

— Может, у тебя старая есть? Я бы ей воспользовалась. Блин, чувствую себя попрошайкой, — стыдливо улыбнулась. — Но машина, правда, мне очень нужна.

— Понял, — коротко ответил Дэн. — Во сколько у тебя собеседование?

— После обеда.

Он завис, прикидывая время.

И так и не ответил — на пороге дома появилась Сонька.