Режим бога. Эпоха Красной Звезды (#4)

Глава 1

— Не это ли ищешь?!

Позади меня раздался строгий голос с лёгким прибалтийским акцентом. Я развернулся и мне в глаза ударила полоска света из-за открытой створки гаражных ворот. Сердце «стремительным домкратом» рухнуло в пятки. Я заметался. Сначала кинулся к лестнице, что вела на чердак. Потом рванул обратно. Но выход перегораживал Веверс. И в правой руке у него был мой айфон. Латыш смотрел на меня с веселым изумлением. Я еще раз дернулся и застыл соляным столбом. Номер два в советском КГБ нашел мой гаджет из будущего. На котором под крышкой фигурирует и год, и страна производитель. Разблокировать он, его конечно, не смог — для этого нужны отпечатки пальцев, но мои дела — швах. А также вах и ах…

— Ну что молчишь? — Веверс прикрыл створку ворот, подошел вплотную

Мне все еще ничего не приходило в голову. Признаться? Стану навсегда невыездной с постоянным местом жительства в комнате обитой мягкой тканью. И никакие прежние заслуги роли не играют, когда на кону стоит безопасность государства. Соврать? Веверс не поверит. Да и глава ПГУ наверняка проверил уже айфон на предмет маркировки. На китайской батарее все написано простым английским языком. Надо бить. Сильно, в подбородок. Крюком. У меня это самый сильный удар, любого мужика в нокаут отправит. Главное попасть в самой кончик подбородка. И рвать когти. Благо Веверс пришел один, без группы захвата.

— Даже не думай — покачал головой генерал — Я в Корее восемь лет занимался тхэквондо

Да он меня просто читает. Словно открытую книгу.

— Так и думал, что с тобой что-то нечисто — покачал головой Веверс — С того самого момента, когда увидел Альдону на больничной койке. Чтобы четырнадцатилетний пацан уложил мастера по восточным единоборствам? Дочка не только тхэквондо занималась, но и хапкидо.

Зубы заговаривает. Нет, надо бить. А там будь что будет.

— На вот это посмотри — Веверс вынул левую руку из кармана, в которой была… граната. РГД5. С выдернутой чекой. Вот почему он такой смелый. Не из-за тхэквондо. Отпустит рычаг и мы в небесной канцелярии. Даже из гаража выбежать не успеем.

— Две тысячи пятнадцатый год, значит — усмехнулся генерал — Ну и как там? Коммунизм построили?

Ага, два раза построили. Окончательно побороли частную собственность, деньги и хищническую сущность человеческой природы. Высадились на Луну и выращиваем яблоки на Марсе. Да если я ему сейчас все вывалю — он хоть и железный товарищ с Лубянки — но гранатку то может и выронить.

— Имант Янович — я прокаркал хриплым голосом — Вы бы чеку для начала вставили

— Значит, не построили — вздохнул генерал — Собирайся, поехали. Поживешь пока в одном особом санатории. Потом с тобой решим

— Ни за что — я сделал шаг назад и прижался к стене

— Я тебя не о чем и не спрашиваю — Веверс кивнул на несколько хозяйственных сумок, что лежали в углу — Давай, сгребай туда все свои сокровища из тайника. И за Вальтер можешь не хвататься. Я вынул из него обойму.

— А почему тогда не забрали все? — поинтересовался я

— И хранить такие суммы денег, слитки золота у себя дома? Или прикажешь в рабочий сейф положить?

Я тихонько перевел дыхание. Он один. Никому ничего не сообщил. Иначе бы оприходовали по акту, а меня в позе пьющего оленя группа захвата вела в наручниках в машину.

— Имант Янович, я конечно, сделаю как вы прикажите, но давайте обсудим условия. Как раньше говорили кондиции.

— Путешественник во времени решил мне ставить условия?

— Решил.

— Рассказывай. Все с самого начала — Веверс присел на верстак — А я уже потом решу, принимать твои условия или нет.

— Хорошо — я опустился прямо на пол, перевел дыхание — Уснул в своем времени, проснулся 78-м году. В собственном молодом теле.

— Значит никаких машин времени?

— Нет. Физики в моей реальности даже близко к такому не приблизились.

— Необъяснимое событие, понятно. А это? — генерал повертел в руке айфон — Тоже попало вместе с тобой?

Было видно, что он не верит ни одному моему слову.

— Тоже. Просто уснул в наушниках — я повесил голову, понимаю, как дешево это все звучит. Сам бы не поверил.

— Ну вот что, друг мой ситный. Это государственный вопрос, решать будут с тобой на самом верху

— Да нельзя меня на самый верх! — я ударил кулаком по полу. Боль меня отрезвила — Враги там. Предатели. Развалили страну, продались капиталистам западным. Нет, слышите, нет в следующем столетии такой страны как СССР. И Варшавского блока нет. Коммунизма тоже не случилось. Все пошло прахом. Продано и разграблено.

Я замолчал, зло уставился в застывшее лицо Веверса. На его скулах заиграли желваки.

— И кто же по-твоему главные предатели?

— Андропов и его команда.

— Понятно. Поэтому ты боролся с Юрием Владимировичем и помогал Щелокову.

— Вы тоже приложили к этому руку — я прямо намекнул Веверсу на убийство Громыко. А потом добавил, словно бросаясь в ледяную воду — Я был в туалете, в одной из кабинок, и все видел.

Рука генерала на гранате побелела.

— А младший Середа?

— Моих рук дело — я повесил голову — Я убил Вериного насильника

— Детский сад. Штаны на лямках — прокомментировал мои слова Веверс и задумался. Вот просто вижу, как в его голове крутятся шестеренки

— Значит, ты утверждаешь, что прибыл сюда самостоятельно. За тобой не стоит никакая страна в будущем, секретная организация? И ты предлагаешь мне в это поверить??

Веверс покрутил перед моим носом айфоном. Мнда… Генерал — волк травленный. В такое простое объяснение он не поверит. Весь его жизненный опыт вопит о том, что такого быть не может.

— Кстати, что это за прибор?

— Компьютер. И телефон. И диктофон с плейером. А еще фотоаппарат и видеомагнитофон.

— Все в одном маленьком корпусе??

— Да.

Мы помолчали. Я разглядывал щеголеватые лаковые ботинки Веверса, а он мой айфон.

— Как вы меня смогли вычислить? — наконец, поинтересовался я

— Вокруг тебя было много странностей — пожал плечами генерал — И слишком часто ты выходишь сухим из воды. Мои люди проследили за тобой, доложили о том, что в гараже оборудован тайник. Попросили санкцию на обыск.

— И вы сами тут покопались — закончил я за Веверса

— Вычисляешь, кто еще может знать? — хмыкнул латыш — Пока знаю только я. Но один принять решение на твой счет не могу. Собирайся, поехали.

— Опять?? — я как ужаленный вскочил на ноги

— Поедем к правильным людям — Веверс отложил на верстак айфон, вытащил из кармана чеку и вставил ее в гранату.

— Да не трясись ты! — генерал презрительно на меня покосился — Песни значит не твои?

Я помотал головой. После чего красный как рак начал медленно сгребать все ценности в сумки. Получилось много. Но все влезло. Сумки я собственноручно оттащил в багажник Волги генерала. Погрузил. Залез на заднее сидение, уставился вдаль. На дворе весна. 4-е мая 1979 года. Сегодня похоронили Брежнева и по плану я должен был ехать на поминки. А теперь вполне возможно поминки справят по мне. И никакие тесные связи с Романовым и Щелоковым, не говоря уж о Чурбанове меня не спасут. Дружба — дружбой, а табачок — врозь. На кону судьба страны и мира. Выпотрошат и устроят автомобильную аварию. «Весь советский народ скорбит о постигшей нас утрате…».

Веверс сел за руль, газанул. Я смотрю за окно и вижу расцветающую природу. На газонах зеленеет молодая трава, поют птички. Весна в самом разгаре. Хочется петь, радоваться жизни, гулять с девушками. А не ехать незнамо куда с генералом КГБ.

— Имант Янович — я решился на еще одну попытку — А нельзя ли….

— Помолчи! — Веверс сделал знак рукой, что нас могут слушать. Я заткнулся. Лишь посмотрел на генерала в профиль. У того на лице шла явна какая-то внутренняя борьба. Интересно, а куда он дел айфон? В кармане пиджака?

Тем временем, мы по Новому Арбату повернули на улицу Фрунзе и выехали к Кремлю. В Спасскую башню заезжать не стали, припарковались рядом. Подскочившему майору Веверс показал удостоверение и приказал выставить рядом с Волгой охрану. Понятно, не хочет чтобы досматривали багажник. И ценности без присмотра оставлять не желает.

Красная Площадь была уже пуста — только возле Кремлевской стены, где похоронили Брежнева, еще толпился народ. Через репродукторы играла траурная музыка. Небыстрым шагом мы вошли в Кремль и направились к зданию Совнаркома. Интересно, латыш с гранатой идет или оставил в машине?

— Значит, победил капитализм — сам себе сказал Веверс — Благодаря предателям

— Предатели — дело третье — возразил я — Союз не туда пошел. Ввязался в войну в Афганистане. Знаете, как называют эту страну? Кладбище империй. Потом случился взрыв на Чернобыльской АЭС, землетрясение в Армении… Огромные расходы, человеческие трагедии, грызня и бунты на национальных окраинах. СССР возглавил к этому времени Горбачев. Недалекий интриган, слабый лидер. Писали, что в его окружении — Яковлев и прочие были шпионами ЦРУ.

— Вот как далеко руки у них залезли — покачал головой Веверс

— Современной разведке сейчас важны не столько шпионы, сколько агенты влияния в чужих правительствах. Которые явно или неявно проводят нужную политику в ущерб собственной стране.

— А я то голову себе сломал насчет Магнуса — хмыкнул генерал — Выскочил как черт из табакерки, а ты вокруг него вьюном вьешься. Теперь понятно… Почему сразу не пришел в Комитет я понимаю. Андропов. Но почему потом мне все не рассказал?

— Да привык уже все в одиночку — пожал плечами я — Так проще и надежнее. Знают двое — знает…

Тут я осекся, а генерал невесело рассмеялся.

— Потом вы начали ухаживать за моей мамой — кинул пробный шар я — А мне нравится ваша Альдона. И вот представьте. Прихожу я к вам, кладу айфон на стол

— Что за айфон?

— Так называется устройство, которое вы нашли в гараже

Мы шли по пустым кремлевским аллеям и я просто наслаждался пробуждающейся природой. Когда я теперь увижу зеленую листву? И увижу ли ее вообще?

— Про мать специально ввернул? — поинтересовался Веверс — Думаешь, наши отношения меня остановят?

— А у вас уже дошло до отношений? — я живо повернулся к генералу

— Не меняй тему

— Надеюсь даже не на маму или вашу дочь, на ваше благоразумие. Теперь вы все знаете. Нет никакой необходимости передавать информацию дальше. В Политбюро остались скрытые враги. Мои знания будущего утекут на Запад. Который еще с большим рвением примется нас рвать, пытаясь добраться до меня и айфона

— То есть ты предлагаешь мне изменить присяге и стать предателем. Как те, что развалили нашу страну?

Веверс остановился и встал ко мне лицом к лицу. Позади нас, вдалеке шел чеканя шаг кремлевский караул. К Мавзолею идут.

— Я предлагаю бороться вместе. Если нужно кого-то посвятить… В интересах дела. Например, товарища Пельше. Или Романова…

— Это не тебе решать — Веверс задумался.

— Ладно, я ничего не решил. Пока пошли к Пельше. Обсудим все — генерал махнул рукой и мы быстрым шагом дошли до бывшего Сенатского дворца. Веверс показал охране удостоверение и что-то шепнул лейтенанту. Досматривать нас не стали. Минуя лифты, мы поднялись на третий этаж. И уже практически дошли до кабинета Пельше, как в коридоре наткнулись на Генерального секретаря ЦК КПСС товарища Романова. Григория Васильевича. В составе целой свиты. У некоторых до сих пор траурные повязки на рукавах.

— Вы уже в курсе? — хмурый Романов обменялся с нами рукопожатиями

— Не-ет — осторожно произнес Веверс — Что случилось?

— А ПГУ должно! быть в курсе. Первыми — с нажимом произнес Генеральный — Наших боксеров в ФРГ отравили.

Увидев наши вытянувшиеся лица, Романов поправился.

— Не насмерть и только троих. Сильное расстройство желудка, температура, рвота…

— А разве сборная уже в Кельне? — удивился я

— Завтра начинается чемпионат Европы, забыл? — буркнул Веверс — Странно, что немцы пошли на такую провокацию.

— Собирайся — Романов кивнул мне — Киселев прислал телеграмму Павлову, требует срочно тебя. Первый бой послезавтра. Будешь выступать вместо Савченко.

У меня натурально отпадает челюсть от таких новостей.

— Григорий Васильевич! — латыш сразу встал в стойку — Это совершенно исключено! Комитет против выезда Селезнева из страны

— Вы, Имант Янович уже стали говорить за весь Комитет? — ядовито произнес Романов. Свитские недоуменно переглянулись.

— Я все знаю — Романов тяжело вздохнул — Никто не забыл Англии и приключений Вити в Лондоне… Но на кону престиж Родины!

Надо было видеть Веверса. Он совершил над собой просто титаническое усилие. Еще секунда, две и моя тайна была бы раскрыта. Не тут, конечно, при всех. Но в Кельн я бы точно не поехал.

— Готовься! — Романов еще раз пожал нам руки и быстрым шагом пошел дальше по коридору. Мы же постучавшись, вошли в приемную Пельше. Но и тут Веверса ждало разочарование. Его покровителя не было на месте. После похорон Пельше почувствовал себя плохо и его отвезли в Кремлевскую больницу.

— Значит, едем ко мне в Ясенево — подытожил генерал — Надо все обсудить.

— Маме могу позвонить? — осторожно поинтересовался я

— Нет — отрезал генерал — Я ей сам все сообщу.

Я пожал плечами. Особого выбора у меня нет. Можно, конечно, закричать и рвануть по коридору. 9-ка не подчиняется Веверсу, да и не станет генерал «паковать» известного певца Селезнева на глазах Романова и Ко. А гаджет пойди теперь привяжи ко мне — его слово против моего. Но что-то меня остановило. Наверное, я стал фаталистом. Делай что должно и пусть будет, что будет.

--

— Чай, кофе? — Веверс махнул рукой в сторону гостевого столика с креслами и открыл бар, где стояла современная кофемашина и чайник

— Разве это не работа секретаря? Кофе — я сел за стол и осмотрелся. Кабинет начальника ПГУ не поражал воображение. Ну да, большой, с окнами во внутренний двор. Красивые, синие шторы. Мебель из драгоценных пород дерева. Обязательные портреты Ленина и Дзержинского. Современный телевизор с видеомагнитофоном Филипс. Как их интересно, проверили на жучки? Разбирали до последней детали?

— Отучайся от своего барства, товарищ Селезнев — Веверс нажал на кнопку и кофемашина послушно заурчала. Из носика полился черный напиток, с божественным запахом — У секретаря есть дела и поважнее, чем меня обслуживать.

Генерал собственноручно принес две чашки, сахарницу и пакет с молоком. Знаменитый на весь Союз треугольничек-пирамидка. Я добавил сахару, помешал ложкой. Осторожно хлебнул. Просто божественно. Сделал большой глоток. Первая нормальная «еда» за день. Жить можно.

— Чем хорош кофе — Веверс пристально посмотрел на меня — Он горький. Знаешь, кстати, откуда появился обычай чокаться во время застолий?

Я почувствовал, что у меня отнимаются ноги. В голове зашумело, сознание будто раздвоилось

— В Римской империи патриции часто травили друг друга на пирах. И тогда возник обычай сильно чокаться с хозяином дома. Да так, чтобы напиток перелился в чашу человека, с которым ты чокаешься. Такая вот страховка.

— Что со мной? — язык заплетается, появилось туннельное зрение. Лицо Веверса отдалилось, расплылось, но голос оставался четким и понятным.

— Я дал тебе раствор амитала натрия вместе с пентоналом. Вообще, их внутривенно вводят. Но наши комитетские врачи научились синтезировать препараты в ампулах. Хорошо сочетается с кофе, кстати.

— Сыворотка правды? Настоящая? — я почувствовал, как меня «прет». Хотелось говорить, петь, кричать. Я попытался встать, но почему-то не получилось.

— Давай начнем — генерал подвинул ко мне диктофон — Фамилия, имя, отчество. Настоящий год рождения.

Выпотрошил меня Веверс, будь здоров! Допрос длился около трех часов и я рассказал о себе практически все. Разблокировал айфон, научил пользоваться поиском в Гугле и Яндексе. Сдал все пароли и явки — оффшорный фонд, историю с векселями Магнуса… Последние, генерал видел в моей захоронке и похоже история с казино здорово прибавила мне очков в его глазах. Допрос вел твердо, но вежливо. Несколько раз наливал кофе. Но уже без пентонала. Впрочем, и первой дозы мне хватило под завязку. Единственное, что удалось утаить — и я это понял постфактум — рициновую историю. И только потому, что Веверс не спросил про нее прямо.

Ближе к вечеру язык стал заплетаться, я начал кивать головой. Веверс понял мое состояние, вколол мне антидот и вызвал служебную машину. Мы вместе сели в Волгу и поехали домой.

— Сейчас поступим вот как. Я все еще ничего не решил. Но и рисковать нельзя. В твоем доме будут поставлены дополнительные посты охраны из моих людей. Подъезд, соседние квартиры…

Эх, бедный капитан. Теперь его отселят. Хотя он кажется, уехал в рейс.

— Матери ничего не говори. Альдоне тоже. На улицу пока не выходи — я завтра за тобой заеду. Отсыпайся. Мне нужно подумать.

И посоветоваться с Пельше. Сейчас возьмет кассету и помчится в Кремлевку. И решать мою судьбу будет соратник Ленина — один из основателей СССР. Эх, как бы его кондратий не хватил в том месте, где я рассказываю про развал Союза, семибанкирщину, пьяного Ельцина и распиленные на металлолом ракеты Р36М Сатана. Посоветовать что ли Веверсу отвлечь его Айфоном? Пусть глянет на Яндекс-видео кадры 11-го сентября. Самолеты втыкающиеся в американские небоскребы. Это впечатляет. А заодно настраивает на нужный лад. Именно сейчас ЦРУ делает первые шаги по созданию талибана. Збигнев Бжезинский, помощник президента США в начале мая написал первую докладную записку об исламском фундаментализме и той помощи, что тот может принести в деле борьбы с СССР. Именно эта записка ляжет в основу июльской директивы об оказании тайной помощи противникам советского режима в Кабуле. Часики все еще тикают. Хоть СССР уже и не войдет в Афганистан — во время допроса я поставил себе это в заслуги, вместе со Спитаком и запиской по Ирану — но Афганистан может начать входить в СССР. Придут к власти исламисты, а Таджикистан вот он, совсем рядом. Слабое подбрюшье СССР.

— Я бы все-таки хотел обсудить условия — поворачиваюсь к Веверсу перед самой входной дверью нашей квартиры — Думаю, Арвид Янович будет заинтересован в сотрудничестве со мной. Во всех областях.

Поворачиваю ключ, вхожу в квартиру. Из кухни выглядывает мама в переднике. В доме вкусно пахнет выпечкой — она что-то готовит. Увидев в дверях Веверса, мама смущенно краснеет, подходит поздороваться. Генерал галантно пытается поцеловать руку, но та вся в муке. Рука прячется за спину.

— Останешься поужинать, Имант?

Ого, уже по имени и на ты. Далеко у них все зашло.

— Извини, тороплюсь — Веверс разводит руками

— Мама! Я лечу в Кёльн! Сам Григорий Васильевич мне разрешил!

Мама охает, а я смотрю на Веверса. Ну как ты это съешь? Не слишком кисло? Генерал слегка морщится, но терпит. Вот ему еще один вопросик, который надо решать в пожарном режиме с Пельше. Послезавтра начинаются первые бои — времени на раздумья нет.

— И почему я все узнаю последней? — мама складывает руки на груди, хмурится. От былой интимной атмосферы не остается ни следа.

Генерал бочком, бочком, попрощавшись, исчезает из квартиры. А я с шумящей головой и на подгибающихся ногах — пентонал даром не прошел — иду ужинать.

---

— И что ты обо всем этом думаешь? — глава партийного контроля, Арвид Янович Пельше, докуривал десятую по счету сигарету. Врачи несколько раз робко стучались в защищенную комнату, но им никто не спешил открывать дверь.

— Для многоходовой провокации ЦРУ и внедрения агента — пожал плечами генерал — Слишком сложно. Вы же видели айфон. Такой техники нет нигде в мире.

— Эти фильмы… Про распад СССР, ликвидацию Чернобыльской катастрофы — там же реальные люди. Тот же постаревший Горбачев

— Теоретически можно загримировать похоже актера — пожал плечами Веверс — Но все вместе… Клад, песни из будущего, айфон… Нет, объяснение только одно

— Каков стервец — Пельше ударил ладонью по столу. Графин со стаканами жалко звякнул — Втерся в доверие к Щелокову и Брежневу, помог свалить Андропова, теперь вон решил избрать своего президента США… Богом себя вообразил?

— Витя, во время допроса сказал, что еще и в космос хочет слетать. Туристом. Дескать, НПО Энергия уже разрабатывает космическую станци…