Если ты назвался смелым

— Все? — разочарованно спросил Вова, когда была прочитана последняя страница.

Я начала придумывать про мишку целую историю. Вова помогал неиссякаемыми «наводящими» вопросами.

— А кто мишку уронил на пол?

Вот и соображай, что ответить. Конечно, не девочка-хозяйка. Объяснением, что уронили чужие дети, Вова не удовольствовался.

— А какие дети? Плохие, да?

Уточнила, чем именно плохи чужие дети.

— А сколько их было, чужих детей?

— Наверно… наверно, трое.

— А как их зовут?

Рассказ обрастал подробностями, а я начинала мерзнуть. Пришли с работы девчата. Постояли около нас, посмеялись, помогли кое-что уточнить насчет мишки с оторванной лапой.

— Ты не замерзла? — спросила Ганнуля.

— Ничуть! — Превращусь в сосульку, но дождусь Славку здесь.

Девчата пошли домой. С крыльца Расма явно в мой адрес крикнула:

— Производственная практика!

Ну почему, почему она такая злая? Разве я виновата, что Славке она не нравится?

Я успела рассказать Вове историю всей жизни мишкиной хозяйки, когда Славка наконец показался в сквере.

— Да ты совсем посинела! — ахнул он.—Пошли, пошли в тепло!

— А как же мой вокзал? — спросил Вова.

— Ох, милый,— засмеялся Славка. — Про вокзал-то я и забыл. Ну, ничего. Вот… тетя погреется,— и он насмешливо сощурился на меня: похожа на тетю или нет? — погреется тетя Рута — тогда построим.

— Ладно. Тогда я вас подожду.

В комнату мы не пошли. Устроились у тети Мицы. Славка поставил стул поближе к горячему титану. Разворошил в топке подернувшиеся сизой пленкой угли. Сидя перед печкой на корточках, снизу весело посмотрел на меня и спросил:

— Значит, уронили Руту на пол?

— Да. И оторвали Руте лапу.

Он выпрямился, обхватил меня обеими руками, покачал и закончил:

— Все равно ее не брошу, потому что Рут хороший!

И мы рассмеялись.

Дверь в кубовой наполовину стеклянная. Я увидела, как в подъезд быстро вошел Лаймон. Спряталась за Славку. Лаймон через две ступеньки побежал по лестнице. На его шаги Славка обернулся.

— А ведь он к тебе, Рута.

— Не хочу,— замотала я головой. Славка посмотрел на меня испытующе.

— Правда, не хочу. Я тебя целый день ждала… Снова шаги по лестнице. Лаймон. Вышел из подъезда. Оглянулся.

— Позвать? — спросил Славка.

— Не надо.

Лаймон пошел по дорожке. На мгновение мне стало его жалко — так неохотно он шел.

Но Славка был тут, рядом. И больше никто мне не нужен.