"Фантастика 2026-79". Компиляция. Книги 1-33

Глава 1

Агни расправил крылья, и утренний ветер ударил мне в лицо, свежий, холодный, обещающий долгий полёт.

Рядом Сэр Костиус вытянул длинную шею, словно тоже предвкушал путешествие. Его цилиндр, как всегда, сидел безупречно ровно.

Октавия устроилась позади меня. Дед Карл уже сидел на Костиусе с видом человека, отправляющегося на обычную прогулку. А за его спиной, с едва скрываемым отвращением на лице, примостилась Регина.

— Всё ещё не могу привыкнуть к этому варварству, — заявила она, поправляя складки платья. — Лететь на МОЁМ драконе. Которого вы украли.

Дед обернулся к ней:

— Твоём? Это умертвие, созданное Максимилианом. Каждая кость покрыта нашими рунами.

— О, дедуля, — Регина улыбнулась той самой ядовитой улыбкой. — Не прикидывайся. Это Я нашла его. Это Я привела его к Рихтерберу. Живого, между прочим. Или ты забыл?

— Ты привела осквернённого мутанта, который пытался разрушить город, — спокойно ответил дед. — Максимилиан его остановил и убил. А затем поднял как умертвие. По всем законам некромантии, создатель и есть владелец.

— Какое удобное толкование, — Регина фыркнула. — Особенно, когда всем известно, что материал был моим.

Уж не знаю зачем, но дед явно собирался продолжить эту бессмысленную пикировку.

— Оставьте это, — сказал я, прежде чем это произошло. — Нам лететь несколько часов. Предпочту провести их в относительной тишине.

— Как скажешь, Рихтер, — Регина одарила меня сладкой улыбкой. — Хотя должна признать, работа вышла качественная. Жаль только, что теперь он слушается не меня.

— Правда, Агни? Скучаешь по прежней хозяйке?

Дракон даже не шевельнулся. Регина вздохнула с притворным разочарованием.

— Неблагодарный. А ведь это я тебя нашла. Я за тобой ухаживала, пока ты ещё был жив. Хотя и немного… испорчен скверной.

— Немного? — дед не удержался. — Он был полностью мутировавшим чудовищем.

— Детали, дедуля. Всего лишь детали.

Тем временем, Рихтерберг остался далеко внизу, с виду превращаясь в игрушечный город. Мы набирали высоту, и ветер становился резче, холоднее.

— Куда именно летим? — спросила Октавия, прижимаясь ко мне от холода.

— На север. К горам Сэберхорн.

— Сэберхорн? — она удивилась. — Но там же…

— Очаги, — закончил я. — Да. Много очагов.

Мы летели молча около часа. Внизу проплывали леса, поля, деревни и города. Всё выглядело обманчиво мирно. Но чем дальше мы отдалялись от цивилизации, тем чаще видели работу захватчиков.

— Смотрите, — Октавия указала вперёд.

Первые признаки заражения. Земля внизу меняла цвет из зелёного в серо-коричневый. Деревья становились искривлёнными, чёрными, и даже воздух казался грязным и густым.

Мы пролетели над очагом. Потом над вторым. Третьим. Пятым.

Земля превращалась в лоскутное одеяло из здоровых участков и заражённых зон. Серые пятна скверны разрастались, словно болезнь.

— Так много, — тихо сказала Октавия. — Я не думала…

— И это ещё не самые опасные, — добавил дед, подлетая ближе.

Он был прав. Чем дальше мы летели на север, тем чаще встречались очаги. Они сливались, образуя огромные поражённые территории.

Где-то внизу бродили мутанты. Я видел их даже с такой высоты, искажённые фигуры, когда-то бывшие людьми или животными.

Наконец впереди показались горы Сэберхорн. Массивные угрюмые пики, покрытые снегом. И между ними расползались особенно крупные очаги.

— Вот почему сюда никто не ходит, — заметил дед. — Слишком опасно.

— Именно, — вмешалась Регина, и в её голосе прозвучала нотка удовлетворения. — Идеальное место, чтобы спрятать что-то ценное.

Я не ответил. Просто направил Агни дальше в горы.

Очаги становились плотнее, их границы размывались.

А затем они просто закончились.

Я нахмурился, всматриваясь вниз. Мы словно пересекли какую-то невидимую границу, за которой земля была совершенно чистой.

— Стоп, — сказал я, останавливая Агни в воздухе.

Дракон завис, медленно кружа. Костиус тоже подлетел ближе.

— Что случилось? — спросила Октавия.

Вместо ответа я указал вниз.

— Посмотрите сами.

Все трое всмотрелись в местность внизу. Дед первым понял.

— Нет ни одного очага, — медленно произнёс он. — Мы пролетели сотни заражённых зон, но здесь всё чисто.

— Защита? — предположил я. — Вот только какая и кто её здесь поставил?

Регина молчала, но я видел довольную улыбку на её лице.

— Приземляемся, — решил я. — Нужно это исследовать.

Мы, все четверо, спрыгнули с седёл на узкую каменистую полянку между скал.

Агни и Костиус продолжили кружить наверху. Я сразу же начал осматриваться.

Место казалось обычным. Горы, камни, редкая растительность. Но магическим чутьём я ощущал что-то ещё. Что-то древнее.

— Максимилиан, — позвал дед.

Я обернулся. Он стоял у одной из скал, изучая её поверхность.

Я подошёл ближе и увидел руны. Едва различимые, выцветшие, но всё ещё видимые. Вырезанные прямо в камне.

— Это наша магия, символы некромантии, — сказал тихо дед, проводя пальцами по рунам. — Но стиль…

— Да, — я сразу понял, что он хочет сказать.

Это был наш стиль, безошибочно узнаваемый, но очень, очень древний, похожий на то, что мы видели в мире Патриарха.

Я обернулся к Регине. Та стояла, расслабленно прислонившись к скале, и наблюдала за нами с видимым удовольствием.

— Ты знала, — подытожил я.

— Разумеется, — она улыбнулась. — Думаешь, я случайно привела вас сюда?

— И когда ты нашла это место? — спросил дед.

Регина обвела рукой окрестности.

— Давно. Очень давно. Ещё до того, как твой внучек решил мирно вздремнуть в своём саркофаге.

Октавия нахмурилась:

— Но как ты вообще его нашла? Я всю жизнь собирала историю Рихтеров по крупицам, но…

— О… — Регина хихикнула, — Маленькая предательница расстроена? Приятно.

Октавия усмехнулась.

— Не волнуйся. Зато я рада, что ты, наконец, приносишь пользу. Поверь, я отлично себя чувствую понимая, что все знания, которые ты собирала много веков, теперь перейдут ко мне по наследству, хочешь ты того или нет.

Неожиданно её решил поддержать ещё и дед:

— А пигалица точно сумеет ими правильно воспользоваться. Твоё время прошло, Регина. Молодое поколение неизбежно тебя превзойдёт.

Редж зло оскалилась.

— Макс уже тебя превзошёл, лич.

Дед почти по-отечески ей улыбнулся.

— Вот только в отличие от тебя, теперь я этому даже рад.

Она закатила глаза.

— Ой-ой, как же трогательно! Сейчас расплачусь! Какое омерзительное семейное единение!

Я в это время продолжал изучать руны, но всё-таки прервал эту перепалку.

— Идём дальше, — решил я. — И да, Регина, я тоже хочу знать, как ты нашла это место.

Мы снова забрались на драконов и продолжили полёт, углубляясь в горы.

— Видите ли, дорогие мои, — начала Регина, устраиваясь поудобнее, — я много лет изучала магические аномалии. По всему миру. Это было моё… хобби, если хотите.

— Хобби? — переспросил дед скептично.

— Научный интерес, — поправилась она. — Я искала места силы. Где обитают редкие магические существа. Понимаете, такие создания не живут где попало. Им нужны особые условия.

— И одно из таких мест было здесь, — сказал я.

— Именно! — Регина оживилась. — Причём очень необычное. Видите, как вокруг гор всё заражено? А в самом центре — идеально чистая зона. Словно кто-то нарисовал круг и сказал: сюда скверне нельзя. Так было и во время первого вторжения Теней.

Октавия повернулась, чтобы посмотреть на неё:

— И ты не догадалась, кто это сделал?

— Не сразу! Вот в чём фокус. Стиль магии был слишком древний. Я пыталась определить. Десмонды? Вийоны? Никто не подходил. Руны были другие. Язык заклинаний, такого я не видела.

Впереди показалось большое, окружённое скалами озеро с тёмной, даже почти чёрной водой.

А посреди озера — остров. Скалистый, высокий, с отвесными стенами.

— Вот оно, — сказала Регина. — То самое место.

Я присмотрелся. Просто большой камень, торчащий из воды. Ничего особенного.

Но магическое чутьё подсказывало, здесь что-то есть.

— Приземляемся, — скомандовал я.

Мы спустились на узкую полоску берега. Спешились.

Я подошёл к самой воде, всматриваясь в остров.

— Я ничего не вижу, — призналась Октавия.

— И не увидишь, — Регина встала рядом. — Пока кровь Рихтеров не снимет иллюзию.

Дед присоединился к нам:

— Иллюзия? Настолько мощная?

— Настолько, что даже я не смогла её пробить, — в голосе Регины прозвучала лёгкая горечь. — Пришлось искать… обходные пути.

Я продолжал изучать остров. Снаружи просто скала. Но, сосредоточившись, я всё чётче ощущал древнюю магию, пульсирующую под иллюзией. Магию моего клана.

— Продолжай рассказывать, — велел я, не оборачиваясь. — Что было дальше?

Регина прошлась вдоль берега.

— Я изучала это место… лет триста, наверное?

— ТРИСТА ЛЕТ? — Октавия не сдержала удивления.

— О да, малявка. В общей сложности, триста лет. Сначала просто наблюдала издалека. Потом начала приближаться. Обнаружила, что защита активная. Реагирует на магию.

Дед нахмурился:

— И ты не догадалась, кто это построил?

— Нет, — призналась Регина. — Стиль был слишком древний. Но потом я увидела те руны на скалах… — она указала в сторону, откуда мы прилетели, — некромантические символы. Фамильный стиль Рихтеров. Тогда я начала расследование.

— Какое расследование? — спросил я, всё ещё глядя на остров.

— Очень… деликатное. — Регина остановилась, повернулась к нам. — Я изучала ваши архивы. Тайно, конечно. Расспрашивала старейшин клана. Светские беседы, ничего подозрительного.

Дед повернулся к ней:

— Ты шпионила за Рихтерами.

— Я собирала информацию, — поправила она. — Есть разница.

Я наконец оторвал взгляд от острова и посмотрел на неё:

— И что ты узнала?

Регина улыбнулась той самой улыбкой, которая всегда означала, что она знает что-то интересное.

— Прелестную вещь, Рихтер. Я поняла, что вы сами ничего не знали.

Повисла тишина, только дед с досадой цокнул языком.

— Да-да, дедуля. — Регина явно наслаждалась моментом. — Твой славный клан понятия не имел о существовании этого места.

Октавия нахмурилась

— Но, если это были Рихтеры, то почему они не…

— То где записи? — Регина перебила её. — Где упоминания? Я проверяла. Очень тщательно. Ничего. Ни слова об этих горах, ни слова о защищённой зоне, ни слова о хранилище.

Я задумался. Она была права. Я не помнил ничего подобного. Ни из собственной памяти, ни из того, что рассказывал отец, да и дед явно ничего об этом не знает.

Значит, это что-то настолько древнее, что до нас информация просто не дошла. Тогда это может быть связано с Патриархом.

Регина продолжала рассуждать:

— Я тоже долго думала почему эта информация затерялась. Но факт оставался фактом. Про это место просто забыли. Может, посчитали информацию неважной. Может, записи потерялись. Может, намеренно скрыли.

Она сделала паузу.

— Или, — добавила она тише, — это было построено так давно, что даже сам клан об этом не знал. Теми, кто пришёл ДО современных Рихтеров.

Дед медленно кивнул:

— Патриархи.

— Именно, — Регина улыбнулась. — Самые первые. Они пришли в этот мир, построили эту башню, оставили свои секреты… А потом что? Информация не передалась. Забылась. Теперь я тоже думаю, что скорее всего дело в этом.

Я хмыкнул.

— И ты конечно же решила оставить эту информацию при себе, — сказал я. — Ждала подходящего момента.

— Конечно, — Регина кивнула. — Пока ты был жив я не могла туда попасть, не рискуя попасться. В какой-то момент я немного расшифровала заклинание и поняла, что здесь нужна кровь Рихтера, но не любого, а мага вне категорий. Только сильная кровь открывала дорогу. Но после резни…

— После ты нашла подходящую жертву, — закончил я за неё.

Регина кивнула.

— К счастью, ты, Макс, был не единственным Рихтером вне категорий. И после победы в войне, я заполучила себе другую подходящую куколку и использовала его кровь.

Я чувствовал, как внутри поднимается холодная ярость. Но не показал этого. Вместо этого спокойно спросил:

— Как его звали?

Регина удивлённо посмотрела на меня:

— Что?

— Его имя. Тот человек, которого ты использовала.

Она молчала несколько секунд невинно хлопая ресницами. Потом пожала плечами:

— Я у него не спрашивала. Какая разница?

Типичная Регина. Я даже не стал пытаться что-то уточнить. Очевидно, она и впрямь не удосужилась поинтересоваться.

В любом случае, пора было снять иллюзию.

Я направился к воде. Активировал теневой кинжал и порезал ладонь.

Дед и Октавия встали позади меня. Регина осталась чуть поодаль.

Я протянул окровавленную ладонь к острову. Вода, в которую капнула кровь словно вспыхнула.

Тысячи рун загорелись по всей поверхности скалы. Они растекались, пульсировали, светились.

Октавия ахнула. Дед замер.

А Регина довольно оскалилась.

Воздух задрожал, и иллюзия начала рассеиваться.

Скала менялась на наших глазах.

Грубый камень превращался в обработанную поверхность. Чёрный камень с серебряными прожилками. Выступы складывались в колонны, арки, окна.

Перед нами была башня, да не просто башня, а скорее древняя обсерватория.

Высокая, стройная, устремлённая в небо. Стены покрыты рунами. На вершине купол из полупрозрачного материала.

— Вот это да, — прошептала Октавия.

Дед молча рассматривал башню. Даже лич был впечатлён.

— Красиво, правда? — Регина прошлась вдоль берега. — Когда я впервые увидела это, то хотела здесь поселиться. Но потратила десятилетия на поиски способа войти.

Она обернулась:

— Но не смогла. Даже с кровью марионетки.

— Но что-то ты всё-таки нашла, — предположил я.

Регина кивнула и повела нас вдоль берега. Мы обогнули часть озера, и она остановилась у одного места.

— Здесь. Видите трещину?

Я присмотрелся. Действительно, в основании башни был небольшой разлом.

— Землетрясение, — пояснила Регина. — Примерно через пять лет после того, как ты уснул здесь появилась трещина. Я её… расширила. Очень осторожно, у меня на это ушли годы.

Она провела рукой по разлому:

— Через него я попала внутрь. И то, что я там нашла… — в её глазах мелькнула алчность, — стоило каждой потраченной минуты.

— Что именно? — спросила Октавия.

— Сокровищницу, артефакты, книги, записи, знания.

Регина посмотрела на меня:

— Я унесла каждую вещь, которую смогла найти.

— Но не всё, — заметил я.

— Нет, — согласилась она. — Самое ценное было недоступно даже мне.

Мы обогнули башню с другой стороны. И я увидел главные двери.

Массивные, покрытые рунами. И перед ними…

Обугленные кости. Человеческие. Раскиданные, словно тело разорвало изнутри.

— Он пытался войти? — спросил я тихо.

Регина кивнула:

— Да. Защита распознала подмену и уничтожила его. Мгновенно.

Я подошёл ближе, опустился на колени рядом с костями.

Это был Рихтер. Кто-то из моих старых соратников

И он погиб здесь

— Дед, — позвал я.

Карл подошёл. Понял без слов.

Вместе мы собрали кости магией. Я создал небольшую теневую урну и аккуратно поместил их туда.

— Он был Рихтером, — сказал я, глядя на урну. — И заслуживает похорон. Настоящих.

Регина молча наблюдала.

Я встал, держа урну, и повернулся к дверям.

— Ну что ж, — сказал я. — Посмотрим, что охраняли мои предки.

Положил свободную руку на холодный металл дверей.

Произнёс заклинание, те самые символы, которые видел неподалёку

Руны вспыхнули ярче, чем раньше, а затем будто бы побежали по дверям, сплетаясь в узоры.

Я чувствовал, как магия считывает меня. Кровь, волю, сущность.

Проверяет, решает достоин ли я войти. Но я не чувствовал опасности. Было что-то в этой магии, что я сразу понял, что меня она пустит.

Может быть, потому что я был лидером Рихтеров, прямым наследником Патриарха по крови.

И его магия узнавала меня и даже словно звала меня к себе.

Но несколько секунд ничего особенного не происходило.

А затем двери дрогнули.

И медленно, с тихим скрежетом, начали открываться.

За ними была тьма. И лестница, ведущая вверх.

Глава 2

Лестница вела вверх, виток за витком, и с каждым шагом я чувствовал, как древняя магия становится плотнее.

Словно воздух здесь был пропитан силой настолько старинной, что она успела стать частью самого камня.

— Как высоко мы поднялись? — спросила Октавия, держась за мою руку.

Её дыхание участилось от волнения. Не удивительно, ведь мою ведьмочку всегда привлекали тайны прошлого. И сейчас мы должны были раскрыть ещё одну.

— Почти пришли, — ответил я, поглядывая на стены.

Руны, покрывавшие их, постепенно менялись. Внизу они казались совсем простыми, по сравнению с тем, что мы видели здесь. Нам встречались целые предложения на сложном и запутанном языке, который я едва узнавал.

— Это некромантия, — приговаривал дед Карл, замедляя шаг возле большинства из надписей. — Но такая древняя, что я не могу прочитать и половины символов.

— Мне тоже не всё понятно, — признал я.

Регина, шедшая последней, хихикнула:

— Как трогательно. Рихтеры не могут прочитать собственное наследие.

— Ты можешь? — спросил я, не оборачиваясь.

— Нет, — сразу призналась она. — Но это и не МОЁ наследие..

Мы продолжили подъём.

Наконец лестница закончилась. Перед нами была последняя дверь. Я толкнул её.

И мы вошли в башню обсерватории.

Помещение было круглым, с высоким куполом. Стены из того же чёрного камень с серебряными прожилками, что и снаружи. Но здесь он был отполирован до зеркального блеска.

— Ого, — выдохнула Октавия, подняв голову вверх.

И было чему удивиться. Купол выглядел прозрачным, но даже не стеклянным, а таким словно он вообще отсутствовал. Казалось, что мы стоим под открытым, усыпанным звёздами, небом.

Хотя снаружи стоял день.

— Иллюзия? — спросил дед, прищурившись.

— Нет, — Регина подошла ближе, задрав голову. — Не иллюзия. Это… окно. В другое пространство.

Я присмотрелся. Она была права. Звёзды не мерцали случайно, в их расположении был свой порядок. Они словно складывались в некий узор.

В центре помещения стоял постамент. На нём находилась странная конструкция, похожая одновременно на телескоп и на астролябию. Металл, кристаллы, руны.

— Портал, — догадался я. — Это, должно быть, портал.

— В мир патриархов, — тихо согласился дед.

Я подошёл ближе. Устройство было холодным на ощупь, но когда я коснулся его рукой, руны вспыхнули.

Звёзды на куполе начали двигаться. Медленно, по спирали, сходясь к центру.

— Макс? — Октавия схватила меня за рукав. — Что ты сделал?

— Активировал, — ответил я, продолжая изучать устройство. — Оно реагирует на кровь Рихтеров.

Звёзды собрались в одну точку прямо над порталом. И эта точка начала расширяться. Темнота, из которой исходил слабый свет.

— Проход открыт, — констатировал дед. — Вопрос — куда именно он ведёт?

— Есть только один способ узнать, — я повернулся к остальным. — Кто-то хочет остаться?

Регина фыркнула:

— И пропустить это? Ни за что.

Октавия сжала мою руку крепче:

— Я с тобой.

Дед просто кивнул.

— Тогда идём.

Я шагнул в темноту.

Переход был мгновенным. Просто в один момент я стоял в одном месте, а через секунду уже в другом.

Сначала я даже не понял переместились ли мы вообще, так как обсерватория вокруг нас казалась той же самой. Такой же круглый зал, тот же купол, те же чёрные стены.

Но было одно отличие.

— Звёзды, — прошептала Октавия.

Купол здесь тоже показывал звёздное небо. Но это были уже другие звёзды. И они тоже складывались в сложный узор, где каждая звезда светилась своим цветом.

— Телепортационная сеть, — сказала Регина тихо, и в её голосе прозвучало что-то похожее на благоговение. — Это карта порталов. Каждая звезда — это другой мир.

Я присмотрелся. Она была права.

Звёзды пульсировали, словно живые. Некоторые очень ярко, другие совсем тускло.

А большинство были окружены красным свечением.

— Запечатано, — констатировал дед, указывая на одну из таких звёзд. — Видите? Защитная магия вокруг портала.

— Все запечатаны, — я обвёл рукой купол. — Кроме той, через которую мы пришли.

Действительно. Единственная звезда без красного свечения — та, что вела в наш мир.

Регина медленно обошла постамент в центре, изучая руны:

— Понятно. Это не просто защита. Это карантин. Они запечатали все миры.

— Зачем? — спросила Октавия.

— Чтобы сдержать Тени, — предположил я. — Патриархи проиграли. Их миры были захвачены. И перед тем, как исчезнуть окончательно, они запечатали проходы. Чтобы зараза не распространилась дальше.

— Значит, за этими порталами… — начала Октавия.

— Мёртвые миры, — закончил дед. — Поглощённые скверной и Тенями. Вот почему патриархи не вернулись. Им некуда было возвращаться.

— Весело, — Регина обошла зал и остановилась у одной из стен. — Значит, ваши славные патриархи сбежали сюда, оставив свои миры на растерзание чудовищам. Благородно.

— Как всегда, ты довольно точна в своих оценках, — согласился дед. — К сожалению. Удивительно, как такая аналитическая голова уживается с характером гадюки. Природа любит пошутить.

Регина обернулась, одарив его сладкой улыбкой:

— Должна признать, дедуля, для живого трупа ты тоже удивительно сообразительный. Жаль только, что вся эта мудрость веков не научила тебя элементарной вежливости. Хотя, может, просто мозги вместе с плотью усохли?

— Вежливость, — невозмутимо ответил дед, — роскошь, которую я могу себе не позволять. В отличие от тех, кому теперь всегда придётся сначала выпрашивать разрешение у хозяина.

— Ох, укусил, — Регина прижала руку к груди с притворным восхищением. — Острый ум, острый язык. Если бы ещё хоть каплю обаяния в придачу, ты был бы почти сносен.

— Патриархи пытались спасти то, что осталось, — продолжил дед, возвращаясь к теме и не обращая внимания на её последний укол. — И судя по тому, что мы сейчас стоим здесь, у них получилось. Хотя бы частично.

Регина хотела снова что-то ответить, но в этот момент я заметил другую деталь.

В центре постамента, прямо под устройством-порталом, виднелась небольшая руническая панель.

Я коснулся панели ладонью. Руны вспыхнули зелёным светом, считывая мою кровь.

Постамент содрогнулся. В его центре открылся тайник, каменная плита беззвучно отъехала в сторону.

Внутри, на бархатной подушке, лежала корона.

Изящный обруч из переплетённых кристаллов. Прозрачные грани с лёгким зеленоватым свечением образовывали сложный узор, напоминающий замёрзшие языки пламени. Каждый кристалл был огранён с невероятными мастерством и точностью, а внутри них светились руны, словно бы вплавленные в саму структуру материала.

— Что это? — оживилась Октавия, подходя ближе с восторженным взглядом. — Я буквально чувствую исходящую из неё силу, но в то же время я никогда не видела ничего подобного, а на артефактах я собаку съела. Это нечто невероятное!

— Работа мастера, — дед склонился над короной, не касаясь её. — Очень мощный артефакт. Я чувствую огромное количество магии, запечатанной внутри.

Регина тоже приблизилась, изучая корону с профессиональным интересом:

— Интересная конструкция. Кристаллы расположены по спирали Фибоначчи, только ещё более совершенной. Руны нанесены не на поверхность, а внутрь самих кристаллов. Это… впечатляющая работа.

— Да, и правда похоже, — задумчиво согласилась Октавия.

Мы все вчетвером дружно закивали. Любой артефактор знал гения Фибоначчи, по открытиям которого до сих пор делалось множество артефактов.

Но тот, кто сделал эту корону, знал дело ещё лучше.

— Вот только для чего она? — спросил я, продолжая рассматривать находку.

Дед прочитал надпись на постаменте:

— «Последнему из рода». — Он поднял глаза на меня. — Максимилиан. Это для тебя.

— Для последнего правителя Рихтеров, — уточнила Октавия, тоже изучая символы. — Или, если точнее, для последнего Патриарха.

Я посмотрел на корону. Она не выглядела опасной. Я не чувствовал никакой угрозы, скорее наоборот, возникло чувство, будто она меня ждала.

— Надень её, — предложил дед.

— Подожди, — Октавия схватила меня за руку. — А вдруг это ловушка?

— Если бы патриархи хотели установить ловушку, они не стали бы делать её такой очевидной, — заметил дед. — Это наследие. Последний дар рода.

Регина усмехнулась:

— К тому же, Макс, если это и правда ловушка, то ты единственный, кто может её активировать. Так что выбор прост, либо надеваешь и получаешь что-то полезное, либо не надеваешь и упускаешь возможность. Третьего не дано.

Я не мог не признать логику её слов.

— Что ж, — я протянул руку к короне, — посмотрим, что приготовили предки.

Корона была лёгкой, почти невесомой, словно была сделана даже не из кристаллов, а из застывшего света.

Я поднял её и надел на голову.

Сначала ничего не произошло.

Я стоял, ожидая чего-то драматичного. Вспышки света, удара молнии, видений… Но ничего.

— И? — спросил дед. — Чувствуешь что-то?

— Пока нет, — признался я.

Но в следующую секунду мир изменился.

Я будто бы разом обрёл некое шестое чувство, которого раньше не было. Словно невидимые нити протянулись от меня и повсюду.

И я почувствовал их.

Некромантов. Как Рихтеров, так и других магов, чей дар был такой же как мой.

Да, в этом мире, в этой обсерватории, со мной были лишь дед и Октавия, но я чувствовал и тех, кто остался в моём мире. Причём ощущал их так же отчётливо, как чувствую биение собственного сердца.

Десятки. Сотни. Может даже тысячи присутствий. Каждое — яркая точка в темноте. Каждое — связь, нить, протянутая от меня к ним.

Я видел их всех.

— Макс? — голос Октавии донёсся словно издалека. — Что с тобой?

Я моргнул, возвращаясь в реальность. А затем объяснил, что только что произошло.

Сначала воцарилась тишина. Словно все вместе со мной тоже пытались осознать случившееся.

А потом Регина медленно захлопала в ладоши:

— Ну что ж. Поздравляю, Рихтер. Ты только что стал самым эффективным поисковым радаром в истории некромантии.

— Это больше, чем просто поиск, — возразил дед, изучая корону на моей голове. — Это связь. Патриархи оставили способ координировать весь клан. Управлять им как единым организмом.

— Армией, — снова влезла Регина. — Они оставили способ создать армию.

А когда я попытался снять корону, то вместо этого почувствовал, как она растворяется в моих руках.

Октавия, глядя на это, чуть не расплакалась от разочарования.

— Где⁈ Куда исчезла эта прелесть⁈ Я даже не успела её изучить!

Но затем она вновь резко стала серьёзной и спросила:

— А что насчёт связи? Неужели она тоже пропала?

Я покачал головой.

— Артефакт не просто исчез. Я чувствую, что теперь он часть меня.

— И что теперь? — спросила Октавия.

Я задумался. Магия показывала мне сотни точек в моём мире, где находились другие некроманты. Большинство из них явно группировались в Рихтерберге, но были и другие. В разных, весьма интригующих местах.

А также было и что-то ещё.

Словно пока я обнаружил лишь часть новой силы, а остальное пока было заперто, скрыто от меня.

— У меня есть ощущение, что это ещё не всё, — признался я. — Пока я не понимаю степень своей силы. Возможно, мне просто нужно время. Переварить это, лучше понять.

Дед кивнул:

— Разумно. Новые способности редко раскрываются сразу. Особенно такие мощные.

Регина обошла постамент, разглядывая запечатанные порталы на куполе:

— Значит, вы, Рихтеры, — чёртовы пришельцы. Прилетели из других миров и начали диктовать свои правила.

Она повернулась ко мне с язвительной улыбкой:

— И это ВЫ называли МЕНЯ ненормальной? Когда сами прятали такие секреты!

Я усмехнулся:

— Регина, разница в том, что мои предки пытались спасти мир от Теней. Твои же просто резали всех подряд ради развлечения.

— Детали, — отмахнулась она, а затем подошла к одной из стен, изучая руны. — Хотя надо будет выяснить, откуда взялись Сципионы. Мы явно слишком хороши для этого мира. Может, у нас тоже есть свой портал?

К моему удивлению, Октавия кивнула:

— Ну, в принципе, это, возможно, единственное, в чём я готова с тобой согласиться.

Регина театрально прижала руку к сердцу:

— Малышка-предательница, ты меня растрогала. Почти до слёз.

— Почти? — уточнила Октавия.

— Ну, мне же нужно сохранять репутацию бессердечной стервы, — Регина хихикнула.

Я покачал головой, возвращаясь к изучению обсерватории. Пока они обменивались колкостями, я исследовал стены, пол, постамент.

Это помещение было не просто порталом. Это был центр управления. Узел сети, соединяющей миры.

И патриархи оставили его здесь. Запечатанный, скрытый, ждущий того, кто сможет его активировать. Но теперь место потеряло своё значения. Всё, что мы могли, это вернуться в свой мир.

— Нам пора, — сказал я наконец. — Здесь больше нечего делать.

— Возвращаемся? — спросил дед.

— Да. Но не в Рихтерберг. — Я почувствовал одну из точек сети особенно ярко. — Я чувствую живых некромантов. Совсем недалеко отсюда.

Мы вернулись к порталу. Я коснулся устройства, и проход открылся снова.

Наконец, мы снова стояли в обсерватории нашего мира.

— Надо запечатать это место, — сказал дед, оглядываясь. — Нельзя допустить, чтобы кто-то случайно сюда попал.

— Согласен, — я уже начал чертить защитные руны вокруг портала. — Октавия, помоги мне. Твои артефакты усилят защиту.

Мы потратили около часа, выстраивая многослойную систему защиты. Руны, барьеры, сигнальные заклинания. К тому времени, как мы закончили, попасть сюда мог бы только я сам или кто-то с моим прямым разрешением.

— Готово, — удовлетворённо сказал я, осматривая работу. — Теперь это место в безопасности.

Мы спустились по лестнице. Снаружи нас ждали драконы.

— Куда летим? — спросил дед, забираясь на Костиуса.

Я закрыл глаза, концентрируясь на ощущении связи. Точка, которую я чувствовал, была…

— На северо-запад, — сказал я, открывая глаза. — Часа два полёта.

— Что там? — поинтересовался дедуля. — что именно ты чувствуешь?

— Пока не знаю, — признался я, садясь на Агни и помогая Октавии устроиться за мной. — Может быть потом, способность будет работать чётче, но пока я лишь знаю, что там примерно пара десятков некромантов. Все живые.

— Что ж, тогда вперёд, — кивнул дед.

Октавия крепче прижалась к моей спине, и я дал Агни команду взлетать.

Огненный дракон расправил крылья и взмыл в воздух. Костиус последовал за ним.

Глава 3

Агни расправил крылья шире, ловя восходящий поток воздуха, и мы взмыли ещё выше над землёй.

Внизу мелькали леса и поля, перемежаясь с серыми пятнами очагов. Скверна действительно захватила значительную территорию за тысячу лет.

Но сейчас меня интересовало не это.

Я закрыл глаза, концентрируясь на новом ощущении, которое подарила мне корона. Нити связи тянулись от меня во все стороны, как паутина, сплетённая из чистой магии. Большинство вели в Рихтерберг, где находились Ольга, Прохор и остальные наши маги.

Но одна группа поблизости светилась особенно ярко..

Именно туда мы и летели.

— Как далеко ещё? — донёсся до меня голос Октавии. Она сидела позади, крепко прижимаясь к моей спине.

— Меньше часа, — ответил я, не открывая глаз. — Чувствую их очень отчётливо. Примерно тридцать человек, все живые.

— Тридцать? — удивлённо переспросила ведьмочка. — Это много. Интересно, кто они.

— Вот это и предстоит выяснить, — вмешался дед Карл, подлетевший на Костиусе ближе. — Возможно, отшельники вроде Крейцеров. А может, что-то совсем иное.

— Или просто мутировавшие дикари, — добавила Регина, сидевшая позади деда. — За тысячу лет в очаге кто угодно превратится в животных.

— Животные не умеют пользоваться некромантией, — возразил я. — А это точно некроманты, иначе я бы не ощущал их так чётко.

— Некроманты как тараканы — выживают везде, — философски заметила Регина. — Даже там, где нормальные маги давно бы сдохли.

— Какое поэтичное сравнение, — усмехнулся я. — Записать в книгу комплиментов от бывших Великих Княгинь?

— Это не комплимент, это констатация факта, — невозмутимо ответила она. — Хотя, признаю, определённое восхищение в этом тоже есть. Выживать в очаге столетиями… для этого нужен не только ваш особый дар, но и определённые способности. интересно, как они это делают?

— Скоро узнаем, — ответил я.

Я открыл глаза и посмотрел вперёд. Октавия первой заметила изменения в ландшафте.

— Макс, смотри! Похоже, это здесь!

Впереди расстилался очередной очаг. Земля приобрела знакомый серо-коричневый оттенок, деревья скрючились и почернели, словно обугленные невидимым огнём. Воздух казался плотнее, словно пропитанный чем-то густым и липким.

Скорее всего Эпсилон. Неплохо. Крейцеры выживали в гораздо более слабом очаге.

Но нити связи ожидаемо вели прямо на окраину очага. Хотя, судя по концентрации скверны, босса очага кто-то здесь давно убил. Может быть ещё тысячу лет назад?

— Приземляемся, — скомандовал я, направляя Агни к краю очага. — Дальше пойдём пешком.

Драконы опустились на землю мягко, несмотря на свои размеры. Мы спешились, и я огляделся.

Граница очага была четко очерчена. С одной стороны ещё росла нормальная трава, с другой начиналась серо-коричневая мёртвая земля.

Мы с Октавией сразу же применили заклинание ложной смерти, чтобы не привлекать внимание местных монстров.

Ну а деду с Региной и это было не нужно, они и так мёртвые.

Регина уже с любопытством разглядывала всё вокруг. Похоже, она только сейчас осознала, что в состоянии ревенанта может спокойно находиться в очагах даже без всяких мутаций.

Тем временем, заклинание ложной смерти накрыло меня холодной волной. Дыхание замедлилось, сердцебиение стало едва различимым, а все системы организма ушли в глубокий анабиоз.

Октавия рядом проделала то же самое. Её лицо побледнело, губы посинели. Со стороны мы теперь выглядели как ходячие мертвецы.

— Отвратительное ощущение, — поморщилась она. — Словно действительно умираешь.

— Зато эффективно, — ответил я. — Идём.

Мы шагнули через границу очага.

— Они знают, что мы здесь, — тихо сказала Октавия.

Так и было. Это поселение было на удивление подготовленным к гостям, и оказавшись внутри очага, мы мгновенно активировали какие-то следящие маячки, и ведьмочка тоже их почувствовала.

Мы углубились в очаг. Мёртвая, лишённая жизни земля хрустела под ногами. Деревья вокруг были изуродованы скверной, ветви скручены в невозможных углах. Воздух пах гнилью и чем-то металлическим.

Но самое интересное, несмотря на всю безжизненность пейзажа, мы постоянно натыкались на следы обитания местных. Тропинки, протоптанные в мёртвой траве. Зарубки на деревьях, похожие на метки.

— Как они это выдерживают? — прошептала Октавия, оглядываясь. — Постоянно находиться в заклинании ложной смерти… Это же изматывает.

— Привыкают, — ответил дед. — Если делать это годами, становится второй натурой.

И вот тогда я их увидел.

Из-за искривлённых деревьев начали появляться фигуры. Одна, вторая, пятая, десятая… Они окружали нас со всех сторон, двигаясь бесшумно, как тени.

Некроманты. Около тридцати человек разного возраста, от подростков до седых старцев. Все одеты в потрёпанные, много раз залатанные плащи тёмных цветов. Капюшоны скрывали большинство лиц, но я видел настороженные взгляды, руки, готовые активировать заклинания.

Рядом с ними бродили костяные гончие и не только. Похоже, что местные сохранили навык создания химер. Я видел, что работа качественная даже издалека.

Псы скалились, но не нападали, ожидая команды хозяев.

— Осторожнее, — прошептала Октавия.

— Всё в порядке, — успокоил я её.

Впереди группы стоял старик. Высокий, сутулый, с длинными седыми волосами и бородой, которая явно не видела ножниц много лет. Лицо было изрезано морщинами, но в глазах горел живой, острый ум.

Он опирался на посох, украшенный рунами, и внимательно изучал нас.

— Кто вы такие? — спросил он наконец хрипло, но твёрдо. — Это наша территория. Мы не ждём гостей.

Я сделал шаг вперёд, опуская капюшон.

— Максимилиан Рихтер, — представился я спокойно. — Глава и основатель клана Рихтеров.

В подтверждение своих слов я показал им перстень, и клановая магия печати мягко окружила отшельников.

На секунду вокруг все застыли в тишине.

А потом старик задрожал. Посох выскользнул из его рук, упал на мёртвую землю с глухим стуком. Он медленно, словно во сне, опустился на колени.

— Не может быть, — прошептал он. — Не может…

За ним, один за другим, начали опускаться на колени остальные. Кто-то что-то шептал, кто-то просто смотрел с широко раскрытыми глазами. Женщина средних лет заплакала, прикрыв лицо руками.

— Мы ждали, — продолжал старик, поднимая на меня полные слёз глаза. — Столько поколений… мы ждали. Хранили. Верили, что вы вернётесь.

Я подошёл к нему, протянул руку, помогая подняться.

— Поднимайтесь. Все, — скомандовал я. — Я не любитель формальностей. Расскажите лучше, кто вы и что здесь охраняете.

Старик принял мою руку. Его ладонь была мозолистой, крепкой. Он поднялся, всё ещё не веря, что это реальность.

— Меня зовут Эрвин, — представился он. — Эрвин Шаттен. Я старейшина этого поселения. Мы… мы потомки тех, кто когда-то служил клану Рихтеров.

— Шаттен? — переспросил дед, подходя ближе. — Эта фамилия мне знакома. Вассальная ветвь, если не ошибаюсь.

— Да, господин, — кивнул Эрвин, с трудом отрывая взгляд от меня, чтобы посмотреть на лича. — Мой прапрапрадед Альберт Шаттен был боевым магом клана. Он получил приказ охранять нечто важное. И мы хранили. Из поколения в поколение.

— Что именно вы охраняете? — спросил я.

Эрвин обернулся к остальным, жестом велел им подняться.

— Покажу, — сказал он. — Но сначала… пожалуйста, пройдите в наше поселение. Это всё равно поблизости.

Мы последовали за ним вглубь очага. Тропинка петляла между искривлёнными деревьями, мимо почерневших камней и грязных луж

Тропинка вывела нас к небольшой низине, где земля была чуть меньше заражена. Здесь и располагалось поселение.

Всего около десятка построек. Жалкие, покосившиеся, сложенные из почерневшего камня и мёртвого дерева. Крыши латаные, стены потрескавшиеся. Ничего уютного, но явно вполне функциональное.

Между домами не было огородов, ничего живого тут не росло. Вместо этого я увидел странные конструкции из костей и камня. Ловушки для монстров? Или ритуальные объекты?

Люди выживали здесь. Именно выживали, не жили.

Но я уже был готов к тому, что увижу. Поселение Крейцеров дожило до наших дней по похожему сценарию.

Но одно различие между этими поселениями всё-таки нашлось. Здесь были дети.

Они выглядывали из-за дверей, глядя на нас пустыми глазами. Их лица были бледными, как у мертвецов, побочный эффект постоянного заклинания.

Женщины стояли на порогах, теребя фартуки. Мужчины держались позади Эрвина, готовые в любой момент вступить в бой.

Все без исключения находились под ложной смертью.

И, похоже, что они как-то научились накладывать её на детей от рождения. А значит, им не приходилось покидать очаг даже для того, чтобы спасти своих детей, как это делали Крейцеры.

И с одной стороны, это было ужасно, но с другой, наверняка такой подход, повлиял и на их генетику тоже. Возможно, что некроманты этого очага научились взаимодействовать со скверной на уровне недостижимом для остальных.

— Мы здесь уже примерно двенадцать поколений, — рассказывал Эрвин, проводя нас через поселение. — Изначально нас было больше, но… очаг разрастался. Нападения монстров учащались, когда кто-то терял концентрацию и на мгновение ослаблял заклинание. Многие погибли. Да и дети в таких условиях появлялись не часто, сами понимаете. Так что сейчас нас всего тридцать два человека.

— Вы постоянно поддерживаете ложную смерть? — уточнила Октавия, не скрывая восхищения. — Даже дети?

— Особенно дети, — кивнул старейшина. — Их учат с первых дней жизни. Пока мать держит заклинание на младенце, он учится делать это сам. К трём годам ребёнок уже не нуждается в помощи. — Он грустно улыбнулся. — Это единственный способ выжить здесь.

— Но вы не ушли, — заметила Октавия.

— Не могли, — просто ответил старейшина. — У нас была миссия. Охранять то, что оставил нам клан Рихтеров. Мы дали клятву, и Шаттены не нарушают своих клятв.

Я слышал гордость в его голосе. Эти люди жили в аду, окружённые монстрами и скверной, но они не отступили. Потому что дали слово.

Я уважал это.

Мы прошли через всё поселение и углубились чуть дальше в очаг. Здесь скверна была настолько густой, что воздух казался вязким. Земля под ногами не просто мертвая — она словно гнила заживо, источая тошнотворный запах.

Среди нагромождения почерневших камней, у подножия небольшого холма, виднелась каменная дверь.

Массивная, покрытая рунами, вросшая в склон. Очевидно, эти был вход в подземелье.

— Вот, — Эрвин указал на дверь. — Мы охраняли это всегда. Настолько давно, что уже даже не уверены точно, что там, есть несколько предположений… — он осёкся, словно решил, что не должен об этом рассуждать, но быстро продолжил, — Заходить внутрь запрещено. Наши предки оставили записи, что это нечто важное для клана. Что-то, что нужно сохранить любой ценой.

Я подошёл ближе, рассматривая руны. Защитная магия здесь была невероятно мощной. Многослойная, сложная, рассчитанная на то, чтобы отразить любое вторжение.

Я протянул руку и коснулся холодного камня.

Руны вспыхнули ярким зелёным светом, побежали по поверхности двери, сплетаясь в сложные узоры. Я чувствовал, как магия сканирует меня, проверяет кровь, волю, силу.

И признаёт.

Дверь содрогнулась. Камень заскрежетал, и массивная плита начала медленно отъезжать в сторону, открывая проход в темноту.

За моей спиной раздался всхлип. Я обернулся. Эрвин плакал, не скрывая слёз.

— Наконец-то, — прошептал он. — Наконец-то мы выполнили свой долг.

Остальные жители поселения тоже столпились позади, глядя на открывшийся проход с благоговением.

Я активировал простенький артефакт света и направил его внутрь. Свет осветил каменные ступени, ведущие вниз.

— Октавия, дед, Регина — со мной, — скомандовал я. — Остальные ждите здесь.

Эрвин шагнул вперёд:

— Позвольте мне пойти с вами. Я должен увидеть… то, что мы охраняли столько веков.

Я посмотрел на него. Старик, доживший до этого дня только благодаря упрямству и чувству долга. Он заслужил право войти внутрь вместе с нами.

— Идём, — кивнул я.

Мы спустились по ступеням. Воздух внизу был сухим, прохладным. Никакой сырости, никакого затхлого запаха. Защитные чары работали безупречно, сохраняя помещение в идеальном состоянии.

Лестница привела нас в небольшой зал. Круглый, с высоким сводчатым потолком. И посреди зала, аккуратными рядами, стояли саркофаги.

Я быстро пересчитал. Пятнадцать.

— Ох… — прошептал Эрвин, опускаясь на колени. — Значит, всё-таки…

Я подошёл к ближайшему саркофагу и заглянул внутрь сквозь прозрачную крышку.

Юноша лет шестнадцати. Светлые волосы, спокойное лицо. Он лежал, сложив руки на груди, словно просто спал. Одежда выдавала в нём ученика академии Рихтеров, простая, практичная, со школьными нашивками на рукаве.

Значит, это ещё один склеп с молодёжью. Получается, что Рихтеры тысячу лет назад не стали складывать все яйца в одну корзину. Тогда, возможно, где-то ещё есть и другие дети.

Я провёл рукой над саркофагом, ощущая потоки магии. Энергосистема работала. Слабо, еле-еле, но работала. Жизненные показатели стабильны.

Он был жив. Не мёртв, как дети в первом склепе. Именно жив, погружённый в магический сон.

Я обошёл все саркофаги, изучая спящих. Юноши и девушки от четырнадцати до девятнадцати лет. Все в одежде учеников академии. Все с чертами лиц, характерными для Рихтеров.

Мой клан. Дети моего клана, спрятанные здесь почти тысячу лет назад.

— Их можно разбудить, — подтвердил мои мысли дед. — Прямо здесь. Не нужны Вийоны, не нужна операционная. Просто влить энергию и отменить заклинание.

Регина, до этого молчавшая, подошла к одному из саркофагов и усмехнулась:

— Сколько же ещё сюрпризов припрятали твои предки, Рихтер? Один склеп, второй… что дальше? Целая армия в заморозке где-то в Сибири?

— Если найду, обязательно дам тебе знать, — парировал я.

Октавия тем временем изучала руны, записывая что-то в свой блокнот.

— Последовательность пробуждения простая, — доложила она. — Сначала активируем руны подпитки, затем снимаем основное заклинание сна, потом постепенно выводим из транса. Весь процесс займёт минут десять на человека.

— Тогда начинаем, — решил я. — С кого?

Дед подошёл к первому саркофагу в ряду.

— С этого юноши. Он выглядит самым крепким.

Я встал с одной стороны саркофага, дед — с другой. Октавия расположилась в изголовье, приготовившись помогать.

— Эрвин, — обратился я к старейшине, который всё это время стоял у входа, не в силах оторвать взгляд от саркофагов. — Ты можешь подняться наверх. Или остаться и посмотреть.

Старик помедлил, затем медленно подошёл ближе.

— Я хочу увидеть, — сказал он тихо. — Я хочу увидеть, ради чего моя семья жила здесь двенадцать поколений.

Я кивнул и сосредоточился на работе.

Сначала я коснулся рун подпитки. Зелёное свечение пробежало по краю саркофага, и я почувствовал, как энергосистема юноши начинает активнее работать. Сердце забилось чуть быстрее. Дыхание стало глубже.

Дед со своей стороны делал то же самое, создавая резонанс между нашими потоками энергии.

— Теперь основное заклинание, — подсказала Октавия.

Я нашёл центральную руну сна и начал аккуратно вливать в неё энергию. Не разрушая, а именно отменяя, снимая один слой защиты за другим.

Заклинание сопротивлялось. Оно было создано, чтобы держаться веками, и просто так не хотело отпускать свою жертву. Но я был сильнее. И я был Рихтером, для которого это заклинание изначально и создавалось.

Руна потускнела. Погасла.

— Последний этап, — напомнила Октавия.

Я положил руку на грудь юноши и начал осторожно выводить его из транса. Энергия текла через мои пальцы, подталкивая его сознание к пробуждению.

Сначала ничего не происходило.

Затем веки дрогнули.

Юноша вздохнул, глубоко, судорожно, словно человек, слишком долго пробывший под водой.

А затем он открыл растерянные, полные страха, глаза и попытался сесть, но тело не слушалось. Мышцы атрофировались за долгие века сна.

— Спокойно, — сказал я мягко. — Всё в порядке. Ты в безопасности.

Юноша повернул голову, посмотрел на меня. Страх сменился замешательством.

— Кто… кто вы? — прохрипел он хриплым неуверенным голосом. — Где… где я?

— Меня зовут Максимилиан Рихтер, — представился я. — А ты в усыпальнице, которая охранялась почти тысячу лет. Как тебя зовут?

Юноша моргнул несколько раз, пытаясь сообразить.

— Михаил, — наконец выдавил он. — Михаил Рихтер. Я… я был в академии. Мы готовились к экзаменам, и потом… потом пришёл мастер Альберт. Сказал, что нас нужно погрузить в сон. Временно. Для безопасности. И…

Он осёкся, осознав что-то.

— Сколько времени прошло? — спросил он, и в его голосе прозвучал ужас.

Я колебался секунду. Но правда всегда лучше лжи.

— Почти тысячу лет.

Тишина.

Михаил смотрел на меня, не моргая. Потом медленно перевёл взгляд на деда, на Октавию, на Эрвина.

— Тысячу… — прошептал он. — Это невозможно.

— К сожалению, возможно, — мягко сказала Октавия. — Но ты жив. И мы вернём тебя домой.

Слёзы потекли по щекам юноши.

— Мои родители… семья… друзья… все…

— Все мертвы, — закончил я за него. — Да. Я не буду врать, мир изменился. Клан Рихтеров был почти уничтожен. Но мы восстанавливаемся. И ты теперь часть этого.

Михаил закрыл лицо руками и заплакал. Тихо, сдавленно, пытаясь сдержаться.

Я дал ему время прийти в себя.Наконец, он вытер слёзы и кивнул.

— Что… что мне делать?

— Пока ничего, — ответил я. — Отдыхай. Приходи в себя. Дед, помоги ему выбраться из саркофага.

Карл подхватил юношу под руки, осторожно помог сесть, потом встать. Ноги не держали, пришлось практически нести его к стене и усадить.

— Ольга бы пригодилась, — пробормотал дед. — У неё талант возиться с растерянными детьми.

— Ольга нам ещё понадобится, — ответил я. — А пока продолжаем.

Мы перешли ко второму саркофагу. Потом к третьему, затем к четвёртому.

С каждым разом процесс шёл быстрее. Мы уже знали, что делать, как именно вливать энергию, в каком порядке снимать заклинания.

Один за другим юные Рихтеры просыпались.

Алиса, девушка лет пятнадцати с рыжими волосами.

Александр, юноша лет восемнадцати с шрамом на щеке

Марта, ещё одна девушка, совсем юная, лет четырнадцати.

Родион и Николай. Двое близнецов, не старше шестнадцати.

Все они просыпались с похожими выражениями на лицах. Страх, замешательство, а потом ужас, когда они узнавали правду.

Эрвин смотрел на всё это, стоя у стены. Слёзы текли по его морщинистому лицу, но он не издавал ни звука.

Когда мы пробудили последнего, пятнадцатого подростка, девушку по имени Мария, в зале уже сидела целая группа растерянных, напуганных детей.

Они смотрели друг на друга, на нас, на Эрвина. Пытались осознать, что произошло. Кто-то плакал. Кто-то сидел в оцепенении. Кто-то тихо переговаривался с соседом.

Я подошёл к ним, и все разом замолчали, подняв на меня глаза.

— Я знаю, что вам страшно, — начал я. — Я знаю, что вы потеряли всех, кого любили. Ваш мир рухнул, и сейчас вы не понимаете, что делать дальше.

Они молчали, слушая.

— Но вы живы, — продолжил я. — Вы те, кого Рихтеры прошлого сберёгли и спрятали, потому что в вас видели будущее. И это будущее теперь наступило.

Я сделал паузу.

— Я не буду обманывать вас. Впереди трудности. Вам придётся многому учиться, ко многому привыкать. Мир изменился до неузнаваемости. Но я обещаю — я буду с вами. Мы все будем с вами. И мы восстановим клан Рихтеров. Вместе.

Александр, старший из них, поднялся на ноги. Пошатнулся, но удержался.

— Вы… вы действительно Максимилиан Рихтер? — спросил он хрипло. — Основатель клана?

— Да.

— Тогда… — Александр опустился на одно колено, — мы служим вам, господин. Как служили наши предки.

Остальные, один за другим, тоже попытались встать на колени. Кто-то справился, кто-то упал обратно, но все пытались.

— Хватит, — остановил я их. — Вставайте. Никаких коленопреклонений. Вы не слуги. Вы — Рихтеры. Члены семьи.

Они понимающе переглянулись, а я быстро объяснил им, что их ждёт дальше.

Мы начали медленно подниматься наверх. Дед и Октавия помогали подросткам, кто-то опирался на стену, кто-то полз на четвереньках. Мышцы после долгого сна отказывались работать нормально.

Когда мы вышли на поверхность, жители поселения ахнули. Они окружили нас, глядя на подростков с благоговением.

— Мы выполнили миссию, — сказал Эрвин громко, обращаясь к своим людям. — Наши предки могут теперь спать спокойно.

Вокруг поднялась суета. Женщины бросились к детям, предлагая помощь. Они даже откуда-то принесли чистую воду. А вот с едой было похуже, и предлагать мясо монстров скверны детям никто не стал.

Я отошёл в сторону, наблюдая за этой сценой. Октавия встала рядом.

— Трогательно, — тихо сказала она. — Эти люди жили в аду двенадцать поколений, но не отступили. Всё ради того, чтобы охранять детей, которых они даже не видели. О которых, они даже забыли…

— Верность, — согласился я. — Редкое качество в наши дни.

Дед подошёл с другой стороны.

— Что дальше? — спросил он. — Драконы не смогут увезти всех сразу. Здесь пятнадцать подростков плюс тридцать два местных жителя. Это сорок семь человек.

— Я знаю, — кивнул я. — Подростки в приоритете. Они нуждаются в срочном медицинском осмотре Заберём их в первую очередь. Отшельников эвакуируем позже.

Я подозвал Эрвина. Старейшина подошёл, всё ещё улыбаясь сквозь слёзы.

— Эрвин, у меня к тебе предложение, — сказал я. — Вы и твои люди двенадцать поколений служили моему клану. Вы заслужили награду. Я предлагаю вам покинуть этот очаг и переехать в Рихтерберг. Там вы получите дома, работу, всё необходимое для нормальной жизни.

Старик молчал, обдумывая.

— А если кто-то захочет остаться? — спросил он наконец.

— Тогда останется, — ответил я. — Я не заставляю. Это ваш выбор.

Эрвин кивнул.

— Мне нужно посоветоваться с людьми. Но… — он посмотрел на очаг вокруг, на искажённую землю, — я почти уверен, что согласятся все. Теперь, когда вы вернулись, мы не можем оставаться в стороне. Миссия выполнена, и нас здесь больше ничего не держит. К тому же, мы устали жить в страхе. Постоянные нападения монстров, скверна… Это не жизнь. Это выживание.

— Тогда решайте, — сказал я. — Но учтите — забрать всех сегодня я не смогу. Драконы не потянут. Заберу подростков сейчас, а за вами вернусь завтра.

— Мы подождём, — пообещал Эрвин. — Ещё один день ничего не изменит.

Я обернулся к группе подростков. Они уже немного пришли в себя, поели, попили. Кто-то даже пытался стоять самостоятельно.

— Дед, Октавия, — позвал я. — Помогите мне выбрать самых слабых. Заберём их первыми. Остальные подождут несколько часов.

Мы прошлись между детьми, оценивая их состояние. Некоторые выглядели относительно крепкими, быстро восстанавливались. Другие всё ещё с трудом держали голову.

В итоге выбрали восьмерых самых слабых. Трёх девушек и пять юношей.

— Вы летите со мной прямо сейчас, — объявил я им. — Остальные подождут, пока за ними вернутся. Это займёт несколько часов.

Мы помогли восьмерым подняться и повели к драконам. Агни и Костиус терпеливо ждали, лёжа на траве.

Рассадить всех оказалось непросто, ведь мы должны были убедиться в безопасности новых пассажиров. А сами они крепко держаться не могли.

В итоге пятерых разместили на Агни, ещё троих на Костиусе с дедом и Региной.

— Держитесь крепче, — предупредил я. — Полёт будет долгим.

Агни поднялся на лапы, расправил крылья. Костиус сделал то же самое.

— Взлетаем, — скомандовал я.

Драконы разбежались и взмыли в воздух.

Мы набрали высоту и взяли курс на Рихтерберг.

Полёт назад занял чуть меньше часа. Я специально летел медленнее, чтобы не утомлять детей. Они и так были на пределе.

Когда впереди показался Рихтерберг, Алиса, сидевшая передо мной, ахнула:

— Это… это город? Но он такой огромный! И эти странные башни…

— Небоскрёбы, — пояснил я. — Современные здания. К ним привыкнешь.

Мы приземлились во дворе резиденции Рихтеров. Нас уже ждали. Ментальная связь с Лифэнь как всегда себя оправдывала, и хакерша быстро раздала нужные распоряжения, пока мы были в пути.

Лучшие лекари Вийон, Морис, Клод и ещё несколько их помощников уже ждали рядом со всем портативным медицинским оборудованием, готовые оказать помощь сразу же, если она кому-то потребуется.

Подростков аккуратно спустили с драконов. Ноги многих всё ещё плохо слушались, кто-то держался за товарища, кто-то опирался на помощников.

Морис сразу же подошёл, быстро осматривая каждого профессиональным взглядом.

— Физическое состояние стабильное, — проговорил он, проверяя пульс у одной из девушек. — Но мышечная атрофия значительная. Клод, приготовь поддерживающие зелья. И носилки понадобятся для троих самых слабых.

Подростки смотрели по сторонам с открытыми ртами, не веря глазам. Высокие здания резиденции, химеромобили во дворе, электрические фонари, всё это было для них в новинку.

— Где мы? — прошептала рыжеволосая Алиса, прижимаясь к Михаилу. — Это… это действительно Рихтерберг?

— Да, — ответил я. — Но город сильно изменился за тысячу лет. Привыкнете.

— А это… это безопасно? — с опаской спросил Александр, оглядываясь на незнакомых людей в белых халатах. — Кто все эти люди?

— Вийоны теперь наши союзники, — заверил я. — Они помогут вам восстановиться. Морис и Клод — лучшие целители, которых я знаю. Вы в надёжных руках.

Морис кивнул подросткам с ободряющей улыбкой:

— Не волнуйтесь. Просто стандартный осмотр. Проверим, как работает энергосистема после долгого сна, дадим укрепляющие препараты. Через пару дней будете бегать как ни в чём не бывало.

— Через пару дней? — недоверчиво переспросила одна из девушек.

— Магия жизни творит чудеса, — улыбнулась женщина-целитель, подходя с носилками. — Особенно в сочетании с хорошим питанием и отдыхом.

Вийоны начали осторожно уводить подростков. Троих самых ослабленных уложили на носилки, они даже стоять не могли. Остальные шли сами, но с поддержкой.

Я проводил их взглядом, пока группа не скрылась за воротами резиденции, затем повернулся к деду.

— Вы с Ольгой сразу же отправляетесь обратно, — сказал я. — Заберёте остальных. А я пока займусь организацией размещения отшельников.

Дед кивнул.

— Где Ольга?

— Здесь, — раздался её голос.

Внучка вышла из резиденции, уже одетая в дорожную одежду.

— Услышала, что вы вернулись, — сказала она. — Готова лететь.

— Отлично, — я быстро объяснил ей ситуацию. — Там осталось ещё семь подростков. Заберите их и приведите сюда. Тоже отправите в клинику.

— А отшельники? — уточнила Ольга.

— За ними заедем завтра, — ответил я. — Сегодня уже не успеем.

Ольга кивнула, решительная и сосредоточенная.

— Тогда полетели, дед.

— За мной, девочка, — хмыкнул лич, направляясь к Костиусу.

Они взлетели и исчезли в вечернем небе. Я проводил их взглядом, потом направился в резиденцию.

Следующие несколько часов прошли в хлопотах. Нужно было организовать комнаты для новоприбывших, согласовать с Вийонами медицинское обслуживание, предупредить кухню о дополнительных порциях еды.

Октавия помогала мне с таким энтузиазмом, словно это были её собственные дети.

— Пятнадцать подростков плюс, возможно, до тридцати отшельников, — перечисляла она. — Разместим их всех в академии?

— Конечно. Там пустуют ещё множество комнат.

К вечеру большая часть организационных вопросов была решена. Я сидел в своём кабинете, просматривая отчёты, когда в дверь постучали.

— Войдите.

Дверь открылась, и вошла Ольга. Уставшая, взъерошенная, но с сияющими глазами.

— Все перевезены, — доложила она, опускаясь на стул напротив. — Семеро оставшихся подростков сейчас в клинике вместе с первой группой. Вийоны проводят осмотры. Пока всё в порядке.

— Хорошо, — кивнул я. — Спасибо.

Ольга откинулась на спинку стула, улыбаясь сквозь усталость.

— Я не верила, что мы найдём ещё кого-то, — призналась она. — После первого склепа… я думала, это чудо. Единственное чудо. Но ты… — она покачала головой, — ты как всегда сделал невозможное. Нашёл их. Вернул.

Я усмехнулся.

— Это ещё не всё, Ольга.

Она удивлённо подняла брови:

— Не всё? Ты хочешь сказать…

— Корона показывает мне всех некромантов в мире, — объяснил я. — И я чувствую ещё несколько групп. Не таких крупных, но они есть. Наш клан разбросан по всему миру. И выживших некромантов куда больше, чем я думал.

Ольга покачала головой с изумлением:

— Сколько же их ещё?

— Не знаю точно, — я встал, подошёл к окну, глядя на ночной город. — Но впереди у нас много работы. Каждого из них нужно найти вернуть домой. В Рихтерберг.

Глава 4

Елена вошла в мой кабинет с тем решительным выражением лица, которое я уже успел узнать за время её пребывания в Рихтерберге.

Она давно обустроилась здесь, преподавала в академии, работала над исследовательскими проектами и даже наладила собственную небольшую лабораторию возле своего дома. Казалось бы, всё шло хорошо.

Но я знал этот взгляд. Это был взгляд человека, который принял важное решение и пришёл его озвучить.

— Максимилиан, у меня к тебе просьба, — сказала она без предисловий, устраиваясь в кресле напротив.

Я отложил документы, которые просматривал, и откинулся на спинку стула.

— Слушаю.

— Я хочу участвовать в поисках выживших некромантов, — выпалила она. — В экспедициях к отшельникам, поисках склепов. Везде, где ты ищешь наших людей.

— Почему? — спросил я, изучая её лицо.

Елена сжала подлокотники кресла.

— Тысячу лет я была одна, — начала она тихо. — Думала, что все, кого я знала, мертвы. Мои однокурсники, преподаватели, друзья, все студенты нашей академии… Я смирилась с этим. Или думала, что смирилась.

Она подняла на меня глаза, и в них читалась такая надежда, что мне стало почти неловко.

— Но теперь ты находишь новые склепы, новые поселения отшельников. Возвращаешь к жизни людей из прошлого. И я… — она запнулась. — Я должна быть там. Должна искать. Вдруг где-то выжил ещё кто-то из моего времени? Кто-то, кого я знала?

Я понимающе кивнул. Конечно. Она цеплялась даже за призрачный шанс найти знакомое лицо. Кого-то, кто помнил тот же мир, что и она.

— Кого именно ты ищешь? — уточнил я.

— Я не знаю, — призналась она честно. — Может быть, никого. Шансы ничтожны, я понимаю это. Но что если… что если хоть кто-то?

Её голос дрогнул, она замолчала, но через пару секунд продолжила, собравшись с силами:

— Я знала академию тысячу лет назад. Могу опознать людей, помочь с их адаптацией. Знаю старые традиции, обычаи клана. Для детей из склепов я — живая связь с их прошлым. Разве это не достаточная причина взять меня с собой?

— Хорошо, — кивнул я. — Но не во все экспедиции. У нас есть разные миссии. Некоторые действительно опасные, с вероятностью столкнуться с враждебными силами. В такие я тебя не возьму.

— Что ж, — я кивнул. — Договорились. Ты можешь участвовать в некоторых экспедициях и будешь первой встречать детей из склепов, когда их привозят в клинику или академию.

Лицо Елены засветилось.

— Спасибо, Максимилиан, — сказала она искренне. — Ты не представляешь, как это для меня важно.

Я кивнул. Представлял. Она искала не просто знакомых. Она искала смысл своего выживания. Надежду на то, что тысяча лет одиночества были не напрасны.

И кто знает. Может быть, она его найдёт.

Костяной птеродактиль рассекал воздух над серой, мёртвой землёй очага Эпсилон. На его спине сидели двое, тёмноволосая женщина и широкоплечий мужчина, оба в чёрных плащах Рихтеров.

Кира Крейцер проверила артефакт на цепочке, копию перстня Макса Рихтера. Зелёный камень тускло светился, реагируя на её прикосновение. Всё работало.

— Это уже третье за неделю, — заметил Лев, изучая карту. — Думаешь, здесь тоже согласятся?

— А у них есть выбор? — Кира спрятала перстень обратно под плащ. — Мы предлагаем им нормальную жизнь вместо этого ада.

— Предыдущие согласились довольно быстро, — кивнул Лев. — После того как ты показала перстень.

— Макс доверил нам эту миссию, — Кира выпрямилась с гордостью. — Не подведём.

Птер начал снижаться. Впереди, среди искривлённых деревьев и почерневших камней, виднелись признаки обитания, протоптанные тропинки, дым от костров.

Приземлившись на краю поселения, Кира и Лев спешились. Лев поморщился, активируя заклинание ложной смерти.

— Ненавижу это ощущение, — пробормотал он.

— Зато монстры нас игнорируют, — Кира тоже погрузилась в знакомое состояние мнимой смерти. — Идём.

Они углубились в поселение. Покосившиеся дома, мёртвая земля под ногами, запах гнили и скверны. Типичное убежище отшельников.

Их встретили настороженно. Люди в потрёпанных плащах, костяные гончие, оскаленные пасти химер.

Старейшина, седобородый мужчина лет пятидесяти, шагнул вперёд.

— Кто вы и что вам нужно? — спросил он хрипло.

Кира достала перстень и подняла его высоко. Артефакт вспыхнул ярким зелёным светом.

— Печать Рихтера! — ахнул кто-то из отшельников.

Старейшина побледнел. Несколько человек опустились на колени.

— Меня зовут Григорий, — представился старейшина, не отрывая взгляда от перстня. — Я… мы потомки тех, кто бежал сюда во время войны. Тысячу лет назад.

Лев кашлянул, привлекая внимание.

— Короче, вы тут живёте как в аду, — начал он с присущей ему прямотой. — Постоянно притворяетесь мёртвыми, жрёте что попало, дома разваливаются, монстры кругом…

— Лев! — шипящим шёпотом одёрнула его Кира. — Дипломатия!

— А что? — Лев искренне не понял. — Правду говорю же.

Отшельники переглянулись. Григорий хмыкнул.

— Ну… он не врёт, — признал старейшина.

Кира вздохнула и попыталась исправить ситуацию.

— То есть, что мой муж ПЫТАЕТСЯ сказать… — она одарила Льва предупреждающим взглядом, — в Рихтерберге условия несравнимо лучше.

— Там вообще ГОРЯЧАЯ ВОДА из крана течёт! — воодушевлённо перебил Лев.

Отшельники непонимающе уставились на него.

— Из… крана? — переспросил кто-то.

— Ну да! — Лев жестикулировал с энтузиазмом. — Крутишь штучку такую — и льётся! Горячая! Не нужно греть на костре!

— Дорогой, может, я расскажу? — Кира положила руку ему на плечо.

— Да рассказывай, — великодушно разрешил Лев. — Только про воду не забудь. Это вообще магия какая-то!

Кира глубоко вдохнула, собираясь с терпением.

— А ещё там ТУАЛЕТЫ! — не унимался Лев. — Внутри дома! Представляете? Зимой не нужно на улицу!

— ЛЕВ! — Кира покраснела.

— Что? Это важно! Я сам шокирован был!

Григорий прикрыл рот рукой, сдерживая смех.

— И… это всё, что вы хотели рассказать?

Кира взяла себя в руки и заговорила максимально профессионально:

— Есть академия для детей. Работа для всех, кто хочет. Зарплата. Медицина — лучшие целители. Безопасность.

— И не нужно постоянно притворяться дохлыми! — добавил Лев.

— Да, — Кира вздохнула. — И это тоже.

Молодая отшельница, девушка лет двадцати, подошла ближе.

— А правда, что в Рихтерберге живёт сам Максимилиан? — спросила она, глядя на Льва с нескрываемым восхищением.

Лев выпрямился, явно польщённый вниманием.

— Ещё бы! Мы с ним вместе воевали!

— Ага, «вместе», — Кира закатила глаза. — Ты там трупы подметал после боя.

— Я не подметал! — обиделся Лев. — Я… эвакуировал потери!

— Вы такой смелый! — девушка смотрела на Льва сияющими глазами.

— ОН ЖЕНАТ, — резко сказала Кира, подходя вплотную к мужу и демонстративно обнимая его за руку.

Лев продолжил, не обращая внимания на напряжение:

— О! Забыл сказать! Там ПОВАР есть! Фред, умертвие, но готовит — пальчики оближешь! Каждый день новое меню!

— Каждый день? — переспросил один из отшельников. — Не только мясо тварей очага?

— Три раза в день! Завтрак, обед, ужин!

Отшельники ахнули.

— Это правда, — подтвердила Кира. — Кормят отлично.

— Ну вот видишь! — торжествующе заявил Лев. — Я не только про туалеты!

Григорий протянул руку.

— Можно взглянуть на печать?

Кира протянула перстень. Лев напрягся.

— Только аккуратно. Макс убьёт нас, если что-то случится.

Григорий внимательно изучил артефакт.

— Это действительно работа Рихтеров, — подтвердил он. — Копия, но очень точная.

— Сам Великий Князь сделал! — гордо заявил Лев. — Специально для нашей миссии!

— Чтобы мы могли доказать, что действуем от его имени, — добавила Кира.

Пожилая отшельница подошла с вопросом:

— А жильё нам дадут?

— Да, — кивнула Кира. — Временное сначала, потом постоянное.

— С горячей водой! — не удержался Лев.

— Да, дорогой, — Кира вздохнула. — С горячей водой.

Ребёнок лет шести робко подошёл к Кире.

— А там есть другие дети?

Кира мягко улыбнулась.

— Много. И академия для них, где учат магии.

— Будешь учиться как настоящий некромант! — подхватил Лев.

— А игрушки там есть? — спросил мальчик.

Лев растерялся.

— Эм… наверное?

Кира рассмеялась.

— Есть, малыш. Много игрушек.

Григорий отошёл посоветоваться с остальными отшельниками. Кира и Лев остались ждать.

— Думаешь, согласятся? — шёпотом спросил Лев.

— После твоих рассказов про туалеты? — Кира хмыкнула. — Обязательно.

— Ты смеёшься, но это реально важно!

— Не спорю. Просто можно было сказать более… изящно.

— Я воин, а не дипломат.

Григорий вернулся.

— Мы согласны, — объявил он. — Большинство хочет переехать. Особенно семьи с детьми.

— Отлично! — Кира просияла. — Драконы прилетят завтра утром.

— Берите только самое нужное, — добавил Лев.

— А если кто-то захочет остаться? — уточнил Григорий.

— Это их выбор, — ответила Кира. — Никто не заставляет.

— Но зачем здесь сидеть, если там горячая вода? — недоумевал Лев.

Кира толкнула его локтем.

Попрощавшись с отшельниками, они вернулись к Птеру. Костяной летун взмахнул крыльями, и они взмыли в воздух.

Внизу отшельники махали руками.

— Знаешь, — сказал Лев, когда поселение скрылось из виду, — у меня неплохо получается.

— Получается ЧТО? — Кира повернулась к нему. — Рассказывать про туалеты?

— Убеждать людей! Все три поселения согласились!

— Потому что я исправляла твои ляпы.

— Мы команда, — Лев улыбнулся.

Кира тоже не удержалась от улыбки.

— Да. Команда.

— И у нас ещё два поселения впереди.

— Только ПОЖАЛУЙСТА, — Кира посмотрела на него умоляюще, — в следующий раз поменьше про сантехнику.

— Обещать не могу, — Лев пожал плечами. — Это действительно впечатляет.

Кира рассмеялась.

Птер летел дальше, неся их к следующему поселению отшельников, ожидающих своего спасения.

Коридоры клиники Вийонов пахли травами и магией жизни, запах, который я уже привык ассоциировать с исцелением. Морис встретил меня у входа, как обычно безупречно одетый и с профессиональной улыбкой на лице.

— Максимилиан, — кивнул он в знак приветствия. — Как раз вовремя. Хотел показать тебе прогресс.

Мы двинулись по знакомому маршруту к детскому крылу. Через окна в палаты я видел молодые лица — кого-то из первого склепа, кого-то из недавно найденных.

— Дети прибыли уже из трёх новых склепов, — начал свой отчёт Морис, сверяясь с планшетом. — Кира и Лев работают превосходно. Судя по последним сообщениям, они нашли ещё два поселения отшельников и уже отправили координаты предполагаемых склепов поблизости.

— Хорошие новости, — заметил я.

— Более того, — продолжил Морис с нескрываемым удовлетворением, — в отличие от самого первого склепа, когда мы вытащили детей буквально с того света, здесь все в хорошем состоянии. Магические защиты сработали идеально. Разве что один склеп вызывает вопросы, там руны ослабли сильнее, чем хотелось бы, но ничего критичного.

Мы остановились возле широкого окна, за которым виднелась игровая комната. Несколько детей играли с современными игрушками под присмотром медсестры.

— Процедура возвращения к жизни уже отработана, — пояснил Морис. — Мы знаем, на что обращать внимание, какие препараты использовать, как быстро восстанавливать энергосистему. Так что даже с проблемным склепом справимся без особых осложнений. Мы сообщим, если потребуется ваша личная помощь.

— Сколько времени занимает полная адаптация? — спросил я.

— Большинство адаптируются буквально за два-три дня, — Морис улыбнулся. — Физически они восстанавливаются быстро, благодаря нашим препаратам и магии жизни. Психологически… — он задумался, — это индивидуально. Но общая атмосфера помогает. Дети видят других, таких же как они, понимают, что не одиноки.

Мы прошли мимо палаты, где подростки лет пятнадцати с увлечением изучали планшеты. Кто-то смотрел обучающие видео, кто-то листал фотографии современного Рихтерберга.

— Они осваивают технологии быстрее, чем мы ожидали, — заметил Морис. — Любопытство берёт верх над страхом. А наши психологи проводят с ними ежедневные сеансы, помогают осмыслить происходящее.

— А физиотерапия?

— Необходима, — кивнул он. — Мышцы после долгого магического сна ослаблены. Но это стандартная процедура. Массажи, лёгкие упражнения, специальные зелья для восстановления тонуса. Через неделю большинство уже не отличить от обычных подростков.

Мы остановились у большой информационной доски, где были расписаны графики для каждого пациента.

— Через пару дней первая группа переезжает в академию, — сообщил Морис. — Те, кто уже полностью готов.

— Они справятся? — уточнил я.

— Физически — безусловно, — Морис посмотрел на меня серьёзно. — Психологически им нужна стабильность. Рутина, предсказуемость, ощущение дома. Академия даст им всё это. Там их ждут те, кто прошёл через то же самое. Каролина, Виктор, другие студенты первой волны. Они лучшие наставники, которых можно представить.

Я кивнул. План был правильным. Дать детям возможность учиться, расти, находить новых друзей среди тех, кто понимает их лучше всех.

— Отличная работа, Морис, — сказал я искренне. — Передай благодарность всей команде.

— Обязательно, — он улыбнулся. — Для нас это честь.

Я попрощался с Морисом и направился к выходу. Через пару дней стоило лично наведаться в академию. Увидеть, как дети обустраиваются на новом месте.

Три дня спустя я шёл по коридорам академии, направляясь к детскому корпусу. Издалека слышались голоса, детский смех, топот ног, чей-то радостный крик.

Звуки жизни. Звуки будущего.

Я остановился в дверях большой комнаты и на мгновение просто наблюдал.

Елена сидела в окружении малышей, самых маленьких детей от года до семи лет. Она читала им сказку, показывая красочные картинки. Вокруг неё теснились маленькие фигурки, кто-то забрался на колени, кто-то просто прижимался сбоку.

И Елена… светилась.

Иначе не скажешь. На её лице было такое выражение счастья, которого я не видел с момента её прибытия в Рихтерберг.

Она заметила меня и осторожно отложила книгу, поднимаясь. Дети недовольно заворчали, но одна из помощниц тут же подхватила чтение.

Елена подошла ко мне. Её глаза блестели от слёз.

— Максимилиан, — прошептала она. — Я… я нашла его.

Она указала на мальчика лет пяти, сосредоточенно строящего что-то из разноцветных кубиков в углу комнаты.

— Это мой младший брат, — её голос дрожал. — Артём.

Я посмотрел на мальчика. Тёмные волосы, серьёзное личико, полностью поглощённое игрой.

— Когда я видела его последний раз, — продолжала Елена сквозь слёзы, — ему было всего четыре года. Я уезжала на учёбу и думала, что вернусь на его день рождения, но…

Она вытерла глаза.

— Тысячу лет я думала, что выжила зря, — призналась она. — Что всем моим близким повезло больше. Они умерли быстро, без мучений. А я… я жила в аду. Одна. Веками.

Я слушал молча, давая ей выговориться.

— Но теперь, — она посмотрела на Артёма, и её лицо озарилось улыбкой, — теперь я понимаю. Я выжила не зря. Я сберегла себя для этого момента. Для него.

— Ты дала ему шанс на будущее, — сказал я тихо. — Шанс обрести настоящую семью, которого не было бы без твоего выживания.

Елена кивнула, вытирая новые слёзы.

— Когда ты ожил, когда клан начал возрождаться… — она повернулась ко мне, — я не только вернулась к нормальной жизни. Я вновь нашла её смысл.

Она выпрямилась, и в её взгляде появилась сталь.

— И я обещаю, — её голос окреп, — я костьми лягу, но помогу найти решение, которое спасёт наш мир от Теней и скверны. Чтобы Артём и все эти дети, — она обвела рукой комнату, — могли жить в безопасности.

Я улыбнулся.

— Я рад, что ты с нами, Елена.

К нам подошли Каролина и Лиза. Обе выглядели усталыми, но счастливыми. Они помогали Елене присматривать за малышами.

— Господин Рихтер, — Каролина поклонилась. — Спасибо.

— За что? — я посмотрел на неё с любопытством.

— За то, что продолжаете поиски, — она указала на девочку лет шести, играющую неподалёку. — Это Софья. Дочь моего старшего брата, моя племянница.

Каролина улыбнулась, и в её глазах тоже блестели слёзы.

— Она похожа на него. Те же упрямые глаза, та же улыбка.

Лиза тихо добавила:

— Многие нашли своих родных. Кузенов, племянниц, просто друзей. Моя лучшая подруга Анна тоже здесь. Мы вместе учились музыке в старой академии.

Каролина выпрямилась, и на её лице появилось то самое выражение решимости, которое я видел во время экзаменов.

— Наше поколение теперь станет ещё сплочённее и крепче, чем когда-либо, — сказала она уверенно. — Мы не просто студенты академии. Мы — семья. Настоящая семья, которая прошла через боль потери и обрела друг друга заново.

Я посмотрел вокруг. Дети играли, смеялись, обнимались. Подростки помогали младшим, терпеливо объясняя что-то или просто сидя рядом.

Клан возрождался. Прямо на моих глазах.

Сильных некромантов становилось всё больше. Да, малыши пока не помогут в предстоящих войнах. Но они были будущим клана. Будущим, которое Рихтеры прошлого сберегли, заплатив за это собственными жизнями.

И я сделаю всё, чтобы их усилия не пропали даром.

Вечером я вернулся в свой кабинет и с удовольствием опустился в кресло. День выдался насыщенным, но продуктивным.

Уже больше недели я не покидал Рихтерберга. Враги сидели тихо, не предпринимая никаких видимых действий. Это настораживало, но одновременно давало передышку. Время, которое я потратил на внутренние дела клана.

И этих дел с прибытием новых людей стало значительно больше.

Я просмотрел несколько документов на столе, отчёты об адаптации детей, планы расширения академии, запросы на ресурсы для новых проектов. Стандартная административная рутина, без которой, увы, не обойтись.

А потом переключился на мысли о моих врагах, в частности о Ракше Канваре и о том, что возможно скоро мне снова придётся отправиться в Синд.

Но сначала следовало закончить с текущими делами, убедиться, что всё идёт гладко.

Рассеянно я потянулся к одной из пирамидок, лежащих на краю стола. Артефакты портальной магии, созданные ещё в древности. Я крутил пирамидку в пальцах, думая о предстоящем путешествии.

И вдруг почувствовал что-то странное.

Глава 5

Пирамидка словно откликнулась, но не так как обычно. Словно между нами возникла новая невидимая связь.

Я почти сразу понял, что дело в короне, в моём новом статусе патриарха.

Я закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на новых ощущениях ещё сильнее.

И вскоре словно бы увидел структуру артефакта изнутри. Руны, сплетённые в сложнейшие узоры. Потоки энергии, текущие по заданным каналам. Магические якоря, привязанные к конкретным точкам пространства.

Это была древняя магия Рихтеров.

Магия Патриархов, созданная сотни, если не тысячи лет назад. Техника, которая считалась утраченной. Знание, которого не было ни в одной из сохранившихся библиотек.

Но корона помнила.

Она была связана с этими артефактами на фундаментальном уровне. И теперь, когда я держал пирамидку, она передавала мне своё знание. Медленно, осторожно, словно боясь перегрузить мой разум.

Я видел, как создавались руны. Какие ингредиенты использовались. Какие заклинания накладывались слой за слоем. Понимал логику построения, последовательность действий.

И осознал, что могу это повторить.

Открыв глаза, я посмотрел на пирамидку с новым пониманием. Артефакт тускло светился зелёным в моей ладони, реагируя на прикосновение.

Если я ещё немного покопаюсь в этих ощущениях, если смогу углубиться в переданное короной знание…

Я смогу повторить эту работу.

Создать новые пирамидки. Расширить портальную сеть клана. Дать возможность путешествовать не только мне, но и другим доверенным людям.

А может быть… даже улучшить изначальную конструкцию.

Патриархи были гениями, но они работали с теми знаниями и инструментами, что имели в своё время, в своей цивилизации. Я же обладал опытом тысячелетнего развития магии в другом мире. Знаниями, собранными за века.

Что если объединить древнюю мудрость с современными техниками?

Я улыбнулся, чувствуя знакомый азарт исследователя. Передо мной открывалась новая область для изучения. Новые возможности для клана.

И, если я разберусь с пирамидками, то кто знает, что ещё у меня получится создать?

На следующий день я всё также был погружён в размышлениях о пирамидках. Мой разум методично перебирал полученное от короны знание, раскладывая его по полочкам, выстраивая логические цепочки, формируя планы.

И теперь у меня уже появились конкретные идеи.

Я сидел за столом в кабинете, перед глазами лежала та самая пирамидка. Артефакт больше не казался просто инструментом для портальных путешествий. Теперь я видел в нём потенциал, который мои предки, возможно, даже не предполагали.

Пирамидки можно было улучшить. Расширить их функционал. Адаптировать под современные нужды.

Некоторые идеи были особенно многообещающими, они могли дать мне серьёзное преимущество в предстоящей войне в Синде.

Проблема была в том, что мне требовалось время. И как много времени я пока не знал.

Сначала нужно было досконально разобраться в принципах работы артефактов. Понять каждую руну, каждый поток энергии, каждую связь между элементами конструкции. Корона дала мне базовое знание, но настоящее мастерство приходит только через практику и эксперименты.

И для этого мне понадобятся лучшие артефакторы клана.

Дед Карл, Октавия, Регина.

Каждый из них мог внести уникальный вклад в исследование. Дед обладал древними знаниями некромантии, которые копились веками. Регина — гений артефакторики, её понимание магических конструкций не имело себе равных. А Октавия умеет находить практическое применение даже самым абстрактным теориям и не боится экспериментировать с модификациями.

Вместе мы могли создать нечто впечатляющее.

Я усмехнулся, представив реакцию Патриархов, если бы они могли видеть, что я планирую сделать с их творением. Одобрили бы? Или ужаснулись?

Скорее всего, и то, и другое одновременно.

Но теперь я один несу ответственность за будущее рода. И я использую все доступные инструменты, чтобы его защитит.

Отложив пирамидку, я откинулся на спинку кресла и задумался о другом важном вопросе.

Время шло. И с каждым днём клан становился сильнее.

Некромантов в Рихтерберге становилось всё больше. Гораздо больше, чем я мог представить ещё несколько месяцев назад.

Источники пополнения были разнообразны. Юные Рихтеры, которых смогли сохранить в усыпальницах тысячу лет назад.

Бывшие отшельники, которые прямо сейчас проходили адаптацию к современной жизни и были готовы служить возрождённому клану.

Некроманты с непроявившимся даром, которые годами не знали о своих способностях, пока я не почувствовал их и не помог раскрыть потенциал.

Как и всегда большой частью нового пополнения стали чистильщики и пиявки, которые до этого по каким-то причинам избежали нашего внимания, потому что жили далеко от Рихтерберга или от союзных нам территорий.

Мои эмиссары или вербовщики летали по всем нейтральным городам. Находили некромантов, которые даже не подозревали о своей связи с древним кланом. Приглашали их в Рихтерберг напрямую, от моего имени.

Многие соглашались. Репутация клана росла. Слухи о возрождении Рихтеров распространялись быстрее, чем я ожидал. И это работало в нашу пользу.

Конечно, всех новоприбывших нужно было правильно распределить.

Молодёжь, дети и подростки из склепов, шли в академию. Там их обучали не только магии, но и истории клана, современному миру, навыкам выживания. Каролина, Виктор и другие выпускники первой волны стали для них наставниками и старшими товарищами.

Потенциально сильные бойцы распределялись иначе. Тех, кто показывал выдающиеся способности и желание сражаться, принимали в гвардейский корпус. Там их тренировали Прохор и его люди, превращая в профессиональных воинов.

Отряд Фантомов был отдельной категорией. Кира и Лев набирали туда тех, кто демонстрировал особую склонность к скрытности, разведке, нестандартному мышлению. Их тренировки отличались от гвардейских, упор делался на выживание, адаптацию, работу в малых группах.

Но не забыли мы и про старичков.

Те, кого набрали в клан давно, задолго до нынешнего бума роста, могли пройти распределение повторно.

Система была справедливой, если, например, бывший чистильщик хотел попасть к гвардейцам, но не прошёл отбор ранее, он мог попытаться снова. За это время многие набрались опыта, окрепли, развили свои способности.

Некоторые удивляли даже меня своим прогрессом.

Я улыбнулся, глядя на отчёты. Клан рос не только количественно, но и качественно.

Конечно, я прекрасно понимал, что всё это видят и мои враги.

Роланд и Ракша не слепые. Они наблюдают за Рихтербергом. Считают прибывающих некромантов. Анализируют активность.

И понимают, что Рихтеры готовятся к большой войне.

Но пока они ничего не предпринимали.

Что означало одно из двух, либо они готовили что-то грандиозное, либо просто находились в шоке от масштаба нашего возрождения и не знали, как реагировать.

И на второе я не слишком надеялся. Но, в любом случае, это давало мне время.

И я должен был использовать его максимально эффективно. Усилить клан настолько, насколько возможно. Подготовить бойцов. Разработать стратегии. Создать преимущество, которое позволит нам победить в предстоящей войне.

Потому что война уже идёт. Только пока тихая. Мы все готовимся и собираем силы. А затем обязательно наступит горячая фаза.

И вопрос был только в том, кто окажется к ней лучше подготовлен.

Прошло ещё примерно две недели. За это время мы нашли и перевезли в Рихтерберг практически всех, кого только смогли найти.

И вот теперь, я стоял на возвышении перед огромной толпой, самым большим собранием некромантов в истории возрождённого клана.

Сотни лиц. Молодые студенты из склепов, которые всё ещё привыкали к новому миру. Седые отшельники, пережившие века в очагах. Бойцы гвардейского корпуса в чёрных доспехах. Фантомы, словно тени скользящие по краям толпы. Ольга и её команда. Дед Карл, стоящий чуть поодаль с непроницаемым выражением лица.

Все здесь. Все вместе.

Я начал говорить, и зал затих.

— Тысячу лет назад наши враги думали, что уничтожили нас, — мой голос разносился по залу, усиленный магией. — Они сожгли наши дома. Убили наших близких. Стёрли с лица земли величайший клан некромантов, который когда-либо существовал.

Я выдержал паузу, а затем продолжил:

— Они ошиблись.

Толпа зашумела — одобрительно, воинственно.

— Рихтеры выжили. В склепах, в очагах, в забытых уголках мира. Мы ждали. Копили силы. И теперь, — я обвёл взглядом зал, — мы вернулись. Сильнее, чем когда-либо.

Рёв одобрения. Я увидел, как студенты обнимают друг друга, как отшельники вытирают слёзы, как гвардейцы стучат древками копий о пол.

Я продолжил, напомнив о клятве мести. О том, что каждый виновный ответит. Что справедливость настигнет всех предателей.

Потом заговорил о Тенях, в адаптированной для широкой аудитории версии. О том, что нашему миру угрожает опасность, о которой многие даже не догадываются. Что Тени — истинные враги всего живого. И что мы, некроманты, являемся хранителями этого мира. Последним рубежом обороны.

Это вызвало серьёзные кивки. Особенно среди тех, кто сам сталкивался со скверной и понимал масштаб угрозы.

И наконец, я призвал к единству.

— Неважно, откуда вы пришли, — сказал я, глядя прямо в лица собравшихся. — Из склепа, где спали тысячу лет. Из очага, где выживали в одиночестве. Из далёкого города, где даже не знали о своих способностях. Теперь вы здесь. Теперь вы — Рихтеры. Теперь вы — семья.

Я поднял руку.

— И вместе мы непобедимы.

Зал взорвался аплодисментами. Люди вскакивали с мест, кричали клятвы верности, обнимались, плакали.

Я видел воодушевление в их глазах. Гордость. Готовность служить и сражаться.

Именно это мне и было нужно.

Алина Астер стояла в толпе рядом с Аланом, аплодируя вместе со всеми. Речь князя затронула что-то глубокое внутри неё, чувство принадлежности, гордости за клан.

Но как истинный мастер-химеролог, она не могла не оценивать происходящее и с практической точки зрения.

— Наконец-то свежая кровь, — сказала она Алану тихо, когда овации немного стихли. — Столько талантливых бойцов. Видел, как некоторые из новичков управляют химерами?

Алан усмехнулся.

— Ты уже присмотрела себе кого-то?

— Нескольких, — призналась Алина с довольной улыбкой. — Думаю, через пару месяцев у меня появится несколько новых подмастерьев. Серьёзных, с настоящим даром к химерологии.

— Только не переманивай наших лучших гвардейцев, — со смехом предупредил Алан.

Алина посмотрела на него с невинным видом.

— Обещать не могу. Талант есть талант. Если кто-то лучше подходит для работы с химерами, чем для стояния в строю… — она пожала плечами. — Я лишь помогу им раскрыть потенциал.

Алан покачал головой, но улыбнулся. Он знал, что спорить бесполезно. Когда Алина видела талант, она была неумолима.

Ольга стояла среди группы первых выпускников академии. Каролина, Виктор, Лиза, Роман, Марк — все те, кто прошёл обучение первыми, кто сдал экзамены, кто уже успел доказать свою ценность клану.

Она посмотрела на них серьёзно.

— Теперь вы — старшие товарищи, — сказала Ольга негромко, но так, чтобы все слышали. — Новые студенты будут смотреть на вас. Учиться у вас. Брать с вас пример.

Каролина выпрямилась. Её лицо приняло серьёзное, решительное выражение.

— Мы не подведём, — пообещала она. — Мы знаем, каково это — проснуться в чужом времени. Не понимать, где ты, что происходит, кому можно доверять. Мы помним тот страх, ту растерянность.

Виктор кивнул рядом с ней.

— Поможем им адаптироваться. Станем теми, на кого они смогут положиться.

Лиза добавила тихо:

— Покажем им, что клан — это не просто слово. Это семья.

Ольга улыбнулась, глядя на них. Они выросли. Превратились из растерянных детей, только что вышедших из магического сна, в настоящих Рихтеров.

В тех, на кого действительно можно было положиться.

В дальнем углу зала, за небольшим столиком с голографическим экраном, сидела Ли Фэнь. После торжественной речи Макса, в замке начался пир.

Он кипел вокруг неё, люди смеялись, чокались бокалами, делились историями. Но хакерша клана была полностью погружена в свой планшет, её пальцы быстро скользили по голографической клавиатуре. А рядом с ней, как всегда мило посапывая, спал дух-дракон.

Луи Вийон наблюдал за ней издалека, покачивая головой с лёгкой улыбкой. В руках у него было два бокала превосходного вина.

Он подошёл к её столику и поставил один бокал рядом с планшетом.

— Лифэнь, — сказал он мягко. — Ты на пиру. Празднике. Можешь хотя бы на час оторваться от работы?

— Через минуту, — автоматически ответила она, не поднимая глаз.

Луи усмехнулся. Он слышал это уже раз десять за вечер.

Устроившись в кресле напротив, он сделал глоток вина и краем глаза взглянул на её экран.

И замер.

— Погоди-ка, — он наклонился ближе. — Это… стратегия?

Лифэнь вздрогнула и быстро попыталась свернуть окно, но Луи был быстрее. Он уже видел.

На экране красовалась детализированная карта города, очень похожего на Рихтерберг. Маленькие фигурки людей двигались по улицам, здания строились и улучшались, ресурсы подсчитывались в углу экрана.

— Ты… играешь в градостроительную стратегию? — Луи не смог сдержать улыбку. — Во время пира в честь объединения клана?

Лифэнь покраснела.

— Это не просто игра! — защищалась она. — Это симуляция управления кланом. Очень полезная для анализа эффективности распределения ресурсов и…

— Лифэнь, — Луи поднял руку, останавливая её. — У тебя там игровой персонаж с портретом Макса выбран как глава клана.

— Ну… для реалистичности, — пробормотала она.

Луи рассмеялся и придвинул своё кресло ближе.

— Покажи. Что ты там строишь?

Лифэнь колебалась секунду, потом развернула планшет так, чтобы ему было видно.

— Вот здесь я расширяю медицинский квартал, — начала она объяснять, явно увлекаясь. — А здесь строю новый исследовательский центр. И ещё нужно улучшить систему коммуникаций между районами…

Луи изучал экран с профессиональным интересом.

— Стоп, — он ткнул пальцем в угол карты. — Почему ты ставишь больницу так далеко от жилых кварталов? Людям придётся добираться полчаса.

— Зато рядом с исследовательским центром, — парировала Лифэнь. — Синергия науки и медицины важнее транспортной доступности.

— Это в теории, — Луи покачал головой. — А на практике больные люди не захотят тащиться через весь город. Поставь больницу здесь, — он указал на другое место, — а исследовательский центр соедини с ней подземным переходом.

Лифэнь нахмурилась, изучая его предложение.

— Хм. На самом деле… неплохая идея.

Она быстро внесла изменения, и здания на карте перестроились.

— Ого, — она посмотрела на обновлённые показатели эффективности. — Удовлетворённость населения выросла на восемь процентов.

— Видишь? — Луи довольно улыбнулся. — Не только ты умеешь оптимизировать системы.

Они продолжили обсуждать планировку города. Луи делился практическими соображениями о размещении медицинских учреждений, Лифэнь говорила о логистике и коммуникациях.

Постепенно разговор превратился в весёлый спор о том, что важнее, красота городского ландшафта или функциональность.

— Ты не можешь просто натыкать здания где попало! — возмущался Луи. — Город должен быть гармоничным!

— Это стратегия, а не конкурс красоты! — парировала Лифэнь. — Главное — эффективность!

— Люди хотят жить в красивом городе, — настаивал Луи.

— Люди хотят, чтобы всё работало, — не сдавалась она.

В какой-то момент Луи случайно задел экран, открыв меню персонажей.

И замер, уставившись на список.

Там были портреты всех ключевых членов клана. Макс — уровень 50, максимальная прокачка. Дед Карл — уровень 45. Октавия — уровень 42. Ольга — уровень 38.

И персонаж с его собственным портретом.

Уровень 49.

Выше всех, кроме Макса.

Все навыки максимально прокачаны. Всё снаряжение — лучшего качества. Даже косметические улучшения куплены.

Луи медленно повернулся к Лифэнь.

Она была красной. Совершенно красной. От шеи до кончиков ушей.

— Это… — начал он.

— Ты хороший целитель! — выпалила она. — В игре целители очень важны! Их нужно прокачивать первыми! Это стратегически правильно!

— Лифэнь, — Луи не мог сдержать улыбку, — у меня косметический набор «Элегантный лекарь». Это чисто декоративная вещь. Она никак не влияет на характеристики.

Пауза.

— Ну… — Лифэнь пыталась найти объяснение, — визуальная составляющая тоже важна. Для… морального духа команды.

Луи рассмеялся. Искренне, от души.

— Ты очаровательна, — сказал он, когда смог отдышаться.

Лифэнь спрятала лицо в ладонях.

— Давай просто забудем об этом.

— Ни за что, — Луи взял свой бокал и поднял его. — Это самый приятный комплимент, который я получал. За моральный дух команды?

Лифэнь выглянула из-за ладоней, увидела его улыбку и не смогла сдержать собственную.

— За моральный дух, — пробормотала она, беря свой бокал.

Они чокнулись.

— Знаешь, — сказал Луи после глотка вина, — у меня есть пара идей по оптимизации твоего медицинского квартала. Если хочешь послушать.

Лифэнь улыбнулась.

— Слушаю.

Они склонились над планшетом вместе, обсуждая стратегию, попивая вино и периодически споря о деталях.

Пир продолжался вокруг них, но они почти не замечали. Погружённые в свой маленький виртуальный мир, где строили идеальный город.

Вместе.

Роман и Марк стояли на краю толпы, наблюдая за происходящим. Речь князя вдохновила их, как и всех остальных. Но сейчас их внимание привлекло нечто другое.

Дед Карл. Он стоял поодаль, элегантный пожилой джентльмен в безупречном костюме, с седыми волосами и учтивой улыбкой. Выглядел совершенно обычно, как уважаемый старший член клана.

Но Роман и Марк знали правду. И эта правда не давала им покоя.

— Слушай, — Роман толкнул Марка локтем, понизив голос до шёпота. — Нам надо предупредить новичков.

— О чём? — Марк проследил за взглядом друга и понял. — А, о нём.

— Да. О том, что становиться личом — это ПЛОХО, — Роман покосился на деда Карла. — Когда дед Макса обещает силу, надо бежать. Со всех ног.

Марк кивнул с серьёзным видом.

— Поддерживаю. Помнишь, как он смотрел на того новичка… кажется, Александра в тот раз? Я думал, сейчас предложит ему «стать бессмертным». У меня мурашки пошли.

— Надо как-то незаметно намекнуть новеньким, что…

Роман не успел договорить.

— О, юные Рихтеры обсуждают философию бессмертия? — раздался вежливый голос прямо за их спинами.

Оба замерли. Буквально окаменели.

Потому что секунду назад дед Карл стоял в другом конце зала. Роман ВИДЕЛ его там. На расстоянии добрых тридцати метров.

А теперь он был здесь. Прямо за ними.

Медленно, очень медленно, они обернулись.

Дед Карл смотрел на них с той самой учтивой улыбкой. В его глазах плясали весёлые огоньки.

— Как… трогательно, — продолжил он с интонацией, от которой по спине побежали мурашки. — Беспокоитесь о благополучии товарищей.

Роман попытался что-то сказать, но из горла вырвался только какой-то сдавленный звук.

— Знаете, — дед Карл наклонился чуть ближе, — моё предложение всегда остаётся в силе. На случай, если передумаете. Бессмертие имеет свои… преимущества.

Марк побледнел настолько, что стал почти прозрачным.

— Хотя, — дед Карл выпрямился, его тон стал почти нормальным, — должен признать, ваша осторожность похвальна. Бессмертие — серьёзный шаг. Не для каждого.

Он сделал паузу, давая словам осесть.

— Но талант у вас есть. Я слежу.

И так же внезапно, как появился, он исчез. Просто растворился в толпе.

Роман и Марк стояли, не в силах пошевелиться. Наконец Марк выдохнул:

— Он… он слышал?

— Он ВСЕГДА слышит, — прошептал Роман, всё ещё бледный.

— Новое правило, — Марк облизнул пересохшие губы. — Про лича не говорим вообще. Даже шёпотом. Даже думать стараемся тише.

Роман закивал так энергично, что чуть не свернул себе шею.

Речь закончилась на невероятном подъёме духа. Зал превратился в кипящий котёл эмоций, все обнимались, смеялись, давали клятвы верности клану.

А потом начался пир.

Фред, наш главный повар-умертвие, превзошёл сам себя. Столы буквально ломились от угощений, жареное мясо, свежий хлеб, изысканные десерты, напитки на любой вкус. Он готовился к этому событию неделю, и результат был впечатляющим.

Студенты общались с отшельниками, делясь историями о жизни в разных эпохах. Гвардейцы рассказывали новичкам о битвах и тренировках. Фантомы демонстрировали фокусы с теневой магией, вызывая восхищённые ахи.

Я стоял у края зала, наблюдая за всем этим с удовлетворением. Именно такого единства я и добивался. Не просто собрания разрозненных некромантов, а настоящей семьи.

Но у меня были дела.

Праздник был в самом разгаре, моё отсутствие не будет столь заметным. Я незаметно направился к выходу.

А возле моего кабинета меня ждал Симон.

Он стоял у двери с серьёзным выражением лица. Увидев меня, выпрямился.

— Симон? — я приподнял бровь. — Думал, ты на пиру.

— Господин Рихтер, — он говорил официально, что уже было признаком чего-то важного. — С вами хочет встретиться один человек.

Я дождался продолжения.

— Но он беспокоится за собственную безопасность, — Симон сделал паузу. — И просит гарантий, что покинет встречу живым.

Интересно.

Кто-то достаточно важный, чтобы Симон передавал просьбу лично. Достаточно напуганный, чтобы требовать гарантий безопасности. И достаточно ценный, чтобы Симон вообще предложил мне эту встречу.

Враг? Перебежчик? Информатор?

— Гарантии безопасности? — я посмотрел Симону в глаза. — Ты ручаешься за этого человека?

Симон помедлил секунду.

— Я считаю, что вам стоит его выслушать. Информация может быть ценной.

Это был не совсем ответ на мой вопрос, но я принял его. Симон был достаточно умён, чтобы не рисковать моим доверием ради случайного человека.

Я подумал пару секунд.

— Хорошо, — кивнул я. — Я даю гарантии безопасности. Когда встреча? — спросил я.

— Он ждёт, — ответил Симон. — Сейчас. Если вы готовы.

Я усмехнулся.

— Всегда готов к сюрпризам.

Глава 6

— Встань, Викрам. У тебя ещё есть силы.

Голос Виджая был холоден и безжалостен, как всегда. Он стоял над мальчиком, скрестив руки на груди, и смотрел вниз с выражением презрительного безразличия.

Симон, тогда ещё Викрам, лежал на каменном полу тренировочной площадки, задыхаясь. Всё тело стало одной сплошной болью. Левая рука была сломана, он чувствовал, как кость неправильно срослась после вчерашней тренировки, а сегодня её сломали заново. Три ребра треснули, а из глубокого порез на бедре всё ещё сочилась кровь.

Ему было шесть лет.

— Встань, — повторил Виджай, его тон не изменился ни на йоту. — Или ты хочешь разочаровать отца?

Симон сжал зубы и попытался подняться. Его руки дрожали.

Дар Вийон уже работал, пытался залечить повреждения, но слишком медленно. Слишком много всего сломано одновременно.

Он встал на колени. Потом, опираясь на здоровую руку, поднялся на ноги. Мир закружился. Симон пошатнулся, но устоял.

— Хорошо, — кивнул Виджай. — Теперь снова в бой. Трое против одного. У вас пять минут.

Три старших ученика шагнули вперёд. Все они были здоровы, полны сил, их магия воздуха готова была обрушиться на Симона в любой момент.

Один из них, высокий подросток лет пятнадцати, усмехнулся:

— Жалкое зрелище… А ещё любимчик отца! Никогда не понимал, почему этот слабак на особом положении!

Другой ученик добавил тише, но достаточно громко, чтобы Симон услышал:

— Да, этому задохлику везёт. Ракша на него смотрит и иногда даже тренирует лично. А он тут валяется, как размазня. Уж если бы мне дали шанс показать себя отцу, я бы…

Третий недовольно его перебил:

— Завидуй молча.

Симон ничего не ответил. Только принял боевую стойку, несмотря на боль и на дрожь в ногах.

Они не понимали. Никто не понимал.

«Особое положение» означало ад.

Ракша требовал от него в три раза больше, чем от любого другого ученика. Тренировки с рассвета до поздней ночи. Бои с монстрами без защиты. Принудительное использование магии до полного истощения.

«Два дара требуют двойной работы» — любил повторять Ракша.

А ещё Ракша считал, что боль и постоянные травмы помогут развить дар Вийон быстрее. Заставят регенерацию работать на пределе, адаптироваться, становиться сильнее.

И Симон практически никогда не бывал полностью здоров. Едва одна рана заживала, как появлялась новая. Едва кость срасталась, как её ломали снова.

— Начали, — скомандовал Виджай.

Первый удар обрушился на Симона с такой силой, что тот пролетел через всю площадку. Воздушное лезвие рассекло плечо, добавив ещё одну рану к коллекции.

Симон закричал, не сумев сдержаться на этот раз. Боль оказалась нестерпимой.

Но он снова поднялся. Потому что выбора не было.

А вечером Симон лежал в своей комнате и опять пытался не закричать от боли.

Тренировка закончилась только через три часа. Три часа непрерывного боя против превосходящих противников. Три часа, в течение которых его ломали, резали, швыряли об стены.

В конце концов Виджай велел остановиться. Не потому, что Симон победил. А потому, что мальчик больше не мог стоять на ногах.

— Достаточно на сегодня, — сказал Виджай с холодным удовлетворением. — Завтра продолжим.

Симона отнесли в его комнату. Бросили на койку и оставили одного.

Теперь он лежал в темноте, прислушиваясь к собственному дыханию. Каждый вдох отдавался болью в груди. Левая рука была бесполезна, кость сломана в трёх местах. Правая нога тоже.

Дар Вийон работал. Медленно, мучительно медленно. Симон чувствовал, как ткани срастаются, как кости ищут правильное положение. Но процесс занимал часы. И всё это время боль не отпускала.

Он не плакал, давно научился не плакать. Слёзы в монастыре воспринимались как слабость. А слабость каралась ещё более жестокими тренировками.

Симон закрыл глаза и попытался заснуть. Но боль не позволяла расслабиться ни на секунду.

Вдруг он услышал лёгкий скрип двери.

Мальчик инстинктивно напрягся, готовясь к новой угрозе. Но дверь открылась совсем чуть-чуть, и в комнату проскользнула тёмная фигура.

Симон замер. Приоткрыл глаза совсем немного, наблюдая.

Фигура двигалась осторожно, бесшумно. Вошедший был среднего роста, Но в темноте Симон едва ли мог разглядеть что-то ещё.

Гость подошёл к столу рядом с койкой и поставил что-то.

Затем так же тихо развернулся и направилась к двери.

Симон хотел заговорить, спросить, кто это, но боялся спугнуть.

Фигура выскользнула из комнаты, прикрыв дверь за собой.

Мальчик подождал несколько минут. Потом, превозмогая боль, сел и дотянулся до стола.

На нём лежал флакон с дорогим обезболивающим зельем из медицинского крыла. Таким, которое давали только старшим магам и то по особым случаям. Ведь каждому воину полагалось развиваться через боль.

А рядом он нашёл завёрнутые в ткань сладости, лакомства, которые полагались только ученикам высшего ранга.

Симон взял флакон дрожащими руками и выпил зелье залпом.

Через несколько секунд боль начала отступать. Она не прошла полностью, но стала хотя бы терпимой.

Впервые за весь день он мог нормально дышать.

Мальчик посмотрел на дверь. Кто это был?

Это происходило не впервые. Уже третий раз за месяц кто-то оставлял ему помощь.

И это была не его мать. В то время, Анджи ещё не сумела с ним встретиться, и мальчик даже не осознавал, что она вообще существует.

Прошло ещё две недели.

Тренировки не прекращались. Симон ломался и восстанавливался, ломался и восстанавливался, снова и снова. Его дар Вийон действительно становился сильнее. Ракша не ошибался в этом. Регенерация ускорялась с каждым днём.

Но цена была ужасающей.

И единственным проблеском света в этой тьме были те ночные визиты.

Симон пытался не спать, ждал их. Но неизвестный помощник появлялся непредсказуемо. То через день, то через неделю. А иногда приходилось ждать и месяц. И всегда поздно ночью, когда все спали.

Всегда оставляла что-то полезное обезболивающее, бинты, иногда еду получше, чем давали в столовой.

Но однажды ночью секрет приоткрылся.

Гость вошёл как обычно. Тихо и осторожно. Он оставил флакон с зельем и что-то ещё, что мальчик пока не разглядел в темноте.

Фигура развернулась к двери и вышла в коридор.

Симон, которому в этот день досталось чуть меньше чем обычно, поспешил за ней, надеясь разглядеть получше.

Но всё равно не успел, только услышал издалека женский голос:

— Сурья! Ты где? Нам нужна помощь на кухне!

Фигура в коридоре вздрогнула и ускорила шаг, исчезая за углом.

Симон остановился, повторяя про себя имя.

Сурья.

Он уже когда-то слышал это имя. Это была не просто какая-то случайная женщина или служанка, а его сводная сестра. Дочь Ракши от одной из его многочисленных жен из других кланов.

Если рожденные мальчики отправлялись тренироваться, то дочери считались… Симону было трудно подобрать сравнение.

Бракованным изделием? Шлаком, отделённым от чистой руды? Неизбежным злом?

Их не выбрасывали на улицу, ведь в них все же текла кровь Великого Князя. Но Ракша никогда не считал женщин равными себе. Так что дочерей ждала доля мелких администраторов или хозяйственных управленцев в клане Канвар. Никто не учил их магии. Никто не обращал на них внимания. Для большинства из Канваров они были просто невидимками.

Но не для Симона.

Ведь одна из них почему-то заботилась о нём. Рисковала ради него.

Однажды он узнает почему

Узнает, и скажет ей спасибо.

— Значит, ты — Сурья Канвар.

Я произнёс имя спокойно, наблюдая за реакцией гостьи.

Она вздрогнула, когда я произнёс её фамилию, словно я её ударил.

Симон, стоявший рядом со мной, кивнул:

— Я рассказал господину Рихтеру о тебе. О том, что ты делала для меня в детстве.

Женщина медленно кивнула, всё ещё настороженная:

— Я не знала, что Викрам… то есть Симон меня видел тогда.

— Я не видел, — мягко поправил Симон. — Но я слышал, как тебя окликнули в коридоре. Один раз. Этого хватило, чтобы запомнить твоё имя.

Пока они говорили, я внимательно рассматривал нашу гостью.

Смуглая кожа, тонкий нос с лёгкой горбинкой, большие карие глаза под густыми бровями и полные губы.

Девушка была красива, но как будто специально пыталась это скрыть.

Длинные чёрные волосы были убраны под выцветший платок. И одета она тоже была максимально просто и невзрачно, в поношенную дорожную одежду серо-коричневых тонов и потёртый плащ.

Похоже, она добиралась сюда, стараясь не привлекать внимания. И судя по её виду, путь был нелёгким.

Я сел в кресло за столом и жестом предложил ей устроиться напротив. Симон остался стоять рядом.

— Итак, — начал я, — чего ты хочешь?

Сурья выпрямилась и посмотрела мне прямо в глаза, а затем решительно выпалила:

— Свободы.

И в это слово, она будто бы вложила всю свою ярость, которая была настолько сильной, что ей даже понадобилась пауза, чтобы прийти в себя. Лишь через несколько секунд она пояснила:

— Для себя. Для своей семьи. Для всех, кто страдает под властью Ракши Канвара.

Я жестом показал ей продолжать. Она сделала глубокий вдох и заговорила:

— Я выросла в клане, где жизнь большинства — это ад. Ракша правит железной рукой. Мужчины проходят через жестокие тренировки, постоянный контроль, смерть за любую слабость. Особенно страдают те, у кого низкий магический потенциал, их унижают, низводят до уровня прислуги и… женщин. Обращаются с ними как с отбросами.

Её голос становился тверже:

— Но женщинам ещё хуже. Нас вообще не считают за людей. Нам почти не дают обучаться магии. Нас отправляют на кухни, в прачечные, в медицинские крылья как санитарок. Говорят, что мы не способны к высокой магии. Что наша единственная задача — это поддерживать мужчин и рожать детей для… блага клана, но на самом деле для жестоких тренировок и генетических экспериментов Ракши.

Она сжала кулаки:

— Но это ложь. Некоторые из нас тайно тренируются. Изучают магию воздуха. И мы не слабее мужчин. Просто нам никогда не давали шанса это доказать. — Она сжала руки в кулаки. — Но главное не это, а то, что у нас отнимают наших детей. Мы не видим их практически с рождения, зато знаем через ЧТО они проходят. И никак не можем помочь. Точнее…

Она замялась, и я закончил за неё:

— Точнее, вы помогаете просто всем детям, которым можете?

Она с горечью мотнула головой.

— По рассказу Симона может сложиться такое впечатление. Но… мы не можем даже этого. Мы не можем так рисковать, ведь ребёнок вполне способен кому-то рассказать. Сдать такую помощницу, и потом её ждёт самое суровое наказание. Поэтому, мы помогаем лишь иногда. В самых вопиющих случаях. Когда просто не можем спокойно смотреть на всю эту жестокость. То, как издевались над Симоном, это…

Она замолчала, словно одни только воспоминания погружали её в кошмар.

Симон положил ей руку на плечо и мягко улыбнулся:

— Не будем об этом, хорошо? Всё уже давно в прошлом.

Она глубоко вздохнула, отгоняя от себя дурные мысли, а потом добавила, немного сменив тему:

— Многие мужчины Канвары втайне сочувствуют нам. Да и они сами видят несправедливость и сталкиваются с ней с самого детства. Но не могут ничего изменить. Ракша слишком силён. Его власть абсолютна. Любое сопротивление карается смертью.

Я слушал внимательно, а потом задал важный вопрос:

— Отличная речь. Но вот что меня интересует — если всё так плохо, как ты говоришь, то как ты сумела оказаться здесь? — Я усмехнулся. — Неужели Ракша любезно отпустил тебя обсудить возможность предательства с его злейшим врагом?

Однако, Сурья, не растерялась ни на секунду.

— Я воспользовалась хаосом после вашего нападения на монастырь Белого Облака.

Она выпрямилась:

— Там погибло столько магов, что пропажу одной женщины, которая занималась хозяйством, никто не заметит. Или заметят, но не скоро, а то и вовсе сочтут мёртвой.

Она продолжила объяснять:

— Я была завхозом. Занималась закупками, снабжением, связями с внешними поставщиками. У меня было много контактов за пределами монастыря. И как бы Ракшу ни боялись, очень многие его не любят. — Она замолчала, а потом многозначительно добавила. — Если правильно выбирать слова и людей, которым их говоришь, можно многое сделать без надзора Ракши и его приспешников. Так я и смогла выбраться из Синда.

Я кивнул:

— Если ты говоришь правду, это ценная информация. Вот только… с чего бы мне тебе верить?

Она напряглась, а я продолжил:

— То, что ты когда-то помогла раненому ребёнку по каким-то своим причинам, не делает тебя надёжным источником информации. Это может быть ловушка Канваров. Попытка дезинформировать меня. Подсунуть своего агента.

Она не отвела взгляд:

— Я готова на что угодно, лишь бы доказать правдивость моих слов. Обратной дороги для меня нет. Я всё поставила на карту, свою жизнь, жизни моих близких. Я знаю, что на вас работают ведьмы Сципион. Вы можете позволить им залезть мне в голову. Я не буду сопротивляться.

Она сделала шаг вперёд:

— Раньше у нас не было и грамма надежды. Все понимали, что Ракша способен подавить любое восстание. Даже если весь клан восстанет против него, со всеми магами вне категорий.

— Так и есть, — поддержал её Симон.

Сурья продолжила:

— Ракша один настолько силён, что это невозможно игнорировать. Но и тех, кто верен ему, тоже немало.

— И что же изменилось? — спросил я, потому что она снова замолчала, словно погружаясь в болезненные воспоминания.

— Мир, — просто ответила она, а затем ёё голос наполнился надеждой. — Рихтеры уничтожают Великих Князей одного за другим. Рухнула империя Вийонов. Салазары пали. Штайгеры разгромлены. Эти новости дошли даже до нас. До самых отдалённых монастырей Синда. И мы видели, что Рихтеры не вырезают кланы подчистую. Что вы работаете с теми, кто готов сотрудничать.

Сурья встала от избытка эмоций и начала говорить с большей горячностью:

— Между недовольными в клане Канвар начали ходить разговоры. Мы увидели надежду. Особенно женщины, полностью лишённые прав. Но и многие мужчины тоже. А когда вы вторглись в монастырь Белого Облака… когда освободили Анжи Вийон… я поняла: или сейчас, или никогда.

Симон вмешался:

— Я верю её словам, господин Рихтер.

Он посмотрел на Сурью с уважением:

— Даже когда я был ребёнком, я видел, что далеко не всем нравится происходящее в клане. Просто большинство молчали из страха. Моя мать, Анжи, говорила мне то же самое, как говорит об этом сейчас. Также, как и Чандра, маг, который помог мне сбежать двадцать лет назад.

Я поднял бровь:

— Чандра?

Симон радостно кивнул:

— Оказывается, он всё-таки выжил! Прячется в трущобах Синда уже два десятилетия. И Сурья привезла доказательство, которому я готов поверить.

Он достал из-за пояса сложенный лист бумаги и протянул мне:

— Вот. Это письмо от Чандры. Он вплёл в бумагу свой энергетический след. Своего рода печать. Я запомнил её ещё в детстве, когда он помогал мне сбежать.

Я взял письмо и развернул его. Текст был коротким, написанный аккуратным почерком:

«Симон, если ты читаешь это, значит, Сурья добралась до тебя. Верь ей. Она рискует всем ради свободы. Мы не одни. Нас много. И мы готовы действовать, если Рихтеры дадут нам шанс. Чандра.»

Я коснулся края бумаги, почувствовал слабый энергетический отклик. Печать была настоящей.

— Как ты его нашла? — спросил я Сурью.

— Мы знали о нём, — ответила она. — Подполье помогало ему по возможности, а он помогал нам. Передавал информацию, связывал людей. Именно Чандра устроил меня на корабль контрабандистов. Через них я добралась до Коста-Сирены. А оттуда уже свободно попала в Рихтерберг.

Симон кивнул:

— Господин Рихтер, прошу вас — выслушайте её. Дайте ей шанс.

Я обдумывал услышанное, не торопясь с ответом, но потом всё-таки сказал:

— Ракша — мой враг. Я и так хочу его прикончить. И прикончу, будьте уверены.

Услышав эти слова, Сурья впервые несмело улыбнулась.

А я продолжил уже жёстче:

— Но давайте смотреть правде в глаза. Если вас десяток оптимистов, которых перебьют, едва вы выйдете из тени, то лучше бы вам не высовываться вообще. Мне не нужна помощь кучки смельчаков, которые погибнут в первые же минуты войны. Я не хочу брать на себя ответственность за вашу смерть.

Она не отступила:

— Нас не десяток.

— Тогда сколько? — прямо спросил я. — Какими силами вы реально обладаете, а главное, что позволяет вам думать, что именно ваше участие поможет мне победить?

Глава 7

— Сурья, прости, но у меня действительно срочное дело!

Даршан вскочил с деревянного ящика, служившего ему стулом, не дав Сурье даже начать.

Старый чиновник выглядел взволнованным, редкость для человека, привыкшего за три с лишним столетия жизни сохранять невозмутимость в любых обстоятельствах.

— Только что получил документы из провинции Джханси, — продолжил он, разворачивая свиток. — Катастрофический неурожай. Засуха уничтожила половину посевов. Но закупщики Князя требуют прежних объёмов поставок. Если мы не вмешаемся, там начнётся голод. Целые деревни вымрут зимой.

Сурья поджала губы. Она стояла у стола в центре заброшенного складского помещения, освещённого лишь несколькими масляными лампами. Карта Синда лежала перед ней, исчерченная пометками.

Позади, в углу, на старых коврах виднелись торговые знаки гильдии, прикрытие, позволявшее использовать это место для тайных встреч.

Экстренный сбор. Она созвала всех срочно, отправив гонцов по секретным каналам. Все пришли, и это многое говорило о том, насколько её уважали. Но времени на долгие разговоры не было.

— У тебя есть доступ к спискам закупок? — коротко спросила она.

Даршан кивнул.

— Спиши часть урожая на форс-мажор, — Сурья говорила быстро и сосредоточенно. — Оформи документы. Я дам контакты для подписей, подделки, но хорошие. Закупщики отчитаются о невозможности выполнить план. Через наших людей передай крестьянам, часть урожая спрятать, закопать. Отдать только минимум. Зиму переживут.

Даршан выдохнул с облегчением и сел обратно, доставая собственную бумагу для записей.

Сурья потёрла виски. Очередная проблема, которую должен был решать их Великий Князь, Ракша Канвар, но вместо этого, он лишь всё усложняет.

Уже много лет, главу их клана не интересовало ничего, кроме собственных амбиций и военной мощи клана. А как выживает Синд, и во что его народу, обходятся планы и равнодушие их князя, его не волнует.

— Это важно, — снова заговорила Сурья, оглядывая остальных. — Но есть более срочное. Сегодня ночью.

— Сурья, извини! — Кешав подался вперёд, младший наставник выглядел усталым и крайне расстроенным. — У меня тоже критичная ситуация. В моём монастыре трое учеников на грани. Один уже пытался покончить с собой после последней тренировки. Если я не организую их побег в ближайшие дни, они либо умрут, либо сломаются окончательно.

Его голос дрожал. Кешав был одним из тех, кто ещё не утратил способность сочувствовать. Он видел слишком много смертей учеников, детей, которых калечили во имя «совершенствования боевой магии». И это разъедало его изнутри.

— Кешав, — Сурья смягчила голос, но осталась непреклонной. — Ты организовывал побеги раньше. У тебя есть маршрут, есть укрытия у Чандры. Ты можешь сделать это без меня.

Кешав открыл рот, чтобы возразить, но Сурья уже повернулась к остальным:

— Я не могу заниматься этим сейчас. Потому что произошло то, что может изменить ВСЁ.

— Сурья, подожди! — Молодая женщина в роскошном бирюзовом платье вскочила с места.

Мадхури была одной из самых младших наложниц Ракши, ей едва исполнилось тридцать лет, совсем девчонка по меркам магов. Примерно десять лет назад её «подарили» Великому Князю, и она быстро узнала, что значит быть красивой игрушкой и живым инкубатором для детей князя. Детей, которых она никогда не увидит.

Но выглядела она превосходно. Золотые украшения на её шее и руках резко контрастировали с потёртой одеждой остальных заговорщиков. Она продолжила:

— Я случайно подслушала разговор во дворце. Между Ракшей и советником. Они что-то планируют против клана Пахават. Что-то серьёзное. Если мы не предупредим их…

— ДОВОЛЬНО! — Голос Сурьи прорезал воздух, заставив всех замолчать.

Она редко повышала голос. Все знали, если Сурья кричит, значит, случилось нечто экстраординарное.

Женщина медленно обвела взглядом собравшихся. Даршан со своими документами. Кешав с отчаянием в глазах. Мадхури, всё ещё стоявшая, с испуганным выражением лица. Раджив, капитан торгового флота, молчаливый и загорелый, со шрамом через бровь.

И Чандра. Тот самый послушник, который когда-то помог Анджи вызволить её ребёнка из монастыря.

Он сидел в дальнем углу, почти в тени. Он тоже был ещё совсем молод по меркам мага, всего пятьдесят лет, тридцать из которых он прожил в монастыре.

Но двадцать лет в бегах наложили свой отпечаток на его внешность. В тёмных волосах появились редкие седые волосы, взгляд стал постоянно настороженным, уже не говоря о привычке постоянно оглядываться. А большой шрам на левой руке напоминал о «воспитательной порке» много лет назад, когда он ещё был послушником в монастыре Белого Облака.

Сурья встретилась с ним взглядом. Он едва заметно кивнул.

— Все ваши проблемы важны, — она говорила медленно и отчётливо, но больше не позволяла себя перебить. — Голод важен. Побег детей важен. Планы Ракши важны. Но то, что я должна сказать, важнее всего этого вместе взятого.

Она глубоко вздохнула и продолжила:

— Сегодня на монастырь Белого Облака было совершено нападение.

— Белое Облако⁈ — Кешав побледнел. — Это невозможно…

— Кто посмел? — Даршан уронил свиток.

Сурья подняла руку, требуя тишины.

— Я не знаю всех деталей. Даже при том, что лично присутствовала при этом. Многие погибли, Монастырь в хаосе, все в панике, пытаются разобраться. Но вот что мне известно точно.

Она начала говорить методично, как если бы читала доклад:

— Нападение было мощным и хорошо спланированным. Защитные системы монастыря взломаны. Духи-хранители освобождены из своих привязок. Монстры выпущены из загонов. Хаос по всему комплексу.

— Это… — Даршан покачал головой. — Защита Белого Облака одна из сильнейших. Кто мог…

— Во время хаоса Анжи Вийон сбежала из своего заточения.

Чандра вздрогнул, словно его ударили. Руки, лежавшие на коленях, сжались в кулаки.

— Потом она исчезла окончательно, — продолжила Сурья. — Её больше нет в монастыре. Никто не знает, где она.

— Жива? — Голос Чандры был хриплым, едва слышным.

— Не знаю наверняка, — честно ответила Сурья. — Но если её увезли… возможно.

Она сделала паузу, прежде чем продолжить:

— Множество людей видели в небе мёртвых драконов. Огромных, костяных. Они летали над монастырём и джунглями.

Раджив присвистнул тихо. Моряк знал легенды о драконах, древних существах, давно вымерших. Поднять их из мёртвых…

— Виджай Канвар мёртв, — Продолжала чеканить новости Сурья. — Слухи подтверждены несколькими источниками. Погиб вместе со своим лучшим отрядом в джунглях, когда преследовал Анджи.

Мадхури прикрыла рот рукой. Виджай был одним из старших сыновей Ракши, главой монастыря Белого Облака. Архимаг на грани перехода в ранг «вне категории». Его смерть казалась просто немыслимой!

— И последнее, — Сурья выдержала паузу. — Во время суеты в монастыре я сама издалека видела двоих незнакомцев. Рыжеволосую молодую женщину. Явно не Канвар, не из монастыря. И рядом с ней парня, примерно тридцати лет.

Она замолчала, глядя на карту.

— Что-то в его движениях, осанке, чертах лица показалось мне знакомым. Но я не подошла ближе, это было бы слишком опасно. Потом они исчезли.

Чандра медленно встал. Его лицо было бледным.

— Ты думаешь… — Он не смог договорить.

— Да. Я думаю, что это мог быть тот самый мальчик. Сын Анджи. Иначе, зачем ей бежать?

Чандра нервно сглотнул и задумался. Остальные тоже переваривали информацию.

— Мёртвые драконы, — Раджив был первым, кто произнёс это вслух. — За этим может быть только один человек.

Сурья кивнула.

— Максимиллиан Рихтер.

Все заговорили одновременно:

— Рихтер⁈ Здесь⁈

— В Синде⁈

— Но как…

Сурья снова подняла руку.

— Это только предположение. У меня нет прямых доказательств. Свидетелей битвы почти не осталось, все погибли. Но…

Она начала выстраивать логику, говоря медленно, обдуманно:

— Некромант, способный поднять мёртвых драконов. Рихтеры недавно уничтожили трёх Великих Князей. У них есть сила. Вероятно, у них есть и мотивация действовать против Канваров.

Даршан кивнул.

Чандра же едва стоял на ногах.

— Ты, правда, думаешь, что это был он? Викрам вернулся?

Ради этого мальчика он рискнул всем и потерял всё. По крайней мере, именно так он думал двадцать лет назад.

— Я не уверена, — Сурья говорила честно. — Может быть, это совпадение. Может, я ошиблась. Может, это был кто-то совсем другой.

Она выдержала паузу.

— Но если это правда… если Викрам действительно работает с Рихтерами… если они готовы действовать против Ракши…

— То все звёзды складываются в нашу пользу, — закончил Даршан, понимание отразилось на его лице.

— Но ты сама говоришь — это только предположения, — Мадхури нервно теребила край своего платья. — Что если ты ошибаешься?

Сурья выпрямилась, глядя на молодую наложницу прямо:

— Даже если я ошибаюсь насчёт Викрама, я НЕ ошибаюсь насчёт некроманта. На монастырь напал кто-то невероятно сильный. Мёртвые драконы — это не иллюзия. А Виджай мёртв, это факт. И Анжи исчезла, это тоже факт.

Она обвела взглядом всех собравшихся:

— Рихтеры действуют. Здесь, в Синде. Может быть, они пришли только за Анжи. Может быть, у них другие планы. Но это НАШ шанс.

— Шанс на что? — тихо спросил Кешав.

— Шанс связаться с ними. Предложить союз. Показать, что здесь, в Синде, есть люди, готовые помочь свергнуть Ракшу.

Даршан скептически поднял бровь:

— И как ты планируешь это сделать? Просто пойти к ним и сказать «привет, я из подполья»?

— Поехать в Рихтерберг, — ответила Сурья. — Лично.

Тишина стала оглушительной.

— Это самоубийство, — первым нашёлся Раджив.

— Может быть, — Сурья не стала спорить. — Но сейчас — идеальный момент, пока монастырь тонет в хаосе. Да, Ракша тоже уже здесь. Но он ищет врагов и Анжи, а не таких как я. Пропажу одной женщины никто не заметит день или два. А даже если заметят, то скорее решат, что я просто погибла во время нападения. Этого достаточно, чтобы я ушла далеко.

— Но маршрут? — Мадхури сделала шаг вперёд. — Как ты вообще выберешься из Синда?

Сурья повернулась к Чандре:

— Ты говорил, у тебя есть контакты среди контрабандистов.

Чандра медленно кивнул:

— Есть. Те, кому мы помогали раньше. Они переправят через границу. Но…

— Дальше — морской путь до Коста-Сирены, — Сурья говорила уверенно, будто уже всё просчитала. — Оттуда легко попасть в Рихтерберг. У меня есть деньги. Есть легенда прикрытия.

— Даже если доберёшься, — Кешав покачал головой, — что если Рихтеры не поверят? Убьют как шпионку?

Сурья посмотрела на Чандру:

— Если Викрам жив и действительно сейчас с ним, то он подтвердит мои слова. Особенно, если он получит весточку от человека, который его спас двадцать лет назад.

— Письмо, — понимающе произнёс Чандра. — Я напишу.

— А если это не Викрам? — Даршан задал очевидный вопрос. — Если ты ошибаешься?

— Тогда я просто предложу союз напрямую Рихтеру, — Сурья пожала плечами. — Некромант, способный поднять драконов и атаковать Канваров, — это тот, с кем стоит говорить. Ради нашего дела, ради такого шанса, я готова рискнуть.

Однако, Мадхури ещё сомневалась. Она произнесла тихо, почти шёпотом:

— Но что мы вообще можем им дать? Мы не армия. Мы не можем сражаться с Ракшей в открытом бою.

Сурья выпрямилась:

— Мы можем дать то, что им нужно больше: информацию и саботаж.

Она начала перечислять, раскладывая всё по полочкам:

— Даже только те, кто здесь присутствуют обладают большим влиянием. Даршан. Ты знаешь все маршруты снабжения, все склады, слабые места логистики. Если нужно парализовать снабжение, ты знаешь как.

Старый чиновник кивнул.

— Мадхури. Ты живёшь в главном монастыре вместе с другими наложницами, которые к нам присоединились. Слышишь разговоры. Знаешь, кто из сыновей Ракши недоволен, кто боится, кто мечтает о власти. Это рычаги.

Молодая наложница сжала кулаки, но кивнула.

— Раджив. Морские маршруты, порты, слабые места береговой охраны. Где можно высадить войска незаметно, где лучшие гавани для снабжения.

Моряк усмехнулся:

— Я могу не только рассказать. Могу сделать так, что корабли Канваров внезапно «сломаются». Грузы «потеряются». Морская логистика встанет.

— Кешав. Ты знаешь устройство монастырей. Расположение артефактов, защитные системы, слабые места в обороне.

Наставник кивнул, его лицо было серьёзным.

— И могу вербовать недовольных среди других наставников. Их много. Больше, чем ты думаешь.

— Чандра, — Сурья посмотрела на него. — У тебя сеть укрытий по всему Синду. Ты можешь прятать беглецов, дезертиров, раненых. Организовать подпольные маршруты.

Чандра молча кивнул.

Сурья обвела всех взглядом:

— У нас есть контакты в других вассальных кланах. Многие недовольны, но боятся. Если Рихтеры покажут силу, многие перейдут на их сторону.

Она положила ладони на стол, наклонившись вперёд:

— Мы не можем победить Ракшу в бою. Но можем сделать так, что он останется один. Без союзников. Без снабжения. Без информации. Мы можем сделать так, что весь Синд остановится. Перестанет работать и жить. А тогда даже такого как Ракша можно победить. Особенно, если против него выступит кто-то равный ему по силе. Как Рихтер.

Мадхури всё ещё сомневалась.

— А точно ли Рихтер равный? Мы ничего не слышали о нём до последнего времени.

Раджив хмыкнул.

— Он официально уничтожил двух Великих Князей, и ходят слухи, что Салазар — тоже его рук дело. Так что Сурья точно права в своей оценке.

Наконец Даршан тяжело вздохнул и встал:

— Кажется, пришло время, ради которого мы страдали все эти годы.

— Скажи Рихтерам, — Раджив тоже поднялся, — если они готовы действовать, мы готовы помочь. Любой ценой.

— Передай, — Кешав сжал кулаки, — мы ждали слишком долго. Мы устали ждать.

Мадхури подошла к Сурье, обняла её:

— Вернись живой. Пожалуйста.

А через полтора часа, Сурья уже отплывала из Синда на одном из кораблей контрабандистов.

Следующие минуты после моего вопроса, Сурья детально рассказывала мне о подполье. О том, чем они занимаются, пока Ракша сосредоточен лишь на боевой силе клана.

Странное дело, я не помнил, чтобы он когда-то был настолько этим одержим. Хорошо притворялся или эта сверхидея появилась у него уже за последнюю тысячу лет?

Гостья тем временем продолжала рассказывать:

— Если говорить о количестве, то нас несколько десятков только в центральном ядре организации, — ответила она без колебаний. — Те, кто знают друг друга, координируют действия. Также есть сотни информаторов и союзников на периферии, люди, которые помогают, но не знают полной картины.

— Кто конкретно? — уточнил я. — Не имена. Позиции.

— Писари в административных управлениях. Домоправители в монастырях и дворцах. Даже некоторые наставники боевой магии. Капитаны торговых кораблей. Наложницы при дворе Ракши. Представители вассальных кланов, которые управляют логистикой, снабжением, морской торговлей.

Она говорила спокойно и уверенно, словно вступила в свою стихию:

— Мы везде. Мы те, кто отвечает за всю бытовую часть жизни клана. Для князя и его ближайших соратников, мы лишь обслуга. Инструменты. Они не видят в нас угрозы.

Я кивнул. Логично. Высокомерие Великих Князей всегда было их слабостью.

— Ты упомянула, что вы можете проникнуть куда угодно. Насколько буквально это «куда угодно»?

Сурья встретила мой взгляд:

— Абсолютно. У нас есть люди, которые убирают личные покои Ракши. Которые управляют его складами. Которые охраняют монастыри. Которые имеют доступ к хранилищам артефактов.

— Доступ к личным покоям Ракши? — уточнил я. — К его хранилищам?

— Да.

Интересно. Очень интересно.

— Что произойдёт, если кто-то из вас попадётся? — Я перешёл к рискам. — Ракша узнает о всей сети?

— Мы построены по принципу ячеек, — Сурья пояснила. — Каждый знает только своё звено. Если кто-то провалится, он сможет выдать максимум несколько человек. Не всю структуру.

— А кто знает всю картину?

— Я, Чандра и ещё несколько человек. Но мы сковали себя особым ритуалом. Любой из нас сразу же умрёт, если окажется под физическими или ментальными пытками.

Я кивнул. Разумная предосторожность.

— И чего вы ждёте от союза с нами? — Я задал последний ключевой вопрос.

— Чтобы Ракша пал, — просто ответила Сурья. — Чтобы Синд изменился. Мы не просим власти. Не просим территорий. Просто… перемен.

Я откинулся на спинку стула, обдумывая услышанное.

Сурья не врала, это было видно. Информация звучала правдоподобно. Письмо от Чандры, которое она привезла, добавляло доверия. Симон подтвердил подлинность энергетической подписи ещё до нашего разговора.

Но доверять полностью? Рано.

Однако, если даже половина того, что она говорит, правда…

То передо мной открывались новые перспективы. Крайне соблазнительные. Такие, что могут подарить мне лёгкую победу над одним из самых серьёзных моих врагов.

— Хорошо, — сказал я наконец. — Я выслушал твоё предложение, Сурья. И теперь прошу тебя быть нашей гостьей. Симон покажет, как у нас тут всё устроено. Ты в безопасности. Тебя никто не тронет. Но пока я не готов дать тебе окончательный ответ.

Сурья кивнула.

— Конечно. Я понимаю, вам нужно время, чтобы всё обдумать и… проверить. Я буду ждать столько, сколько потребуется.

Я перевёл взгляд на Симона, он понял всё без слов.

— Учитель, я помогу ей обустроиться.

Мы попрощались, и они вышли из кабинета. Я проводил их взглядом, потом закрыл дверь.

Но мои мысли теперь вертились лишь вокруг одной мысли.

Доступ куда угодно.

Эти слова Сурьи застряли в голове, как заноза.

Быстрым шагом я подошёл к одному из стеллажей, снял защитный барьер и достал с полки одну из телепортационных пирамидок.

Даже в лучшие времена в клане их было немногим больше двадцати. А сейчас нашёл лишь восемь.

Но теперь я знал секрет их создания и почти восстановил технологию.

Я был уверен, что скоро смогу делать новые. Может быть даже улучшенные версии тех, что у меня есть.

И сейчас самое время сосредоточиться на этой задаче.

Слова Сурьи эхом отдавались в голове.

«Мы можем проникнуть куда угодно.»

Глава 8

Вечер застал меня в кабинете за очередной попыткой систематизировать всё то, что я узнал за последнее время.

Клан рос с невероятной скоростью, враги затаились в ожидании, а на горизонте маячила война с Ракшей Канваром.

Я откинулся на спинку кресла и потянулся к одной из телепортационных пирамидок, лежавших на краю стола. Маленький чёрный артефакт размером с кулак приятно холодил ладонь.

За последние дни я провёл с этими вещами немало времени, изучая, пытаясь понять их суть. Корона патриарха помогла мне увидеть структуру артефактов изнутри, но полное понимание всё ещё ускользало. Словно я видел отдельные части сложнейшей картины, но не мог сложить их воедино.

Слова Сурьи эхом отдавались в голове.

«Мы можем проникнуть куда угодно».

Женщина из подполья Синда предложила союз, обещала доступ в самые защищённые места владений Канваров. В покои самого Ракши, если понадобится.

Соблазнительное предложение. Опасное. И совершенно бесполезное, если я не найду способ этим воспользоваться.

Я вертел пирамидку в пальцах, стараясь лучше почувствовать её структуру. Я уже понял многое, но артефакт ещё не открыл мне всех своих секретов.

Было ощущение, словно от меня что-то постоянно ускользает. Какая-то решающая деталь.

Как вдруг, артефакт откликнулся. Я, наконец-то, что-то нащупал. Словно между мной и пирамидкой возникла новая, более глубокая связь.

Теперь главное не потерять её. Я сосредоточился ещё сильнее.

Это была такая глубокая медитация, что я словно полностью отключился от внешнего мира.

Структура артефакта проявилась в моём сознании с невиданной до этого чёткостью. Руны, сплетённые в сложнейшие узоры. Потоки энергии, текущие по заданным каналам. Магические якоря, привязанные к конкретным точкам пространства.

Но главное, я увидел суть. То, что скрывалось за техническими деталями.

Пирамидка не просто усиливала теневой шаг. Она служила маяком. Точкой выхода из теневого пространства.

А теневое пространство…

Воспоминание вспыхнуло в памяти с кристальной ясностью. Портал в умерший мир. Путешествие между мирами, которое совершили Патриархи тысячу лет назад. Огромные межмировые врата, через которые целый клан перешёл из одной реальности в другую.

Тени.

Теневой шаг.

Межмировые порталы.

Всё это — одно и то же. Разные проявления единой портальной магии Рихтеров.

Когда я использовал теневой шаг, я не просто мгновенно перемещался из точки А в точку Б. Я входил в особое пространство, некий коридор между тенями, а затем выходил из него в другом месте. Но делал это так быстро, что даже не осознавал процесс.

Ограничение было простым: я должен был видеть точку выхода. Иначе мог заблудиться в тенях и не найти дорогу обратно.

Пирамидка решала эту проблему. Она служила ярким маяком в теневом пространстве, позволяя мне безопасно выйти на огромном расстоянии, даже если я никогда не был в той точке.

Логическая цепочка выстроилась сама собой.

Межмировые порталы Патриархов были гигантскими версиями этой же магии.

Пирамидки — уменьшенная, портативная версия.

А что если…

Что если существовали промежуточные варианты? Большие пирамиды. Усилители. Ретрансляторы всей сети.

И теперь я понимал, что на правильном пути. Пирамидка в моей руке словно отправляла запрос куда-то в пространство, находила этот ретранслятор, но по какой-то причине получала от него отказ.

Но главное, я чувствовал, что он существует.

И тут меня озарило.

Пирамида Регины!

Огромное древнее сооружение в пустыне, в котором когда-то жили звероголовые, а потом поселилась Великая Княгиня Сципион. Но что, если вовсе не народ Кемети её построил?

Всё сходилось. Форма. Расположение в пустыне, вдали от посторонних глаз. Сама архитектура, которая теперь, после посещения мира патриархов, казалась мне подозрительно знакомой.

Если я прав, то у меня в руках не просто древние артефакты для быстрого перемещения.

Это нечто гораздо большее.

И я тут же вызвал своих главных консультантов по артефакторике.

Регина явилась первой, что было не слишком удивительно. Ревенанты не нуждались во сне, а работала бывшая Великая Княгиня практически круглосуточно.

Отчасти потому что у неё не было выбора, отчасти потому что даже смерть не смогла убить в ней одержимость артефакторикой.

Она вошла в кабинет, как всегда, с недовольным видом.

— Надеюсь, это действительно срочно, — произнесла она вместо приветствия. — Я была на середине очень деликатной операции с кристаллической матрицей.

— Достаточно срочно, — ответил я, жестом указывая на кресло напротив. — Присаживайся. У меня к тебе вопрос.

Регина опустилась в кресло с той изысканной грацией, что была присуща ей при жизни. Смерть и превращение в ревенанта не убили её манеры. Правда, теперь она ещё больше походила на идеальную куклу. Никаких лишних движений, мелких несовершенств и полное отсутствие дыхания, которое она не считала нужным симулировать без дополнительного приказа.

— Слушаю, — произнесла она, плавно положив руки на подлокотники кресла.

— Знаешь ли ты, кто построил пирамиду, в которой ты жила?

Регина на мгновение застыла, потом нахмурилась:

— Какой странный вопрос. Звероголовые, естественно. Кемети жили там задолго до того, как я пришла в пустыню.

— Уверена?

Её глаза сузились. Регина не любила, когда ставили под сомнение её знания.

— Разумеется, уверена. Звероголовые жили в тех землях веками. Я тщательно изучила их историю, прежде чем… — она запнулась на долю секунды, — прежде чем установить с ними сотрудничество.

Какое деликатное определение для порабощения целого народа.

— Хорошо, — я откинулся на спинку кресла. — Тогда другой вопрос. А при тебе они что-то подобное строили?

На этот раз пауза затянулась дольше. Регина смотрела на меня, и я видел, как в её мёртвых глазах загораются искорки понимания.

— Нет, — медленно произнесла она. — Они вообще жили в подземных городах, а не в пирамидах. Когда я пришла, они уже обитали в той самой пирамиде. Я просто… приняла как данность, что они её построили раньше.

Она выпрямилась в кресле, напряжение было видно в каждой линии её тела.

— Только не говори, — её голос стал ниже, опаснее, — что и здесь Рихтеры постарались.

Я усмехнулся:

— Кто знает…

— Макс, — Регина подалась вперёд, и в её голосе впервые за долгое время прозвучали настоящие эмоции, досада, раздражение, профессиональная обида. — Если ты хочешь сказать мне, что я столетиями сидела в артефакте Рихтеров и даже не догадывалась…

Она не договорила, потому что дверь кабинета открылась, впуская Октавию и деда Карла.

Ведьмочка выглядела бодрой и любопытной, несмотря на поздний час. Волосы слегка растрепаны, словно она только что сорвалась с какого-то эксперимента. Зная Октавию, так оно и было.

Дед, напротив, был невозмутим, как всегда. Лич не нуждался во сне, эмоции ему были недоступны, но лёгкая заинтригованность читалась в том, как он окинул взглядом собравшихся.

— Полагаю, это не просто семейные посиделки, — произнёс он, направляясь к свободному креслу.

— Вряд ли, — Октавия устроилась рядом, её глаза блестели от любопытства. — Макс, ты нашёл что-то про пирамидки?

Проницательная, как всегда.

— Можно сказать и так, — я взял артефакт со стола и поднял его, чтобы все видели. — Я понял, что они из себя представляют. И как работают.

Регина выпрямилась ещё больше, если это вообще было возможно.

— Объясняй, — поторопила она.

Я не стал тянуть…

— Теневой шаг — это не отдельная способность некромантов Рихтеров. Это портальная магия. Упрощённая, интуитивная версия тех самых межмировых порталов, что использовали Патриархи тысячу лет назад.

Дед наклонил голову набок, изучающе. Октавия ахнула, Регина замерла.

Я продолжил объяснять то, что только что понял сам, а когда закончил, Регина сразу же заговорила. Заинтригованная нашим разговором в начале, она явно не могла дождаться, когда я перейду к главному блюду.

— Но ты не стал бы собирать нас всех просто чтобы объяснить принцип работы артефактов.

Я улыбнулся:

— Верно. Потому что малые пирамидки — это только часть системы. Они работают лучше всего, когда есть центральный узел. Большой усилитель, который координирует всю сеть.

— Большая пирамида, — выдохнула Октавия.

— Та самая пирамида, в которой ты жила, Регина, — я посмотрел на ревенанта. — Я думаю, её построили Рихтеры. Задолго до звероголовых.

Тишина повисла в воздухе.

Потом Регина резко встала, её мёртвое лицо исказилось от эмоций, которые она всё ещё умудрялась испытывать.

— Нет. Я знала, что ты это сейчас скажешь. Но нет! Нет! И ещё раз нет! Ты. Не. Можешь. Быть. Серьёзен.

Она словно закипала с каждым словом.

— Я искала секрет этих пирамидок СОТНИ лет! СОТНИ! — теперь она практически кричала. — Я разобрала и уничтожила больше десятка артефактов, пытаясь понять, как они работают! Я потратила десятилетия на эксперименты!

Она схватилась за спинку кресла, будто ей нужна была опора.

— А оказывается, я БУКВАЛЬНО НА НЁМ СИДЕЛА⁈ Ответ был прямо подо мной? Всё это время⁈

Октавия явно пыталась не рассмеяться. Дед наблюдал за вспышкой ярости у Регины с тем невозмутимым видом, что был у него всегда, но он явно был доволен зрелищем.

— Если тебя это утешит, — заметил я, — пока у меня нет доказательств. Это предположение ещё стоит проверить.

— Это меня не утешает! — рявкнула Регина. — Нисколько! Зная твою чёртову удачу, так всё и будет!

Она опустилась обратно в кресло, явно пытаясь взять себя в руки. Её профессиональная гордость получила серьёзный удар, и даже превращение в ревенанта не убило в ней способность остро это переживать.

— Ладно, — наконец произнесла она более спокойным тоном. — Предположим, ты прав. Предположим, пирамида действительно была построена Рихтерами как часть этой… сети. Что дальше?

— Дальше мы летим туда и проверяем мою теорию, — я поднялся из-за стола.

— Немедленно! — Октавия вскочила на ноги, её энтузиазм был заразителен. — Представляешь, если это сработает? Хочу скорее узнать, какие перспективы мы откроем! Может быть, даже я смогу воспользоваться пирамидкой… — мечтательно добавила она.

— Тогда собираемся, — я направился к двери. — Вылетаем через полчаса. Регина, возьми с собой инструменты для диагностики энергетических потоков. Октавия, захвати пару записывающих артефактов. Дед, ты просто будь собой.

— Всегда, — сухо ответил лич.

Полчаса спустя мы уже поднимались в воздух.

Агни расправил свои огромные крылья, и мы с Октавией устроились у него на спине.

Рядом летели дед Карл и Регина на сэре Костиусе.

Закат окрашивал небо в оттенки красного и золотого. И вот уже скоро под нами расстилалась пустыня, бесконечные барханы, изредка прерываемые оазисами.

— Знаешь, — донёсся голос деда, летевшего рядом, — я тут подумал. Если твоя теория верна, то пирамида должна обладать колоссальным энергетическим резервом.

— Логично, — ответила Регина, не отрывая взгляда от горизонта. — Для поддержания большой такой магии точно требуются огромные ресурсы.

— Вопрос в том, где она эту энергию берёт, — продолжил дед. — И насколько стабильна система после тысячи лет простоя.

— Ты предполагаешь, что мы можем взорвать пирамиду, просто попытавшись её активировать? — в голосе Регины послышалась издёвка. — Спасибо за оптимизм, старик.

— Я предлагаю быть осторожными, — невозмутимо ответил лич. — В отличие от некоторых, я не разрушаю ценные артефакты просто потому, что не могу понять, как они работают.

Октавия фыркнула, пытаясь сдержать смех. Я тоже еле удержался от улыбки.

Регина повернула голову к деду, её глаза сверкнули:

— В твоё время, старик, даже базовые принципы артефакторики понимали превратно. Вы делали всё методом проб и ошибок, как первобытные дикари.

— Зато мы не разрушали половину древних артефактов, пытаясь зарядить их скверной, — парировал дед.

— Это был научный эксперимент!

— Это была некомпетентность.

— Ты вообще понимаешь, насколько сложна структура этих пирамидок⁈

— Достаточно, чтобы не пытаться пихать в них энергию, для которой они не предназначены.

Они продолжали препираться, обмениваясь всё более изощрёнными колкостями. Дед критиковал методологию Регины. Регина высмеивала устаревшие знания лича. Оба звучали совершенно серьёзно, но их тон выдавал нечто иное.

Они… наслаждались этим.

Октавия наклонилась ко мне, её губы почти касались моего уха:

— По-моему, дедуля и старая ведьма прекрасно ладят, — прошептала она, изрядно веселясь при этом.

Я усмехнулся:

— Только не говори им об этом. У обоих самооценка пострадает.

— Ни за что, — она прижалась ко мне сильнее. — Не хочу лишиться удовольствия за этим наблюдать.

Спор продолжался почти весь остаток полёта. К тому моменту, как на горизонте показались очертания пирамиды, дед и Регина уже перешли к обсуждению тонкостей теоретической некромантии третьего тысячелетия до нашей эры.

Любой, кто слышал их диалог, решил бы, что они смертельные враги.

Любой, кто видел их лица, понял бы, что они ведут возможно самую увлекательную беседу в своей жизни.

Мы приземлились на песок неподалёку от пирамиды как раз в тот момент, когда солнце касалось горизонта.

Древнее сооружение возвышалось перед нами, величественное и загадочное. Темный камень, из которого оно было сложено, почти не отражал последние лучи заката. Идеальная геометрия граней. Руны, едва различимые на поверхности.

Но не это заставило меня остановиться.

Рядом с древней пирамидой, словно насмешка над здравым смыслом, располагался… современный офисный комплекс.

Стеклянные здания с зеркальными окнами. Кондиционеры на стенах. Асфальтированная парковка, на которой стояло несколько автомобилей. Даже указатели с надписями вроде «Администрация», «Производственный корпус», «Столовая».

Звероголовые в деловых костюмах сновали между зданиями с папками и чашками кофе.

Я стоял и пытался осмыслить увиденное.

— Что это такое? — медленно произнёс я.

Октавия рассмеялась:

— Наверняка девушки Сципион постарались. Мы же дали им команду работать над проектом энергетических станций. А ведьмы всегда ценят свой комфорт. Вот и расположились с размахом.

Дед обошёл меня и направился к зданиям, разглядывая их с явным интересом:

— Практично. Рабочие помещения с климат-контролем, организованное пространство, современная инфраструктура. Эффективность производства должна была значительно вырасти.

— Хм, — Регина презрительно фыркнула, но даже она не смогла скрыть лёгкого любопытства, изучая офисный комплекс.

Шакалоголовый в сером костюме прошёл мимо нас, что-то быстро записывая в блокноте. Заметив наше присутствие, он остановился, вежливо кивнул и поспешил дальше.

У здания с надписью «Производственный корпус №2» другой звероголовый с головой кошки курил возле автомата с кофе, обсуждая что-то со своим коллегой с головой ибиса.

Это было сюрреалистично.

— Надо же, — хмыкнул я. — Они даже автоматы с кофе поставили.

— И правильно сделали, — заметила Октавия. — Кофеин повышает производительность.

Прежде чем я успел что-то ответить, из ближайшего здания выбежала небольшая группа ведьм.

Валерия, Флавия, Корнелия и Лавиния. Четыре представительницы клана Сципион, которых я нанял для продвижения проекта чистой энергии. Увидев нас, они явно запаниковали.

— Начальство приехало! — воскликнула Корнелия, и её голос был полон плохо скрытой паники.

Валерия сразу же начала нервно теребить свои белоснежные перчатки:

— Мы не ожидали… то есть, мы не были предупреждены… я имею в виду, конечно, мы всегда рады…

— Быстро! — Лавиния, самая старшая и опытная из четвёрки, попыталась взять ситуацию под контроль. — Конференц-зал! Нужна презентация!

— У нас есть слайды! — добавила Корнелия. — И графики!

Флавия, обычно невозмутимая, тоже выглядела взволнованной:

— Мы не полностью готовы к отчёту, но можем быстро…

— Девушки, — попытался я вклиниться, — мы здесь не для…

Но меня уже не слушали.

Механизм корпоративного протокола был запущен, и остановить его было невозможно. Ведьмы окружили нас и практически потащили в сторону офисного комплекса, продолжая что-то быстро обсуждать между собой о презентациях, отчётах и квартальных показателях.

Октавия давилась от смеха. Дед наблюдал за происходящим с тем же невозмутимым любопытством, что и всегда. Регина выглядела так, словно всерьёз рассматривала вариант убийства всех присутствующих ведьм.

Меня же быстро волокли к зданию с табличкой «Административный корпус».

Конференц-зал оказался на удивление современным и хорошо оборудованным.

Длинный стол из полированного дерева. Удобные кресла с кожаной обивкой. Проектор на потолке. Экран на дальней стене. Даже кофе-машина в углу, которая тихо пыхтела, готовя очередную порцию напитка.

Несколько звероголовых в галстуках уже сидели вдоль стены с блокнотами, готовые делать записи.

Анпу, шакалоголовый лидер Кемети, стоял во главе стола в безупречном деловом костюме. Увидев нас, он церемонно поклонился:

— Господин Рихтер, мы подготовили квартальный отчёт о достижениях проекта.

Я открыл рот, чтобы объяснить, что нам не нужен отчёт, но Лавиния уже включала проектор.

На экране появился первый слайд.

«ДОСТИЖЕНИЯ ПРОЕКТА ЧИСТОЙ ЭНЕРГИИ»

«Квартальный отчёт №3»

Ниже красовался логотип, который, судя по всему, ведьмы разработали специально для проекта. Стилизованная пирамида с исходящими от неё лучами света.

— Как вы можете видеть, — Лавиния перешла ко второму слайду, на котором был изображён график с растущими столбцами, — производство компонентов для энергетических станций выросло на тридцать семь процентов по сравнению с предыдущим кварталом.

Валерия начала раздавать распечатанные таблицы. Я машинально взял одну, уставившись на колонки цифр.

— Особенно впечатляющий рост мы наблюдаем в сегменте кристаллических резонаторов, — продолжала Лавиния, указывая на очередной график.

Корнелия включила следующий слайд на котором отображались фотографии готовых энергетических станций в различных городах.

— Мы также получили чрезвычайно положительные отзывы от клиентов, — добавила Флавия, её холодный тон стал чуть более воодушевленным. — Процент удовлетворённости составляет девяносто два процента.

Я обменялся взглядами с Октавией. Она еле сдерживала смех, прикрывая рот рукой. Её плечи подрагивали.

Дед откровенно скучал. Он сидел, откинувшись на спинку кресла, и смотрел в потолок словно говорил: «разбудите меня, когда это закончится».

Регина демонстративно зевнула.

Мёртвым не нужен воздух, так что зевок был чисто театральным жестом. Но он прекрасно передавал её отношение к происходящему.

— А теперь позвольте показать вам видео-отзывы клиентов, — Лавиния собиралась запустить очередную презентацию.

— Очень впечатляюще, — попытался я прервать это безумие, — но, видите ли…

— О! — Корнелия вскочила. — Мы ещё не показали новую линейку продуктов!

Она помчалась к столу в углу, где стояли образцы различных артефактов.

— У нас есть портативные версии зарядных станций! — она начала доставать один артефакт за другим. — И компактные резонаторы для домашнего использования!

Флавия начала раздавать брошюры с техническими характеристиками.

Это превращалось в настоящий кошмар.

Октавия уже не пыталась сдерживаться. Она тихо хихикала, уткнувшись мне в плечо.

— Макс, — прошипела Регина, и в её голосе звучала плохо скрытая угроза, — скажи им что-нибудь. Или я сама скажу.

Я строго на неё посмотрел.

Регина закатила глаза, но поняла намёк. Развернулась к ведьмам, и на её мёртвом лице появилось выражение, которое должно было изображать радость.

— Ооо, девочки мои! — она начала настолько приторным голосом, что у меня заболели зубы. — Какая ЧУДЕСНАЯ работа!

Она театрально развела руками:

— Просто ВОСХИТИТЕЛЬНО! Вы мои ЛАПОЧКИ!

Регина подошла к столу, взяла одну из брошюр и прижала к груди:

— Какой ИЗЫСКАННЫЙ дизайн! Такое внимание к деталям!

— Переигрываешь, — тихо заметил я.

— Ты хотел, чтобы я их похвалила, — прошипела она в ответ, не переставая улыбаться.

Но продолжила вслух:

— Вы НАСТОЯЩИЕ профессионалы! Я так горжусь вами!

Эффект был мгновенным и драматичным.

Валерия побледнела и схватилась за край стола, словно ей нужна была опора, а её губы беззвучно шевелились…

Флавия, которая всю презентацию держалась с холодным достоинством, потеряла дар речи. Она просто стояла, уставившись на Регину широко распахнутыми глазами и хлопала длинными ресницами как механический пупс.

Хлоп. Хлоп.

Корнелия и Лавиния переглянулись, и в их взглядах читался один вопрос: «Это реально происходит?»

Регина их ПОХВАЛИЛА.

Великая Княгиня Сципион, легенда и кошмар их клана, женщина, которая веками держала всех в страхе одним своим существованием, только что назвала их лапочками.

Они всё ещё не знали, что Регина мертва. Что она — ревенант, полностью подчинённый мне. Для них она оставалась живой Великой Княгиней, чьё слово было законом, а похвала невероятной редкостью.

Валерия выглядела так, словно была готова упасть в обморок прямо здесь.

— Я… мы… то есть… спасибо, госпожа, — пролепетала она.

Я воспользовался моментом:

— Спасибо за отличный отчёт, — произнёс я твёрдо, вставая. — Вы проделали выдающуюся работу. Продолжайте в том же духе.

Я направился к выходу, не давая им опомниться.

— Отправьте детальный отчёт по почте! — добавила Октавия, следуя за мной.

Дед уже был у двери.

Регина напоследок помахала ведьмам рукой, с видом настолько неестественно радостным и одновременно ехидным, что я едва не рассмеялся.

Мы выбрались из конференц-зала, оставив за спиной четырёх ошарашенных ведьм.

Как только дверь закрылась, Октавия расхохоталась:

— Ты видел их лица⁈

— Лапочки, — пробормотал дед с лёгкой усмешкой. — Изысканно.

Регина фыркнула:

— Вы просили меня быть убедительной.

— Я просил тебя их похвалить, — ответил я. — Но даже из такой простой задачи ты умудрилась устроить шоу.

— Детали, — она отмахнулась.

Мы быстрым шагом направились к выходу из административного корпуса, пока ведьмы не опомнились и, вдохновлённые похвалой, не решили устроить вторую презентацию.

У входа в древнюю пирамиду нас снова встретил Анпу.

Он уже снял деловой костюм, вернувшись к своей обычной традиционной тунике. Шакалоголовый выглядел извиняющимся:

— Прошу прощения за… излишний энтузиазм наших партнёров, — он кивнул в сторону офисного комплекса. — Они очень стараются оправдать ваше доверие.

— Вижу, — с улыбкой ответил я. — Даже слишком

Анпу слегка оскалился, явно изображая ответную улыбку.

— Зато работа идёт отлично. Производство растёт, отзывы положительные…

— Анпу, — я прервал его, прежде чем он тоже решил устроить презентацию. — У меня к тебе вопрос.

Звероголовый выпрямился, внимание:

— Слушаю, господин Рихтер.

— Вы построили эту пирамиду?

Вопрос, видимо, застал его врасплох. Анпу моргнул, наклонил голову набок:

— Пирамиду? Нет, мы её нашли.

Точно так же, как я и думал.

— Расскажи подробнее.

Анпу кивнул:

— Много веков назад мой народ был вынужден покинуть один из наших подземных городов. Они искали новое место для жизни и наткнулись на эту пирамиду.

Он обернулся, глядя на древнее сооружение:

— Она была пуста. Заброшена. Судя по всему, простояла так очень долго. Мы не нашли никаких записей о том, кто её построил или когда. Но она прекрасно подходила для наших нужд, так что мы обосновались здесь.

— И никаких намёков на строителей? — уточнила Октавия.

— Никаких, — Анпу покачал головой. — Мы, конечно, интересовались. Изучали руны на стенах, пытались понять предназначение некоторых помещений. Но большая часть знаний была утрачена. И мы просто приспособили пирамиду под свои нужды.

Дед задумчиво кивнул:

— Что означает, что она действительно древняя. Старше даже памяти Кемети.

— Спасибо, Анпу, — я положил руку на плечо звероголового. — Ты очень помог.

Он церемонно поклонился:

— Всегда рад служить, господин Рихтер. Если вам что-то понадобится…

— Мы справимся сами, — заверил я его. — Можешь идти.

Анпу ещё раз поклонился и удалился, оставив нас вчетвером у входа в пирамиду.

Я повернулся к своей команде:

— Итак, теория пока подтверждается. Пирамида не была построена звероголовыми. Она существовала задолго до них.

— Что делает вероятность её связи с Рихтерами ещё выше, — добавил дед.

Регина упёрла руки в боки:

— Хорошо. Но где именно мы будем искать этот центральный узел? Я жила здесь веками, Макс. Изучала каждый коридор, каждое помещение. Если бы там было что-то настолько значительное…

Она не договорила, но смысл был ясен.

— Ты искала не то, — ответил я. — И не теми методами.

Я достал из кармана одну из телепортационных пирамидок. Артефакт слабо пульсировал в моей ладони, откликаясь на близость большой пирамиды.

Я закрыл глаза и сосредоточился.

Новое понимание магии Рихтеров, полученное через корону патриарха, направляло мои мысли. Я чувствовал пирамидку в руке. Чувствовал большую пирамиду вокруг. И связь между ними.

Тонкая, почти неуловимая, но реальная.

Я открыл глаза и повернулся к входу:

— Идём. Я знаю, куда нам нужно.

Коридоры пирамиды встретили нас привычной прохладой и полумраком.

Стены из тёмного камня поглощали свет магических огней, что звероголовые развесили для освещения. Наши шаги эхом отдавались в тишине.

Я вёл группу, следуя внутреннему ощущению. Пирамидка в моей руке становилась всё теплее, её пульсация усиливалась.

Мы миновали мастерские, где Кемети создавали компоненты для энергетических станций. Прошли жилые секции, где звероголовые обустроили свои комнаты. Спустились ниже, туда, где коридоры становились древнее, а руны на стенах — старше.

И наконец вышли к знакомому залу.

Сферическая комната с высокими сводами. Место, где произошла финальная битва с Региной.

— Здесь, — произнёс я, входя в центр зала.

— В этом зале? — Октавия огляделась. — Но мы исследовали его в прошлый раз. Ничего необычного не нашли.

— Потому что искали не то, — повторил я.

Опустился на колени в самом центре зала. Положил пирамидку на пол перед собой и направил в неё энергию.

Артефакт откликнулся, и я почти сразу увидел энергетическую сеть, о которой раньше никто даже не подозревал.

Магические узлы, сплетённые в невероятно сложную систему. Каналы, по которым когда-то текла сила.

Всё это было здесь. Прямо подо мной.

— Ну надо же, — удивился дед, опускаясь рядом. — Ты прав. Здесь целая сеть.

Только некромант мог это увидеть. И то не сразу. Нужно было знать, что искать. Владеть ключом. Таким как маленькая пирамидка.

Именно поэтому в прошлый раз мы ничего не почувствовали. У нас не было отмычки.

— Регина, — позвал я. — Ты говорила, что пирамида накапливает энергию?

— Да, — она подошла ближе. — Я чувствовала это всегда. Огромный резервуар магической силы где-то в глубине структуры. Думала, что это просто свойство пирамиды как магического сооружения.

Я посмотрел на деда:

— Ты видишь то же, что и я?

Лич кивнул.

— Теперь вижу. Энергетический узел. Сложнейшая конструкция. Магические каналы, ведущие во все стороны. Это впечатляет.

— И я вижу! — Глаза Октавии расширились от удивления, — никогда не встречала ничего подобного.

Одна Регина выглядела одновременно растерянной и раздражённой.

Ей явно очень хотелось тоже понять, о чём мы говорим.

— Ядро системы, — пояснил я. — Центральный узел, который должен координировать всю сеть телепортации. Здесь накапливается энергия. Огромное её количество.

— Но не используется, — добавил дед. — Потоки перекрыты.

Я кивнул, изучая структуру глубже:

— Запечатаны. Причём очень искусно. Печати настолько тонко вплетены в общую конструкцию, что их невозможно заметить, если не знаешь, что искать.

— Печати? — Регина дёрнулась как от удара. — Какие печати? Я изучала эту пирамиду МНОГО раз!

Она снова почти кричала не в силах справиться с эмоциями. Для неё это было настоящим унижением, ведь она считала себя лучшим артефактором мира.

— Я потратила СОТНИ ЛЕТ на исследования! Магические сканеры, энергетические датчики, прямой контакт с камнем! Если бы здесь были печати, я бы…

— Ты не могла их заметить, — Октавия положила руку на плечо ревенанта, похоже, как профессионал, она ей даже посочувствовала. — Это магия Рихтеров, Регина. Настроенная на некромантов. Созданная так, чтобы быть невидимой для всех остальных.

Регина стояла неподвижно, её мёртвое лицо не выражало эмоций, но я чувствовал бурю внутри.

— У тебя не было ни единого шанса, — добавил я. — Даже если бы ты провела здесь ещё тысячу лет исследований.

Это, похоже, утешило её ещё меньше.

Дед между тем продолжал изучать печати:

— Тройной уровень защиты. Внешний слой маскирует само существование печатей. Средний блокирует энергетические потоки. Внутренний… — он замолчал, всматриваясь глубже. — Интересно. Внутренний слой не блокирует. Он перенаправляет.

— Перенаправляет? — переспросил я.

— Энергия не просто заперта. Она течёт, но по другим каналам. Поддерживает структуру пирамиды, питает защитные системы, которые Регина установила. Удивительно, что она всё равно сумела воспользоваться пирамидой, даже не понимая, что это такое.

Регина посмотрела на деда почти с благодарностью. Её профессиональная гордость явно теперь нуждалась в подкреплении.

— Можем мы эти печати снять? — спросила Октавия.

Я обменялся взглядом с дедом.

— Сложно, — ответил лич. — Но возможно.

— Нужно действовать одновременно, — я изучал структуру печатей, выстраивая в голове последовательность действий. — В трёх ключевых точках. Если делать это последовательно, печати сработают как ловушка.

— А если одновременно? — уточнил дед.

— Тогда они просто… развалятся.

Дед усмехнулся:

— Элегантно. Я возьму два узла. Ты третий?

— Да. Справишься?

— Надеюсь, ты не серьёзно, — почти оскорбился лич в ответ.

Я усмехнулся. Всё-таки они с Региной и впрямь были чем-то похожи.

Октавия и Редж отступили на безопасное расстояние к стенам зала. Они не могли нам помочь, только наблюдать.

Я занял позицию в центре, над основным узлом. Дед переместился к двум боковым точкам, которые были видны только нашему магическому зрению.

— Готов? — спросил я.

— Давай.

— На три. Раз…

Я сосредоточился на печатях, чувствуя их структуру. Сложнейшее переплетение магии, созданное тысячу лет назад.

— Два…

Начал собирать энергию, готовясь к точному удару. Нужно было распутать печати, не повредив основную конструкцию. Как хирургическая операция.

— Три!

Мы с дедом синхронно влили энергию в ключевые точки.

Печати вспыхнули, стали видимыми на долю секунды. А потом начали разрушаться.

Это было похоже на то, как рассыпается паутина. Нить за нитью. Узел за узлом.

Я чувствовал сопротивление. Печати не хотели сдаваться. Они были созданы, чтобы выдерживать попытки взлома, противостоять грубой силе.

Но мы не ломали их. Мы их распутывали.

Знание Патриархов, полученное через корону, направляло мои действия. Дед использовал свой многовековой опыт и интуицию.

Пот выступил на моём лбу. Дело требовало невероятной концентрации.

Рядом даже дед напрягся, редкость для существа, которое обычно делало всё с механическим спокойствием.

Наконец, последняя печать разрушилась.

И энергия хлынула в освобождённые каналы.

Пол под ногами вздрогнул. По стенам побежали волны света, руны, которые тысячу лет были тусклыми и безжизненными, вспыхнули яркими красками.

Воздух наполнился низким, вибрирующим гулом.

— Макс! — крикнула Октавия. — Что происходит⁈

— Система активируется! — ответил я, не сводя глаз с центра зала.

Там, где секунду назад был просто каменный пол, теперь материализовывалась конструкция.

Энергетические потоки сплетались в сложнейшие узоры. Кристаллы проявлялись из ниоткуда, паря в воздухе и медленно вращаясь. Руны формировались одна за другой, создавая концентрические круги света.

В центре всего этого — ядро. Сфера из чистой магической энергии, пульсирующая в такт невидимому сердцебиению пирамиды.

— Ох, — выдохнула Регина, впервые за долгое время выглядя по-настоящему потрясённой. — Это же…

— Ядро сети, — закончил дед.

Гул нарастал. Вибрация усиливалась. Весь зал дрожал от высвобождающейся силы.

Волны света начали расползаться от центра, пробегая по полу, взбираясь по стенам, расходясь по коридорам за пределы зала.

Пирамида пробуждалась.

— Нам лучше выйти, — предложил я. — Сейчас.

— Почему? — удивилась Октавия.

Я усмехнулся.

— Потому что иначе, мы пропустим самое интересное.

Мы ринулись к выходу.

За нашими спинами гул превратился в рёв. Свет стал ослепительным. Вся пирамида содрогалась, словно гигантское существо, пробуждающееся от тысячелетнего сна.

Мы мчались по коридорам. Мимо нас проносились звероголовые, выбегавшие из мастерских с криками ужаса и удивления.

— Что вы сделали⁈ — кричал кто-то.

— Всё в порядке! — заверил я их, не останавливаясь.

Стены светились, пол вибрировал, воздух искажался от плотности магической энергии.

Наконец мы выскочили наружу.

И остановились, как вкопанные.

Пирамида преображалась прямо на глазах.

Тёмный камень, из которого она была сложена, начал светиться изнутри. Мягкое золотистое сияние проступало сквозь поверхность, словно под камнем текла расплавленная магия.

По граням пирамиды забегали энергетические разряды, яркие линии света, прочерчивали геометрические узоры. Руны проявлялись на стенах, одна за другой, покрывая всю поверхность сооружения письменами древних.

Из вершины пирамиды ударил столп света в небо. Ярко-голубой, пульсирующий, простирающийся вверх до самых облаков.

Из офисного комплекса выбежали ведьмы.

Валерия кричала что-то, но её голос терялся в реве пробуждающейся пирамиды.

Звероголовые собрались группами на безопасном расстоянии, наблюдая за происходящим с благоговейным ужасом в глазах.

Анпу стоял рядом с приоткрытой от удивления пастью.

Дед Карл наблюдал за зрелищем с довольной усмешкой. Для лича это было просто интересное проявление древней магии.

Регина молчала, но в её глазах читалась смесь досады и восхищения.

Октавия прижалась ко мне, её рука сжала мою:

— Это прекрасно, — прошептала она.

И она была права.

Постепенно интенсивность свечения начала спадать. Столп света истончился, затем исчез совсем. Разряды, что струились по граням, замедлились, превратившись в мягкое мерцание.

Но пирамида больше не была мёртвым камнем.

Она продолжала излучать мягкое сияние. Руны на стенах светились тусклым светом. Воздух вокруг неё вибрировал от магической энергии.

После тысячелетий сна, древняя магия Рихтеров пробудилась.

Глава 9

— Разочаровался в магической связи, Ракша?

Роланд Десмонд стоял на разрушенной каменной террасе заброшенного форта, наблюдая за тем, как Великий Князь Канвар медленно опускается с неба. Ветер послушно поддерживал властелина Синда, образуя вокруг него невидимые потоки, которые мягко несли его тело к земле.

Ракша приземлился с той грацией, что была доступна лишь величайшим магам воздуха. Ни единого лишнего движения. Ни звука. Словно сама гравитация склонилась перед ним в почтении.

Его тёмные глаза скользнули по фигуре Десмонда.

— Можно подумать, ты доверяешь. — холодно ответил Ракша. — Лучше уж встретиться лично, чем снова рисковать попасть в ловушку некроманта.

Роланд усмехнулся, но в его усмешке не было веселья. Только горькое понимание того, что Канвар прав.

Этот остров, крошечный клочок земли между владениями двух Великих Князей, был выбран не случайно. Нейтральная территория. Место, где ни один из них не чувствовал бы себя слишком уверенно или слишком уязвимо.

Древний форт когда-то охранял морские пути. Теперь это были лишь руины, заросшие мхом стены и покосившиеся башни. Идеальное место для встречи двух людей, которые не слишком доверяли друг другу, но были вынуждены говорить.

За спиной Роланда, у берега, стоял его личный крейсер. Небольшой, быстрый, но хорошо вооружённый. На палубе виднелись фигуры охраны, дюжина лучших бойцов Десмондов.

В небе, высоко над островом, парили три фигуры. Маги Ракши. Их силуэты были едва различимы на фоне облаков, но Роланд прекрасно знал, что они там. Готовы обрушиться вниз в любую секунду.

Не то, чтобы кто-то из них собирался драться. Сейчас им нечего было делить, наоборот, они должны были помогать друг другу.

Но мало ли что. Всегда лучше быть готовым.

— Итак, ты всё-таки решился выползти из своих гор, — Роланд сделал несколько шагов навстречу союзнику.

— А ты оторвался от подсчёта монет, — парировал Ракша, не двигаясь с места. — Впечатляюще.

Повисла напряжённая пауза.

Два Великих Князя. Всё, что осталось от некогда могущественного совета шести. Они стояли друг напротив друга, и в воздухе между ними можно было резать ножом атмосферу взаимного недоверия.

Роланд первым нарушил молчание:

— Рихтер стал проблемой, которую больше нельзя игнорировать.

— Рад, что ты наконец это понял, — сухо ответил Ракша. — Мне потребовалось потерять целый монастырь, чтобы ты соизволил встретиться лично. Интересно, что потребуется, чтобы ты начал действовать?

Роланд почувствовал, как в груди вспыхивает раздражение, но подавил его. Не сейчас. Не время для эмоций.

— Я действую, — ровно ответил он. — Но в отличие от некоторых, я не бросаюсь в атаку без плана. Помнишь, чем закончилась наша последняя «координированная операция»?

Лицо Ракши потемнело.

— Твой флот, — процедил он сквозь зубы, — позорно отступил, даже не вступив в бой. А вместе с ним…

— Продолжай, — Роланд скрестил руки на груди. — Скажи, что ты хочешь сказать.

Ракша сделал шаг вперёд, и воздух вокруг него начал вибрировать. Едва заметно, но Десмонд почувствовал давление. Магия воздуха, готовая сорваться с цепи.

— Вместе с твоими трусливыми матросами на том брошенном корабле погибли двое моих магов вне категорий! — голос Канвара был тих, но в нём звучала ярость. — Элита моего клана! Бойцы, которых я тренировал столетиями!

— И чья это вина? — Роланд не повысил голос, но в его тоне появилась сталь. — Ты сам был на соседнем корабле. Что же ты не полетел их спасать?

— Просто признай, что твой план провалился, — процедил Канвар.

— План, который провалился из-за Регины, — холодно напомнил Десмонд. — Нашей общей союзницы, между прочим. Или ты уже забыл?

Ракша сжал кулаки, но промолчал. Регина была их общей проблемой. Обвинять в этом только Роланда было бы нечестно, как бы Канвару этого не хотелось.

Роланд продолжил, видя слабину:

— И давай будем честны, Ракша. Твои маги первыми бы убрались по воздуху, стоило запахнуть горяченьким. Они всегда так делают. Летают высоко, выпускают пару заклинаний и сваливают, если ситуация ухудшается. Удобно, не правда ли?

— Ты смеешь…

— Смею, — Роланд сделал шаг навстречу Канвару. — Мои люди остались на том корабле, потому что корабль не может улететь. Они использовали свой единственный шанс выжить.

— Прикрываясь моими людьми!

— Это было тактическое решение! — Десмонд повысил голос. — Любой разумный командир сделал бы то же самое!

— Разумный командир не попал бы в эту ситуацию!

— О, конечно, — Роланд рассмеялся, но смех был лишён веселья. — Великий Ракша Канвар, король небес, мастер стратегии. Напомни мне, кто не смог защитить собственный монастырь? Кто позволил Рихтеру просто прилететь, устроить резню и улететь обратно?

Ракша побледнел от ярости. Воздух вокруг него закрутился мини-вихрем, поднимая пыль и мелкие камни.

— Следи за языком, Десмонд.

— Или что? — Роланд не отступил. — Нападёшь на меня? Тогда Рихтер победит без всяких усилий. Именно этого он и добивается. Стравить нас. Пока мы грызёмся между собой, он набирает силу.

Слова Роланда подействовали как ушат холодной воды. Вихрь вокруг Ракши замер, а затем медленно рассеялся.

Канвар отвернулся, глядя на море. Волны бились о скалы внизу, их шум был единственным звуком в наступившей тишине.

— Ты прав, — наконец произнёс он тихо. — Мы ведём себя как дети. А Рихтер этого и добивается.

Роланд выдохнул, чувствуя, как напряжение немного спадает.

— Катарина, — начал он, считая на пальцах. — Арман. Гюнтер. Регина. Четверо за такой короткий срок. Понимаешь? Половина совета. Половина тех, кто правил этим миром тысячу лет.

— Мы следующие, — Ракша обернулся, и в его глазах Роланд увидел то, чего не ожидал увидеть никогда. Страх. — Если продолжим в том же духе.

— Именно, — Роланд подошёл ближе, останавливаясь рядом с Канваром. Оба смотрели на море. — Я недооценил его, — признался Десмонд. — Думал, что после тысячи лет сна он уже нам не соперник. Его должна была раздавить даже Катарина. Но Рихтер всегда был изворотлив как чёрт.

— Мы все его недооценили, — эхом отозвался Ракша.

Роланд кивнул:

— Он играет на опережение. Всегда на шаг впереди. Мы планируем, а он уже готов. Мы атакуем, но попадаем в ловушку. Мы защищаемся, и он находит слабое место.

— Тогда что нам делать? — Ракша повернулся к Десмонду. — Если он всегда впереди, как его обогнать?

— Изменить правила игры, — Роланд посмотрел Канвару прямо в глаза. — Перестать играть в его игру. Начать свою. Не повторять ошибок наших мёртвых друзей.

— Что ты имеешь в виду?

Роланд отошёл от края террасы, направляясь к центру, где когда-то стоял стол для совещаний. Теперь там были только обломки камня. Он небрежно смахнул пыль с одного из них и уселся.

— Рихтер ожидает, что мы пойдём на него напрямую, — начал Десмонд. — Он готов к осаде Рихтерберга. У него армия химер, союзники, драконы. Атаковать его в лоб — уже не вариант.

— Это я уже понял, — нетерпеливо кивнул Ракша. — Дальше.

— Но у него есть слабость, — Роланд поднял палец. — Он слишком привязан к своим союзникам. Сирены, Веласко, все эти мелкие перебежчики Вийоны и Штайгеры.

Ракша прищурился:

— Ты предлагаешь атаковать их вместо него?

— Не вместо, — поправил Роланд. — Сначала. Мы его изолируем, лишим поддержки. У него есть ресурсы на защиту столицы. Но не всей своей империи. Сейчас это колосс на глиняных ногах.

Канвар медленно кивнул, обдумывая:

— Да. Это разумно. Мы нападём на его союзников, и, чтобы их защитить, он будет вынужден принять бой на наших условиях. Либо же совершенно точно останется совсем один. И тогда мы легко его добьём.

— Именно, мой друг, именно, — Десмонд подошёл ближе и почти искренне улыбнулся. — Мы с тобой долго вели себя как цивилизованные люди, позволяя этому дикарю творить то, что он хочет. Но настало время показать ему настоящую силу.

— Хорошо, — ответил Канвар. — Самые опасные среди его вассалов это Сирены и Веласко. Я возьму на себя этих летающих рептилий. Пора напомнить этим выскочкам, кто здесь настоящие короли небес. А ты бери Сирен. Если, конечно, не боишься этих рыбок. Всё-таки они приложили руку к уничтожению Армана.

Роланд расхохотался:

— Боюсь? Этих узколобых рыбок? Не заблуждайся, Ракша. Мой флот гораздо больше и мощнее, чем та жалкая эскадра, что чуть не попала в ловушку Рихтера.

— О? — Ракша приподнял бровь. — И в чём же разница?

— Мы хотели действовать быстро, без подготовки, — Роланд подошёл к краю террасы, глядя в сторону своего крейсера. — И так эскадра состояла лишь из кучки ближайших к месту кораблей.

Он обернулся к Ракше:

— Но у меня есть и другие корабли и подводные лодки. Гораздо более эффективные. — Он усмехнулся. — Никакие Сирены и никакие питомцы Рихтера не смогут противостоять такой силе. Я быстро загоню их обратно в океан, откуда они приползли.

Ракша слушал с невозмутимым лицом, но Роланд видел искру интереса в его глазах.

— Впечатляюще, — наконец произнёс Канвар. — Но не думай, что ты один здесь с козырями.

Он сделал шаг вперёд:

— Мои маги не просто летают и бросают заклинания, как ты, кажется, думаешь. У меня почти тридцать магов вне категорий. Тридцать. Элита, тренированная столетиями. И это не просто маги воздуха.

Ракша поднял руку, и вокруг неё закрутился мини-торнадо:

— Половина из них имеет два дара. Это значит, что врагам предстоит противостоять огненным бурям, ледяным ураганам, грозовым фронтам, способным стереть город с лица земли.

Он сжал кулак, и торнадо исчез:

Ракша посмотрел Роланду в глаза:

— Веласко — сильный клан. Но против моей элиты они продержатся от силы час. Я выжгу их города дотла. Покажу этим жалким оборотням, что значит сражаться с настоящим магом воздуха.

Роланд медленно кивнул. Он не сомневался, что Ракша не блефует. Канвары действительно были одним из сильнейших кланов. Его самого почти пугало то, насколько сильными они оказывается успели стать.

— Хорошо, — произнёс Десмонд, протягивая Канвару руку. — Я вижу, что мы оба готовы.

Ракша медленно пожал его ладонь.

Их рукопожатие было твёрдым, но холодным. Ни капли тепла, ни грамма настоящего доверия. Только суровая необходимость.

— Если один из нас падёт… — начал Ракша, не отпуская руку.

— … Второй продолжит войну до конца, — закончил Роланд.

Я смотрел на пробудившееся чудо древней магии и чувствовал удовлетворение. Телепортационная сеть Рихтеров снова работала. После долгих веков забвения.

— Это невероятно. Магия, которая пережила тысячелетия… Сколько же энергии требовалось, чтобы поддерживать всё это в рабочем состоянии?

— Пирамида сама накапливает энергию, — ответил я. — Регина была права насчёт этого. Она буквально втягивает окружающую магию и хранит её в ядре. Похоже, на вечный двигатель.

— Не совсем вечный, — поправил дед. — Но достаточно эффективный. Наши предки умели создавать то, что переживало века.

Звероголовые всё ещё стояли группами на безопасном расстоянии, наблюдая за происходящим с благоговейным ужасом. Анпу медленно приближался, его звериная морда выражала смесь страха и любопытства.

— Максимилиан, — позвал он осторожно. — Что… что именно вы сделали?

— Активировали систему, которая спала тысячи лет, — просто ответил я. — Не волнуйся. Пирамида не взорвётся и не рухнет. Наоборот, теперь она работает так, как задумывалось изначально.

— И что это значит для нас? — спросила Валерия, подойдя вместе с другими ведьмами.

— Ничего плохого, — заверил я. — Можете продолжать работу.

Я видел, что ведьмы сгорают от любопытства, но расспрашивать нас с рядом стоящей Региной они не рискнули и нехотя вернулись в офис.

А я достал из кармана одну из малых телепортационных пирамидок и взвесил её на ладони. Артефакт слабо пульсировал, откликаясь на энергию большой пирамиды.

— Что задумал? — прищурился дед.

— Хочу оставить одну пирамидку здесь и сразу проверить новые возможности сети, — пояснил я. — Раз уж ядро активировано, логично убедиться, что всё работает как надо.

Октавия оживилась:

— Отличная идея! Куда её поставим?

— В центральный зал, — решил я. — Там, где находится ядро. Самое подходящее место.

Мы вернулись внутрь пирамиды. Коридоры всё ещё светились мягким золотистым светом, руны на стенах мерцали. Звероголовые осторожно выглядывали из своих мастерских, но видя, что мы движемся уверенно, начали постепенно возвращаться к работе.

В центральном зале картина изменилась капитально. Там, где раньше был просто каменный пол, теперь парило энергетическое ядро, сфера из чистой магической силы, окружённая кругами светящихся рун. Кристаллы медленно вращались в воздухе, создавая завораживающий танец света и тени.

Я прошёл к самому центру и аккуратно положил пирамидку на пол, прямо под ядром.

— Готово, — сказал я, выпрямляясь. — Теперь проверим.

Я сосредоточился на связи с большой пирамидой и воспользовался телепортацией.

После чего тут же оказался в своём кабинете в замке Рихтерберга.

Мгновенно, без малейшего усилий и траты собственных сил. Все усилия по перемещению взяло на себя заработавшее ядро-ретранслятор.

Не прошло и нескольких секунд, как рядом со мной материализовался дед Карл. Лич осмотрелся с невозмутимым видом:

— Действительно работает гораздо эффективней, чем раньше.

Следом появилась Октавия. Она буквально подпрыгнула от восторга:

— Это было невероятно! Ни малейшего дискомфорта, никакого сопротивления! Словно просто шагнула через дверь!

Я кивнул. А вот и ещё одно железное подтверждение работы пирамиды. Октавия пока не была сильным некромантом, но у неё получилось телепортироваться.

— С тех пор, как ты нашёл пирамидки, я так мечтала попробовать! — продолжала восхищаться она.

Вдруг, воздух снова исказился, и в кабинете появилась Регина. Она выглядела даже слегка самодовольной.

А вот это стало сюрпризом даже для меня.

— Погоди. А ты-то почему здесь?

— Что? — невинно моргнула она.

— У тебя даже своей магии нет, — напомнил я. — Ты ревенант. Как ты сумела активировать пирамидку?

Регина усмехнулась:

— Своей магии может и нет. Зато есть твоя. К тому же, — она пожала плечами, — ты мне не запрещал. И я не могла не попробовать. Было бы глупо упускать такую возможность.

— Слушай мой приказ, — произнёс я чётко. — Не пользуйся телепортационными пирамидками без моего прямого разрешения.

Кто знает, что взбредёт в голову этой сумасшедшей. Лучше перестраховаться.

Регина скривилась:

— Скучно.

Но вообще-то это была хорошая новость. Если теперь даже ревенант может пользоваться системой через твою магию, значит возможности телепортации куда шире, чем мы могли даже надеяться.

Но это возвращало нас к другой проблеме. И я её озвучил.

— Всё работает замечательно, вот только самих пирамидок слишком мало.

Воцарилась тишина. Все понимали, что я прав. Восемь артефактов — это ничтожно мало для полноценной сети. Нужны были десятки, а лучше сотни телепортационных узлов по всему миру.

— Разве ты теперь не можешь их воссоздать? — уточнил дед.

— Могу, — кивнул я, — вот только нужен подходящий материал. Я изучал их структуру достаточно долго, чтобы понять, что это нечто уникальное. И я понятия не имею, где добывать этот ресурс, — признался я.

— Надеюсь, этот материал не водится только в мире Патриархов, — вздохнула Октавия. — Иначе нас ждёт большой облом.

Регина неожиданно фыркнула:

— Не водится. Я нашла нужный материал, когда исследовала пирамидки.

Все повернулись к ней. Дед приподнял бровь:

— Ты снова нам помогаешь по собственному желанию? Регина, ты меня удивляешь.

— Больше не буду, — огрызнулась она.

Но я покачал головой:

— Тогда ты сама больше потеряешь. В конце концов, сотрудничая с нами, ты и сама узнаёшь много нового. Разве не ради этого ты всю жизнь занималась артефакторикой? Ради знаний?

Регина помолчала, затем скривилась:

— Я сотрудничаю лишь потому, что хочу увидеть, как ты порвёшь чёртовых Теней, которые пытались меня обмануть. Эти ублюдки заслуживают того, чтобы кто-то наконец показал им их место. А дальше… посмотрим.

Меня это устраивало. Мотивация Регины была понятна и предсказуема. Месть — отличный двигатель для сотрудничества.

— Договорились, — кивнул я. — Так где этот материал?

Регина на удивление не стала как обычно ходить вокруг да около, и ответила сразу:

— Вулканическая порода. Очень специфичная. Формируется только в определённых условиях, когда магма насыщена высокой концентрацией природной магии. Я нашла месторождение здесь, — она подошла к карте висящей на стене и указала на точку на севере континента.

Я всмотрелся в карту. Действительно, там был отмечен древний вулкан.

— Вот только, — продолжила Регина с кислой миной, — несколько сотен лет назад там появился очаг. Мне пришлось прекратить эксперименты с этой породой. И теперь это очаг не меньше класса Эпсилон, — она помолчала, — а может, даже Каппа.

Октавия нахмурилась:

— Каппа-очаг возле вулкана… Там наверняка водятся огненные монстры.

— Не проблема, — решительно сказал я. — Отправляемся уже сегодня.

Октавия сразу погрустнела. В её глазах я прочёл разочарование, она прекрасно понимала, что пока не может участвовать в зачистке столь сложных очагов. Её уровень силы просто не позволял.

Я подошёл к ней и положил руку на плечо:

— Мы быстро. Зачистим очаг, соберём материал и вернёмся. К ужину будем дома.

Она кивнула, стараясь улыбнуться:

— Только будьте осторожны. Каппа-очаг — это не шутки.

— Осторожность — моё второе имя, — усмехнулся я.

Дед фыркнул:

— Да, конечно. Особенно когда ты врываешься в логово врагов в одиночку.

Я проигнорировал его сарказм и вдруг вспомнил важную деталь.

Драконы Агни и Костиус всё ещё оставались в пустыне, возле пирамиды. А лететь до вулкана удобнее всего именно на них.

Можно было отдать им приказ вернуться в Рихтерберг своим ходом. Это заняло бы несколько часов. Или…

— Хочу проверить ещё кое-что, — сказал я вслух.

— Что именно? — поинтересовалась Октавия.

— Раз Регина смогла пройти через пирамидку, то, возможно, и драконы смогут.

Октавия оживилась мгновенно. Научное любопытство пересилило разочарование:

— Отличная идея! Только… — она осторожно посмотрела на стены кабинета, — давай сначала вынесем пирамидку на улицу. Иначе у нас просто не будет замка, если эти две туши телепортируются прямо сюда.

— Очевидная мысль, — прокомментировал дед, — но пигалица права.

Мы вышли во внутренний двор замка. Пространства здесь было достаточно даже для двух костяных драконов. Я достал ещё одну пирамидку и положил её на мощёную площадь.

Затем сосредоточился на ментальной связи с Агни и Костиусом, а затем активировал пирамидку и направил энергию прямо по энергетическим нитям связывающим меня с драконами, втягивая их в телепортационный поток.

Пространство в центре двора исказилось. Воздух задрожал, а затем с глухим хлопком рядом материализовались две огромные крылатые фигуры.

Октавия подпрыгнула от восторга:

— Получилось! Это просто невероятно!

Регина смотрела на всё это с кислым выражением лица:

— Рихтер, ты просто чёртов читер.

Дед усмехнулся:

— Вот поэтому, Регина, тебе надо было всегда оставаться на стороне Макса.

— Чего ты умничаешь? — огрызнулась она. — Сам с ним воевал.

Лич пожал плечами:

— Главное — вовремя признать свои ошибки.

Регина закатила глаза, но спорить не стала.

Я же уже думал о другом.

— Лифэнь, — мысленно позвал я.

— Макс? — мгновенно отозвалась она.

— Срочно вызови сюда Ольгу, Прохора и Алана. Мы отправляемся в очаг.

— Принято. Передаю всем троим. Ольга сейчас в академии, Прохор на тренировочном полигоне, Алан… — она на секунду замолчала, — в своём офисе, проклинает очередные отчёты.

— Пусть собираются в замке. У нас есть полчаса на подготовку.

А я позволил себе на секунду насладиться новыми перспективами. Всё складывалось даже слишком хорошо. Осталось только добыть нужный материал.

Глава 10

Агни набирал высоту мощными взмахам крыльев, и я невольно улыбнулся, ощущая знакомый прилив адреналина от полёта. Октавия осталась дома, так что сейчас позади меня сидела Ольга, а за ней Регина.

А дед на Костиусе вёз с собой Прохора и Алана.

Последние явно наслаждались полётом. Для них путешествия верхом на драконах ещё не успели войти в привычку.

Так что они даже немного расстроились, когда впереди, на горизонте, показался вулкан.

Даже с такого расстояния он выглядел внушительно. Громадный конус из чёрного камня, из навершия которого поднимался столб дыма. Периодически в облаке пепла вспыхивали красные отблески, магма всё ещё была активна глубоко внутри.

— Впечатляет, — присвистнула Ольга, разглядывая цель нашей экспедиции.

Мы приближались, и жар становился ощутимым даже на высоте. Воздух мерцал от температуры, искажая очертания склонов.

Земля внизу была чёрной, покрытой застывшей лавой и вулканическим пеплом. Кое-где пробивались раскалённые трещины, из которых сочился красноватый свет расплавленной породы.

— Я уже жарюсь, а мы даже не приземлились, — пожаловался Алан.

— Щиты активны? — спросил его Прохор.

— Конечно! Думаешь, я идиот?

— Просто уточняю!

Мои теневые разведчики-птицы уже улетели вперёд, сканируя местность и передавая мне информацию.

В очаге кипела жизнь. Вернее, тем, что скверна считала жизнью.

Огромные саламандры размером с крокодила ползали по раскалённым камням, их тела светились изнутри оранжевым светом. Они оставляли за собой дымящиеся следы и, судя по всему, чувствовали себя в лаве так же комфортно, как рыба в воде.

Мутировавшие огненные жуки величиной с крупную собаку скреблись по склонам. Их хитиновая броня переливалась всеми оттенками красного и оранжевого.

Лавовые змеи, тонкие, длинные, смертоносно быстрые, ныряли в потоки расплавленной породы и выныривали в других местах, оставляя раскалённые брызги.

И даже огненные обезьяны. Мутанты с горящей шерстью, прыгали между камнями с пугающей ловкостью.

— Вот это коллекция, — пробормотала Регина, тоже разглядев добычу, когда мы подлетели ещё ближе. — Алхимики за такие ингредиенты состояние заплатят.

— Обойдутся, — усмехнулся я, — я и сам найду им применение.

— Огненные железы саламандр, яд лавовых змей, хитин жуков… — мечтательно продолжила перечислять Редж, явно уже прикидывая ценность. — Только убивать нужно максимально аккуратно. Повреждённые органы никакой ценности не имеют.

Я усмехнулся. Даже в таких обстоятельствах Регина оставалась артефактором до мозга костей.

Мы приземлились на относительно безопасном участке, на плато из застывшей лавы, достаточно удалённое от основных скоплений монстров, но при этом дающее хороший обзор.

Агни сложил крылья, и я спрыгнул с седла. Ноги коснулись чёрного камня, и даже через подошвы сапог я почувствовал жар.

Я повернулся к Ольге, Прохору и Алану. Все трое выглядели готовыми к бою. Ольга уже места себе не находила от предвкушения. Прохор внимательно изучал местность, уже просчитывая тактику. Алан проверял теневой клинок, вращая его в руке с лёгкостью, которой не было ещё несколько месяцев назад.

— Объявляю соревнование, — сказал я.

Все трое мгновенно переключили всё внимание на меня.

— Кто аккуратнее расправится с большим количеством монстров и добудет больше качественных ресурсов — тот победитель. — Я окинул взглядом склоны вулкана, где копошились твари. — Здесь их сотни. Хватит на всех.

Глаза Ольги загорелись хищным огнём:

— Это я люблю!

Прохор задумчиво потёр подбородок:

— Интересная задачка… Аккуратность важнее количества?

— Баланс, — уточнил я. — Много и качественно.

Алан тоже оживился:

— Наконец-то! Надоело сидеть в офисе, проклиная отчёты!

— А дедуля тоже участвует? — уточнила Ольга.

Карл пожал плечами:

— Не вижу практического смысла в излишней жестокости. Зачем мне унижать вас полным разгромом? Так что я вне конкурса. А вы можете бесплатно понаблюдать и поучиться. Цените, пока дед жив!

— Жив ли? — скептично усмехнулся я, а затем сразу переключился, — Регина пойдёт со мной, — продолжил я. — Покажет мне где конкретно она находила нужную нам породу. Также я поищу босса очага и проложу к нему путь.Что-то мне подсказывает, что и то и другое находятся рядом.

Ольга уже материализовала теневой молот.

— Можно начинать?

— Начинайте.

Не успел я договорить, как она уже ринулась вперёд с боевым кличем. Прохор и Алан переглянулись и последовали за ней, хотя и более организованно.

Я усмехнулся, наблюдая, как они разбегаются по склону в поисках добычи. Затем кивнул Регине:

— Пошли. У нас своя задача.

Мы двинулись к центру очага, туда, где жар был сильнее всего и где должен был находиться босс.

А пока мы продвигались, теневые разведчики показывали мне, как идут дела у остальных.

Ольга, как и следовало ожидать, превратилась в настоящую машину для убийств.

Через глаза разведчика я наблюдал, как она врывается в группу из пяти саламандр. Теневой молот в её руках был готов к бою, и она явно не собиралась церемониться.

Первый удар. Череп саламандры треснул, существо мгновенно рухнуло замертво. Чисто, эффективно.

Второй удар. Ещё одна саламандра отправилась к праотцам.

Неплохо идёт.

Но вот третий удар оказался слишком широким. Ольга увлеклась, размахнулась от души, и молот буквально расплющил жука, оказавшегося рядом.

Да уж, много ингредиентов она с него не соберёт.

Внучка и сама поняла, что перестаралась, она на секунду остановилась, посмотрела на раздавленного жука и выругалась.

Затем я увидел, как она меняет молот на теневые метательные копья. Более точное оружие.

Умница, учится на ошибках.

Три быстрых броска, три огненных жука пронзены точно в голову. Хитин остался цел, органы не повреждены.

Так-то лучше! Но азарт всё равно победит. Я бы готов поставить два к одному, что через десять минут она снова начнёт крушить всё подряд.

Ольга воскрешала убитых монстров как умертвий для переноски добычи. Вокруг неё ходило с десяток зомби-саламандр, нагруженных трупами.

Счёт рос быстро. Двадцать монстров. Тридцать. Сорок.

Если она так продолжит, то победит просто количеством, даже с учётом повреждённых экземпляров.

Прохор работал совершенно иначе.

Через разведчика я наблюдал, как он изучает поведение лавовых змей. Не атакует сразу, а смотрит, запоминает, анализирует.

Типичный Прохор. Сначала думает, потом действует. Полная противоположность Ольги.

Змеи ныряли в лаву и выныривали в разных местах. Казалось бы, хаотично. Но Калинин явно заметил паттерн, потому что начал создавать теневые барьеры под поверхностью расплавленной породы.

Классическая ловушка. Сначала ограничить пространство маневра, чтобы направить противника точно туда, куда тебе нужно.

Затем он просто выманил змей на себя, они вынырнули, а обратно спрятаться уже не смогли.

Четыре змеи были убиты за несколько секунд. Все аккуратно, яд не пролился.

Затем Прохор переключился на саламандр. Заманил группу из семи штук в узкое ущелье, обрушил на них каменную стену, не убив, только оглушив. А потом добил точечными ударами.

Семь саламандр за один манёвр.

Умно. Но Ольга уже убила больше.

Счёт Прохора рос медленнее, но стабильно. Двадцать пять монстров. Тридцать. Тридцать пять.

Зато каждый — в идеальном состоянии.

Алан удивлял меня больше всех.

Я наблюдал через разведчика, как он сражается с группой огненных обезьян, и невольно залюбовался.

Их спарринги с Симоном не прошли даром. Оказалось, что в Алане спал крайне талантливый фехтовальщик. Ещё немного, и он такими темпами станет лучшим в клане по чистой технике. Ну, если не считать меня и деда.

Обезьяна прыгнула на него с визгом, полыхая огнём. Алан уклонился буквально на сантиметр, ещё немного, и его бы задело. А монстры здесь водились такие, что пара подобных ударов вполне способны разрушить его щит.

Но он знал, что делает.

Одно точное движение, и его теневой клинок взметнулся вверх, под челюсть, проникая прямо в мозг.

Обезьяна упала.

Хирургическая точность.

Три саламандры окружили его. Алан не паниковал. Двигался плавно, экономно, словно танцевал между противниками.

Укол в глаз, мозг снова пробит. Первая саламандра мертва.

Укол между пластинами брони на шее перерезал артерию. Вторая падает.

Нырок под поток огня, перекат, подскок, и вот клинок уже под челюстью третьей. Все трое мертвы за считанные секунды.

Выглядело это крайне зрелищно и красиво. Но, опять же, он действовал медленнее, чем Ольга, которая словно ураган сметала всё на своём пути. Её врождённое чутьё и интуиция воина не оставляли парням и шанса сравниться с ней по скорости убийств.

Но зато у Алана каждый монстр был убит идеально. Органы целы, шкуры не повреждены, даже шерсть огненных обезьян оставалась в порядке.

Так что счёт Алана рос: двадцать монстров, тридцать, сорок пять…

Интересно будет подсчитать результаты. Ольга лидирует по количеству, но половину добычи испортила. Прохор — золотая середина. У Алана качество на высоте, но количество отстаёт.

Где-то между наблюдениями за троицей я заметил и деда.

Лич методично зачищал целые участки склона. Без лишних движений, без эмоций, просто рутинная работа.

Дед не набивал себе цену, когда отказался участвовать в соревновании. Он действительно набьёт больше монстров, чем все три моих ученика вместе взятые.

Вокруг лича уже ходила целая армия умертвий, нагруженных ингредиентами. К счастью, мы взяли много бездонных сумок, чтобы это всё унести.

Я продолжал движение к центру, попутно убивая встречных монстров.

Быстро, эффективно, без лишних движений.

Регина шла рядом, наблюдая.

— Ты делаешь это так… естественно, — заметила она после того, как я разделался с очередной группой монстров.

Её дар и владение им практически исключали вероятность того, что придётся лично вступать в ближний бой. Так что, думаю, для Редж подобные битвы действительно казались непривычными.

В этот момент до нас донеслись голоса участников соревнования.

— Сто двадцать змей, семьдесят жуков и ещё пара десятков обезьян! — похвастался Прохор. — Двести десять в сумме!

— Сто пятьдесят обезьян и сорок саламандр! — выдохнул Алан. — Сто девяносто! И все в отличном состоянии!

— У меня уже двести семьдесят! — крикнула Ольга где-то справа, явно гордясь собой.

— Погоди, Ольга, — голос Алана был подозрительно невинным. — А сколько из твоих ресурсов вообще можно использовать? Или ты там половину в фарш перемолола?

— Не половину! — возмутилась Ольга. — Максимум… треть. Может, чуть больше. Но остальные в порядке!

Прохор рассмеялся:

— «Чуть больше» — это сколько? Две трети?

— Молчи, Калинин! Зато я быстрее всех работаю!

— Быстро — не значит хорошо, — философски заметил Алан.

— А много — не значит качественно, — добавил Прохор.

— Ребята, я вас сейчас этими саламандрами закидаю! И взорву!

Я усмехнулся, слушая их перепалку. Мои ученики явно соскучились по новым вызовам. Неплохая разминка получается перед большой войной.

Тем временем, мы с Региной углублялись всё дальше, и жар становился всё сильнее. Воздух буквально плавился перед глазами. Земля под ногами была раскалена так, что обычный человек не смог бы здесь находиться даже секунды.

А в самом сердце вулкана, возле кратера, находился источник колоссальной энергии. Настолько мощной, что даже на расстоянии я чувствовал её давление.

Мы вышли на открытое пространство, широкое плато из чёрного камня, за которым виднелся край кратера. Жар здесь был почти физически ощутим, воздух дрожал волнами.

И тут земля задрожала.

Сначала слабо, но с каждой секундой всё сильнее и сильнее. Камни под ногами начали подпрыгивать от вибрации.

— Макс? — напряглась Регина, — у тебя точно всё под контролем? Не хочу сдохнуть ещё раз и снова по твоей вине.

— Можешь отойти подальше, — ответил я, не отрывая взгляда от кратера, — монстры очага всё равно не реагируют на мёртвых. Так что расслабься.

Тем временем, зз кратера начала подниматься фигура.

Сначала показалась голова, громадная, размером с дом. Без глаз, но с провалами, будто заполненными расплавленным золотом.

Затем плечи. Широкие, сложенные из вулканической породы и текущей магмы.

Потом торс. Гуманоидный, но чудовищный по размерам.

Огненный Титан поднялся во весь рост. Десять метров. Может, больше. Тело из магмы и камня, каждое движение оставляло за собой раскалённые следы. С каждым шагом земля под его ногами плавилась.

Титан посмотрел на нас своими расплавленными глазами. И гулко зарычал, так, что даже воздух задрожал от звука.

А потом сразу же атаковал.

Без всякого предупреждения или разминки. Просто массивный кулак из магмы и камня обрушился сверху, стараясь раздавить нас обоих.

Я оттолкнул Регину, а сам сделал теневой шаг в сторону. Кулак врезался в землю на том месте, где мы стояли секунду назад.

Взрыв. Камни разлетелись во все стороны. Из трещины в земле выбросило фонтан лавы.

Титан издал ещё один рёв и двинулся на меня.

— К бою! — крикнул я. — Прямо сейчас!

Мой голос, усиленный магией, разнёсся по очагу.

Где-то в стороне раздались встревоженные голоса. Ольга, Прохор и Алан услышали призыв.

— Серьёзно⁈ — разочарованно воскликнул Ковальски. — Я думал, мы сначала определим результаты соревнования!

Он с искренней досадой посмотрел на своих убитых монстров. Десятки трупов, все аккуратно разделаны, органы целы. Он так старался, и ему не терпелось победить!

— Алан! — крикнул Прохор, уже бегущий к месту боя. — Потом разберёмся!

— Но…

— БЕЖИМ!

Алан выругался и ринулся следом. Теневой клинок в его руке удлинился, превращаясь в двуручный меч.

Ольга обогнала их обоих, смеясь на бегу:

— Что за ребячество, когда тут целый босс очага!

— Это всё потому, что ты понимаешь, что проиграла! — огрызнулся Алан, ускоряясь. — Я видел, как ты половину жуков раздробила!

— Неправда! Я же говорю! Только треть!

Прохор рассмеялся, уже создавая теневой щит:

— Ребят, вы все понимаете, что победил я. Поэтому не отвлекаемся и валим эту штуку.

Ольга и Алан отозвались практически хором:

— Ещё посмотрим!

Наконец, они выбежали ко мне на плато и замерли, оценивая противника. Но ненадолго.

Тому уже надоело пытаться достать меня, и он развернулся в их сторону и ударил кулаком в землю.

Из трещины вырвался гейзер лавы, целясь прямо в Прохора.

Щит, конечно выдержал, но сразу же покрылся трещинами.

— Чёрт! — выдохнул Прохор. — Ещё один такой, и я без защиты!

— Не блокируй! — крикнул Алан. — Уворачивайся!

Ольга метнула теневое копьё в голову Титана. Копьё вонзилось, но просто утонуло в магме. Отверстие затянулось через секунду.

— Бесполезно! — крикнула она. — Он просто залечивается!

Алан попытался резать клинком. Лезвие прошло сквозь магму, но никакого реального урона не нанесло. Магма просто текла обратно, заполняя разрез.

— Там должно быть ядро! — крикнул он. — Что-то твёрдое!

— Но как до него добраться? — откликнулся Прохор, уворачиваясь от очередного удара.

Я же, воспользовавшись передышкой, внимательно наблюдал за движениями Титана, пытаясь найти его слабое место.

И я его нашёл.

— Сердцевина внутри, — сказал я громко, чтобы все слышали. — Кристаллическое ядро. Оно держит всю структуру.

Дед тоже уже подоспел к нам и теперь кивнул с одобрением:

— Логично. Магма — только оболочка. Уничтожь ядро, и всё рассыплется.

— Но ядро защищено толстым слоем расплавленной породы, — добавил я, продолжая наблюдать.

Титан снова замахнулся для удара по Прохору. И в этот момент я увидел то, что искал.

Когда существо поднимало руку для атаки, магма в груди смещалась. На долю секунды, не больше. Но достаточно, чтобы обнажилось кристаллическое ядро — тёмный, пульсирующий кристалл размером с человеческую голову.

— Вот оно, — пробормотал я. — После каждого удара ядро на мгновение открывается.

— Значит, нужно спровоцировать его на удар, — быстро сообразила Ольга.

— Именно, — кивнул я. — И в момент, когда ядро откроется, бить туда.

Прохор и Алан атаковали с разных сторон. Калинин метал теневые копья в лицо Титана, отвлекая внимание. Ковальски наносил быстрые уколы клинком по ногам, бесполезные, но раздражающие.

Ольга поддерживала их, то прикрывая, то нападая там, где монстр не ожидал.

Титан становился всё более агрессивным. Он рычал, размахивал руками, пытаясь раздавить надоедливых противников.

И вот он замахнулся на Прохора особенно широко, вкладывая в удар всю свою массу.

Калинин шагнул в тень в последний момент.

Кулак Титана обрушился на пустое место, и магма на его груди сместилась.

Ядро обнажилось.

Это мне и было нужно.

В ту же секунду я оказался прямо у его груди.

Кристаллическое ядро было прямо передо мной. И, недолго думая, я вонзил клинок в самый его центр.

Кристалл был прочным. Но мой удар был точным и сильным. Я предполагал, что расколоть его будет непросто, так что вложил в него так много энергии, что сам едва не пошатнулся.

И вот уже сеть трещин расползлась по всему ядру.

Титан замер.

Издал протяжный, почти скорбный рёв.

Магма начала стекать с его тела, теряя связующую силу.

Кристаллическое ядро, а по совместительству кристалл очага скверны, рассыпалось в прах прямо у меня перед глазами.

Сам очаг, после этого, сразу начал рассеиваться.

Я телепортировался назад, к остальным.

Титан стоял ещё несколько секунд. Потом начал падать.

С грохотом, сотрясшим всё плато, громадное тело обрушилось на землю. Превратилось в кучу остывающей магмы и обломков вулканической породы.

— Вот это удар! — восторженно выдохнула Ольга.

Прохор облегчённо выдохнул:

— Думал, придётся долго возиться.

Алан посмотрел на меня с лёгким укором:

— Макс, ты мог бы и нас подключить к финальному удару.

Я усмехнулся:

— В следующий раз.

Мы приблизились к останкам Титана. В центре обломков, среди остывающей магмы, лежал ещё один огромный кристалл, размером с человеческую голову, всё ещё пульсирующий остаточным жаром.

Дед подошёл, разглядывая трофей:

— Это ядро Титана. Невероятно ценный материал.

Ольга огляделась:

— Посмотрите! Вокруг полно вулканической породы!

Дед кивнул:

— Насыщенная магией огня. Идеальная основа.

Регина подошла ближе, изучая камни:

— Да, это то самое. Из таких пород делались пирамидки. Нужно собрать как можно больше.

Мы начали складывать материалы по бездонным сумкам. Трофеев действительно было очень много. Особенно, учитывая, что и осколки Титана мы не собирались здесь оставлять. Они тоже пригодятся для работы над химерами и, может быть, для других исследований.

Как вдруг, земля снова начала дрожать.

— Что происходит? — спросил Прохор, оглядываясь.

Дед нахмурился:

— Титан сдерживал магму. Теперь она вырывается наружу.

Из кратера вулкана ударил столб лавы. Мощный, ослепительно яркий. Фонтан расплавленной породы поднялся на десятки метров в воздух.

Гул нарастал, земля под ногами трещала, воздух раскалился ещё сильнее.

— Может, пора сваливать? — предложил Алан, глядя на извержение. — не навсегда, конечно! На время. Просто… лучше сначала посмотрим на то, что здесь происходит издалека.

— Поддерживаю, — кивнул Прохор. — Если это извержение вулкана, то я не хочу сгореть после такой победы.

Но я смотрел на лавовый фонтан, и что-то подсказывало мне, что дело не только в извержении.

И вскоре в лаве начали формироваться фигуры.

Сначала едва различимые силуэты в пылающем потоке. Затем они стали чётче, плотнее, обрели форму.

И вот шесть фигур поднялись из расплавленной породы и зависли над кратером.

Огненные элементали.

Женские силуэты, сложенные из живого пламени. Высокие, стройные, с соблазнительными изгибами тел, которые завораживали взгляд.

Огонь танцевал по их фигурам, создавая иллюзию кожи и волос.

Даже лица были различимы. Высокие скулы, полные губы, глаза из чистого пламени. Черты менялись каждую секунду, словно огонь не мог решить, какую форму принять. Чаще всего они выглядели почти человеческими. Но иногда — чужими и пугающими.

Длинные волосы из пламени развевались, хотя ветра не было. Они струились вокруг лиц элементалей, живые, подвижные, гипнотические.

Ростом они были с обычного человека, но парили над землёй, едва касаясь её кончиками пальцев ног. Каждая из них двигалась плавно и грациозно, словно танцуя. Каждый их жест казался соблазнительным, но одновременно угрожающим.

Они смотрели на нас.

И улыбались.

Первая элементаль заговорила, её голос был похож на треск горящего дерева:

— Наконец-то…

Вторая подхватила, почти пропевая слова:

— Мы свободны…

Третья вздохнула, и звук был похож на шипение раскалённого металла в воде:

— Так долго… прятались…

Четвёртая протянула руку к нам, пальцы из пламени тянулись, манили:

— Глубоко в лаве…

Пятая закружилась в танце, её тело оставляло за собой огненный след:

— Титан… скверна… сторожили…

Шестая посмотрела прямо на меня, и в её глазах я увидел нечто похожее на голод:

— Спасители… пришли…

Они начали двигаться к нам.

Плавно, гипнотически, словно под музыку, которую слышали только они. Тела изгибались в невозможных позах, руки вытягивались и сжимались, волосы из пламени струились вокруг них.

Это было на удивление красиво.

И жутко.

Я почувствовал, как напряглись все вокруг.

Ольга прошептала:

— Что-то мне это не нравится…

Элементали продолжали приближаться. Быстрее. Грациознее.

Движение было настолько быстрым и плавным, что даже я не заметил момента, когда мы оказались в центре кольца. Шесть фигур из пламени, каждая в нескольких метрах от нас, танцующие, двигающиеся, смотрящие.

На этот раз они заговорили все вместе, и их голоса слились в один:

— Наши дорогие спасители… теперь вы останетесь с нами навсегда!

Глава 11

— Ольга, — голос Прохора звучал необычно мягко, — я так долго ждал подходящего момента. Я хочу сделать тебе…

Они находились на зелёном горном плато. Закат окрашивал небо в невероятные оттенки оранжевого и розового. Рядом стоял Прохор, протягивая ей букет полевых цветов.

До этого он несколько минут делал ей комплименты, а она отвечала взаимностью. И, кажется, дело шло к чему-то важному.

Но было в этом что-то странное. Нет, не их отношения, хотя и они как будто стали излишне сладкими, словно кто-то выкрутил их гормоны любви, привязанности и удовольствия на максимум. Но страннее всего всё же была обстановка, где они сейчас находились.

— Прохор? — Ольга моргнула, оглядываясь. — Где мы? Мы же были… около чего-то. Чего-то большого и горячего.

— Не важно где, — он сделал шаг ближе. — Важно, что мы вдвоём. Ольга, я давно хотел признаться…

Но что-то зудело в памяти Ольги, не давало расслабиться и насладиться моментом.

— Вулкан! — воскликнула она. — Мы были около вулкана! С Максом! И с… — она нахмурилась, — … с кем-то ещё!

Прохор тоже замер, явно пытаясь вспомнить:

— Что? Вулкан?

— Да! Там были огненные штуки. И большой монстр. Мы же его убили!

Прохор схватился за голову:

— Точно! Мы убили титана! А потом… потом появились элементали!

Они посмотрели друг на друга, и одновременно до них дошло.

— Это иллюзия! — выдохнула Ольга.

— Блин, — Прохор огляделся вокруг. — А я уже почти решился на….

— Почти решился на ЧТО? — Ольга прищурилась, явно не собираясь дать ему соскочить с темы.

Прохор торопливо отвернулся:

— Не важно! Давай выбираться отсюда!

— Погоди-ка, — Ольга шагнула ближе, ехидно улыбаясь. — В чём ты там собирался мне признаться?

— Ты знаешь… — уклончиво ответил он, — … в любом случае, нам нужно скорее покончить с этой иллюзией Наверняка, Макс волнуется! — нашёлся он.

— Ага, иллюзия, конечно, — Ольга хмыкнула и неосознанно приняла угрожающую позу. — Но когда мы выберемся, мы ещё к этому разговору вернёмся.

— Конечно! — Калинин знал, что когда его девушка говорит таким тоном, то с ней лучше не стоит.

Но сейчас они всё-таки сосредоточились и попытались разорвать ментальное воздействие. Безуспешно.

— Не работает! — Ольга попробовала ещё раз.

— У меня тоже! Похоже, нас должен кто-то вытащить отсюда.

Ольга со вздохом опустилась на траву:

— Отлично. Макс опять будет всех спасать.

— Ну… он в этом хорош, — Прохор сел рядом с ней.

Повисло неловкое молчание.

— Раз уж мы тут застряли, — наконец нарушила его Ольга, — что ты там хотел сказать про «самую прекрасную»?

— Алан? Ты там?

Голос Алины заставил Ковальски обернуться. Она вошла к нему в офис в соблазнительном платье с глубоким вырезом и милой улыбкой, от которой он и сам расплылся в ответ.

Стараясь не пялиться на декольте девушки слишком откровенно, он рассеянно перевёл взгляд, и вдруг осознал, что не видит на собственном столе ни одной бумаги, ни одного отчёта, даже календарь встреч отсутствовал.

— Ты готов? Мы же собирались на зачистку очага сегодня!

— На зачистку? — Алан удивлённо продолжал разглядывать пустой стол. — Очага? Ты что, будешь в платье?

— Почему бы и нет? — продолжала светиться от радости Алина, — разве тебе не будет так приятней за мной наблюдать? А от настоящей опасности ты меня защитишь!

— Но… а работа? — Ковальски и сам не мог понять, что заставляет его спорить, ведь перспектива была такой манящей!

Алина рассмеялась:

— Какая работа? Ты же боевой маг, а не бюрократ! Пойдём скорее!

Алан медленно встал, не сводя глаз со стола.

— Это… это слишком хорошо, чтобы быть правдой, — пробормотал он.

— Что ты имеешь в виду?

— У меня ВСЕГДА есть отчёты, — Алан подошёл к столу, провёл рукой по его поверхности. — Встречи. Документы. Даже в выходные мне присылают что-то срочное.

— Не сегодня! — Алина взяла его за руку. — Сегодня мы весь день будем охотиться вместе! Только ты и я!

Алан посмотрел на неё внимательнее:

— И ты правда хочешь провести весь день, охотясь на монстров? Со мной?

— Конечно! Это так романтично!

Алан замер.

— Романтично? — он медленно высвободил свою руку. — Алина… настоящая Алина никогда не назвала бы охоту на монстров романтичной. Она бы сказала что-то про сбор ценных компонентов и важность правильной разделки туш.

«Алина» моргнула:

— Но…

— И она бы точно не оставила свою мастерскую просто так, — продолжил Алан. — У неё же вечно какой-то эксперимент на середине.

Лицо «Алины» начало мерцать.

— Извини, — Алан вздохнул. — Хочу ли я жизнь без отчётов? О да! Но не в иллюзии.

Он сосредоточился и попытался её развеять, но безуспешно.

— Отлично, — Ковальски сел обратно за пустой стол. — Застрял в ментальной ловушке. Макс опять будет надо мной смеяться.

Алан откинулся на спинку кресла и сложил руки за головой.

— Хотя… Раз уж я тут застрял, можно хотя бы насладиться видом пустого стола. Это так редко случается. И да… автор иллюзии, кто бы ты ни был. Верни-ка мне сюда Алину.

Регина пришла в себя в тёмном зале. Перед ней на коленях стоял Максимилиан Рихтер. Связанный и Беспомощный.

А вокруг него фигуры Теней, готовые прислуживать ей по малейшему зову.

Губы Регины растянулись в улыбке.

— Ну наконец-то.

Недолго думая, она сняла со стены острый клинок. После чего медленно обошла Макса и склонилась над ним.

— Регина… пожалуйста… — простонал Макс.

Но она лишь с хищной улыбкой провела лезвием по его шее. Выступила кровь, и Великая Княгиня Сципион облизнулась в предвкушении от всего того, что могла с ним сделать.

Конечно, она не на секунду не верила, что это настоящий Макс. В подобной роли его было даже сложно представить.

Но иллюзия была на удивление чёткой. И такой приятной.

Интересно, как громко он будет кричать и молить о пощаде, если она вспомнит все свои пыточные навыки?

Да и с Тенями можно поиграть тоже. Хотя с ними не так интересно.

Главное, чтобы Макс не вытащил её отсюда до того, как она насытится. В конце концов, в том, чтобы быть его ревенантом не так много радости.

Я сидел на скамейке в саду собственного замка, а рядом, держа меня за руку, устроилась Октавия. Она выглядела счастливой и расслабленной.

— Такой прекрасный день, правда? — улыбнулась она.

Светило солнце и пели птицы.

— Да, — согласился я, наслаждаясь моментом.

Всё казалось таким естественным и правильным.

Никаких угроз, никаких проблем, просто я и моя женщина отдыхаем в саду.

— Знаешь, я так рада, что мы наконец-то можем просто расслабиться, — продолжала Октавия. — Без врагов, без интриг, без бесконечных дел.

— Без врагов? — Я слегка нахмурился, но мысль ускользнула прежде, чем я успел её ухватить.

На садовой дорожке показались две женские фигуры. Они шли под ручку, мило беседуя и даже… смеясь?

Я присмотрелся и чуть не подавился воздухом.

Катарина Вийон и Бланш Вийон. Вместе. Под ручку. Как лучшие подруги.

— Смотри, как мило они общаются, — заметила Октавия. — Я так рада, что они поладили.

Я молчал, просто глядя на эту картину.

Катарина, великая княгиня, диктатор, нарцисс, которая воспринимала всех женщин вокруг как служанок, а мужчин как инструменты для достижения своих целей.

Я всегда хорошо понимал, какая она на самом деле, но всё-таки, какое-то время мы были с ней вместе.

Как минимум, потому что было сложно игнорировать то, насколько она красива, а также потому что со мной она умела быть другой. Когда ей было что-то нужно, она по-настоящему старалась.

Но это было тысячу лет назад.

И главное — она мертва. Я сам её убил.

А Бланш… новая княгиня Вийон, которая отчаянно старается доказать всем своё право на власть в клане. И появление Катарины стало бы для неё настоящей катастрофой.

И вот они идут под ручку, болтая о чём-то и явно наслаждаясь обществом друг друга.

— Макс? — Октавия слегка сжала мою руку. — О чём ты задумался?

— Просто… удивлён, — медленно произнёс я. — Не ожидал увидеть их вместе.

— Почему же? — Октавия выглядела искренне недоумевающей. — Они обе Вийон. У них много общего.

— Много общего, — эхом повторил я, продолжая наблюдать за парочкой.

Катарина что-то рассказывала, активно жестикулируя, а Бланш искренне смеялась.

Но не успел я как следует осмыслить происходящее, как Октавия снова оживилась:

— О, смотри! А вот и Белла!

По другой дорожке действительно грациозно приближалась Изабелла Веласко. Её зеленоватые волосы развевались на ветру, и ящерка, как всегда, выглядела просто сногсшибательно.

— Октавия! — воскликнула Белла, подбегая к нам. — Моя дорогая подруга!

Я наблюдал с нарастающим изумлением, как Изабелла обняла Октавию так, словно та была её лучшей подругой

— Белла! — Октавия обняла её в ответ. — Как же я рада тебя видеть!

— И я тебя! Ты знаешь, я тут подумала о том платье, о котором мы говорили…

Что ж. Я уже осознал, что нахожусь под действием какой-то ментальной магии, но, надо признаться, происходящее всё-таки сумело меня захватить своим абсурдом.

Изабелла Веласко и Октавия Сципион. Обнимаются, обсуждают платья, называют друг друга подругами.

Изабелла — темпераментная южанка, хищница, моя бывшая любовница, которая сейчас работает со мной как союзник. Женщина, которая не делает ничего вполсилы и уж точно не из тех, кто мило болтает о платьях со своей потенциальной соперницей.

Октавия — моя женщина, умная, остроумная, ревнивая. Очень ревнивая. Конечно, она держит свои чувства под контролем и терпит присутствие Беллы на встречах, на переговорах, ради дела. Но никогда бы не обнималась с ней так тепло.

— Знаешь, — Октавия вдруг развернулась ко мне, всё ещё держа Беллу за руку, — почему бы тебе не провести немного времени с Изабеллой? Вы давно не общались наедине.

Я застыл. Градус абсурда всё повышался.

— Что? — медленно переспросил я.

— Ну да! — Октавия выглядела абсолютно искренней. — Разве вам не стоит больше времени проводить вместе? Ну… ты знаешь о чём я. И я совсем не против!

Ответить я не успел, новый голос заставил меня обернуться.

— Господин Рихтер!

По дорожке к нам спешила Минжу. В руках у неё был поднос с чайным набором, а на лице выражение настоящего блаженства.

— Господин Рихтер! — повторила она, подбегая ближе. — Я приготовила для вас особую чайную церемонию! Использовала самый редкий чай из личных запасов клана Лянь!

Она поставила поднос на столик рядом со скамейкой и посмотрела на меня глазами, полными… обожания?

— А потом, — продолжила Минжу, склонив голову и улыбаясь застенчиво, — я могла бы сделать вам особый массаж. Традиционный, очень… расслабляющий.

Она протянула руку, явно собираясь коснуться моего плеча.

Я поднял руку, останавливая её.

— Стоп, — сказал я спокойно. — Достаточно.

Я мог понять, почему здесь Октавия и Белла. Даже допускал зачем здесь Бланш и Катарина. Но Минжу?

Таинственный менталист решил запихнуть в мою иллюзию вообще всех красивых девушек, которых я знаю или когда-то знал?

Кого мне ждать следующими? Лифэнь и Регину?

При мысли о последней я даже слегка поёжился. Вот уж спасибо. Надо заканчивать, пока мне действительно не подсунули эту психопатку. Достаточно того, что она теперь постоянно крутится рядом в виде моего ревенанта.

Я встал со скамейки и окинул взглядом всю эту идиллическую картину.

Катарина и Бланш, всё ещё прогуливающиеся под ручку. Октавия и Изабелла, обнимающиеся как лучшие подруги. Минжу с её чайной церемонией и обещанием массажа.

— Знаете, — начал я, и в моём голосе прозвучали нотки сдержанного веселья, — это была очень, очень хорошая попытка. По-настоящему впечатляющая работа с ментальной магией.

Все женщины замерли, глядя на меня, но я обращался, конечно, не к ним. А попутно активировал заклинание ложной смерти. Помимо своей основной задачи, оно также помогало очистить разум.

— Но, вы немного переборщили с идеализмом. Понимаете, в чём проблема? Вы создали весьма распространённую мужскую фантазию. Но довольно примитивную. Мир, где все женщины ладят друг с другом, где моя женщина не ревнует и даже поощряет меня проводить время с другими, где девушка, у которой есть другой мужчина, предлагает мне интимный массаж.

Сад вокруг меня начал расплываться.

— Но настоящие женщины в моей жизни, — продолжил я, — сложные, противоречивые, амбициозные, ревнивые, независимые. Именно это делает их интересными. Именно это делает их настоящими.

Все фигуры девушек вокруг меня одновременно превратились в огненные силуэты.

Иллюзия трещала, постепенно разваливаясь на части.

— Так что нет, — я усмехнулся, — я не буду наслаждаться вашей версией идеального мира. Потому что она слишком идеальна, чтобы быть правдой. И слишком примитивна, чтобы быть интересной.

Голоса элементалей зазвучали хором, разочарованно и обиженно:

— Но мы хотели подарить тебе счастье, спаситель…

— Показали абсурд, — парировал я. — Но, должен признать, ментальная магия была впечатляющей. На несколько мгновений я почти поверил. Почти, — повторил я с усмешкой. — Но Катарина под ручку с Бланш — это уже слишком. Даже для магии.

Наконец, иллюзия спала окончательно, и я открыл глаза в настоящем мире.

Где вокруг меня и моей команды горело кольцо огня, а шесть огненных элементалей смотрели на меня с явным недоумением.

Глава 12

Я оглядел остальных членов команды. Все они до сих пор находились под воздействием иллюзии.

Ольга и Прохор стояли с отрешёнными лицами, но губы Ольги шевелились, словно она что-то говорила.

Алан выглядел полностью погружённым в грёзы, на его лице застыло умиротворённое выражение.

Регина смотрела куда-то перед собой с хищной улыбкой. А дед… дед тоже находился в иллюзии. Он стоял неподвижно и, похоже, не спешил её с себя снимать.

Очень странно. Я был уверен, что уж ему-то попадание в подобную ловушку точно не грозит.

Да, конечно, любой у кого есть разум, не застрахован от ментальных ударов. Но, всё же мёртвого, да ещё и безэмоционального мага поймать на крючок, значительно сложнее.

Опять же, дед, как и я, прекрасно знал способы противодействия этому. И, если у меня получилось прервать контакт, то и у деда должно было выйти не хуже.

Очень странно. В любом случае, пора вытаскивать остальных.

Я повернулся к элементалям. Шесть фигур из живого огня продолжали танцевать вокруг нас, но теперь их движения были более нерешительными.

— Дамы, — начал я вежливо, но твёрдо, — нам действительно нужно поговорить. И желательно без ментальных иллюзий на этот раз.

Элементали переглянулись между собой. Их огненные тела мерцали, а жесты выдавали явное замешательство.

— Ты… сопротивлялся, — прозвучал голос первой, и в нём звучало искреннее удивление.

— Мы так старались, — добавила вторая, её голос был почти обиженным.

— Показать тебе счастье, — продолжила третья.

— То, чего ты хочешь, — четвёртая склонила голову.

— Покой, — пятая приблизилась на шаг.

— И любовь, — шестая, самая высокая, смотрела на меня с непониманием.

Что ж, несмотря на всё их мастерство в напускании морока, в человеческих желаниях они разбирались на довольно примитивном и поверхностном уровне. Во всяком случае, со мной попасть в точку, у них не получилось.

Как бы там ни было, но они явно не понимали, что сделали что-то не так.

— Послушайте, — я говорил спокойно, почти мягко, — я понимаю, что вы хотели сделать приятное. Вы были заточены здесь долгое время, верно?

Элементали закивали в унисон.

— Века, — прошептали они хором.

— Одиночество, — добавила одна.

— Темнота, — другая.

— Титан и скверна закрыли путь на волю, — третья.

— И вот мы вас освободили, — продолжил я. — Вы благодарны. Хотите отплатить добром за добро. Правильно?

Снова кивки. Более энергичные.

— Мы хотели сделать вам приятно! — воскликнула первая.

— Показать благодарность! — вторая.

— Чтобы вы остались, — третья сделала танцевальное движение.

— Навсегда с нами, — четвёртая протянула руки.

— Не одиноки больше, — пятая.

— Счастливы все вместе, — шестая улыбнулась огненной улыбкой.

Теперь я убедился точно. Они не хотели причинить вред. Они просто отчаянно искали компанию. После веков одиночества они нашли живых существ и решили их удержать самым простым для них способом, через свою ментальную магию.

Магические существа вообще зачастую мыслят совсем не так как мы, и ждать от них того, что они по умолчанию будут следовать человеческим правилам, чаще всего, просто глупо. Скорее всего, только наткнёшься на стену непонимания или того хуже, спровоцируешь их на агрессию.

Вот только зачем портить отношения с теми, с кем можно взаимовыгодно сотрудничать? Главное суметь найти правильный подход.

И огненные элементали своим поведением чем-то напомнили мне гремлинов. Несмотря на весь свой незаурядный ум, пушистые механики лучше всего понимают людей, когда им объясняешь что-то максимально простым языком. Словно ребёнку.

И сейчас я разговаривал с огненными девушками примерно в той же манере.

— Я понимаю, — улыбнулся я. — Но видите ли, у нас есть обязанности. Мир, который нужно спасти. Люди, которые от нас зависят. Мы не можем остаться здесь навсегда, как бы не были приятны ваши иллюзии.

Элементали поникли. Даже их пламя словно бы стало менее ярким.

— Но мы так старались… — прошептала одна.

— Изучали ваши желания… — другая.

— Создавали идеальные миры… — третья.

Я поднял руку:

— И вы проделали впечатляющую работу. Честно. Ваша ментальная магия очень сильна. Но есть проблема, вы создали не то, чего мы действительно хотим, а то, что, по вашему мнению, должно нас осчастливить.

— Но разве вы не рады? — вновь заговорила одна из них.

— Мы чувствуем счастье… — подхватила вторая.

— Готовы стараться больше! — с энтузиазмом предложила третья.

Я покачал головой:

— Видите ли, в чём дело. Да, ваша магия заставляет нас чувствовать разные эмоции. Но это не настоящее счастье. Это иллюзия счастья, которую вы создали для нас.

Я снова улыбнулся, и заговорил совсем просто:

— Представьте, что вы очень голодны. И кто-то создаёт для вас иллюзию еды. Вкусной, прекрасной еды. Вы её едите в иллюзии и чувствуете сытость. Но когда иллюзия закончится, вы всё равно будете голодны. Потому что на самом деле вы ничего не ели.

Элементали переглянулись, явно пытаясь понять.

— Так и со счастьем, — продолжил я мягко. — Настоящее счастье — это то, что мы создаём сами, в настоящем мире. Со всеми его проблемами, опасностями и трудностями. Иллюзия счастья… это как иллюзия еды. Приятно, пока длится, но не настоящее.

Я обвёл взглядом всех шестерых:

— И ещё один момент. Вам не нравилось, когда Титан держал вас здесь взаперти, верно? Когда вы не могли уйти из-за скверны, когда у вас не было выбора?

Элементали закивали энергично.

— Ненавидели! — воскликнула одна.

— Он заточил нас! — добавила другая.

— Мы хотели быть свободными! — третья.

Я кивнул:

— Именно. Вы хотели свободы. А теперь подумайте — разве вы не делаете с нами то же самое? Держите нас в своих иллюзиях, не давая уйти? Отнимаете наш выбор?

Наступила тишина. Элементали застыли, их огненные тела перестали танцевать.

— Мы… мы не хотели, — прошептала одна голосом, полным внезапного понимания.

— Просто не хотели быть снова одни, — добавила другая тихо.

— Но мы делали то же самое, что Титан, — третья звучала потрясённо.

Я улыбнулся и ответил:

— Да. Но знаете что? Вы поняли это. А это значит, что вы можете поступить иначе. Можете дать нам свободу. И тогда, возможно, мы вернёмся к вам по собственной воле. Не как пленники, а как друзья.

Я указал на своих спутников:

— Видите их? Они всё ещё в ваших иллюзиях. И я прошу вас их отпустить.

Конечно, при необходимости, я мог бы заставить их это сделать. Но гораздо лучше, если они сделают это по своей воле. Тем более, что наши переговоры так хорошо складывались.

Огненные элементали только казались пугающими, но в душе явно были такими же душками, как и наша Росинка.

Наконец, самая высокая из них шагнула вперёд:

— Хорошо, — её голос звучал грустно, но решительно. — Мы не очень поняли про ваше счастье, но всё-таки отпустим их. Потому что ты прав. Дружба лучше, чем заточение.

Остальные элементали закивали.

— Но обещай, — продолжила она, — что будешь возвращаться к нам. Хотя бы иногда.

Я улыбнулся:

— Обещаю. К тому же, — я огляделся на вулкан, — здесь полно ресурсов, которые нам нужны. Мы будем возвращаться.

Элементали переглянулись и, похоже, это их удовлетворило.

Огненная стена вокруг нас начала опадать. Пламя становилось ниже, слабее, пока не исчезло совсем.

А затем я увидел, как мои спутники начали приходить в себя.

Ольга первая открыла глаза, моргнула и тут же покраснела, глядя на Прохора. Тот, в свою очередь, смотрел куда угодно, только не на неё.

Алан очнулся следующим, огляделся и тяжело вздохнул, явно сожалея о чём-то.

Регина открыла глаза с явным разочарованием на лице:

— Блин, — разочарованно протянула она. — Умеешь же ты испортить момент, Рихтер! Не мог дать мне ещё хотя бы полчасика побаловаться? Я ещё даже не вырезала тебе глаза.

Прохор поперхнулся, а Алан непроизвольно вытаращил глаза. Они ещё не привыкли к Регине и её манерам. Однако, меня и Ольгу её комментарии уже ничуть не трогали.

Дед же снова меня удивил тем, что пришёл в себя последним.

— Ну что, — я усмехнулся, глядя на всех, — хватит витать в облаках. Давайте за работу. Надо собирать материалы для пирамидок, а также разобрать все остальные трофеи. Прошу обратить особенно внимание на части саламандр. Огненных и тем более взрывных ингредиентов всегда не хватает.

Все начали отряхиваться и приходить в себя окончательно. А также расспрашивать меня об элементалях, да и самих элементалях обо всём, что случилось.

Все трое моих учеников были уверены, что нас ждёт ещё одно сражение, и очень удивились, что элементали отпустили нас просто так.

Сами огненные девицы держались теперь не в пример скромнее. Похоже, они испытывали вину за своё поведение.

Особенное впечатление на них произвело, когда я сравнил их с Титаном. Этот пример пробрал их буквально до глубины души.

Наконец, все начали разбредаться по очагу, чтобы заняться делом.

Но мой взгляд задержался на Карле.

— Дед, — позвал я, когда остальные разошлись. — Обсудим кое-что?

Лич повернулся ко мне, его взгляд не выражал ничего.

— Что такое?

Я говорил тихо, чтобы не слышали остальные:

— Слушай… ты же вообще не должен был попасть в такого рода иллюзию. Тебе запудрить голову ещё труднее, чем мне. Как это вообще произошло и что ты видел?

Дед молчал несколько секунд. Я уже забеспокоился, что пережитый ментальный удар оказался сильнее, чем можно было предположить, и разум дедули по-настоящему повредился.

Но наконец он не терпящим возражений тоном отрезал:

— Не хочу об этом говорить.

Меня ответ не устраивал, потому что нет ничего опаснее, чем спятивший лич. Если он, конечно, вообще может сойти с ума.

Но тут вмешались элементали. Одна из них, услужливо, начала:

— О, мы можем рассказать! У него была такая интересная иллюзия!

— МОЛЧИТЕ, — голос деда был подобен удару грома. — Если хотите жить.

Его глаза вспыхнули зловещим зелёным светом, а давление магии поднявшееся вокруг заставило напрячься даже меня.

Элементали шарахнулись назад, их пламя задрожало.

— Мы… мы молчим! — пролепетали они хором.

Дед продолжал смотреть на них ещё несколько секунд, затем магия рассеялась.

Я посмотрел на него. На то, как напряжённо он держался. На то, как быстро и резко отреагировал на попытку раскрыть содержание его иллюзии.

Что бы он там ни увидел, похоже, это было чем-то по-настоящему личным.

Но меня это даже успокоило. Видимо, он всё-таки не слетел с катушек, а действительно просто не хотел это пока обсуждать.

Что ж, даже у лича должно быть право на некоторую приватность собственных мыслей.

Пока это не во вред клану, разумеется. Так что я не стал настаивать, и он, как и остальные, занялся сбором трофеев.

А несколько часов спустя мы были готовы к возвращению.

Пространственные сумки были забиты практически под завязку, вулканическая порода всех сортов, кристаллы из тела Огненного Титана, десятки туш саламандр, жуков, змей и обезьян в отличном состоянии.

Правда, мои ученики немного расстроились, что так и не сумели подсчитать, кто победил в их соревновании, элементали прервали его слишком рано.

Я склонялся к тому, что это был Прохор, но без чёткого подсчёта, объявлять чемпиона было бы не честно.

Но главное, что мы собрали достаточно породы для создания телепортационных пирамидок.

А это значило, что пора возвращаться в Рихтерберг.

Перед отлётом я позвал элементалей, которые всё это время крутились неподалёку и, как умели, пытались нам помогать.

И вот теперь они танцевали вокруг, явно грустные от предстоящего расставания, но уже не пытались удержать нас силой.

— Знаете что, — сказал я, доставая из-за пазухи одну из старых телепортационных пирамидок, — у меня есть идея.

Элементали тут же приблизились, их огненные тела закружились быстрее, а взгляды стали заинтересованными.

— Ох, какая красивая штучка, — протянула одна из них, склонив голову. — Что это, спаситель?

— Магический артефакт? — другая приблизилась, её пламя потянулось ко мне. — Покажешь нам поближе?

— Это телепортационная пирамидка, — объяснил я, показывая устройство. — Она позволяет мгновенно перемещаться между двумя точками. Я могу появиться здесь в любой момент, когда захочу.

— О-о-о, — игриво протянула одна из элементалей, — Значит, ты сможешь навещать нас?

— Когда только пожелаешь? — добавила другая, грациозно приближаясь.

Третья просто радостно засмеялась, и этот звук был похож на треск уютного костерка.

Я усмехнулся:

— Именно. И я хочу оставить эту пирамидку здесь, у вас. Как залог нашей новой дружбы. Чтобы я мог быстро вернуться, когда понадобится.

Элементали вспыхнули ярче, явно обрадованные.

— Ты оставишь нам свою волшебную игрушку? — одна закружилась в восторженном танце. — Какой щедрый подарок, спаситель!

— Мы будем хранить её как сокровище, — пообещала другая медовым голосом. — Никому не позволим даже прикоснуться.

— Только тебе, — третья придвинулась ближе. — Когда ты вернёшься к нам.

— Вот и отлично, — я кивнул, — Но мне нужна ваша помощь. Вы должны спрятать пирамидку где-нибудь неподалёку. В надёжном месте. И не позволить никому её унести. Сможете?

— О, мы можем много чего, — протянула одна с лёгким смешком.

— Спрятать твоё сокровище? — вторая склонила голову. — Легко. Мы знаем здесь каждую расщелину, каждое укромное местечко.

— Никто не найдёт, обещаем, — третья сделала изящный и пламенный жест рукой. — Будем охранять его день и ночь.

Я кивнул, но тут же поднял палец:

— Только одно важное условие. Главное — не прячьте её в лаве

Элементали замерли, явно недоумевая.

— Не в лаве? — переспросила одна, наклонив голову. — Но почему, спаситель? Лава — самое уютное место!

— И самое безопасное, — согласилась другая. — Никто туда не сунется. Кроме нас, конечно.

— Мы там так любим купаться, — третья засмеялась. — Тепло, приятно… идеальное укрытие!

Я рассмеялся:

— Для вас — да. Но люди, видите ли, не такие стойкие к высоким температурам, как вы. Если я телепортируюсь прямо в лаву, то… — я нарочито грустно развёл руками и пошутил, — … это будет очень короткий визит.

Элементали переглянулись, а потом все шестеро разразились смехом. Их смех звучал как треск пламени, весёлый и искренний.

— Ах да, люди такие нежные, — проворковала одна, — Такие хрупкие создания.

— Боятся жара, — вторая покачала головой. — Мы уже и забыли.

— Хорошо, хорошо, — третья приблизилась, танцуя — Мы найдём для тебя прохладное местечко, спаситель. Чтобы ты не сгорел, когда вернёшься к нам.

— Было бы очень обидно, — добавила четвёртая с лёгким смешком, — потерять такого интересного гостя из-за неправильного хранения артефакта.

Самая высокая элементаль шагнула вперёд:

— Мы спрячем твою пирамидку в безопасном месте. Не в лаве. Обещаем, — её голос стал мягче, почти нежным. — И будем ждать твоего возвращения.

— Каждый день, — добавила другая мечтательно.

— Проверять, не появился ли ты, — третья.

— Наш освободитель, — четвёртая.

— Наш друг, — пятая.

— Наш спаситель, — шестая закончила, и все они склонились в полупоклоне.

Я улыбнулся:

— Тогда до скорой встречи.

— До встречи, — протянули они хором, и в их голосах звучало что-то среднее между обещанием и приглашением.

Мы обменялись прощальными жестами. Элементали танцевали вокруг нас, провожая до самых драконов, их огненные тела мерцали в лучах заходящего солнца.

Я невольно залюбовался, а Ольга, Прохор и Алан вообще застыли, едва не открыв рот от столь необычного и красивого зрелища.

— Не заставляй нас ждать слишком долго, — крикнула одна из элементалей на прощание.

А мы, наконец, разместились на драконах и взлетели.

А пока мы набирали высоту, оставляя вулкан позади, я думал о том, что нас ждёт дальше.

Ресурсов собрано более чем достаточно. Осталось лишь как следует подготовиться к войне с Ракшей.

А значит настало время дать окончательный ответ его дочери, Сурье Канвар.

Глава 13

Всё шло по плану.

Я сидел в своём кабинете, рассматривая один из кристаллов, добытых из тела Огненного Титана.

Красивая штука, надо признать. Даже в обработанном виде внутри мерцало что-то живое, пульсирующее. Энергия огня, заключённая в минеральную оболочку.

Экспедиция к вулканическому очагу прошла успешно. Даже более чем. Мы вернулись с полными сумками трофеев. Вулканическая порода всех сортов, кристаллы Титана, в том числе его главное ядро, туши саламандр, огненных змей, обезьян и жуков в отличном состоянии.

Но, главное, что добытых материалов хватит на создание добротной партии телепортационных пирамидок.

А ещё у нас теперь есть союзники-элементали. Странные, игривые, немного опасные, но союзники. Одна пирамидка уже оставлена у них на вулкане. Ещё одна точка в будущей глобальной сети телепортации, которую я собираюсь наладить.

Я отложил кристалл и откинулся на спинку кресла.

Да, прогресс был налицо. Но самое важное сейчас добиться того, чтобы мой план на предстоящую войну сработал как нужно.

Но для этого нужно окончательно убедиться в надёжности нового союза.

Я встал и направился к двери.

Пора поговорить с Сурьей ещё раз.

Зал совета был готов к встрече. Большой овальный стол из тёмного дерева, мягкие кресла, карты и большие экраны на стенах. Всё было сделано для максимальной практичности и удобства. За красоту же отвечали неизменные гелиовитрумы и фонтаны.

Сурья уже ждала, стоя у окна. Она всё ещё выглядела скромно, те же дорожные одежды серо-коричневых тонов, волосы убраны под платок. Девушка явно не стремилась привлекать внимание. Разумно, учитывая, откуда она пришла.

Рядом с ней стоял Симон. Мой ученик выглядел спокойным, но я заметил, как он то и дело бросает благодарные взгляды на Сурью. Она ведь рисковала ради него тогда, в детстве. Такие вещи не забываются.

Октавия сидела за столом, перелистывая какие-то записи. Ольга устроилась рядом, постукивая пальцами по подлокотнику.

Дед Карл невозмутимо стоял у стены, словно восковая статуя.

— Итак, — начал я, усаживаясь во главе стола, — поговорим о деталях.

Сурья кивнула и подошла к столу. Она немного нервничала, это читалось в том, как она сжимала край своего плаща. Но всё равно девушка держалась молодцом. Её спина была прямой, а взгляд твёрдым.

— Я готова выслушать, — сказала она.

Я жестом предложил ей сесть. Она опустилась в кресло напротив меня.

— Хорошо, — я сложил руки на столе. — Начнём с главного. У меня есть способ мгновенно перебрасывать войска на большие расстояния.

Сурья моргнула.

— Мгновенно? — переспросила она осторожно. — В смысле… очень быстро или…

— В смысле мгновенно, — я усмехнулся. — Телепортация. Из точки А в точку Б без всякого пути между ними.

Наступила тишина.

Сурья смотрела на меня, явно пытаясь понять, серьёзно ли я говорю. Потом перевела взгляд на Симона, словно ища подтверждения.

— Вы… — она запнулась. — Простите, но вы серьёзно? Телепортация? Я слышала легенды о древних артефактах, способных на такое, но всегда думала, что это просто сказки. Да, очень редко, у некоторых магов встречаются способности к совсем короткой телепортации на пару метров или чуть больше, но…

Её голос звучал неуверенно. Я даже увидел, как уголки её губ дрогнули, словно она не знала, как правильно реагировать.

— Надеюсь, вы не смеётесь надо мной? — добавила она тихо.

Симон тут же вмешался:

— Мой учитель никогда не стал бы так шутить. — Он посмотрел на Сурью прямо. — Я сам видел пирамидки в действии. Это реальность, Сурья. Максимилиан Рихтер может телепортироваться.

Она медленно кивнула, переваривая информацию. Я видел, как в её глазах загорается понимание. А вместе с ним надежда.

— Это… — она сделала глубокий вдох. — Это меняет всё.

— Именно, — согласился я. — Но для этого мне нужна ваша помощь.

Я достал из-за пазухи одну из пирамидок и положил на стол между нами. Небольшой артефакт, размером с кулак, покрытый рунами. В приглушённом свете зала совета он выглядел почти обыденно.

Но Сурья смотрела на него, как на чудо.

— Эти пирамидки работают парами, — объяснил я. — Одна здесь, другая там, куда нужно попасть. Активируешь одну, и мгновенно оказываешься у второй.

— И вы хотите, чтобы мы разместили их в Синде, — догадалась Сурья.

— Не просто в Синде, — я наклонился вперёд. — В ключевых точках монастырей Ракши. Особенно в главном монастыре-дворце, где живёт он сам.

Её глаза расширились.

— Вы собираетесь телепортироваться прямо в его логово?

— Примерно так, — я усмехнулся. — Неожиданность — наше главное преимущество. Ракша ожидает осады, штурма, длительной войны. Он не ждёт, что враг появится у него под носом за секунду.

Сурья задумалась, её взгляд снова упал на пирамидку.

— Для этого нам понадобятся планы монастырей, — продолжил я. — Схемы, карты, детальные описания. Где расположены казармы, склады, покои Ракши, хранилища артефактов. Всё, что вы сможете раздобыть.

— Мы можем это сделать, — ответила она уверенно. — У нас есть люди везде. Писари, домоправители, даже некоторые наставники. Я уже молчу про моих сестёр и других женщин клана. Планы монастырей… это не проблема. Неделя, максимум две.

— Отлично, — я кивнул. — А теперь о размещении самих пирамидок. Они должны быть спрятаны так, чтобы никто их не нашёл до нужного момента. И в то же время, в местах, откуда удобно начать атаку.

Сурья прикусила губу, обдумывая.

— Наши люди имеют доступ даже к личным покоям Ракши, — сказала она медленно. — Если вы скажете, где именно нужно разместить пирамидки, мы это сделаем.

Я улыбнулся. Вот это мне нравилось. Конкретика. Уверенность.

— Тогда договорились, — я пододвинул пирамидку к ней поближе. — Эту ты заберёшь с собой. Когда ты окажешь в Синде, я смогу прийти к вам для личной встречи.

Сурья осторожно взяла артефакт в руки, разглядывая руны.

— Это невероятно, — прошептала она.

— Привыкай, — заметила Ольга с усмешкой. — С Максом часто случается невероятное.

Октавия кивнула:

— Это точно.

Дед Карл промолчал, но я уловил едва заметный кивок.

Я вернулся к делу:

— Теперь об обратном пути. Ты отсутствовала некоторое время. Не покажется ли это подозрительным, когда ты вернёшься?

Сурья задумалась, но ненадолго.

— Я что-нибудь придумаю, — ответила она. — Скажу, что пряталась в трущобах после нападения на монастырь. Или что была ранена и выздоравливала. — Она пожала плечами. — Уверена, что хаос после вашего визита всё ещё не утих. Одна пропавшая женщина — не самая большая проблема Ракши сейчас.

— А если всё же заподозрят? — уточнила Октавия.

— Тогда я просто останусь в тени, — Сурья говорила спокойно и уверенно. — Не покажусь на глаза Канварам до самого исполнения плана. К счастью, среди заговорщиков и без меня достаточно рук, которые смогут воплотить задачу в жизнь.

Разумно. Девушка явно думала на перспективу.

— Я организую твою обратную дорогу через тех же контрабандистов, — сказал я. — Они доставят тебя в Синд. Но есть ещё одно условие.

Сурья вопросительно посмотрела на меня.

— Я хочу лично встретиться с твоими коллегами, всеми руководителями заговора, — объяснил я. — Нам всем будет полезно познакомиться друг с другом и обсудить план лично.

Её лицо просветлело.

— Это идеальный расклад! — воскликнула она с облегчением. — Они будут ждать вас в Синде со всем почтением. Чандра, Даршан, остальные… они давно хотели встретиться с тем, кто может изменить нашу судьбу.

Я кивнул. План складывался.

Мы ещё некоторое время обсуждали детали, маршруты, сроки, способы связи. Сурья оказалась толковой собеседницей, быстро схватывала суть и задавала правильные вопросы.

Наконец, мы закончили.

— Тогда до встречи в Синде, — сказал я, поднимаясь.

Сурья тоже встала, прижимая пирамидку к груди, словно это был самый ценный предмет в её жизни. Что, по сути, сейчас было правдой.

— Спасибо, — произнесла она тихо, но с огромной искренностью. — За шанс. За надежду.

— Благодари меня после победы, — усмехнулся я.

Она улыбнулась, впервые так открыто за всю нашу встречу.

Симон проводил её к выходу. Я проводил их взглядом, а потом обернулся к оставшимся.

— Что скажете?

— Она мне нравится, — Октавия отложила свои записи. — Держится хорошо, думает наперёд.

— Согласна, — Ольга кивнула. — И она смелая, не побоялась рискнуть и явиться сюда, а значит, вероятно, не струсит и в остальном. Это важно.

— К тому же, её смелость проверена временем, — добавила Октавия, — та старая история с Симоном тоже говорит о многом.

Я кивнул. Мнение девушек полностью совпадало с моим.

— Ладно, — я снова сел за стол. — Теперь у нас есть ещё одно дело. Нас ждёт внутриклановый совет.

— По поводу? — уточнила Ольга.

— По поводу того, как именно мы собираемся противостоять Канварам, — я усмехнулся. — Пирамидки — это хорошо. Но нам нужна ещё и армия, способная эффективно сражаться с магами воздуха. Нам не нужны потери, а значит необходимо придумать что-то новенькое.

Октавия понимающе кивнула:

— Летуны.

— Именно, — согласился я. — Скоро сюда подойдут Алина, Прохор и Анжи. Будем думать вместе.

Через несколько минут зал совета наполнился. К нам присоединились Алина, Прохор и Анжи.

Алина выглядела немного взволнованной, наверняка уже предвкушала новые эксперименты.

Прохор, как всегда, казался спокойным и собранным.

А Анжи держалась чуть в стороне, но внимательно слушала.

Симон тоже вернулся и занял место рядом с матерью.

— Итак, — я начал без предисловий, — проблема в том, что Канвары — мастера воздушного боя. Они атакуют сверху, отлично маневрируют и уклоняются от наземных атак.

Прохор кивнул:

— Гвардейцы хороши в ближнем бою. Но против летунов мы практически бесполезны.

— Драконы? — предложила Ольга. — У нас есть Агни и Костиус.

— Всего два, — дед Карл покачал головой. — Их легко завалить толпой. А у этого быка-производителя Канвара одних сыновей больше, чем всех членов нашего клана. Конечно, если бы мы могли создать больше драконов, тогда ситуация бы изменилась. Но для этого нужны особые материалы, которых у нас нет.

— Тогда нужна другая стратегия, — Октавия задумчиво постукивала пальцами по столу.

Анжи подалась вперёд:

— Я жила среди Канваров много лет. Была женой Ракши. Видела их тренировки, их тактику. — Её голос был тихим, но уверенным. — Они специализируются именно на воздушном бое. Это их главное преимущество. Они могут поднять в воздух сотни магов одновременно и атаковать с разных направлений.

Симон добавил:

— В монастырях основная подготовка идёт именно к воздушным сражениям. Наземные войска для них — лёгкая мишень.

Я кивнул. Да, картина вырисовывалась не самая радужная.

— Значит, нам нужно или научиться сбивать их с неба, или лишить преимущества в воздухе, — подытожил я. — Предложения?

— Летающие химеры? — предложил Прохор. — Быстрые, манёвренные. Способные догонять и атаковать.

Алина задумалась:

— У нас есть канарейки, которые себя хорошо показали во многих сражениях. Но, боюсь, что маги воздуха их просто сметут. Как и почти любых других летающих химер. Если их так много, как говорит Анжи, нам банально не хватит материалов, чтобы создать большую армию. А отряды поменьше просто задавят числом.

— Дальнобойные атаки? — Октавия подняла взгляд от своих записей. — Химеры с магическими снарядами?

Дед Карл хмыкнул:

— Теоретически возможно. Но проблема в точности. Летуны манёвренны. Попасть по движущейся цели в воздухе…

— … довольно сложно, — закончил я. — Да и не стоит забывать, что у них у всех есть щиты, а магия ветра способна отбивать снаряды обратно во врагов.

Повисла задумчивая тишина.

Ольга вдруг выпрямилась:

— А если не сбивать их, а стаскивать вниз?

Все посмотрели на неё.

— Что ты имеешь в виду? — уточнил я.

— Ну, — Ольга явно формулировала мысль на ходу, — если мы не можем победить их в дальнем бою снарядами и не можем навязать эффективный воздушный бой, в котором у врагов будет явное преимущество может, стоит использовать что-то вроде сетей? Или щупалец? Что-то с большим радиусом действия, что могло бы хватать их в воздухе и тянуть на землю.

Прохор кивнул:

— Логично. На земле маг воздуха теряет своё главное преимущество.

И тут Октавия внезапно хлопнула ладонью по столу.

— Жабы!

Все уставились на неё.

— Жабы? — переспросил я, не сдержав смешка.

— Да! — Октавия оживилась. — У жаб длинные липкие языки! Они ловят насекомых в воздухе именно так, выбрасывают язык, хватают и втягивают обратно. Это же идеально!

Наступила пауза, пока все переваривали эту мысль.

А потом я почувствовал, как в голове что-то щёлкнуло.

— Гигантские жабы, — произнёс я медленно. — С усиленными языками на магической основе. Способные стаскивать летунов на землю.

Алина уже схватила перо и начала набрасывать что-то в своём блокноте:

— Технически это возможно. Используем кости болотных монстров в качестве основы, добавим вулканические материалы для прочности. Язык можно усилить рунами и артефактами, сделать его длинным и быстрым.

Дед Карл подошёл ближе, заглядывая ей через плечо:

— Оригинально и эффективно. Жабы устойчивы, их сложно сбить или опрокинуть. Низкий центр тяжести, широкая опора. Уже не говоря о том, что при необходимости они могут прыгать, а также работать в группах, создавая зоны поражения.

Прохор уже мыслил тактически:

— Размещаем их по периметру поля боя. Создаём зоны, где летать опасно. Канвары либо избегают этих зон, теряя манёвренность, либо рискуют быть стащенными вниз.

Анжи кивнула:

— Канвары не ожидают такого. Они привыкли к прямым атакам, стрелам, снарядам, заклинаниям. Но жабы с языками… — Она даже улыбнулась. — Это их застанет врасплох.

Симон добавил:

— Главное — скорость языка. Маги воздуха быстры. Нужна мгновенная реакция, иначе они успеют уклониться.

Октавия уже что-то прикидывала:

— Я могу создать артефакты-усилители для языков. Увеличат скорость выброса и силу захвата. Плюс добавим липкости, даже если язык не обернётся вокруг цели полностью, она прилипнет и не сможет вырваться.

Я откинулся на спинку кресла, наблюдая, как идея обрастает деталями.

Жабы. Кто бы мог подумать.

Я кивнул и обвёл взглядом всех собравшихся:

— Тогда решено. Жабы — наша основа противовоздушной обороны. Но только их будет недостаточно. Что ещё?

— Летающие пауки, — неожиданно предложила Алина.

Я поднял бровь:

— Объясни.

— У нас есть пауки с ультра-прочной и липкой паутиной, — она оживлённо листала блокнот. — Эта паутина уже не раз себя превосходно показала. И артефакты на её основе тоже замечательные. Думаю, нам стоит также снабдить ими каждого бойца.

Я кивнул. Да, паутина действительно уже не раз нас выручала. Прочная как сталь, но гибкая. И липкая настолько, что вырваться из неё почти невозможно без магии.

— Так вот, — продолжила Алина, — если создать летающих пауков, способных плести такую паутину в воздухе… Представь: они летают между жабами, создают сети. Канвары влетают в эти сети и застревают.

Дед Карл издал что-то похожее на одобрительное хмыканье:

— Многоуровневая оборона. Жабы стаскивают тех, кто слишком низко. Паутина ловит тех, кто пытается маневрировать на средней высоте.

— А драконы атакуют тех, кто поднимается слишком высоко, — закончил Прохор.

Ольга усмехнулась:

— А Кардиналы добивают тех, кого стащили на землю. Воздушный маг без возможности летать — лёгкая мишень.

Я почувствовал, как наш план становится всё более продуманным. Осталось лишь воплотить его в жизнь.

Именно это я и сказал остальным. Особенно предупредив, что работать нужно быстро.

Я прекрасно понимал, что Ракша и Роланд тоже вряд ли сидят сложа руки. Они тоже готовят какой-то план. Мы должны их опередить. Иначе придётся противостоять обоим врагам одновременно.

Все кивнули.

Алина уже сияла от предвкушения:

— Уже представляю конструкцию! Это будет интересно! Макс, ты же придёшь в мастерскую разрабатывать модель вместе со мной?

— Разумеется, — улыбнулся я.

— Тогда я побежала. Хочу сделать несколько первых набросков, чтобы ты оценил, насколько это жизнеспособно.

Я кивнул, и химеролог тут же выскочила за дверь. Я понимал, откуда такой энтузиазм. Алина обожала учиться чему-то новому, но в последнее время, её учителями чаще становились книги по химерологии, которые нам удалось найти.

Но всё-таки опыт живого учителя заменить невозможно, и поэтому она так ценила возможность поработать со мной или с дедом Карлом, который иногда тоже давал ей уроки.

Прохор хмыкнул и пошутил:

— Мне уже страшно от мысли, какие монстры могут получиться из этой идеи. Канвары точно не ожидают такого.

Анжи тихо добавила:

— Ракша привык побеждать силой и скоростью. Он не готов к… креативности.

Я усмехнулся:

— Именно. Канвары, если и ожидают нападения, то готовятся к драконам и прямому штурму. А получат гигантских жаб и летающих пауков в самом сердце их монастырей.

Октавия рассмеялась.

— Сюрприз будет… незабываемым.

На этом совет закончился, и все начали потихоньку расходиться.

В конце концов, в зале помимо меня остался только дедуля Карл. А я не мог не заметить, что он гораздо менее разговорчив, чем обычно.

Меня не отпускала мысль, что-то, что его всё ещё беспокоила та иллюзия. Ну и, честно сказать, я не мог полностью избавиться от любопытства, что же могло так поразить древнего лича.

Поэтому я всё-таки решил спросить его об этом ещё раз.

— Дед, — тихо обратился я к нему, — я вижу, что с тобой что-то не так. Может всё же расскажешь, что произошло в той иллюзии?

Глава 14

— Карл Ты опять засиделся в библиотеке? Ужин давно готов.

В небольшой, но уютной комнате горел камин, а на диване сидела женщина, его жена, какой он её помнил. Молодая, красивая, живая.

Но, что удивляло куда сильнее, так это то, что он, лич, чувствовал мягкость кресла, тепло камина, запаха готовящейся еды.

Даже биение собственного сердца.

— Это… — его голос дрожал. Дрожал! Эмоции, которые он давно забыл. — … это невозможно.

— Что невозможно? — жена засмеялась. — Ты странно себя ведёшь. Дети заждались тебя.

Из соседней комнаты выбежали двое детей, мальчик и девочка. Они подбежали ближе и обняли его за ноги.

— Папа! Почитай нам сказку!

— Нет, давай поиграем в солдатиков!

Карл медленно опустился на колени и обнял детей.

Это было совершенно невозможно по всем канонам. Но всё-таки было. Он чувствовал тепло, любовь, радость.

— Я… — его голос дрогнул. — Я забыл, каково это.

— Каково что, дорогой? — жена подошла ближе и погладила его по голове.

— Чувствовать, — прошептал он.

Его настоящий холодный разум на заднем фоне уже анализировал ситуацию. Мощная ментальная магия, которая сумела пробить даже барьеры лича. Внушить чувства тому, кто потерял их больше тысячи лет назад.

И он также понимал, что может разорвать это одним движением, вернуться в реальность.

— Что ты сказал? — переспросила жена.

— Ничего, — Карл обнял её. — Просто… побудем так ещё немного.

Он знал, что это иллюзия. В глубине души холодная логика лича протестовала. Напоминала об опасности, о долге, о настоящей реальности.

Но впервые за века Карл Рихтер проигнорировал эту логику.

Позволил этой лжи захватить себя и не хотел, чтобы она закончилась.

— Я понимал, что это внушение, — закончил дед тихо. — Мог прервать его в любой момент.

Я нахмурился:

— Тогда почему…

— Но я не хотел.

Дед повернулся к окну и продолжил медленно говорить.

— Они вернули мне эмоции. Показали времена, когда я был живым. Когда у меня была семья. Когда твой отец был ещё маленьким.

Я замер. Вот этого я точно не ожидал.

— Впервые за многие годы я… чувствовал, — продолжил дед. — Тепло камина, мягкость кресла, смех детей. Прикосновение любимой женщины.

— Ты сомневаешься в своём решении? — осторожно спросил я. — В том, что стал личом?

Дед резко повернулся ко мне и твёрдо ответил:

— Нет. Не сомневаюсь. Как только иллюзия спала, я избавился от наваждения. Это только убедило меня, что эмоции мешают, затуманивают разум, делают слабым.

Он сделал шаг вперёд.

— Но меня беспокоит другое.

— Что именно?

— На меня подействовало ментальное воздействие, а это слабость. Слабость, которая может повториться снова. Я должен найти способ защититься от подобного.

Я медленно кивнул.

— Мы подумаем над защитой. Возможно, получится создать подходящий артефакт. — Я улыбнулся. — Ты знаешь, ведьмы Сципион большие мастера в ментальной магии. Если кто и способен создать такую защиту, так это они.

— Да, — согласился дед. — Это было бы разумно.

Он развернулся к выходу.

— Если это всё, я вернусь к работе в лаборатории. Мир сам себя от скверны не защитит.

— Конечно, — я кивнул.

Дед направился к двери, но на пороге остановился.

— Максимилиан, — произнёс он, не оборачиваясь. — Не стоит придавать этому слишком большое значение. Это была просто… аномалия.

— Разумеется, — ответил я.

Он вышел, закрыв за собой дверь, а я остался один в зале совета. Прошёлся к окну, где только что стоял дед, и посмотрел на закатное небо.

Это действительно неожиданно. Личу смогли внушить эмоции. А что если они не исчезли навсегда? Что если это состояние обратимо?

Я вспомнил встречу с Патриархом. Он явно знал больше о подобной магии и уже тогда зародил в Карле сомнение своими словами. Он прямо сказал деду, что тот ошибся и пожалеет об этом. Сейчас лич, конечно, не признается. Слишком упрям и горд.

Но то, что он не хотел покидать иллюзию…

Это говорило о многом.

Возможно, в будущем мы придумаем что-то, что поможет ему восстановить личность полностью. Не только холодный разум, но и эмоции, и чувства.

Но это была задача на будущее.

А сейчас…

Сейчас у нас есть неделя, максимум две до начала операции против Канваров.

Нужно полностью сосредоточиться на подготовке.

Ты уверена, что здесь есть жабы нужного размера? — крикнул Прохор, перекрикивая ветер.

Три дракона летели над лесом, направляясь к болотному очагу.

Агни, с гордо восседающей на нём Ольгой, вёл группу.

Следом летел Сэр Костиус с Прохором. А замыкал процессию Птер — древний птеродактиль с Аланом в седле.

Ольга выкрикнула в ответ:

— Вот и проверим! Лифэнь сказала, что нашла свидетельства чистильщиков, которые когда-то пытались туда войти. Когда это была ещё Дельта. И уже тогда там были крупные экземпляры болотных жаб! Идеально для наших целей.

Впереди показалось болото. Туман стелился над тёмной водой, между корягами и трясиной виднелись островки относительно твёрдой земли.

— Вот оно! — Ольга указала вниз.

И вскоре вся компания приземлилась на краю болота, на относительно сухом участке.

Алан спешился с Птера, оглядываясь:

— Слишком тихо.

— Мне это не нравится, — согласился Прохор, тоже спрыгивая с Костиуса.

Ольга осталась в седле Агни, с высоты обозревая окрестности.

— Монстры чувствуют нас. Готовьтесь.

И тут из болота начали подниматься жабы. Буквально десятки жаб, разных размеров. Самые крупные были размером с корову, их пучеглазые морды уставились на пришельцев.

— Вау, — выдохнула Ольга. — Их и правда много.

Мутировавшие жабы сидели в воде, окружив героев широким полукругом. Но пока не спешили нападать, просто молча смотрели.

— Это даже жутковато, — поёжился Алан.

И тут они заквакали.

Все одновременно.

Воздух задрожал от мощной звуковой волны и буквально оглушил незваных костей. Назвать это обычным кваканьем было невозможно. Это был настоящий рёв, хор, какофония, слившаяся в единый сокрушительный удар по барабанным перепонкам.

— ЧТО ЗА⁈ — Ольга схватилась за уши.

— ЗВУКОВАЯ АТАКА! — крикнул Прохор, но его голос почти терялся в грохоте.

— ЧТО⁈ Я НЕ СЛЫШУ! — заорал Алан.

— ВЗЛЕТАЕМ! — скомандовала Ольга.

Девушка чувствовала, что ещё чуть-чуть, и её голова просто лопнет. Энергетические щиты не слишком помогали против такого.

Костиус рванул вверх. Агни и Птер последовали за ним.

Они поднялись метров на пятьдесят, и звук наконец стал терпимым.

— Чёрт, — Прохор потёр уши. — Это была координированная атака.

— Я тоже так думаю, — со стоном отозвалась Ольга, — они словно объединили свои голоса в одно мощное заклинание.

Побледневший Алан массировал виски:

— У меня до сих пор звенит в голове.

Они зависли в воздухе, наблюдая за болотом. Жабы внизу прекратили квакать и просто сидели, уставившись вверх.

— Нужна новая тактика, — Прохор задумался. — Поодиночке они не смогут создать такую волну.

Ольга зло кивнула:

— Надо разделить их. Атаковать с разных сторон и замочить по одной!

— А если не сработает? — скептически спросил Алан.

— Тогда придётся вернуться за берушами, — усмехнулся Прохор.

— Нет уж! Я не собираюсь сдаваться каким-то квакушкам! Макс нас на смех поднимет. Так что никаких отступлений!

Они быстро распределили роли и направления.

— На счёт три, — скомандовала Ольга. — Раз… два… ТРИ!

Костиус, Агни и Птер ринулись вниз с разных направлений.

Жабы, увидев атаку, начали поворачиваться в разные стороны. Их слаженность нарушилась. Кваканье стало хаотичным, разрозненным.

Звуковая волна распалась.

— Работает! — крикнул Прохор.

Агни напал на группу жаб слева. Костиус атаковал когтями справа. Птер пикировал сверху, массивными челюстями схватил одну из самых крупных жаб и швырнул её в сторону.

Но босс очага, особенно большая жаба, размером с большой грузовик, продолжала квакать. Её рёв резал по ушам даже на фоне боя.

— Кто-нибудь, заткните уже эту тварь! — заорал Алан, уворачиваясь от прыжка другой жабы.

Ольга направила Агни прямо на огромную жабу, явно намереваясь его сжечь, но вовремя вспомнила, что им нужно не просто зачистить очаг, но и собрать трофеи. Пользоваться пламенем было никак нельзя.

И вот уже Агни вместо огненной атаки просто приземлился и засунул лапу жабе прямо в рот, заставляя ту замолчать.

Болото, наконец, накрыло благословенной тишиной.

— Ааах, как же хорошо! — выдохнули все трое одновременно.

Бой продолжился уже в более спокойной атмосфере. Жабы всё ещё были опасны. На их стороне были прыжки, шипы-бородавки, которые они выпускали во все стороны, словно дикобразы, и много яда.

Но без координированной звуковой атаки они всё же оказались куда меньшей угрозой.

Минут через двадцать всё было кончено.

Как бы хорошо жабы не сопротивлялись, но против трёх летающих монстров с некромантами на их спинах, они не имели шансов.

— Алина будет в восторге, — довольно произнесла Ольга, укладывая материалы в бездонную сумку хранилище.

— У меня до сих пор в ушах звенит, — пожаловался Алан.

— У меня тоже, — Прохор покачал головой. — Надеюсь, это пройдёт.

Ольга усмехнулась:

— Главное — не говорите Алине про звуковую атаку.

— Почему? — не понял Алан.

— Потому что она решит, что это отличная фишка, и добавит её в химер, — объяснила Ольга со всей серьёзностью.

Прохор побледнел:

— Ты права. Ни слова Алине.

— Молчим как партизаны, — согласился Алан. — Иначе получим боевых жаб с усиленным кваканьем.

— Хотя… — задумалась Ольга, — если это услышат только враги…

— Итак, — начал Даршан, старый чиновник, — ты вернулась. Как прошла встреча?

Старое складское помещение освещалось несколькими масляными лампами.

В центре стоял большой стол с картой Синда, вокруг которого собрались заговорщики.

Сурья стояла во главе стола, держа в руках небольшую пирамидку. Она выглядела взволнованной, да и остальные заговорщики нервничали не меньше. Все они тоже смотрели на неё с нетерпением.

Раджив, капитан торгового флота, молчал, но напряжённо сверил её взглядом.

Кешав, младший наставник, нервно сложил пальцы в замок.

Мадхури, молодая наложница в роскошном бирюзовом платье, сидела тихо, но её глаза горели.

Каждый из них надеялся, что Сурья вернулась с хорошими новостями и в то же время боялись, что она вообще не сумела встретиться с Рихтером или не заручилась его поддержкой.

Чандра подался вперёд:

— Ну как? Что он ответил? Будет помогать?

Сурья медленно улыбнулась:

— Лучше, пусть он сам вам расскажет.

Все переглянулись.

— Как это «сам»? — не понял Даршан. — Разве он в Синде?

— Неужели он приехал с тобой? — взволнованно спросила Мадхури.

И тогда Сурья поставила пирамидку на стол.

Артефакт вспыхнул. Воздух над ним задрожал. Появилось светящееся пятно, которое начало расширяться, формируя портал.

Заговорщики отшатнулись.

— Что за…

— Это…

Телепортация завершилась.

Я оказался в полутёмном помещении, в окружении людей с максимально ошеломлёнными лицами. Пять человек уставились на меня с таким изумлением, словно я материализовался из воздуха.

Хотя, так ведь и было.

— Добрый вечер, — поприветствовал я их с улыбкой.

Первую минуту мне никто не отвечал, зато потом все заговорили одновременно:

— Как…

— Телепортация⁈

— Это невозможно!

— Настоящая магия перемещения⁈

Сурья сияла, явно довольная произведённым эффектом:

— Господин Рихтер, позвольте представить. Это наша команда. Разумеется, не все. Но чаще всего именно мы принимаем решения и следим за тем, чтобы они воплощались в жизнь.

Я окинул взглядом собравшихся.

Старик с невозмутимым лицом, одетый элегантно даже для конспиративной встречи. Мужчина лет пятидесяти с шрамом на руке и настороженным взглядом. Загорелый моряк. Уставший молодой наставник. И женщина в роскошном платье с золотыми украшениями.

— Как вы это сделали⁈ — первым пришёл в себя старик, подходя ближе к пирамидке на столе.

— Телепортационный артефакт, — объяснил я. — Древняя технология клана Рихтеров. Мы её восстановили.

Ответом мне стала новая порция восхищённого молчания, которое прервала Сурья, начав представлять остальных:

— Господин Рихтер, это Чандра, — она указала на мужчину со шрамом. — Тот, кто помог Симону сбежать двадцать лет назад.

Чандра склонил голову:

— Честь встретиться лично, господин Рихтер.

— Взаимно, — я кивнул. — Симон многим вам обязан.

— Это Даршан, — Сурья продолжила, указывая на пожилого чиновника. — Эксперт по логистике. Знает все маршруты снабжения, все склады.

Даршан внимательно изучал меня:

— Телепортация… это меняет всё. Если вы можете так появляться…

— Именно, — подтвердил я.

Мне понравилась его хватка. Только узнав о новых возможностях, он уже начал думать как это использовать.

— Раджив, — представила следующего Сурья. — Капитан торгового флота. Контролирует морские пути.

Моряк кивнул молча, но его взгляд был полон уважения.

— Кешав, младший наставник. Знает устройство монастырей изнутри.

Молодой маг выглядел измученным, но в его глазах горела надежда:

— Спасибо, что пришли. Мы так долго ждали.

— И Мадхури, — Сурья указала на женщину в роскошном платье.

Она поднялась, её украшения тихо звякнули.

— Господин Рихтер, — произнесла она, склонив голову, с лёгким кокетством.

— Присаживайтесь, — предложил я, сам подходя к столу с картой. — Поговорим о деталях.

Все уселись, а Чандра не удержался и спросил:

— Эта телепортация… вы, что же, можете попасть куда угодно?

— Почти, — я кивнул. — Нужна вторая пирамидка в точке назначения. Но да, расстояние и препятствия значения не имеют.

— Защитные заклинания? — уточнил Даршан.

— Бесполезны, — я усмехнулся. — Чтобы от чего-то защититься, нужно сначала узнать, как это вообще работает. А Ракша не знает.

Заговорщики переглянулись. На их лицах читалось одно: «Мы можем победить».

— Вы видели, как я появился здесь, — продолжил я. — Точно так же я могу появиться в монастыре Ракши. В любой его части. Главное, чтобы вы смогли пронести туда один из моих артефактов.

— Даже так. Это… — Кешав покачал головой. — Это невероятно.

— Это наше главное преимущество, — поправил я. — Но этого всё ещё недостаточно.

Я жестом указал на карту:

Расскажите мне о монастыре-дворце Ракши. Всё, что знаете.

Даршан подошёл к карте и развернул ещё одну, более детальную, с изображением самого монастыря.

— Монастырь-дворец расположен на горном плато, — начал он. — Со всех сторон обрывы. Попасть можно только по воздуху.

Мадхури добавила:

— Ракша специально выбрал это место. Он не боится вторжений. Считает, что без способности летать туда не добраться.

Я усмехнулся:

— Ожидаемо.

Чандра продолжил:

— Охрана выстроена в три уровня.

Он начал показывать на карте:

— Первый уровень — внешняя охрана. Деструкторы. Обычные стражники, их задача просто патрулировать и подать сигнал тревоги, если что-то пойдёт не так. Но даже они крайне сильные боевые маги. Это святая святых, здесь нет слабых. Примерно пятьдесят-семьдесят человек на смене.

Кешав вмешался:

— Я знаю многих из них. Некоторые недовольны Ракшей. Но боятся.

— Второй уровень, — продолжил Чандра, — гвардия. Архимаги. Элитные войска, постоянно в боевой готовности. Размещены в казармах внутри монастыря. Примерно сто человек.

Раджив добавил мрачно:

— Гвардия полностью лояльна. Их не переманить.

— И третий уровень, — голос Чандры стал тише, — личная охрана Ракши. Его сыновья. Лучшие из них.

Мадхури кивнула:

— Несколько сыновей почти всегда где-то рядом с ним. охраняют посменно Вызывает то одних, то других. Сейчас их трое. Но ещё около десяти тоже тренируются неподалёку.

Она сделала паузу.

— Все — маги вне категории. У всех два дара.

Даршан показал на карте ещё два объекта:

— И вот эти два монастыря рядом. Расстояние десять-пятнадцать километров. Время подлёта примерно пять-семь минут. В каждом около ста боевых магов.

Я кивнул:

— Значит, у нас примерно семь минут, прежде чем подоспеет подкрепление.

Я обошёл стол, изучая карту.

Монастырь был действительно внушительным. Высокие стены, башни, внутренний двор. Жилые покои, тренировочные залы, склады, казармы.

— Где именно находятся покои Ракши? — спросил я.

Мадхури указала на центральную башню:

— Здесь. Верхние этажи. У него личные апартаменты. Спальня, кабинет, зал для приёмов.

— Охрана у входа?

— Постоянно, — кивнула она. — Двое архимагов. Меняются каждые шесть часов.

— А внутри?

Она замялась:

— Обычно никого. Только когда он вызывает кого-то из сыновей или… — она запнулась, — … наложниц.

Я кивнул, усваивая информацию.

План начинал складываться в голове.

— Хорошо, — произнёс я. — Теперь о размещении пирамидок.

Я вернулся к столу, где стояла та, через которую я пришёл.

— Вы видели, как это работает. Мне нужно разместить пирамидки в ключевых точках монастыря. Незаметно. Так, чтобы никто не нашёл до нужного момента.

Сурья кивнула:

— У нас есть доступ почти везде. И много рук, чтобы доставить каждую из них куда нужно практически одновременно. Кроме того… присутствующая здесь Мадхури — наш самый ценный агент. Она сейчас в статусе фаворитки Ракши.

Я поднял бровь:

— Фаворитка? У него ведь много наложниц.

Мадхури кивнула:

— Очень много. Но не каждая в его милости. Сейчас у меня больше полномочий, чем у любой из них. Именно поэтому я вообще здесь. Мне единственной дозволено покидать дворец.

Я внимательно посмотрел на неё:

— Почему ты хочешь предать его? Если у тебя такое высокое положение? Наверняка, большинство наложниц тебе завидуют.

— Завидуют. Но я не хотела этой судьбы. Меня подарили ему как куклу, и я вынуждена делать вид, что мне всё нравится.

Её лицо исказилось. Руки сжались в кулаки, украшения тихо звякнули.

— Кроме того, у меня была сын, — произнесла она, и её голос задрожал. — Ракша забрал его у меня, когда ему было три года. Я не видела его десять лет.

Её глаза наполнились яростью.

— Как и всех остальных детей, его подвергают пыткам, которые Ракша называет тренировками. Он использует нас. Мы рожаем детей для его экспериментов. А потом он отнимает их.

Она замерла, словно пытаясь отдышаться и совладать с эмоциями, а потом добавила уже спокойнее:

— Я хочу отомстить. Хочу прекратить эти бесчеловечные издевательства. Хочу вернуть своего ребёнка. И ради этого я пойду на что угодно.

Я понимающе кивнул. Любовь матери к своему ребёнку действительно одна из самых сильных мотиваций. Ей можно доверять.

— И куда ты сможешь пронести пирамидку? — спросил я.

Мадхури встретила мой взгляд. В её глазах горел огонь.

— В спальню Великого Князя. Подходит?

Глава 15

Всё оказалось даже лучше, чем я рассчитывал. Разумеется, такой шанс я упустить не мог, и Мадхури тут же стала главным звеном нашего плана. После чего мы вернулись к детальному обсуждению того, кто и чем займётся. А также того, в каких именно точках необходимо разместить пирамидки в первую очередь. Потом мы обсудили запасные маршруты.

И, когда, наконец, закончили, пирамидка на столе снова вспыхнула.

Из портала вышел Фред.

Мой дворецкий, одетый в идеально сшитый деловой костюм, нёс большую кожаную сумку в одной руке и поднос с кофейником в другой. На его мёртвом лице, как обычно, не отражалось никаких эмоций, но он всё равно умел производить впечатление. Заговорщики снова уставились на портал с изумлением. Хотя они уже и знали, что это работает, но всё ещё не привыкли.

Фред молча поставил поднос на стол, разлил кофе в чашки с вежливым поклоном протянул мне первую.

Я принял её с благодарным кивком:

— Спасибо, Фред. Как всегда вовремя.

Умертвие склонил голову и развернулся к заговорщикам. Начал расставлять чашки перед каждым с тем же механическим совершенством.

Даршан осторожно взял чашку, не сводя глаз с Фреда:

— Это… тоже некромантия?

— Высокоэффективное умертвие, — пояснил я. — Мой дворецкий. Не разговаривает, но выполняет задачи безупречно.

Фред тем временем поставил сумку на стол и открыл её. Внутри лежали пирамидки, примерно десять штук, аккуратно упакованных.

— Первая партия, — сказал я, указывая на сумку. — Остальные будут готовы через несколько дней.

Фред также достал из сумки небольшую шкатулку и открыл её.

Внутри лежали пять предметов, похожих на обычные украшения. Браслет, кулон, кольцо, пара брошей. Все выглядели как обычные безделушки — ничем не примечательные.

— Артефакты связи, — объяснил я. — Мои артефакторы создали их специально для этой операции.

Я взял браслет и показал заговорщикам:

— Работают просто. Касаетесь артефакта, концентрируетесь на получателе и говорите. Голосовое сообщение сразу же отправится по назначению.

Сурья взяла кулон, рассматривая его:

— Как обычная бижутерия…

— Именно, — я усмехнулся. — Никто не заподозрит. Главное сами не привлекайте к нему внимания, ведите себя так, будто это простое украшение.

Фред молча распределил артефакты между заговорщиками. У Сурьи же подобный артефакт уже был. Она получила его ещё в Рихтерберге.

— Используйте их для важных сообщений, — продолжил я. — Сообщите мне, когда все пирамидки будут на местах. Чем реже нам придётся встречаться лично до начала операции, тем лучше.

Даршан примерил кольцо, покрутил на пальце:

— Удобно. И незаметно.

Мадхури надела кулон на шею. Он идеально затерялся среди её украшений.

— Никто не заметит, — согласилась она.

Я допил кофе и поставил чашку на поднос. Фред тут же забрал его.

— Итак, — обвёл я взглядом заговорщиков, — у вас есть пирамидки для размещения и связь со мной. Действуйте осторожно. Не спешите. Главное, ведите себя естественно, чтобы никто ничего не заподозрил. Лучше отложить доставку пирамидки, чем попасться с поличными.

Все кивнули.

— Когда всё будет готово, к делу приступлю я и мои войска, — я направился к пирамидке-порталу. — А пока готовьтесь.

Фред последовал за мной, забирая с собой пустой поднос.

Я обернулся на прощание:

— До встречи после победы.

Прошло пять дней.

Мадхури стояла у окна своих покоев и нервно теребила кулон на шее.

Все остальные пирамидки уже были на местах. Как основные, так и резервные.

Все сообщили об этом через артефакты связи.

Осталась только одна, последняя. Та, что должна была попасть в спальню Великого Князя.

И именно с ней возникли проблемы.

Мадхури сжала пирамидку в руке. Маленькая, не больше ладони, она лежала в широком рукаве её платья уже третий день.

Первая попытка попасть в покои Великого Князя провалилась, когда Ракша внезапно улетел на военный совет в один из дальних монастырей.

Три дня его не было. А без него в личные покои Великого Князя никого не пускали. Даже фавориток.

Вторая попытка сорвалась, когда прилетели четверо его сыновей для срочного совещания. Покои превратились в штаб. Охрана удвоилась. Наложниц всё ещё не допускали.

А потом случилось худшее.

Ракша выбрал новую фаворитку.

Молодую, красивую, дерзкую девчонку из недавно присоединённого вассального клана. Её звали Падма. Ей было от силы двадцать лет, и она уже вела себя так, словно владела дворцом.

В ином случае Мадхури бы только посмеялась, не больно-то ей нравилось притворяться довольной и счастливой на встречах с Ракшей. Но сейчас это было совершенно не вовремя!

Ещё и эта дурочка вцепилась в свою новую роль, даже не понимая, что её ждёт.

Мадхури стиснула зубы при воспоминании о последней встрече.

Она шла к покоям Ракши, надеясь наконец выполнить задание, когда у массивных дверей наткнулась на неё.

Новая фаворитка стояла в дверях, одетая в роскошное красное платье, усыпанное драгоценностями. Её чёрные волосы были уложены в сложную причёску, а на губах играла самодовольная улыбка.

— О, Мадхури! — воскликнула Падма с преувеличенной радостью. — Какая встреча! Ты что здесь делаешь?

Мадхури вежливо улыбнулась:

— Хотела зайти. У меня дела к Великому Князю.

— Дела? — Падма наклонила голову, изображая удивление. — Какие интересные дела могут быть у… — пауза, полная яда, — … бывшей фаворитки?

Мадхури сдержалась:

— Личные.

— Личные! — Падма прикрыла рот рукой, словно сдерживая смех. — Боюсь, милая, у Ракши сейчас другие «личные дела». С другим человеком. Понимаешь?

Мадхури почувствовала, как ногти впиваются в ладони:

— Я просто хотела…

— Знаешь что? — наглая девица оперлась о дверной косяк. — Не стоит унижаться. Это выглядит жалко. Ракша не любит жалких женщин. Поэтому он и выбрал меня.

Она демонстративно провела рукой по своим волосам.

— Беги обратно в покои младших наложниц. Теперь твоё место там. Среди… остальных забытых.

Мадхури стояла неподвижно, сжимая пирамидку в рукаве.

Одно движение. Одно заклинание. И эта девчонка перестанет улыбаться.

Но нельзя.

— Спасибо за совет, — процедила она сквозь улыбку. — Очень… мудро с твоей стороны.

И ушла, чувствуя на спине торжествующий взгляд.

Вернувшись в покои, Мадхури швырнула подушку в стену.

Три дня, три попытки. И всё зря.

Пирамидка всё ещё оставалась у неё.

Но так просто сдаваться девушка не привыкла.

Должен быть способ доставить её туда, даже если она сама больше не может проникнуть внутрь.

Она не могла допустить, чтобы план не сработал только потому, что она одна не справилась с задачей.

Но как бы она старалась, ничего не получилось и на следующий день.

Все варианты, которые она обдумывала, были слишком рискованными. Подкупить служанку? Слишком опасно, ведь та может донести. Пробраться ночью? Охрана усилилась с появлением новой фаворитки.

Она почти смирилась с тем, что придётся искать другое место для пирамидки, когда услышала голоса впереди.

Свернув за угол, Мадхури увидела необычную сцену.

В широком коридоре, ведущем к покоям Ракши, слуги расставляли предметы. Сундуки, вазы, золотую посуду, шкатулки с драгоценностями, свёрнутые ковры.

Дорогие и роскошные вещи.

Мадхури замедлила шаг, рассматривая их.

У входа стоял охранник, молодой архимаг в форме дворцовой гвардии. Мадхури его знала. Раньше он всегда пропускал её к Ракше без вопросов.

Она подошла ближе, изображая любопытство:

— Что это такое?

Охранник обернулся и узнал её. Кивнул уважительно:

— Дары, госпожа. Прислали из провинции Джханси. Для Великого Князя.

— Джханси? — Мадхури сделала удивлённое лицо. — Разве там не было недавно неурожая?

— Был, — подтвердил охранник. — Поэтому местный правитель прислал богатые дары. Чтобы показать лояльность и попросить о помощи.

Мадхури медленно прошлась между предметами, рассматривая их.

Сундуки были массивными, окованными бронзой. Вазы высокими, с изящной резьбой. Золотая посуда блестела в свете магических светильников.

И тут её взгляд остановился на одной вазе, тёмно-синей, с золотым орнаментом в виде драконов.

Небольшая, но с широким горлом, как раз достаточным, чтобы там поместилась одна маленькая пирамидка.

Сердце Мадхури забилось быстрее.

Она подошла к вазе, наклонилась, словно рассматривая узор:

— Ой, какая красивая…

Охранник улыбнулся:

— Да, мастера из Джханси славятся керамикой.

Мадхури встала полубоком и провела пальцами по гладкой поверхности. А сама в это время незаметно достала пирамидку.

— Такая изящная работа, — продолжала она, наклоняясь ниже. — Вот эти драконы… они почти как живые…

Её пальцы разжались, бесшумно поместив пирамидку на дно вазы.

Мадхури выпрямилась, улыбаясь:

— Уверена, Великий Князь будет доволен такими дарами. Он давно хотел обновить интерьер своих палат.

— Да, поэтому мы и собираемся сейчас отнести всё в его покои. — кивнул охранник.

— Удачи, — пожелала Мадхури и направилась дальше по коридору.

Несмотря на колотящееся сердце, девушка старалась идти медленно и спокойно, словно просто прогуливалась.

Только вернувшись в свою комнату она остановилась и позволила себе выдохнуть.

Её руки всё ещё дрожали, но она сделала это.

Пирамидка в вазе, а вазу отнесут в покои Ракши.

Миссия выполнена.

Мадхури достала кулон, сжала его:

— Сурья. Это Мадхури. Моя пирамидка на месте. Точнее, скоро будет. В дарах, которые отнесут к Ракше.

Пауза, а затем в ответ раздался полный облегчения голос Сурьи:

— Отлично! Я сообщу остальным.

Я сидел в зале совета с ближайшими соратниками, обсуждая последние приготовления.

В основном мы обсуждали готовность армии.

Алина показывала чертежи усовершенствованных жаб-химер. Октавия демонстрировала артефакты-усилители для языков. Ольга жаловалась, что у неё до сих пор звенит в ушах после той охоты.

— Это психосоматика, — заявила Алина. — Звон давно прошёл.

— Легко тебе говорить, — буркнула Ольга. — Тебя там не было.

Я слушал их перепалку вполуха, просматривая список готовых химер.

В этот момент браслет на моём запястье завибрировал. Он выглядел как обычное серебряное украшение с чёрным камнем, но сейчас камень светился тускло-синим.

Я тоже теперь постоянно носил артефакт связи от Регины, чтобы получать новости из Синда моментально.

Так что я сразу же его коснулся и услышал взволнованный голос Сурьи:

— Господин Рихтер! Все пирамидки на местах!

Разговоры в зале мгновенно стихли.

— Отлично, — ответил я спокойно. — Хорошая работа. Передай каждому, кто занимался этим делом мою благодарность. А Дальше в дело вступаем мы.

— Передам, — в голосе Сурьи звучала гордость. — Мы тоже готовы.

— Тогда ждите сигнала.

Я отпустил браслет.

Все в зале выжидающе на меня смотрели.

— Пирамидки расставлены, — объявил я. — Можем начинать финальную подготовку к вторжению.

Ольга нахмурилась:

— Кстати, а Ракша не найдёт пирамидки? До нужного момента?

Прохор поддержал:

— Это же его дворец. Святая святых. Там наверняка есть проверки, сканирования…

— Что если это засада? — добавила Алина. — Вдруг он их вычислит?

Не удивительно, что они задавались такими вопросами, ведь каждый занимался свои делом, а вопросы артефактов мы с ними почти не обсуждали.

Я усмехнулся и повернулся к Регине и Октавии:

— Девочки, объясните им.

Регина поморщилась, но всё-таки начала объяснять с недовольным видом:

— Пирамидки защищены комплексным заклинанием невидимости. Я накладывала корневой слой, а именно сокрытие от магического сканирования.

Октавия продолжила:

— А я вплела дополнительные защиты в верхний слой. Пирамидки экранированы от любых попыток обнаружения. Они не светятся на магических картах, не реагируют на детекторы, не оставляют следов.

— Более того, — Регина подняла палец, — даже если кто-то физически наткнётся на пирамидку, он её не заметит. Заклинание отвода глаз. Мозг просто проигнорирует объект.

Октавия кивнула:

— Мы тестировали. Положили пирамидку на стол, и попросили дедулю найти её. У него получилось только на третий раз.

— А Карл ещё и знал, что ищет, — добавила Регина. — Так что, если он не заметил, никто не заметит.

Она вальяжно откинулась в кресле:

— Ещё Вопросы?

Прохор покачал головой:

— Впечатляет.

Дед Карл, молчавший до этого, подал голос:

— Тогда переходим к обсуждению порядка действий.

Я кивнул и развернул карту Синда на столе.

— Итак, — начал я, указывая на монастырь-дворец Ракши, — план следующий…

Мы обсудили буквально каждую пирамидку из тех, что теперь находились прямо внутри главного монастыря Ракши.

Через каждую должен пройти свой отряд умертвий и некромантов. И некроманты должны были быть готовы к любым сюрпризам. Да, нашим главным преимуществом была внезапность, но на нашем пути очень много врагов, и они крайне сильны.

— А главная пирамидка? — спросила Ольга. — Туда пойдёшь ты?

Я усмехнулся:

— Возможно. Но сначала брошу на него пару десятков самых сильных и эффективных наших химер.

Ольга нахмурилась, явно удивлённая. А я пояснил:

— Нам не нужны честные поединки и красивые дуэли. Важна победа. Быстрая и эффективная. Зарубите себе это на носу и не позволяйте себе увлекаться и раздавать врагам авансы. Преимущество и без того на их стороне. Их больше, они на своей территории и они сильны.

Дед поддержал:

— Правильно. Только так и нужно.

— Нужно перебить как можно больше охранников и вывести из строя самого Ракшу за пять-семь минут, — продолжил я. — Пока не подоспело подкрепление из соседних монастырей. Химеры атакуют первыми, отвлекают, изматывают. Потом добиваем.

Ольга всё ещё хмурилась:

— А если что-то пойдёт не так?

Я посмотрел на неё и улыбнулся:

— Тогда импровизируем. Как всегда.

— Великий Князь, — протянула Падма томно, — ты слишком много работаешь.

Ракша Канвар одевался, собираясь уйти на очередное совещание, а ведь их медовый месяц только начался!

— Всегда дела, — Падма села на огромной кровати, поправляя шёлковую накидку. — Даже сейчас.

Ей было двадцать лет. Чёрные волосы водопадом рассыпались по подушкам. Кожа цвета слоновой кости, глаза, в которых плясали огоньки самодовольства.

Падма знала, что сейчас была королевой этого дворца.

Но Ракша всё равно уделял ей слишком мало времени. Её глаза забегали по залу, ей лихорадочно хотелось задержать его хоть на секунду.

— Подожди! — Падма соскочила с кровати и повернулась к одному из столиков, на котором стояла красивая аккуратная ваза.

— Какая превосходная вещица! — она указала на высокую тёмно-синюю вазу с золотыми драконами. — Не видела её раньше. Откуда она?

Ракша обернулся и коротко ответил:

— Из Джханси. Дары.

Падма взяла вазу в руки, рассматривая узор:

— Такая изящная… Эти драконы словно живые!

Она повернулась к Ракше, прижимая вазу к груди.

Ракша усмехнулся и махнул рукой:

— Раз тебе так нравятся безделушки, можешь её забрать.

— Правда⁈ — девушка засияла.

— Я Великий Князь, — произнёс он снисходительно. — У меня таких ваз как грязи. Бери, если хочешь.

Падма радостно вскрикнула и прижала вазу к себе:

— Спасибо! Спасибо! Ты самый щедрый!

Она покрутилась с вазой, словно девчонка с новой игрушкой.

— Я отнесу её в свои покои! Поставлю на самое видное место!

Ракша направился к выходу, уже потеряв интерес:

— Делай что хочешь.

Падма, изображая абсолютное счастье, оделась и тоже понесла вазу к двери и дальше по коридорам. За сотни метров от спальни Великого Князя.

Глава 16

— Ракша, — из голографической проекции раздался деловитый голос Роланда. — Слушаю.

Великий Князь Десмонд материализовался в воздухе над чёрным устройством на столе Канвара.

Его фигура казалась полупрозрачной, но детали различались отчётливо. Идеально выглаженный костюм. Аккуратно зачёсанные длинные тёмные волосы. Холодные расчётливые глаза.

Ракша Канвар сидел за массивным столом из тёмного дерева, перед которым висели карты Синда. Вечернее солнце бросало длинные тени через окна его кабинета, но он не обращал на это внимания.

Взгляд Великого Князя был прикован к техномагическому артефакту связи Десмондов. Сделанный на скорую руку он вряд ли переживёт несколько разговоров, но большего им пока и не нужно. Главное, Рихтер пока его не отследил и не мог подслушать.

— Пора решать, Роланд, — ответил Канвар, откидываясь на спинку кресла. — Когда выдвигаемся?

Роланд сложил руки в замок:

— Мой флот готов. Экипажи прошли инструктаж. — Он выдержал небольшую паузу. — Твои маги готовы?

— Войска в полной боевой готовности, — Ракша кивнул. — Можем выдвигаться через три дня.

— Хорошо.

Повисла короткая тишина. Оба мужчины оценивали друг друга через голографическую проекцию, как два хищника, вынужденные временно объединиться ради общей цели.

Затем Роланд ухмыльнулся.

— Главное, не недооценивай Веласко. Они ключевые союзники Рихтера. Это по-настоящему сильный боевой клан. У них примерно двадцать магов-оборотней, которые могут превращаться не просто в ящеров, а в летающих ядовитых виверн. Это серьёзная сила, и я не хочу, чтобы твои люди глупо погибли от отравления, потому что были к нему не готовы.

В этом, на первый взгляд, заботливом предупреждении, крылась насмешка. И Ракша отлично её прочитал.

Он холодно ответил:

— Два десятка виверн против сотен Канваров. Исход очевиден. Мы порубим их в капусту.

Роланд вновь усмехнулся:

— Ну, смотри сам, Ракша. А то ведь Вийоны вас лечить больше не будут. Даже твоя верная пленница оказалась не такой уж верной и сбежала.

Ракша скрипнул зубами, но не стал срываться. Он понимал, что Десмонда это только позабавит. Так что вместо этого он просто вернул ему любезность.

— Одна проблема, — произнёс он, указывая рукой на стоящий рядом с ним глобус. — Морской путь. Мы не можем преодолеть море по воздуху, а путь для кораблей небезопасен.

— Сирены? — сразу понял Десмонд.

— Они контролируют все моря, — подтвердил Ракша. — С тех пор, как Рихтер вытащил их с морского дна, они совсем отодвинули тебя от дел. Салазар и за тысячу лет так нагло не щёлкал тебя по носу, Роланд. Я слышал о твоей… неудаче со Штайгерами. Как бы и мне теперь не пришлось жалеть, что я тебе доверился.

— Не переживай, — спокойно перебил его Роланд. — С Сиренами я разберусь, как и обещал.

Ракша прищурился:

— Ты уверен? Их много. Они сильны под водой. Контролируют весь океан.

— Я уверен. Именно поэтому я взялся за эту часть операции, — Роланд слегка улыбнулся. — Они ещё не сталкивались с моим настоящим оружием.

— Каким же? — полюбопытствовал Канвар.

— Узнаешь, когда придёт время, — уклончиво ответил Десмонд. — Достаточно сказать, что они будут слишком заняты, чтобы заниматься чем-то на поверхности. К тому времени, как твой флот покинет внутренние воды Синда, морской путь на юг будет безопасен.

Ракша изучал его несколько секунд, пытаясь определить, блефует ли Роланд или на этот раз действительно уверен в успехе операции. Но на непроницаемом лице Десмонда не дрогнула ни жилка.

— Хорошо, — наконец согласился Канвар. — Итак, через три дня я отдаю приказ. Грузимся на корабли и отплываем. К этому времени рассчитываю, что море будет безопасно. Справишься за три дня?

— Справлюсь, — коротко ответил Роланд.

— Тогда до связи, — Ракша вернулся к столу. — Когда закончишь с рыбами, дай мне знать.

— Непременно, — пообещал Десмонд.

И отключился.

Сам он в этот момент находился в своём собственном кабинете, на подводной базе, которую построил много лет назад в строго засекреченной локации.

И сейчас, через толстое стекло панорамного окна, Роланд смотрел на подводную гавань. Огромная пещера, переоборудованная в технологичный комплекс. Металлические конструкции, встроенные в скалу. Яркое электрическое освещение, никаких романтичных светящихся водорослей, только практичные прожекторы и лампы.

Экраны мониторов мерцали по всему периметру помещения. Голографические дисплеи показывали статус различных систем. Датчики, сонары, энергетические показатели.

А в центре гавани, у причалов, стояли они.

Подводные лодки класса «Удильщик».

Обтекаемые формы, покрытые адаптивной бронёй, которая могла менять свои свойства в зависимости от глубины и давления. Магические двигатели, способные развить невероятную скорость под водой. И, конечно же, оружейные системы, в создании которых клану Десмонд не было равных.

Его гордость.

Роланд коснулся панели на стене. Через несколько секунд в кабинет вошёл командир флотилии, высокий мужчина в тёмной форме с нашивками адмирала.

— Великий Князь, — поприветствовал он с лёгким поклоном.

— Доклад, — не оборачиваясь, произнёс Роланд. — Флотилия готова?

— Да, господин. Все корабли по новому проекту завершены. Энергетические ядра заправлены благодатью до максимума. Системы вооружения проверены испытаны. Готовы к выходу в любой момент.

— Экипажи?

— Обучены по новейшим протоколам. Прошли все симуляции. Ждут приказа.

Роланд кивнул:

— Хорошо, я лично проинспектирую флотилию.

Командир склонил голову:

— Есть, господин.

Через десять минут Роланд спускался по металлическому трапу к причалу.

Ряды подводных лодок возвышались перед ним как спящие левиафаны. У каждого корабля стоял свой командир со своей командой, вытянувшись по стойке смирно.

Роланд медленно прошёл вдоль причала, осматривая каждое судно.

«Немезида». «Ктулху». «Бездна». «Сцилла» и «Харибда».

Каждая лодка была произведением искусства технологии и магии. Плод многолетних разработок и колоссальных вложений.

Он остановился у флагмана, «Немезиды». Самой крупной подводной лодки в флотилии.

Командир флагмана, стоящий здесь же, шагнул вперёд:

— Всё готово, Великий Князь. Оружие протестировано. Защитные системы функционируют на полную мощность. Сонары откалиброваны. Торпедные установки заряжены.

— Сколько времени до полной боевой готовности? — спросил Роланд, проходя к командирскому пульту.

— Два часа на финальные проверки систем, — ответил капитан. — После этого готовы выдвигаться.

— Отлично.

Роланд замер, в очередной раз, с полным удовлетворением оглядывая лучшие свои творения.

За ними простирались тёмные воды океана, уходящие в бесконечную глубину. Где-то там, в этой холодной тьме, скрывались Сирены. Уверенные в своей неуязвимости. Считающие океан своей крепостью.

Роланд приложил ладонь к сердцу и сжал её в кулак.

— Эти рыбы рассчитывают, что спрячутся от меня на глубине, — произнёс он тихо, почти для себя. — Но я найду их где угодно.

Я стоял на стене Старого Форта и смотрел на армию, собравшуюся внизу.

Старый Форт. Место, которое ещё недавно было полностью захвачено скверной, теперь стало идеальной база для наших операций.

Достаточно далеко от Рихтерберга, чтобы не пугать горожан видом армии нежити. Достаточно большая территория, чтобы вместить всех.

Здесь мы проводили самые опасные эксперименты. Изучали кислоту муравьёв-монстров. Тестировали прочность паутины гигантских пауков. Собирали и ремонтировали драконов.

А сегодня здесь собралась целая армия.

Я окинул взглядом построение, выхватывая взглядом то один отряд, то другой.

Вот, например, фантомы со своими верными гончими. Около пятидесяти некромантов, обученных теневой магии и ближнему бою. Быстрые, ловкие и незаметные. Они не пойдут в авангарде, но могут оказывать поддержку везде, где это понадобится.

А вот и жабы-химеры, результат работы Алины и Октавии. Разнообразные по размеру, одни с корову, другие с бегемота, а самые крупные достигали размеров слона.

Октавия стояла рядом с ними, проверяя артефакты-усилители для языков. Алина что-то записывала в блокнот, попутно осматривая своих созданий.

Рядом с ними парили летающие пауки. Крупные химеры с паутиной, способной остановить магов в воздухе.

Рядом с жабами рядами стояли кардиналы. Массивные химеры с вращающимися пилами вместо рук. Тяжёлая ударная сила для прорыва укреплений и рядов противника, способные с парой ударов уничтожить большинство энергетических щитов.

У края размещались броненосцы. Небольшие, но невероятно крепкие химеры, покрытые бронированными пластинами. Идеальны для штурма.

Справа от центра — Птер и Дино с рапторами. Да, пришлось временно забрать Дино из Зомбилэнда. Но я не мог отказать себе в удовольствии позволить доисторическому ящеру разнести монастырь Ракши по кирпичикам. В конце концов, динозавры в армии не только выглядят стильно, но и внушают трепет врагам.

Справа, возвышались над всеми Агни и Сэр Костиус. Два дракона в забавных шляпах. Ольга стояла рядом с Костиусом, поглаживая его бок.

Ещё поодаль. ГГарри и его соратники поменьше размерами. Гигантские земляные черви способны пробиться туда, куда остальным хода нет и стать большим сюрпризом для врагов.

В центре выстроились гвардейцы под командованием Прохора. Элита бойцов клана Рихтер. Дисциплинированные, хорошо экипированные, готовые к бою.

Чуть дальше кавалерия. Виктор и Каролина впереди на своих химерах-жеребцах. За ними выпускники академии, те, кто уже доказал свою ценность в предыдущих сражениях.

И это я ещё не перечислил отряды поменьше. Мы хорошо подготовились и собрали всех химер, которые только могли пригодиться в войне против Канваров.

У каждой группы лежала своя пирамидка-портал. Маленькие, аккуратные, готовые перенести каждого здесь туда, где их вклад в битву будет наиболее ощутим.

Я смотрел на всё это не без гордости.

Когда я только очнулся в этом времени, со мной были только слабый новорожденный Фред и Ольга, которая считала себя лекарем.

А теперь я стоял перед настоящей армией, наконец-то, похожей на ту, которая была у клана Рихтер тысячу лет назад'.

Ко мне на стену поднялись мои соратники. Дед Карл, Ольга, Алина, Октавия, Прохор, Регина.

— Когда начинаем? — нетерпеливо спросила внучка.

— Почти. Осталось уточнить последнюю деталь.

Я достал браслет-артефакт связи.

— Сурья, — записал я голосовое сообщение. — Где Мадхури. Она покинула покои Ракши? Через пару минут я отправлю туда своих кардиналов, и внутри начнётся бойня. Если кто-то останется рядом с Князем, шансов выжить нет.

Прошло несколько секунд, и браслет завибрировал. Пришло ответное сообщение.

— Господин Рихтер. Мадхури нет в покоях. Новая фаворитка не пустила её. Пришлось импровизировать, она отправила пирамидку вместе с подарками Великому Князю, и их доставили в его покои. Но теперь мы не знаем точное местоположение артефакта.

Я нахмурился.

Записал новое сообщение:

— Насколько большую часть монастыря занимает Ракша?

Ответ пришёл быстро:

— Очень большую. Это примерно четверть всего здания. Спальня, кабинет, библиотека, зал для медитаций, тренировочный зал, приёмные и другие комнаты его личного пользования. Он может быть где угодно. И там могут находиться слуги, наложницы, охранники. Мы не контролируем ситуацию внутри.

Чёрт.

Последнее сообщение:

— Ракша точно там?

— Да. Наши люди следят за входами. Он там с утра и никуда не выходил. Это мы можем гарантировать.

Я убрал браслет.

Повернулся к соратникам:

— План меняется. Кардиналы отправятся по другим направлениям. А в покои Ракши я иду лично. Один.

Ольга нахмурилась.

— Я тоже не хочу, чтобы мы случайно зацепили каких-нибудь несчастных наложниц или слуг? Но ты уверен? Идти одному слишком рискованно.

Я усмехнулся:

— Ты сомневаешься во мне? Импровизация, это то, что я люблю, — я развернулся к остальным. — Начинаем! Группы по порталам! Действуем согласно плану!

Командиры кивнули. Ольга и остальные тоже вернулись на позиции.

И через пару минут, мы начали.

По всему Старому Форту вспыхнули огни.

Модернизированные пирамидки одна за другой ожили, испуская яркое свечение. Воздух задрожал от концентрации магии. Появились порталы, светящиеся проходы в монастырь Ракши Канвара.

Фантомы двинулись первыми. Бесшумно, как тени, они прошли через свой портал. Гончие последовали за ними, исчезая в свечении.

Жабы-химеры прыгнули следом. Земля содрогнулась под их весом, но они ловко влетели в портал, несмотря на габариты.

Пауки взлетели и влетели в свой проход на лету, крылья расправились прямо в полёте.

Кардиналы ритмично прошагали через большой портал.

Броненосцы пронеслись короткими перебежками.

Дино и рапторы ринулись вперёд с рычанием.

Гвардейцы организованно, строем, прошли через свой портал.

Кавалерия осталась в резерве. Виктор и Каролина смотрели на меня, ожидая приказов.

— Ждите сигнала, — сказал я им. — Войдёте последними, когда понадобитесь.

Они кивнули.

Драконы взмахнули крыльями и пролетели через самые большие порталы. Агни с рёвом, Костиус бесшумно. Ольга махнула мне рукой перед исчезновением.

Старый Форт опустел.

Только я остался стоять перед последней пирамидкой, а затем шагнул в портал.

— Девочки! — громко позвала Падма, распахивая двери купальни. — Смотрите!

Все головы повернулись к ней.

Купальня в женском крыле дворца Ракши Канвара была воплощением роскоши. Большой бассейн с тёплой водой, окружённый мраморными колоннами. В воздухе витал аромат благовоний, жасмина и сандала. Мягкие кушетки стояли вдоль стен, на них лежали наложницы, пока служанки делали им массаж.

Около десяти женщин разного возраста отдыхали здесь. Одни в лёгких шёлковых халатах, другие просто обёрнутые полотенцами. Они болтали, смеялись, расслаблялись.

Золотая клетка во всей красе. Наложницы жили в роскоши, но не имели права ни на какие личные желания и цели.

Вся их функция сводилась к тому, чтобы радовать Великого Князя и рожать ему детей.

Ворвавшись в купальни, Падма замедлила ход.

Она вдруг осознала, как глупо это выглядит, если она начнёт хвастаться подарком князя прямо с порога.

С другой стороны, а не всё ли равно? Сейчас она королева этого места. Все ей завидуют! И Падма сделает всё, чтобы это продлилось как можно дольше.

Так что она гордо вошла в купальни, держа свой подарок перед собой.

Ей даже не пришлось ничего говорить, некоторые наложницы сами бросились расхваливать вазу.

Так уж повелось, что среди наложниц всегда находились девушки, готовые по любому поводу подлизываться к текущей фаворитке, чтобы, благодаря этому, получать крошки с барского стола.

И вот они заохали:

— Ой, какая красивая!

— Откуда она?

— Падма, ты такая счастливая!

Падма сияла от довольства:

— Из Джханси! Великий Князь сам предложил мне выбрать любой из преподнесённых ему даров, — приврала девушка.

Она поставила вазу на широкий край бассейна и начала медленно кружить вокруг неё:

— Посмотрите на этих драконов! Они как живые! Видите, как они переплетаются?

Несколько наложниц поднялись с кушеток и подошли ближе, чтобы рассмотреть.

— Действительно красиво, — согласилась одна.

— Ты всегда получаешь лучшие подарки, — с завистью произнесла другая.

Падма гордо выпрямилась:

— Потому что я нравлюсь Великому Князю больше всех!

Она собиралась добавить что-то ещё, когда ваза внезапно вспыхнула.

Яркий синий свет хлынул из неё.

Все замолчали.

Падма отшатнулась:

— Что…

Свет стал ярче, заполняя купальню. И прямо из вазы начал появляться странная вращающаяся воронка энергии, расширяющаяся с каждой секундой.

А затем появился он.

Высокий и красивый светловолосый мужчина, одетый в безупречный тёмно-зеленый костюм, который явно не был предназначен для купален.

Несколько секунд он невозмутимо разглядывал всё вокруг, пока девушки временно потеряли дар речи.

А потом несколько из них хором завизжали.

Другие начали метаться в панике, не понимая, что происходит.

Одна из девушек, стоявшая у края бассейна с кувшином воды, от неожиданности дёрнулась и выплеснула содержимое прямо в сторону незнакомца.

Вода полетела дугой.

Мужчина мгновенно шагнул в сторону, движение было настолько быстрым и плавным, что казалось нереальным. Вода пролетела мимо, обрызгав только пол.

Девушка ахнула, роняя кувшин.

Другая наложница, молодая, лет двадцати пяти, засмотрелась на высокого незнакомца и не заметила мокрого пятна на мраморном полу.

— Ой! — пискнула она поскользнувшись и начала падать.

И тут мужчина оказался рядом.

Просто внезапно очутился там, словно телепортировался, а затем подхватил девушку за талию, не дав ей упасть.

Мгновение они стояли так, он держал её, а она смотрела на него снизу вверх широко раскрытыми глазами.

— Осторожнее, — произнёс он спокойно, помог ей вновь обрести равновесие и отпустил.

Отпустил!

Девушка покраснела до корней волос:

— Я… спасибо… я…

Кто-то хватал полотенца, прикрываясь. Кто-то бежал к дверям. Две девушки упали в обморок.

Падма, опомнившись, закричала:

— ОХРАНА! ОХРАНА!

А незнакомец всё ещё стоял в центре купальни. Его взгляд скользил по помещению, явно он пытался понять, где оказался и куда ему идти.

Дверь с другой стороны распахнулась с грохотом.

Внутрь вбежала Мадхури.

Взъерошенная, запыхавшаяся. В роскошном платье совсем не подходящем для купальни. На её лице отражалась смесь паники и дикого облегчения.

— Быстрее! — закричала она, кидаясь к незнакомцу. — Идите за мной! Я вас проведу!

Мужчина посмотрел на неё, явно узнал и кивнул.

Мадхури схватила его за руку:

— Сюда! Бегом!

Они бросились к дальней двери, той, через которую вошла бывшая фаворитка Ракши, и исчезли за ней.

На несколько секунд в купальне снова воцарилась тишина.

Потом одна из младших наложниц, та, что чуть не упала, тихо выдохнула:

— Какой… красивый…

— И высокий, — добавила другая мечтательно.

— Вы видели, как быстро он двигался? — третья прижала руки к груди. — Как он её поймал? Это было так…

— Элегантно, — закончила первая.

— И эти волосы, — ещё одна девушка вздохнула. — Мне так и хотелось их потрогать…

— И костюм! Такой изысканный!

— Интересно, кто он?

Падма стояла, тяжело дыша, глядя на закрывшуюся дверь.

— СТОЙТЕ! — закричала она запоздало. — КТО ВЫ⁈

Она повернулась к остальным наложницам, а её лицо исказилось от возмущения, когда она услышала их восторженные шепотки:

— Красивый⁈ КРАСИВЫЙ⁈ — взвизгнула она. — Вы с ума сошли⁈ Это нарушитель! Он проник во дворец!

Падма задумалась ещё на секунду. Потом её лицо озарилось внезапной догадкой:

— Это её любовник!

— Что? — не поняли остальные.

— Это любовник Мадхури! — повторила Падма, уже уверенная в своих словах. — Он лазил к ней с помощью тайной магии! Прямо в покои!

Несколько наложниц переглянулись. Те, что восхищались незнакомцем, выглядели разочарованными.

— Если это её любовник, — протянула одна, — то Мадхури очень повезло…

— Да, — мечтательно согласилась другая. — Такой мужчина…

— Вы что, её поддерживаете⁈ — возмутилась Падма. — Она нарушила правила!

— Может, она просто влюбилась, — пожала плечами молодая девушка, которую незнакомец спас от падения. Она всё ещё прижимала руку к талии, где он её держал.

— Правила есть правила! — Падма скрестила руки на груди. — Надо пожаловаться Великому Князю! Он её накажет! Никто не смеет нарушать правила дворца! И про вас я тоже всё расскажу! Разве можно восхищаться иным мужчиной, кроме нашего Великого Князя⁈

Старшая наложница попыталась остановить её:

— Падма, подожди. Может, не стоит спешить? Вдруг это было что-то другое?

— Что может быть другого? — фыркнула Падма. — Мужчина появился из ниоткуда, Мадхури его знала и увела. Всё очевидно!

Она гордо вскинула подбородок:

— Я иду к Великому Князю. Пусть знает, что его наложницы нарушают правила!

Она развернулась к выходу.

— Но он же был такой красивый, — тихо сказала одна из девушек ей вслед.

— И галантный, — добавила та, что чуть не упала. — Он меня поймал так нежно…

— Интересно, к Мадхури он тоже так нежен? — хихикнула третья.

Падма остановилась в дверях, обернулась и выкрикнула:

— ВЫ ВСЕ СОШЛИ С УМА!

И вышла из купальни, оставив за собой группу перешёптывающихся женщин, половина из которых всё ещё вздыхала о высоком светловолосом незнакомце.

Что ни говори, а даже Падма в глубине души была вынуждена признать, что он куда симпатичнее Ракши.

Секунду назад я стоял в Старом Форте.

Сейчас в купальне, окружённый полуголыми женщинами. Или даже куда более, чем «полу».

Не то чтобы я жаловался, но это определённо не входило в план.

От визга я чуть не оглох. Одна из девушек едва не стукнулась головой о мраморный бортик бассейна, я машинально просчитал траекторию ее падения, так что пришлось её подхватить.

А затем оглянулся, пытаясь понять, куда идти.

И тут появилась Мадхури, и мы вместе выскочили в коридор и побежали.

— Извините, — выдохнула она на бегу. — Пирамидка попала не туда… Падма… ваза… купальня…

— Потом, — оборвал я. — Где Ракша?

— Я вас отведу в его крыло!

Мы свернули за угол. Ещё один коридор, ещё поворот.

Где-то вдали раздался грохот. Потом рёв, по которому я сразу узнал Агни.

Вторжение началось.

— Нам нужно спешить, — сказал я. — Пока он не вышел из своих покоев, разбираться со вторжением. Я не хочу потом гоняться за ним по всему монастырю, пока он будет уничтожать мою армию.

Мадхури кивнула, ускоряясь.

И вот впереди показалась массивная дверь. Резная, из тёмного дерева, с золотыми инкрустациями.

— Это тайный путь для наложниц, — выдохнула Мадхури. — Поэтому мы не встретили охраны. Но дальше она будет. Проходите внутрь, а я… не могу. Меня там убьют.

— Этого достаточно, — я остановился перед дверью. — Спасибо. А теперь прячься. Сейчас здесь начнётся ад.

Глава 17

Некоторое время назад:

— Свежая вода из источника, — произнёс Тарен, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Руки дрожали. Кувшины на подносе тихо позвякивали, и он боялся, что кто-нибудь это заметит.

Но повара были заняты. Кто-то резал овощи, кто-то мешал кашу в огромном котле, кто-то доставал хлеб из печи. Утренняя суета на кухне не оставляла времени для лишних вопросов.

Тарен работал в монастыре уже пять лет. Сначала простым слугой, потом его перевели на кухню. Хорошее место, тепло, сытно, начальство не особо придиралось. Он был незаметен. Именно поэтому Даршан и выбрал его для этой миссии.

Ну и ещё потому, Тарен был одним из наиболее верных людей в их движении.

Но это не значило, что сейчас ему было не страшно.

Тарен поставил поднос на стол рядом с котлами. Три больших кувшина, Два с обычной водой. Третий… Тарен сглотнул. Третий выглядел так же, как остальные, никакой разницы. Прозрачная вода, без запаха, без вкуса. Даршан уверял, что это не яд. Никто случайный не умрёт.

— Тарен, чай разливать будешь? — окликнул его главный повар, не оборачиваясь.

— Да, сейчас.

Тарен взял чайники и начал разливать горячую воду. Сердце билось так, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Он наливал из обычных кувшинов в большие чайники для простых стражников из отрядов, которые придут сейчас завтракать. А потом взял третий кувшин, тот самый.

Для офицеров. Самый свежий чай для командиров, как всегда.

Вода лилась в маленькие чайники, предназначенные для офицерского стола. Тарен старался не думать о том, что делает. Просто лил воду. Просто выполнял работу.

— Готово? — спросил повар.

— Да. Несу в трапезную.

Тарен поднял поднос с чайниками и направился к двери.

Трапезная гудела разговорами. Сорок, может, пятьдесят стражников сидели за длинными столами.

Среди них были как Канвары, так и представители вассальных кланов.

Тарен расставлял чайники на столы. Сначала большие, для простых стражников. Потом маленькие, для офицеров, сидевших за отдельным столом у окна.

— Спасибо, парень, — буркнул один из офицеров, наливая себе чай.

Тарен кивнул и отошёл к стене, где обычно стояли слуги, ожидая, не понадобится ли что-нибудь ещё.

Стражники ели и разговаривали.

— Слышал, сегодня снова учения? — спросил молодой стражник с рыжими волосами. — Третий раз за неделю.

— Великий Князь хочет, чтобы мы были в форме, — ответил его сосед постарше. — После того, как Рихтер захватил Штайгеров… Все напряжены.

— Да ладно, — фыркнул третий. — Рихтер далеко. Нам здесь ничего не угрожает.

— Меньше болтать, — оборвал их офицер за своим столом, делая глоток чая. — Всем быть начеку. Учения после обеда. Проверим вашу готовность.

Стражники притихли и продолжили есть.

Тарен смотрел на них и считал время. Ещё примерно двадцать минут.

Затем он тихо вышел из трапезной, стараясь не привлекать внимания.

А в это время по другому коридору шёл Орочи, старший технический служащий, а по совместительству ещё один агент подпольного движения.

Он держал в руках ящик с инструментами, и его задачей было обслуживать артефакты связи, менять кристаллы, проверять калибровку.

Но сегодня в кармане его рабочего халата лежало нечто, от чего ладони потели.

Маленький артефакт-накопитель, флэшка, которую передала заговорщикам Лифэнь. Главный компьютерный специалист клана Рихтер.

Простая на первый взгляд задача, просто подсоединить её к главному узлу. Но Орочи знал, если его поймают, это конец.

Успокаивая себя, он вошёл в командный пункт.

За столом сидел дежурный офицер, изучая какие-то документы. Поднял глаза на Орочи.

— Опять ты? Что на этот раз?

— Рутинная проверка, — спокойно ответил Орочи. — Кристаллы связи нужно откалибровать. Десять минут.

Офицер махнул рукой.

— Давай, только не мешай.

Орочи кивнул и подошёл к стене, где располагались артефакты связи, соединённые с частью компьютерной системы монастыря.

Он открыл панель, как делал это сотни раз. Достал инструменты, и сначала действительно делал свою работу. Но как только офицер отвлёкся, Орочи достал флэшку из кармана. Сердце колотилось так сильно, что он боялся, весь монастырь его услышит.

Но он всё-таки подключил флэшку к узлу. Раздался щелчок, и артефакт мигнул, принимая устройство.

Орочи замер.

Флэшка начала светиться. Зелёный свет, значит подключение установлено.

— Так, калибровка… — громко произнёс Орочи, продолжая делать вид, что работает. — Всё в норме. Кристаллы чистые.

Офицер не обратил внимания.

Орочи закрыл панель, собрал инструменты, вышел в коридор и прислонился к стене. Сделал глубокий вдох, стараясь сдержать дрожь.

Сделано.

Лифэнь в этот момент сидела в своём офисе в Рихтерберге, как всегда забравшись в компьютерное кресло с ногами. Для большинства это было бы тесно и неудобно, но она была такой миниатюрной, что рядом бы спокойно поместилась ещё одна Лифэнь.

Голографический экран парил перед ней в воздухе, не старомодный монитор, а чистая проекция данных.

С тех пор как они начали сотрудничать со множеством техномагических кланов, да взяли под контроль Штайгеров, грех было не обновить свою технику.

Схема монастыря Канваров светилась голубоватым светом, детализированная до мельчайших коридоров.

За её спиной, удобно устроившись на целом диване, дремал дух-дракончик. Он заметно подрос за последнее время, и сейчас как всегда лениво наблюдал за работой хозяйки.

Зелёная точка мигнула в центре схемы монастыря.

Подключение установлено.

Лифэнь улыбнулась.

— Молодец, Орочи. Быстро сработал.

Её пальцы заплясали над виртуальными клавишами управления. Взлом системы связи занял всего несколько минут.

После тренировки на системах Штайгеров, компьютерная защита Канваров казалась просто детской игрушкой.

На экране появились списки патрулей. Номера, маршруты, текущие позиции, вся координация охраны монастыря как на ладони.

— Так… — Лифэнь прищурилась, изучая данные. — Патруль номер три — восточное крыло. Патруль номер семь — западное. Патруль двенадцать — южные ворота…

Дракончик одобрительно пыхнул дымком.

— Отлично, — усмехнулась Лифэнь, потирая руки. — Начнём представление.

Её пальцы снова заплясали в воздухе, вызывая интерфейсы команд. Написать ложный приказ было делом нескольких секунд, система связи Канваров не имела даже базовой защиты от подмены сообщений.

Она разочаровано хмыкнула. Впервые за долгое время у неё не было достойного противника. Скучно.

Но работа есть работа. Макс рассчитывает на неё.

Лифэнь начала печатать приказы, наблюдая на экране, как зелёные точки патрулей начинают метаться по карте монастыря.

— Бегайте, бегайте, — пробормотала она с усмешкой.

— Что там?

Офицер поднял голову глядя на оживший артефакт связи.

Младший дежурный подошёл к артефакту, прочитал сообщение.

— Патрулю номер три. Приказ: немедленно усилить охрану восточных ворот. Замечена подозрительная активность.

— Передай, — кивнул офицер.

Дежурный активировал кристалл связи. Приказ ушёл.

Патруль номер три находился в западном крыле. Шесть стражников неспешно обходили коридоры.

Командир патруля получил сообщение через свой личный артефакт связи.

— Восточные ворота, — сказал он. — Подозрительная активность. Быстро.

Патруль развернулся и побежал через монастырь.

— Патрулю номер три, — дежурный в командном пункте читал новое сообщение вслух. — Отмена предыдущего. Восточные ворота в норме. Срочно в западное крыло. Сигнал тревоги!

Офицер нахмурился.

— Кто отправляет эти приказы?

— Не знаю, сэр. Они идут через систему… Вроде от вас.

— Я ничего не отправлял! — Офицер встал. — Передай патрулю. Разберёмся потом.

Командир патруля номер три получил новый приказ, когда они только добежали до восточных ворот.

— Западное крыло⁈ — выругался он. — Что за…

— Командир, что делаем? — спросил один из стражников, тяжело дыша.

— Бежим на запад. Приказ есть приказ.

Патруль развернулся и побежал обратно.

А Лифэнь всё продолжала рассылать приказы один за другим.

Патрулю номер семь: Проверить подвалы. Странные звуки.

Патрулю номер двенадцать: Смена пришла раньше. Можете отдыхать.

Резервному отряду: Срочно на плац. Учебная тревога.

На голографическом экране зелёные точки метались по карте монастыря, как испуганные мухи.

— Красота, — довольно потянулась Лифэнь. — Половина не на местах. Остальные скоро тоже… А, вот и оно! Начинается!

— Что за чертовщина сегодня творится⁈ — выругался командир Хару.

Стражник по имени Кейрон бежал по коридору вместе со своим патрулём. Они только что пришли с запада, получив третий за последние пятнадцать минут приказ вернуться на свои позиции.

Кейрон хотел ответить, но внезапно почувствовал странное ощущение в животе. Как будто что-то… сжалось.

— Ох…

Командир обернулся.

— Что?

— Ничего, — Кейрон попытался улыбнуться. — Просто… живот.

Они добежали до своего поста. Кейрон прислонился к стене. Острая боль в животе усилилась, внутри что-то забулькало и заурчало.

— Ты бледный, — заметил его напарник. — Точно всё нормально?

— Не знаю… Что-то не то съел, наверное…

Боль в животе стала еще сильнее. Кейрон согнулся.

— Мне… мне нужно…

— Куда⁈

Но Кейрон уже бежал. К ближайшей уборной. Сейчас. Немедленно.

Он ещё не знал, что в казармах, где отдыхала другая смена стражи, тоже началась паника.

Один стражник вскочил с кровати, хватаясь за живот.

Второй побледнел.

Третий уже бежал к двери.

Дежурный командир попытался успокоить людей, но сам почувствовал знакомое бурление в животе.

Стражники один за другим выбегали из казармы.

У уборных собралась очередь.

Пятнадцать человек. Двадцать. Все бледные, полусогнутые, все держались за животы.

— Быстрее там! — стучал в дверь один из стражников.

— Не могу! Дай минуту!

— У меня нет минуты!

— Я тоже не могу ждать! — простонал кто-то в середине очереди.

— Держись, брат! Терпи!

Когда Кейрон, наконец, подбежал к уборным, атмосфера там уже граничила с отчаянием.

Очередь у уборных была огромной. Он не успеет.

Кейрон пролетел мимо них и выбежал во внутренний двор монастыря.

К чёрту приличия!

Пусть лучше потом ему сделают выговор!

Он побежал к углу двора, где росли кусты. Лучше здесь, чем… чем обделаться на глазах у всех.

Кейрон присел у кустов.

И вдруг услышал над собой звук.

ВУУШШШ.

Громкий взмах огромных крыльев.

Кейрон замер и медленно поднял взгляд.

Прямо над ним, метрах в двадцати нависла огромная тень. Крылья, костяной хребет, длинный хвост.

Кейрон не дышал.

Дракон пролетел над двором, его крылья закрыли солнце. На его спине сидел всадник.

А за ним появился и второй исполин, ещё больше первого. Красная чешуя сверкала в утреннем свете.

Кейрон стоял в полной беспомощности и со спущенными штанами и смотрел в небо.

— Дракон, — прошептал он. — Это… дракон…

— В воздух! — крикнул Бахман, взмывая над садом. — Сбиваем драконов!

Ольга почувствовала, как Агни напрягся под ней. Дракон рвался в бой, и она тоже.

Когда они только переместились через пирамидку, то в саду почти никого не было. Но буквально через минуту он наполнился магами Канвар.

Пятнадцать противников поднялись в воздух, окружая их с Прохором. Магия ветра держала их, они зависли на уровне драконов, готовые атаковать.

— Убейте всадников! — донёсся снизу голос Бахмана.

И в них тут же полетели воздушные лезвия.

Агни резко дёрнулся вправо. Ольга вцепилась в костяной гребень на его шее. Лезвия просвистели мимо, одно задело крыло дракона, но он даже не дрогнул.

— Разлетаемся! — крикнул Прохор с Костиуса, который кружил левее.

Агни развернулся в воздухе. Ольга подалась вперёд, чувствуя, как внутри дракона нарастает жар.

— Агни, — крикнула она. — Покажи им.

Дракон открыл пасть.

Поток пламени обрушился на группу Канваров. Трое не успели увернуться и моментально превратились в факелы, после чего крича полетели вниз. Даже энергетические щиты их не спасли, лопнув, словно хлипкая скорлупа, от давления и жара.

Остальные враги разлетелись в стороны.

— Рассредоточиться! — кричал кто-то из них.

Ольга подняла руку и сформировала взрывной теневой кинжал, а затем метнула его во врагов. Один из Канваров получил удар в грудь, покачнулся и сорвался вниз.

Но на его месте уже появились новые враги.

В этом монастыре проживало очень много воинов, и все они сейчас вступили в битву с вторженцами.

Везде, где из пирамидок выступили отряды Рихтеров, начались отчаянные схватки. И двор, где бились они с Прохором, не стал исключением.

Ольга видела, как внизу, в саду, кардиналы рвут Канваров. Как жабы хватают магов языками и тащат к себе. Хаос. Такой красивый, смертоносный хаос.

А она здесь, наверху, только управляет драконом.

Ей хотелось спрыгнуть вниз и ураганом пролететь по полю, уничтожая всех, кому хватит глупости встать у неё на пути. Всех, кто почему-то ещё не взлетел.

— Ольга! — Голос Прохора ворвался в её мысли. — Слева!

Она обернулась. Три Канвара пикировали прямо на них, создавая воздушный вихрь.

Агни попал в турбулентность, его качнуло. Ольга вцепилась крепче.

— Агни, вниз!

Дракон сложил крылья и ушёл вниз. Вихрь прошёл над ними.

Ольга выпустила ещё два снаряда, не целясь, просто в сторону врагов. Один попал. Канвар вскрикнул, на секунду теряя контроль.

Агни развернулся и снова набрал высоту.

А Ольга отбросила глупые мысли о сражении на земле. Она нужна здесь. Только ей по плечу справиться с Агни, пока Макс и дедуля Карл заняты в других местах.

Она должна быть лидером и делать то, что необходимо, а не то, что хочется.

Сэр Костиус пронёсся мимо и хлестнул хвостом по одному из Канваров, тот отлетел в сторону, теряя высоту.

Прохор на его спине выглядел настоящим тёмным рыцарем с теневым клинком в руке.

— Разделяемся! — закричал кто-то из летающего отряда противников. — Половина на огненного, половина на костяного!

Враги разделились на две группы.

— Ну давайте! — Ухмыльнулась Ольга, чувствуя, как в огненном ядре дракона собирается пламя для следующего удара.

В это же время на земле гвардейцы клана Рихтер стояли под мерцающим энергетическим куполом посреди сада, управляя химерами.

Константин, держащий защитный артефакт, был бледен, но спокоен.

— Вторая волна, — приказал он. — Жабы, на левый фланг. Кардиналы, в центр.

Из портала хлынули новые химеры, рассредотачиваясь по всему саду.

Канвары пытались держать оборону.

Бахман, высокий маг вне категории с седыми волосами, командовал с земли. Его воздушные лезвия были точны и смертоносны.

Одним ударом он разрубил жабу пополам. Вторым пробил броню кардинала.

Константин понимал, что его надо как-то вывести из боя, иначе они долго не продержатся.

Но и врагам было не просто. Химер всё-таки было слишком много. К тому же, случилось то, чего они не ожидали.

Один из стражников, Корн, выхватил защитный амулет, активировал его. Вокруг него вспыхнул щит.

И тут же погас.

— Что⁈

Другой маг, потратив почти весь свой резерв, надел боевые перчатки, а затем создал воздушное лезвие и выстрелил в жабу.

Но заклинание всё равно оказалось слабым, едва заметным. Оно ударило в жабу, но не пробило даже кожу.

— Что за⁈ — Маг смотрел на перчатки в ужасе. — Они не работают!

Жаба схватила его языком и потащила к себе.

Третий, четвёртый, у всех артефакты давали сбой.

— Не отвлекаемся на артефакты! — крикнул Бахман, уничтожая ещё одного кардинала. — Кто-то их испортил!

— Видишь? — крикнул Прохор, пролетая мимо Ольги на Костиусе. — Саботаж сработал!

Ольга кивнула, выпуская очередной взрывной кинжал в Канвара. Тот увернулся, но его напарник получил удар и начал падать.

Их новые союзники действительно не подвели и сделали всё, что обещали. Даже больше.

Агни снова развернулся. Ольга чувствовала его ярость, его жажду крови. Дракон хотел сжечь всё. Она тоже.

Два Канвара создали объединённый вихрь, направили его в Агни. Дракона качнуло, он зарычал, но удержался в воздухе.

— Агни, выше! — скомандовала Ольга.

А внизу Бахман уже собирал силы.

— Всем ко мне! — приказал он. — Объединим силу!

Ещё один маг вне категорий и почти десяток архимагов тут же среагировали и встали в круг, после чего начали создавать общее заклинание, в то время, как щиты защищали их от атак химер и драконов.

Константин под куполом увидел это.

— Всем приготовиться! — крикнул он гвардейцам. — Они готовят что-то большое!

Бахман и его маги выпустили заклинание.

Огромный вихрь, в котором перемешалось сразу несколько стихий. Воздух, огонь, электричество.

Смертоносное торнадо высотой с башню вырвалось из центра круга. Засосало и начало перемалывать внутри себя химер. Жабы, кардиналы, броненосцы… все они поднялись в воздух, закружились, ломались, рвались на куски.

Гвардейцы под куполом держались. Купол трещал, мерцал, но Константин и остальные активировали новые защитные артефакты и вливали в него все силу.

— Держать! — кричал он. — Держать купол!

Химеры разлетались на части. Вихрь был чудовищным.

— Прохор! — крикнула Ольга, глядя на торнадо. — Разделяем их!

Прохор кивнул.

Они с двух сторон пикировали вниз.

Ольга наклонилась вперёд, почти лёжа на шее Агни.

Вот оно. Вот оно!

— Агни! Давай! Всё, что можешь!

Дракон раскрыл пасть.

Поток пламени обрушился в центр вихря.

Одновременно Костиус выдохнул ледяным дыханием с другой стороны.

Пламя встретилось со льдом.

БАБАХ!

Ударная волна разнеслась по саду.

Вихрь лопнул.

Химеры посыпались вниз, многие полностью разбитые, но некоторые целые.

Канвары были отброшены назад. Бахман и его маги упали на землю, тяжело дыша.

Густой дым застилал всё, временно делая невозможным продолжать битву.

Я шёл по коридорам, и каждый шаг эхом отдавался в тишине.

Роскошь, везде вопящая роскошь.

Мраморные полы, резные колонны, гобелены на стенах, изображающие победы Канваров, статуи предков, золотая инкрустация на дверных рамах.

Пафосно и Типично.

Оказывается, когда дело доходит до личного комфорта, Ракша вовсе не такой аскет, каким хочет казаться. Не удивлюсь, если и унитазы у него золотые.

Первый охранник-архимаг появился из-за угла. Его глаза расширились от удивления, когда он увидел меня.

— Ты… как ты…

Я шагнул вперёд и одним ударом клинка разбил его щит. Он попытался отступить, поднял руку, начал формировать воздушное лезвие.

Не успел.

Моя ладонь коснулась его груди, и почти мгновенно я осушил весь его резерв. Обмягшее тело упало на пушистые ковёр.

Через две комнаты, меня ждали ещё двое. Один уже держал в руках боевой артефакт.

— Рихтер! — крикнул он и выстрелил.

Энергетический снаряд полетел в меня.

Я шагнул в тень и материализовался прямо за ними.

Первый обернулся, но слишком медленно.

Одним касанием я лишил его возможности сопротивляться.

Второй среагировал быстрее.

Воздушный вихрь ударил меня в грудь и отбросил назад. Точнее попытался. Пробить мою защиту сейчас не смог бы ни один архимаг, да и магу вне категорий придётся хорошо постараться.

Перед вторжением я отлично подготовился. Моя энергосистема ломилась от энергии, и это не считая многочисленных усилений и артефактов, которые на меня действовали.

В конце концов, глупо не использовать возможности таких магов как Бланш и Анжи Вийон.

Объединив силы, девушки подарили мне такие бафы, о которых любой другой маг мог бы только мечтать.

Да и не только мне. Все некроманты участвующие во вторжении получили свои усиления от клана Вийон.

Охранник создавал второй вихрь.

Но я уже был рядом, и с ним было покончено также быстро, как и с его напарником.

Следующая комната, куда я вошёл, оказалась библиотекой. Запах старой бумаги и кожи сразу ударил мне в нос.

Четвёртый охранник стоял у окна. Обернулся, увидел меня. Лицо побледнело.

— Ты не пройдёшь! — прохрипел он и взлетел в воздух. Магия ветра подняла его к высокому потолку.

Он создал три воздушных лезвия, запустил их в меня одновременно.

Я уклонился, а затем сбил его снарядом чистой энергии.

Этот был уже магом вне категорий, так что пришлось потратить почти минуту, но во мне сейчас было столько силы, что никаких шансов противостоять мне у этого Канвара тоже не было.

Я двинулся дальше и оказался в тренировочном зале, посреди которого стояли пятеро архимагов.

Все повернулись ко мне.

Я не стал ждать, пока они взлетят или попытаются ещё что-то предпринять, и просто телепортировался ко всем сразу.

Пять касаний, и пять тел с глухим стуком упали на мрамор.

А затем я толкнул следующую дверь и вошёл в ещё один огромный зал, в центре которого стоял Ракша Канвар.

И, конечно же, он не был один.

Вокруг него стояли девять мужчин. Наверняка его сыновья. Очень похожие на отца, да ещё и маги вне категории. Я чувствовал их силу, каждый был опасен. Хотя и не так, как их отец.

Разрыв между Великими Князьями и простыми магами вне категорий всегда был чудовищным.

Ракша улыбнулся.

— Заходи, Рихтер, — произнёс он спокойно, почти приветливо. — Не стесняйся. Ты же так долго к этому шёл.

Я остановился в нескольких метрах от них.

— Неужели ты правда верил, что поймаешь меня врасплох, — продолжал Ракша, делая шаг вперёд.

Один из его сыновей усмехнулся.

— Наивный Рихтер.

— Я всегда готов к появлению любого из своих врагов, — сказал Ракша. — и ты не исключение.

Он развёл руками.

— Ты думал, что это ты придумал для меня ловушку? — Ракша рассмеялся. — Нет, Рихтер. Ты погибнешь, как и все мои враги.

Сыновья начали расходиться, окружая меня.

— Но, должен признать, даже от тебя я не ожидал такой глупости. Явиться прямо ко мне в покои, в одиночестве. Там, где я встречу тебя во всеоружии, окружённый своими сыновьями, — продолжал Ракша. — Ты думаешь, у тебя есть шанс против нас всех?

Его голос стал холоднее.

— Сегодня, здесь, ты умрёшь. Прощай, Рихтер. Я даже не буду давать тебе последнее слово. Мне совершенно не интересно, что ты скажешь.

Однако, несмотря на последние слова, нападать они не торопились. Возможно, Ракша хотел насладиться моментом. Увидеть отчаяние в моих глазах.

Он был уверен, что мне не справиться одновременно с ним и его сыновьями.

И, надо сказать, вероятно, он был не так уж не прав.

Однако…

Я улыбнулся.

— Один? — спросил я с усмешкой.

Ракша нахмурился.

— Что?

— Кто тебе сказал, что я буду с вами драться один?

Я достал пирамидку из кармана.

— Что это? — резко спросил Ракша.

— До встречи, Ракша, — сказал я.

И исчез.

— Куда он делся⁈ — крикнул один из сыновей Великого Князя.

Зал был пуст. Рихтер исчез, оставив после себя лишь какой-то артефакт.

Ракша стоял, глядя на то место, где секунду назад был враг. Его лицо исказилось от ярости.

— Он сбежал, — прорычал он. — Трус! Испугался!

Взгляды присутствующих вновь обратились к пирамидке.

— Что это? — спросил другой сын, осторожно приближаясь.

— Не трогай! — рявкнул третий. — Это может быть бомба!

Сын со вторым даром мощной защиты выставил руки вперёд. Энергетический щит материализовался вокруг пирамидки, накрыв её куполом.

Если взорвётся, то теперь это никого не заденет. Наверное.

Ракша подошёл ближе, изучая артефакт.

— Бомба? — пробормотал он. — Рихтер оставил бомбу и сбежал?

Он выпрямился, усмехаясь.

— Трус. Он испугался нас. Оставил игрушку и убежал, как испуганный щенок.

Сыновья засмеялись.

— Великий Максимилиан Рихтер, — насмешливо произнёс один из них. — Великий Кошмар Прошлого. Испугался как маленький мальчик

— Что будем делать с этим? — спросил тот, кто держал щит, кивая на пирамидку.

— Держи щит, — приказал Ракша. — Я изучу её. Если это бомба, мы её обезвредим. Если полезный артефакт, то заберём себе.

Он наклонился, всматриваясь в руны.

Пирамидка мерцала.

Я вновь очутился на полигоне Старого Форта.

Вокруг меня стояли те, кто остался в резерве. Кавалерия, пара групп гвардейцев с резервными химерами. Но главное, пара десятков кардиналов.

Огромные бойцы с вращающимися пилами, созданные для борьбы против сильных магов, сейчас стояли неподвижно, ожидая команды.

Я отправил большую часть кардиналов на штурм других частей монастыря. Но десяток оставил. Специально. Для таких случаев.

Я поставил перед ними ещё одну пирамидку и активировал её.

Кардиналы двинулись к порталу. Один за другим. Огромные, бронированные, смертоносные.

Все они разом шагнули в портал.

Я подождал несколько секунд и последовал за ними.

Глава 18

— Ещё один спокойный день, — произнёс Тидаль, легко скользя в толще воды. — Никаких угроз.

Его напарница Лирея рассмеялась, её рыжие волосы даже в воде выглядели словно языки пламени:

— Ты каждый раз это говоришь. Словно пытаешься накликать неприятности.

— Я просто констатирую факт, — пожал плечами Тидаль.

Патруль из шестерых Сирен неспешно двигался на глубине пятидесяти метров, проверяя торговые маршруты. Рутинная работа, даже скучная.

Они даже не приняли облик косаток, вместо этого, пользуясь заклинанием воздушных пузырей для комфортного общения. Хотя Сирены освоили навыки общения под водой во всех своих формах. Просто выглядело это по-разному.

С тех пор как с Салазарами было покончено, океан окончательно стал спокойным.

Разве что за очагами всё ещё нужно было следить, чтобы не расползались слишком близко к обитаемым местам.

Но теперь и эта проблема уже не была столь серьёзной, ведь Сирены всегда могли рассчитывать на помощь некромантов.

Келан, самый молодой в патруле, с тёмно-каштановыми волосами, подплыл к ним:

— Лучше давайте обсудим последние новости? Я слышал, что королева Мерисса собирается построить новый город на бывшей территории Салазаров.

— Зачем? — удивилась Лирея. — Мы же теперь и так контролируем Сальфорте и другие города.

— Она хочет сделать его полностью в нашем стиле. Повторить подводную архитектуру, но уже на земле.

— Ого, — обрадовался Тидаль, — может тогда и мои родители захотят прикупить домик на суше.

— Значит, ты бы хотел переехать туда? — спросила Лирея.

Тидаль задумался:

— Не знаю. Океан — наш дом. Но пожить какое-то время наверху было бы интересно. Попутешествовать. Конечно, я бы хотел посмотреть Рихтерберг и Вийон-де-Тур.

Они продолжили плыть, неспешно разговаривая. Вода была тёплой, течение слабым. Идеальный день для патруля.

И вдруг Тидаль замер.

— Подождите, — поднял он руку. — Вы слышите?

Остальные остановились, прислушиваясь.

Сначала ничего. Только тишина океана, шум воды, далёкие крики чаек на поверхности.

А потом раздался глубокий и низкий механический гул.

Он шёл откуда-то снизу, из глубины. Мощная вибрация пробивалась через толщу воду и ощущалась всем телом.

— Что это? — нахмурилась Лирея.

— Корабли? — предположил Келан.

Тидаль прислушался внимательнее. Звук был странным. Не похожим на обычные корабли, которые проходили по этим водам. Да и вибрации тогда бы шли сверху, а не снизу.

Келан уже поплыл вниз:

— Давайте посмотрим!

— Осторожно, — предупредил Тидаль, но сам последовал за ним.

Патруль опустился на несколько сотен метров глубже.

Здесь было темнее, холоднее. Свет с поверхности едва пробивался. Но Сирены видели отлично, их глаза были приспособлены к любой глубине.

А гул становился громче и отчётливее.

И вскоре они увидели тени в воде.

Огромные, обтекаемые силуэты, медленно приближались из глубины.

Тидаль замер, всматриваясь.

— Что это? — прошептал он.

Вместо ответа, из сумрака глубины начали появляться подводные лодки.

Строй из пяти кораблей, каждый размером с кита.

Обтекаемые формы, покрытые тёмно-серой бронёй, которая казалась почти чёрной в полумраке. Гладкие, без швов, словно вылитые из единого куска металла. Прожекторы на носу освещали воду впереди яркими конусами света.

Магические двигатели работали почти бесшумно, создавая лишь тот самый глубокий гул, который вибрировал через толщу воды.

Впереди шла самая крупная лодка. На её борту, едва различимые, виднелись буквы: «Немезида».

За ней следовали остальные четыре, выстроившись в идеальный строй.

Сирены застыли в воде, не в силах оторвать взгляд от этого зрелища.

— Десмонды, — еле слышно выдохнула Лирея.

— Роланд создал подводные корабли, — напряжённо добавил Келан.

Тидаль почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Подводные лодки. Роланд Десмонд всегда славился своими технологиями, но таких технологий у него ещё не было. По крайней мере, настолько глубоководных. И то, что они сейчас здесь, так близко от их города, это явно не просто совпадение.

— Отступаем, — резко скомандовал он. — Немедленно.

— Но мы должны узнать, что они могут! — возразила Лирея.

Тидаль посмотрел на корабли. Они двигались медленно, методично, не меняя курса. Словно шли куда-то с определённой целью.

— Мы узнаем, — сказал он. — Но издалека. Сначала проверим их реакцию.

Патруль начал плыть параллельно кораблям, держась на расстоянии примерно в сотню метров. Достаточно близко, чтобы наблюдать. Но и достаточно далеко, чтобы успеть среагировать.

Тидаль изучал подводные лодки, пытаясь понять их устройство. Броня выглядела необычно, поверхность словно дышала и слегка меняла оттенок, подстраиваясь под окружающую воду. Адаптивная? Магическая? Скорее всего сплав технологий и магии.

— Одна атака, — решил он. — Проверим их защиту. Если не сработает — уходим. Все согласны?

Остальные кивнули.

Тидаль и Келан переглянулись. Оба были опытными магами воды и знали, что делать.

Они вытянули руки вперёд, сосредоточились.

Вода вокруг них начала двигаться. Сначала медленно, затем быстрее. Течение закручивалось, усиливалось, превращалось в мощный вихрь.

Поток устремился к одной из лодок, той, что шла второй в строю. «Ктулху», прочитал Тидаль название на борту.

Вихрь ударил в борт корабля.

Подводная лодка качнулась. Слегка. Едва заметно.

Тидаль усилил заклинание. Келан тоже. Вихрь стал мощнее, закручивался быстрее, пытался сбить корабль с курса.

«Ктулху» качнулась сильнее.

Но затем что-то изменилось. Тидаль увидел, как поверхность словно потекла, будто бы плавясь.

Корабль выровнялся, скорректировал баланс и продолжил движение, словно ничего не произошло.

— Первый раз такое вижу! — удивлённо воскликнул Келан.

Лирея и ещё двое сирен уже готовили следующую атаку.

Глубоководные торпеды из сжатой воды — классическое боевое заклинание сирен. Вода сжималась до невероятной плотности, формировалась в вытянутый снаряд, а затем выпускалась во врага с огромной скоростью.

Три торпеды одновременно понеслись к «Ктулху».

Тидаль наблюдал, затаив дыхание.

Торпеды ударили в борт.

Вибрация от взрывной волны отбросила его в сторону, а обзор закрыло облако пузырей.

Но когда пузыри рассеялись, корабль был цел.

По поверхности брони прошла лишь небольшая рябь, словно кто-то бросил камни в пруд. Броня поглотила удар, распределила энергию, нейтрализовала.

«Ктулху» даже не замедлился.

— Достаточно, — жёстко сказал Тидаль. — Уходим. СЕЙЧАС.

Но было уже поздно.

Из бортов «Немезиды» выдвинулись металлические конструкции. Пусковые шахты. Лязг механизмов был слышен даже под водой.

И тогда флагман выстрелил.

Торпеды Десмондов оказались совершенно другими.

Техномагические с энергетическими боеголовками, они вылетели из шахт со свистом, оставляя за собой следы пузырьков, и понеслись к сиренам на огромной скорости.

В три, может быть в четыре раза быстрее, чем магические торпеды сирен.

— РАССРЕДОТОЧИТЬСЯ! — приказал Тирен.

Патруль разлетелся в разные стороны.

Первая торпеда летела прямо в Келана.

Он не раздумывая мгновенно трансформировался и уже в форме косатки резко ушёл в сторону, ударив по воде мощным хвостом.

Торпеда пролетела мимо, всего в нескольких метрах, и взорвалась где-то вдалеке. Ударная волна прокатилась по воде, но косатка уже была далеко.

Вторая торпеда неслась к Лирее.

Она тоже превратилась. Её косатка была чуть меньше, и двигалась она изящнее. Резкий разворот, нырок вниз.

Торпеда скорректировала курс, продемонстриров способность к самонаведению, но косатка всё же оказалась быстрее. Лирея ушла в глубину, петляя между подводными скалами. Торпеда потеряла цель и взорвалась, ударив в камень.

Третья торпеда летела в центр группы.

Тидаль, всё ещё в человеческой форме, выбросил руки вперёд. Вода между ним и торпедой мгновенно сжалась, превратилась в плотную стену.

Торпеда ударила в стену.

БАБАХ!

Ударная волна отбросила Тидаля назад, но он устоял. Стена из воды рассеялась, но своё дело сделала.

Но это было только начало.

«Бездна» и «Сцилла» открыли огонь.

Десятки торпед вылетели из пусковых шахт, заполнив воду смертоносными снарядами.

— Уходим! — снова крикнул Тидаль и превратился.

А за ним и все остальные. Все шестеро сирен теперь стали косатками.

Они развернулись и понеслись прочь на максимальной скорости.

Их мощные тела разрезали воду, как ножи.

Тидаль оглянулся.

Подводные лодки следовали за ними.

Но как будто бы не на полной скорости. Лениво, словно сытые хищники, которым не нужно спешить.

Тидаль понял, что они не пытаются их догнать. Просто наблюдают и собирают данные. А скорее всего… они просто знают куда плывут.

Догадка пронзила его словно молния. Город. Им плевать упустят ли они сейчас пару Сирен, потому что нацелились сразу на всех.

— Держим курс, — приказал Тидаль. — Быстрее!

— Город уже близко, — отозвалась Лирея. — Ещё пять минут.

Тидаль оглянулся ещё раз.

Подводные лодки, конечно же, всё ещё следовали за ними. Периодически выпускали торпеды по одной, по две. Словно испытывали, проверяли их скорость, реакцию, манёвренность.

Сирены ускорились.

Тидаль понимал, что сейчас самое главное как можно быстрее добраться до города и предупредить остальных.

Он старался не думать о том, что будет дальше. Смогут ли они вообще противостоять этому новому оружию Десмондов.

Я шагнул через портал и оказался в самом центре бойни.

Двадцать кардиналов врезались в девятерых магов вне категории. Пилы визжали так, что можно было оглохнуть, магия грохотала, кто-то что-то кричал.

Я быстро оценил ситуацию.

Три кардинала уже лежали на полу разорванные на куски воздушными лезвиями. Один из сыновей Ракши тоже был мёртв, вероятно, попал под первую массированную атаку химер.

Ракша не стоял в стороне. Он сражался.

Великий Князь находился в центре зала, его руки светились энергией. Воздушный вихрь вращался вокруг него, отбрасывая кардиналов, которые пытались подобраться ближе. Один кардинал прорвался через вихрь, его пила завизжала, врезаясь в энергетический щит Ракши.

Щит треснул, но выдержал.

Ракша развернулся, выбросил руку вперёд. Воздушное лезвие размером с человека вылетело из его ладони, рассекло кардинала по диагонали. Химера развалилась на части.

Я тоже не мог себе позволить остаться лишь наблюдателем. Время действовать.

Но также я понимал, что прикрытие из кардиналов продержится ещё совсем недолго, а сражаться одновременно с Ракшей и его сыновьями, даже если часть из них погибнет, будет крайне сложно.

В бою он по настоящему силён. Это не Катарина, которая надеялась на свою живучесть. Не Салазар, который без раковины Маринуса потерял большую часть своего могущества. Не Регина, которая рассчитывала на ловушки и артефакты. И даже не Штайгер, который в первую очередь был техномагом и изобретателем.

Ракша, в отличие от них, был совсем другим. Это настоящий боевой маг, который потратил сотни лет в тренировках, который любит и умеет сражаться лично. Сам, а не с помощью каких-то трюков.

Недооценивать его было бы крайне опасно. Так что я прекрасно понимал, что единственный мой шанс победить, это лишить его любой поддержки.

К счастью, я уже был не тот растерявший все силы маг, каким очнулся в этом времени.

И теперь в запасе у меня было гораздо больше трюков и возможностей тем раньше.

Особенно после того, как я заполучил корону Патриарха.

Теперь в старых и знакомых мне заклинаниях я зачастую видел новые возможности. Нюансы, которых не замечал раньше и мог использовать.

А, главное, мне на всё это хватало энергии.

Тени вокруг меня зашевелились, и из них вышли фигуры.

Десять теневых клонов. Каждый — точная копия меня. Они двигались независимо, каждый со своей волей, но все подчинялись мне.

Я уже использовал их раньше, но редко. Не видел в этом особого смысла, ведь тогда они могли разве что отвлечь противника, а с этой задачей отлично справляются и химеры.

Но сейчас каждый из клонов превратился в силу, с которой стоило считаться.

И десять клонов ворвались в схватку.

Один из сыновей Ракши, высокий, с длинными чёрными волосами, создавал ледяные копья в воздухе и метал их в кардиналов.

Воздух и лёд. Опасная комбинация. Два кардинала уже попали под удар, они ещё держались, но их движения замедлены холодом.

Три моих клона атаковали их обидчика одновременно.

Враг обернулся и увидел их. Воздушный барьер вспыхнул вокруг него, а ледяные копья полетели в клонов.

Первый клон всё-таки не выдержал удара и растворился обратно в тени.

Второй уклонился и швырнул теневой клинок.

Бах!

Энергетический барьер врага треснул.

Третий клон шагнул в тень и материализовался прямо за его спиной.

И коснулся.

Да, мои клоны теперь могли не только драться. Они могли делать то же, что и я, даже выкачивать энергию.

Клон коснулся спины сына. Тот закричал, его защита окончательно погасла.

Энергия хлынула из него в клона, а через клона ко мне. Я чувствовал, как она наполняет меня, тёплая и мощная.

Враг упал на колени и обмяк.

Два сына Ракши мертвы.

Но остальные уже заметили.

— Это иллюзии! — крикнул один из них, маг с рыжими волосами. — Уничтожайте их!

Он взлетел в воздух и выпустил огненный шар размером с валун.

Шар врезался в группу клонов. Взрыв. Трое клонов исчезли в пламени.

Но я тут же создал новых.

Тени зашевелились, и ещё трое появились на их месте.

Рыжий маг нахмурился, явно озадаченный таким раскладом. Кажется, до него начало доходить, что битва лёгкой не будет.

Тем временем, кардиналы продолжали атаковать.

Другой сын, коренастый, с короткими светлыми волосами, создавал каменные стены буквально из ничего, комбинируя стихии воздуха и земли.

Он создавал материю, формируя барьеры и швыряя булыжники в кардиналов.

Два кардинала врезались в каменную стену. Пилы завизжали, высекая искры, но камень оказался на удивление прочным.

Враг усмехнулся и создал ещё один валун над головами кардиналов. Швырнул вниз.

Валун раздавил одного кардинала. Другой увернулся.

Но мои клоны уже добрались до этого камнетёса.

Четверо окружили его, атакуя с разных сторон. Теневые клинки летели в него со всех направлений.

Он создал каменный купол вокруг себя. Клинки ударили в камень, взорвались, но купол устоял.

— Попробуйте пробить это! — засмеялся он.

Два кардинала врезались в купол. Пилы завертелись, вгрызаясь в камень. Трещины пошли по поверхности.

Враг внутри создал новый слой камня, укрепляя защиту.

Но тут я сам шагнул из тени прямо внутри купола.

Он обернулся, увидел меня в полуметре от себя. Лицо побледнело.

— Как…

Я коснулся его груди.

Энергия хлынула в меня. Он даже не успел среагировать, только закричал, пытаясь меня оттолкнуть, но это было бесполезно.

Его энергия быстро стала моей, а я шагнул обратно в тень и материализовался у стены, подальше от центра боя.

Ракша заметил.

Великий Князь стоял в центре зала, окружённый вихрем. Три кардинала лежали мертвыми у его ног, он расправился с ними, пока я убивал его сына.

Наши глаза встретились.

— Рихтер, — прорычал он.

Его лицо исказилось яростью. Воздух вокруг него сгустился, стал видимым, чистая энергия ветра закручивалась в спираль.

Он поднял обе руки.

Десятки воздушных лезвий материализовались вокруг него. Не слишком большие, но энергия, которую он в них вложил была чудовищной.

И все они полетели в меня.

Я вновь шагнул в тень.

Мне совершенно точно не хотелось проверять на себе силу возможного удара.

Лезвия прошли сквозь то место, где я стоял секунду назад, и вонзились в стену. Мрамор взорвался, обломки полетели во все стороны, а снаряды полетели дальше, продолжая разрушать всё на своём пути.

Я не был уверен, что они остановятся даже когда пролетят сквозь весь монастырь, прорубив его целиком.

К счастью, я уже был на другом конце зала. Но Ракша не думал останавливаться. Новая волна лезвий снова полетела в мою сторону. Похоже, что он как-то отличал меня настоящего.

Видимо, уровень магического чутья и интуиции ему это позволял. Неприятно.

Но не смертельно.

Придётся его отвлечь, и пять моих клонов разом рванули к нему.

Они атаковали одновременно, с разных сторон. Теневые клинки летели в Ракшу со всех направлений.

Его энергетический щит вспыхнул, покрываясь рябью от множества взрывов, но пока этого было недостаточно, чтобы появилась даже одна трещина.

Ракша взмахнул рукой, и мощный воздушный вихрь отбросил клонов. Трое исчезли, уничтоженные силой удара.

Я создал новых.

Ещё один из его сыновей в это время метался по залу на невероятной скорости. Его тело светилось электричеством, он двигался как вспышка, разрубая кардиналов одним касанием.

Три кардинала пали от его атак за считанные секунды.

Мои клоны попытались его поймать, но он действительно был хорош, и то исчезал в вихре молний, то появлялся в другом конце зала, атаковал, а затемснова исчезал.

— Попробуй поймать меня, Рихтер! — смеялся он.

Но я не пытался его поймать, просто ждал удобынй момент.

И вот он врезался в очередного кардинала, его рука, покрытая молниями, пронзила грудь химеры. Кардинал рухнул.

Я материализовался прямо за его спиной.

Он среагировал мгновенно, обернулся, потянулся ко мне.

Но даже он был медленнее меня под усилениями Анжи и Бланш. Одним ударом я пробил его щит, а затем вонзил клинок ему в горло.

Он упал.

Оставшиеся пятеро сыновей сгруппировались.

Они уже начали догадываться, что дело пахнет жареным и скоро их всех уничтожат по одному.

Так что теперь они встали спиной друг к другу, создавая общий барьер. Пять энергетических щитов слились в один мощный купол.

— Вместе! — крикнул один из них. — Вместе мы его победим!

Ракша присоединился к ним. Шесть магов вне категории под общим щитом.

Кардиналы бросились на них. Девять оставшихся химер протаранили барьер одновременно. Пилы завизжали, вгрызаясь в купол.

Барьер треснул, но держался.

Изнутри сыновья атаковали. Воздушные лезвия, огненные шары, ледяные копья, каменные снаряды, всё летело в кардиналов.

Ещё трое пали.

Мои клоны тоже атаковали барьер, но он оказался слишком крепким.

Нужно было менять тактику.

Я достал из кармана маленькую чёрная сферу и швырнул его в центр зала, прямо к барьеру.

Бах!

Густой чёрный дым заполнил пространство вокруг врагов. Магический, плотный, подавляющий зрение. Он обволакивал барьер и просачивался сквозь самые мелкие его трещины.

— Что это⁈ — крикнул один из сыновей.

— Я ничего не вижу!

Ракша попытался развеять дым воздушным вихрем. Частично получилось, дым разошёлся, но не исчез полностью. Магический дым сопротивлялся.

Я использовал момент, шагнул в тень внутри дыма и материализовался прямо внутри их барьера.

Шестеро магов стояли вплотную друг к другу. Барьер защищал их снаружи, но внутри они были почти беззащитны. Хотя и я тоже очень рисковал. Но другого пути не было.

Один из сыновей обернулся, увидел меня.

— Он здесь!

Я коснулся ближайшего.

Энергия хлынула в меня, и враг закричал, он попытался активировать личный щит, но было поздно.

Его браться растерялись и не сразу начали атаковать. В таком тесном пространстве они рисковали попасть друг в друга.

А вот Ракша не стеснялся.

Воздушное лезвие полетело в меня.

Я отпустил его умирающего сына и шагнул в тень. Лезвие прошло мимо и разрубило того, кого я только что держал.

Пять сыновей мертвы.

Ракша выскочил из барьера следом за мной, его лицо было искажено яростью.

— ХВАТИТ ПРЯТАТЬСЯ!

Он поднял руки, и воздух в зале завибрировал.

Мощнейший вихрь вырвался из его ладоней. Ураган, который сметал всё.

Кардиналы отлетели к стенам. Мои клоны исчезли, уничтоженные силой ветра. Дым рассеялся полностью.

Меня отбросило назад, и я врезался в колонну. Энергетический щит покрылся трещинами, едва не лопаясь от давления. Но я выдержал и поднялся.

Вихрь стих.

Из всех моих кардиналов осталось только двое, но и на стороне Ракши остались только четверо его сыновей. Они снова сгруппировались, создавая барьер.

Ракша стоял перед ними.

Я создал новых клонов. Десять фигур вновь появились из теней.

Ракша посмотрел на них, затем на меня.

— Ты не победишь, Рихтер, — прорычал он. — Даже со своими иллюзиями.

Я не ответил.

Пришло время для подкрепления.

И из пирамидки, которая всё ещё находилась в зале выбежали броненосцы.

Десять маленьких, похожих на рыцарей, химер ворвались в зал.

Следом появились пауки, а затем ещё несколько кардиналов.

Сыновья Ракши переглянулись.

— Ещё больше тварей, — пробормотал один из них.

Броненосцы бросились на барьер. Таранили его, отвлекали.

Пауки начали плести паутину над головами врагов. Нити летели вниз, пытаясь опутать.

Один из сыновей со вторым даром огня сжёг паутину прежде, чем она достигла барьера.

Другой создал снаряды из чистой энергии и метнул их в пауков. Одного паука пронзило насквозь. Он упал с потолка, мёртвый.

Кардиналы, как и мои клоны, снова двинулись в атаку.

Битва продолжалась.

Один из сыновей взлетел в воздух, пытаясь уйти от кардиналов. Он метал молнии вниз, уничтожая броненосцев.

Три химеры сгорели, превратившись в пепел.

Зато паук в этот момент попал в него паутиной. А стоило тому на секунду замешкаться, как ещё несколько пауков быстро превратили его в кокон, после чего, тот начал падать.

Мой клон уже ждал его внизу, чтобы выкачать энергию.

Оставались ещё трое. И Ракша.

Ещё один погиб почти от массированной атаки клонов.

Враги привыкли, что их всего десять, и не ожидали, что я создам дополнительных.

Осталось всего два сына. Огонь и вода.

Тот что с огнём создал огненную стену вокруг себя. Пламя бушевало, не давая приблизиться.

Кардиналы пытались прорваться, но огонь прямо на подходе превратил двоих из них в пепел, такая была сила этого жара.

Тогда я создал клона прямо внутри огненной стены,

Враг обернулся и выпустил огненный шар в упор.

Клон исчез.

Но я уже лично материализовался за его спиной.

Удар, ещё один, и его огонь погас навсегда.

Последний из сыновей Ракши стоял рядом с отцом.

Он создавал водяные щиты, защищаясь от кардиналов и других химер.

Великий Князь зарычал и вновь создал ураган, отбрасывая от них с сыном всех.

Мне пришлось вложить в щит почти половину от оставшегося запаса энергии, чтобы пережить этот удар.

Но ни химеры, ни мои клоны, ни даже сам зал, в котором мы сражались, этого не пережили.

Стены зала разлетелись также как и всё остальное, оставляя лишь каркас, укреплённый какой-то особенной магией.

Если бы не это, сейчас развалился бы уже весь монастырь разом.

Но я не терял ни секунды. Как только давление немного ослабло, я тут же создал новых клонов прямо возле последнего, присутствующего здесь, сына Ракши.

И вот, все помехи для нашей дуэли, были устранены.

Ракша обернулся, увидел тело последнего сына.

Его лицо исказилось.

— НЕТ!

Его руки дрожали. От ярости или горя — не знаю.

Он медленно поднял голову и посмотрел на меня.

— Ты убил моих сыновей, — прорычал он тихо.

Я не ответил.

Ракша начал светиться, словно под его кожей текла не кровь, а чистая энергия. Его глаза загорелись ярким синим цветом. Казалось, ещё немного и Великий Князь взорвётся, сам превратившись в оружие, в бомбу высокой мощности.

— Я УБЬЮ ТЕБЯ, РИХТЕР! — его голос гремел. — РАЗОРВУ НА ЧАСТИ! МЕДЛЕННО! БОЛЕЗНЕННО!

Ветер в зале усилился. Обломки поднялись в воздух.

Я улыбнулся и тихо ответил.

— Попробуй.

Ракша атаковал.

Глава 19

— Быстрее! — крикнул Брама, взмывая вверх и устремляясь вперёд по коридору. — Отец в опасности!

Его голос эхом отражался от мраморных стен. За ним летели трое братьев, все четверо маги вне категорий. Махавир, Джохар и, самый молодой среди них, Нирав.

Следовали за ними и двадцать архимагов, их личная гвардия.

Звуки битвы доносились со всех сторон монастыря. Грохот, визг металла, взрывы магии и крики. Но сейчас их интересовало только положение отца.

— Рихтер прорвался в покои! — выдохнул Махавир, ускоряясь.

— Как он вообще смог обойти всю охрану⁈ — Джохар создал воздушное лезвие в руке, готовясь к бою.

Нирав молчал, но его лицо было напряжено. Он чувствовал, что что-то было не так. Слишком тихо в коридорах, слишком мало стражи. Словно кто-то специально расчистил путь.

Они пронеслись мимо опустевших залов, мимо разбитых дверей, мимо тел охранников.

И вдруг Брама резко затормозил и поднял руку.

Группа замерла.

Впереди, блокируя коридор, стояли фигуры.

Около двадцати женщин в боевых одеждах. Энергетические щиты уже мерцали вокруг них.

Брама нахмурился:

— Кто осмелился преградить нам путь?

В ответ раздался хорошо знакомый ему решительный голос.

— Мы.

Из группы вышла вперёд высокая женщина с тёмными волосами, собранными в косу.

Брама застыл, не веря глазам.

— Сурья⁈

Махавир шагнул вперёд, шокированный:

— Сестра? Что ты делаешь⁈

За Сурьей стояли ещё женщины, и теперь они узнали в каждой своих сестёр.

Нирав посмотрел на них с удивлением:

— Почему вы здесь⁈ Разве вы не должны быть в безопасности?

Сурья сделала шаг вперёд. Её лицо казалось спокойным, но в глазах горел огонь.

— Мы здесь, чтобы остановить вас.

Брама не понял.

— Остановить? Сурья, ты не понимаешь! Рихтер атакует отца! Нам нужно…

— Я всё прекрасно понимаю, Брама, — перебила она, и её голос стал холоднее. — Понимаю даже лучше, чем ты думаешь.

Она бесстрашно встретила его взгляд и прямо заявила:

— Это мы впустили Рихтера.

Брама почувствовал, как мир качнулся.

— Что⁈

Махавир шагнул вперёд с искажённым лицом:

— Что ты сказала⁈ Сурья, ты сошла с ума⁈

Джохар создал ещё одно воздушное лезвие, его голос задрожал от ярости:

— Повтори!

Сурья не дрогнула.

— Вы правильно поняли. Это всё мы.

Красавица Айяна вышла вперёд и встала рядом с Сурьей:

— Мы помогли Рихтеру пробраться сюда.

На удивление светловолосая для детей Великого Князя, Лакшми, стоявшая справа, добавила:

— Потому что с нас хватит! Мы не собираемся больше жить в клетке.

Брама почувствовал, как ярость поднимается в груди. Предательство! И это его собственные сёстры!

— Как ты посмела…

Но Сурья уже говорила. Её голос звенел в коридоре, наполненный силой и болью одновременно.

— Всю жизнь нас держали в золотых клетках. Контролировали каждый шаг. Решали за нас, с кем нам быть, что делать, кем становиться.

Айяна поддержала:

— Мы были товаром. Инструментом для союзов.

Сурья сделала ещё шаг вперёд:

— Но сегодня это закончится.

Джохар не выдержал.

Он насмешливо и громко рассмеялся.

— Вы? Остановите нас?

Махавир присоединился к смеху, качая головой:

— Сурья, ты в своём уме? Выступать против нас? Против магов вне категории?

Брама также презрительно посмотрел на сестёр.

Они стояли, готовые к бою, но это выглядело смешно. Это ведь просто женщины.

— Вы даже драться не умеете, — сказал он холодно. — Вас учили музыке, танцам, этикету.

Джохар усмехнулся:

— Что вы нам противопоставите? Веер? Зеркальце?

За братьями архимаги тоже начали смеяться. Негромко, но с презрением.

— Женщины против магов вне категории?

— Это же смешно!

— Они даже не маги!

Но Сурья не реагировала на насмешки. Она просто смотрела на братьев спокойно. На её губах появилась холодная улыбка.

— Вы слепы.

Брама нахмурился:

— Что?

Она ответила:

— Вы настолько не замечаете нас, что даже не заметили, что многие из нас теперь не слабее, чем вы.

Махавир открыл рот, чтобы возразить, но Сурья подняла руку.

— Покажите им.

Дочери Ракши мгновенно избавились от магической маскировки, ещё раз подтвердив слова Сурьи.

В этой семье женщины были настолько невидимы, что никому и в голову бы не пришло сканировать их на магический ранг.

И, начиная изучать боевую магию, они также изучали и маскировочные заклинания, которые помогали скрыть их настоящую силу.

И только теперь братья увидели, что каждая из тех, кто преградил им путь была не ниже ранга деструктор. А большинство во главе с Сурьей так и вовсе архимаги.

Смех гвардии за спиной Брамы умолк.

Один из них прошептал:

— Они что… все архимаги?

Другой:

— Как мы могли этого не знать?

Даже Брама удивился:

— Вы скрывали свою силу, — выдохнул он. — Годами.

Сурья кивнула:

— У нас не было выбора. Мы тайно учились и ждали момента, когда сможем побороться за свою свободу.

Айяна гордо добавила:

— И этот момент настал.

Джохар усмехнулся:

— Архимаги. Да… я бы сказал, что это впечатляюще. Но только для девиц. Этого недостаточно.

Махавир кивнул:

— Как бы вы ни были сильны, среди вас нет ни одного по-настоящему сильного бойца.

Брама сделал шаг вперёд, его голос стал угрожающим:

— Нас четверо магов вне категории. Вам всё ещё нечего противопоставить нам. Лучше отойдите, пока мы не причинили вам вреда. Я не хочу калечить собственных сестёр.

Но Сурья не отступила.

— Думаешь, мы не знаем, что нам вас не победить?

Лакшми подошла ближе, взяла сестру за руку и кивнула:

— Мы знаем, что вы сильнее. Но всё равно будем бороться.

Сурья сжала её ладонь:

— Мы готовы рискнуть даже своими жизнями. Мы сделаем всё, чтобы задержать вас достаточно долго. Чтобы тиран-отец погиб, а наш клан изменился. — Её глаза горели. — Мы не отступим.

Нирав, до этого лишь молча слушая спорт, теперь понимал, что что-то внутри него ломается.

Он смотрел на Сурью и видел её решимость. Она и другие его сёстры готовы были умереть. Настолько глубоко они верили в свою правоту.

И сам Нирав понимал, что они правы. Тирания Ракши была не только в том, что он не давал своим детям самим выбирать путь. Он всё ещё хорошо помнил пытки и истязания во время своего обучения.

Знал, как быстро и легко Ракша избавляется ото всех, кто не оправдывает его ожиданий.

Да, сам он стал магов вне категорий и заслужил своё место рядом с отцом. Но сколько детей не вынесло тренировок? Были и те, кто погиб.

А сколько матерей сошли с ума от горя по своим сыновьям?

А их сёстры? Сурья ведь права. Для клана они лишь расходный материал. Ракше плевать, что с ними станет, он даже не интересуется их именами.

Всё это Нирав видел. И молчал.

— Сурья… — прошептал он.

Она повернулась к нему. Её взгляд смягчился:

— Нирав. Ты всегда был добрее и справедливее остальных.

Он попытался найти слова:

— Но отец…

— Отец использует всех нас. Тебя тоже.

Нирав молчал. Боролся с собой.

Брама почувствовал опасность:

— Нирав, не смей…

Но Нирав уже вновь заговорил. На этот раз громко:

— Сурья права. Наш клан давно прогнил. Все мы лишь игрушки отца, которых он использует по своему усмотрению. Стравливает нас как псов и, не задумываясь, избавляется от тех, кто уже не нужен.

Нирав отошёл в сторону и встал у стены. Не с сёстрами, но и не против них.

— Я не стану сражаться с вами, — просто объявил он.

Несколько архимагов, стоящих за Брамой увидели это и переглянулись. А затем пятеро из них тоже отошли в сторону и заняли нейтралитет вслед за Ниравом.

Брама почувствовал, как ярость поглощает его.

— ПРЕДАТЕЛИ!

Махавир повернулся к Нираву:

— Нирав! Ты бросаешь отца! Бросаешь нас!

Джохар создал огромное воздушное лезвие:

— Брама прав! Это предательство!

Но Нирав лишь пожал плечами, он уже всё для себя решил.

— Нет, братья. Я думаю иначе. Предательство — это позволять клану и дальше существовать под гнётом тирана.

Один из отступивших архимагов добавил:

— Каждый из нас служит клану Канвар. Но клан — это не один человек. Это все мы.

Нирав снова посмотрел прямо на Браму:

— И если отец разрушает клан изнутри, то остановить его — не предательство. Это долг. И я позволю сёстрам бороться за то, во что они верят.

Сурья подняла руки, принимая боевую стойка.

— Брама. Махавир. Джохар, прошу вас, отступите. Позвольте клану измениться.

Брама молчал несколько секунд.

Часть его, хотя и очень маленькая часть, хотела прислушаться и понять.

Но он просто не мог. Отец всегда был центром его мира. Только похвала или замечания Ракши имели значение. Он всю жизнь жил лишь для того, чтобы отец был им доволен.

Он качнул головой:

— Никогда.

Махавир согласно кивнул:

— Ты выбрала предательство, Сурья. Теперь прими последствия.

Джохар тоже не был готов встретиться с правдой лицом к лицу. Ведь это значило признать, что всё, что он делал до этого, было неправильно.

— Мы вас уничтожим. Всех.

Сурья смотрела на них с пониманием. Она и не ожидала, чего-то иного. Даже то, что Нихав отступил стало неожиданным подарком судьбы.

Она приняла боевую стойку:

— Мы не отступим.

Брама атаковал.

Огромное воздушное лезвие вырвалось из его руки и полетело в Сурью.

Она вложила все силы в щит и устояла, хотя её и отбросило назад на несколько шагов.

Главное выдержать хотя бы несколько минут! Задержать братьев, не позволить им вмешаться в дуэль Рихтера и Ракши.

Коридор вокруг наполнился магией.

Воздушные лезвия рассекали воздух. Огненные шары взрывались об щиты, ледяные копья летели со всех сторон, каменные стены вырастали из пола, молнии били в барьеры, а вода заливала всё вокруг.

Дочери Ракши отчаянно сражались за свою свободу. За будущее клана.

Они не отступали ни на шаг, показывая силу, которую скрывали годами.

Но и их братья атаковали яростно и беспощадно.

Сурья видела, как некоторые девушки уже упали без чувств. Кто-то едва стоял на ногах.

Но и архимаги напротив несли потери. Конечно, сёстры и впрямь мало что могли противопоставить троим магам вне категорий, но они изначально знали, что не победят.

Главное задержать, продержаться подольше. И надеяться, что их ставка на Рихтера всё-таки сыграет.

— Двое архимагов в северном коридоре, — прошептал Игорь в артефакт связи. — Идут к нам.

Фантом стоял в тени колонны, абсолютно неподвижный. Костяная гончая рядом с ним тоже замерла, не издавая ни звука. Только её пустые глазницы светились тёмно-зелёным.

Через артефакт донёсся голос Киры:

— Вижу через теневого разведчика. Атакуйте!

Игорь прикрыл глаза, концентрируясь на собственной связи с теневыми разведчиками. Мелкие химеры были повсюду.

Крысы в вентиляции, птички под потолками, ящерки на стенах. Глаза и уши Фантомов, сеть наблюдения, которую враги даже не замечали.

Крыса в соседнем коридоре видела, как трое архимагов движутся к выходу.

Птичка на балконе транслировала деструктора, что прятался в зале.

Ящерка в щели стены наблюдала, как одинокий маг пытается пробраться к покоям Ракши.

Все они думали, что прячутся, что могут незамеченными проскользнуть сквозь хаос битвы.

И все они ошибались.

Игорь открыл глаза и жестом подозвал двух других фантомов. Те бесшумно материализовались из теней и заняли позиции.

Гончие пригнулись, готовые к прыжку.

Шаги приближались. Двое архимагов входили в коридор, не подозревая об опасности.

— Быстрее! — шептал один из них. — Нужно скорее найти свой отряд!

— Во дворе драконы, — ответил второй. — Мы не пройдём.

— Есть другой путь. Через…

Игорь шагнул из тени.

Теневой клинок вспыхнул в его руке. Одно движение, и меч вошёл в шею первого архимага, мгновенно убивая.

Второй архимаг обернулся, его глаза расширились от удивления, но он сразу же начал создавать заклинание.

Вот только другой фантом уже был за его спиной. Удар, усиленный артефактом и его щит треснул. Второй, и вот архимаг упал.

Гончие даже не пошевелились, не понадобились.

Игорь вытер клинок об одежду мёртвого. Дал остальным новый знак жестом, фантомы вновь растворились в тенях и двинулись дальше.

В другом конце монастыря четверо архимагов пытались пробраться к выходу через восточное крыло.

Птичка следила за ними с люстры, передавала маршрут.

Пятеро фантомов быстро перекрыли им путь.

Архимаги заметили их и замерли.

— Назад! — крикнул один из них.

Но путь назад тоже был перекрыт. Ещё трое фантомов материализовались из теней позади.

Канвары слишком поздно поняли, что это ловушка из которой не поможет выбраться даже способность к полёту.

А гончие уже атаковали.

Четыре костяных зверя бросились на архимагов одновременно и повалили двоих на землю.

Оставшиеся двое пытались защищаться, но фантомы были быстрее.

Теневые клинки находили щели в защите, после того, как гончии быстро сбивали щиты.

Через тридцать секунд все четверо Канваров уже лежали мёртвыми, а Фантомы с гончими исчезли, словно их тут и не было.

А в одном из центральных коридоров стояли Кира и Лев, которые и координировали всю операцию.

Оба получали сигналы, как от теневых разведчиков по всему монастырю, так и от своего отряда фантомов.

Тут Лев нахмурился:

— Да тут в тренировочном крыле прямо толпа.

Кира сосредоточилась. И правда, организованный отряд.

— Примерно тридцать архимагов, — хмыкнула она.

Лев переключился на других разведчиков и прикинул примерный маршрут.

— Двигаются во двор, к нашим гвардейцам и драконам.

Кира кивнула:

— Если они доберутся, у Ольги с Прохором прибавится проблем.

Затем парочка переглянулась и кровожадно ухмыльнувшись, муж с женой почти хором выпалили:

— Не доберутся.

А затем они сразу же побежали по коридору к большому залу, что находился прямо на пути подкрепления.

Да, этот зал подходил идеально для их задумки.

Широкий коридор, достаточно большой для сражения с колоннами по бокам. Но потолок низкий, метров пять, не больше. Канвары не смогут взлететь.

Лев достал пирамидку из кармана. Поставил её на пол в центре зала.

Кира передала по артефакту связи сигнал.

Лев уже двигался к краю зала:

— Уходим. Они будут здесь через минуту.

Кира кивнула и они быстро исчезли из зала вместе со своими гончими.

А вскоре услышали за спиной шум битвы, да и увидели её тоже через глаза теневых разведчиков.

Как только в зале появился вражеский отряд, из портала-пирамидки вылетели всадники.

Виктор Крейцер появился первым, на вороном жеребце с гривой из живого пламени, с копьём наперевес.

Каролина Рихтер не отставала на своей гнедой кобыле, из ноздрей которой вырывался зелёный дым.

За ними ещё около двадцати всадников. Молодые некроманты на химерах-жеребцах, трёхметровых чудовищах с рогами, змеями вместо хвостов, металлической чешуёй на шкуре.

Одним своим видом они внушали врагам дикий первобытный ужас.

Один из Канваров попытался создать воздушное лезвие, но Виктор врезался в него раньше.

Тот закричал и отлетел назад.

Жеребец Виктора не остановился, струя пламени из гривы ударила в лицо другого архимага.

Каролина рядом рубила мечом. Головы врагов покатились по земле.

Её кобыла фыркала, плюясь ядом и кислотой из ноздрей, быстро уничтожая щиты каждого противника, кто оказался слишком близко.

Кавалерия неслась по залу. Топтала, рубила, пронзала копьями и саблями.

Архимаги пытались защищаться. Но всадники были слишком быстры и неумолимы.

Они просто неслись вперёд и стирали их отряд в пыль.

Один архимаг успел создать ледяное копьё и метнуть его в Виктора.

Мимо!

Виктор наклонился в седле, а его жеребец развернулся на месте, и вот его копыта уже раздробили череп архимага.

Каролина выкрикивала команды:

— Лиза, правый фланг! Роман, центр!

Всадники слушались мгновенно.

Виктор также координировал:

— Группа два, обойти слева! Группа три, добивать отступающих!

Тактика и холодный расчёт.

Враги из отряда подкрепления гибли один за другим. Прошло меньше минуты, а половина отряда уже была мертва.

— Отступать! — закричал кто-то.

Но отступать некуда. Кавалерия окружила их.

Всадники носились по залу и добивали каждого, не оставляя никого в живых.

Некоторые пытались взлетать, но безуспешно. Слишком низкий потолок не оставлял им шансов.

Атака кавалерии была слишком внезапной и слишком мощной.

Ещё тридцать секунд, и последние архимаги пали.

Зал был усеян телами. Двадцать восемь архимагов. Все мертвы.

Кавалерия остановилась, жеребцы довольно фыркали, всадники тяжело дышали.

Виктор осмотрел зал, а затем доложил в артефакт связи.

— Цель уничтожена.

— Потери? — уточнила Кира в ответ.

Виктор огляделся. Один всадник держался за руку, лёгкое ранение. Другой слез с жеребца и проверял ногу химеры.

— Ничего серьёзного.

— Отличная работа! Возвращайтесь.

Всадники развернулись и поскакали к пирамидке.

Кира неподалёку убрала артефакт и посмотрела на Льва:

— Продолжаем зачистку.

Лев кивнул.

По всему монастырю теневые разведчики продолжали наблюдение.

Охота продолжалась.

Ракша взлетел.

Разумеется, ведь зал был разрушен, стены сметены его последним ураганом, а потолок частично обвалился.

Было бы странно, если бы он этим не воспользовался.

Он остановился в паре десятков метров над руинами и посмотрел на меня сверху вниз.

— Теперь ты увидишь, почему Канвары правят небом.

Я стоял на земле, среди обломков колонн и тел его сыновей, и смотрел вверх, размышляя как поступить.

Ракша поднял руки.

Десятки воздушных лезвий возникли вокруг него. Столь смертоносные, что я чувствовал давление чужой магии даже издалека.

И все они полетели вниз, прямо на меня.

Я шагнул в тень и появился в другом конце зала, за обломком стены.

Лезвия вонзились в землю там, где я стоял секунду назад.

БАХ!

Осколки мрамора полетели во все стороны.

Ракша уже поворачивался в воздухе. Нашёл меня взглядом и создал новую волну лезвий.

Я снова телепортировался, лезвия вновь прошли мимо.

— Так и будешь бегать весь бой? — засмеялся Ракша.

Я не ответил и вместо этого сформировал в руке снаряд из чистой энергии и запустил его вверх.

Тот плавно уклонился.

Ожидаемо.

— Попробуй ещё, — усмехнулся он.

Я так и сделал, создал ещё три снаряда и запустил их один за другим, с разных углов.

Ракша уклонился и от первого, и от второго. Третий отбил ответной воздушной атакой, и он даже не долетел.

Пришлось признать, что в воздухе он слишком маневренный. Достать его с земли будет крайне непросто.

Ракша создал воздушный вихрь и направил его вниз.

Ветер ударил по земле с чудовищной силой. Обломки того, что ещё недавно было залом монастыря, поднялись в воздух и полетели в меня.

Часть всё-таки успела меня зацепить, царапая энергетический щит, пока я нашёл безопасное место.

Но Ракша не останавливался. Воздушные лезвия, вихри, постоянное давление сверху.

Я двигался, уклонялся, контратаковал снарядами. Но ни один не достигал цели.

Патовая ситуация. Он не может меня убить, но и я не могу его достать.

Ракша завис в воздухе, начиная формировать какое-то крупное заклинание. Руки светились, воздух сгущался вокруг них.

Хороший момент для атаки.

Я создал пятерых теневых клонов.

И мы все одновременно запустили взрывные теневые кинжалы вверх. Плюс я сам тоже успел выпустить несколько энергетических снарядов.

Всё это с разных углов.

Ракше пришлось прервать заклинание. Он явно не хотел мне позволить слишком сильно повредить его щит.

Так что он уклонился примерно от половины всех снарядов, ещё несколько отбил собственными атаками, и только один взрыв едва царапнул его щит.

Я распустил клонов, экономя энергию.

Если в битве с его сыновьями они были полезны, то сейчас нечего рассчитывать на подобный трюк. Ракшу не обмануть, он легко определяет меня настоящего.

Тут Канвар поднял обе руки.

Воздух закружился, формируя очередное торнадо. Вихрь устремился вниз, прямо на меня.

Он всасывал обломки, швырял их, разрушал всё на пути.

Я вновь телепортировался подальше.

Торнадо прошёл мимо, разнося остатки колонны в щепки.

Ракша усмехнулся:

— Сколько ты ещё протянешь, Рихтер? Час? Два? А потом твоя энергия кончится. И ты умрёшь. Хотя всё закончится гораздо раньше.

К сожалению, логика в его словах была. Затягивать битву я не мог. Чем дольше живёт Ракша, тем больше сил он сумеет стянуть в этот монастырь. И рано или поздно, но нас всё-таки задавят числом.

Что ж, я и так долго оттягивал этот момент.

Я посмотрел на свою руку.

На ней, кроме печати Рихтеров теперь было ещё одно кольцо. Артефакт полёта, один из тех, что я выкопал из бесконечных запасов Регины.

Пора!

Я вышел из укрытия.

Ракша уже готовил новую атаку. Десятки воздушных лезвий формировались вокруг него, готовые накрыть всё пространство вокруг.

Я не стал уклоняться.

Вместо этого активировал кольцо и оттолкнулся от земли и быстро оказался на уровне Ракши.

Так быстро, что он даже не успел поменять направление своей атаки, и лезвия прошли прямо подо мной.

Я швырнул в него ещё несколько снарядов, на этот раз увернуться он не успел.

На его щите появилась тонкая трещинка, но тут же затянулась.

Ракша усмехнулся:

— Артефакт полёта? Думаешь, это поможет? Я в воздухе с рождения, Рихтер. А ты — гость.

Он вновь атаковал.

Три воздушных лезвия полетели в меня. Быстро, с разных сторон.

Я сдвинулся вправо. Артефакт позволял маневрировать, хотя и не так плавно, как двигался Ракша, но достаточно, и его заклинания прошли мимо.

В любом случае, эта позиция была гораздо выгоднее для атаки.

Даже потеряв в ловкости, я всё равно реагировал быстрее, чем Канвар, чем нивелировал разницу в качестве полёта.

Я атаковал энергетическими снарядами, взрывными теневыми кинжалами, искал момент для удачного удара в ближнем бою.

Ракша отвечал воздушными лезвиями, вихрями, торнадо. Давление его магии было так далеко, что пару раз мне приходилось даже вновь телепортироваться на землю, чтобы перевести дух.

Особенно в моменты, когда всё воздушное пространство вокруг он превращал в один большой взрыв.

Я понимал, что стоит пропустить момент хотя бы раз, как моментально окажусь без энергетического щита.

Сила и скорость его атак была чудовищной.

Но и я не оставлял его в покое. Мы оба постоянно двигались, атаковали, защищались.

Несколько раз Ракша сам шёл в ближний бой. Создавал воздушный клинок в руке и пытался разрубить меня.

Я блокировал теневым клинком.

Он был быстрее и опытнее в воздушном бою. Там, где я учился на ходу, его движения были естественны и выверены веками практики.

Но всё-таки я мог его достать.

Вот только время играло против меня.

Я почувствовал, как кольцо на пальце становится холоднее, а синий камень светился чуть тусклее, чем раньше.

Энергия артефакта заканчивалась.

Каким-то образом, почувствовал это и Ракша. Может быть, воздушные потоки, которые кольцо создавало вокруг меня, как-то изменились.

А Ракша понимал воздушную стихию, как никто другой.

— Твой артефакт слабеет, — ядовито констатировал он и усмехнулся. — Сколько тебе осталось? Минута?

После чего он сразу же атаковал сильнее, явно поверив, что победа близка.

Что ж. Я и впрямь скоро буду вынужден вернуться к бою на земле или призвать дракона, чего делать не хотелось. Прохор и Ольга сейчас летели наперерез вражескому подкреплению из других монастырей.

Но всё-таки, я бы не был собой, если бы у меня не было запасного плана, помимо этого кольца.

И дедуля Карл над ним работал прямо сейчас.

Глава 20

— Налево, — указала Регина.

Дед Карл повернул за угол, не замедляя шага. Где-то вдалеке доносились звуки битвы, грохот, крики, взрывы магии. А Макс уже сражался с Ракшей, пока всё шло по плану.

— Уверена? — уточнил он на всякий случай.

С таким ревенантом как бывшая Великая Княгиня Сципион всегда стоит держать ухо востро.

— К сожалению, да, — процедила Регина сквозь зубы. — Твой внучек очень хорошо поработал над моим перерождением. Не могу соврать, даже если очень захочу.

Из бокового коридора выбежали четверо архимагов и остановились, мгновенно активируя щиты.

— Кто вы⁈ — крикнул один из них.

Дед даже не замедлился.

Один взмах руки, и целый рой взрывных теневых кинжалов полетели прямо во врагов.

Бах! Бах! Бах!

Их защита лопнула словно яичная скорлупа, и маги мгновенно упали мёртвыми.

Дед прошёл мимо тел, даже не оглядываясь.

А вот Регина остановилась, и на её лице отобразилась настоящая зависть.

Она догнала деда через несколько шагов.

— Знаешь, каково это? — её голос дрожал от злости. — Видеть, как убивают, и не иметь возможности участвовать?

— Полагаю, неприятно, — ответил дед, не оборачиваясь.

— Неприятно⁈ — Регина даже прикрикнула от возмущения. — Тысячу лет я совершенствовала искусство причинения боли. Тысячу лет!

Она шла рядом, сжимая руки в кулаки.

— Я могла заставить человека умолять о смерти неделями. Могла превратить его разум в кашу, не повредив тела. Могла…

— А теперь не можешь, — перебил дед. — Удачное наказание для такой как ты.

— Дак как ты можешь! — Регина всё больше входила в раж. — Ты тоже мёртвый! Но лич в отличие от ревенанта может использовать магию!

Дед остановился и холодно на неё взглянул.

— Разница в том, Регина, что я сам выбрал эту судьбу. А ты получила то, что заслужила.

— Несправедливо.

— Справедливо, — голос деда был ледяным. — Ты враг. Это твоё наказание. Вечность без возможности делать то, что любишь больше всего.

Регина открыла рот, чтобы возразить, но дед уже шёл дальше.

Впереди появились ещё враги. Три деструктора и три архимага блокировали коридор.

Дед остановился, оценил за секунду.

Регина рядом сжала кулаки:

— Позволь мне хотя бы…

— Нет.

Он шагнул в тень, и переместился прямо ко врагам. Несколько касаний, и вот уже все упали мёртвыми.

Регина смотрела на это, кусая губы. Злость и зависть искажали её лицо.

— Я могла бы сделать это красивее.

— Но не быстрее.

Дед пошёл дальше.

Они остановились перед массивной дверью, покрытой светящимися рунами. За ней завывал ветер, а магия была такой плотной, что казалось можно увидеть её пульсацию в воздухе.

— Здесь, — сказала Регина.

— Ловушки?

— Пять уровней. Электрические разряды, воздушные лезвия, проклятия паралича.

Дед осмотрел дверь, внимательно изучая руны и проанализировал структуру защиты.

— Объясни схему.

Регина вздохнула, но подчинилась. Выбора у неё всё равно не было.

— Пять ключевых точек. Последовательность деактивации такая: верхний левый, нижний правый, центральный…

Она перечисляла точки, порядок, методику. Дед слушал внимательно, запоминал каждую деталь.

Затем начал создавать контр-ловушку. Перенаправлял энергию защиты, заставлял её работать против самой себя.

Регина узнала технику.

— Ты используешь мой метод. Прдсмотрел в пирамиде, а?

— Эффективный метод, — ответил дед, не отвлекаясь от работы.

— Ты старый плагиатор!

— Ты хотела сказать, победитель?

Ловушки рассыпались одна за другой, руны погасли, и дверь медленно открылась.

Они вошли в огромный круглый зал. Потолок был таким высоким, что его даже не было видно. К тому же, по всей комнате гулял ветер, вихри завывали, гудели и издавали другие странные звуки, а также мешали как следует всё рассмотреть.

В центре зала, на каменном постаменте, лежал небесно-голубой кристалл размером с лошадиную голову. Но это была лишь часть конструкции, сам артефакт под кристаллом уже был размером с целую корову, хотя выглядел как обычный каменный сундук.

Правда ветер постоянно закручивался именно вокруг него, словно танцуя.

Дед подошёл ближе и теперь изучал артефакт. Он сразу почувствовал мощную магию, исходящую от него.

— Впечатляет.

— Канвары не жалели ресурсов, — отозвалась Регина.

— Как его уничтожить?

Регина указала на семнадцать маленьких кристаллов, расположенных по кругу вокруг постамента. Они тускло светились, почти незаметные на фоне всего остального

— Это стабилизационные узлы. Нужно разрушить их все. Одновременно.

— Одновременно?

— Иначе артефакт активирует защитный механизм. Взрыв. Или хуже.

Дед ещё раз внимательно всё осмотрел и убедился, что Редж права.

— Понял.

Он замер, а энергетические нити поползли от него во все стороны, прощупывала коридоры монастыря.

Регина смотрела на него. Теперь, когда она не чувствовала магии, то для неё всё выглядело так, будто бы дедуля лич просто завис.

— Что ты делаешь?

— Ищу мёртвых, — коротко ответил дед.

Он чувствовал тела в коридорах монастыря. Мёртвые Канвары, те, кого убили Рихтеры за последние минуты, те, кого убил он сам по пути сюда.

Его магия быстро находила их и возвращала к нежизни.

В дверь зала начали входить умертвия. Один за другим. Наконец, их набралось семнадцать.

Регина усмехнулась:

— Мёртвые Канвары уничтожают артефакт Канваров. А вы ещё меня называете садисткой.

— Мне и впрямь всё равно больно врагам или нет. Но, боюсь, у тебя не получится насладиться их страданиями. Сейчас им уже плевать, — невозмутимо отозвался дед.

Редж недовольно фыркнула, но промолчала.

Тем временем, умертвия выстроились вокруг постамента. Каждый у своего узла. Они замерли, а затем подняли руки над кристаллами, готовые ударить.

Все они уже стали проводниками магии, которую готовился направить через них лич.

Наконец, он послал им мысленную команду и сам поднял руку, активируя нужное заклинание.

Семнадцать умертвий одновременно ударили кулаками в узлы, магия лича поступила в кристаллы.

Узлы треснули, свет внутри них замерцал, а затем начал гаснуть один за другим.

Центральный кристалл начал вибрировать. Ветер вокруг него усилился, закружился быстрее. Вой стал оглушительным, а зал задрожал.

Регина отступила к стене и насмешливо спросила:

— Ты точно сделал всё синхронно? По-моему он сейчас взорвётся!

Но дед спокойно наблюдал.

Кристалл трещал, свет внутри него пульсировал всё ярче. Ветер бушевал, поднимал пыль и швырял мелкие обломки.

И вдруг кристалл просто рассыпался.

Осколки упали на постамент с тихим звоном. Ветер стих мгновенно, словно его выключили.

Наконец, дед подошёл к постаменту и «сундуку» и осмотрел осколки. Кристалл был полностью уничтожен.

А лич чувствовал изменение в воздухе. Магические потоки сдвинулись, барьер, который держал артефакт, исчез. Значит, всё получилось.

— Готово, — констатировал он.

— Защита рухнула? — спросила Регина, а затем зло добавила, — чёрт! я даже не могу толком это почувствовать сама.

Дед усмехнулся.

— Не прибедняйся. У тебя всё ещё осталась магическая интуиция.

Регина усмехнулась в ответ:

— Знаешь, старый хрыч, раньше я бы использовала этот момент, чтобы попытаться тебя убить.

— Знаю.

— Но теперь не могу. Контроль Макса слишком силён.

Она посмотрела на свои руки.

— Я даже не могу причинить тебе боль. Не могу причинить боль никому из Рихтеров.

— Именно для этого тебя и превратили в ревенанта.

— Я ненавижу это.

Дед снисходительно похлопал её по плечу, Регина дёрнулась так, будто её ошпарили.

А лич сказал:

— К сожалению, у тебя всё ещё остались поводы порадоваться, ведь Рихтеры не единственные твои враги. Наслаждайся моментом.

Регина зло посмотрела на него:

— Если когда-нибудь я освобожусь…

— Не освободишься, — голос деда был спокойным, но в нём звучала абсолютная уверенность.

— Кто знает, — огрызнулась Редж, — не нужно меня недооценивать.

— Тогда мы просто убьём тебя окончательно. На этот раз без воскрешения. Идём. Здесь мы больше не нужны.

Дед повернулся к выходу.

Регина последовала за ним, искренне страдая в своей бессильной злобе.

Но главное, дед чувствовал, что ветер в монастыре изменился.

Он сделал то, что должен. Теперь очередь Макса.

Пару дней назад.

Регина рассказывала про защиту монастыря, указывая на голографическую схему.

— В главном монастыре есть артефакт, — говорила она. — Он не просто держит духов в кристаллах, как в монастыре Белого Облака. Он также их ловит. Все воздушные духи в большом радиусе слетаются на него, как мотыльки на огонь. А потом АМ! И жертву сожрала мухоловка.

Я изучал схему.

— Как его уничтожить?

Регина хихикнула:

— Технически возможно, но зачем? Духи всё равно не помогут. Они ненавидят всех людей без разбора. Да и зачем им снова рисковать своей свободой?

Я усмехнулся:

— Посмотрим.

Кольцо-артефакт погасло полностью.

Поддержка исчезла, и я начал падать.

Ракша парил надо мной, создавая огромное воздушное лезвие. Энергии в нём было достаточно, чтобы разрезать небольшую гору.

Конечно, я не собирался просто грохнуться на землю, как какой-то кирпич. Вместо этого я снова вернулся к своей старой тактике уклонения через теневой шаг.

Но для полноценного сражения этого было мало. Если в ближайшие минуты ничего не изменится, то придётся переходить к плану С или даже Д.

Но, это всё не так весело, как если дед всё-таки справится.

Конечно, я отдавал себе отчёт, что у меня нет полной гарантии на нужный мне результат.

Освобожденный духи могли просто улететь и наслаждаться свободой вдали от опасных для них Канваров и людей.

Но я знал Фэна, видел его ярость, его желание мести и гордость.

Он не упустит свой шанс.

Огромное лезвие летело вниз. Прямо на меня.

Я вновь телепортировался, и лезвие прошло в нескольких метрах.

А из монастыря внизу взмыли в небо белые фигуры. Десятки одновременно. Со всех сторон разрушенного комплекса.

Журавли.

Духи ветра в форме белых журавлей вырывались на свободу с пронзительными и торжествующими криками.

Они летели вверх, кружили, атаковали всё вокруг.

Не нас с Ракшей, конечно. Великого Князя Канвар они предусмотрительно облетали по дуге.

Но вот монастырь, стены, башни, всё, что напоминало им о плене, моментально превратилось в мишень.

И это значило только одно.

Артефакт уничтожен, пленные духи свободны, и другим тоже безопасно приближаться к монастырю.

Дед справился.

Ракша тоже увидел духов.

Очередное гигантское воздушное лезвие замерло в воздухе вместо того, чтобы сразу полететь в меня.

Ракша смотрел вниз на хаос, который творили освобождённые духи.

Он уже не скрывал ярость.

— Рихтер! — он повернулся ко мне. — Ты ответишь за все мои убытки!

— Убытки? — я рассмеялся. — Звучишь как хозяин вшивой харчевни, причитающий над разбитыми мисками: «Кто заплатит за ущерб?» Вот только лавочку твою давно пора прикрыть. Всё равно ничего, кроме палёного пойла ты предложить уже не можешь.

Канвар зарычал и запустил в меня сразу целый веер воздушных бомб.

Я едва успевал перемещаться между тенями.

Но всё равно оставался доволен. Он тратил энергию значительно расточительней меня.

А, когда взрывы наконец ненадолго прекратились, я заметил как на горизонте появились новые фигуры. И они быстро летели сюда.

Сначала едва различимые белые точки на фоне неба. Но вскоре я удовлетворённо улыбнулся.

Сюда летели белые журавли. Их было несколько десятков, а впереди возвышалась знакомая фигура.

Старик с посохом и белой развевающейся бородой.

Фэн.

Духи быстро приближались и не сворачивая летели прямо к нам с Ракшей.

А затем начали кружить вокруг, немного поодаль.

Я усмехнулся. Фэн не дурак, быстро понял, что Ракша не может просто переключиться на них. Даже на земле я оставался для него угрозой, и он это не понимал.

Поэтому решил просто угрожать:

— Духи, — презрительно начал он, — думаете, что ваше освобождение что-то изменило? Глупо! Даже все воздушные духи мира не смогут со мной совладать!

Вокруг него начал собираться огромный вихрь, на этот раз не из воздуха, а из чистой энергии. Такой мгновенно разорвёт любого духа, стоит тому попасть под удар.

— Я снова захвачу вас и заставлю работать на себя. Вы — всего лишь инструменты. Ресурсы клана Канвар. Так было и будет всегда.

Фэн смотрел на Ракшу.

Глаза элементаля светились белым светом, а лицо оставалось невозмутимым, как у статуи.

А затем его голос прогремел, заставляя воздух вокруг нас вибрировать:

— Мы и не собираемся с тобой сражаться, Канвар. Зачем?

Он повернулся ко мне. Посмотрел, словно оценивая, а затем снова обернулся к Ракше.

— Это сделает другой человек.

Его тон был безразличным, словно ему всё равно.

Как будто он просто наблюдатель, которому нет дела до людских дрязг.

Фэн взмахнул посохом:

— Пусть жалкие людишки сами разбираются между собой. Нам нет до этого дела.

Ракша усмехнулся:

— Значит, вы прилетели просто посмотреть? Тогда смотрите, как я убью вашего жалкого спасителя!

Ракша вновь начал запустил в меня десятки заклинаний.

Но я уже чувствовал изменение.

Воздух вокруг меня менялся так, словно становился живым. Ветер словно обнял меня и поддерживал со всех сторон.

Я улыбнулся Фэну.

Они помогают.

Как тогда, когда элементали помогли драконам удрать от Ракши, подарив им свою скорость и мобильность.

Тоже самое теперь происходило со мной. Только, если в драконов они вселились, то мне помогали на расстоянии.

Я взмыл вверх и сам удивился той лёгкости, с которой это произошло.

Ветер будто стал частью меня.

И, я впервые почувствовал, что такое настоящий полёт.

Теперь я понял о чём говорил Ракша, когда рассказывал, что для него это также естественно, как дышать.

Нет, Артефакт-кольцо даже близко не сравнится с этим ощущением.

Вот что значит по-настоящему летать!

Я быстро взглянул на духов.

Они кружили вокруг, но сознательно не смотрели на меня. Делали вид, что им безразлично.

Фэн также парил в стороне. Он даже отвернулся, будто его больше интересует то, что происходит далеко в горах, а не здесь, прямо под его носом.

«Типичный Цундере», — прозвучало в моей голове голосом Лифэнь.

Лицо Ракши потемнело. Конечно же, он тоже всё понял.

— Духи… — угрожающе начал он. — Вы помогаете ему.

Фэн не обернулся, продолжая смотреть на горы.

— Мы ничего не делаем. Это просто… ветер дует, куда хочет.

А я уже поднялся до уровня Ракши и посмотрел ему в глаза.

В моей руке появился теневой клинок.

Теперь мы равны.

Нет. Теперь я сильнее.

Я улыбнулся.

— Ну что, Ракша, готов сразиться на равных? В твоей стихии, но без преимуществ.

В его глазах снова вспыхнула ярость.

Но он не стал терять время и тоже создал создал длинный воздушный клинок, который теперь был направлен на меня.

— Хорошо, Рихтер. — Холодно ответил он. — Умри.

Он бросился в атаку.

Глава 21

Он бросился в атаку.

Воздушный клинок Ракши был длинным, изогнутым, светящимся чистой энергией ветра. Он двигался невероятно быстро, за столетия тренировок Канвар довёл свою технику до совершенства.

Я встретил удар теневым клинком.

БАБАХ!

Взрыв энергии между нами отбросил нас обоих в разные стороны. Воздух завибрировал, и даже духи отлетели дальше от эпицентра.

Я удержал равновесие. Тем более, что ветер поддержал меня мгновенно и вернул в боевую позицию.

Хотя от меня тоже требовалось немало. Духи явно делали всё, что могли, чтобы облегчить мне полет, но всё-таки держать правильную позицию и маневрировать должен был я сам. Что в условиях невесомости было не так уж просто.

Хотя я и быстро освоился.

А Ракша уже атаковал снова.

На этот раз серией ударов. Быстрой и яростной.

Его клинок с воем рассекал воздух, а каждый удар содержал в себе достаточно силы, чтобы пробить мой щит.

Поэтому я уклонялся, блокировал, парировал и делал всё, чтобы не пропустить удар.

Наши клинки сходились снова и снова. Искры магии разлетались во все стороны.

— Впечатляющая техника, — сказал я, отбивая очередной удар. — Сколько лет тренировался? Пятьсот? Шестьсот?

— Тысячу! — рявкнул Ракша, атакуя с новой силой. — Тысячу лет я оттачивал искусство воздушного клинка!

— Тысячу лет? — я усмехнулся, уклоняясь от удара. — Может, стоило найти нормального учителя?

Конечно, я просто пытался вывести его из себя.

Но на самом деле его техника, как и скорость была крайне хороша.

Классический восточный стиль фехтования он специально адаптировал для сражений в воздухе. Широкие размашистые удары, рассчитанные на то, чтобы использовать инерцию полёта.

Красиво. И эффективно против большинства противников.

Но предсказуемо.

Ракша нанёс очередной удар сверху вниз. Я не стал блокировать, просто шагнул в сторону, используя ветер. Клинок прошёл мимо.

— Мимо, — прокомментировал я весело.

И мгновенно ушел в контратаку быстрым уколом в бок.

Мой теневой клинок ударил в его энергетический щит. Барьер вспыхнул, но устоял.

Не удивительно. Прочность защиты Великого Князя и не может быть низкой.

Ракша развернулся, его клинок описал широкую дугу. Я пригнулся, и лезвие прошло над головой.

— Знаешь, Рихтер, — прорычал он, — ты слишком много говоришь для будущего мертвеца!

— А ты слишком мало попадаешь для мастера с тысячелетним стажем, — парировал я, нанося ещё один укол в щит.

Трещина побежала по поверхности барьера, но тут же затянулась.

Ожидаемо. Энергии у него больше. Он может восстанавливать щит быстрее, чем я его разрушаю.

Нужна другая тактика.

Ракша атаковал снова, теперь сочетая удары клинком с заклинаниями.

Воздушное лезвие летело справа. Клинок рубил слева. Одновременно.

К счастью, полёт не мешал теневому шагу, хотя и делал его несколько сложнее, ведь, если я не хотел приземляться, то приходилось ловить едва заметные тени на облаках пара, пыли и других более плотных чем воздух частиц, которые поднимались во время нашей битвы.

Но у меня получилось «вынырнуть» прямо над Ракшей сзади него, и я сразу метнул теневой кинжал в его спину.

БАХ!

Кинжал взорвался врезавшись в щит. Барьер устоял, но на секунду замерцал.

— Я разочарован, Рихтер, — крикнул Ракша, — Вместо честного боя, прячешься в тенях, как трус!

— Использую тактику, как разумный боец, — ответил я. — Но, если хочешь, давай сойдёмся в честном бою без магии. Только клинки.

Ракша обернулся, создал вихрь вокруг себя. Мощный поток воздуха отшвырнул меня назад на десяток метров.

— Вот именно это я и имел в виду, — крикнул я, возвращая себе равновесие. — Ты же сам хотел без преимуществ!

Откуда-то сбоку донёсся голос Фэна. Древний дух парил в стороне, наблюдая за боем с видом театрального критика:

— Людишки такие противоречивые. Сначала предлагают одно, потом делают другое.

Я едва сдержал смех.

А мне пора перехватить инициативу. Достаточно игры в обороне.

Я создал ещё один теневой клинок во второй руке. Теперь их было два, длинный в правой, короткий в левой.

Рапира и кинжал.

Ракша усмехнулся:

— Думаешь, два клинка помогут? Компенсируешь количеством недостаток мастерства?

— Нет, — ответил я, принимая стойку. — Просто хочу закончить это быстрее. У меня ещё дела сегодня.

— Дела? — Ракша расхохотался. — Единственное дело, которое у тебя будет — это гнить в земле!

— Оригинально, — протянул я. — Полторы тысячи лет жизни, а шутки как у трактирного пьяницы.

Ракша не ответил, вместо этого пошёл в атаку.

Но я оказался быстрее и атаковал первым.

Ветер ускорил меня, и я рванул вперёд, а затем ударил рапирой.

Ракша заблокировал.

Затем сразу кинжалом, но на этот раз Канвар уклонился.

— Неплохо для некроманта! — крикнул он, отбивая мои удары. — Но недостаточно!

Но я уже разворачивался. На этот раз рапира шла снизу вверх, а кинжал сверху вниз.

Ракша отступил, его собственный клинок отбил оба удара одним движением.

Хорошая техника, стоит признать.

— Видишь? — он усмехнулся. — Тысяча лет опыта!

— Вижу тысячу лет одних и тех же движений, — ответил я, не останавливаясь.

Я провёл серию ударов, быструю и точную.

Рапира, кинжал, укол справа, разворот, рубящий удар, снова разворот и повторить.

Каждый удар попал в щит. Этого всё ещё оказалось недостаточно, чтобы его пробить, но всё-таки защита становилась слабее.

Ракша хорошо держал оборону, но я видел, как он напряжён. Это не то, к чему он

привык.

— Что случилось? — спросил я между ударами. — Устал уже? Может, тебе передышку дать? Водички принести?

— Заткнись! — рявкнул Ракша.

Фэн задумчиво прокомментировал откуда-то сверху.

— Интересно наблюдать. Один говорит много, но попадает часто. Другой говорит мало, но попадает редко. Хотя, казалось бы, должно быть наоборот.

Ракша побагровел, а я фыркнул от смеха.

Канвар взревел и оттолкнул меня потоком воздуха, чем выиграл небольшую передышку.

Затем, создал три воздушных лезвия вокруг себя и метнул все три одновременно, каждый полетел в меня, но под разными углами.

Я ушёл в тень. Лезвия прошли там, где я летел секунду назад.

И вот я уже за его спиной. Оба клинка вонзились в щит.

Барьер пошёл трещинами по всей поверхности.

— Ты как назойливая муха! — заорал Ракша, разворачиваясь.

— Муха? — я усмехнулся. — Великий Князь сравнивает противника с насекомыми? Как унизительно должно быть проигрывать мухе.

— Я не проигрываю!

— Конечно, конечно, — кивнул я, говоря почти ласково, как с ребёнком или сумасшедшим. — Ты просто… стратегически отступаешь.

Ракша развернулся, его клинок полетел в моё горло.

Я заблокировал кинжалом. А рапиру превратил в топор и наотмашь ударил по щиту.

Ещё одна трещина. Почти!

Ракша создал вихрь. Огромный, мощный. Он окружил нас обоих, закрутился с бешеной скоростью.

Меня начало затягивать в воронку. Ветер больше не помогал, сила Ракши стала подавляющей, и духи не справлялись с таким напором

— Вот теперь посмотрим, кто тут муха! — торжествующе крикнул Ракша.

Я бы сказал, что это умно, ведь так он действительно может лишить меня поддержки духов, вот только, чтобы догадаться это сделать, ему понадобилось слишком много времени.

Я вложил энергию в щит и всеми силами держал позицию. Но меня всё равно медленно затягивало к центру вихря, где ждал Ракша с клинком наготове.

— Что, Рихтер? Язык проглотил? — насмехался он. — Где твои остроумные комментарии?

— Придумываю что-нибудь особенно обидное, — ответил я. — Для твоей эпитафии.

Энергии у него действительно больше. В лобовом столкновении магии я проиграю.

А значит просто не надо играть в его игру.

Я перестал сопротивляться вихрю, позволил ему затянуть меня.

Теперь я летел прямиком в Ракшу, прямо на его клинок.

Он усмехнулся, думая, что я ошибся или расстратил все силы.

— Слабак! — крикнул он. — Сам летишь на смерть!

Но в последний момент я шагнул в тень.

Чтобы появиться, сразу внутри вихря, в мёртвой зоне, прямо за спиной Ракши, где он не ожидал.

— Сюрприз, — крикнул я ему на ухо.

Оба клинка вонзились в его щит одновременно.

Барьер треснул, пошёл глубокими трещинами и, наконец, исчез.

И вот Ракша уже без щита. Открыт для атаки.

Он понял это мгновенно, и начал создавать новый барьер, но перезагрузка требовала времени.

Даже Великий Князь не может восстановить щит в ту же секунду, а артефактов, которые могут это изменить, у него при себе не было.

Хотя мне и не удалось застать его одного, без охраны, но это была больше случайность, в остальном он совершенно не был готов к штурму собственного дома.

Теневой клинок теперь стал саблей и полетел к его горлу.

Ракша отбил, его собственный воздушный меч встретил мой.

Но мой кинжал уже вонзился ему в бок.

А дальше я использовал его как проводник энергии, влупив сквозь рану мощнейший удар чистой энергии.

Ракша закричал, оттолкнул меня потоком воздуха.

Мы разлетелись в разные стороны.

Я остановился и взглянул на него. Рана в боку Ракши кровоточила. Не смертельная, но точно болезненная. Первая кровь.

— Поздравляю, — сказал я. — Ты официально истекаешь кровью. Это новый опыт для тебя?

Ракша прижал руку к ране. Лицо исказилось от боли и ярости.

— Ты… посмел…

— Посмел, — согласился я. — И знаешь что? Планирую повторить. Только в следующий раз буду целиться выше.

Новый щит уже формировался вокруг него. Но я видел, что он слабее предыдущего. У Ракши огромный резерв, но и он не бесконечен.

Шансы вновь сместились в мою сторону.

Фэн с явным интересом прокомментировал откуда-то сверху:

— Раненый зверь, обычно, опаснее. Но людишка? Он точно станет просто глупее и слабее!

— Заткнитесь все! — взревел Ракша.

Полагаю, ему бы очень хотелось напрямую напасть на воздушного духа и избавиться от него. Но он знал, что я не упущу шанса, когда он отвлечётся.

К тому же, чтобы я полностью потерял их поддержку, ему бы пришлось перебить всех,

а их здесь собралась целая толпа, да и держались они на безопасном расстоянии.

Да и, опять же, на это бы понадобилось много времени, которого у него не было, ведь я оставался угрозой.

Ракша зарычал и создал десять воздушных лезвий вокруг себя. Все огромные, насыщенные энергией.

— Сейчас я разорву тебя на куски!

— Сколько можно обещать? — вздохнул я. — Слышал это уже раз пять за бой.

Канвар метнул все десять одновременно.

Я уклонялся и телепортировался, когда мог.

Но одно лезвие всё-таки задело щит, и он сразу треснул, в очередной раз напоминая, что любое его попадание грозит мне смертельными проблемами.

А Ракша уже создавал следующую серию. Двадцать лезвий на этот раз.

— Двадцать? — протянул я. — Компенсируешь качество количеством? Где твоё мастерство, Ракша?

Он явно хотел закончить быстро, а поэтому начал безрассудно тратить энергию, вливая в каждый удар просто прорву сил.

Но меня всё устраивало. Пусть тратит, как можно больше.

Я уклонялся от второй серии. Лезвия взрывались вокруг, но, на этот раз, я поймал вдохновение, и ни одно не попало.

Хотя два или три пролетели буквально в сантиметре.

— Ни одного попадания! — прокомментировал я. — Может, тебе прицел настроить? Или очки выписать?

Ракша создал третью партию заклинаний, а его лицо перекосилось от ярости:

— Сдохни уже, чёртов некромант!

— Вот это аргумент! — кивнул я. — Тысяча лет мудрости в одной фразе!

Я атаковал сам.

Рванул вперёд, сквозь лезвия. Ветер нёс меня, я маневрировал между взрывами.

Ракша явно не ожидал и начал отступать.

— Что такое? — крикнул я. — Великий Князь отступает? Куда делась вся твоя бравада?

Но я уже был рядом.

Оба клинка одновременно ударили в его щит с разных сторон.

Барьер треснул и снова развалился.

Ракша вновь создал воздушный клинок и рубанул.

Я заблокировал кинжалом. А саблей ударил в грудь.

Теневой клинок пронзил его насквозь.

Ракша замер.

Посмотрел вниз, на торчащий из его груди клинок

Потом на меня.

В чёрных глазах отражалось непонимание. Как будто он не мог поверить, что проиграл.

Однако, я уже не просто атаковал, а ещё и схватил его за плечо, пока он замешкался на долю секунды.

В этот момент исход битвы стал предрешён, в меня хлынули остатки энергии из, казалось, безграничного резерва Великого Князя.

Я поглощал её так быстро, что у него уже не хватало силы на заклинания.

— Как… — прохрипел он. — Я тысячу лет… совершенствовал технику…

Я вытащил клинок.

— И всё равно её не отточил, — ответил спокойно. — Знаешь, в чём твоя проблема, Ракша? Ты тысячу лет тренировался против противников слабее себя. А надо было найти кого-то сильнее.

Он попытался что-то сказать, но из горла вырвался только хрип.

— Хотел что-то добавить? — спросил я. — Последние слова? Мудрость тысячелетних медитаций?

Его воздушный клинок исчез.

— Нет? — я пожал плечами. — Ну что ж. Тогда прощай, Великий Князь. Передай привет своим сыновьям.

Ракша начал падать, и я его просто отпустил. Великий Князь Канвар ударился о землю в центре полуразрушенного монастыря.

Он был уже мёртв.

Фэн подлетел ближе и с максимально безразличным видом произнёс:

— Ничего особенного не произошло. Человек победил человека. Совершенно обычное дело для людишек.

— Спасибо, — с улыбкой ответил ему я.

Он пожал плечами и отвернулся:

— Не понимаю о чём ты. Не то чтобы я наблюдал специально, просто случайно оказался поблизости. И ветер случайно дул в нужную сторону. Совпадения.

Я рассмеялся.

На какое-то время вокруг нас повисла тишина. Даже остальные духи-журавли перестали кружить. Замерли в воздухе, наблюдая.

Фэн вновь повернулся ко мне, на этот раз он не смог скрыть уважения во взгляде.

— Ты неплохо дерёшься. Для человека, — добавил он быстро. — Не подумай, что я впечатлён. Просто… умею быть объективным.

— Конечно, — согласился я с улыбкой и ещё раз поблагодарил. — Спасибо за помощь, Фэн.

Его реакция как всегда была забавно-противоречивой, но я видел, что ему приятно.

— Я не помогал! — мгновенно отозвался он. — Говорю же, ветер просто дул. Сам по себе. Я никак не влиял.

— Разумеется.

— И вообще, мне пора, — Фэн развернулся. — Дела у меня. Очень важные духовные дела!

Он полетел прочь. Духи последовали за ним, а я мягко опустился на землю.

Через несколько секунд они совсем исчезли за горами, но перед этим я услышал голос Фэна, который, видимо, переговаривался с другими духами:

— Ничего такого! Мы просто летали. Наслаждались воздухом и свободой. И всё.

Удивительное упорство в отрицании очевидного.

Я подошёл к телу Ракши.

Посмотрел на него. Великий Князь, правивший Синдом столетиями. Маг вне категории, один из сильнейших в мире.

Совершенно точно мёртв. Мертвее некуда.

А этот значит, что от окончательной победы над скверное меня отделяют только два противника.

Роланд. И сами Тени.

Заключение! Старт нового тома!

Я стоял над телом побеждённого Ракши Канвара, но окончательно выдыхать было ещё рано. После смерти Великого князя наша победа стала необратимой, но враг еще не был окончательно уничтожен и мог доставить немало проблем.

Я мысленно обратился к Лифэнь:

— Как обстановка?

А сам уже начал переключаться между теневыми разведчиками, чтобы вникнуть в ситуацию ещё быстрее.

Всё-таки, пока я был полностью сосредоточен на Ракше, то не мог себе позволить разглядывать, что там происходит у остальных.

Хакерша откликнулась мгновенно.

— Макс! Я тут дышать боялась, глядя на ваш бой! Это было просто вау! Обязательно сделаю копии для будущих поколений!

Тут она резко стала серьёзной и переключилась на обсуждение битвы:

— А теперь краткий отчет. Фантомы быстро и эффективно зачистили восточное крыло. Кавалерия разгромила подкрепление в центральном зале, там вообще красиво было, один удар копытом и бах! Обязательно посмотри потом видео, нашей молодёжью можно гордиться.

Я, тем временем, переключался между разведчиками.

Повсюду были тела врагов и пленные на коленях со связанными руками.

— Ольга и Прохор с драконами ещё не вернулись, — продолжала Лифэнь. — Но у них всё в порядке. Подкрепления из других монастырей были вынуждены развернуться, так что и ребята тоже уже возвращаются.

— Где Карл? — уточнил я, пока не найдя деда через разведчиков.

— Командует зачисткой, телепортируется повсюду и считает трупы, не удивительно, что ты его не сразу засёк. Он повсюду.

Я кивнул. Похоже на него. А Лифэнь торопливо продолжила:

— Но самое важное, тут есть одна заминочка. Северное крыло. Там девчонки твои в полной… как бы это культурно выразиться… заднице.

Я переключился на ворона в северном крыле.

И вскоре нашёл нужный ракурс. Один из широких коридоров с высокими потолками был полностью блокирован.

С одной стороны сражались Сурья и её сёстры. Примерно двадцать девушек, все крайне измотанные и в крови. Их щиты потрескали и сами они едва держались.

Одна девушка стояла на колене, прижимая руку к ране в боку.

С другой стороны в схватке участвовали трое мужчин. Свежие, уверенные в себе. Словно и не вступали ни в какую драку.

Что совсем не удивительно, учитывая разницу в силе между сторонами. Маги вне категорий находятся совсем на другом уровне, нежели архимаги и деструкторы. И то, что при таком разрыве сил, девушки вообще сумели им противостоять было по-настоящему поразительно. Что говорило о их большом мастерстве и силе воли.

Я поспешил в сторону битвы, а Лифэнь снова заговорила, кратко вводя меня в курс дела:

— В общем, против девиц выступают трое братьев, все маги вне категории. Тот, что слева — Брама, старший, любит огонь и вообще агрессивный тип. Средний — Махавир, земляной маг, методичный зануда. Справа Джохар, молния, быстрый как… ну, как молния.

— Это последние маги вне категорий в монастыре?

— Если не считать, четвёртого, Нирава, он занял нейтралитет. Девчонки держались минут десять. Сейчас у них энергии процентов на пять осталось. Может, семь, если повезёт.

Я видел это сам.

Сурья совсем истощена, на лице не кровинки, а сама она едва стоит на ногах. Другие девушки выглядели не лучше.

А братья снова пошли в атаку.

Брама запустил огненный вихрь, Махавир метнул каменные копья, Джохар выпустил молнии.

И всё это одновременно и в ускоренном темпе.

Девушки защищались из последних сил. Ещё одна упала на колени.

— У них две минуты две, Макс, — обеспокоенно сказала Лифэнь. — Потом всё, финита ля комедия.

— Успею, — отозвался я.

— О! — Тут же вновь повеселела Лифэнь. — Рыцарь в тёмных доспехах спешит на помощь! Романтично!

— Надо закончить начатое.

— Давай! Покажи им класс!

Вскоре я был на месте. Я уже видел битву собственными глазами, а не через разведчиков.

Оставалось лишь шагнуть в тень. Раз, и вот я уже прямо за спинами братьев.

И мир вокруг меня будто на секунду остановился. Все замерли.

Враги обернулись и увидели меня.

Я стоял спокойно, но уже держал в руках теневой клинок.

— Ракша мёртв, — спокойно сообщил я всем присутствующим.

Лицо одного из братьев, кажется Лифэнь назвала его Брама, перекосило. Он явно не поверил.

— Лжёшь!

— Его тело лежит в центре монастыря, — пожал я плечами. — Так что, рекомендую сложить оружие.

Тот кого хакерша назвала Махавир холодно ответил:

— Невозможно. Отец Великий Князь.

— Был, — поправил я. — Теперь просто труп. И вам точно не понравится, если я приведу его сюда в виде зомби.

Джохар, самый младший, зарычал:

— Убью!

Я усмехнулся:

— У вас есть выбор. Сдаться и ждать суда или умереть, как ваш отец.

Брама гордо выпрямился и презрительно выпалил:

— Мы маги вне категории! Нас трое!

— Ваш отец один стоил нескольких десятков таких как вы. Только ему это не помогло.

Конечно, я бы мог быстро с ними расправиться и дело с концом. Но, прежде всего, мне не хотелось больше рисковать жизнями девушек рядом с нами. Некоторые уже в таком состоянии, что могут пострадать даже от случайных ударов. Так что я бы предпочёл, чтобы враги просто сдались.

Однако, этого не случилось.

Вместо этого, все трое начали создавать заклинания.

Я шагнул в тень и мгновенно оказался за спиной Джохара.

Среагировать он не успел.

Мой теневой клинок вонзился ему в спину и прошёл насквозь, разрушая щит и проникая прямиком в сердце.

Джохар успел лишь коротко вскрикнуть, перед тем как рухнуть замертво.

Я вытащил клинок и взглянул на двух оставшихся братьев. Те замерли не веря своим глазам, похоже они и представить не могли, что кто-то, кроме их отца, способен убить мага вне категорий одним ударом.

— Ещё кто-то хочет рискнуть? — усмехнулся я.

Брама и Махавир смотрели на тело Джохара.

— Ты… убил… — начал Брама дрожащим голосом:

— Да, — подтвердил я. — И убью каждого, если вы не сдадитесь.

Махавир медленно опустил руки. Магия вокруг него рассеялась.

— Мы сдаёмся, — тихо сказал он.

— Что⁈ — Брама обернулся к нему.

Махавир посмотрел на него твёрдо:

— Джохар мёртв. И отец, видимо, тоже, вместе с остальными. Иначе здесь были бы уже они, а не некромант. Мы проиграли.

Брама колебался. Оглядывая попеременно, то меня, то тело брата, то Махавира.

Наконец он опустил руки и признал поражение, но с ненавистью в глазах:

— Сдаюсь.

— Оружие на пол, — скомандовал я. — Щиты убрать. На колени.

Братья подчинились.

Медленно, с яростью, пылающей в глазах, но подчинились.

Клинки упали на каменный пол с лёгким звоном, энергетические щиты погасли.

А затем они оба опустились на колени.

Я подошёл к ним и касанием выкачал большую часть их энергии, оставив ровно столько, чтобы они просто остались в сознании, но уже не представляли ни для кого угрозы.

Я посмотрел на Сурью и её сестёр.

Они стояли, опираясь друг на друга с облегчением на лицах. Но не меньше в их глазах было изумления и благодарности. Похоже, они даже сейчас ещё не верили, что у них всё получилось.

Лифэнь хихикнула:

— Девчонки выглядят как будто увидели супергероя. Макс, у тебя новый фан-клуб.

Сурья сделала шаг вперёд.

— Ракша действительно мёртв? — спросила она, всё ещё пытаясь осознать происходящее.

— Его тело в центре монастыря, — ответил я Сурье.

Она ошеломлённо кивнула, а затем растерянно спросила:

— А что… дальше?

Видимо, так далеко она никогда не загадывала.

Я улыбнулся и ответил:

— Разве не ты лидер сопротивления? Это у тебя я хочу узнать, что будет дальше.