Феодал. Том 5

Глава 18 Сила Ведуна

— Что это было? У меня в первый раз такое… — нахмурившись, сказала Святослава, подбирая свой шлем и водружая его обратно на голову.

Нам от одного взгляда на неё стало жарко. Буквально. Я не представлял, как это всё можно носить во влажных душных джунглях и оставаться в здравом уме.

— Похоже на какой-то сбой в магической силе, но ничего критичного — ты полностью здорова, — заверил еë Склодский.

— Так она что, бракованная у нас? — спросил Маркел, сморщив нос. — Зачем набирать бесполезных людей? Я знаю кучу сильных магов, которые дадут ей фору, а мы возимся с той, что два заклинания только способна из себя выжать.

— Маркел, не надо так говорить, — предупредил его Мефодий.

— А что не так? Я имею право знать — она часть группы и будет прикрывать меня. Чёрт, да от неё моя жизнь зависит! Мы ж не благотворители, нищенок подбирать…

Святослава не удержалась и бросила в него булавой со злости.

— Ещё и психованная, бабам нечего делать в экспедициях — давно доказано… — элементалист успел перехватить оружие своей призрачной рукой, но дальше напирать не стал, что-то проворчав про себя.

— Хорошо, я редко это делаю, но объясню, чтобы потом не было вопросов, — сказал я, понимая, что слаженность группы сейчас под угрозой. — Я взял Славу из-за её особой цветочной техники, также у магов огня «А»-ранга площадь поражения заклинаний в два раза меньше.

— Что ещё за ранги? — поинтересовался Маркел.

— Не бери в голову, — отмахнулся я. — Не так выразился. В общем, она полезна, но надо хорошенько поработать. Я так понял, что ты самоучка, да? — спросил я пришедшую в себя девушку, ей передали обратно булаву, и она закинула её в коробку глипта.

— Да, не училась я в академиях, а в ученицы «бабу» никто брать не хочет, — особенно выделила она раздражающее её слово.

— Сними ты шлем, дочка, тебя никто не укусит, — мягко сказал Гио.

— Мне так привычней, — отрезала она.

— Маркел, все, как ты говоришь, сверхсильные маги заняты и служат другим аристократам, а свободных мало.

— Это не повод подбирать первых попавшихся, — возразил он.

— Две тысячи отжиманий… — сказал сам себе Нобу и кивнул, как будто это был решённый вопрос.

— Ты переоцениваешь их мощь, — терпеливо обратился я к распалившемуся элементалисту. — Большинство магов никогда не станут лучше того уровня, на котором они находятся сейчас. Я не подбираю никого из жалости — я беру из расчёта на будущее. Это разные вещи. Слава со своей техникой при прочих равных уделает даже герцогских магов, — повернулся я к смутившейся девушке.

— Если не будет отлынивать, — дополнил авторитетно Гио.

— Но откуда ты…

— Я ведун, я ВИЖУ на что способны люди, знаю, чего они стоят. Здесь нет лишних — все на своём месте. Закрыли вопрос.

Маркел порывался ещё что-то спросить, но в этот раз сдержался. Для новичка он и так много сегодня узнал, дюже торопил события. Про новое заклинание я пока решил не распространяться, но Склодский с Гио, кажется, о чём-то догадывались и с интересом на меня поглядывали. Бывалых магов не проведёшь: проекции просто так не разваливаются, а у Славы никаких дефектов не обнаружилось.

— Так говоришь «Anima refectio» где-то тут рядом? — поинтересовался я, чтобы увести разговор в сторону.

— Раньше я так думал, но сейчас — сильно сомневаюсь, — ответил Маркел.

— Что же поменялось?

— Да нет тут цветка, обман это всё, чтобы в долю войти, — отмахнулся он. — Мой проводник — старый витязь, и никто его не брал в отряд. От дел он собирался отойти, на домик копил в деревне. Вот и придумал сказочку, а мы все поверили, — мрачно подытожил он. — Если анима есть, то далеко отсюда, в сотнях, а может, и в тысячах километрах. Жалкие людишки тут уже всё перелопатили или вон, как она, — он кивнул на Святославу, — выжгли на хрен подчистую.

Что правда, то правда — маги не жалели местный лес, поэтому он и замещался такой вот непролазной «бронёй». Чем больше уничтожали вековых деревьев, тем больше на их месте вырастали «сорняки» в виде буйных чащ. Природа сама себя защищала от вторженцев, не давая людям пройти дальше. Получался замкнутый круг.

На какое-то время воцарилась тишина, прерванная спустя два часа нападением гориллоподобных раг. Чудища ловко лазили по деревьям и гоняли свою добычу десятки километров к ряду — настолько они не ведали усталости. Потому бежать от них бесполезно, только принимать бой.

— Иней, осторожней! — предупреждающе крикнул я, когда тот полез в драку.

Виверн высматривал себе добычу. Как правило, это были слабые звенья в виде особей поменьше, ведь сам он размером со взрослого пса. Рага — это 3–4 метра необузданной агрессии и железных мускулов. Прочнейшие изогнутые когти и клыкастые челюсти способны были в момент раздробить человеческие кости.

Нам попалась реально большая стая в полторы сотни рыл — настолько глубоко забралась экспедиция. Нюх Маркела безошибочно её обнаружил ещë загодя. Мы особо не скрывались и производили много шума, потому враг неплохо приготовился. Сидел в засаде, терпеливо ждал гостей. В этой схватке пришлось серьëзно попотеть.

Лобовой удар приняли на себя глипты, а тех, кто прыгал на нас сверху, ещё на подлёте сносил Гио и на удивление Маркел.

— Мохнатые ублюдки, прыгайте сюда, АХ-АХ-АХ! — разразился он довольным смехом, когда насадил на дюжину копий сразу трёх раг.

Вышло вполне эффектно — как будто те прыгнули на забор с пиками. Щупальца брезгливо отбросили их трупы в стороны и снова закрыли небо.

— Леонид, змеи, — отдал я команду, понимая, что противник подвижней глипт и скоро начнёт их перепрыгивать, нам лишняя свара и разрушение построения не с руки — некоторые раги превосходили камнекожих и размерами, и силой.

Пока антилекарь засучивал рукава и под обомлевшие взгляды новичков сводил на ноль поголовье свирепых обезьян, я почувствовал тревогу за питомца и посмотрел вверх.

Иней, уверенный, что в воздухе ему ничего не будет, завис в поиске цели и забыл главное правило любой массовой схватки: никогда не стой на одном месте. На него, как хищник на добычу, прыгнула затаившаяся на стволе рага и сбила ударом лапы в воздухе. Реакция у сорванца хоть куда, но вот глубокую рану он всё равно получил — кровь брызнула из разорванного бока, а часть крыла повисла тряпкой.

— Лёлик, поймай его! — командир глипт молниеносно покинул строй, а я с тревогой наблюдал, как тельце питомца затрепыхалось в воздухе, сопротивляясь падению.

Природа раны была такая, что и спланировать к нам невозможно — физика не позволит, потому виверн вскоре камнем полетел вниз.

— Я тоже помогу! — крикнул Мефодий и перепрыгнул через головы строя прямо на спину своему закадычному приятелю, с которым они часто мерились силой.

Оседлав глипта в воздухе, берсерк держался за него одной рукой, а второй сжимал секиру. Камнекожий не сводил глаз с виверна — тот падал прямо в пекло с разъярёнными рагами. Вместе с тем пурпурная змея Склодского, как проводник смерти, прокладывала им дорогу, убирая впередистоящие преграды.

— Двигаемся к ним! — приказал я.

Иногда Лёлик получал случайные удары в бок и даже по голове прилетело — каменная кожа разлетелась на виске, оголив мясо, но он не обращал внимания на раны и прыгнул, вытягивая руки. Мефодий перед этим спешился с перекатом и по кругу провёл секирой, разрубая тела раг.

Инея поймали в последний момент перед столкновением. Массивное тело глипта закрыло его от внешних угроз, подставив врагу спину. Каменная живая крепость не дала врагу разорвать тело виверна, но в отместку разозлëнные магзвери вырывали из Лёлика целые куски. Если бы не твёрдость кожи магзверя — быть беде.

Мефодий сбил с ног ближайшую рагу плечом, рыча, как медведь. Весь в крови врага, он не смог пробиться — осталось каких-то пять метров, а его облепили со всех сторон. Склодский послал ему четырёх пчёл-элементалей, которыми смог дотянуться, но это слабо помогло. Лапа монстра порвала доспех сбоку и добралась до внутренностей.

Богатырь тяжело и недобро задышал. Его свободная рука вцепилась в грудь раги и сорвала кусок кожи вместе с шерстью. Та завизжала в панике и отбежала в сторону, но на еë место пришли другие две. Тела так облепили Мефодия, что тот скрылся из виду.

В это время наш строй глипт перешагивал через трупы, которыми Леонид усеивал всю дорогу. Вокруг Мефодия воздвигся искусственный частокол, ограждая чрезмерный напор противников. Маг земли тоже активно участвовал в драке.

— Чёрт, он перекидывается, — предупредил лекарь.

— Что значит перекидывается? Что ты имеешь в виду? — переспросил Маркел, оглядываясь на кислые лица товарищей.

— Достанется теперь всем, — мрачно буркнул Гио.

— Я пока не буду его сдерживать, пусть побегает, — оповестил я.

— Куда побегает? Кто-нибудь объяснит нормально, что происходит⁈ — Маркел проткнул ещё двух тварей копьями и раздражённо опустил взгляд.

Впереди кишмя кишели воинственные раги, толкаясь и прыгая на ростовые щиты глипт. До Мефодия оставалось метров двадцать, но нас теснили со всех сторон. Не успел элементалист закончить свою фразу, как посреди этого бушующего моря шерстяных тел что-то взорвалось.

Точнее, кто-то. Раги, как игрушечные, полетели в стороны, опрокидывая сородичей. Образовался кратер, в центре которого в ярости молотило землю секирой нечто когда-то бывшее Мефодием. Оно выползало из всех его пор, но больше всего из глаз, рта и глубокой раны в боку. Смолянистые склизкие отростки топорщились, извиваясь, как умирающий слизень.

Громоподобный нечеловеческий рык пронёсся по долине, заглушая бесноватые повизгивания обезьян. Чудовищная регенерация восстановила все повреждения, и комья тёмной сущности отвалились рыхлой субстанцией на землю. Куликов излечился за каких-то несколько секунд, но вошёл в форму берсерка.

— Э-это в сделку не входило! — проверещал Маркел.

— Дыши глубже, — посоветовал ему Нобуёси, держась возле совсем растерявшейся Святославы, девушка не знала, куда ей приткнуться — пользоваться булавой верхом неудобно, до противника не дотянешься. — А ты никуда не уходи, — приказал он магичке и прыгнул со своего глипта в самую гущу.

Но сделал он это не наобум, а с расчётом — приземлился прямо на плечи ближайшей раги. Короткий тычок и шея проткнута, следующий прыжок — в полёте срублена голова, лёгкое касание ноги, чтобы оттолкнуться, и вот уже третий враг падает замертво. Нобу будто шагал по воздуху, срубая все тянущиеся к нему конечности как сорную траву.

В этот момент обезумивший Мефодий прекратил издеваться над секирой, с удивлением разглядывая еë, как в первый раз — она не погнулась и не сломалась. По лицу пробежал зловещий оскал: он догадался, что её не обязательно выбрасывать. Артефакторное оружие могло нехило помочь, и оно помогло.

Мускулистое тело оттолкнулось и побежало на строй пятившихся раг. Те звериным чутьём улавливали: что-то тут нечисто. Инстинкты кричали об опасности, глядя на этого человека, но страх парализовал, и они не сдвинулись с места.

Зря.

Голова первой попавшейся раги была отправлена в полёт, когда секира плашмя ударила её в челюсть. Твёрдые кости черепа еле выдержали такую нагрузку, но вот мышцы шеи — нет.

Ещё никто толком ничего не понял, как внимание берсерка переключилось на следующую цель. В этот раз лезвие прошлось как надо, и Мефодия так занесло в толпу, что он кувыркнулся по инерции, но быстро встал. Разрубленная пополам рага рухнула мешком на землю, снова замах и кровавая мясорубка вошла в стадию невозврата.

— Обходим его, Гио подстрахуй Лёлика! — велел я земляному магу, и тот дотянулся, наконец, до командира глипт, укрывавшего своим телом подбитого Инея.

Джанашия защитил обоих каменным куполом, растолкав обезумивших магзверей.

Наш строй глипт пошёл по левому флангу, пока внимание раг переключилось на Мефодия. Склодский, понимая, что следует оставить между нами и берсерком прослойку из врагов, атаковал пурпурными змеями только тех, кто стоял у нас на пути.

— Маркел, контролируй небо, чтобы ни одна тварь на нас не упала! — приказал я новичку.

— Есть! — тот после первого впечатления пришёл в себя и сосредоточился на своей узкой задаче.

— А мне что делать? — спросила Святослава.

— Постарайся не помереть, — ответил я, вытаскивая меч Аластора и уходя поближе к строю, от моих преимуществ здесь толку ноль, но я могу грамотно распределить роли союзников.

Мы оперативно оббежали поле сражения и вскоре добрались до Лёлика, убив окружающих раг.

— Треть истрачена, — предупредил меня Леонид о своём запасе магических сил.

— Принял. Займись лечением обоих, остальные — стоим, — приказал я группе. — Гио, накрой огнём вон то скопление, Маркел…

— Слушаю, — с готовностью подтянулся элементалист.

Позиция у нас сменилась — при всём желании раги не допрыгнут досюда.

— Два арбалетных залпа по врагу спереди.

Тот мигом убрал копья и подхватил заранее заряженные арбалеты. Болты не хуже каменных пуль прошивали тела раг и те, если не умирали, то надолго выходили из строя, ползали и корчились в муках.

Прицел у Маркела так себе, но племя обезьян стояло плотно — любой дурак попадёт, вопрос лишь куда. Ему бы в стрельбе потренироваться — потенциально тринадцать врагов может положить таким вот образом.

«Двадцать шесть арбалетов недостаточно», — подумал я, посматривая, как Склодский купирует раны виверна, пока глипт разжёвывает шарик стяженя. — «Ему нужно одно щупальце для стрельбы и два для перезарядки. А вот с луком всегда два. То есть залп луков уступает по эффективности — только шесть стрел. Зачем он их вообще с собой таскает? Бесполезная трата ресурсов. Ему надо заменить их на дополнительную партию арбалетов…»

— Перезаряжай всё.

По спине Лёлика знатно прошлись: рваные открытые раны, в некоторых местах видны кости — страшное зрелище, но эта жертва спасла виверна. Глипт понимал, насколько важно это существо для вождя, потому и вытерпел всë.

Тем временем раги опомнились и те, что были с краю, бочком пятились к лесу, прикидывая, насколько классно всё-таки остаться в живых.

Мефодий крошил монстров с особым остервенением, а его раны «штопала» некромантская сущность. Если к силе ещë можно как-то привыкнуть и попытаться всем скопом навалиться, то вот это аномальное заживление ломало боевой дух на корню.

До берсерка и так сложно добраться, но успех никак не вознаграждался! Раги хоть и тупые, но дважды два сумели связать.

— По отступающим арбалетный залп, Гио ты тоже.

Вблизи целей больше не осталось, только бездыханные тела. Магзвери получили неприятную порцию снарядов в спину. Сбежала лишь парочка везунчиков, прикрывшаяся телами павших. Чёрт с ними.

— Стоим. Леонид, пройдись по всем, кому требуется лечение.

Не успел я закончить фразу, как Мефодий метнул в нас тело раги, и та впечаталась в щиты двух глипт. Те едва не опрокинулись, но выстояли. Трёхметровая горилла попыталась отползти, но ей размозжили башку сапфировой костью.

— Кажется, мы ему не понравились? — спросил Маркел, перезаряжая болты в перерыве между командами. — Почему он бежит на нас? — в голосе элементалиста послышалось напряжение.

— Тебе пару ласковых спешит сказать, — откашлявшись, произнёс Гио.

Мефодий забыл о врагах и переключился полностью на нас. За пару пятиметровых прыжков он быстро сократил дистанцию, в глазах ничего кроме безумия не читалось — ему было без разницы кого убивать.

— Не стреляем! Гио, если что, подстрахуешь, — я вышел вперёд, получше перехватывая клинок Аластора и нажимая на магический контроллер.

Сапфировые иглы в браслетах активировались и вонзились в ахилловы сухожилия берсерка. Окаменение поползло дальше в мышцы, нервы и прочие ткани. Из-за этого приземление после третьего прыжка пошло не по плану. Бесноватый Мефодий споткнулся, упав грудью на землю. Прежде чем его чудовищные рефлексы поднимут тело, я выкрикнул.

— Замри! — по мускулам берсерка пробежала судорога, но они послушались. — Встань, — более спокойно произнёс я, попутно слезая со своего глипта и сохраняя зрительный контакт.

Мой показатель лидерства в 68 единиц мог держать в узде это чудовище.

«Полминуты», — напомнил я себе, отсчитывая их в уме.

Это время я засекал каждый раз, как мы выпускали монстра «погулять», поэтому я точно знал пределы своих возможностей.

— Повернись спиной, — команда дошла до мозга берсерка, но вот его организм весь трясся в тихой ярости, готовый слететь с катушек.

Ещё чуть-чуть и контроль спадёт. Тварь внутри него это чуяла и как бы приглашала: давай поиграйся подольше, потом увидишь, как я оторву тебе голову.

Не испытывая больше судьбу, я коснулся кончиком меча шеи Мефодия и заглушил действие татуировки некроманта. Она с лëгким шипением погасла, отпуская тело Куликова. Я придержал богатыря, чтобы тот не упал, и осторожно опустил на землю. Достав из подсумка стяжень, разомкнул ему челюсть и вложил внутрь. Лекарство запустило своë действие, всасываясь в кровь.

— Приказ глиптам — убейте всех, кто остался в живых.

Каменные слуги трусцой побежали к разобщённым рагам, тех осталось что-то вроде тридцати штук. Я встал, отряхивая колени, и столкнулся взглядом с пялившимся Маркелом.

— Доказательств больше не нужно?

Тот машинально помотал головой — увиденного ему было достаточно. В этой схватке мы потеряли восьмерых камнекожих бойцов — они самоотверженно закрыли нас своими телами. Ещё пятьдесят получили серьёзные ранения, потому я и приказал Склодскому не распыляться на боевые заклинания.

— А где мастер? — спохватился Маркел, когда мы собирали трофеи, и, действительно, Нобу куда-то пропал.

— Он в лес побежал, — ответила Святослава, показывая направление пальцем в железной перчатке.

Я хотел было дать приказ на его поиски, но японец сам показался, выходя из-за массивного корня, меч в ножнах, походка уверенно-спокойная.

— Там те, кто сбежал, — махнул он рукой и я велел притащить дезертиров в общую кучу, мечник хозяйственно подошёл к вопросу добычи и не дал никому скрыться. — Цел? — кивнул Нобу на Мефодия.

— Скоро очнётся.

— Это хорошо. Славная победа.

Мы не могли забрать с собой всего, потому срезали ценные холки с капиллярами и запасом крови раг — неповреждённых оказалось сотня. Каждая по 2000 рублей — солидный куш мы сорвали, однако. Тушами тоже не побрезговали — сорок смогли унести, а также подобрали всех кристаллокрылов на обратном пути.

Если считать всю заработанную сумму с нашей удачной вылазки, то вышло 211 800 рублей! Такая стая раг по силам разве что герцогской или княжеской дружине, где одних только магов под полсотни, а про воинов и вовсе молчу.

Иней очухался, только когда мы пришли домой в Таленбург зализывать раны. По рекомендации целителя ему нужен был покой хотя бы недельку — чтобы привыкнуть к работе новых мышц. Жизненно важные органы не задело, но он потерял много крови. Её одним целительством не восстановишь — нужна диета и хорошее восстановление.

Он чувствовал, что я сержусь за необдуманное поведение, потому старался не смотреть мне в глаза и прятался у Лукичной.

— Нашкодил бедолага, — запричитала женщина, когда я вошёл. — Ничего, у меня быстро оклемается, аппетит у него хороший, да и здоровьицем не обделён.

— Ещё бы мозгов побольше и цены не будет, — добавил я, на что виверн сжался на растопленной печи и накинул на себя одеяло — словил внезапный приступ стыда. — Ладно, поговорим с тобой позже, выздоравливай, — сказал я ему помягче, зная, что тот отлично понимает речь хозяина. — Меня зачем звала? — кивком спросил я женщину.

— Похвастаться, — упёрла она руки в бока, — вот, пробуй, — передо мной на столе томилась тарелка с чем-то объёмным, похожим на мясо.

— Что это? — спросил я, тыкая вилкой в скользкое податливое блюдо и принюхиваясь.

— Грибочки твои, не узнаёшь?

Я отстранил с опаской от себя кусок, вспоминая о ментальном действии его спор.

— Не бойся, я выварила всё, безвредные они.

Это мало меня успокоило, но раз в процессе готовки с Лукичной ничего не случилось… Вероятно, свою способность грибной народец в состоянии использовать только живьëм. Легонько куснув, я разжевал тëплое угощение, прислушиваясь к ощущениям.

За то время как наш шаман осваивалась в новой профессии, чего я только не перепробовал, но это дало результаты — на большинство боевых и ремесленных профессий мы вывели нужные добавки в виде порошочков. Коллекция ингредиентов постоянно пополнялась.

— Ммм, неплохо, — одобрительно кивнул я и доел кусок.

Не все магические создания давали бонусы: либо были «пустыми», либо навыков Лукичной пока не хватало для их извлечения. В этот раз золотистая надпись всё же выскочила.

Положительные эффекты цели: +1% к обучению профессии Ведун (3 дня).