Фиктивно моя

Глава 5. Костя

Хах, кажется, неприступная гордячка на полном серьёзе допускает, что я имел в виду что-то, связанное с сексом. Я как бы на то и рассчитывал, используя неоднозначную формулировку, но Эмилия сейчас такая растерянная... Что какая-то чуть ли не трогательная.

Во всех, кстати, смыслах. Так и тянет коснуться. Ни разу этого не делал, когда мы совсем наедине... Не по правилам игры.

— Ты имеешь в виду свою комнату? — она не выдерживает молчания.

— Нет, — отрезаю, решив потянуть.

Занятно испытывать Эмилию. Никак понять не могу, что у неё на уме. Иногда кажется чуть ли не девственицей стеснительной. А иногда наоборот — смотрит дерзко и говорит так, словно дразнится.

На поцелуи мне отвечает всякий раз так, будто ей кайфово. Но каждый раз, когда лезу с ними, напрягается и чуть отодвигается.

— Ну да, твою комнату я вижу и так, — напряжённо говорит Эмилия, чуть улыбнувшись. — Что тогда? Коллекционируешь что-то?

Блять, она такая милая, когда смотрит так подозрительно-смущённо и пытается сгладить обстановку, которую, видимо, не вывозит и сама. Даже жаль будет перейти к главному. Оно ведь ни разу не такое кайфовое, как этот накал между нами.

— Я решил, что раз уж мы сегодня тут ночуем, лучше воспользоваться такой возможностью, — ну вот, я опять тяну момент многозначительностью. Ещё и наступаю на Эмилию, на деле собираясь предложить ей сесть. Она хмурится и смотрит уже чуть ли не враждебно. — Садись на кровать.

— Зачем?

— Так будет проще, — ухмыляюсь, поймав себя на том, что её беспокойство перестаёт меня забавлять.

Потому что в башке уже полезли мысли о том, как я буду рассказывать ей, что нарыл. И как-то это ни разу не весело. Прям настрой сбивает.

Можно, конечно, отложить это на потом — а пока наслаждаться моим во всех смыслах вечером, переходящим в ночь. Но вряд ли это до чего-то дойдёт. Начну приставать к Эмилии — скорее всего, грубо пошлёт меня и оборвёт всю нашу игру.

— Проще что? — ну вот, в её голосе уже раздражение проступает.

— Воспринимать информацию, — со вздохом подвожу к главному. — Я узнал, кто перевёл себе все твои деньги.

Эмилия сразу садится на кровать. Прям напоминать снова не приходится.

Сажусь рядом, подбирая слова. М-да, так себе темка... Не уверен даже, что девчонка мне поверит. С другой стороны, может, уже и догадывалась?

— Я его знаю? — тихо спрашивает, бросив на меня беглый взгляд.

Нахожу глазами бутылку с водой. Быстро встаю, протягиваю Эмилии. Автоматом принимает.

— Его нет, — осторожно говорю, прикидывая, насколько неприятно ей будет это слышать. И да, мне не всё равно, несмотря даже на то, как она себя вела. — Это просто хакер, который выполняет самые разные заказы, не вдаваясь в моральные стороны. И... Я узнал, кто заказал украсть у тебя все деньги. Твои родители.

Что угодно ожидал увидеть на лице Эмилии, кроме этого понимания, которое наблюдаю сейчас. Она не удивлена. Недовольна, конечно, но далеко не в шоке.

Из-за Миши?..

Потому что да, про него я тоже выяснил. Он не с концами исчез — в смысле, жив и здоров. И в соцсетях тоже очень даже сидит. Просто полностью сменил личность, а его родные в курсе, потому никто его не искал. Этому Мише был дан выбор — либо он добровольно бесследно исчезает из жизни Эмилии, и при этом ему помогут финансово и во всём, что поможет это сделать. Новый паспорт, новый город, новые возможности. Либо его уберут сами, но способом, который ему не понравится. Ну и парень не дурак, предпочёл бабло и безопасность.

— Тебя это не удивляет, — подмечаю и вслух, глядя на Эмилию.

Она тяжело вздыхает, отводит взгляд, мнётся. Неловко ей? Передо мной?

Да что там за трэш в её семье творится вообще? Вроде как благополучная, обеспеченная, как с картинки идеальная. СМИ именно так преподносят.

И да, я читал и смотрел. В последнее время прям очень часто. Каждую ночь перед сном.

— Подсознательно у меня была такая мысль, — совсем тихо говорит Эмилия.

А меня прямо-таки простреливает желанием обнять её. Такая грустная сейчас, беззащитная. Разбитая даже.

Блять, это точно та же стерва, которая всех парней универа принизила до уровня насекомых под её ногами?

— Какие-то странные у вас там семейные отношения в таком случае, — усмехаюсь.

Эмилия молчит, а я подхожу к ноуту. Беру его, возвращаюсь на кровать, сажусь к девчонке опять. Лучше показывать ей всё, а не только говорить. Хотя и н знаю, надо ли оно ей сейчас.

— Ты просила поставить тебе бронебойную защиту, организую, — поясняю, открывая нужные файлы. — Бабки снова на твоих счетах. По поводу Миши выясню чуть позже.

Вру, да. Всё я о нём уже знаю. Но удержать Эмилию хоть чем-то тянет.

А то мы даже когда сближаемся, всё равно на дистанции остаёмся. И да, нам ещё пару недель парочку изображать, но хз, вдруг девчонка будет уже куда более отстранённая, если я все карты ей выложу.

Не выполнять свою часть сделки вряд ли решится, но мало ли что. И да, меня это парит.

— Спасибо. Но... — Эмилия кусает нижнюю губу, которую я и сам как-то прикусывал. А ещё зализывал и засасывал. Помню нежный вкус и мягкость. Мммм, лучше сейчас об этом не думать. Девчонка тут на какие-то серьёзные слова решается: — Если папа с мамой это затеяли, могут найти способ выяснить, кто вернул мне деньги. И выйдут на тебя. А ты и так рискуешь с этими фиктивными отношениями...

— В чём?

Эмилия какое-то время молчит, а у меня внутри всё штормит. Вспоминается, как она всех посылала... Неужели из-за своих родителей?

Пиздец у неё там условия, если да.

— Мои папа с мамой точно против, чтобы я ночевала в доме какого-то парня, — в конце концов вздыхает она. — И Миша пропал как раз после того, как они высказались против наших отношений, а я их не разорвала. Да, мы с тобой играем, но в рамках универа это не просочится нигде, а остаться тут на ночь...

— Что, боишься за меня? — откладываю ноут.

Чуть пододвигаюсь к ней. Слегка совсем, но она не отодвигается! И даже кивает. От этого в груди теплеет разом.

— Не стоит. Кто владеет информацией, владеет миром, — охуеть у меня тон игривый какой-то.

Не планировал настолько мурчать. Плыву уже?

От одной только новости, что её жёсткие отказы были своеобразной защитой нас же всех. Получается, она не избалованная принцесса, а невинная милаха? С характером при этом. Зубки показывала и ещё может.

— Мои родители очень влиятельные. И при больших деньгах, а значит, возможностях. И как мы видим, они этими возможностями уже пользовались, — Эмилия вертит бутылку с водой в руке, а потом открывает.

— Мы живём в современном мире, где технологии куда более мощное оружие, — отвечаю вообще без колебаний.

Не пугает меня какая-то там расплата от её родаков. Я даже в какой-то степени хочу через это пройти — чтобы доказать Эмилии, что не боюсь. И не сломаюсь. Пусть видит, что есть выбор никчёмного парнишки и что есть выбор уверенного мужчины.

И да, это притом, что формально наши отношения чисто фикция. Ну и по факту тоже, что уж...

Эмилия морщится, отпивая глоток.

— Ты уже пил из этой бутылки?

Приподнимаю брови. Ну да, она уже начата. Но с каких это пор девчонка брезгует мной?

— Вообще-то мы неоднократно целовались, — напоминаю, обозначаю и даже собираюсь при необходимости подкрепить.

И без, впрочем, тоже можно... А вот нефиг ей так реагировать.

— Это не значит, что я собираюсь привыкать к тесному взаимодействию с тобой.

— Придётся, — отвечаю резче, чем собирался. — Вообще-то нам ещё пару недель парочку изображать. И если ты будешь это делать непривычно, ничего хорошего не выйдет.

— Разве я как-то плохо играла? — Эмилия неожиданно огрызается, практически впихивая мне бутылку в руки. — Мне всё это время было непривычно и что-то не припомню, чтобы тебя что-то не устраивало.

Давлю в себе вспышку недовольства. Хватает мимолётного взгляда в глаза девчонке, чтобы понять, что не на меня так злится. До сих пор не в себе от новостей по поводу родителей. Ещё, наверное, ей было тяжело признаться мне, что они ебанутые настолько, что и я в опасности.

Кстати, об этом...

— Почему ты мне не говорила, что твои отец с матерью предоставляют угрозу в том числе и мне?

— Потому что мы лишь играли, — сразу и уверенно отвечает Эмилия. — Это не было всерьёз и не выходило за стены универа. А теперь я здесь ночую. Это они могут узнать, даже скорее всего узнают, учитывая, что втайне планируют контролировать меня даже финансово.

«Лишь играли»...

Она так уверенно говорит об этом, вот вообще не колебаясь. А я уж думал, что Эмилия как минимум замечала, насколько мне в кайф вот так с ней играть. Не улавливать моё возбуждение — это надо пиздец неопытной быть. Меня же буквально накрывало.

А ей, значит, даже в голову не приходило, что у меня могло возникнуть желание сделать эти отношения реальными, а не фиктивными?

Или приходило, но девчонка настолько не допускала, что я этого добьюсь; что даже не рассматривала такой вариант?

Блять, при любом раскладе какая-то хрень. Потому и молчу какое-то время, перевариваю.

Нахер. Не сокращу дистанцию сейчас — так и будем топтаться на месте, как бы откровенно ни сосались и ни обжимались на публике.

— Угадай, почему я настоял, чтобы ты здесь ночевала, — с откровенным вызовом говорю, глядя ей в глаза и удерживая взгляд.

— Ты же говорил, для правдоподобности, — недовольно и в то же время нерешительно проговаривает Эмилия. По глазам вижу, что улавливает, к чему я. Но упрямо продолжает о своём: — У тебя день рождения и было бы странно, если бы типа твоя девушка не присутствовала на нём. Ну и... Не осталась бы ночевать.

Плавным движением пододвигаюсь ближе, ставя руку за спиной Эмилии так, что если захочет отодвинуться, наткнётся на неё. Если назад — на кисть, если в сторону — на пальцы.

— Это всё поводы, — намеренно неспешно перевожу взгляд с глаз на губы. — Не спорю, убедительные. Но поддерживать игру прям настолько сильно нужды давно нет. Я чаще целую тебя, потому что хочу, а не потому, что кто-то смотрит. Нагло пользуюсь моментом. Сейчас тоже.

Прямее некуда. Эмилия смотрит на меня широко распахнутыми глазами, а у меня и самого слова даже теряется чутка. Не по себе вдруг что-то добавить. Вроде как ни в чём особенном не признавался, но такое ощущение, что да.

Однажды она уже жёстко отшила меня. И не факт, кстати, что тот раз был исключительно из-за родителей.

— То есть, я могу уйти? — Эмилия снова пытается отдалить дистанцию, которая всё равно сокращена.

Я ведь чувствую эту напряжённую атмосферу между нами. Этот накал... Даже дрожь девчонки улавливаю.

Ещё бы считывать мог... Блять, я ведь реально допускаю, что Эмилия искренне послать меня может — притом, что на публике отвечает на поцелуи со всем пылом. Не сказать, что охотно, но втягивается слишком ощутимо.

— То есть отвечай на мой вопрос, — возражаю с нажимом. — Я тебя не отпускал. Наша договорённость в силе, помнишь? Или тебе похер на участь Миши?

Да блять, нафига я о нём вообще. Сам от себя не ожидал. Но звучит как попытка убедить Эмилию, дать ей аргумент — как будто я сомневаюсь, что просто моих слов достаточно.

Она вздыхает. Но хоть не отодвигается, взгляд не отводит. Хотя и не отвечает тоже.

— Так угадай, почему я настоял, чтобы ты со мной переночевала, — вкрадчиво повторяю.

— Потому что ты... нагло пользуешься моментом, — с каждым словом Эмилия говорит всё тише, ещё и отводит взгляд. — Ну, с твоих же слов.

— Верно, — с удовольствием и вызовом подтверждаю. — А как именно я им пользуюсь? И с какой целью?

С каждым словом снижаю голос и сильнее клонюсь к Эмилии. Едва уловимо, миллиметрами. Но так, чтобы ни на секунду не забывала о моих намерениях. Демонстрирую их. Пусть озвучит...

Хочу видеть её реакцию, слышать в голосе. Мне это даже нужно, чтобы понимать, как действовать дальше.

С ней только так...

— Я не понимаю, что за допрос, — выдавливает Эмилия.

Да блять... Почему ей так сложно хотя бы озвучить мои намерения? Да пусть хотя бы послать меня после этого.

Или совсем никакого опыта нет? Её смущает происходящее?

Сложно что-либо понять по её максимально отстранённому лицу и то и дело ускользающему от меня взгляду.

— Хорошо, — вздохнув, киваю. — Придётся продемонстрировать тебе свои намерения так, чтобы не оставалось больше сомнений.

Сейчас мы наедине. Нас никто другой не видит, а потому целоваться нет нужды... Формально. По факту в этом чуть ли не потребность моя личная, которую я выплёскиваю девчонке, резким рывком сокращая между нами расстояние и касаясь губами губ.

Она замирает. А я чуть ли не задыхаюсь от нахлынувших чувств. Поверить в тот факт, что Эмилия меня ещё не оттолкнула, не так-то просто, как и перечеркнуть для себя этим действием сразу всё. Остаётся лишь «хочу».

Оно же быстро трансформируется в уверенное «буду». И неважно, какие препятствия у меня на пути.

Эмилия не сопротивляется, но и не отвечает, как делала это, когда я целовал её на публику. Вообще без понятия, что у неё в голове, но девчонка словно ждёт чего-то. Некоторое время это ощущение почти сбивает от кайфа нежности и вкуса её губ, но быстро отметаю.

Просто добиваюсь ответа, как можно бережнее сминая её губы, без лишнего натиска, от которого едва сдерживаюсь. Ведь переполняет жадностью, несдержанностью. Целовать Эмилию кайфово, но мне давно хочется куда большего.

Ужасно хочется, до помутнения сознания. Но сейчас важнее, чтобы девчонка расслабилась и добровольно целовала меня, когда мы наедине. То есть, не ради фиктивности. А потому, что тоже бы этого хотела.

Осторожно и даже нежно раздвигаю мягкие губы языком. Поддаются...

Вот только стоит моему языку коснуться её, как Эмилия напрягается всем телом. Цепляется пальцами мне в плечи, губами вообще не шевелит. Вроде бы формально не отталкивает, но по факту именно так — чувствую же.

Мягко обнимаю за талию, прижимая Эмилию к себе, чтобы чувствовала меня лучше. И я её... Нам же хорошо вместе, разве нет? Не верю, что моя тяга может быть невзаимной.

Засасываю её нижнюю губу, пока оставив язык в покое. Вот только Эмилия всё равно дрожит всё сильнее, и это не та дрожь, которая мне так нужна. Увы, но слишком чётко это улавливаю. Не получится дальше... Даже в поцелуе.

Неохотно отпускаю её губы, но продолжаю держать девчонку в объятиях. Сталкиваемся взглядами.

— У меня сегодня день рождения, — усмехнувшись, напоминаю. Молчание начинает давить. Эмилия как будто слова подбирает: те самые, которые мне точно не понравятся. — Так что это мой подарок по праву.

Девчонка шумно сглатывает и хрипло вздыхает. А потом всё-таки пытается высвободиться из моих рук.

— Да, — при этом тихо, почти неслышно говорит. Улавливаю в её голосе сбившееся дыхание, и сердце пропускает удар. — Именно поэтому я не стала говорить, что это уже чересчур.

Хм, говорить-то не стала, но всем телом дала мне это понять. Колеблюсь — может, сказать ей, что подарочек в таком случае неполный?

Блять, Эмилия такая напряжённая и посмотреть на меня дольше пары секунд неспособная, что ладно, пока не стоит. Слишком ошарашил её новостями о родителях и без того. Пусть переварит сразу всё — пока хватит и того, что я это обозначил.

— То есть, ты понимаешь, что я хотел бы именно такой подарок? — флиртую, поиграв бровями.

Ну же, хоть немного расслабься... А ещё лучше — откликнись.

— Другой я не взяла, — вздыхает Эмилия. — Немного неловко из-за этого.

Воу... Девчонка прям и вправду мнётся слегка. Вот уж не думал, что её это парит.

— Серьёзно? — забавляюсь, глядя, как чуть краснеют её щёки.

— Я не привыкла так, — признаётся недовольно.

Хах. Вот уж меньше всего бы предположил, что Эмилия может так заморачиваться из-за того, что не поздравила меня должным образом. Такие люди ещё существуют? Мы же даже не друзья. И, увы, не так уж близки. Она вообще, скорее всего, воспринимает меня лишь как вынужденное испытание на своём пути, с которым приходится считаться.

— Какая ты милаха, — усмехаюсь мягко.

Ведь и забавно, и как-то даже... Трогательно.

Опять это слово, ага. Видимо, самое подходящее к Эмилии — во всех его смыслах, в том числе и моих персональных. Тискать, лапать, трахать...

— Я хочу спать, — довольно резко говорит она, словно улавливает ход моих мыслей. Ну или рожа у меня слишком блаженная сейчас, пугает её. — Можно я лягу на полу?

— Ну уж нет, — довольно резко отвечаю. — Если не вместе, на пол ложусь я.

Всегда считал Эмилию скорее избалованной девчонкой, привыкшей есть в лучших ресторанах, одеваться в брендовый шмот и купающейся в комфорте. А она мало того, что довольно просто восприняла мой не отличающийся роскошью дом, так ещё и на пол собирается. Какой бы ни была, а вряд ли к этому привыкла.

Немного даже задевает, что решила у меня начать.

— Не вместе, конечно. Я потому и предложила, чтобы на пол я, раз уж я против того, чтобы делить кровать, — не сразу, но твёрдо отвечает Эмилия.

— Давай без этого всего, — морщусь. — Я способен принимать отказы. Тем более, временные.

Второе просто не мог не добавить. Ну никак я теперь не приму, что Эмилия меня так и будет отшивать! Нет уж, без шансов моей будет.

И радует, что хотя бы не возражает насчёт «временных». Неважно, почему — пусть хоть делает вид, что не уловила. Я всё равно уверен, что да.