Глава 17. Рейд


Особо корректировать планы с учетом вновь открывшихся обстоятельств не пришлось. Все равно собирались вооружаться. Правда, как я уже говорил, вышли в рейд не сразу, пару дней пришлось уделить делам общества.

Из наиболее значимых для меня событий стало посещёние школы-детсада. В клане собралось почти тридцать детишек всех возрастов — от полугодовалой крохи Милены до целого класса подростков-кадетов.

Ёсич остался на хозяйстве вместе с новым Главой клана — матушкой Евдокией. Смена власти прошла просто, меня в клане и так почти никто не знал, а вот её все почитали за доброту, принципиальность и честность. Мы просто объявили об этом на общем собрании, у меня выскочило уведомление о снятии статуса Главы и изменении его на заместителя Главы клана. Хорошо, в сантехники не перевели. Хотя тоже было бы не плохо, сейчас эта должность — та ещё синекура.

На правах зама я потребовал мне немедленно выделить всех, кто хочет обучиться искусству имплантации и почти целые сутки потратил на теорию и отработку практики по вживлению посторонних предметов в свои тела с десятком молодых вампиров. Такое небольшое количество желающих было обусловлено нежеланием (извините за тавтологию) добровольно подвергать себя болезненным манипуляциям. Добровольцами стали только молодые со свойственной им бесшабашностью. Хорошо ещё, что магических способностей для имплантации не требуется. В общем, к вечеру у нас в клане появились потенциальные огне- и молниеметатели, не стал я загоняться и искать эксклюзивные способы дистанционного урона, всё должно быть привычно. Отправил молодежь к Ёсичу за квестами, надо им «троечками» становиться и магичить начинать. Будет у «Живой крови» ещё одно боевое крыло, с колдовским уклоном.

Воевать придётся. Ведь, если подумать, наши зомби, в монастыре, это ещё цветочки…

— Иигорь.

— Да.

— Скажи, если после перезагрузки под лапу вируса попали и перекинулись в зомби все люди в монастыре и в кинотеатре, то и все остальные люди во всем мире тоже… того… обратились?

— Да.

— То есть, весь этот мир — мёртв? А ты, случайно, не знаешь, сколько их, таких тупых и быстрых?

— Я уже не могу фиксировать состояние инфосреды мира, вычислительных возможностей у одного аватара хватает только на этот город. В Ворожине сейчас находится тридцать семь тысяч двести сорок два зомби и их число увеличивается в среднем на сто ежесуточно. За сутки до перезагрузки мира общее количество загруженных личностей НПС в нём составляло триста семь миллионов восемьсот двадцать три тысячи пятьсот девятнадцать единиц. Логично будет предположить, что не менее 1 % из них — обратилось. Сужу по среднему проценту активных НПС.

— Как это ты не можешь контролировать общую численность в мире? А откуда знаешь про группу в Европе?

— Дело в том, что они именно потому оказались в экранирующих шлемах, что ещё один мой аватар был среди них и проводил эксперимент по отсечению НПС от влияния зараженных вирусом ИПИ.

— Понял, принял. — Не удалось подловить на вранье, ко всему-то он готов. — Значит, против нас, полутора сотен слабеньких и непрокачанных вампиров, уже сейчас почти сорок тысяч зомби, а в перспективе — весь мир. А почему, ты говоришь, их число увеличивается?

— В город постоянно приходят новые зараженные. Вирус ищет меня, поэтому готовится тотальная зачистка мира. Если говорить общепринятым языком — в городе собирается армия, как вариант — готовится разведка.

— Чёрт побери.

— Можно и так выразить свое удивление.

— Собирай всех, сегодня выходим.

Вечером третьего дня, после того, как утрясли последние организационные моменты и определились с качественным составом рейда, а также заправились энергией под завязку, выдвинулись. Солнце садилось за редкие облака и уже не так жгло. Мне, в принципе, было относительно безболезненно держаться уже даже под прямыми лучами, при моем уровне жизни, а вот клановым было бы тяжело передвигаться днем. Расти и расти ещё им в уровнях.

Всего нас пошло пятнадцать… человек, путь будет так, удобнее, чем «вампиров». Перевозчиков вместе с ещё одним парнем — в разведку, я с Никитиным — в арьергарде, остальные — плотной группой посредине. Приятно почувствовать себя готовым к действию: одет, обут, разгрузка, «Сайга» и арбалет за плечами, полный колчан стрел с адаптированными для монстров наконечниками, максимум энергии и маны, цель впереди — что ещё для жизни надо.

По пути к бывшему управлению ФСИН засекли с десяток переродившихся монстров. Несколько псов и ворон встретили свою смерть от плотного огня из нескольких стволов, после чего дал команду не расходовать бездумно боеприпасы и энергию, определил застрельщиков и группу прикрытия. Клановый чат — очень удобная штука, рекомендую, гораздо лучше раций или сотовых. С такой подготовкой выскочившего из-за угла громадного Патрульного встретили сразу четыре спаренных выстрела из обрезов, после чего буквально отшвырнули три пули 12 калибра группы прикрытия. А контроль, как любит говорить Никитин, ещё никто не отменял, так что, выстрел в голову в упор завершил короткое столкновение.

Помниться, мы с Андреем, пока дошли от парка до моста, встретили всего одного Патрульного и потом ещё вороны нас потрепали, а сейчас без выстрела мы не могли пройти даже сотни метров. Количество порождений вируса возросло, и, хотя рост этот был не на порядок, но твари выскакивали чуть ли не из-за каждого дома. Судя по всему, шум выстрелов привлекал их, заставляя покидать свои логова или где они там прячутся. Хорошо ещё, что массовых нападений не было, не более двух-трех мелких порождений максимум. Да и Патрульный всего один встретился на всем пути рейдовой группы, хотя бычара был ещё тот — в холке под три метра.

Так, потихоньку и шумно, дошли до входа на спортивную базу «Торпедо», за которой находилось здание УФСИН. Никитин расставил посты наблюдения, причем каждому из них уделялось почти по пять минут на уточнение секторов наблюдения, знание мест соседних постов и своих обязанностей. Правильно, людей гораздо легче учить в условиях, приближенных к боевым, чем в классах или аудиториях. Точнее, не легче, а эффективнее.

Пока напарник расставлял секреты, со мной на связь вышел Иигорь.

— Стас, есть новая информация. Мной зарегистрированы четыре попытки проникновения виртов в наш мир. С вероятностью 97 % это специалисты корпорации, направленные в этот мир для моей блокировки. Пока что им не удалось войти, но попытки будут и какая из них станет удачной — сказать сложно. Но дело не за горами. Я бы рекомендовал тебе связаться с дочерью и уточнить ситуацию.

— Принял, понял.

Значит, корпорация уже начала активные действия. Это стимулирует и меня на ответную реакцию — надо побыстрее решать с квестом и выходить из этого мира, в реальности от меня больше пользы будет. Ну, я так полагаю… Кстати, по квесту: я ещё раз посмотрел адреса мест нахождения книг — один как на Левом берегу, хоть и далековато — почти в районе моей работы, но после зачистки УФСИН можно сходить, будем лучше вооружены и более опасны. Ещё два дома были совсем недалеко от библиотеки. Эх, надо было сразу книги собирать, сейчас уже ещё несколько заклинаний в запасе были бы, а я вместо этого в кинотеатр полез. Доползался…

Вместе с вернувшимся Андреем пошли на разведку. Вход с угла здания, двери приоткрыты, дальше небольшая, но широкая лестница из-под арки рамочного металлодетектора. Пустая кабинка дежурного, турникет и длинный пустой коридор. Несколько дверей в кабинетах по разным сторонам открыты, так что затухающий вечерний свет ещё позволял ориентироваться. Обычно оружейка должна быть где-то рядом с дежурной частью, то есть недалеко от входа, но Никитин повел меня все дальше и дальше по гулкому коридору. Ну ладно, ему виднее. В кабинетах, остающихся за спиной по пути следования, пусто, беспорядка не наблюдается. Судя по всему, здание покидали в плановом режиме, что и понятно — военизированная организация все же, да и со спецконтингетом дела имеют. Хотя с СИЗО у них не очень получилось.

Последняя дверь по коридору вела в ещё один коридор, уходящий вглубь здания, также с кабинетами по сторонам. Идущий впереди Андрей внезапно поднял вверх согнутую в локте руку, сжал ладонь в кулак. Понял, стою, молчу. Точно, вдали по коридору из одного кабинета доносится негромкий скрежет, как по стеклу царапают комком бумаги. Взмах двумя пальцами в стороны — рассредоточились по противоположным стенам, я перехватил «Сайгу» под цевьё на сгиб локтя. Так удобнее, можно и выстрелить, и огонька пустить, хотя отдачей ствол и подбрасывает ощутимо. Медленно начали двигать в сторону шума, кабинет с его источником оказался на моей стороне, так что напарнику было поудобнее в него заглянуть.

Оказалось, все эти спецназовские знаки языка глухонемых прекрасно подходят для описания зомби, правда, смешно выходит. Один, мужчина, Никитин справится сам, оружием, я страхую. Кивнул ему в ответ.

Звоном выстрела ударило по ушам, дым от него кисловатым светлым облаком повис в коридоре. Неприятные ощущения, надо будет что-то про глушители или про беруши подумать, а то и оглохнуть можно. Отвык я от шума, кругом тишина постоянно, вот и резкий звук в замкнутом пространстве чуть до сотрясения мозга не довел. Андрей уже вбежал в кабинет, пока я очухался и вытряс звон из головы. У окна, за которым уже было темно, завалившись грудью на стул, лежал труп мужчины, раньше бывшего зомби. Из-под растерзанной дробью рубашки текло по спине. Неприятно, но надо. «Лут». Труп истаял, на полу осталась имевшаяся на убитом одежда. Быстро обшарил карманы — пусто, никаких опознавательных документов, только черный кристалл. Быстро раздавил его, пополняя уровень энергии, и вслед за Никитиным вышел обратно в коридор.

Стало совсем темно, даже попадавшего через открытые двери в кабинетах уличного света уже не хватало, что бы нормально ориентироваться. Пришлось щелкнуть пальцами и сформировать небольшой огонек, воспаривший передо мной. В чем ещё его прелесть, кроме освещёния — в любой момент можно превратить хоть в факел, хоть в огнемет. Поднял его повыше, чтобы впереди идущему Никитину тень не забивала обзор. Металлическая дверь в торце коридора тоже была открыта, за ней темнел провал лестницы, ведущей вниз.

По знаку Андрея встали с ним по разные стороны дверного проема, он показал пальцем вверх, на огонек, резко раскрыл ладонь и указал ей на лестницу. «Не понял» — я поморщился. Снова такие же жесты… Ага, дошло. Огонек резко сформировался в огненный шар и с легким гулом втянулся вниз по лестничному маршу, разгоняя густую тьму.

Твою ж налево! Я едва успел пригнуться, заметив, как эта тьма ещё больше сгустилась и тут же на уровне моей головы в дверной косяк воткнулся большой костяной шип паучьей лапы. Охотник! Выстрел, вспышка, грохот! Блин, точно оглохну. Эта мысль о негативном воздействии громких звуков на состояние здоровья я додумывал уже в перекате вдаль по коридору. Надо мной пронеслась тень — Андрей, растянувшийся в прыжке. Моя молния резанула по глазам, пахнуло жженой шерстью. Вслед за молнией добавил всполох огня, над головой снова прогремел выстрел. Паук упал на пол, длинная лапа со стуком ударила в пол в полуметре от моей ноги, но это уже была посмертная судорога. Я уж думал, после перезагрузки мира они исчезли…

Спустя пару минут, когда исчезла белая пелена в глазах и звон в ушах сошел на приемлемый уровень, осознали с напарником всю собственную тупость в пользовании этими условными обозначениями и перешли на общение в чате.

— Давай ещё огонька на лестницу.

Кристалл Охотника восстановил потраченную на него энергию, коготь кинули в рюкзак. Сделал файербол помедленнее и поярче, заставил спускаться по спирали, освещая все пространство марша, уходившего вниз на пару этажей, а также стены и потолок. Больше сюрпризов не было. Стали спускаться, Андрей прикрыл за нами дверь, поставил на ручку стреляные гильзы. Ну да, сигнализация.

— Не мало?

— Нет, покатятся по ступеням, услышим. Тут недалеко.

В самом низу лестницы небольшая площадка, перешедшая за углом в широкое помещёние, использовавшееся для чистки оружия. Висящие на стенах резиновые пулеуловители, плакаты с правилами и ТТХ, треноги для упора стволов при разряжании — стандарт, мечта оружейника. Как, впрочем, и дверь в саму оружейку: массивная, с заходящим за косяки полотном, квадратным окном посередине, внутренними петлями. Ну что ж, для этого я ждал почти сутки полного накопления энергии, именно для борьбы с этим чудом инженерного искусства.

Только собрался, даже ладонями потер друг о друга, как Андрей остановил меня:

— Подожди, Стас. Ты можешь увидеть, что там внутри, в оружейке, а то зря ломать всё тут будем, вынесли все оттуда при эвакуации?

Толково. Я и сам уже забыл про «Проникающий взор», хорошо, напарник из моих рассказов запомнил. Приложив руки в форме бинокля к глазам, я уперся в стену. Заклинание сработало: сквозь кирпичную стену я увидел длинный ряд закрытых металлических сейфов. А вот сами эти сейфы мне свои внутренности не показывали. Жаль.

— Сейфы стоят. Порядок в КХО, только в них ничего не видно. Надо ломать.

— Ну… давай.

На разогрев полотна двери огненной дугой ушло почти три минуты и семь тысяч энергии, пока металл не заалел и искорки окалины не стали сыпаться на пол. Удар кулака смял внутренний замок, как пластилин. Непередаваемые ощущения, скажу я вам, когда голыми пальцами выдираешь из раскаленного металла багровый замок, а чувствуешь при этом лишь небольшое тепло. Взлом второго замка доставил не меньшее удовольствие, после чего дверь удалось оттянуть и перед нами предстала ещё одна, решетчатая закрывашка. Здесь проще — я видел механизм замка, так что спустя минуту, после отката кулака, свернул его в один прием.

О, ещё и «Взломшика» прокачал сразу на 700 единиц. И энергию уполовинил. Вот что значит — мало пользуюсь приемами и заклинаниями, они же на более высоких уровнях и эффективнее, и энергии меньше потребляют. Быстрый осмотр почти тридцати сейфов ничем не порадовал — они были пустыми. Для очистки совести взломали пару сейфов, замки которых по сравнению с первой дверью были на уровне выпускного экзамена для второй четверти первого класса церковно-приходской школы. Как и говорил, пусто. Облом-с… Правильный, видно, был командир у местного спецназа, не бросил свое хозяйство в период смуты. Но нам от его хозяйственности не легче. В принципе, в таких закрытых подразделениях к оружию и отношение значительно серьезнее, чем у простых охотников или где-нибудь в отделах полиции. Точно, в отделах полиции… Синхронизация ещё на один процент больно стрельнула в голове.

— Андрей, не кисни. — Заметив в колеблющемся свете огонька досаду, проявившуюся на лице напарника, твитнул в чат я. — Есть ещё вариант.

— Какой?

— Переходим на левый берег, там несколько километров — и отдел полиции. Около двухсот ПМ, несколько АК должно было быть. Ребята могли тоже все разобрать, но шанс на то, что осталась часть — больше, чем здесь. Должны были и в отпусках быть, и дезертировать с семьями. Быстро же всё произошло?

— Ну да. На третий день уже никого не было. — Андрей прищурился, мысль заработала. — И ещё надо квартиры шерстить, не все же охотники оружие забрали, погибших было много.

— Вот это другое дело. Но сначала — отдел. К тому же именно там все учёты владельцев оружия. Так что?

— Согласен. Ночуем здесь, рано утром выходим.

— А что не сейчас?

— А ты знаешь, что на мосту твориться? Как насчет бесов? Ночь не только наше время.

— Согласен. Добро, отдых.

Оповестили всех по чату, получили подтверждение о спокойной обстановке (пару крыс по-тихому забили наши рейдовые), встретили прибывающих и всем скопом разместились на лестнице, ведущей к оружейке. Никитин распределил смены для охраны двери. Хорошо, что никто над ухом не чавкает, жизнь все восстанавливают отдыхом, так что всю ночь я провел в легкой полудреме, ожидая контакта с дочерью. Как-то привык, что она по ночам со мной связывается. Не дождался.

Эти несколько часов, пользуясь затишьем и спокойствием, я уделил дальнейшему обдумыванию своей ситуации. Определенную непонятность вызывала синхронизация, сейчас остановившаяся на 84 %. Если у меня пять элементов для выполнения главного квеста, каждый из которых добавлял, кроме приступа головной боли, ещё и по 4–5 процентов к синхронизации, то оставшиеся пять элементов должны добавить минимум двадцать пунктов, что в процентах перевалит за сотню. А это неправильно, меня ещё в школе учили, что одно целое — это сто процентов. А ну-ка, Иигорь…

— Эй, Боже, не спишь?

— Я никогда не сплю, Стас.

— Значит, не разбудил, извиняться не буду.

Я вкратце обрисовал ему результаты своих математических экзерсисов.

— Действительно, Стас. Ты прав в своих вычислениях. В программе твоего лечения синхронизация, дойдя до ста процентов, свидетельствовала бы о полном восстановлении памяти и готовности мозга к выходу из коматозного состояния. Однако, мое появление и доведение до тебя сложившейся обстановки слишком сильно ускорили нейронные процессы и произошел скачок уровня синхронизации памяти, хотя, фактически, восстановления воспоминаний не произошло. Программа немного адаптировалась к этой ситуации, но отключение энергии в мире, скорее всего, окончательно ее дестабилизировало. Так что не обращай внимания, главное, чтобы к прибытию тебя на точку выхода у тебя было сто процентов, не меньше.

— Угу, угу… Ясно, что ничего не ясно. Ладно, разберемся ближе к сотне. Или за её перебором. А сейчас ещё один интересующий меня вопрос. Я там тебя не сильно отвлекаю?

— Нет, нет, все в пределах нормы.

— Так вот, скажи, ты можешь отключить кокон от сети, в смысле от мира?

— Зачем? — Даже в искусственном голосе послышался испуг.

— Нет, отключать не надо, только скажи — сможешь?

— Да, программное отключение соединения кокона с кристаллом вирткома возможно.

— Тогда мне от тебя нужно одно слово, точнее — гарантия. Если я тебя попрошу отключить кокон, ты должен будешь сделать это немедленно, без разговоров. Договорились?

— Нет. Мне нужны объяснения твоего поведения, что заставило тебя принять такое решение.

— Никакого решения я не принимал и объяснить сейчас не могу, слишком мало информации. Ладно, давай пока без гарантий, чуть позже ещё поговорим. Как у вас там дела, все спокойно?

Поспрашивал его о давно волнующем меня вопросе сохранности моих питомцев и Буськи. Если по домовому было всё плохо, то насчет Тони и Скроша ИИ сомневался, они могли и возродиться в моей квартире, ведь Мява у Никитина в питомцах числилась. Решил после рейда попробовать сходить домой. Ещё и с бабой Верой разобраться надо будет… Жаль старушку, но бродить ей зомбаком я не готов позволить.

Ещё немного обсудив бытовые вопросы клана, мы прекратили общение. Да уж, боится ИИ за меня, вдруг я решу бросить всё это на фиг и остаться дальше прорастать овощем в коконе, пуская корни и питаясь из трубочки до самой смерти. Нет, это не мой путь, а вот заложить запасной путь на случай кризисной ситуации не помешает. Есть кое-какие сомнения в честности кое-кого…

Обдумывал, анализировал, сводил факты в кучку до самого утра, пока Никитин, не придумавший ничего лучшего, не проорал в чате: «РОТА, ПОДЪЕМ!!!» Как можно мысленно кричать, не понятно, но у него получилось. Чудак, блин, один из наших вон даже от испуга чуть вниз по лестнице не скатился. Хотя всех взбодрило, тут отрицать нельзя. Быстро собрались, попрыгали на предмет «погреметь» по ступенькам и гуськом выдвинулись на улицу. Было ещё темно, только со стороны водохранилища начинало сквозь облака алеть солнце. Небо затянуло плотной пеленой, что обещало нам облегченное передвижение днем. Вперед ушла разведка, которую усилили ещё двумя следопытами. Не встретив никого, рейд дошел до моста. Я слышал, что он уникальный, такая двухъярусная конструкция больше почти нигде не использовалась. Ааай, хоть не вспоминай ничего, голову сразу болью простреливает с этой синхронизацией.

— Итак, рейд, слушай меня. — Никитин конкретно решил приучать народ общаться только в клан-чате. — Перед нами — почти два километра прямого пути, осложненного нависающим над головой вторым ярусом. Его тоже надо будет отработать, так что делимся. Стас ведет группу, с ним пять человек, — он быстро перечислил фамилии, — поверху, остальные со мной по правому полотну. Разрыв между полосами моста тут метра три, не всякая тварь перескочит, но все равно — внимание налево и вверх, на низ второго яруса. Стас, вы осматриваете верх, если там только бесы и нет вороньих гнезд — в бой не вступать, сообщаешь и отступаете по-тихому к нам. Если есть вороны — тоже сообщаешь. Я тебе дал Витьку, он уже огнём умеет плеваться, так что постарайтесь без шума. Все, занимайтесь.

Мой чат отключился от рейд-лидера, он продолжил инструктаж с остальной группой, а ко мне подтянулись выделенные мне бойцы, причем в моем чате их фамилии уже были отмечены галочками. Удобства цифрового мира, ё-моё…

— Кто Виктор?

— Я. — Один из упакованных в цифровой серый камуфляж парней поднял руку.

— Со мной рядом, впереди. — Он кивнул. — Ты смотришь назад, сюрпризы нам не нужны. — Ещё один кивок, уже от другого камуфлированного вампира. — Остальные идут по центру, страхуют небо и нас с Виктором. Ребята, общаемся в чате, идем тихо, проблемы нам не нужны.

Пока распределились и поднялись на второй ярус моста, окончательно рассвело. Весь нижний ярус моста, причем обе полосы, были забиты брошенными машинами. Скорее всего, в спешке произошло несколько ДТП, образовалась пробка. Страшно подумать, что тут творилось. У нас на ярусе было пусто, ржавые трамвайные рельсы параллелями убегали вдаль. А вот вдалеке что-то темнеет и это «что-то» больше всего напоминает мне знакомую толпу бесов вокруг главаря. Жаль, бинокль не захватили, надо учесть на будущее. Пошли…

Внезапно снизу раздался хлёсткий звук выстрела, за ним ещё один. Мы присели, ребята выставили стволы в стороны. Ещё несколько выстрелов разорвали утреннюю, точнее — уже постоянную тишину.

— Стас, мы отступаем! Прикрывай сверху! — Достаточно встревоженный голос Андрея лучше выстрелов сообщил о реальных проблемах.

Я метнулся к ограждению моста и чуть не упал на крошащемся бетоне. Решётка ограждения держалась на честном слове. Снизу доносилась почти канонада, хотя выстрелы были уже более упорядоченными. Похоже, Никитин быстро навёл порядок среди стрелков.

Упав на ломкую кромку, я высунул голову наружу. В десятке метров подо мной группа Андрея организованно отступала, лавируя между машинами. А на них, перепрыгивая через машины и выскакивая из-под них, грозовым фронтом катила волна крыс. Серая масса покрывала почти всё пространство моста, скрывая под собой легковушки и обвиливая торчавшие островками грузовики. До ближайший боевиков рейда оставалось метров пятьдесят и это расстояние быстро сокращалось.

Отступление Никитиным было организовано правильно, люди не бежали, а менялись после каждого выстрела и рейдовая группа отходила всё дальше к концу моста, но — недостаточно быстро. Крысы пожирали расстояние быстрее. Так что моя помощь была как нельзя вовремя: огненный шар взорвался, разбрасывая сотню крыс в стороны огненными брызгами, вслед за ним пучок из девяти молний выжег левый фланг. В нескольких машинах взорвались бензобаки, что не добавило порядка, крысы заметались в поисках выхода из огненного лабиринта, но наваливавшаяся сзади толпа их товарок вдавила передних прямо в огонь. До меня донесся противный запах палёной шерсти и жирный дым горящего мыса и шерсти. Увидев ещё один проход между машинами, я послал туда файербол.

— Стас, снизу!

Что!? Только реакция и везение спасли меня от черного когтя, прочертившего полосу по бетону в том месте, где мгновение назад была моя голова. Дернувшись, я откатился в сторону, а за ограждение моста зацепилось ещё несколько паучьих лап. Охотник рывком выкинул свое шарообразное тело вверх. И это была его ошибка. Проржавевший металл не выдержал, качнулся и со скрипом просел. Паук взмахнул передними лапами, но тело оказалось тяжелее головы и потянуло его назад. Жвалы с треском сомкнулись несколько раз и туша рухнула вниз.

— Стас, бей ещё! Он внизу!

Теперь я понял сразу. В очередной раз рискуя, я высунул голову с края моста — Охотник висел прямо подо мной на толстом канате паутины и быстро-быстро сучил лапами, подтягивая себя вверх. Извини, дружище, на сегодня я не склонен к близким контактам третьей степени. Огненный язык с треском устремился вниз и покрытая пламенем туша наконец-то упала вниз, ударилась о край дорожной полосы и через несколько секунд с плеском вошла в воду, попав точно в просвет нижнего яруса.

— Нормально, молодец. Ждите нас, поднимаемся.

Только после окончания боя, отвалившись на спину, я подумал, насколько глупо поступил, высунувшись за ограждение моста. Будь Охотник чуть побыстрее, передвигаясь по вертикальным поверхностям моста, лежал бы я до сих пор на бетоне, а вот моя дурная башка плыла бы по водохранилищу.

Дождались с ребятами группу Андрея, кратко обсудили произошедшее. То ли крысы стали умнее, то ли просто повезло им, но двойки разведчиков прошли по мосту беспрепятственно и остались до сих пор на противоположной стороне. И как только не заметили крыс? А вот в основной группе, тихо двигавшейся между машинами, кто-то наступил крысе на хвост. В прямом смысле слова. Метровый шнур выметнулся из-под одной из машин прямо под ноги и боец не успел среагировать, наступив на него берцем. Хорошо ещё, что тварь завизжала, и это стало сигналом не только к атаке крысиного войска, но и знаком для начала отступления группы. За первые беспорядочные выстрелы сейчас, в спокойной обстановке, огребли по полной двое бойцов, причем Никитин чат не использовал и в выражениях не стеснялся. И откуда только такие слова знает, причем не используя матерных, что пробирает до мозга костей? Вряд ли программно были заложены, все-таки лечебная программа в этом мире установлена. Неужели от меня передалось? Я прямо почувствовал, как, наравне с виновными в стрельбе, у меня тоже начинают пылать уши.

После должного внушения оценили ситуацию более спокойно. Правая сторона моста для нас отпадала, там продолжали гореть машины, создавая препятствие не только для крыс. Связались с разведкой — оказалось, прошли они по небольшому карнизу за ограждением полосы, вели себя очень тихо, но крыс не видели. Рисковать случайным звуком не решились, так что для перехода на левый берег оставался только второй ярус. Несмотря на прогремевший внизу бой, темневшая впереди группа (скорее всего бесов) никак не среагировала.

Опасность второго яруса была даже не в бесах. Отсутствие контроля снизу создавало реальную опасность внезапного нападения пауков или ворон. Один Охотник уже показал свою прыть и встретиться неожиданно с несколькими его собратьями абсолютно не хотелось. А уж стая ворон была посерьёзнее, чем фауст-гёте, ну вы меня поняли. Был ещё вариант вернуться и попробовать переход через Черницкий мост, но, оказывается, не только я знал пословицу про легкий путь. Напарник вообще выразился стихами:

Посчитай, сколько времени нужно,

Тебе на поиск легкого пути.

За это время ты сможешь

Дважды трудный путь пройти.

Одноглазый философ Лао-Цзы Никитин, не меньше. Короче, тратить время мы действительно не стали, прямой путь на левый берег лежал перед нами, вытянувшись полосами рельсов.

Андрей вновь распределил наблюдателей, только теперь контроль был установлен ещё и за боковыми поверхностями яруса. Основную группу из пяти человек остальные взяли в неплотную коробочку и мы пошли.

По мере неспешного приближения к тёмному пятну посреди трамвайных путей стало отчетливее видно, что там расположился один-единственный монстр. Огромная клубневидная гора Главаря бесов, над которым светились цифры ошеломительного 60 уровня, была окружена насыпью грязи и мусора, тряпками, кусками гниющей бумаги и картона, ветками и паутиной проводов.

Андрей подал сигнал остановиться, когда до монстра оставалось метров двести и тварь повернула свою уродливую голову в нашу сторону, но активности пока не проявила. Прав Андрей, надо прикинуть варианты боя. Прошлые разы гораздо меньшие твари такого типа доставляли нам проблемы, сначала мне, когда на помощь пришел Хранитель моста, потом мы вальсировали в паре с Никитиным, тогда ещё вороны нас покромсали.

Посчитали и оказалось, что суммарный общий уровень нашего рейда составлял 57, так что Главарь имел реальные шансы если не обновить покрытие моста за наш счет, то свести к ничьей. А оно нам надо? Мы ж не сборная по футболу, ставки на свой проигрыш делать не будем.

— Стас, а как ты невидимым становился? — Вопрос застал меня врасплох. Рассказал и мы всем рейдом полчаса наблюдали за бесплотными попытками Андрея уйти в стелс, пока при очередном накидывании на себе невидимого плаща у него не получилось и он не исчез. Голос из пустоты произнес:

— Ждите, ничего не делайте.

Специально вслух говорит, в этой ситуации чат не даст такого эффекта. Что ты хочешь, Первый Жрец, умеет манипулировать слушателями.

— Стас, смотри, получается. На Главаря смотри…

Далеко и нечетко, но видно было нормально. С одного из краев мусорная куча начала пропадать. Как с песочной горки, когда ее подкапываешь, вниз побежали ручейки пыли, наслаиваясь на останки, которые тоже распадались, увеличивая поток.

— Что это?

— Смотри, смотри…

Эх, мне бы поближе. Главарь нервно заворочался, расталкивая мусор, я кинул в чат:

— Рейд, отходим десять метров назад. Усилить наблюдение.

Были у меня опасения, что Главарь может себе помощь позвать или зона агрессии увеличится. Продолжая наблюдать за исчезновением кучи, я тихо пятился назад. Мусор сбоку исчез уже очень заметно, стабильно поддувавший ветер взвихрил продукты распада.

— Стас, приготовься. Мне ещё чуть больше минуты осталось, всего его не вытяну. Готовь ребят на прорыв. Плотнее, контроль неба и краёв.

— Понял. — Понял только про скорую атаку, а кого там тянет Никитин, осталось тайной. — Рейд, задачи те же, но ко мне поближе. Скоро пойдём на прорыв. Бежим быстро, но контроль ведём плотно. По команде…

Я скорее почувствовал, чем увидел, как ребята сплотились вокруг меня.

— Смотри внимательнее, как именем новоявленного Иигоря чудеса творятся. — Похоже, мое ерничество по поводу божественности ИИ оказалось заразно. Присмотревшись, я увидел, что строка здоровья монстра каким-то непостижимым образом уже ушла в желтую зону и, едва заметно, продолжала уменьшаться. Спустя десяток секунд послышался топот и перед группой материализовался Андрей. Повязка на глазу отсутствовала, красный зрачок сиял на расплывшемся в широкой улыбке лице.

— Получилось! Рейд, слушай мою команду! Противник деморализован, жизни у него — половина от нормы. Широкой цепью — становись! Сейчас, по команде, все — вперёд, по команде — выстрел, команда — выстрел! Стас — на тебе небо и поддержка! Ну что, накромсаем картошку!?

Рев пятнадцати глоток и упавший с ним баф «Приказ командира» только ещё больше стимульнули нашу готовность.

— Тогда — ВПЕРЁД!

Растянувшись, мы побежали на Главаря. Метрах в сорока он на нас среагировал, взмахнул короткими обрубками лап, коротко проревел что-то (тоже, наверно, себя настраивает на бой) и, расталкивая мусор, залеветировал в нашу сторону. Между нами оставалось метров тридцать, когда Андрей выкрикнул команду «Пли!». Слаженный выстрел десятка стволов прогремел в унисон с командой, Главарь как в стену уткнулся с разбега. Его туша покрылась язвами ран. «Пли!» — повтор оттолкнул монстра назад, строка жизни светилась красным огоньком.

— Стас, добей! — Команда Никитина была ещё и в чате продублирована. Файербол размером футбольный мяч влетел в грудь Главаря и взорвался уже внутри, расшвыряв горящую массу в стороны. Падая на рельсы, почти располовиненный взрывом монстр коротко взревел и строка жизни погасла. Сдох.

Остановившись недалеко от тела монстра, все разом загудели.

— Вау, я уровень получил!

— Я тоже!

— Я четвертый!

— Я теперь магичить буду!

— А ну тихо! — Хлесткая команда Андрея прервала базар. — Контроль по задачам! Горбач, собрать лут! Занять позиции! Контроль неба!

До конца моста дошли быстрым шагом, не переставая поглядывать вниз и вверх. Разведчики махнули из-за насыпи, соединявшей уровни, и мы также спешно, выслушивая в чате безмолвные команды командира, укрылись под трамвайным мостом, концом параболы втыкавшимся в первый уровень.

— Всем тихо! Легко все прошло, надо гадости ждать! — Никитин быстрыми командами расставил наблюдателей, потребовал проверить перезарядку, тут же вставил пистона тем, что этого до сих пор не сделал. Эффекта добавлял красный глаз, взгляд которого заставлял выполнять любую команду в два раза быстрее. Я бы так не смог, не люблю людьми командовать, мне бы с собой справится.

— Черт, кристалл не уничтожили! Стас, надо, обратно не пройдем! Оставайся, ты — здесь за главного, вы трое — со мной! — И Никитин, возглавив небольшую группу, выскочил обратно на мост.

Долгие пять минут стояла тишина, наполненная напряженным дыханием бойцов. Раздался выстрел, за ним ещё один. В общем чате прозвучало:

— Нормально, две вороны по двести. Возвращаемся.

Пуфффф, ну его на фиг, такое напряжение. Хочу на диван, кофе с плюшками и телевизор с советской комедией. Легкий топот, за ним громкий гул шагов бойцов, никогда не проходивших практику бега в берцах, — Андрей с группой скользнул под мост.

— Нормально. Всем внимательно, там вороны кружат.

Пока сидели полчаса, ожидая нападения, Андрей по чату рассказал о том, как он в стелс-режиме сначала распылил энергию мусорной кучи, а потом стал высасывать энергию из самого монстра. Если бы не откат невидимости, он был уверен, что смог бы пустить на гранулы и самого Главаря.

А это, кстати, действительно — проблема. Нет, не распыление монстра, а забывчивость применительно к собственным характеристикам. Если б Никитин не вспомнил о «Проклинателе», долго бы мы штурмовали этот мост. Я же тоже половиной своих профессий, заклинаний и приемов почти не пользуюсь, привык огнем и молниями плеваться, а где совсем тяжко — решать вопросы с помощью грубой силы стального кулака. А ведь стандарта прокачки нет, у каждого из наших вампиров могут открывать совершенно разные навыки. А если ещё и энергию можно уметь получать из любого предмета, как это Жрец делает… Нет, на самотек это дело пускать нельзя.

— Матушка, не заняты? Разговор есть…

В общих словах обрисовав нашу ситуацию, я рекомендовал главе нашего клана подумать не только над систематизацией умений всех вампиров, но и над практикой целевой прокачки и доклада о повышении уровней. Ведь некоторые умения, такие как «артефактор» или «лекарь», уже зарекомендовали себя с самой лучшей стороны и были жизненно необходимы всем, также как и невидимость или отбор энергии с помощью проклятия. У матушки Евдокии мое предложение нашло понятное одобрение, так что, уверен, рациональное зерно будет обработано и взращено самым тщательным образом. Получив благословение, прервал связь.

— Андрей, ещё один вопрос. Ты отобранную у Главаря энергию куда дел? — Ну да, немного скомкано сформулировал, но Никитин понял:

— Точно, что не в карман сложил. Бар заполнил, остальное девать было некуда, слил в воздух.

— А передать ты ее можешь? У тебя же там ещё умение «Заклинатель» было.

— Попробуем. — На секунду задумавшись, Жрец сказал:

— С аккумуляторами получилось же… Давай руку.

Взяв мою ладонь в свою, он сосредоточился и через мгновение я почувствовал, как по венам побежало тепло. Строка энергии, заполненная наполовину, поползла к зеленой зоне.

— Все, самому ещё надо. — Ну да, разница в наших уровнях сказывается. Почти всей энергии Андрея мне едва хватило добавить 17 % к моему максимуму. Кстати, уровни…

— Рейд, делитесь, кто что по опыту получил.

Оказалось, что семеро бойцов перешли на третий уровень, двое поднялись на четвертый, Никитин получил восьмой, остальные были близки к апам. Нормально так повоевали. Кратко проинструктировал бойцов о необходимости постоянной прокачки любого навыка и умения, привел в пример находчивость Первого Жреца. Тут же пришлось рассказывая, как он это умение получил.

Так и не дождавшись нападения, Никитин пустил вперёд группу разведки. Воз вместе с ещё тремя следопытами скользнули под лучи пробившегося солнца. Распогоживалось, что не приносило радости. Куда только плотные ночные облака делись. Сумерки, сумерки… Как я понимаю ту писательницу, которая сагу о вампирах сотворила. Тяжело же писать, постоянно помня, что твои герои боятся солнечного света.

Оглядевшись и проверив, что никто ничего не забыл, я последним вышел в свет начавшегося дня.


*** Интерлюдия ***

В огромном зале, украшенном только высокими строгими колоннами, за длинным столом со встроенными голоэкранами собрались люди, отвечавшие за безопасность страны по всем направлениям этого всеобъемлющего слова. Заседание Совета Безопасности России было назначено буквально три дня назад и такой короткий срок, данный на его подготовку, а также озвученная повестка сулили сенсационные новости. Именно поэтому для освещения мероприятия запросили аккредитацию более двухсот информационных агентств и корреспондентских структур. Большей частью из них соответствующее разрешение было получено и сейчас за спинами участников курсировали автокамеры, а из-под потолков вели съемку около сорока дронов.

Все встали. В тишине, нарушавшейся лишь поскрипыванием обуви по старинному паркету, Президент прошел во главу стола. Жестом пригласив присутствующих присесть, он быстро пролистал несколько позиций на экране, окинул взглядом зал.

— Добрый день, уважаемые коллеги!

Мы сегодня с вами обсудим один из наиболее значимых вопросов для нашей страны — вопрос обеспечения целостности государства и, в конечном итоге, его сохранения. Все хорошо понимаем, уверен, сколько политических, национальных, правовых, социально-экономических и других аспектов содержит эта тема. И все эти аспекты на сегодняшний день связаны с виртуальной реальностью. Так что, решение о проведении внепланового Совета мной принято не случайно.

Речь пойдет о мерах по обеспечению надёжной защиты реальной территории, приведению конституционного строя в соответствии с концепцией двух миров, своевременной нейтрализацией внутренних и внешних угроз в реальности и в мирах Виэра. Должен сразу отметить, что, разумеется, прямой военной угрозы нашей стране сегодня нет. По элементарной причине — такая угроза бессмысленна.

Однако в мире всё громче и чаще звучит голос денег. Само понятие государственного суверенитета размывается. Глобализация, объединение стран и укрупнение политической карты реального мира напрямую связано с интересами владельцев виртуальных миров. И мы всячески приветствуем практику объединения народов и стран в единое целое, скрепленное добровольными демократическими началами. Но, к сожалению, в этих процессах таиться и определенная опасность, пути противодействия которой мы с вами сегодня и обсудим в закрытом режиме.

Перед Россией стоит негласный ультиматум: или потерять значимую часть своего населения, которая уйдет в вирт или закрыть границы и серверный доступ, что повлечет физический отток наших граждан, уже не мыслящих существования без миров Виэра. И так, и так — мы теряем людей, а без нашего народа не будет ни страны, ни нации, ни истории. Конечно, это абсолютно неприемлемо. ООМ стремиться к благородной цели — объединению цивилизации, но некоторые методы этой работы не могут быть нами приняты.

Постоянно предпринимаемые попытки раскачать общественное мнение, тем или иным способом ослабить Россию, ударить по уязвимым, проблемным местам привели к тому, что во многих невидимых обывателю схватках мы уже проиграли. Стал бесполезен, как и многие другие валюты, рубль; уровень поступления налогов по сравнению с показателями десятилетней давности снижен более чем на 60 % и имеется тенденция к дальнейшему спаду; не успевает следовать тенденциям времени Министерство обороны, не только слабо использующее робототехнику, но и допустившее треть некомплекта от штата в частях постоянной готовности.

Нами, а конкретно МИДом, крайне неэффективно используются механизмы конкурентной борьбы на международной арене (это касается и экономической сферы, и политической, причем в обеих реальностях). Отстают от реалий виртуальных миров возможности специальных служб.

Мы должны адекватно реагировать на эти вызовы и, главное, работать системно, решать проблемы, которые содержат потенциальные риски для единства нашей страны и общества.

Да, за последние годы мы серьёзно укрепили наши государственные институты, в основы российского федерализма уверенно вошло Министерство виртуальных миров, каждое ведомство имеет свои виртпредставительства, мы продвинулись в региональном развитии и каждый субъект страны имеет свои земли в Виэре, растет приоритет решения экономических и социальных задач виртов. Мы не бросаем своих граждан в виртуальной реальности и эту работу надо активно продолжать. Выросла эффективность правоохранительных и специальных служб по противодействию киберпреступности; формируются современные основы национальной политики, корректируются подходы в сфере образования и воспитания; идёт постоянная работа по борьбе с утечкой мозгов — всё это гарантии нашей безопасности и суверенитета.

Вместе с тем мы не должны ослаблять внимания к этим вопросам. При необходимости надо оперативно вырабатывать и реализовывать дополнительные меры. По всем названным направлениям мы должны иметь долгосрочную программу действий, стратегические, рассчитанные на перспективу документы и решения.

В этой связи хотел бы обратить внимание на несколько приоритетных задач.

Первое — это последовательная грамотная миграционная политика вирта. Это задача для всех уровней власти: от федеральной до муниципальной. И конечно, крайне важно, чтобы активную позицию занимало наше гражданское общество. Если конкретно — нужна рекламная кампания по переносу и повышению престижа слов «Я — из России» в виртуальном мире, нужно сформировать именно русское общество Виэра, если хотите — клан «Россия».

И именно от гражданского общества мы ждём помощи в совершенствовании системы управления кланами и альянсами, и, что особенно важно, в воспитании молодых людей в духе патриотизма и ответственности за судьбу Родины. Соответствующие указания мной уже даны.

Вторая важная задача — это защита конституционного строя. На всей территории России, в том числе и в виртуальных мирах, должно быть обеспечено единство экономического и правового пространства.

Важно, чтобы у всех россиян, независимо от места их пребывания в реальном или виртуальном пространстве, были равные права и равные возможности. Это основа демократического строя, пусть даже в том игровом средневековье, которое представляет нашим людям Виэр. Нам надо усиливать местную власть во всех мирах.

Третье ключевое направление — устойчивое и сбалансированное экономическое и социальное развитие. При этом принципиально важно учитывать территориальный, региональный фактор. О чём идёт речь: нам нужно обеспечить опережающее развитие стратегически важных регионов, в том числе выходов к морям и иным транспортным коммуникациям в Виэре. А для этого необходима разработка федеральных и отраслевых программ, формирование планов по развитию инфраструктуры, размещению новых производств и созданию необходимых нам рабочих мест.

Четвёртое. Нельзя забывать о защите реальных границ. На бумаге они сейчас фактически отсутствуют, реализована мечта многих философов о «гражданах мира». Вместе с тем, важнейшим гарантом территориальной целостности России остаются наши Вооружённые Силы, о проблемах в которых я уже упомянул.

Мной обозначены конкретные задачи. На этом открытую часть заседания Совета будем считать завершенной. Службу протокола прошу прекратить фиксацию и обеспечить дальнейший ход Совета. Брифинг по итогам заседания будет проведён в установленное время.

Спустя пять минут в зале не осталось никого, кроме членов Совета и представителей службы протокола. Слово снова взял Президент:

— А теперь, господа, поговорим более определённо, оставив официальную часть в первой половине нашего заседания и предоставив её обсуждение представителям средств массовой информации. Все вы люди проверенные и с вами в команде мы работаем уже давно. Сделано многое, достигнуто многое, планов впереди того больше.

Такое начало разговора со стороны Первого заставило министров и руководителей ведомств насторожиться. Действительно, подведение итогов работа в самом начале беседы наталкивало на мысли о чём-то нехорошем, вплоть до отставки.

После небольшой паузы, отведенной на быстрый осмотр зала, Президент продолжил:

— Упомянутое мной объединение стран несет не только благо для единения цивилизации, как мной уже было сказано. Мы рискуем потерять саму суть смысла существования человечества — стремление стать лучше, утратить желание конкурировать и достигать новых целей. И самое плохое — мы теряем национальное самосознание. Треть населения страны уже жить не может без вирта. Они те самые гномы, эльфы и гоблины, которыми живут в мирах Виэра, а не граждане России. Практически любую физическую работу могут выполнить роботы. Я не скажу, что это плохо, это просто новый виток в развитии мира. И к этому витку мы оказались не готовы…

Глубоко вздохнув, он продолжил:

— Необходимо признать, что нас опередили по всем позициям. И самое большое поражение мы потерпели тогда, когда позволили, радостно хлопая в ладоши, перейди всей науке на коммерческие рельсы, на корпоративное финансирование. По оценкам аналитиков, корпорация «Виртгейм» вкладывает в различные отрасли науки и производства более семидесяти процентов от общемировых вложений. Причем, вложенные ВГ деньги окупаются. Окупаются всегда. Мониторинг не выявил ни одного проекта за пять лет, где корпорация потерпела бы убытки. Но не суть… Корпорация фактически владеет планетой, это надо признать. Пока только Китай находится у неё в оппозиции, а наша страна заняла нелепую пассивную сторону.

Господа! Я долго думал и анализировал картину нового, сложившегося на наших глазах мирового порядка. И она меня не устраивает. Считаю, пришло время показать свою собственную позицию и вернуть утраченное уважение к нашей великой стране. Предупреждаю сразу, то, что будет сейчас доведено, может вам в некоторых моментах не понравится. Предлагать вам выбирать дальнейший путь не буду — я уверен во всех. И прошу, Андрей Викторович, не воспринимать мое следующее предложение как оскорбление — Вы единственный из нас, кто оцифрован и имеет доступ в вирт, так что определенные сведения, которые здесь будут озвучены, для Вас носят ограниченный характер. Давайте обсудим мои предложения тет-а-тет. Время и место до Вас будут доведены службой протокола. Спасибо за понимание.

Министр виртуальных миров быстро переглянулся с Президентом, с уважением кивнул и покинул зал. Первый продолжил:

— Итак, сначала я жду доклада по ранее обозначенным задачам. Согласен, что времени на подготовку развернутых отчетов я дал вам, коллеги, мало, поэтому докладывать прошу тезисно. Как обычно, начнём с обеспечения внешней безопасности и, одновременно, самого проблемного, на мой взгляд, ведомства. Прошу, Игорь Митрофанович, доложите по задачам министерства обороны.

Краткий доклад министра больше напоминал посыпание головы пеплом. Самой большой проблемой являлся бешеный некомплект специалистов в войсках постоянной готовности. Всё губила секретность, при подписании обязательства о сохранении гостайны для человека сразу становился недоступным Виэр. В военные вузы кандидатов уже приходилось чуть ли не тащить. Невозможность использования подготовленных специалистов для тренировок бойцов на виртполигонах привела к резкому снижению общего уровня боевой подготовки. Любой солдат, со слов министра обороны, сейчас знал, как держать меч и под сотню приемом в обращении с ним, но очень многие уже даже не могли опознать автомат по его силуэту. Проблему можно было решить — технологических миров хватало, но снова все упиралось в форму допуска учителей. Родные вирттренажерны не выдерживали конкуренции с полигонами корпорации: ни в графике, ни в физике, ни в реалистичности. Проект биороботизированной платформы «Аватар» тоже отставал в технологических решениях от управляемых ИПИ дроидов и роботов, эксплуатируемых армиями других стран при поддержке корпорации. Вывод о том, что «всё пропало, шеф», прямо сказан не был, но лейтмотивом сквозил между слов. При этом серьезных предложений по поставленным Президентом задачам озвучено не было, все свелось к необходимости перехода на технологии корпорации.

Министр иностранных дел уложился всего в несколько слов — переговоры о приобретении лицензионного мира для государственных нужд вновь закончились неудачей.

Министр экономики, в ведомство которого с 2034 года влились распадавшиеся налоговое министерство и Центробанк, доложила об открытии в трех мирах-сателлитах и одном мире-спутнике Виэра филиалов ВиртРосБанка.

Министры МВД и юстиции, глава службы безопасности и остальные члены Совбеза ограничились отправкой своих предложений по поставленным в повестке дня вопросам.

Президент все доклады слушал, изредка вскидывая взгляд на докладчиков и что-то помечая в планшете. Закончив заслушивание, он ещё раз осмотрел своих советников и министров. Все напряженно ожидали продолжения.

— Господа. Я всё слышал, каждый из вас достаточно профессионален, чтобы не врать и не преуменьшать глубину проблемы. Спасибо вам за честность. Но, к сожалению, никаких практических путей выхода из этой ситуации вами не предложено. И это понятно почему. Вы все считаете изобретение Виэра благом для человечества, более того, некоторые из вас уже фактически продались корпорации. Предлагаю Вам для ознакомления небольшой ролик, снятый линзами одного из присутствующих здесь коллег.

На голоэкранах высветился уютный номер с невысоким столиком, сплошь заставленным дорогим алкоголем и фруктами. Картинка сместилась, показав сидящего напротив снимающего знакомого для всех высокого человека в сером костюме — Роджера Артхеера. Он внимательно слушал своего оппонента, ведущего съемку.

— … вообще ничего не понятно. Такое ощущение, что политика ведется по двум диаметрально противоположным направлениям: с нас требуют быть в Виэре, но при этом запрещают им пользоваться для государственных нужд. Первый уперся, как баран. Я ему уже больше десятка докладных записок направил, везде привожу перспективность использования ИПИ, а он ни в какую, везде только «ознакомлен» и «доложите уточнённые данные».

Артхеер кивнул и вскинул бровь:

— Может, Вам мало денег? Извините за столь прямую постановку вопроса, но Совет не доволен результатами Вашей работы. Так что, необходима дополнительная стимуляция?

— Нет, что вы. Дело не в деньгах, спасибо, все равно в течение всей жизни даже мой внук не сможет потратить то, чем Ваши руководители поделились со мной. Дело в Первом…

— Так что с Первым? Или Вы не можете должным образом лоббировать определенные интересы и спихиваете все на волю Президента?

— Ни в коем случае, я работаю в этом направлении, поверьте. Это очень сложно… ещё же нужно так процесс работы министерства организовать, чтобы ни у кого не возникло даже мысли о проводимом саботаже…

Экраны погасли. Никто не решался посмотреть на соседа, боясь увидеть в нём именно этого оператора. Президент угрюмо посмотрел на побелевшего и покрывшегося потом министра.

— Вы будете задержаны за предательство интересов России. Взять его.

На плечо, укрытое дорогой тканью терморегулирующего костюма, легла рука с перчатке с обрезанными пальцами. На теперь уже бывшего министра обороны в упор взглянула линза видеокамеры, закрывавшей левый глаз на худом лице командира группы спецназа. А когда камера быстро и громко щёлкнула, сделав снимок, Игорь Митрофанович не выдержал и обмяк в спасительном обмороке. Спустя пять минут вслед за вынесенным из зала генералом своим ходом, но в сопровождении спецназовцев, вышел ещё один министр.

— Уважаемые господа! Пусть это немного показательное действо будет всем напоминанием — мы здесь не для денег, мы работаем для нашей страны и наняты народом, а не купили эти места. — Президент сделал небольшую паузу:

— Продолжим. Виталий Викторович, входите. Господа, на наше заседание я пригласил для проведения небольшой презентации профессора виртмедицины, доктора виртпсихологии и виртпсихиартии господина Ярцева Виталия Викторовича. Прошу, профессор.

Последовавшая получасовая лекция и предъявленные для обозрения видеоматериалы были шокирующими. Обсуждение открывающихся перспектив по эмоциональности не было сравнимо ни с одним из бывших заседаний. Элита власти страны разошлась глубоко за полночь, унося с собой вертевшиеся невысказанными идеи и мысли. Их предстояло в течение суток оформить в виде предложений и планов.

Позже, уже под утро и в другом кабинете, главный человек этой страны, самый яркий и принципиальный политик века, устало откинулся в удобном кресле, помассировал большими пальцами гудящие виски. Последствия проведенной ночной виртконференции уже муссировались по всем новостным каналам. Журналисты копались в грязном белье отстранённых и задержанных прямо на заседании Совбеза министра обороны и министра здравоохранения, перетирая с изрядной долей ехидства кости всех скелетов в их шкафах.

Старт был дан, решения приняты и поручены к исполнению. Многое ещё было неясно, отдельные моменты скрыты пеленой тайн и секретов, не у всех ключевых точек стоят проверенные люди. Но ждать больше было нельзя. Существовала реальная опасность распада цивилизации и вновь той самой стране, которая испокон веков хранила верность человечеству, предстояло встать на пути угрозы. Задач было много, но Президент знал, что даже самый длинный путь начинается с первого шага.

Из стоявшего в сейфе футляра он достал инжекторный шприц, наполненный ярко-синей жидкостью, чуть светящейся в полутьме кабинета. Прибор тихо прошипел, человек помассировал руку в месте ввода.

Первый человек России вторым по очереди, после майора полиции Булгарина, ввёл себе в вену наноботов, технологию производства которых предложил заблокированный в глубине герметичного мира искусственный интеллект. Первый шаг к новому мировому порядку был сделан.


Загрузка...