Глеб Максимилианович Кржижановский

«Комбинирование промышленных производств на основе наиболее выгодного энергетического баланса, разбивка всей страны на специальные энергетические районы, объединенные общегосударственной сетью электропередач, модернизация индустрии на электрической основе, технико-экономическая реконструкция сельского хозяйства на основе тракторизации с одновременным все более и более глубоким внедрением и в эту область электрификации, наконец реконструкция транспорта на основе все более решительной электрификации его,— таковы те линии, к которым должна неизбежно двигаться в дальнейшем технико-экономическая реконструкция СССР... Ни о какой смене испытанных ленинских вех электрификации нам думать не приходится. Огромным фронтом встанем на борьбу за новый генеральный план народного хозяйства...» 25 Здесь Г. М. Кржижановский вновь и вновь выступает За ленинскую электрификацию, за ленинское планирование, за проверенную жизненным опытом <«цепочку»: генеральный план — пятилетний план — оперативный годовой план. Глеб Максимилианович призывал: «В работе над генеральным планом всегда должна быть перед нами гигантская фигура Ленина как диалектика-марксиста, глубокого ученого и гениального политика, основоположника нашего социалистического планирования. В работе над генеральным планом мы пойдем вперед испытанными ленинскими путями для того, чтобы прочно вооружить весь наш актив подлинными марксистско-ленинскими знйниями» 26. Велики заслуги Г. М. Кржижановского в организации научной работы в СССР, особенно в области энергетики. Инженер, ученый, теоретик электрификации в самом широком значении этого слова, пользующийся мировой известностью, теоретик и практик планирования социалистического хозяйства, он в 1929 г. избирается действительным членом Академии наук СССР и в том же году — ее вице-президентом. 25 Г. М. Кржижановский. Сочинения, т. 3, стр. 316—316. Курсив автора. 26 Там же, стр. 297. 225

Имея большой опыт государственной работы, Г. М. Кржижановский затратил много сил и труда, чтобы направить деятельность Академии наук на нужды социалистического хозяйства. Академия наук, какой она досталась нам в наследство от царской России, не способна была выполнять свою основную задачу — научно разрешать технические и экономические проблемы, возникающие при строительстве социалистического хозяйства. Это было замкнутое научное учреждение, в котором объем и направление научных работ определялись интересами и вкусами отдельных академиков. Необходимо было коренным образом перестроить всю работу Академии наук. На это указывал В. И. Ленин еще в 1918 г. Надо было направить ее деятельность на решение технических и экономических задач, стоявших перед страной. Многое в этом отношении сделал Глеб Максимилианович. Президент Академии наук С. И. Вавилов в речи по случаю 75-летия Г. М. Кржижановского так оценивал его роль в деле реорганизации Академии наук: «Быстрое превращение старинного, все еще замкнутого высшего научного учреждения страны в новую, советскую Академию, тесно связанную в своей работе с промышленностью, сельским хозяйством, со всеми разнообразными научными и техническими запросами нашей громадной Родины,— во многом дело Глеба Максимилиановича» 27. При избрании Глеба Максимилиановича вице-президентом коллектив Академии наук апеллировал к его опыту большой государственной работы для осуществления переустройства Академии и расширения ее научной деятельности. В течение 10 лет Г. М. Кржижановский был вице-президентом и все это время он энергично и умело работал по перестройке Академии наук и превращению ее в действительный штаб науки страны Советов. В первый же год работы на этом посту он совместно с А. Е. Ферсманом и другими академиками приступил к разработке новой структуры и устава Академии. Вот некоторые этапы этой большой организационной работы. 27 Сб. «Глеб Максимилианович Кржижановский». Изд-во АН СССР, 1953, стр. 8. 226

В 1933 г. Г. М. Кржижановский представил в Госплан СССР план развития сети научных учреждений Академии, подготовки для них кадров и строительства зданий. В 1934 г. Академия, как генеральный штаб науки, перешла в непосредственное подчинение правительства. Это был новый этап в жизни Академии наук, который свидетельствовал о повышении ее авторитета, роли и значения научной работы вообще. Из Ленинграда она была переведена в Москву. В 1935 г. правительство утвердило новый устав Академии наук, в котором отмечалось, что «ее основной задачей является всемерное содействие общему подъему теоретических, а также прикладных наук в СССР, изучение д развитие достижений мировой научной мысли». В том же году в Академии наук было создано отделение технических наук, в котором Г. М. Кржижановский возглавил группу энергетики. Создание этого отделения завершало большой организационный этап в научной работе и в разрешении технических, прикладных проблем. Без этого Академия наук не могла выполнять свои прямые задачи, указанные в новом уставе. На протяжении всей истории существования Академии наук в России только отдельные ученые, такие, как М. В. Ломоносов, вели работы в области технических, прикладных наук. Однако в ее структуре никогда не выделялись технические науки. В этой области Г. М. Кржижановским сделан наиболее заметный вклад. Еще в 1932 г. в составе отделения математических и естественных наук была создана группа техники во главе с академиком С. А. Чаплыгиным, а в 1934 г. под председательством Г. М. Кржижановского — Технический совет Академии наук, объединявший вопросы металлургии, горного дела, химической технологии, транспорта, электротехники и строительства. И наконец, з 1935 г. было создано специальное отделение технических наук. Развитие технических наук могло быть эффективным ^только в том случае, если они опираются на хорошо оснащенную экспериментальную базу, что вызвало необходимость создания новых научных институтов и лабораторий. В 1931 г. был создан первый технический институт Академии наук — Энергетический институт, которому было ^присвоено имя Г. М. Кржижановского, в 1933 г.— Институт горючих ископаемых, а затем еще пять институтов по 227

разным отраслям технических наук. Все эти институты создавались по инициативе Глеба Максимилиановича, организовывались под его непосредственным руководством. Энергетическим институтом он руководил в качестве директора. Создание энергетического хозяйства для осуществлен ния электрификации всей страны, с крупными электростанциями, линиями электропередачи, мощными электроэнергетическими системами, их межсистемными связями, которое, таким образом, охватывает производственную, бытовую и культурную деятельность человека, требовало особого, специфического, присущего только энергетике метода и направления научных исследований. Наряду со специализацией дисциплин, изучающих отдельные разделы энергетической техники (электротехника, теплотехника, гидротехника и связанное с каждым из этих разделов материаловедение), большое значение приобретает изучение связей и закономерностей в соотношениях отдельных частей сложного комплекса энергетического хозяйства и определение путей его развития. Сюда относятся следующие проблемы: развитие электроэнергетических систем с расчетом величины и характера резервов, снижения пиковых нагрузок и определение наиболее эффективных приемов для их покрытия; определение параметров пара и электрического тока при генерировании и передаче электрической энергии; изучение и рекомендация оптимальных величин энергетических агрегатов и мощностей электрических станций; сопоставление различных видов транспорта энергии; разработка наиболее рационального и экономически эффективного топливного баланса; изучение воздействия электроэнергетики на изменения технологических процессов в различных отраслях производства и т. п. Для решения этих проблем и был создан Энергетический институт. Г. М. Кржижановский собрал и сцементировал коллектив энергетиков и сам непосредственно руководил рядом исследований по основным проблемам энергетики. Большой заслугой Г. М. Кржижановского в деле организации научной работы в Советском Союзе является внедрение планирования науки. С самого начала работы в Академии наук он направил усилия на превращение Академии в единый, спаянный, целеустремленный науч¬ 228

ный коллектив, на преодоление старых традиций замкнутой кабинетной работы, на слияние интересов государства, строящего социализм, и работ отдельных ученых. Эта задача. могла быть решена только при строгом планировании работы Академии, при планировании развития науки. Поэтому свою деятельность Глеб Максимилианович начал с разработки пятилетнего плана развития Академии наук. Дело это было новое и трудное. Необходимо было нацелить Академию на разрешение наиболее важных проблем, стоящих перед советским государством, и в то же время нельзя было сдерживать инициативу отдельных ученых, ограничивать их работу текущими задачами, запросами хозяйственных органов. Требовалась умелая, гибкая разработка тематики по всем разделам науки и техники. Конечно, на первых порах не обошлось без недоразумений и сопротивления некоторых ученых, но в конце концов принцип планирования научных работ восторжествовал. Необходимость «планомерного использования научных достижений для содействия строительству нового, социалистического бесклассового общества» была указана в уставе Академии наук как одна из важнейших ее задач, и начиная с 1936 г. Академия регулярно планирует свою работу. Планирование научной деятельности не ущемляло личную инициативу крупных ученых, не лишило науку передовой роли, а, наоборот, помогло Академии решать ряд больших перспективных и чисто теоретических проблем, обеспечило постановку, успешное развитие и решение научных задач, в которых было прежде всего заинтересовано народное хозяйство СССР. Г. М. Кржижановский наметил два пути составления единого плана —снизу, от задач развития отдельных научных дисциплин, д сверху,— в виде особо значительных тем, определяющих задачи всего коллектива Академии, исходящих из нужд развития науки в целом и из нужд развития хозяйства страны. «Лишь таким путем,— говорил Г. М. Кржижановский,—мы можем быть над своими темами, а не под ними». Вся деятельность Г. М. Кржижановского в качестве вице-президента Академии наук СССР была направлена на организацию научной работы для более успешного строительства социалистического хозяйства. Он прекрасно понимал, что наука должна стать действенным факто¬ 229

ром технической реконструкции во всех областях производственной деятельности. В докладе «Социализм и наука» в Академии наук СССР в 1937 г. он говорил: «Борьба за новую высшую социалистическую культуру становится нашей первоочередной исторической задачей. Прямая связь подлинной науки, которая «не признает никаких фетишей и дерзновенно поднимает руку на все отжившее», со всем делом социалистической культуры едва ли требует особых доказательств. Мне думается, что прогноз нашего первоучителя — Карла Маркса относительно того, что социалистический переворот связан с превращением ,,науки доктринёров в науку революционеров*4 с достаточной ясностью говорит об основных грядущих путях нашей научно-исследовательской мысли» 28. Разработанный Г. М. Кржижановским метод планирования научной работы живет и поныне, им пользуется не только Академия наук, но и все многочисленные научные учреждения Советского Союза. Глеб Максимилианович начал осуществлять и более высокую ступень планирования научных работ в масштабе всего Союза. В 1947 г. под его руководством впервые была осуществлена координация работ всех академий для комплексного решения проблем в области энергетики. Затем такая координация работ охватила все области науки. Г. М. Кржижановский внедрял принцип социалистического планирования научных работ, который в равной мере обеспечил широкое проведение больших теоретических исследований и изучение проблем, возникших из запросов социалистического хозяйства. По его инициативе создавались и крепли новые научные учреждения по всем областям знания. И в настоящее время, через 25—30 лет после того, как он провел перестройку структуры Академии наук и ее научных учреждений в соответствии с нуждами и требованиями государства, строящего социализм, особенно наглядно видны успехи и достижения советской науки. Быстрый рост индустриализации страны и технический прогресс во всех отраслях народного хозяйства являются лучшим свидетельством достижений нашей науки. 28 Фонд Музея революции, № 26853/59. 230

«Социализм создал самыее благоприятные условия для расцвета науки. Успехи советской науки,— указывается в Программе КПСС,— яркое проявление превосходства социалистического строя, показатель безграничных возможностей прогресса науки и возрастания ее роли в условиях социализма. Закономерно, что страна победившего социализма первой открыла эру использования атомной энергии в мирных целях, первой проложила путь в космическое пространство. Искусственные спутники Земли и Солнца, мощные космические ракеты, атомные электростанции, первые в мире триумфальные полеты советского человека на космическом корабле вокруг земного шара стали символом творческих сил побеждающего коммунизма, гордостью всего человечества». И далее Программа КПСС совершенно четко определяет задачи в развитии науки, в ее служении делу строительства коммунизма: «Максимальное ускорение научно-технического прогресса — важнейшая общенародная задача... Партия будет всемерно содействовать дальнейшему усилению роли науки в строительстве коммунистического общества... широкому и быстрому внедрению в практику новейших научно- технических достижений... Наука станет в полной мере непосредственной производительной силой».

Глава девятая Человек будущего С юношеских лет Г. М. Кржижановский ненавидел эксплуатацию человека человеком. Он рано начал искать путей борьбы «со злом», путей освобождения народа от варварских порядков помещичье-капиталистического режима царской России. Эти пути он нашел в произведениях Карла Маркса и поэтому начал настойчиво изучать его труды. Он увидел, что Марксом открыта и научно обоснована всемирно-историческая роль рабочего класса не только как могильщика капитализма, но и как созидателя нового социалистического общества без эксплуатации человека человеком, без угнетения. С большим удовлетворением уже вполне интеллигентного, начитанного человека он узнал, что в положениях научного социализма Маркс воплотил «исчерпывающий синтез всего ценного, вмещавшегося в громадном наследии немецкой философии, в пристальных исканиях английских классиков политэкономии и в гениальных бросках мысли великих французских материалистов и социа- лиетов-утопистов» 1. Он ознакомился с изумительным документом, в котором кратко, но исчерпывающе освещался путь борьбы угнетенных классов, «в котором не было ни слова неправды, в котором страстная сила чувства сочеталась с величайшим совершенством научного анализа»1 2. Таким документом был «Коммунистический манифест», написанный К. Марксом и Ф. Энгельсом в 1847 г., тот манифест, который и до наших дней сохраняет силу программы 1 Г. М. Кржижановский. Сочинения, т. 3, стр. 362. 2 Там же, стр. 361. 232

И в старости живой и энергичный, порывистый и стремительный

борьбы пролетариата за свое освобождение, за переустройство мира. В этих исканиях Глебу Максимилиановичу повезло — еще в юношеские годы он встретил на своем пути и долгое время работал рука об руку с гениальным Лениным. Ильич сразу пленил его незаурядным умом, огромными знаниями, целеустремленностью и неустрашимостью революционного борца и способностями искусного организатора. Постоянное личное общение с В. И. Лениным в разные периоды жизни и беседы с ним по вопросам философии, политики, экономики, науки и техники позволили ему изучить и знать ленинизм лучше, полнее и живее, чем при кабинетном чтении трудов Ленина. Он постигал мудрость и глубину ленинского учения в острой политической борьбе, в водовороте практической работы и неоднократно убеждался, что всякие колебания, несогласия с этим учением являлись лишь плодом собственного недопонимания. Время и жизнь убеждали в безусловной верности ленинизма. Таким образом, во всей своей практической деятельности и теоретических исследованиях Глеб Максимилианович был вооружен марксизмом-ленинизмом, как верным компасом, безошибочно показывающим правильное направление исторического развития борьбы рабочего класса за освобождение человечества. Начетничество, схоластика, догматизм и доктринерство были чужды его живой и деятельной натуре. Марксизм-ленинизм он воспринимал и использовал как руководство к действию. Под огромным влиянием Владимира Ильича Г. М. Кржижановский, наряду с диалектическим процессом исторического развития, уяснил революционную сторону учения Маркса, согласно которой идеи только тогда становятся материальной силой, когда они овладевают массами. Эта истина поставила перед ним задачу активного участия в революционных действиях, революционной борьбе. И Г. М. Кржижановский пошел с Лениным на эту трудную, но благородную борьбу. И почти все наиболее острые, наиболее значительные этапы этой борьбы Г. М. Кржижановский прошел вместе с В. И. Лениным. Он впитал в себя учение обоих великих мыслителей и борцов — Маркса и Ленина. Учение Ленина он сопоставлял с учением Маркса и неизменно находил там убеди¬ ^6 Ю. Н. Флаксерман 232

тельные подтверждения выводов Ильина. В ленинском учении он постоянно находил корни учения Маркса. Конкретизируя учение Маркса в новых условиях, он дополнял его учением Ленина. «Не раз говаривал мне... Владимир Ильич, что он всю жизнь читает и перечитывает в подлинниках творения Маркса и Энгельса, всегда находя в них нечто новое. В таком общении Ленин находился в органически родственной ему стихии исполинов мысли и дела революционного пролетариата. И каждый из нас,— писал Г. М. Кржижановский,— прошедший мучительный путь собственных исканий, никогда не забудет, как много шло к нему от Ленина самого большого, самого драгоценного» 3. В лице В. И. Ленина Г. М. Кржижановский видел великого продолжателя учения и дел Карла Маркса. Глеб Максимилианович хорошо понимал силу и глубину ума Владимира Ильича. «Этим гениальным умом,— писал Г. М. Кржижановский,— он проследил в веках все перипетии борьбы человека с человеком... И на этом гранитном фундаменте мирового опыта... было воздвигнуто грандиозное* здание ленинской тактики и стратегии пролетарских боев. Таким путем Ленин сделался конгениальным Марксу вождем мирового пролетариата, только на других, еще более ответственных этапах пролетарской борьбы, охватывающих еще большие массивы людей» 4. Маркс и Ленин для Кржижановского — это два гения человечества, разработавшие теорию классовой борьбы эксплуатируемых, практику ведения революционных битв с эксплуататорами и задачи созидания нового коммунистического общества. Полную меру счастья в жизни испытал Глеб Максими- лианович,— он не только жил и работал с одним из этих титанов, он был другом и товарищем Ленина. Г. М. Кржижановский беззаветно и преданно любил Ильича. О Владимире Ильиче им написано много воспоминаний. Читая эти воспоминания, испытываешь какую-то особую взволнованность. Его рассказы о Ленине пронизаны теплотой искренней, большой любви, восторга и пафоса; он создавал всегда живой образ гениального вождя, мудрого ученого и человечнейшего человека. 3 Г. М. Кржижановский. Великий Ленин. Гоополит- издат, 1956, стр. 14. 4 Г. М. Кржижановский. Сочинения, т. 3, стр. 427. 234

Глеб Максимилианович глубоко чтил память Владимира Ильича. Это сказывалось во всем, даже в мелочах. Как-то во время посещения Г. М. Кржижановского, уже в конце его жизни, /В. Стеклов шутливо заметил: — Что же это вы, Глеб Максимилианович, не замените вашу старинную мебель на современную, более изящную, уютную и удобную? — Как это можно?! — протестующе возразил Глеб Максимилианович,— за этим столом, в этом кресле часто сидел Владимир Ильич! Г. М. Кржижановский высоко ценил Ленина и чувствовал, что увековечение памяти этого человека, которого горячо любит и чтит весь народ, не нуждается ни в какой мишуре. Лучший памятник себе воздвиг сам Ленин своими делами, которые будут жить в веках. Когда отмечалось 90 лет со дня рождения Г. М. Кржижановского, В. А. Смолянинов рассказал об одном неизвестном до сих пор случае. После смерти Владимира Ильича, когда его тело перевезли из Горок в Москву, в конце ночи у гроба остались Г. М. Кржижановский, Н. П. Горбунов и В. А. Смолянинов. «Под утро в этой комнате, где Владимир Ильич уже лежал в гробу,— вспоминает В. А. Смолянинов,— у изголовья стояло три человека... Мы трое стояли в глубокой печали у изголовья. Н. П. Горбунов, который имел военный орден Красного Знамени за свои военные подвиги на юго-западе, открутил этот орден и положил его на грудь В. И. Ленина... Глеб Максимилианович своим тихим голосом сказал: «Он в этом не нуждается». Ни я ничего не сказал, ни Горбунов ничего не сказал. Орден так и остался лежать на груди Владимира Ильича» 5. Теперь этого ордена нет. После Отечественной войны, когда саркофаг с телом Владимира Ильича поместили опять в Мавзолей, Центральный Комитет партии решил снять орден. На груди у Владимира Ильича — значок члена ВЦИК. Спустя много лет у В. Смолянинова возник по этому поводу разговор с Г. М. Кржижановским. На вопрос, помнит ли Глеб Максимилианович этот эпизод, что озна- 5 Стенограмма речи В. А. Смолянинова (хранится в Энерге¬ тическом институте им. Г. М. Кржижановского). 235 16*

нали его слова, не были ли они осуждением поступка Горбунова, он ответил: «Нет, это не было осуждением. Но я считаю, что нет такого ордена, который можно было бы положить на грудь Владимира Ильича. Все, что мы делаем, и прежде всего великий план 'Электрификации всей страны, которая поднимет наше хозяйство, наш народ на небывалую высоту человеческого сознания и человеческой культуры,— все это является настоящим и подлинным орденом Владимиру Ильичу, который по праву только и принадлежит ему» 6. Этот случай характеризует светлый образ самого Г. М. Кржижановского и его возвышенное отношение к Владимиру Ильичу. Г. М. Кржижановский был хорошо образованным инженером. Его богатая техническая эрудиция помогала ему осуществлять перспективное планирование. Глеб Максимилианович неоднократно говорил, что для правильного планирования надо уметь хорошо представлять «грядущее». Многосторонняя техническая эрудиция в этом отношении давала Г. М. Кржижановскому большие преимущества. Он умел смотреть вперед и видеть будущее. Недаром В. И. Ленин называл его инженером «с загадом». Еще в 1920 г., на основании изучения явлений радиоактивности и ознакомления с классическими работами в этой области ученого Содди, Г. М. Кржижановский в брошюре «Основные задачи электрификации России» писал: «Мы подходим к последней грани. За химической молекулой и атомом — первоосновами старой химии — все яснее обрисовывается ион и электрон — основные субстанции электричества, открываются ослепительные перспективы в сторону радиоактивных веществ. Химия становится отделом общего учения об электричестве. Электротехника подводит нас к внутреннему запасу энергии в атомах. Занимается заря совершенно новой цивилизации» 7. К вопросу 'об использовании внутриатомной энергии Г. М. Кржижановский возвращался неоднократно. Он со¬ 6 Стенограмма речи В. А. Смолянинова. 7 Г. М. Кржижановский Сочинения, т. 1, стр. 52. 236

поставлял новые открытия в науке о 'строении вещества, которые тогда были лишь первыми шагами физиков и химиков в этой области, и был уверен, что эти работы приведут к победе. Познавая силы и законы природы, человек подчинит их себе и овладеет скрытой пока энергией атома. А когда это будет достигнуто,— человечество приобретет «ключи» к материальному изобилию. Разве сам электрический ток, являющийся потоком электронов, «в своей таинственной сущности» не представляет уже какое-то начало использования внутриатомной энергии? Но это еще примитивное начало. Дальнейшее изучение этих крайне 'сложных и трудных проблем неизбежно приведет к овладению стихиями внутриатомной энергии. И Глеб Максимилианович восклицает: «Век пара — век капитализма. Век электричества — век социализма. Век использования внутриатомной энергии — век развернутого коммунизма» 8. Эти вещие слова были написаны Г. М. Кржижановским в 1929 г., за 25 лет до пуска в СССР первой в мире атомной электростанции. В СССР и во всем мире энергично ведутся научные и экспериментальные работы по изучению управляемых термоядерных реакций, которые обещают дать в руки человеку поистине неисчерпаемые источники электрической энергии. В начале 30-х годов некоторые наши ученые заявляли, что возможности использования внутриатомной энергии для человека закрыты еще на долгие годы. Указав, что академик А. Ф. Иоффе и другие ученые ошибаются, считая, что для перехода от лабораторных достижений до широкой практики необходим срок в 30—50 лет, Глеб Максимилианович решительно выступил против такого пессимизма, против недооценки открывающихся возможностей. «...Не слишком ли смело наши выдающиеся ученые экстраполируют от практики прошлого? Ведь мы лишь подходим к новому, развернутому по-социалистически фронту науки и техники, и прорицать здесь сроки и темны, опираясь на прошлое,— более чем неблагодарная задача. Вместе с классовым обществом неминуемо исчезнет и старый разрыв между теорией и практикой» 9. Г. М. Кржижановский. Сочинения, т. 1, стр. 362. Там же, стр. 545. 237

Глеб Максимилианович уже тогда не сомневался, что решение этой важнейшей научно-технической проблемы будет впервые найдено в СССР. Только свободная от капиталистических, частнособственнических пут наука, вооруженная марксистско-ленинской диалектикой, обеспечит проникновение в самые глубины явлений и приведет к победе. «Революционные сдвиги в методологии, мощное доказательство метода диалектического материализма,— писал Г. М. Кржижановский,— неотвратимы, и результаты не замедлят сказаться. Мы в этой области — в фазе веселого весеннего ледохода, накануне новой, на этот раз социалистической весны по всему фронту научного познания. А в таком случае уже в ближайшей перспективе следует ожидать и существеннейших перемен в самой гуще практической электроэнергетики» 10. Новыми проблемами в области генерирования электрической энергии в настоящее время являются: управляемые термоядерные реакции, газодинамические генераторы, использование полупроводников и тепловые элементы. Проблему тепловых элементов Г. М. Кржижановский выдвигал еще 30 лет назад, когда высказывал сомнение в правильности получения тысячеградусных температур топочного пространства, чтобы затем использовать тепло в узких пределах температур рабочего пара. Нельзя ли при более низких тепловых потенциалах найти пути превращения угля как топлива в уголь как электрод? В своих работах Глеб Максимилианович неоднократно обращал внимание на необходимость вести исследовательские работы в области получения электрической энергии без машин. По образованию химик-технолог, по опыту работы электроэнергетик, Г. М. Кржижановский постоянно задумывался над проблемами практического синтеза этих научно-технических дисциплин, их совместного развития. Всякая тепловая электростанция является по существу химико-энергетическим комбинатом. Но нельзя ли пойти дальше в этом направлении? Химизация производства становится все более и более ведущей линией в развитии индустрии. Не ей ли принадлежит приоритет в решающих сдвигах электроэнергетики? 10 Г. М. Кржижановский. Сочинения, т. 1, стр. 545. 238

Глеб Максимилианович постоянно интересовался развитием химической промышленности и науки, особенно электрохимии. «Электроэнергетика одновременно рационализирует производственный процесс как оборота энергии> так и оборота вещества» п. Ссылаясь на высказывания Маркса о том, что химическая промышленность дает наиболее яркий пример использования 'отбросов, ибо она использует не только свои отбросы, но также и других отраслей промышленности, Г. М. Кржижановский указывает, что задача устранения потерь приобретает особую остроту при укрупнении производства. Поэтому социалистическое строительство, осуществляющее невиданную концентрацию производства, особенно заинтересовано в полном использовании материалов, участвующих в производственном процессе. В этом отношении огромна роль химизации. Ей надо уделить особое внимание. Развитие химической промышленности, химизация различных отраслей народного хозяйства обеспечивают комплексное использование сырья и комбинирование производства, что дает большие преимущества в развитии производительных сил страны. Целесообразно создавать электрохимические комбинаты. Многое из того, о чем говорил Г. М. Кржижановский, находит широкое применение в настоящее время. Программой КПСС предусмотрено увеличение выпуска некоторых химических продуктов в 60 раз, в то время как по всей промышленной продукции намечен рост в 6 раз. Глеб Максимилианович придавал большое значение развитию производства пластических масс, их широкому применению в производстве и быту. «Здесь именно,— писал он,— нащупываются революционные сдвиги в производстве бесчисленного количества предметов обихода (от галантереи до пропитанных и „литых“ тканей), тончайшей аппаратуры в ее электрофизических подразделениях (высоковольтная изоляция, аппараты токов высокой частоты, телевидение, термо- и кислотоупорная аппаратура, небыо- щееся стекло и т. д.), в станкостроении (прямой заместитель целого ряда сплавов) и, наконец, в громадном подразделении искусственных строительных материалов... Что же является наиболее характерным моментом в этой сфере химизации?.. В самых разнообразных направ- п Г. М. Кржижановский. Сочинения, т. 1, стр. 549.

лениях мы, так сказать, начинаем предпочитать не то вещество, которое нам „даром“ преподносит природа, а то, которое является продуктом наших „рук“... Здесь одно из глубоких русел могучего движения технологии XX века, облегчающих подъем чело!века над стихией вещей» 12. Далеко смотрел вперед Глеб Максимилианович! Г. М. Кржижановский как государственный деятель всегда помнил важнейший завет Ленина об опасности бюрократизма. Он много думал о системе и организации работы, обеспечивающей связь с низовыми органами, с широкими массами трудящихся, стремился к тому, чтобы сама структура организации работ обеспечивала взаимный контроль снизу и сверху. Живой и деятельной натуре Глеба Максимилиановича бюрократизм был органически несвойствен и чужд. Он был прост, доступен и к каждому вопросу подходил исключительно с позиций пользы для дела. Выше уже было рассказано, как Глеб Максимилианович быстро* изменил свое мнение об использовании торфа. Ему было совершенно чуждо такое отвратительное бюрократическое явление, которое, к несчастью, бытует кое-где и в настоящее время, особенно в конструкторских бюро, проектных и научно-исследовательских учреждениях,— это стремление защищать «честь мундира». Еще до революции и особенно при Советской власти Г. М. Кржижановский широко пропагандировал использование местных топлив и главным образом торфа. В стране строились крупные торфяные электростанции. Но когда обстановка изменилась, быстрые темпы индустриализации выдвинули задачу гигантского увеличения добычи топлива и определилась относительная невыгодность торфодобычи, Глеб Максимилианович не цепляется за свои прежние установки, а по-деловому отбрасывает отжившее, старое и со всей присущей ему энергией вступает в борьбу за еще более широкую минерализацию топливодобычи, за еще более быстрые темпы транспортного строительства. А. С. Горшков, который в 1941 г. был назначен директором Всесоюзного теплотехнического института, на со- 1313 Г. М. Кржижановский. Сочинения* т. 1, стр. 058. 240

брании, посвященном 90-летию со дня рождения Г. М. Кржижановского, рассказал: «Я до сих пор помню советы Глеба Максимилиановича: ,,Товарищи, молодой директор! Самый главный совет — только не заводите ведомственность в науке и постарайтесь, чтобы коллектив ваш работал сплоченно, вместе с другими коллективами -страны!“» 13 Правда, А. С. Горшков с горечью добавил: «Это, пожалуй, одно из главных условий, которое мы, к сожалению, не выполняем» 13 14. Г. М. Кржижановский может служить образцом государственного деятеля, ученого, инженера, который никогда не был бюрократом, контролировал себя, работу подведомственных ему работников, учреждений, чтобы ни в коем случае не допустить их бюрократизации. Он свято чтил заветы В. И. Ленина о недопустимости бюрократизма и необходимости его искоренения во всех его проявлениях. Глеб Максимилианович обладал исключительным личным обаянием. Громадная армия инженеров, агрономов, экономистов и ученых, которые так или иначе соприкасались с ним, испытывали к нему йскреннюю любовь и уважение. Наши крупнейшие инженеры и ученые — Винтер и Классон, Крут и ПГателен, Иоффе и Миткевич — всегда с большим уважением отзывались о Г. М. Кржижановском и как о председателе Госплана, и как о вице-президенте Академии наук СССР, и просто как о замечательном умном и обаятельном человеке. Обладая особым даром привлекать к себе людей, Глеб Максимилианович много сделал, чтобы вовлечь молодежь в осуществление электрификации страны. Он любил молодежь, верил в ее инициативу, самоотверженность и возлагал большие надежды на быстрый рост молодых сил. Он любил цитировать Ломоносова: «... может собственных Платонов И быстрых разумов Иевтонов Российская земля рождать». 13 Стенограмма речи А. С. Горшкова (хранится в Энергетическом институте им. Г. М. Кржижановского). 14 Там же. 241

В первые годы борьбы за электрификацию, за выполнение плана ГОЭЛРО, Глеб Максимилианович искренне радовался появлению в энергетике всякого нового человека, он готов был всегда оказать ему нужную помощь и поддержку. Пишущий эти строки начал работать в энергетике в 1927 г. Примерно через полтора года мне пришлось выступать на I Энергетическом съезде с докладом об электростроительстве. Народ с периферии приехал солидный, было много крупных инженеров, профессоров. Многих я до этого не встречал. Мой доклад был ответственный. Строительство электростанций шло медленно. Необходимо было правильно оценить положение, определить задачи, наметить мероприятия, которые обеспечили бы успех в строительстве электростанций и электрических сетей, сооружаемых по плану ГОЭЛРО. И я, молодой человек, недостаточно опытный энергетик, очень волновался. Глеб Максимилианович почувствовал, что мне нужна помощь, поддержка. Сразу после доклада он прислал мне записочку: «Вы сделали очень хороший доклад, как, впрочем, я и ожидал». Как я рад был этой коротенькой записке, она мне была так нужна! Сразу появилась уверенность в себе, в своих силах. Несколько позже я был у Глеба Максимилиановича в Госплане. Он был в приподнятом настроении, радушно встретил меня и с блеском в глазах сказал: — Нашего полку прибыло. Еще один энергетик прибавился в борьбе за электрификацию. Вы читали в сборнике «На новом этапе» статьи товарища Ханьковского? Работник Ленинградского отделения «Теплоэлектро- проекта» инженер О. Б. Эбин, который в качестве главного инженера проекта руководил проектированием многих крупных электростанций на востоке страны, рассказал характерный случай. В 1922 г. студенты Одесского политехнического института организовали кружок для изучения плана ГОЭЛРО, а затем клуб для более широкой популяризации плана электрификации страны. Они обратились к Г. М. Кржижановскому с просьбой оказать им содействие и помощь, дать согласие присвоить клубу его имя, прислать какой-нибудь лозунг об электрификации и свой портрет. Глеб Максимилианович тепло приветствовал начинание молодых энтузиастов электрификации. Он выполнил 242

все их цросьбы, согласился, чтобы клубу присвоили его имя, прислал для клуба лозунг — «Соединим чудо советской власти с чудом электрификации». Правда, своего портрета он не прислал. Студентам пришлось добывать его обходным путем, через секретаря Глеба Максимилиановича М. В. Чашникову. Он поддерживал с ними связь, снабжал их литературой, во время экскурсии в Москву принял их у себя дома, много рассказывал им о строительстве электростанций, не терял их из виду и тогда, когда они закончили институт. Практическая работа по выполнению плана ГОЭЛРО выдвигала все новые и новые задачи — организационные, хозяйственно-экономические, технические и чисто научные. По тому времени размах работ по строительству электростанций и электрических сетей был поистине огромный. Везде нужны были опытные работники. Они вербовались из других отраслей народного хозяйства, пополнение кадров шло главным образом за счет молодежи. В энергетику шли молодые инженеры, только что окончившие втузы, и даже студенты старших курсов, которые учились без отрыва от производства. Все они плодотворно трудились в проектных институтах, производили технико-экономические расчеты, разрабатывали проекты строительства электростанций и линий электропередачи. Из них же комплектовался управленческий и технический аппарат строительств и монтажных участков. Они руководили наладкой и работой вводимых в действие электростанций, диспетчерских пунктов и пр. Молодые специалисты постепенно приобретали необходимый практический опыт и постоянно учились. Они следили за появляющейся литературой по технике и экономике энергетики. Особый интерес у молодежи вызывали многочисленные труды Г. М. Кржижановского. Глеб Максимилианович был превосходным пропагандистом. Его вдохновенные речи и блестящие статьи полны глубокого анализа, широкого научно-технического обобщения, заманчивых перспектив, граничивших с фантазией и в то же время создававших уверенность в их полной осуществимости. Его речи и статьи всегда вызывали большой интерес. Молодые инженеры и техники всегда находили в них новые идеи, стремились последовательно претворять их, в жизнь, считали большой честью причислять себя к многочисленной школе учеников Кржижановского. 243

Когда молодые инженеры со строек или электростанций приезжали к Г. М. Кржижановскому, знакомились с ним, сколько раз приходилось слышать: — В энергетике работаю столько-то лет. Считаю себя, Глеб Максимилианович, вашим учеником. Так создавалась и росла школа Кржижановского. Одной из отличительных черт Г. М. Кржижановского была его скромность. Глеб Максимилианович был очень одаренным, талантливым человеком, разносторонне образованным, обладал большим умом, способным к широким обобщениям. Глебу Максимилиановичу было чуждо желание выпячивать себя. Он знал, что его ценит партия, знает и любит народ. Он был горд этим и отдавал стране все свои силы, весь свой талант. Он гордился своей дружбой с Лениным, был счастлив своей близостью к Владимиру Ильичу. Ему было чуждо зазнайство, он был очень требователен к себе. Он никогда не кичился ни своей значимостью, ни своей дружбой с гением человечества. Он был прост, и его скромность была естественна, как скромность большого человека, человека с большой буквы. В 1920 г., когда по заданию В. И. Ленина Глеб Макси- - милианович переделал рукопись статьи об электрификации Промышленности в брошюру «Основные задачи электрификации России» с наметкой общего плана работ по электрификации, Владимир Ильич хотел написать предисловие К этой брошюре. Кому не лестно выпустить работу с предисловием Ленина? У Г. М. Кржижановского хватило скромности, чтобы отказаться от этого предложения Ильича. Глеб Максимилианович отговорил Владимира Ильича, сказав, что брошюра была написана в спешке и недостаточно проработана, чтобы иметь предисловие В. И. Ленина. Глеб Максимилианович принадлежал к числу тех людей, которые как будто пришли к нам из будущего, из нашего завтра. Он, как немногие, умел работать’ в коллективе, его .личные интересы были слиты с общим делом, общественное у него было всегда на первом плане. Когда вспоминаешь Г. М. Кржижановского, неизменно возникает образ на редкость цельного человека: в жизни он свободен от всякой накипи мещанства; в работе ему Ш

чужды зазнайство и бюрократизм; он прост и общителен, образован и культурен, отзывчив и всегда готов поддержать все новое, прогрессивное; он внимателен к молодежи и постоянно идет ей навстречу; он близок к образу человека, который будет жить при коммунизме. Глеб Максимилианович и сам сознавал эти свои качества. Мне вспоминается, как в 1931 г., в его кабинете в Энергоцентре он в минуту задушевной откровенности сказал мне: — Эх, Юрий Николаевич, рано мы с тобой родились... Я, разумеется, понимал, что меня он взял в компанию из скромности, не желая сказать «я». Глеб Максимилианович задумался и затем добавил: — Видимо, мы слишком интеллигенты, много рассуждаем. Теперь нужны люди другого порядка, с более узким лбом, которые могут лишь рапортовать: «Ваше приказание исполнено! Какие будут еще поручения?» Излишняя резкость этих слов выражала всю горечь и досаду Глеба Максимилиановича. Он остро переживал свой вынужденный уход из Госплана. Невольно пришла на ум концовка письма Сталина о плане ГОЭЛРО, где говорилось о «профессорской импотентности» и о необходимости влить в Госплан людей, работающих по принципу «о выполнении доложить» и т. д. Во время беседы Глеб Максимилианович мысленно проводил параллель между руководством Ленина и Сталина. Все его внутреннее «я» болыпевика-ленинца, весь его интеллект человека завтрашнего коммунистического дня возмущались и протестовали против того, что теперь мы называем «культом личности Сталина». Глеб Максимилианович обладал исключительно счастливой особенностью — он был всегда живой, деятельный, как будто носил в себе громадный заряд энергии во много «миллиардов электроновольт». Его энергия била неиссякаемым ключом. Принимаясь за какое-либо дело, он увлекался, загорался и, как вулкан, извергал огонь и лаву своей кипучей деятельности. Он был подвижен и энергичен, когда работал в кружках с В. И. Лениным, был полон неиссякаемой энергии в Самаре, когда создавал организацию «Искры» и уста¬ 245

навливал связи, добывал деньги, получал и рассылал нелегальную литературу и т. д.; он поражал своей энергией, настойчивостью и гибкостью, необходимой для коммерческого директора строительства Богородской торфяной электростанции, когда добивался прокладки трассы линии электропередачи через земли частных владельцев; он весь отдавался работе но составлению плана электрификации, плана ГОЭЛРО, и в тяжелейших условиях в очень короткий срок — за девять месяцев обеспечил глубоко научную разработку первого в мире плана хозяйственного развития; он весь искрился и сверкал, покоряя пафосом и энтузиазмом не только своих сторонников, но и своих противников, когда в стремительном подъеме, в ярких, образных речах отстаивал какую-либо новую идею о направлении хозяйственной деятельности страны; и вся эта клокочущая энергия, все это внутреннее горение, как в зеркале, отражались в его выразительных, живых, всегда горящих и умных глазах. Какой-то неистощимый запас молодых живительных сил заключался в этом замечательном человеке. И удивительнее всего, что этот молодой задор сохранился в нем до глубокой старости, до последних дней жизни. Когда-то Гоголь в «Мертвых душах» призывал людей беречь в себе все лучшее, что было у них в душе в юности: «Забирайте же с собою в путь, выходя из мягких юношеских лет в суровое ожесточающее мужество, забирайте с собой все человеческие движения, не оставляйте их на дороге, не подымете потом!» Нет, ничего не оставил, не растерял Глеб Максимилианович из юношеских своих порывов. И в зрелые годы, и в старости он был живой, энергичный, порывистый, стремительный. Он сохранил и унес в свою старость энергию, энтузиазм, пафос, молодой задор. Краткую, но очень точную характеристику Глеба Максимилиановича, выраженную в нескольких телеграфных строках, дала А. М. Коллонтай 23 января 1952 г.: «Ваше вчерашнее выступление по радио о Владимире Ильиче как всегда взволновало и- обрадовало меня. Вы создаете такой живой образ, яркий и простой. Я все еще понемногу работаю. Оказывается мы с Вами родились в тот же самый год, а я-то думала, что Вы много моложе меня, такой Вы всегда молодец! И сколько у Вас 246

было всегда энергии, чем восхищался и Владимир Ильич» 15. А в это время Глебу Максимилиановичу исполнилось 80 лет. До последних дней своей жизни он сохранил живость ума, работал и интересовался всеми вопросами бурно бегущей вперед жизни. Жизнь этого замечательного человека, стойкого коммуниста, соратника, друга и товарища великого Ленина, ученого инженера^энергетика, поистине жизнь-нодвиг оборвалась 31 марта 1959 г. Советский народ будет всегда помнить и чтить Глеба Максимилиановича Кржижановского. 15 Архив Музея революции, № 28872/249.

Оглавление Предисловие академика С. Г. Струмилина 5 Глава 1. Семья, детство, начало революционной деятельности 9 Глава 2. Инженер-большевик 35 Глава 3. Энтузиаст использования торфа и строительства районных электростанций 67 Глава 4. План ГОЭЛРО 77 Глава 5. „Измена“ торфу . . . 115 Глава 6. Теоретик и организатор социалистического планирования 127 Глава 7. Выполнение плана ГОЭЛРО 173 Глава 8. Г. М. Кржижановский и наука 189 Глава 9. Человек будущего 232 Юрий Николаевич Флаксерман Глеб Максимилианович Кржижановский Утверэюдено Редколлегией научно-биографической серии Академии наук СССР Редактор Издательства Г. Н. Захаренко Художник Ю. П. Трапаков Технический редактор Н. Д. Новичкова Сдано в набор 2/Х 1963 г. Подписано к печати 21/XII 1963 г. Формат 84х1087з2- Печ. л. 7,75+7 вкл.=13,52усл. печ. л. Уч.-изд. л. 13,3(0,5 вкл.) Тираж 9500. Т-13666. Изд. № 1495. Тип. зак. № 2794. Цена 91 к. Издательство «Наука», Москва, К-62, Подсосенский пер., 21 2-я типография Издательства «Наука», Москва, Г-99, Шубинский пер., 10

ОПЕЧАТКИ Стр. Строка Напечатано Должно быть 38 14 св. икровцев искровцев 44 11 св. отъезда съезда 128 19 св. и все (и все 146 2 сн. находящегося находящимся 147 2 св. не имеющего не имеющим 156 4—5 св. партии Советов Ю. Н. Флаксерман