Глупое пари

Глава 2

Габриель расхохоталась над подобной причудой этой удивительной женщины:

- Ты когда-нибудь бываешь серьезной?!

Подняв глаза и по-прежнему сохраняя своё коленопреклоненное положение, Эйла поймала взгляд барда и, удерживая его, произнесла:

- Иногда, моя Королева, я очень, очень серьёзна! - низкий голос Эйлы вибрировал сквозь Габриель.

Воительница заметила, как тело барда реагирует на её ответ, и решила, что настало время сменить тему. Расправив ноги, она уселась поудобнее и скрестила руки на груди:

- А где ты научилась так хорошо рассказывать истории?! - Эйла наконец оставила в покое глаза Габриель и, взглянув в сторону, небрежно провела правой рукой по мускулам левой. Глаза барда автоматически проследили за этим движением. - Или ты самоучка?

Габриель улыбнулась и снова перевела взгляд на лицо Эйлы:

- Думаю, что самоучка, потому что я никогда не проходила какого-то формального обучения. Я участвовала в соревновании, которое проходило в Афинах, и беседовала со многими одаренными бардами. А так обычно, мой главный слушатель – Зена.

Эйла рассмеялась от души:

- О, могу себе представить, какая это требовательная аудитория. Теперь я не удивляюсь тому, что у тебя это так хорошо получается.

Габриель улыбнулась при мысли о Зене:

- Мда, всегда очень трудно добиться её реакции, но обычно она довольно отзывчива и поддерживает меня, - девушка начала рассеяно теребить подол юбки. - Но мне всё равно кажется, что её мало интересуют мои истории.

Эйла проигнорировала последний комментарий барда, но оставила его себе на заметку, в качестве полезной информации.

- Я и не ожидала меньшего от неё. Она – очень хороший человек, - убежденно произнесла Эйла, вставая с кровати. - Эй, мне кажется, что нам пора спуститься вниз. Ты не голодна?! - поддразнила она барда, протягивая руку, чтобы помочь ей подняться.

Габриель улыбнулась и приняла помощь Эйлы:

- Ты меня знаешь!

- Да уж. И мне нравится то, что я знаю, - Эйла помогла барду встать и, галантно склонившись в шутливом поклоне, жестом указала на дверь. - Ваша публика ожидает Вас, моя дорогая!

Габриель улыбнулась:

- Так ты меня совсем испортишь!

“Но, Габриель, именно этого я и добиваюсь! - Эйла широко улыбнулась, открывая дверь и пропуская девушку вперед. - Зена, ты мне всё упростила!” - подумала воительница и последовала за бардом.

В течение последующих нескольких дней Эйла рассказала Габриель всё, что она знала об Амазонках. Бард была настолько увлечена этими историями, постоянно требуя подробного описания всех, даже самых мелких и незначительных деталей, что напрочь забыла о пергаменте, который купила для неё Зена.

- Габриель, уже темнеет. Пожалуй, я лучше пойду, - произнесла Эйла, наблюдая уголком глаза за бардом и ожидая увидеть желаемый эффект. Она уже несколько раз ловила на себе взгляд Габриель и поняла, что почти завлекла её. Девушка декламировала свадебную церемонию Амазонок, о которой ей рассказала Эйла, когда заметила, что воительница собирается уйти. Того, как заиграли её мускулы, когда она выгнулась, вставая с кровати и распрямляя спину, было вполне достаточно, чтобы Габриель мгновенно потеряла мысль и забыла, о чем она только что говорила.

- Эйла, нет, не уходи! - выпалила Габриель.

Эйла замерла на месте, забавляясь про себя подобной реакции со стороны девушки:

- Нет? Это приказ?! - на её губах появилась шаловливая улыбка.

- Ой, прости. Я не хотела, чтобы это прозвучало так, - Габриель покраснела и опустила глаза. - Я просто имела в виду, что у меня ещё есть несколько вопросов к тебе. О свадебной церемонии.

Эйла опустилась на край кровати:

- Хорошо. И что ты хочешь знать?! - она заметила взгляд Габриель, сопровождавший её движение, и поняла, что её обольщение близко к успеху.

- Ну, ты так много знаешь про эту церемонию. Ты видела её или тебе просто рассказывали?! Мне до сих пор не удалось увидеть ни одной Амазонской свадебной церемонии, - краска ещё больше разлилась по щекам барда. - И я всё ещё не очень хорошо понимаю её.

Эйле стоило больших усилий сдержать улыбку, которая бы могла выдать её:

- Что ты имеешь в виду, говоря, что всё ещё не очень хорошо понимаешь её?!

Габриель по-прежнему не решалась взглянуть на воина:

- Ну… просто всё как-то по-другому. Я знаю, что Амазонки не живут с мужчинами так, как это делают другие. Ещё я знаю, что они посещают мужчин из соседних деревень только в весеннее солнцестояние, но... - голос Габриель оборвался. Она всё больше и больше нервничала из-за темы разговора.

- Габриель, всё в порядке. Ты и не можешь знать о подобных вещах. Ты ведь не была рождена Амазонкой и не росла в их деревне, - Эйла жестом предложила барду сесть на стул, стоящий рядом с открытым окном, через которое уже начинал проникать лунный свет.

- Я объясню тебе то, что смогу. А ты останови меня, если я начну говорить о чем-то, к чему ты ещё не готова.

Габриель подошла к стулу и села, всё ещё не в силах встретиться взглядом с Эйлой.

- Ну, хорошо. Габриель, ты ведь знаешь, что когда мы растем, у каждого из нас есть подруги? - Эйла сделала небольшую паузу, позволяя барду ответить. Воин знала, что ей нужно действовать как можно медленнее и предельно осторожно. Успех её замысла во многом зависел от реакции Габриель на обсуждение затронутой темы.

Девушка кивнула в знак согласия, и Эйла продолжила:

- Обычно девушек из внешнего мира приучают к мысли, что они должны находить парней и мужчин более привлекательными, чем своих подруг. Ну, а Амазонки верят в то, что это идет в разрез с естественной женской природой. Они верят в то, что могут быть связаны более тесными и сильными узами с другими женщинами, которые разделяют с ними общие интересы, ход мыслей и представление о жизни, чем с мужчинами, которые так не похожи на них, - Эйла снова остановилась, наблюдая за Габриель перед тем, как продолжить. - Амазонка предпочитает провести свою жизнь с другой женщиной. Обычно они находят свою избранницу, будучи ещё молодыми женщинами, и свадебная церемония – это их инициация во взрослую жизнь. Эти женщины разделяют всё, Габриель. Они могут умереть друг за друга.

Дыхание барда на секунду остановилась при мысли о возможности провести всю жизнь с другой женщиной. Она посмотрела в окно, её лицо осветила луна. Мысли барда перенеслись к Зене и к тем дням, которые они провели вместе.

- Я бы умерла за неё, - тихо прошептала она.

Эйла заметила, что её слова глубоко тронули девушку, и сделав глубокий вздох, она начала расставлять следующую ловушку:

- Габриель, я знаю об этом, потому что сама была обручена с Амазонкой. Её звали Меланипп, - Эйла замолчала и опустила голову.

Габриель напугано уставилась на неё. Её мысли о Зене моментально растворились. Она и представить себе не могла, что Эйла была с другой Амазонкой:

- Эйла, - позвала она воина, вопросы роем кружились в её голове. Но в следующий момент она заметила, как тихо вздрагивают сильные плечи воина. - Эйла, - Габриель вскочила со стула и бросилась к ней. Она обхватила плечи воина и заключила её в свои объятия.

- Прости, - рыдала воительница, пряча лицо в ладонях. - Я так скучаю по ней.

Габриель ещё крепче прижала к себе плачущую женщину.

- Эйла, я не знала, - сердце барда разрывалось от боли при виде безутешного воина. Слезы текли ручьями по щекам Эйлы. Габриель села рядом с ней, продолжая по-прежнему удерживать её в своих руках.

- Ты можешь рассказать мне о ней, если хочешь.

- Я не могу, - прошептала Эйла, пытаясь восстановить дыхание. Тысяча мыслей пронеслись в её голове, когда она позволила Габриель успокаивать себя. Всё шло именно так, как она и планировала. - О... я не очень хорошо себя чувствую… лучше мне уйти …

- Нет, ни в коем случае, - Габриель вскочила с кровати и преградила ей путь. - Эйла, ты никуда не пойдешь в таком состоянии. Тебе надо просто успокоиться, поэтому марш обратно на кровать, - произнесла командным голосом Габриель. - И это ПРИКАЗ твоей Королевы.

- Но... - запротестовала Эйла. - Где же тогда будешь спать ты?! Я не могу согнать тебя с твоей же кровати.

- Она достаточно большая и выдержит нас обеих, - Габриель встала на колени и начала расшнуровывать ботинки воина. - Это не подлежит обсуждению!

Эйла вытерла слезы, глядя сверху вниз на барда:

- Ну, хорошо, если ты настаиваешь…

- Так-то лучше, - Габриель удалось наконец-то снять её ботинки. Она встала:

- Вот и хорошо, а теперь двигайся туда и ложись.

Эйла смиренно подчинилась инструкциям барда и вытянулась на кровати, в то время как Габриель начала снимать собственную обувь.

- Спасибо тебе, Габриель, - еле слышно прошептала Эйла.

Девушка обернулась к ней и тепло улыбнулась:

- Эйла, всё в порядке. Я просто не хочу, чтобы ты была одна в такой момент. Тебе нужен кто-то, кто бы мог позаботиться о тебе, - Габриель скользнула под одеяло, устраиваясь рядом с воином.

Эйла тяжело вздохнула и легла на бок, повернувшись к барду спиной. Она победно улыбнулась, продумывая последний шаг ночного обольщения.

- Габриель.

- Да, Эйла?!

- Ты бы не могла обнять меня?! Я чувствую себя такой одинокой... - Эйла с трудом подавила улыбку в своем голосе при мысли о том, как гладко всё складывается.

- О, Эйла, мне так жаль... - Габриель начала тихо плакать, когда представила себе, какие сильные страдания должна была испытывать воительница. - Конечно, конечно…

Девушка повернулась и, обхватив Эйлу руками, прижалась к телу “опечаленной” женщины. Воин глубоко вздохнула, почувствовав тепло тела Габриель рядом со своим собственным.

- Спасибо, Габриель. Это так…

- Всё хорошо… спи, дорогая... - прошептала Габриель ей на ухо.

Бард провела остаток ночи, пытаясь уснуть, но её тело каким-то странным образом реагировало на женщину, мирно спящую в её объятиях. Габриель понимала, что многое изменилось, но она была в полной растерянности и совершенно не представляла, что с этим делать.

Эйла точила лезвие своего меча, и на её лице красовалась довольная улыбка. Повторяя эту процедуру уже бессчетное количество раз раннее, она могла позволить себе немного отвлечься и погрузиться в воспоминания так быстро пролетевшего месяца. Она потратила не мало времени, чтобы досконально изучить все маленькие хитрости и уловки, которые давали ей возможность завоевать сердце практически любой женщины. Длинные интимные беседы, невинные прикосновения всего лишь кончиков пальцев к оголенным участкам тела и убеждение женщины в том, что ей “действительно” нужно. Этого было вполне достаточно, чтобы завлечь почти любую женщину. И Габриель была не исключением.

Оставалось всего два дня до возвращения Зены и до истечения срока пари. Эйле удалось значительно ослабить уверенность барда в себе той ночью, которую они провели вместе в постели Габриель. Хотя между ними ничего не было, и Габриель была уверенна в том, что Эйла спит, она не спала. Она лежала и прислушивалась к тому, как нервно ворочается Габриель, распираемая непонятными для неё ощущениями. Эйла прекрасно запомнила, с какой нежностью девушка прикасалась к её коже. Смелость барда удивила даже её. Воину понадобилась вся её выдержка и сила воли, чтобы не взять её прямо там. Но она понимала, что время ещё не настало. Эйла, вздрогнула, вспомнив, как возбужденно звучал голос Габриель, когда она наивно спрашивала её об особых отношениях, которые могут связывать двух Амазонок. Яркий румянец, покрывший щеки девушки, ясно свидетельствовал о том, какой интерес она проявляет к этому вопросу. И Эйла утолила её любопытство, описав самые интимные секреты Амазонок их Королеве. Похоже, Мелоса и Эфини были очень осторожны, не посвятив Габриель в подобные вещи и не показав ей разницы между внешним миром и миром Амазонок. Эйла усмехнулась при мысли о том, как они опекали эту девушку.

- Хорошо, что их здесь нет, - вздохнула Эйла, соблазнительно пробегая пальцами по окружности своих грудей. - Скоро, моя Королева, скоро... - мысли Эйлы вернулись к чувственным, полным губам и мерцающим изумрудным глазам барда. - Скоро я покажу тебе, что значит быть Амазонкой.

Эйла, зная, что Габриель занята со своими свитками, закупила спиртного и провела весь полдень, пьянствуя с местными и приезжими торговцами. Не сознавая этого, они должны были стать частью её плана соблазнения барда. С её легкой подачи все торговцы в один голос вдруг начали говорить о прекрасной, светловолосой сказительнице, которая остановилась в их городе, и о том, что её непременно нужно убедить выступить и поведать им историю об осаде Трои. Эйла знала, что Габриель не сможет отказать им в рассказе о группе Амазонок, которые яростно сражались, принимая участие в блокаде. Ловушка была расставлена, и всё, что оставалось делать Эйле – это ждать, когда бард попадет в неё.

- Расскажи нам о Трое! - раздался голос в толпе, когда Габриель поднялась на сцену. Она улыбнулась, почувствовав поддержку оживленной публики. Её никогда не переставало удивлять то, с каким восторгом её окружали люди, желая услышать её истории.

- Да, расскажи нам, как Троянцев заманили в ловушку! - раздался другой голос, перекрикивающий шум возбужденной толпы.

Эйла сидела за одним из столов, держа в руке кружку пива. Она улыбнулась, узнав голоса тех мужчин, с которыми она беседовала с утра. Габриель подняла руки, пытаясь успокоить толпу, но прошло несколько минут, прежде чем все люди расселись по местам и замолчали:

- Хорошо, хорошо. Я поняла, что вы хотите услышать о Трое, и я думаю, что это замечательное предложение. С этого рассказа я, пожалуй, и начну сегодня.

По толпе пронесся одобрительный ропот, и Габриель начала красочно описывать знаменитых героев и героинь Троянской войны.

- А теперь, добрые люди, послушайте рассказ о Пентесилии, - толпа затихла, загипнотизированная голосом барда. - Рассказ о великой и благородной Амазонской воительнице, которая вместе с двенадцатью другими храбрыми Амазонками чуть не изменила исход битвы в пользу Трои…

Примерно через час рассказ Габриель достиг своего апогея:

- …Увы, Пентесилия осталась с Ахиллом один на один. Её подруги-Амазонки сражались очень храбро, но пали в бою. Каждая из них одолела большое количество врагов, но, значительно уступая им в численности и будучи преданными Артемидой, они были убиты одна за другой…

- Н-Е-Т! - раздался душераздирающий вопль, эхом разнесшийся по всему залу. Тишина поглотила толпу, каждый из слушателей удивленно оглядывался по сторонам в поисках источника подобного звука.

Эйла стояла в углу зала, и её лицо было искажено мучительной болью. Она ухватилась руками за край стола, за которым сидела ещё секунду назад, и так сильно сжала его, что костяшки её пальцев побелели от нечеловеческих усилий. Габриель, встревоженная, вскочила со своего стула и сделала шаг в сторону воина:

- Эйла?!

- Нет! Габриель, я предупреждала её… Я говорила ей не ходить… Это было самоубийством! - Эйла закрыла глаза и, с силой подняв над собой стол, с размаху швырнула его в ближайшую стену. Тяжелый стол разлетелся на щепки, заставляя полупьяных мужчин в страхе разбежаться в стороны, в поисках более безопасного места.

- Эйла… Что?! - Габриель приблизилась к Амазонке, но остановилась, потрясенная яростью воина. Внезапно лицо барда озарил понимающий взгляд. - Эйла, о, нет… Ты ведь не хочешь сказать, что …

Плечи воина тяжело вздымались при каждом вздохе, она повернулась к Габриель, казалось, её раздирали противоречивые чувства, печаль и ярость сменяли друг друга на её лице:

- Да… Меланипп… она… она… была там.

Из её груди вырвалось яростное рычание, которое заставило содрогнуться стены. Люди налетали друг на друга, пытаясь отскочить подальше от её бешеной ярости, когда она разъяренная двинулась к двери.

- Нет! Эйла, не уходи... - кричала Габриель вслед взбешенной женщине, прокладывая путь сквозь толпу испуганных людей.

Габриель была единственным человеком, который пытался догнать разъяренную женщину. Все остальные, напротив, двигались в противоположную сторону, мешая барду передвигаться. Как бы отчаянно не боролась Габриель с испуганной толпой, она так и не смогла достичь Эйлу, прежде чем та вылетела из дверей таверны, исчезая в поглотившей её темноте ночи. Бард застыла на пороге, по её щекам ручьём текли слезы. Она попыталась восстановить дыхание и тщательно прислушалась, надеясь, что хоть какой-то отдаленный звук позволит ей определить направление движения обезумевшего от горя воина. Несмотря на эмоциональный шок, которому она себя намеренно подвергла, Эйла понимала, насколько важно было для неё не потерять Габриель, поэтому она специально создавала как можно больше шуму, чтобы барду было легче следовать за ней. А Габриель, жаждущая услышать хоть какой-нибудь звук, даже не стала задумываться над тем, что настоящая Амазонка не стала бы создавать столько шума, если бы только не хотела на самом деле, чтобы её обнаружили. Обе женщины пересекли всю деревню. Эйла вела Габриель к опушке леса. Бросив быстрый взгляд назад и убедившись в том, что бард по-прежнему продолжает преследовать её, Эйла исчезла в зарослях деревьев.