Горячий отпуск для булочки

ГЛАВА 13

Гордей

Три месяца спустя…

Я волнуюсь! Черт возьми, я как будто попал снова на выпускные экзамены! Ладошки потеют, сердце заходится, пульс шкалит.

Именно сейчас решается очень многое! Вся моя жизнь встала на паузу. Ничто не имеет смысла.

Пока я не узнаю… пол моего ребенка!

— Та-ак… — Врач осторожно водит датчиком по животику моей любимой.

Я, затаив дыхание, смотрю на экран монитора. До сих пор не верится, что мы с Машуней станем родителями. Это настоящее чудо…

— Так-так, отлично, сердцебиение слышу прекрасно, — врач тепло улыбается нам обоим. — А тут у вас… мальчик получается!

Ого! Пацан!

— Отличная новость, — улыбаюсь сам себе, прячу потные ладошки за спину, — я старался изо всех сил!

— А девочка тебя не устраивает? — вдруг недовольным голосом интересуется моя любимая.

Я понимаю — риск провала слишком велик. Во время беременности Маша стала очень эмоциональной: иногда кажется — перед тобой пушистая зайка, а спустя минуту — уже свирепая львица.

Но всё равно безумно ее люблю и готов исполнить любую прихоть.

Младший брат Денис вечно смеётся надо мной, называет подкаблучником. Ну да пусть, посмотрим ещё, как запоёт, когда встретит девушку своей мечты. Тогда уже посмеюсь я!

— Я голодная, — тихо ворчит Машуля, выходя из кабинета врача.

— Давай перекусим, солнышко, — ласково прижимаю ее к себе.

Мы спускаемся на первый этаж. Помогаю невесте надеть пальто. На улице уже осень.

— Маша?! Дочь?!

Вдруг резко останавливаемся: прямо возле дверей стоит женщина в дорогой одежде, ухоженная, строгая прическа аккуратно уложена.

Только глаза полны грусти. Хмурюсь.

Мы с Машуней вместе уже четыре месяца, а ее мать даже не интересовалась здоровьем дочери.

— Как ты, дорогая? — цокая каблуками, мать Маши подходит к нам, — Гордей? Приятно познакомиться, я…

— Я знаю, кто вы, — отрезаю.

После того, как Машу выписали, она подала заявление на попытку изнасилования. Ее бывший все отрицал. Его осудили, ведь на стороне моей булочки были лучшие юристы семьи Деминых.

Заодно Маше выплатили все деньги, которые они собирали на квартиру. Ее законную половину и еще кругленькую сумму за моральный ущерб. Она ведь чуть не потеряла малыша.

А вот ее мать повела себя странно. Долго кричала в трубку на Машу, а потом и вовсе пропала.

И вот, объявилась.

— Мы можем поговорить где-нибудь в спокойном месте? — она заламывает пальцы, — я хотела бы извиниться перед дочерью.

— Тебе это нужно, милая? — прижимаю булочку к себе.

— Хорошо, мам, — кивает Маша, — давай поговорим.

Мне это не нравится. Я буду следить за поведением этой женщины.

Размещаемся в кафе напротив больницы. Маша очень напряжена. То и дело поглаживает животик. Беременность протекает гладко, но врач сказал не волноваться.

Из-за угрозы выкидыша моя булочка на особом контроле. Мне было четко сказано: исключить любые стрессы.

— Значит, вы женитесь? — с улыбкой спрашивает женщина, увидев кольцо на пальце дочери, — признаться, я очень удивилась, что сын самого Демина полюбил мою дочь.

Напрягаюсь. При чем тут отец?

— Да, мам. Мы женимся, — сдержанно кивает моя невеста.

— Торжество уже организовали? — оживляется.

— Почти, — отвечаю.

Наша свадьба через неделю. Все уже готово, вопросом занялась моя тетушка Елизавета — сестра отца.

— А цветочки выбрали? Наша компания могла бы сделать солидную скидку, — она суетится, достает визитку и кладет на стол.

— Так вот, в чем дело, — горько усмехается Маша, — ты узнала, кто такой Демин? И решила нажиться на моей свадьбе?

— Нет, Маша, я просто деловая женщина. Хочу помириться с тобой и заодно предложить свои услуги. Вы же знаете, как тяжело найти ответственного поставщика…

— Уходи! — твердо говорит моя булочка, — я не хочу тебя видеть. И визитку свою забери!

— Маша! — возмущается та, — я твоя мать и ты не имеешь права орать на меня!

— Имею! Потому что не хочу тебя видеть. Я жду малыша и мне нельзя нервничать. Увидев тебя, я подумала, что ты, возможно, хочешь наладить отношения. Но ты… — моя девочка жестко смотрит на мать, — просто решила использовать меня. Не будь это Демин, ты бы даже не подумала навестить нас с малышом.

— Это не так!

— Так — усмехается Маша, — так что убирайся. Я не хочу тебя больше видеть.

— Как знаешь, — женщина вздергивает подбородок, берет визитку, кладет в сумку, — когда этот мажор тебя бросит, не беги ко мне плакаться!

И уходит из кафе.

— Машуня, — обнимаю свою девочку, но моя булочка с корицей вдруг ластится ко мне.

Не плачет и не грустит. Она улыбается.

— Я знала, что она такая, Гордей, — Маша накрывает мою щеку ладонью, — это не стало для меня откровением. Но я до последнего думала, что она может одуматься и хотя бы попытаться. Я ведь ношу ее внука. Но теперь эта дверь закрыта.

— Я люблю тебя, Машуня, — мурчу ей в губы, — моя семья — твоя семья.

— Я знаю, — моя девочка улыбается, берет меню, — нам с малышом срочно надо подкрепиться.

А я смотрю на свою малышку и все вновь убеждаюсь в том, как сильно ее люблю. И сделаю все, чтобы моя булочка и наш сын были счастливы.