Хозяин леса

Глава 15 Ловушка на медведя

Интерлюдия. Элсин Бьер и лучший день в его нежизни

Он позволил себе непростительную, невероятно долгую заминку. Когда Игнис начала оседать на пол, Элсин как раз ставил сумку с последними пятью дозами «эликсира молодой весны» на столик для писем в прихожей, и въевшаяся привычка к осторожному обращению с зельями не дала просто бросить его и рвануть вперед, подхватывая жену. Он позволил ей упасть, не успел сразу переключиться в режим «растянутого времени», когда накачанная Смертью до отказа нервная система начинала работать как можно быстрее, разгоняя немертвое тело. Влад начал сползать рядом по стене — медленнее, чем Игнис. Либо более крупный организм оказался менее восприимчив к яду, либо Влад успел воспротивиться ему как маг Жизни. Хорошо, если последнее. Но даже если первое, Элсин ничем не мог ему помочь. В доме был другой некромант — воздушный яд, скорее всего, нейропаралитический, судя по скорости и полноте воздействия, указывал на это почти со стопроцентной надежностью. Другой боевой некромант. Элсин его проморгал. Если яд летальный, Игнис мертва. У Влада шанс есть, но только если он справится самостоятельно — благодаря тому же трюку, что помог ему обезвредить яд, предназначенный для студентов-третьекурсников.

А у Элсина другая задача.

Уничтожить некроманта, чтобы а) отомстить, б) тот не добил Влада, если он все же выживет, но не сможет сразу призвать Огонь.

Элсин направился в гостиную. Миновал Влада, прислонившегося к стене и очень медленно опускающегося на пол. Аккуратно перешагнул тело Игнис. Порог. Некромант, весь затянутый в черную кожу, в капюшоне, ждал в кресле, но вскочил и шагнул навстречу Элсину. Маленький, легкий. Женщина, кажется. Глерви? Мелковата и одновременно тяжеловата. Или нет? С учетом изменения его собственного роста?

Они встретились почти ровно в центре гостиной. Сцепились. Элсин сразу попытался сломать гостье позвоночник и оторвать голову, но она вывернулась из захвата, неожиданно ловко перекинула его через плечо. Почти наверняка Глерви, вероятность как минимум шестьдесят процентов. Даже при усилении мышц нужен большой опыт, чтобы бросить так мужчину крупнее себя с более длинными конечностями.

Он приземлился в перекат, врезался в стол. Тот взорвался ошметками деревяшки, которые неторопливо полетели в разные стороны. Элсин выхватил из воздуха одну и запустил во врага. Женщина увернулась, деревяшка воткнулась в стену, порвав обои. Должно быть, штукатурка под ними пошла трещинами.

Элсин снова пошел в атаку, теперь снизу, рассчитывая, что более маленькая противница этого не ожидает. Так и вышло: ему удалось сбить ее с ног, но она не дала подмять себя под его тело и повторить попытку оторвать ей голову, рванулась прочь. Он попытался оторвать или выломать руку — тоже не вышло, хотя пара пальцев в его ладони издала странный скрипучий звук растянутого во времени щелчка. Гостья запрыгнула на кресло, побежала по стене, пытаясь зайти с другого бока — думала, обойдет его за счет скорости? Не сегодня.

Что-то захрустело под ногой — тарелки, столовые приборы. Дора Амундс, похоже, ждала их к столу. Элсин сразу сказал, что ему столовый прибор можно не ставить, достаточно чайной чашки (немертвые пьют — надо же пополнять запасы воды!), но она упрямо накрывала на троих. Живы ли они с мужем?

Впрочем, эта мелькнувшая мысль не помешала ему поставить серию блоков против ударов некромантши, которая решила перейти в наступление. Затем Элсину удалось переломить ход боя и пойти в атаку третий раз.

Они немного потанцевали на близкой дистанции. Теперь уже запястье Элсина оказалось вывихнуто — неприятно, но не критично. Глерви. Точно. Если бы у Элсина было его старое тело, он бы узнал раньше. Но, во-первых, она почему-то добавила себе массы, во-вторых, теперь соотношение ростов между ними поменялось, раньше она была лишь ненамного ниже его, теперь — намного. Даже с его способностями сделать поправку сложно, особенно в относительной спешке боя. Да и мыслить по-настоящему ясно он не мог. Как можно мыслить ясно, когда Игнис…

Игнис — почти наверняка жива! Если это Глерви. Ройга не стала бы убивать случайных свидетелей! Даже если бы узнала Влада и решила любой ценой вывести его из строя, ни за что не сочла бы стихийную магичку и ни в чем не повинных слуг приемлемым «побочным ущербом». Ройга цинична до крайности, но честна, законопослушна (в известных пределах) и не утратила человечности, что бы сама о себе ни думала.

Поняв это, Элсин понял и то, что драку пора прекращать, пока кто-нибудь из них не нанес другому неприемлемых повреждений. Он резко отпрыгнул назад, разрывая дистанцию. Его противница сделала то же самое — насколько позволяла ширина небольшой гостиной, теперь разнесенной в хлам. Медленно-медленно потянулась к завязкам капюшона.

Элсин вывел себя из ускоренного режима — очень вовремя, а то уровень Смерти в организме начал слегка проседать. Совсем слегка, и все же ускоренный режим нельзя выдерживать долго: пришлось бы прекратить еще минуты через три субъективных (несколько секунд объективных). У Глерви пропускная способность гораздо меньше, она, должно быть, уже выдохлась. И знает, что он это знает.

Женщина дернула завязки, скинула капюшон, опустила тканевую маску, закрывающую рот. Рыжие волосы заблестели на ярком вечернем солнце, заглядывающем в окно. Точно Ройга. Можно самую чуточку отпустить самоконтроль.

— Что ты сделала с моими женой и учеником⁈

Женщина насмешливо изогнула губы, приоткрыла рот, чтобы что-то сказать — и тут же по комнате прокатилась волна огня.

Даже Элсин ощутил приступ паники: огонь для некроманта — самое худшее, главный враг. Однако его не опалило, только воздух рядом с лицом немного потеплел. Влад! Освоил-таки! Удаленный вынос зоны контроля! Какой молодец!

Элсин почувствовал необъяснимый прилив гордости: он не имел никакого отношения к обучению Влада магии Огня, даже Игнис ему помогала постольку-поскольку. Это он все сам.

Вспышка погасла. Глерви стояла напротив, потрясенная, перепуганная — в отличие от Элсина, она ничего не понимала.

Затем опытная следачка приняла то единственное решение, на которое она постоянно натаскивала Элсина в годы его практики у нее под крылом: в любой неясной ситуации — делай ноги!

Некромантша метнулась к окну — и вынуждена была отступить, потому что на ее пути вспыхнула стена огня. Более того, эта стена принялась медленно наступать на магичку.

Ройга сделала правильный вывод: тоже медленно попятилась от огненной преграды и остановилась, когда Огонь остановился тоже. После чего языки пламени немедленно заключили некромантшу в кольцо — и опали. Теперь они поднимались до уровня ее колен, причем горели, не оставляя на ковре в гостиной явно видимых следов.

— Что… что… что… — бормотала Ройга, панически оглядываясь.

Из коридора появился Влад, держа в руках пестрое птичье тельце. Зурро! Как же Элсин умудрился о нем забыть⁈

— Игнис жива, спит, — сказал его ученик. — Яд был неопасен. Для человека. Но вот твой попугай…

Если бы был живым, Элсин почувствовал бы, как у него покрылось льдом сердце. Вместо этого он ощутил приступ леденящей ярости и чуть было не шагнул в огонь, чтобы вырвать сердце уже Ройге. Для начала.

— Да жив он, жив! — Влад, похоже, что-то увидел у него на лице. — Но я успел в последний момент. Сейчас, долечиваю.

— Крылан! — вдруг сообразил Элсин. — Глинка!

— Блин! — Влад, похоже, не знал, срываться ему на поиски зверька или уже поздно.

— Если вы о летучей мыши, то я выставила клетку с ней на задний двор, — хмуро сказала Глерви. — Я не живодерка. И попугая я твоего пальцем трогать не хотела! Откуда я знала, что вы его где-то прячете⁈ И… что тут вообще происходит⁈ Как⁈ Откуда огонь⁈ Вилад — чем ты лечишь Печеньку⁈

Ага, то есть это Глерви подучила студентов так звать Зурро?

— Магией Жизни, — сказал Влад. — Видишь ли, я идеальный маг Огня. Что на сдачу дает мне слабый дар Жизни и слабый дар Смерти. Да, сказочка. Да, не хочешь — не верь.

С этими словами языки огня вокруг Глерви взвились примерно до ее талии — и тут же снова опали по колено.

Старая подруга Элсина изумленно приоткрыла рот — и тут же начала дико хохотать.

Не ожидая, пока у Глерви кончится ее истерика, я сказал Бьеру… нет, уже точно Элсину, даже про себя, чтобы не путаться с этими парными фамилиями:

— Занеси Игнис, положи на диван, что ли. Я не стал ее будить, сейчас закончу с Печ… с Зурро то есть — и займусь.

— Хорошая идея, — кивнул некромант.

Игнис он внес в комнату так бережно, как будто она была фарфоровой.

— Сколько тебе еще нужно времени на Зурро?

— Минут пять, — пожал я плечами.

— Тогда пойду поищу Амундсов и горничную, заодно Глинку проверю.

Глерви уже отхохоталась и с интересом прислушивалась к нашему разговору.

— Слуги в кухне, я их сидя на лавке пристроила, — сказала она. — Это «пудра Коллантаса», даже в их возрасте проблем быть не должно.

— Да, она довольно щадящая, — кивнул Элсин. И добавил специально для меня: — Не совсем тот токсин, который мы используем для студентов, но «пудра Коллантаса» входит в его состав. Глерви действительно постаралась.

— Значит, хорошо, что ты не оторвал ей голову, — заметил я.

— Как оторвал бы, так и пришил бы, — пожал плечами Элсин. — А вот где ей стоит радоваться, что я ее сразу примерно наполовину узнал. Иначе попытался бы не оторвать ей голову, а размозжить.

— У тебя не получилось бы, малыш, — хмыкнула Глерви.

— Да? — приятным, полным интереса тоном спросил Элсин. — Ты уверена?

И я как-то сразу понял, что вполне могло бы и получиться. И Глерви, кажется, тоже как-то сразу это поняла.

— Откуда ж я знала, что ты успел жениться на Метелице! — воскликнула она. — И что ты… так покровительственно относишься к Виладу! Я, признаться, думала, что это он тебя контролирует!

— Что он как-то заставил меня нарушить Кодекс и не самоуничтожиться? — ухмыльнулся Элсин. — Например, умудрился переписать мои закладки. У меня мелькнула мысль, что ты могла так подумать.

— Именно! Откуда же я знала, что он идеальный маг Огня! Конечно же, ты и за обычных своих учеников горой, а уж за такого — мертвой хваткой… прошу прощения за каламбур.

Я невольно ощутил в Глерви родственную душу.

Элсин покачал головой.

— Ладно, пойду все-таки проверю стариков. Объясняйтесь. Ройга, не знаю как, но тебе придется убедить Влада, что ты нас не выдашь. Или порежем тебя на кусочки, положим в ящик и отправим королевской почтой в Академию. Когда вскроют, тогда вскроют.

Глерви картинно надула губы — шикарные, между прочим, губы, покрытые блестящей алой помадой, которую она как-то умудрилась не смазать — и пожаловалась:

— А такой был милый мальчик! Но связался с дурной компанией — и где вся твоя вежливость?

— Не люблю, когда травят мою семью, — довольно холодно проговорил Элсин. — Или отправляют моего друга в вольер с воронами, где он медленно погибал от истощения! Вместо того, чтобы позволить ему спокойно жить в привычной клетке в привычном кабинете.

— Что⁈ — воскликнула Глерви. — Ты про этого красно-синего ублюдка? С чего ты взял⁈ Найни сказал, там ему лучше! Сказал, он стайная птица, ему нужна компания! И что я его слишком раскормила, пока он жил у меня, ему, мол, похудеть надо! Его служители должны были отдельно кормить!

— Вот как, — сказал Элсин.

— Да! Я его, между прочим, навещала каждый день! Печеньки контрабандой проносила!

К счастью, в этот момент попугай под непрерывным потоком Жизни, направленным на его голову, все-таки вышел из коматозного состояния и встрепенулся у меня в руках. Повертел головой — и, игнорируя Элсина, перепорхнул из моих рук прямо на плечо к Глерви, потерся головой о ее щеку.

— Ройга? Печенька? — льстивым тоном спросил попугай.

Элсин ощутимо расслабился. Покачал головой, полез было в карман, но вовремя вспомнил, что все печенье мы скормили его птицу во время внеплановых кормежек.

— Сейчас я все-таки на кухню, — сказал он. — И заодно что-нибудь вкусненькое…

Но Глерви уже вытащила из карманы галету и протянула попугаю. Тот благодарно клюнул сухое тесто.

Я мог только закрыться фейспалмом.

— Ну вот и твой поручитель, Глерви, — фыркнул я. — Ладно. Сейчас уберу огонь, но не пытайся бежать — сожгу. Спокойно садись в кресло — и давай поболтаем. В ногах правды нет.

— Смотря в чьих, — Глерви улыбнулась мне неожиданно соблазнительной улыбкой — и подмигнула.

Ого.

Это она что, тоже все еще помнит то предложение трехлетней давности — которое я очень хотел, но не смог принять?

Глерви сидела в кресле, потирая запястья, и многословно жаловалась на Элсина.

— Так жестоко дрался! Совсем не ожидала от него! Дважды чуть руку не оторвал!

— Ты меня реально пытаешься на жалость пробить? — усмехнулся я. — Ты же не чувствуешь боли!

— А вот и нет, — возразила Глерви. — Малыш Эл тебе разве не рассказывал? Большинство немертвых не отключает себе болевые рецепторы до конца — так можно какой-нибудь важной части тела лишиться и не заметить. Не говоря уже о том, что где боль, там и удовольствие… — она снова многозначительно мне улыбнулась.

— К удовольствию вернемся потом, — сказал я. — Или не вернемся. Давай по порядку. Как ты выследила Элсина и зачем?

— Ну, зачем — очевидно, — она приподняла брови. — Пришла навестить Печеньку перед занятиями, — она кивнула на попугая, все еще сидящего у нее на плече. — Его в вольере не оказалось. Я встревожилась. Спросила Найни. Он ничего не знал. Тогда я отменила пары и отправилась на поиски.

— Серьезно? — хмыкнул я. — Из-за попугая, который даже не твой?

— Интуиция, — пожала плечами Глерви. — Я сразу подумала: кому, кроме моей нежной фиалочки, была нужна эта птица? Да никому, даже Найни от этого баловня явно не в восторге. Мелькнула у меня мысль, что, может, Эл все-таки как-то сам из болота откопался. Решила, что хоть проверю.

— Если ты так переживала, то почему сама не попробовала его вытащить? — хмуро поинтересовался я.

— Эльфийские территории и тем более болота — не моя сильная сторона, — пожала она плечами. — Я ездила на фронтир, конечно, но в основном торговать с Метелицей вон, — она кивнула на лежащую на диванчике девушку, — или с другими добытчиками. Вот если бы Эл в городской сточной канаве утонул — другое дело… И потом, Найни заверил меня, что он берет сильный отряд. Я только месяц назад узнала, что он с одной этой девочкой, свежей выпускницей, ходил! Честно говоря, даже задумалась. То ли он придурок, то ли тайно Эла ненавидел?

Надо же, мысли у нас сходятся.

— И что решила в итоге? — спросил я.

— Пока расследую. Но я понимала, что по-любому уже поздно что-то предпринимать. Год прошел — никакого консерванта без подновлений не хватило бы. Печально, конечно. Но Эл не первый ученик, которого я теряю.

— Разве он твой ученик? Я думал, Трау — его наставник.

— Трау — его наставник. А под моим руководством он учился быть мужчиной… — Ройга хмыкнула. — В смысле, ловить бандитов. Ну, уж это он тебе рассказывал, вероятно.

Я кивнул. Рассказывал, хоть и скупо.

— Поэтому ты его называешь то малышом, то Элом, то нежной фиалочкой?

— Да, потому что это его бесит. Иногда, конечно, делаю исключение — когда у него тяжелый день, в основном… Хм. Я правильно понимаю, что он женился на Игнис Дагсен?

— Правильно.

— Ну и ну! — Глерви снова засмеялась. — Вот бы никогда не подумала! Хотя… — тут она задумалась. — На самом деле они неплохо друг другу подходят. Хотя так сразу и не скажешь. Она, конечно, не нежная фиалочка, но вполне себе… пряма, как тростник.

Я оставил это без комментариев. Сплетни — не самая сильная моя сторона, да и не хочу говорить в таких выражениях о друзьях. Но подумал, что в описании Глерви что-то есть. Хотя, конечно, Элсин, пробивающий кулаком потолок пещеры, в образе нежной фиалочки — это сильно.

— Ладно, не уводи в сторону, — сказал я. — В общем, ты проследила нас до города. Дальше что?

— Дальше я вас поймала на выходе из кабинета судьи Дагсена. Увидела с вами Игнис Дагсен. Я знаю, что она ученица мэтра Лири, который прошел порталом в Старшие миры лет пять назад. Я примерно проследила, что вы идете в ту сторону, и решила устроить вам засаду. Пробежала вперед по крышам, быстренько усыпила слуг — день сегодня жаркий, подумала, если вы не явитесь, они решат, что их просто сморило… Но я знала, что вы явитесь: нашла ваши вещи. Удивилась, что Эл живет в одной комнате с красоткой Дагсен. Сообразила, ради кого он себе такую шикарную мускулатуру пересадил — а то столько лет ходил тощий и страшный… Хотя, если спросишь меня, живому и мертвецу для сна лучше все-таки раздельными кроватями пользоваться. Практичнее.

— Это ты им советуй, — сказал я. — Не мне.

— А вдруг и тебе пригодится? — многозначительно протянула Глерви. — Так вот, твои вещи я тоже нашла. Под капюшоном я тебя не сразу узнала, увы, теряю хватку. Впрочем, я глядела на вас издалека, боялась, как бы Элсин меня не заметил. Но узнала почерк в твоих записках.

— Если ты догадалась, что я — это я, то почему стала травить? — уточнил я. — Не возникло у тебя опасения, что я немертвый и на яд не отреагирую?

— Я видела, как вы с Метелицей на пару трескали печеньки по дороге, — пожала плечами Ройга. — Некромант может есть для маскировки, но… — она поморщилась.

Да уж, «но». Потом желудок промывать замучаешься. Элсин мне рассказывал, что он так маскировался от людей Метелицы, когда ходил с нею в первый поход — это когда она в него влюбилась. Среди добытчиков считается дурной приметой вести с собой немертвого некроманта, мол, тогда, кроме него, никто и не вернется. Ел он по минимуму и не каждый день, отводя подозрения всякими ухищрениями. А потом уходил подальше проблеваться.

— Нет, оставался шанс, что ты только мозг убил, а тело оставил, но без помощи другого некроманта это невозможно корректно проделать. Я поспорила сама с собой на гривенник, что ты не для того от нас сбегал. Как видишь, выиграла… — она хмыкнула и продолжила: — Но, вообще-то, я очень удивилась. И, честно сказать, испугалась. Решила, что если Элсин до сих пор тебя не сдал, значит, такой законопослушный некромант, как он, точно попал под чужое влияние! И не в обычном бытовом смысле, а в самом что ни на есть мрачном.

— Разве можно подчинить волю другого некроманта? — спросил я.

— Тот, кто сам под Кодексом, сделать этого не может, — холодно проговорила Глерви. — А вот тот, кто нет… Правда, считается, что первоначальные закладки тоже преодолеть никак нельзя — мозг тогда разрушается. Но ты, как-никак, Элов лучший ученик, практически гений, как он нам всем пел… Я подумала — если у кого и получится, то только у Вилада! В общем, я решила, что, возможно, Элсина нужно спасать. Хотя наличие красавицы-блондинки в этом сценарии меня смущало. Я подумала — если Вилад тут главный злодей и главарь шайки, почему он сам с ней не спит, а Элсину отдал?

— Это если ее можно «отдать», — довольно резко произнес я.

— А, задела за живое? — ухмыльнулась Глерви. — Ну, извини, я в хорошем смысле. Ты — очень интересный мужчина, Вилад. А тут еще выясняется, что маг Огня… Честно говоря, я эту Воздушницу не понимаю. Совершенно. Странные у нее вкусы.

— Спасибо, — спокойным тоном заметил Элсин, появляясь из кухни с подносом в одной руке и чайником в другой. И то и другое он водрузил на подоконник, потому что другой ровной поверхности в комнате не было. И стол, и стулья — в хлам, хорошо, что хоть диванчик, на котором лежала Игнис, и кресло, на котором сидела Глерви, уцелели.

— Не за что, — фыркнула Глерви. — Хотя с новым телом ты получше выглядишь.

— Ты, кстати, тоже, — не остался в долгу Элсин. — Помнится, прежде твои формы не отличались такой… увесистостью.

Я осознал, что это правда. Раньше Ройга Глерви казалась мне почти болезненно тощей, а теперь уже нет. Крайне интересные у нее получились округлости, что сказать. И она умело этим пользовалась — то так позу переменит, то эдак… Вроде ничего явно бросающегося в глаза или вульгарного, а тем не менее у меня не получалось говорить с ней так резко, как следовало бы, или обрывать ее флирт. Хорошо, что явился Элсин с его иммунитетом, вот что.

— Есть такое, — ничуть не смутясь, улыбнулась Глерви. — Честно говоря, когда я упустила Вилада, это болезненно ударило по моему самолюбию. Я тогда пошла, соблазнила одного Воздушника… долго гордилась собой, потом узнала, что к этому мэтру Вайсену только совсем лентяйки или уродины в кровать не просачивались. А потом еще ты исчез. Мне стало грустно, тоскливо… Я пошла и добавила себе сисек. Ну и попу заодно. Отлично вышло, одна из моих учениц мастер по таким вещам!

Элсин вздохнул.

— Как это должно было помочь от грусти и тоски?

— А как тебе помогло то, что ты мышцы от снежной обезьяны постоянно себе вживлял, да еще и высушивал их для минимального объема? — фыркнула Ройга. — У каждого — свое хобби!

— Чем меньше масса, тем меньше нужно докачки Смерти в активном режиме, — заметил Элсин. — Это логично. А вот как увеличение размера бюста может помочь в… — тут он сбился. — А! Ты, когда Влада ловила, что, предложила с ним переспать⁈

— Ну да, — сказала Глерви, снова без малейшего смущения. — А как я должна была его уговаривать? Про его светлые научные перспективы лекцию читать? Впрочем, если бы я знала, что он маг Огня, просто сразу бы предложила ему помощь, поддержку… ну и ласку заодно, — она снова бросила на меня призывный взгляд. — Без всяких дополнительных условий. Вот кого-кого, а мага Огня у меня еще не было! Мэтр Хорн — не тот человек, которого можно безопасно соблазнить.

— Ройга, ты хоть о чем-то еще, кроме соблазнения мужчин, можешь думать⁈

— Могу. А зачем?

Элсин тихонько застонал.

Я не выдержал и расхохотался.

Честно говоря, прямолинейность Глерви действовала на меня как-то… освежающе, что ли? Похоже, она не врала: для нее секс — это правда хобби, она коллекционирует мужиков, как звездочки на фюзеляже, и маг Огня для нее — желанный редкий трофей, кульминация, так сказать, карьеры… По-моему, такая честность заслуживает если не награды, то, по крайней мере, ответно честного отношения! Я бы тоже очень даже с ней не отказался.

Во-первых, она красотка.

Во-вторых, она еще и немертвая, что само по себе любопытно. Нет, я не некрофил — разумеется! Мерзость редкостная. Но где обычные мертвецы и где здешние некроманты? В этом мире совсем другие запреты: секс с некромантами не табуируется совсем, секс с неразумными умертвиями порицается («Лучше бы проститутку снял и живой женщине дал заработать!»), но все равно довольно распространен. А некрофилия как таковая вообще зверь редкий и неизвестный.

В-третьих, у Глерви к тому же безумное количество опыта! Ночь с ней была бы тем еще поучительным аттракционом. Хм. Или будет.

Мой смех наконец-то разбудил Игнис, она села, застонав.

Элсин тут же бросился к ней и начал поить чем-то из чайника. Так вот с чем он так долго там возился — готовил ей питье! Верно предусмотрел: после наркоза (а это, по сути, он и есть, хоть и своеобразный) всегда рот сухой и пить хочется. Игнис потерла лоб, огляделась по сторонам, увидела Глерви.

— Магистр Глерви⁈ А вы что тут… и почему я вдруг отрубилась⁈

Пришлось нам коротко вводить ее в курс дела.

Игнис застонала.

— День свадьбы, тоже мне! Глерви, ну вы и…

— Сволочь, — с усмешкой подсказала Ройга. — Самое подходящее ругательство для некромантов!

— Несвоевременны, — мрачно возразила Игнис. — Сейчас ведь раззвоните в Академии, что Элсин жив… в смысле, вылез из болота.

— Не раззвоню, — пообещала Глерви. — Не в моих интересах портить отношения с Воздушницей, которая уходит в Старший мир, и еще менее того — с идеальным магом Огня! Кроме того, — это она уже мурлыкнула, — будь моя воля, я бы вообще из этого дома до следующего полудня не выходила… — и бросила на меня еще один многозначительный взгляд.

Нет, она явно видела, что ее авансы находят отклик у меня в… скажем так, душе.

— Тут нет третьей гостевой, а спальня мэтра Лири заперта… — начала Игнис. Сбилась. Поглядела на Глерви, потом на меня. Потом внезапно начала ржать.

— Что⁈ — обиделась Глерви.

— Не, просто забавно, — хихикнув, пояснила Игнис. — Воздушница и некромант, Огневик и некромантша… Глерви, если ты сейчас во Влада втрескаешься по уши, как я в Элсина, и побежишь за ним на край света, симметрия будет полной!

Глерви закатила глаза.

— М-да, — протянула она с легкой улыбкой, но тон ее стал несколько холоднее. — Ты, мэтресса Бьер, тоже тот еще цветочек… под стать мужу. Романтики! Из сумрачного леса!

Продолжая сдавленно хихикать, Игнис ответила:

— Ага, из того самого леса, где Влад хозяин!

— Что? — не очень поняла Глерви.

— Она медведя имеет в виду, — пояснил Элсин.

— Это из анекдота, — добавил я. — Парень кричит: «Бать, я медведя поймал!» «Так веди его сюда!» «Да он не пускает!»

Глерви хмыкнула:

— Ну что, Вилад… А, нет, Влад — так тебя правильно звать, не так ли? Поймала ли я медведя?

А что, есть сомнения? Ай да я, ай да владею собой.

— Погляжу на твое поведение.