Хозяйка орочьей крепости (СИ)

Глава 8

В холле собралось человек двадцать. Большой штат, если подумать. Замок тоже немаленький, но большая его часть вообще не пригодна для жилья, так что половину можно отправить на разбор завалов, тем более мужчин среди прислуги хватало.

— Доброе утро!

Крестьяне, слугами бы их никто не назвал, так как одеты были во все свое, да и выглядели не лучшим образом, выстроились в подобие кривоватой шеренги. На лицах некоторых мужчин, я заметила следы бурной ночи. Вот странность, миры разные, а привычки у людей одинаковые.

— Меня зовут леди Ялана, я жена арыма Юнара и ваша хозяйка. У арыма много дел по восстановлению крепости, поэтому мы с вами приведем в порядок замок. В наших силах сделать уборку жилых помещений. Эта уборка будет ежедневной. Привыкайте.

Народ заволновался, многие зашептались друг с другом.

— Арым платит вам?

— Да, два суара в неделю, — ответил неказистый мужичок со следами пьянки в грязной рубахе и нечесанными волосами.

Подозвала Атрину. Девушка и кухарка Хана со своими помощницами стояли в другой стороне от остальных слуг.

— Это много? — уточнила у подошедшей девушки.

— Нормально. В деревне за работу вообще не платят. Поэтому кто хотел работать — работал.

Вообще я заметила, что несколько человек стоят как бы поодаль от остальных. Выглядят опрятнее и явно встали раньше других. Но большая часть выглядела так, будто они здесь отдыхали, а не работали.

— Арым платит вам деньги, — громче продолжила свою речь, — платит за работу, которая, как я вижу, делается плохо.

Люди снова зароптали, но я продолжила:

— Я долго болела, но смогла справиться с хворью, и теперь буду следить за тем, как замок будет восстанавливаться. Часть слуг будет заниматься разбором завалов. Начнем с третьего этажа. Женщины займутся уборкой жилых и доступных помещений. Это значит, что будет выметена вся пыль и грязь, отмыты полы, стены и мебель. Этого хватит нам на неделю, дальнейшие указания будете получать от меня лично, либо Атрина вам передаст мои слова.

Девушка удивленно повернулась ко мне, но я не собиралась прямо сейчас объяснять свой выбор. Позже поговорю с ней.

— А если мы не хотим заниматься разборкой завалов, — не унимался тот мужичок, — арым ничего такого не приказывал.

— То вы можете быть свободны.

Всегда найдется тот, кто начнет мутить воду. Мне с первого взгляда он не понравился, но посмотрим, что он предпримет.

Слуги разошлись исполнять свои прямые обязанности. Некоторые вполне спокойно, как пять женщин, которые пошли к неприметной двери, а вернулись оттуда со швабрами, тряпками и ведрами. Вот и прекрасно!

Большая часть мужчин еще переминалась в холле, но я не собиралась их подбадривать. Это как раз те, что выглядели, как отдыхающие. Подозреваю, что самых толковых арым забрал с собой. Мне же остались эти, и лишь трое мужчин отправились вверх по лестнице, обсуждая откуда лучше начинать разборы.

— Теперь с вами, — я повернулась к кухарке, — покажите мне кладовые и посмотрим, что есть на кухне и что вам нужно купить для хорошего приготовления еды. На сколько человек вы сейчас готовите?

— Пока только на слуг, арыма и его орков, что проживают в замке. Остальные орки готовят сами. В гарнизоне еще где-то десяток человек, — прикинула она, — но у них свой повар.

— Арым и его гости ничего не говорили насчет еды?

— Ну, — замялась Хана, — арым Юнар сказал, что такая еда ему непривычна, и что мне следовало бы подучиться у орков готовке. Но, миледи, — подалась ко мне женщина, — их блюда сложные, их долго готовить, как я буду все это успевать?

— Ничего, Хана, разберемся. Идем.

Ага, значит не только мне показалась еда пресной и невкусной.

Припасы были. Много это или мало пока мне трудно судить. Надо для начала прожить дней пять и посмотреть сколько и как, что расходуется.

Кладовые в замке были обширные, но занято было едва ли на треть. Но так и расчитаны они на замок полный слуг, гарнизон и многих других. Сейчас я даже толком не знаю сколько в принципе людей будет питаться за счет замковых кладовых.

Мы с Ханой и ее дочками Ларой и Дарой обошли все полки, мешки, закутки, кадки и все переписали. С удивлением узнала, что я легко пишу на местном языке, как и говорю. До этого делала это не задумываясь, а как увидела незнакомые буквы, так и поняла, что это не родной мой. Сначала застопорилась.

— Миледи, все хорошо? — разогнулась Хана, выныривая из мешка с чем-то сыпучим.

— Да.

Я удивленно смотрела на палочку с черным кончиком. Это не карандаш, а что-то другое. Кончик был выкрашен какой-то краской, а еще на самой палочке было вырезано несколько знаков, и он писал без всяких чернил.

Инспекция заняла почти два часа. Едва я успела выйти из кладовой, как тут же была схвачена грубой рукой повыше локтя и оттянута в сторону.