Игры с приведениями

Эпилог

ГАЛЕН

Год спустя

Я лениво потянулся в постели, простыни скользнули по моему обнаженному животу, пока я наслаждался любимым утренним шоу. Эбби стояла перед зеркалом у комода, одетая лишь в нижнее белье, и собирала волосы в аккуратный хвост — прическа, которую она носила на работе, да и в любой другой день.

Мускулы ее спины и плеч изящно перекатывались с каждым движением. Ее фигура казалась воплощением моих самых дерзких фантазий.

— Планируешь сегодня составить мне компанию на работе?

Я поймал в зеркале ее взгляд, яркие зеленые глаза на мгновение встретились с моими, а потом скользнули ниже, задержавшись на моем торсе.

Я демонстративно напряг мышцы, и она прикусила губу.

— Веди себя прилично, Эбигейл, иначе я затащу тебя обратно в постель, и ты опоздаешь. А потом ты весь день будешь злиться, что только возбудит меня, и тогда ни один из нас ничего не успеет.

Она закатила глаза:

— Ты все время грозишься трахнуть меня на работе, хотя прекрасно знаешь, что я не готова к публичным выходкам дальше стен того проклятого «дома с привидениями».

Упоминание о наших играх в «доме с привидениями» отразилось на моем члене — простыня натянулась над моим телом.

На этих выходных Хэллоуин, а значит, годовщина наших отношений. По крайней мере, так считала Эбби.

Я отмечал нашу годовщину раньше — в начале октября, в ту ночь, когда впервые довел ее до оргазма в кладовке комнаты «Семи смертных грехов».

Она не соглашалась, кричала на меня за обман и жульничество, утверждая, что это не лучшая основа для отношений.

Я спорил с ней, просто потому, что это делало меня твердым. А потом уступил. Вероятно, Эбби была права. И еще потому, что я любил ее.

Я любил Эбби Роган уже давно. Но теперь, спустя год совместной жизни, мог с уверенностью сказать: я влюблен в нее до беспамятства, безвозвратно.

Об этом свидетельствовало бриллиантовое кольцо в ящике прикроватной тумбочки, которое словно прожигало дыру в древесине. На него ушел весь мой прошлогодний бонус.

Она тоже любила меня. С того самого момента, как сняла с меня маску в «доме с привидениями», она больше не оглядывалась назад. Думаю, с той ночи она ни разу не вспомнила о своем бывшем.

В начале года мы все-таки пересеклись с этим ублюдком Майклом — он вернулся в Даллас на судебное разбирательство. Видимо, решил заглянуть на неформальную встречу Ассоциации молодых юристов в честь Дня святого Патрика, где собирались наши общие знакомые. Скорее всего, надеялся наткнуться на Эбби и похвастаться, что по-прежнему трахается со своей коллегой, пока она «страдает» в одиночестве, посвятив себя карьере.

Но вместо этого он вошел в паб как раз в тот момент, когда я прижимал Эбби к стене под одним из двадцати ирландских флагов, а мои губы жадно впивались в ее рот.

Думаю, больше он ее не побеспокоит.

С мучительным стоном я схватил с тумбочки очки и надел их. Затем поднялся с кровати и потянулся, разминая затекшие мышцы.

Вчера вечером мы в очередной раз выиграли турнир по пиклболу, и теперь носили титул чемпионов Ассоциации молодых юристов в смешанном парном разряде среди возрастной группы 30–35 лет. Миллениалы заранее вздыхали, завидев нас на горизонте.

А после турнира мы отпраздновали победу, приняли душ и завалились в постель. Я приберег последние силы, чтобы довести свою девушку до полного изнеможения. Хотел напомнить ей, что я не только тот Гален, которого она всегда знала, но и мужчина в маске — автор самых порочных и восхитительных ночей в ее жизни.

Я обнял Эбби, прижавшись к ее спине обнаженным телом. Наклонился и поцеловал ее в шею, а она счастливо вздохнула.

— Что будешь на завтрак, детка: яичницу или йогурт?

— То же, что и ты.

Эбби развернулась в моих объятиях, обвила руками мою шею и прижалась грудью в кружевном бюстгальтере к моей груди. Она страстно поцеловала меня, а я задумался, не перенести ли встречу, назначенную на 9:00.

— Люблю тебя, — прошептала она, не отрывая губ от моих.

— Я люблю тебя больше, — я легонько прикусил ее нижнюю губу. Она застонала.

После последнего поцелуя я отпустил ее и шлепнул по заднице:

— Одевайся, а иначе опоздаем, и Боб забудет, как нас зовут.

В этом году Хэллоуин выпал на воскресенье, но, будучи занятыми взрослыми людьми с совещаниями в понедельник утром, мы с Эбби решили отпраздновать годовщину заранее, в субботу вечером, на осеннем фестивале.

К счастью, Джош продлил время работы «дома с привидениями» на выходные, приуроченные к Хэллоуину. Мы рассчитали время так, чтобы прийти ровно в полночь.

— Какая же это развратная затея, — промурлыкала Джулия, облизывая губы и с вожделением разглядывая Джейсона, словно он был аппетитным шашлыком, а на часах — три утра. — Теперь понятно, почему ты не могла оторваться от этого места в прошлом году, Эбс. Почему бы не заставить Галена наряжаться так почаще?

В этом году я не работал в «доме с привидениями», но Джош разрешил мне взять пару масок с черепами, и я помог Джейсону с костюмом. Он крупный, подтянутый мужчина, и с помощью умелого грима с легкостью можно было подчеркнуть рельеф его мышц на торсе.

Эбби с улыбкой пожала плечами:

— Все не то, если твой таинственный незнакомец не берет тебя штурмом под причудливым фиолетовым светом, а за всем этим наблюдают жуткие куклы, Джулс.

— Если вам нужен стол для маневров, рекомендую комнату «Культового жертвоприношения», — посоветовал я Джейсону.

Он задумчиво кивнул:

— Да, это расширяет возможности. Спасибо, дружище.

Мы вчетвером подошли к входу. В воздухе смешивались запахи сена, пончиков с сидром и сигарет. Температура была такой, что мне отчаянно хотелось согреться — например, преследуя любимую по лабиринту комнат и коридоров в своей безрукавной худи.

Карл-клоун без лишних церемоний махнул рукой, приглашая нас войти, и хлопнул меня по костяшкам, когда я проходил мимо.

Джейсон натянул маску на лицо и расправил плечи. Резко шлепнул Джулию по заднице, и она взвизгнула и бросилась наутек. Обернувшись, он бросил:

— Это просто бомба, — голос за маской звучал искаженно. — Увидимся позже. Или нет.

Он рванул по коридору вслед за женой и исчез из виду.

Я развернулся к Эбби, в последний раз впитывая ее образ. Она улыбалась мне, зеленые глаза сверкали от возбуждения — в них больше не было и тени той нервозности, с какой она когда-то бродила по дому в поисках мужчины в маске.

На ней снова был сексуальный костюм черной кошечки. Она была дерзкой маленькой проказницей, обожавшей испытывать пределы моего самоконтроля.

Я поцеловал ее в губы:

— С годовщиной, Эбигейл.

— С годовщиной, Гален.

С последней озорной улыбкой я натянул на лицо маску с черепом.

— Беги, дорогуша.