Империум. Книга 4

Глава 26

Первые дни в плену я потратил на изучение обстановки. Конвой действительно оказался внушительным и состоял почти из сотни воинов, из которых дюжины четыре — это воины Черного солнца, и четверо волхвов. Серьезные силы для одного пленника, но учитывая, что я якобы убил двух одержимых и вырезал целый гарнизон мракоборцев, их осторожность была понятна.

Моя тюрьма представляла собой железный короб на колесах, достаточно большой, чтобы встать в полный рост, но цепи были совсем короткие, и оставалось лишь лежать или сидеть. Цепи на руках и ногах крепились к полу, оставляя минимум свободы движений. Раз в день мне швыряли через небольшое окошко кусок черствого хлеба и флягу с водой. Ну а справлять нужду мне приходилось в мелкую дырку в дальнем конце подвижной темницы, добраться до которой с такими короткими цепями было тем ещё извращением. Но, хотя бы никто не пытался меня допрашивать или вроде того. Меня везли как груз, не как человека, и это было очень странно. Я даже оказался слегка разочарован тем, что никто не пытался меня запугать, пытать или что-то в таком духе. И нет, мне вовсе не хотелось этого, просто в таком формате мне словно чего-то сильно не хватало.

Сломанный амулет-блокиратор я спрятал под рваной рубахой на случай, если кто-то решит проверить. Со стороны всё выглядело так, словно он всё ещё работает. Заниматься тут было откровенно нечем, а повозка была старой, так что я не нашел ничего лучше, чем заняться тем, что у меня получалось лучше всего — артефакторикой. Я стал вытаскивать гвозди, которые плохо сидят, отрезал кусочки цепи, и все это использовал для того, чтобы изготовить новые триплексы. Мультитул в этом тоже очень помогал, позволяя расплавить небольшое количество металла, а дальше я уже мог сохранять его жидким и делать что угодно с формой и наполнением. Дело это было, мягко говоря, не быстрое, но других у меня всё равно не было.

А вот на третью ночь, когда отряд встал на ночлег, случилось нечто неожиданное. Я уже почти дремал, когда рядом со мной внезапно ожила тень и начала превращаться во вполне осязаемую фигуру. Я уже думал вбить триплексовый кол, наполненный солнечной энергией, в сердце гостю, но вовремя остановился.

— Это ты, Фломелия, — облегченно выдохнул я.

— Да, — улыбнулась вампирша. — Рада, что ты в порядке, даже не представляешь, как сложно было тебя найти. Готов убираться отсюда?

— Нет, — мотнул я головой. — У меня другие планы.

— В смысле? — нахмурилась она.

— Ты знаешь, куда меня везут?

— В Кёнигсберг, владения Карла Двенадцатого, хотя, скорее, во владения Фридерика.

— Именно, я хочу подобраться к нему и отрезать этой змее голову.

— Ты спятил. Фридерик очень силен, даже сильнее меня сейчас.

— Считаешь, что не справлюсь?

— Считаю, что это смертельно опасная авантюра. Но это может сработать.

— Вот и я о том, — кивнул ей и постучал пальцем по амулету на груди. — Он будет считать, что я пленник в цепях, лишенный магии, простой человек, с которым он может сделать всё, что угодно. Тогда-то я его и прикончу.

— В этом плане слишком много дыр, — не согласилась со мной Фломелия. — Но может сработать, да… Как ты избавился от амулета?

— Я артефактор, а эта штука, может, и выглядит проблемной, но и с ней можно разобраться, — я не стал рассказывать о том, как именно избавился от амулета. — Но раз ты тут, то мне кое-что нужно. Поможешь?

— Конечно, но нужно быть аккуратной. Тут есть волхвы, и пусть магия у них слабая, но они могут меня почувствовать.

— Понял, тогда… мне нужна моя сумка и вещи. Сможешь достать?

— Попробую. Ещё что-то?

— Передать моим весточку сможешь?

— С этим проблем не будет, они рядом.

— В смысле?

— Эта Владислава не стала скрывать, что сделала, прямо объявила поселению, что сдала тебя в обмен на мир с Кланом Ночи. Твои, разумеется, этого не поняли, но что-либо сделать не смогли. Она не стала удерживать их силой, разве что Ксению, слишком уж Владислава заинтересовалась её силой. Возможно, видит в ней замену.

— Получается, Ксюша осталась в Чаще?

— Да, но не похоже, что о ней стоит пока волноваться. Судя по тому, что говорят остальные, Владислава с неё пылинки сдувает.

— Ладно, это успокаивает. А остальные, значит, в порядке?

— Да, они отстают на день пути, а я слежу, чтобы не потерялись. Нужно передать что-то ещё, поконкретнее?

— Нет, только достань мои вещи.

Фломелия ушла и вернулась лишь через пару часов. Я рассчитывал, что она будет порасторопнее, но заказ был выполнен. Передо мной оказался револьвер, патронташ и маленький холщовый кошель, который на самом деле являлся пространственной сумкой. Да ещё и с привязкой, и любой чужак, открыв его, ничего не увидит, для них это просто кусок ткани с веревкой. Знакомый с артефакторикой быстро определит, что это, и даже теоретически может сломать привязку, но у местных даже с даром просто нет таких навыков и знаний.

Оттуда я достал блокнот с карандашом, набросал список всего необходимого и передал вампирше. У этой рыжей брови поползли вверх от моего заказа.

— Ты серьезно?..

— Полностью.

— Зачем тебе все это?

— Сделать оружие. У меня куча времени в запасе, и как раз есть пара задумок, до которых прежде не доходили руки.

— Рискуете вы, княже, — Фломелия покачала головой, посмеиваясь.

— В моем мире есть история про героя, который, сидя в плену, сделал боевого дроида из металлолома. Чем я хуже? — не удержался я от наглой ухмылки. — Тем более у меня есть это…

С этими словами я достал из пространственного кармана сразу три империумных камня, самых крупных из тех, что остались.

Дни потянулись размеренной чередой. Утром конвой снимался с места, и моя железная тюрьма начинала свой путь по разбитым дорогам. Тряска была адской, но я к ней привык и использовал это время, чтобы отдыхать, копить силы. Настоящая работа начиналась ночью.

Фломелия появлялась каждые два-три дня, принося заказанные материалы: медная проволока, серебряные монеты, куски железа, даже небольшой слиток свинца. И уж откуда она всё это доставала, я предпочитал не спрашивать. Вампирша была изобретательна и явно получала удовольствие от этой игры в контрабанду под носом у ничего не подозревающего Черного солнца.

Империумные камни оказались ключом ко всему. Концентрированная мана в кристаллической форме представляет собой идеальный источник энергии для того, что я задумал, более того, независимый для блокираторов магии. Главное было добавить особую защиту, схема которой мне также была известна.

В обычных условиях создание чего-то подобного заняло бы месяцы работы в полноценной мастерской. Здесь же, в тесной железной коробке, при свете крошечного магического огонька, мне приходилось импровизировать и раскрывать все новые грани моего металломантичного таланта.

И я импровизировал.

Каждую ночь я плавил металл, формировал новые элементы, соединял их в единую систему. Работа была кропотливой, требующей абсолютной концентрации. Один неверный контур, одна ошибка в схеме конструкта, и всё пришлось бы начинать сначала.

Но торопиться было некуда.

Две недели пути. Более, чем достаточно.

К исходу первой недели базовая структура была готова. Сотни крошечных триплексов, соединенных в сложную сеть, способную реагировать на мою волю как единое целое. Я тестировал её по ночам, заставляя отдельные элементы двигаться, менять форму, объединяться и разделяться.

На второй неделе занялся тонкой настройкой. Это было сложнее всего, нужно синхронизировать каждый элемент так, чтобы они работали в унисон, не мешая друг другу. Империумные камни пришлось разделить, встроив фрагменты в ключевые узлы системы, а не ставить как единый источник питания, как планировал изначально. Они стали чем-то вроде батарей, способных обеспечить энергией даже самые затратные функции.

Фломелия заскакивала временами ко мне и наблюдала за моей работой с нескрываемым любопытством.

— Никогда не видела ничего подобного, — призналась она во время одного из визитов, смотря, как я соединяю очередные элементы. — Это вообще что?

— Да так, сюрприз для Фридерика, мракоборцев и для любого, кто окажется рядом, — зловеще ухмыльнулся я.

К концу второй недели, когда до Кёнигсберга оставалось всего пару дней пути, я закончил. Результат моих трудов был компактным и без труда помещался в пространственный карман.

Последнюю ночь перед прибытием я провел в странном спокойствии. Всё было готово, оставалось только ждать. Единственное, чего не хватало, это полевых тестов, но видимо, придется уже проводить испытание боем. Я был уверен в своем детище, но не в материалах. Всё-таки некоторые из них были слишком скверными.

Фломелия появилась незадолго до рассвета.

— Завтра будем на месте, — сообщила она. — Юлианна и остальные всё ещё следуют за конвоем на расстоянии. Что им передать?

— Пусть не вмешиваются, — ответил я, даже не думая.

— А я?

— А ты держись поближе. Если ситуация станет скверной, попробуешь вытащить.

— Постараюсь, но там Фридерик, а он тоже связан с Тенью, ему не так уж сложно заметить мое присутствие. Но я постараюсь.

На рассвете, ещё до того, как мы заехали в город, случился неприятный сюрприз. Двери моей темницы распахнулись, и несколько воинов в черной броне вытащили меня на улицу. Глаза, отвыкшие от такого количества света, тут же заболели, но я быстро привык. Пространственную сумку я спрятал в браслет. Свернул в трубку и обернул триплексами, которые скрыли её от посторонних глаз. Воины Черного солнца и внимания не обратили на то, что один из браслетов стал почти в два раза толще.

Меня грубо потащили куда-то в сторону от дороги, и вскоре я увидел небольшое озерцо в окружении ив. Живописное место, если бы не обстоятельства.

— Воняешь как свинья, — бросил один из воинов, здоровенный детина с изуродованным шрамами лицом. — Господин Фридерик не потерпит такой вони в своем присутствии.

— А мне казалось, это его любимый запах. Он же любит жрать дерьмо, да? — огрызнулся я, за что тут же получил удар под ребра. Несильный по их меркам, но достаточный, чтобы согнуться пополам.

— Заткнись и мойся.

Они сорвали с меня остатки одежды, оставив только браслеты, которые снять можно было только вместе с кистями — настолько прочно те сидели на запястьях — после чего швырнули в воду. И все это под хмурыми взглядами нескольких воинов и одного волхва.

Озеро оказалось неглубоким, по пояс, но ледяным. Видимо, питалось подземными ключами. Я стиснул зубы, стараясь не показывать, насколько холодно.

Кто-то швырнул мне кусок грубого мыла, едва не попав по голове. Я поймал его и принялся смывать с себя двухнедельную грязь. Вода вокруг быстро стала мутной.

— Глядите, а он худой совсем, — хохотнул один из воинов. — Тоже мне, страшный маг, мы таких пачками разделывали и в огонь бросали.

Я проигнорировал этот возглас и закончил мыться, после чего выбрался на берег. Там мне швырнули какую-то грубую, но чистую серую робу. Одежда пленника, не оставляющая сомнений в моем статусе.

— Руки, — приказал старший, и я послушно вытянул запястья. Новые кандалы защелкнулись поверх браслетов. Тяжелые, железные, с короткой цепью между ними. Затем меня повели обратно к повозке, но внутрь не затолкали. Вместо этого привязали к задней части, заставив идти пешком. Странное решение, откровенно говоря, но видимо, Фридерик хотел сделать из моего пленения какую-то демонстрацию. Последний этап унижения перед въездом в город.

Впереди, за холмами, уже виднелись шпили Кёнигсберга.