Испанский Парнас, двуглавая гора, обитель девяти кастильских муз

Вот он — живой металл,

В котором жизни тайную пружину

Лишь мастер искушенный угадал

И воплотил в машину,

Чей хитроумный ход

Нам ежечасно голос подает

И, вверясь провиденью,

Стремится стрелкой указать ответ

(Пренебрегая тенью!):

Как движется по кругу жаркий свет

И как по тропке этой

Часы летят беспечной эстафетой,

Покуда роли солнца и луны

Колесикам простым отведены.

Однако эта дивная машина

Еще и поучительный пример

Бессилья полумер,

И сколько ни впивай чудные трели,

Чтоб разузнать, который час настал,

Сокрытый в этом голосе металл

Не достигает цели.

Ты, для кого часов точнейших бой

Лишь повод разразиться похвальбой,

Рассудок преклони

К тому, о чем тебе твердят они!

Час прожитый оплачь, — не наверстаешь

Минут его, и невелик запас;

Пойми, что ты в один и тот же час

Растешь и в смерть врастаешь.

Но восхвалять часы едва ли стоит,

Не то, пожалуй, будь они в чести,

Гербов таких бы нам не завести.

Часы и впрямь, как ты за них ни ратуй,

Изящный соглядатай,

Посланец тьмы, бессонный пилигрим.

О как вы схожи с ним,

Когда, чтобы шагать со светом в ногу,

Светилу вы диктуете дорогу,

Всей вашей мощи дерзостный порыв

На волоске тончайшем утвердив,

А он, уж такова его природа,

Все тоньше и дряхлее год от года.

И все ж не сторонись

Тревожных откровений циферблата,

В них тайну каждодневного заката

Нам поверяет жизнь:

Всю вереницу суток, солнц, орбит

Считает смерть, а время лишь растит.