Как приручить альфача

44. Снег пошел

Адреналин – это холод. Не огонь, как многим кажется, а ледяная волна, которая выжигает всё лишнее, оставляя только суть. Сейчас суть была проста: второй этаж, пятнадцать человек, приоритет – лидеры группировок, брать живыми. Остальных как получится.

Наша группа поднималась по служебной лестнице, действуя молча, четко, как хорошо отлаженный механизм. Вторая группа заходит через подсобные помещения. Третья – с крыши. Четвертая и пятая должны пойти спустя несколько минут, чтобы обеспечить прикрытие и защиту гражданских. Щелчки в наушниках, сдержанные доклады – всё шло по плану.

До этой секунды.

“Шторм” ворвался в помещение ресторана, почти бесшумно сметая на пути любые помехи, аккуратно, но жестко укладывая на пол всех без разбору. Краем глаза я заметил движение вдали слева, обернулся, поднимая автомат, и тело пронзило болезненным импульсом.

Знакомый до кислой оскомины Зайчик вскочил из-за стола и встал перед ним, грудью закрывая свою спутницу. В том, что это спутница, я ни секунды не сомневался. И даже не сомневался, что знаю ее имя.

И все, предохранители вышли из строя.

– Седьмой, команда на тебе, – единственное, что бросаю в динамик, двигаясь к своей цели, потому что в горле пересыхает.

– Есть.

Группа продолжает работать.

Я привык к риску и мое тело всегда отзывается приятной ломотой перед очередным заданием, требуя порции адреналина. Но сейчас во мне взрывается кортизоловая бомба, и его уровень настолько зашкаливает, что еще немного и, кажется, из ушей польется.

Зайчик, сука!

Я ведь собирался вернуться! Перепутал пакеты случайно, это было бы отличным поводом. Объяснился бы, что я псих и что меня задело ее недоверие и то, что я ей несколько раз предлагал серьезные отношения, а она выдумала, что нужна мне только в качестве любовницы. Откуда вообще в этой красивой голове родились эти дебильные предположения про то, что я женат? Я что, мало делом доказал, что настроен добиться ее? Меня просто взорвало с этой логики!

Перегнул я, конечно, в кафе с желанием зацепить Наташку и сам же получил моментальную ответку за свои слова. Проверил, что она добралась до дома, поехал к своим. Не спал всю ночь. Хотел на следующий день прийти к Наташке, поговорить по-человечески, но наши объекты, как назло, решили приехать на встречу раньше, сменили место дислокации и все планы перекосоёбились.

Ну, и что бы я ей сказал? “Я сейчас пропаду на недельку и вернусь”? Тогда бы я узнал, что у меня ещё и дети где-нибудь есть, как мне кажется.

Меня дернули с отпуска экстренно разрабатывать с группой новую операцию.

Я и так-то из-за этих уродов вместо отдыха где-нибудь на горячих источниках вынужден был остаться сидеть в пыльной Москве, так еще и тут время упустил. Я смотрю, Зайчик оказался гораздо расторопнее, чем мог показаться на первый взгляд. Ну, ничего, со сломанными ногами, я думаю, ему будет проблематичнее подкатывать к моей женщине.

Я на задании и обязан никого не жалеть. Любого, оказавшего сопротивление, имею право, как минимум, повозить мордой об пол. Мне кажется, Зайчик всем своим видом уже оказывает мне сопротивление. И сейчас, когда я зол, как черт, он уже не кажется мне таким уж здоровенным.

– Женщину не трогайте, – расставляет он руки в стороны. Джентльмен, блядь.

Мысленно прикидываю: прикладом в живот – подсечь – прикладом по хребту, чтобы не дергался. И коленом голову в пол вжать, пока кровища из носа не хлынет. Но… блядь!.. он гражданский!

Сжимаю оружие в руках до скрипа перчаток и, стиснув челюсти, автоматом показываю Зайчику на пол.

Бросив взгляд на мой шеврон, он кивает и, опустившись на колени, укладывается мордой в пол и кладет руки за голову. Перевожу взгляд на Наташу. Она смотрит мне в глаза и поднимается из-за стола, понимая, что она следующая. Перешагнув ее любимого Зайца, давлю ей на плечо, заставляя сесть обратно и стучу дулом автомата по столу. Еще не хватало, чтобы она со своим радикулитом на холодном полу валялась.

Кивнув, Наташа медленно кладет руки на стол. Слежу за движением ее изящных кистей и напарываюсь взглядом на футляр с обручальным кольцом. В голове что-то больно щелкает и начинает гудеть, будто мне прикладом хорошенько приложили по затылку.

Как же ты могла так быстро забыть все, что было? У меня за эти тридцать секунд мир перевернулся!

Медленно опускаю голову, чтобы посмотреть в ее предательски родные глаза.

– “Шторм” на позициях, – раздается в динамике, и я, резко развернувшись обратно, бегу к своим.

– “Тень” на позициях.

-- "Тишина" на подходе.

– Ресторан. Женщину за столом не трогать, у нее спина больная, – тихо рычу в микрофон для группы прикрытия и врываюсь в банкетный зал, скрытый от посторонних глаз. – Доложить.

Наши все там, рассредоточились по помещению. Два охранника наших “клиентов” лежат мордами в пол. Осталось тринадцать, значит.

– Забаррикадировались в соседнем помещении.

– Таран приготовился. – командую и четверо бойцов с ручными таранами встают по сторонам от двери. – Штурм следом. Я пойду первым.

Вообще, командиру первым не положено, но и приказы командира не обсуждаются.

Крови хочу. На Зайчика рука не поднялась, так хоть здесь оторвусь.

– А я? – возмущается Береза, всплеснув руками, когда я отодвигаю.

Сейчас наш диалог выглядит так, что все мы молча суетимся и дёргаемся как придурки, потому что наш разговор приглушают специальные маски с голосовыми фильтрами.

Со стороны наблюдать – умора.

– А ты за мной, – усмехаюсь и встаю первым за штурмовиком с щитом. – “Снег”, пошел!

– Есть, – раздается в ответ.

Замираем. Напряжение нарастает.

– “Тишина” на месте. Выводим гражданских из ресторана, – рапортует группа прикрытия. – Женщину куда?

– Ее в джип, – выдыхаю с облегчением и слышу в соседнем помещении звон бьющихся стекол.