Как приручить альфача

8. Инвалид

– Я же сказал тебе: чтобы не было никого! – смотрит на меня волком Влад, скидывая одеяло и садясь.

Матерь божья! Он в одних трусах. Низкие черные боксеры лишь подчеркивают достоинства фигуры и заставляют покрыться румянцем, потому что эти достоинства, кажется, больше среднестатистических.

– Слышь, командир, ты не в том положении, чтобы указания раздавать, – Кирилл проходит в комнату.

– Джинсы с футболкой принеси мне из ванной, – смотрит на меня Влад хмуро, игнорируя Добрынского.

– Так, вы только не подеритесь, пожалуйста, – кошусь на Кирилла.

– Я инвалидов не бью, – усмехается он.

Быстро выхожу из комнаты. В ванной хватаю с веревки джинсы Влада и замираю с ними в руках, потому что они мокрые. Видимо, он постирал их с утра и повесил сохнуть. Футболка тоже влажная. Вешаю джинсы обратно, возвращаюсь.

– Они еще не высохли, – рапортую, поймав на себе хмурый взгляд.

Влад ничего не отвечает, но, сжав челюсти, резко встает с дивана.

– Ты куда? – удивленно кладет ему руку Кирилл на плечо и давит, чтобы тот сел обратно.

Не успеваю даже ойкнуть, как Влад ныряет ему под руку и, оказавшись за спиной, хватает моего Добрынского удушающим за шею, легонько бьет ногой под колени и аккуратно опускает на диван.

Кирилл хрипит, его глаза закатываются, и он падает лицом вниз без сознания. Сам Влад, покачнувшись, оборачивается ко мне.

Вот тебе и инвалид.

– Ты… что сделал? – ошарашенно смотрю на него и пищу еле слышно, потому что не могу поверить в увиденное, но горло сжимает от ужаса.

– Очнется через пять минут, – морщится Влад и хромает в ванную.

– Это врач, – возмущаясь, иду следом за ним. – Он приехал пулю вытащить, а ты его вырубил!

– Послушай, – цедит он сквозь зубы, снимая штаны с веревки, – я, вроде, говорю на русском языке? Неужели так трудно сделать так…

– Они же мокрые, – удивленно перебиваю его, глядя на то, как он натягивает джинсы.

– Как я просил! – рявкает Влад, дергаясь в мою сторону.

Испуганно отшатываюсь, но он лишь снимает с веревки футболку и надевает на себя, а затем устало вжимается спиной в стену и закрывает глаза.

– Ты что, уходишь? – хмурюсь. – В мокром? Там холодно.

Влад внезапно усмехается и, вздохнув, открывает глаза.

– Я взрослый мальчик, теть Наташ, разберусь.

Влад аккуратно, но твердо отодвигает меня в сторону и выходит из ванной. Я понимаю, что он гораздо опаснее, чем я предполагала, и огромного Добрынского вырубил в считанные секунды, но вместо того, чтобы отпустить с миром и перекреститься, я обгоняю его и, раскинув руки, преграждаю дорогу.

– Ты же ранен, – выдыхаю.

Влад закатывает глаза и пытается убрать мою руку, но я уворачиваюсь и обхватываю его за бока.

– Наташ, – сердито усмехается он и пытается отодрать меня от себя, но я цепляюсь крепче.

– Что, тоже вырубишь? – вскидываю голову, чтобы посмотреть в наглые зеленые глазищи.

– Наташ, ты не понимаешь, – морщится он, качнувшись. – Спасибо за заботу, но я пойду.

– Какая забота? Мне не нужен еще один труп! Полегчает – и катись на все четыре стороны.

– Еще один труп? – усмехается, зависая на моих глазах ненадолго, и снова пытается меня отодвинуть, но внезапно дергается так, что я сама отпрыгиваю.

Добрынский, обхватив Влада за шею, уворачивается от его слепого удара и держит до тех пор, пока тот не оседает.

– Я тоже так умею, – хмурится, перехватив его под мышки и затаскивая обратно в комнату. – От Наташки еще никто не уходил… живым. Да, Наташ? Тяжелый, кабан!

Кто не знает, история травматолога Добрынского тут: https:// /shrt/ABWS

КАК ПРИРУЧИТЬ ХОЛОСТЯКА

Въехать в зад дорогущей тачке. Банально? А если я – бородатый мужик под два метра ростом, заведующий травматологии, который поцарапал машину проверяющей из министерства? Да не простой, а самой вредной стервы из всех, что встречал! Она приехала нагнуть мое отделение из-за жалобы, а мне надо разгрести этот звездец и как-то договориться. Желательно полюбовно, конечно. А если она не поддастся моему очарованию, закрою ее в морге, глядишь, станет посговорчивее. Отличный план, мне кажется! Что может пойти не так?

Читать: https:// /shrt/WwAG