Глава 9 Русская история Где была Куликовская битва?

На монетах вел. кн. Василия Димитриевича и отца его (ДИМИТРИЯ ДОНСКОГО) Г. Френом прочтено: «СУЛТАН ТОКТАМЫШ ХАН, да продлится его жизнь».

А. Д. Чертков «Описание древних русских монет»


При написании этой главы мы воспользовались многими ценными наблюдениями и идеями Т.Н. Фоменко.


1. Смута в Орде в конце XIV века Дмитрий Донской = хан Тохтамыш Куликовская битва и «московское взятие» Общий взгляд

После образования Великой = «Монгольской» Империи в первой половине XIV века в результате завоеваний хана Батыя = Ивана Калиты = Калифа или Халифа, государство разделилось на три части:

Волжское Царство = Золотая Орда,

Белая Русь = Белая Орда и

Северская Земля = Украина.

К концу XIV века в Золотой Орде = Волжском Царстве началась большая смута. За 20 лет, с 1359 по 1380 год, сменилось примерно 25 ханов. Смута заканчивается знаменитой Куликовской битвой. В ней русский князь Дмитрий Донской, он же, согласно нашей реконструкции, хан Золотой Орды Тохтамыш, разбил темника Мамая — фактического правителя Орды. Мы не будем вникать здесь в детали сложной борьбы внутри Орды до Куликовской битвы.

В ХРОН5 мы подробно расскажем о книге средневекового историка Мавро Орбини «О славе славянской…», изданной в 1601 году и переведенной на русский язык в 1722 году. Описывая Куликовскую битву, Орбини пишет: «В 6886 году от сотворения мира (по русскому летосчислению) великий князь Руси Дмитрий нанес поражение царю татар Мамаю. Через три года после этого он вновь наголову разбил войско этого царя, при этом, как пишет Герберштейн, на более чем тринадцать миль вокруг земля была покрыта трупами павших в битве». В то же время хорошо известно, что через три года после Куликовской битвы Мамая разбил Тохтамыш. Это хорошо отвечает нашей реконструкции, согласно которой великий князь Дмитрий Донской и хан Тохтамыш — это одно и то же лицо.

Мы перейдем к знаменитой Куликовской битве. Предварительно отметим, что, согласно русским летописям, причиной битвы послужил пограничный спор между князем Великого Новгорода Дмитрием Донским и рязанским и литовским князьями Олегом и Ольгердом. Рязанский и литовский князья договорились выгнать Дмитрия из Москвы, Коломны, Владимира и Мурома. Они считали, что Москва по праву принадлежит Литве, а Коломна, Владимир и Муром — рязанскому княжеству. Для осуществления этого плана они пригласили царя Мамая («Сказание о Мамаевом побоище»).

Таким образом, Куликовская битва представлена в летописях как сражение за обладание спорными городами — Москвой, Коломной, Муромом и Владимиром. При этом князья-ханы собирались отогнать Дмитрия Донского «либо в Новгород Великий, или на Белоозеро, или на Двину». Напомним, что Новгород Великий — это Ярославль, по нашей гипотезе, а Белоозеро и Двина — области, примыкающие к Ярославской земле с севера. В этой связи отметим, что в нашей реконструкции столицей Дмитрия была Кострома, город рядом с Ярославлем. Поэтому картина становится совершенно естественной — два князя хотят выгнать Дмитрия обратно в его столицу.

Как известно, Дмитрий Донской победил в битве. В итоге он подчинил себе Рязанское княжество и восточные части Литвы. В том числе окончательно утвердился в Москве.


2. Куликовская битва

2.1. Где находится Куликово поле

Обратимся к истории знаменитой битвы на Куликовом поле в 1380 году. Сегодня считается, будто Куликово поле расположено между реками Непрядвой и Доном, ныне это Куркинский район Тульской области. То есть примерно в 300 километрах к югу от Москвы. Якобы именно здесь и произошла самая известная в русской истории битва между русскими войсками под предводительством Дмитрия Донского с татаро-монгольскими войсками под предводительством Мамая.

Однако хорошо известно, что никаких следов знаменитой битвы на этом тульском «Куликовом поле» почему-то не обнаружено. Нет ни старого оружия, ни следов захоронений погибших воинов и т. п. Невольно возникает вопрос: «Где ты, поле Куликово?» в Тульской области. А следом приходит и другой вопрос: там ли мы ищем Куликово поле?

В 1995 году в «Российской газете» за 6 июля появилась статья Николая Киреева под символичным названием «Где ты, поле Куликово?». Рассказывается о продолжающихся уже много лет безуспешных попытках археологов отыскать какие-либо следы Куликовской битвы в Тульской области, куда ее отправили романовские историки. Мы процитируем выводы этой статьи:

«Сотрудники Тульской археологической экспедиции вместе с коллегами из Государственного Исторического музея проводят раскопки Куликова поля с 1982 года. Обнаружено и исследовано более 350 археологических памятников. Восстановлены общая картина облика поля на протяжении трех тысяч лет (? — Авт.)… флора, фауна, почва… Специалисты для изучения 70-километрового коридора… использовали не только геомагнитную съемку. Здесь были прокопаны сотни метров траншей. Местность в прямом смысле слова прочесывали солдаты и школьники. Приглашали даже экстрасенсов. Однако за годы поисков не было найдено ни одного важного предмета, позволившего бы достоверно утверждать, что битва происходила именно в северной части поля рядом с деревней Хворостянкой и рекой Смолкой… А вот на этот раз археологи были оснащены новейшими американскими металлоискателями фирмы „Фишер“. Приборы позволяют обнаруживать металл на глубине до 30 сантиметров, устанавливать его тип. Результат не замедлил сказаться: уже за первую неделю в районе Зеленой Дубравы был найден наконечник стрелы. У деревни Хворостянка — еще несколько, в том числе от бронебойной стрелы, а также поясные прядки, входившие в снаряжение воина. Работы продолжаются».

Итак, нашли один наконечник стрелы, потом еще несколько, плюс поясные прядки. Это слишком мало для места крупнейшей битвы.

Во многих книгах, рассказывающих о Куликовской битве, приводят фотографию кольчуги, якобы найденной на Куликовом поле в Тульской области (рис. 9.1). Однако ее прекрасная сохранность выглядит крайне подозрительно для кольчуги якобы шестисотлетней давности. Нас хотят убедить, будто эта рубашка, сплетенная из тонких металлических колец, пролежала в земле около шестисот лет. Потом ее якобы выкопали, аккуратно расправили, стряхнули с нее влажную землю и отнесли в музей. Однако за столько лет она должна была бы превратиться в спекшийся каменно-металлический клубок, который невозможно было бы не то чтобы расправить, но даже отделить от него отдельные кольца. Нам представляется, что эта кольчуга изготовлена сравнительно недавно. Ее выдали за «древнюю», чтобы показывать нам хотя бы один образец старинного военного снаряжения, якобы выкопанного на «Куликовом поле» Тульской области.


2.2. Кулишки в Москве и церковь Всех Святых в честь воинов Куликовской битвы на Славянской площади (станция метро «Китай-город»)

Начнем с того, что некоторые летописи прямо говорят о том, что Куликово поле находилось в Москве.

Например, известный Архангелогородский Летописец, описывая встречу иконы Владимирской Божьей Матери в Москве во время нашествия Тимура в 1402 году, сообщает, что икону встретили в Москве «на поле на Кулшкове». Вот полная цитата:

«И принесоша икону и сретоша Киприян митрополит со множеством народу, на поле на Куличкове, иде же ныне церкви каменна стоит во имя Сретенья Пречистыя, месяца августа, в 26 день».

Упомянутая церковь стоит, как известно, на Сретенке. А недалеко от Сретенки в Москве есть место, до сих пор известное под своим древним названием — Кулишки.

Мнение о том, что московское название Кулишки является синонимом Куликова поля, бытовало в Москве еще и в XIX веке! Например, в сборнике «Старая Москва», изданном Комиссией по изучению старой Москвы при Императорском Московском археологическом обществе, упоминается о якобы «неправильном предположении», существовавшем в Москве, будто московские «Кулишки произошли от Куликов или Куликова поля». Там отмечено, кстати, что «Кулишки существовали прежде Москвы».

Именно на Кулишках до сих пор стоит церковь Всех Святых, которая «по старому преданию, была построена Дмитрием Донским в память воинов, убитых на Куликовом поле». Сообщается следующее: «Каменная церковь Всех Святых на Кулишках, упомянутая в известии 1488 года. В переделанном виде церковь сохранилась до нашего времени». До сих пор она так и называется: «Церковь Всех Святых на Кулишках» (рис. 9.2). Сегодня прямо около нее — нижний выход из станции метро Китай-Город. Площадь сегодня называется Славянской. Недавно на ней поставлен памятник Кириллу и Мефодию. Чуть ниже — Москва-река. Здесь же — улица Солянка, называвшаяся раньше также Кулижки, то есть Кулишки.

Считается, что «Кулижки также обозначали болотистую местность». Кроме того, КУЛИЖКА — вырубленный, выкорчеванный, выжженный под пашню лес. (См. Толковый Словарь В. Даля.) А в Москве «большую часть района „у Кулишек“ занимали сады».

Московские Кулишки захватывали также площадь Покровских ворот, имевших три-четыре столетия назад и второе название — Кулишские.

Согласно нашей идее, именно в этом большом районе Москвы и произошла знаменитая Куликовская битва, в результате которой Дмитрий Донской = хан Тохтамыш победил западнорусские, рязанские и польские войска Мамая. Возможно, присутствие польских войск в «монгольском» войске Мамая вызовет удивление. Но об этом прямо говорит русская летопись.

Считается, что Мамай был разгромлен дважды в одном и том же 1380 году. «Первый раз» — Дмитрием Донским, а «второй раз» — ханом Тохтамышем. По нашей гипотезе, это — два отражения одного и того же события, поскольку Дмитрий Донской и Тохтамыш — одно и то же лицо. При этом во «второй раз» Мамай был разгромлен «на Калках». Как мы уже говорили, Калки (Кулики) — это вариант все того же Куликова поля, то есть московских Кулишек. От слова кулачки, кулачный бой, бой на кулачках, кулак. Так называлось место, где мерялись силами, бились «на кулаках». Между прочим, в «Сказании о Куликовской битве» хан Мамай назван именем Тетяк: «Безбожный же царь Тетяк, названный дьяволом во плоти, Мамай затрепетал от страха». Вероятно, Тетяк — это искаженное Тохта. Видимо, поздние компиляторы «Сказания» уже путали Дмитрия Донского = Тохта-Мыша = Тохта Мешеха или Тохту Московского с его противником Мамаем и переносили имя Тохта на Мамая.

Кстати, отметим малоизвестный факт. Оказывается, Мамай — это христианское имя, до сих пор присутствующее в наших святцах в форме Мамий. По-видимому, это слегка искаженное мама, мамин, то есть «сын матери». Видимо, раньше на Руси бытовала пара имен сходного происхождения: Батый — от батька, отец, а Мамий или Мамай — от мамы, матери. Изображение христианского святого Мамая на грузинской чеканке якобы XI века см. на рис. 9.3.

Итак, Дмитрий Донской воюет с полководцем, имя которого — христианское!

В заключение отметим, что там, где в русских летописях написано «поле Куличково», историки романовской школы упорно читают «поле Кучково». «Кучково поле находилось у современных Сретенских ворот».

В чем дело? Что мешает историкам буквально процитировать старую летопись, где четко написано, повторим это еще раз, — поле Куличково! Мешает, видимо, то, что тогда у кого-то может возникнуть мысль, что московское поле Куличково — это и есть знаменитое Куликово поле, место битвы Дмитрия Донского с Мамаем. А этого историки не хотят. Может быть — подсознательно. А по нашему мнению — сознательно, по крайней мере не хотели в то время, когда в XVII–XVIII веках они изменяли освещение русской истории и в связи с этим произвели географическую перелокализацию некоторых важных событий нашей истории.


2.3. Как и в каком виде дошли до нас сведения о Куликовской битве

Основным первоисточником по истории Куликовской битвы считается Задонщина. Считается, что: «Есть все основания полагать, что „Задонщина“ была написана в восьмидесятые годы XIV века, вскоре после Куликовской битвы и, во всяком случае, еще при жизни Дмитрия Донского».

Более поздним источником считается «Сказание о Мамаевом побоище», которое «вероятнее всего было написано в первой четверти XV века».

Считается, что «Сказание о Мамаевом побоище» опирается на Задонщину. При этом отмечается следующее. «Из Задонщины делались вставки в Сказание о Мамаевом побоище — как в первоначальный текст этого произведения, так и в последующие его редакции».

Существует также летописная «Повесть о Куликовской битве». Однако историки считают, что она «была создана не ранее середины XV века как произведение публицистическое». Отсюда следует, что Задонщина — это основной источник. Посмотрим, что же представляет собой текст Задонщины.

Задонщина дошла до нас в шести списках. Самый ранний из них представляет собой сокращенную переработку только первой половины всего произведения. Что касается остальных, то «остальные списки „Задонщины“ дают сильно искаженный переписчиками текст… Каждый в отдельности список „Задонщины“ имеет такое количество искажений и дефектов, что издание произведения по какому-либо одному из списков не даст достаточно полного и ясного представления о тексте произведения. Поэтому уже с давних времен принято давать реконструкцию (! — Авт.) текста „Задонщины“ на основе сравнительного анализа всех списков памятника».

Все списки, кроме одного, датируются XVI–XVII веками. Самый ранний список, содержащий только половину Задонщины, датируется концом XV века.

В фундаментальном издании Задонщины сразу обращает на себя внимание тот факт, что значительная часть географических названий выделена в тексте курсивом. Это означает, что все эти фрагменты были восстановлены, реконструированы позднейшими историками на основе сравнения разных версий текста.

При этом, оказывается, довольно часто исходные географические названия, присутствовавшие в основном списке, почему-то заменялись на другие. Среди «курсивных названий» особо часто почему-то встречаются Дон и Непрядва. Но тогда возникает законный вопрос. А какие же исходные географические имена стояли здесь в первичном памятнике? На каком основании они заменены на названия Дон и Непрядва?


2.4. Ставка Мамая на Красном Холме у Куликова поля

Московский Красный холм, Краснохолмский мост и Краснохолмская набережная, московская Красная площадь.

Полезно взять карту Москвы, положить ее перед собой и следить по ней за нашим рассказом.

Согласно русским источникам, ставка Мамая во время Куликовской битвы была расположена на Красном Холме. За несколько дней перед началом битвы русские «сторожа Мелика отошли постепенно под нажимом татар к Непрядве, к Красному Холму, с вершины которого была видна вся окрестность». Во время сражения «Мамай с тремя князьями находился на Красном Холме, откуда руководил войсками». «Царь же Мамай с тремя темными Князи взыде на место высоко на шоломя, и ту сташа, хотя видети кровопролитие». Таким образом, рядом с Куликовым полем находился Красный Холм. Есть ли в Москве на Кулишках такой Холм?

Да, есть. Прямо к Кулишкам, к Яузским воротам, спускается очень высокий крутой холм, который назывался Красным Холмом. На его вершине — известная Таганская площадь. Вспомните крутой спуск к высотному зданию у Яузских ворот. Не на этом ли Красном Холме, то есть на Таганской площади, была ставка Мамая?

Более того, рядом с этим местом до сих пор находится Краснохолмская набережная Москвы-реки и известный Краснохолмский мост. Сегодня на карте Москвы сам Красный Холм формально не обозначен. Впрочем, рядом с Кремлем есть хорошо известная Красная Горка, где до сих пор стоит старое здание Московского университета.

Московское поле Кулишки окружено несколькими холмами. На одном из них — известная Красная площадь и Кремль. Поэтому этот холм тоже мог называться Красным. Возможно, ставка Мамая была и на этом холме, также возвышающемся над Кулишками со стороны Славянской площади.


2.5. Кузьмина гать Куликовской битвы и Кузьминки в Москве

Перед началом Куликовской битвы войска Мамая остановились на «Кузьмине гати».

Любой москвич тут же воскликнет — так это же московские Кузьминки! Известный район Кузьминки. А напротив Кузьминок, на другом берегу Москвы-реки, мы видим большой район Нагатино, то есть НА ГАТИ.

Напомним, что слово ГАТЬ означает замощенное чем-либо болотистое, сырое место. По которому просто так пройти трудно или нельзя.

Наша реконструкция такова. Мамай подходил к Кулишкам, в центр современной Москвы, с восточной стороны Москвы, находясь на левом берегу Москвы-реки. То есть на том берегу, где должна произойти Куликовская битва.

А Дмитрий шел ему навстречу с южной стороны Москвы, находясь на правом берегу Москва-реки. Перед битвой Дмитрий форсировал реку.

Войска сошлись в центре современной Москвы — на Кулишках, в районе Славянской площади и Сретенки. Взгляните снова на карту (рис. 9.4 и 9.5).

Для полноты картины сообщим, что в то время, как Мамай стоит на «Кузьминой гати», Дмитрий стоит «на Березуе». То есть на берегу, «на брезе» реки. По нашей реконструкции, на берегу Москвы-реки.

Стоит отметить, что историкам не удается указать Кузьмину Гать в окрестностях современного Дона. Каждая из предлагаемых ими версий вступает, оказывается, в противоречие с летописными данными.


В итоге историки предпочитают обвинять летописцев в неправильном понимании истории. Пишут так: «Возникают трудноустранимые противоречия… По-видимому, или неверно отождествление Кузьминой Гати, сделанное исследователями, или автор „Сказания“ имел довольно смутные представления о маршрутах войск Мамая и Дмитрия Московского к Куликову полю». Это признание содержится в большом научном исследовании под редакцией академика Б.А. Рыбакова.


2.6. Из какой Коломны выступил Дмитрий Донской на Куликовскую битву

Согласно летописи, Дмитрий выступил на Куликовскую битву из Коломны, где он соединился со своими союзниками. Сегодня считается, что Дмитрий вышел из города Коломны под Москвой, примерно в 100 километрах от Москвы. Возможно. Но нельзя не обратить внимание на другой весьма вероятный вариант. Дмитрий Донской выступил на битву из знаменитого села Коломенского, находящегося сегодня внутри Москвы, метро Коломенское. Напомним, что именно в этом московском Коломенском находился огромный деревянный царский дворец.

Эта гипотеза подтверждается также следующим свидетельством «Сказания о Мамаевом побоище». Дмитрий, узнав о готовящемся нападении, приказал своим соратникам явиться в Москву, куда они и прибыли. Тут же, через страницу, летопись буквально в тех же словах еще раз говорит о точно таком же, полностью идентичном, приказе Дмитрия своим соратникам, приказывая им собраться, но на этот раз — в Коломне. По всей видимости, здесь попросту идет речь об одном и том же приказе Дмитрия своим сподвижникам собраться в Коломенском — в Москве. Летопись два раза повторила один и тот же фрагмент.

Летопись постоянно фактически накладывает Коломну на Москву. Так, сказав, что Дмитрий собирает полки в Коломне, она тут же продолжает, что войска выступают на битву из Москвы. Это снова помещает Коломну в известное село Коломенское в Москве. Более того, как сообщает Тихомиров, «Москва была тем центром, куда сходились отряды из русских городов: „…снидошася мнози от всех стран на Москву к великому князю“. Сюда пришли белозерские полки, ярославские, ростовские, устюжские. Главная сила русского войска составилась из москвичей. Это видно из рассказа об уряжении полков на Коломне и на Куликовом поле».

Итак, мы считаем, что Дмитрий Донской выступил именно отсюда, из московского района Коломенского, расположенного на правом берегу Москва-реки, недалеко от центра Москвы. Куда он направился далее со своими войсками?


2.7. Котлы Куликовской битвы и Котлы в Москве

Как говорит летопись, Дмитрий движется по направлению «на Котел». Если это в Москве, то где же? Посмотрите на карту. Вы сразу увидите реку Котловку недалеко от Коломенского в Москве. Увидите также железнодорожную станцию Нижние Котлы, находящуюся недалеко от Коломенского, в Москве. Следовательно, выступив из московского Коломенского, Дмитрий направляется вверх по течению Москва-реки в сторону речки Котловки. Между прочим, двигаясь в этом направлении, Дмитрий должен был бы вскоре оказаться в районе Новодевичьего монастыря, правда, по другую сторону Москвы-реки. Давайте проверим по летописи — оправдается ли наш прогноз?


2.8. Смотр перед битвой войску Дмитрия Донского на Девичьем Поле с Девичьим монастырем Московское Девичье поле с Новодевичьим монастырем

По дороге на поле битвы Дмитрий устроил своему войску смотр «на поле Девичьем». Сообщается следующее. «Более 150 тысяч всадников и пеших стало в ряды, и Дмитрий, выехав на обширное поле Девичье, с душевной радостью видел ополчение столь многочисленное».



Более того, «Сказание о Мамаевом побоище» прямым текстом говорит следующее: «Наутро же князь великий повелел выехать всем воинам на поле к Девичьему монастырю», «на поле к Дивичю».

В рамках нашей реконструкции мы обязаны указать Девичье поле и Девичий монастырь в Москве. Долго искать не надо. Это знаменитое поле в излучине Москва-реки, на котором сегодня стоит Новодевичий монастырь. Это огромное поле и называлось Девичьим полем. До сих пор здесь остались названия:

«Проезд Девичьего поля», ранее просто «ДЕВИЧЬЕ ПОЛЕ», затем — Новодевичья набережная, Новодевичий переулок. Девичий монастырь изображен и назван Девичеи монастырь на старинном плане Москвы примерно 1707 года, называющемся «Вид с Каменным мостом из Замоскворечья» (см. рис. 9.6 и 9.7). На рис. 9.8 мы приводим старую гравюру 1702 года с видом Новодевичьего монастыря и его окрестностей в начале XVIII века. Хорошо видно большое поле, остававшееся незастроенным до начала XVIII века.

Таким образом, как мы видим, Дмитрий Донской, выступив из московского Коломенского, перешел Москву-реку и попал на Девичье поле, где устроил военный смотр. В летописи этот переход реки непосредственно перед битвой назван «переходом через Дон». Возникает естественная мысль, что здесь Доном была названа будущая Москва-река. Напомним, что, по нашей реконструкции, Москва фактически еще не заложена, а потому названия Москва-река могло еще и не быть. Если это так, то прежнее название Москвы-реки — это Дон, то есть просто река.

Поразительно, что Задонщина явно имеет в виду Москву-реку, когда говорит о реке Дон. В самом деле, княжна «Марья рано поутру плакала на забралах стен московских, так причитая: „О Дон, Дон, быстрая река… принеси на своих волнах моего господина Микулу Васильевича ко мне“». Итак, река Дон течет через Москву. Какая река течет через Москву? Правильно. Москва-река. Таким образом, наша гипотеза, что в древности Москва-река называлась Доном, получает прямое летописное подтверждение.


2.9. Девичий монастырь, Бабий городок и Полянка на правом берегу Москвы-реки как возможное Девичье поле и место смотра войск Дмитрия Донского

Сегодня Девичье поле находится на левом берегу Москвы-реки. Однако вероятнее, что Дмитрий Донской устроил смотр войск на правом берегу реки, еще до переправы через нее. Как это и описано в «Сказании о Мамаевом побоище» (см. рис. 9.4). В этом случае смотр войск происходил в районе современной Полянки в Москве, напротив Кремля. Которого во времена Дмитрия Донского здесь еще не было. Кремль будет построен тут позже, в XVI веке. Оказывается, что именно в этом месте Москвы когда-то был расположен так называемый Бабий Городок. Который, возможно, назывался также и Девичий городок. Здесь расположены Бабьегородские переулки. Происхождение старого московского названия Бабий Городок сегодня считается неясным.

«Бабьегородские переулки названы по местности „Бабий Городок“, известной с XVII века… „Городки“ тогда называли укрепление. Сказание о бое здесь в 1382 году женщин, построивших „Городок“, с татарами документально не подтверждается». Таким образом, с Бабьим Городком связаны старые предания о битве с татарами в 1382 году. То есть примерно тогда же, когда и произошла Куликовская битва. Что вполне естественно. Вероятно, в этом предании отразилась сама Куликовская битва 1380 года. Или же ее дубликат-отражение, попавший в 1382 год, о чем мы скажем ниже.

Рассказывая о «битве с татарами» в 1382 году, В.В. Назаревский пишет о названии Бабий Городок следующее: «Существовало предание, будто несколько сот крестьянок, спасаясь от татар, явились в Москву и просились в Кремль, но из опасения голода не были туда пущены. Тогда они на правом берегу Москвы-реки сделали деревянный сруб, окопали его рвом и здесь защищались от татар. От этого будто бы эта местность получила название „Бабьего городка“». В этом описании речь идет, скорее всего, о военном лагере, а не о простом срубе.

Сегодня историки предлагают различные теории, объясняющие старое московское название Бабий Городок. Тем не менее считается, что «пока не выяснено точное происхождение этого названия (Бабий Городок — Авт.). Одна версия говорит о том, что здесь якобы было укрепление, в котором оборонялись женщины от вражеского нападения, другая — о том, что на берегу Москвы-реки татары выбирали себе полонянок…»

Наиболее распространенное объяснение заключается в том, что в этих местах речной берег укрепляли — «городили» при помощи свай, вбиваемых молотами, «бабами». Как нам кажется, название Бабий Городок вероятнее всего связано не с деревянными «бабами», которыми забивают сваи, а с женщинами-воительницами, участвовавшими в Куликовской битве.

В этом месте был расположен монастырь Рождества Богородицы.

Еще раз напомним, что Куликовская битва произошла в день Рождества Богородицы. Поэтому монастырь с таким названием в этом месте мог быть поставлен в память о Куликовской битве. Так же, как и церковь Рождества Богородицы на самом Куликовском поле — московских Кулишках, согласно нашей реконструкции (рис. 9.9). «В 1472 г. здесь упоминается Голутвинский монастырский двор — то есть подворье. Монастырь Рождества Богородицы на Голутвине известен по духовной Ивана III 1504 г. Приходская церковь Рождества Богородицы значится с 1625 г.».

О том, что монастырь в Голутвине основан в честь Куликовской битвы, пишет, например, В. Г. Брюсова: «Известно, что в честь Куликовской победы Дмитрий Донской построил несколько храмов: основывает монастырь на Дубенке, в Голутвине и на Стромынке, достраивает храм в Коломне (скорее всего, Дмитрий построил этот храм не в Коломне, а в московском Коломенском — Авт.), а в память павших в бою церковь Всех Святых в Кулишках».

Надо сказать, что место около Бабьего Городка действительно хорошо подходило для смотра войск. Сегодня здесь — Калужская (Октябрьская) площадь, улицы Полянка, Большая Полянка. Сами эти названия указывают, что в этом месте находилось большое поле.

Вспомним, что смотр войск Дмитрия Донского произошел на Девичьем поле. Выше мы указали окрестности Новодевичьего монастыря в Москве как возможное Девичье поле. Но Новодевичий монастырь находится несколько выше по Москве-реке, и чтобы переправиться в этом месте, Дмитрию Донскому пришлось бы делать крюк (рис. 9.4). Более вероятно, что Дмитрий переправился по Крымскому броду, то есть туда, где сегодня находится Кремль. Здесь был брод, то есть удобное место для перехода Москвы-реки. Это ниже Новодевичьего монастыря по течению Москвы-реки. Оказывается, как раз в этом месте, недалеко от впадения в Москву-реку речки Черторый, существовавшей здесь ранее, находился первый в Москве женский монастырь. Или, как раньше говорили, Девичий монастырь. Это современный район метро Кропоткинская. Л.А. Беляев сообщает:

«В 1514 г. в списке построек Алевиза Нового упомянута „церковь Алексея святый Человек Божей в Девичи монастыре за Черторыею“… В списке старост, избираемых на соборе 1551 г., указан „из Черторья из Олексеева монастыря из Девичья“… На старом месте в 1584 г. был поставлен новый, Зачатьевский монастырь».

Итак, мы видим, что рядом с Девичьим полем, на котором Дмитрий Донской устраивал смотр войскам, был первый в Москве Девичий монастырь.


2.10. Переправа через Москву-реку

Вероятно, войска Дмитрия Донского переправились через Москву-реку = летописный Дон недалеко от современного Крымского моста. Дело в том, что именно здесь раньше на Москве-реке был старый брод, так называемый Крымский брод. По мнению историков, здесь проходила старая дорога, соединяющая Киев и Смоленск с Владимиром, Суздалем и Ростовом Великим. Она шла через Москву-реку — там, где сейчас стоит Крымский мост, а тогда был брод, — мимо прибрежных сел и лугов к Кремлю и далее на северо-восток. Быть может, это как раз тот брод, через который Дмитрий Донской с войском переходил Дон. То есть низменную часть Москвы-реки.


2.11. Место Березуй и Берсеньевская набережная в Москве Перед переправой через реку Дон Дмитрий Донской с войском стоял на месте, называемом Березуй

Замечательно, что набережная Москвы-реки между Крымским и Большим Каменным мостом, рядом с Кремлем, то есть именно там, где, по-видимому, и переправлялся через Москву-реку Дмитрий Донской с войском, называлась и до сих пор называется Берсеньевской набережной. Берсеньевка — очень старое название в Москве. Считается, что оно восходит к XIV веку. «На этом месте в древности был Никольский на Берсеневке на Болоте монастырь — „Никола Старый“. Сведения о нем имеются от 1390 и 1404 г.».

Трудно не заметить, что слова Березуй и Берсен, или Берзен, легко могли перейти одно в другое при переписывании летописей. С учетом того, что буквы И (или Й) и Н писались раньше почти одинаково, мы имеем почти полное совпадение остовов согласных: БРЗЙ и БРСН.

Здесь уместно отметить, что в рамках романовской версии историки не могут указать место Березуй, или Березой, в окрестностях современного Дона. Каждый из предлагаемых ими вариантов, оказывается, не согласуется с данными, указанными в летописях и в «Сказании».


2.12. Река Дон Куликовской битвы и Подонское подворье в Москве

Согласно летописям, русские войска, двигаясь на Куликово поле, перешли через реку Дон. Да и победитель Дмитрий, и даже его брат назывались Донскими.

Сегодня считается, что речь идет об известной реке Дон к югу от Москвы. Но эта современная река Дон в средние века чаще называлась Танаис. Именно так она именуется во многих описаниях Московии, составленных иностранцами, посещавшими Русь в XV–XVII веках. При этом подавляющая часть русских городов, рек и т. п. называются в этих дневниках путешественников, по-видимому, со слов их русских собеседников, своими русскими именами, каковые нам известны и сегодня. Хотя можно усмотреть некоторое созвучие имен Дон и Танаис. По-видимому, именно словом Танаис называли реку русские люди, беседовавшие с проезжими иностранцами. Реку Волгу, кстати, иногда называли Ра.

Но тогда возникает законный вопрос. А где же в средние века была русская река Дон? Сегодня название Дон обычно связывается лишь с одной рекой — современным Доном. Но оказывается, слово «дон» означало — и во многих языках означает до сих пор — просто река.

Причем это — известный факт. Этимологический словарь М. Фасмера, сообщает, что слова ДОН и ДУНАЙ во многих древних языках означали реку вообще. Причем не только в славянских, но и в турецком, древнеиндийском, древнем авестийском и других языках. До сих пор в русских наречиях существует слово ДУНАЙ, означающее ручей (олонецк.). В польском языке ДУНАЙ означает «глубокая река с высокими берегами», а в латышском ДУНАВАС означает «речушка, родник».

Более того, производными от слова ДОН являются также названия крупнейших рек Европы — Днепр и Днестр. В составе всех этих названий первые две буквы ДН означают «река», то есть ДОН или ДН без огласовок. О реке Дунай и говорить нечего. Это просто чуть иная форма слова ДОН.

Итак, Дон — это «река». А следовательно, Доном должны были называться многие реки. Поскольку мы выдвигаем гипотезу, что Куликово поле было на территории нынешней Москвы, то возникает вопрос: а где же в Москве река Дон? Видимо, сама Москва-река ранее называлась Доном.

Следы названия Дон в Москве сохраняются до сих пор. Недалеко от старого Симонова монастыря (сегодня он рядом с метро Автозаводская), который, как мы вскоре увидим, непосредственно связан именно с Куликовской битвой, находилось подворье хорошо известной Сарской и Подонской епархии, с кафедрой этой епархии, архиерейским домом и соборной церковью. Считается, что здесь в Москву-реку впадала речка Сара, что и дало этому месту имя Сарский.

Видимо, и название Подонская было связано с чем-то местным, московским. Действительно, оказывается, что Подон — это название реки в городе Москве: «Даниилу Александровичу приписывают основание монастыря на Крутицах — местности, названной так по своей крутизне. У подошвы этой возвышенности протекали две речки, с северной Сара, с южной Подон».

Возможно и еще одно объяснение. Слово ДОН может означать в русском языке донный, нижний, от слова дно. Поэтому «Донской» могло означать низовой — хорошо известный термин в русской истории. Вспомните, например, «низовые полки (войска)». Вероятно, здесь имелись в виду Ордынские войска, расположенные ниже по течению Волги. Отсюда — и Дон, Донская, то есть Низовая, область. Кстати, Сарская епархия получила, скорее всего, свое имя от имени Сарай. Да и слово ЦАРЬ — того же корня: цар = cap. О Сараях на Руси мы говорили в ХРОН4. Добавим, что и в Москве мы встречаем имя Сар, например, в названии знаменитой Сарской епархии и речки Сара.

В связи с именем Дон в Москве вспомним также знаменитый Донской монастырь, не очень далеко от центра Москвы. Он был основан в XVI веке.


2.13. Река Меча на поле Куликовом и Москва-река, либо река Моча — это приток Москвы-реки

Согласно летописи, Куликовская битва продолжалась в течение дня, после чего войска Мамая побежали и были прижаты к реке Меча, «где многие татары потонули». Асам Мамай спасся с немногими воинами. Таким образом, Меча — довольно большая река (в ней можно утонуть), находящаяся рядом с полем битвы, так как все события произошли в один день. Где находится река Меча? Конечно, сегодня вы можете найти небольшую речку Красивая Меча в Тульской области, где якобы была битва. Но, повторим, следов битвы там нет. Да и само название Меча могло появиться здесь уже значительно позже, когда историки перенесли сюда Куликовскую битву. Ведь, следуя указаниям всезнающих историков, именно здесь, в Тульской области, в 1848–1850 годах был воздвигнут памятник героям Куликовской битвы и основан музей. Возможно, только поэтому и появилась здесь на карте Красивая Меча. Иначе нечего было показывать туристам.

Но если Куликовская битва была на территории Москвы, то где же здесь река Меча? Наш ответ прост. Это либо сама Москва-река, либо ее приток МОЧА длиной в 52 километра. Слова Меча и Моча практически тождественны! Впрочем, отмеченная на современной карте речка Моча впадает сначала в реку Пахру, а затем Пахра — в Москву-реку. Таким образом, сегодняшняя Моча находится за пределами Москвы.

Но скорее всего, летопись имеет здесь в виду саму Москву-реку. Большая река, на берегу которой и находится поле Кулишки. Разгромленные войска Мамая были прижаты к Москве-реке, где вполне могло потонуть много воинов. Да и само название Меча может быть легким искажением имени Москвы-реки. Дело в том, что имя Москва происходит, как считали в XVII веке (см. выше), от имени Мосох, или Ме-шех. То есть без огласовок от МСХ или от Mosh — Moch — Moscow. Ясно, что из всех этих вариантов вполне могло родиться слово МЕЧА.


2.14. Река Непрядва на поле Куликовом и река Напрудная в Москве на поле Кулишки, а также московская река Неглинка

Куликовская битва происходила на реке Непрядве. Эта знаменитая речка упоминается много раз во всех летописях, говорящих о Куликовской битве. Река Непрядва, по описанию летописи, протекала прямо по полю битвы и также, судя по описанию битвы, была маленькой речкой. Бились в том числе прямо на ней.

Можем ли мы указать реку Непрядву в Москве? Поразительно, что эта речка действительно есть. Причем там, где ей и следует быть — на московских Кулишках. Это река Напрудная, она же Самотека в центре Москвы. Трудно отделаться от впечатления, что летописная Непрядва — это просто вариант московского имени Напрудная, от слов «на пруду», «на прудах».

Более того, река Напрудная расположена на московских Кулишках, то есть прямо на Куликовом поле. В самом деле, сообщается следующее: «Главная, так сказать, становая возвышенность направляется… сначала по течению речки Напрудной (Самотека), а потом Неглинной прямо в Кремль… идет по Сретенке и Лубянке (древним Кучковым полем) и вступает… в Китай-город». Все это — район большого Куликова поля в Москве.

Возникновение имени Непрядва-Напрудная совершенно естественно, поскольку в Москве было, да и есть, много прудов. Сегодня хорошо известны улицы Напрудные, 1-я и 2-я, затем Напрудный переулок, Прудовая улица, Прудовой проезд и т. д.

Более того, к северу от Кремля на Яузе было село Напрудское. Имена Непрядва и Напрудная практически тождественны. Легкая трансформация Напрудной в Непрядву также может быть понята из сохранившегося до сих пор в Москве имени Прудовая. Напрудную речку вполне могли называть также Напрудовой, или Непрядвой.

Напомним, что название Непрядва в некоторых местах современных изданий Задонщины выделено курсивом. Хотя имеются, конечно, «Непрядвы» и без курсива. Это означает, что в этих местах текста Задонщины имя Непрядва было кем-то «реконструировано».

По московским Кулишкам протекала раньше река Неглинка. Она впадала в Москву-реку. Это маленькая речка. Кулишки назывались также «Кучковым полем у Неглинной». Приставка НЕ в названии реки — довольно редкое явление. Возможно, преобразование приставки НА — в НЕ — в имени НАпрудова-НЕпрядва возникло из-за близости реки НЕглинки. Названия рек Напрудной и Неглинки могли тесно переплетаться в сознании людей еще и потому, что на Неглинке ранее была запруда, в результате чего перед Кремлем в древности образовался пруд. Вот что писал об этом Сигизмунд Герберштейн в XVI веке: «Неглима (Неглинная) вытекает из каких-то болот и пред городом, около высшей части крепости (Кремля — Авт.), до такой степени запружена, что разливается в виде пруда, вытекая отсюда, она заполняет рвы крепости и… под самой крепостью соединяется с рекой Москвой».


2.15. Засада Владимира Андреевича на Куликовом поле и Владимирская церковь в Москве

Исход Куликовской битвы решила засада, во главе которой был князь Владимир Андреевич с воеводой Дмитрием Боброком. Именно его удар решил судьбу сражения. Этому важному, переломному событию в «Сказании о Мамаевом побоище» уделяется довольно много места. Естественно ожидать, что на месте битвы должны были бы сохраниться какие-то воспоминания об этом засадном полке. И действительно, на одном из холмов, совсем рядом с московскими Ку-лишками, до сих пор стоит известная церковь «святого Владимира в Садах» (Старосадский переулок) (рис. 9.10). Здесь, по-видимому, и стоял засадный полк Владимира Андреевича. Это южный склон, он был сильно заросший, и впоследствии там были сады. Отсюда и названия Старосадского переулка и «Церковь в Садах».


2.16. «Река Чура на Михайлове» у Куликова поля и река Чура с восемью Михайловскими переулками в Москве

Воспользуемся изданием «Памятники Куликовского цикла», где собраны различные версии Сказаний о Куликовской битве.

При описании Куликовской битвы в «Сказании о брани благо-вернаго князя Димитриа Ивановича с нечестивым царем Мамаем еллинским» сообщается, что ночью перед началом сражения воин Фома из войска Дмитрия Донского был поставлен на стражу на реке Чуре, на Михайлове. Ему было небесное видение, о чем он сообщил князю. Вот этот фрагмент: «В ту же нощь некто разбойник был именем Фома от великого князя на реци на Чюру на Михаилови мужества его ради, на крепком стражи стоя от поганых». На рис. 9.11 мы приводим старинное изображение этого сюжета из «Повести о Куликовской битве» (текст и миниатюры Лицевого Свода XVI века). Река Чура изображена на миниатюре слева внизу.

В другом варианте «Сказания» написано так: «Фома разбойник поставлен бысть на реце на Чуру, явися ему в нощи во облаце два юноши, секуще поганых». И далее: «И на утрии же поведа великому князю единому». В других списках «Сказания» приводятся прозвища Фомы: Фома Кацибей, Фома Хабычеев, Фома Хецибеев.

В «Повести о побоищи Мамаевым с князем Димитрием Ивановичем Володимерским в лето 6889, от Рождества Христова 1381» сказано так: «В ту ж нощ некто синглит, разбойник, именем Фома Кацей, поставлен бысть сторожем от князя великого на реце на Черу Михайлове».

Итак, перед началом Куликовской битвы войска Дмитрия Донского стояли на реке Чуре, на Михайлове.

Спрашивается, есть ли в Москве река с таким названием? Да, есть. Более того, эта речка существует и сегодня и под тем же названием Чура. На этот важный факт обратил наше внимание И. Б. Меньшагин. На рис. 9.12 приведен фрагмент современной карты Москвы, где показана река Чура (рис. 9.13). Она протекает рядом с Даниловским монастырем, недалеко от Ленинского проспекта, по Мусульманскому кладбищу, которое ранее называлось Татарским. Название Чура — старое, оно присутствует и на старых планах Москвы. Недалеко находятся Нижние Котлы, через которые, как мы уже говорили, проходило войско Дмитрия Донского, сближаясь с Мамаем. Таким образом, московская река Чура находится там, где, согласно нашей реконструкции, проходили войска Дмитрия Донского перед Куликовской битвой.




А теперь — самое интересное. Почему в «Сказании» отмечено, что войско стояло на реке Чуре, «на Михайлове»? Наверное, река текла по селу Михайлову или по какой-то местности с таким названием.

Протекает ли московская река Чура по территории с подобным названием? Да, протекает. Достаточно взглянуть на карту Москвы, приведенную на рис. 9.12, чтобы увидеть буквально рядом с рекой Чурой и Мусульманским кладбищем Михайловский проезд. Более того, он тут не один с таким названием. Здесь — целое скопление Михайловских проездов. Восемь проездов! На увеличенном фрагменте современной электронной карты Москвы (рис. 9.14) мы видим 1-й Верхний Михайловский проезд, 2-й Верхний Михайловский проезд и так далее, до 5-го Верхнего Михайловского проезда. Более того, их пересекает Михайловский поперечный проезд. Наконец, здесь же проходят еще 1-й и 2-й Нижние Михайловские проезды. На карте, которая была в нашем распоряжении, они не обозначены, но названы в справочнике «Улицы Москвы». Совершенно ясно, что вся эта территория тесно связана с названием Михайлов. Скорее всего, это название — старое. Может быть, тут была старая Михайловская слобода и что-то еще с таким именем. Надо сказать, что московская река Чура не длинная, поэтому она практически целиком расположена около этого «Михайловского места» Москвы (рис. 9.12). С полным правом стоянку войск в этом месте летописцы могли указать как стоянку «на Чуре, на Михайлове».

Это скопление «Михайловских названий» на территории Москвы — единственное. Согласно справочнику «Улицы Москвы», есть еще лишь улица Михайлова и Михайловский проезд, проходящие около станций метро «Таганская», «Пролетарская» и «Рязанский проспект». Других «Михайловских улиц» на территории Москвы в справочнике не упомянуто.

Итак, здесь мы столкнулись с ярким фактом, прекрасно подтверждающим нашу реконструкцию.

А что расскажут нам историки по поводу реки Чуры и Михайлова в Тульской области? Оказывается, здесь у них — большие трудности. Указать реку Чуру, протекающую через Михайлово, в Тульской области они не могут. Вероятно, поэтому некоторые историки предлагали искать вместо реки — селение под названием Чур Михайлов. Впрочем, сегодня такого селения в Тульской области тоже нет. Уклончиво пишут так: «По мнению К.В. Кудряшова, Чур Михайлов лежал близ впадения в Дон р. Кочуры в 50 с лишним километрах ниже по Дону от устья Непрядвы».

Впрочем, по поводу же летописной фразы, опираясь на которую предлагали искать вместо реки — селение, сами же признают следующее: «Фраза испорчена описками и позднейшей неверной интерпретацией текста, которые затемняют ее смысл».

По нашему мнению, искали не там, где нужно.

В январе 2001 года мы побывали на реке Чура в Москве. Сегодня подойти к ее берегам непросто — большой район обнесен сплошными заборами, ведутся строительные работы. Еще ранее долина реки Чуры была, оказывается, засыпана. В результате Чура сильно обмелела. Сегодня пройти к реке можно лишь по узкому проходу через старое Татарское кладбище. На рис. 9.15-9.17 представлен современный вид реки Чуры. Сейчас здесь возводят эстакаду, и вся территория вскоре сильно изменит свой вид.


2.17. Река Сосна и Брашева = Боровицкая дорога на Куликово поле — это река Сосенка на окраине Москвы и Старая Боровская дорога в центр Москвы

В «Сказании о брани благовернаго князя Димитриа Ивановича с нечестивым царем Мамаем еллинским» сообщается, что Дмитрий Донской и Владимир Андреевич перед Куликовской битвой выслали разведку на реку Сосну с заданием привести языка. В одном из вариантов текста сказано — на Быструю Сосну.

Процитируем летопись: «Князь же великыи Дмитрии Иванович говорить з братом своим с князем Володимером Андреевичем… И посла [в] сторожу избранных своих крепкых… и повели им стрещи на Быстрей Съсни (в других варианта текста — просто на Сосне — Авт.) с всяким усердием и подо Орду ехати и языка добыта». Варианты, где река названа просто Сосна, приведены на этой же странице.

Затем, двинувшись на Куликово поле, Дмитрий Донской пошел по дороге через Котлы, а войско Владимира Андреевича подходило к полю битвы по другому пути, а именно по Брашевой дороге. Вот что сказано в летописи: «Князь великий Димитрий отпустил брата своего Владимира на Брашево дорогою, бо не зместилося войско все едною дорогою, а сам пошол на Котел». В другом месте сказано: «Стук стучит и гром гремит по ранней зоре — князь Володимер Ондриевич Москву реку възится на Красном перевози на Брашеве».

В другом варианте «Сказания» Красный перевоз на Брашеве называется также Красным перевозом в Боровице. А именно: «Стук стучит гром гримит по ранной зоре, а князь Володимер Андреевич МОСКВУ-РЕКУ перевозится на красном перевозе в Боровице». Мы видим, что летописные тексты напрямую отождествляют названия Брашев и Боровиц. Поэтому в летописи здесь речь идет о Брашевской = Боровицкой дороге.

Спрашивается, есть ли в Москве река Сосна и Брашева=Боровиц-кая дорога, по которой шли войска Владимира Андреевича? Да, есть. На окраине Москвы протекает река Сосенка. Рядом — поселок Сосенки (рис. 9.18 и 9.19). Речка Сосенка находится непосредственно около московской кольцевой дороги, в секторе между продолжениями Ленинского проспекта и Профсоюзной улицы. Мимо реки Сосенки, по другую сторону от Ленинского проспекта, в центр Москвы, по правую сторону Москвы-реки, проходит старая Боровская дорога.

Сегодня это — Боровское шоссе (рис. 9.18). Названия дорог — Боровская и Боровицкая — фактически тождественны. А название Боровская и Брашева — очень похожи, поскольку Ш и С-Ц часто переходили друг в друга. На рис. 9.18 и 9.19 мы обвели названия Сосенки, чтобы выделить их на карте. Боровское шоссе видно на рис. 9.18 вверху слева. Вспомним здесь также о Боровицких воротах Кремля.

Становится понятным, почему летопись упомянула о разведке к реке Сосна = Сосенки именно в связи с движением Владимира Андреевича по Боровской дороге. По той простой причине, что эта дорога, входя в Москву, действительно проходит близко от реки Сосенки (рис. 9.18).

Таким образом, наша реконструкция движения войск Дмитрия Донского и Владимира Андреевича такова. Войска Дмитрия двигались примерно по Ордынской дороге на Котел, она же — Коломенская дорога, как отмечено на карте (рис. 9.20). А полки Владимира Андреевича шли по Боровской=Боровицкой дороге, мимо речки Сосенки (рис. 9.20). Обе дороги ведут в центр Москвы, к Куликову полю. Разведку выслали к подмосковной реке Сосенке, желая, наверное, проверить — свободен ли путь. Чтобы попасть на Куликово поле, Владимиру Андреевичу, двигавшемуся по Боровской=Боровицкой дороге, действительно нужно было переправиться через Москву-реку. Об этом и сообщила летопись. Мамай при этом находился слева от Москвы-реки, по другую сторону от Дмитрия Донского и Владимира Андреевича.

А что говорят историки по поводу реки Сосны и Брашевой дороги, упомянутых в «Сказании»? Опять-таки здесь у них большие проблемы. Они предлагают реку Быстрая Сосна — приток Дона, однако сами же признают, что тогда получается противоречие с другими указаниями летописи. Пишут так: «Но представления автора „Сказания“ о пути, которым шел Мамай на Русь, ошибочны… Поэтому сообщение „Сказания“ о посылке разведчиков к Быстрой Сосне, протекавшей значительно южнее Мечи, недостоверно».

А по поводу летописной Брашевой дороги признают следующее: «Сообщение „Сказания“ о движении по Брашевой дороге на Коломну полков во главе с Владимиром Серпуховским противоречит известию Летописной повести… Указанное сообщение „Сказания“ надо признать недостоверным… Говорить о степени достоверности этого свидетельства памятника трудно».

Повторим — не там искали.

Итак, мы перебрали все основные географические названия, упомянутые летописью при описании Куликовской битвы. Все они обнаружились в Москве.


2.18. Ярослав и Александр в описании Куликовской битвы

«Сказание о Мамаевом побоище», рассказывая о Куликовской битве, постоянно упоминает двух знаменитых полководцев прошлого, предков Дмитрия Донского — Ярослава и Александра. При этом другие знаменитые его предки почему-то вовсе не упоминаются. Это довольно странно. Два предка упоминаются постоянно, а о других, не менее знаменитых — взять хотя бы Владимира Мономаха, — хранится полное молчание. Сегодня считается, что речь здесь идет о древнем Ярославе Мудром из XI века и о великом Александре Невском из XII века. Конечно, можно предположить, что летописец питал особое уважение именно к этим двум великим князьям. Из которых первый отстоит от описываемых событий лет на 300, а второй — на 100. По нашей гипотезе, все намного проще. Дело в том, что Ярослав — это фантомный дубликат Ивана Калиты, отца Дмитрия Донского. А Александр — дубликат-отражение Симеона Гордого, брата и предшественника Дмитрия Донского. Таким образом, летописец абсолютно естественно упоминает двух непосредственных предшественников великого князя Дмитрия Донского. А не его далеких туманных предков. См. ХРОН4.


2.19. Кто с кем сражался на Куликовом поле

Сегодня нам объясняют, что на Куликовом поле сражались русские с татарами. Русские победили. Татары проиграли. Первоисточники почему-то придерживаются другого мнения. Мы просто процитируем их краткий пересказ, сделанный Гумилевым. Сначала посмотрим, кто сражался на стороне татар и Мамая.

Оказывается, «волжские татары неохотно служили Мамаю и в его войске их было немного». Войска Мамая состояли из поляков, крымцев, генуэзцев (фрягов), ясов, касогов. Финансовую помощь Мамай получал от генуэзцев.

Теперь посмотрим — кто же сражался в русских войсках? «Москва… продемонстрировала верность союзу с законным наследником ханов Золотой Орды — Тохтамышем, стоявшим во главе волжских и сибирских татар».

Совершенно ясно, что описывается междоусобная борьба в Орде. Волжские и сибирские татары в составе «русских войск» воюют с крымцами, поляками и генуэзцами в составе войск Мамая! Русское войско «состояло из княжеских конных и пеших дружин, а также ополчения… Конница… была сформирована из крещеных татар, перебежавших литовцев и обученных бою в татарском конном строю русских». Союзником Мамая был литовский князь Ягайло, союзником Дмитрия считается хан Тохтамыш с войском из сибирских татар.

Сегодня никого, конечно, не удивляет, что войска Мамая называются в летописях Ордой. Но, оказывается, и русские войска также называются Ордой. Причем не где-нибудь, а в знаменитой Задонщине. Вот, например, что говорят Мамаю после его поражения на Куликовом поле: «Чему ты, поганый Мамай, посягаешь на Рускую землю? То тя била Орда Залеская». Напомним, что Залеская Земля — это Влади-миро-Суздальская Русь. Таким образом, здесь русские войска Владимиро-Суздальской Руси прямо названы Ордой, как и монголо-татарские. Это в точности отвечает нашей реконструкции.

Кстати, древнерусские миниатюры, изображающие Куликовскую битву, одинаково изображают русских и татар — одинаковые одежды, одинаковое вооружение, одинаковые шапки и т. д. По рисунку невозможно отличить «русских» от «татар». Это хорошо видно на миниатюре из Лицевого свода XVI века.

Так что даже с традиционной точки зрения нельзя считать, что Куликовская битва была сражением между русскими и пришельцами-татарами. Русские и татары перемешаны так, что отделить их друг от друга невозможно. По нашей гипотезе, слово татары в летописях означало конные русские войска и совсем не обязательно означало национальность. Здесь слово татары попросту заменяет слово КАЗАКИ. По-видимому, позднее, при тенденциозном редактировании, первоначальное слово КАЗАКИ было заменено везде в летописях на ТАТАРЫ.

Итак, Куликовская битва была сражением волжских и сибирских казаков во главе с Дмитрием Донским с войском польских и литовских казаков, возглавляемых Мамаем.


2.20. Отступление в сторону от темы Куликовской битвы О русской и татарской архитектуре

Традиционно считается, что русский и татарский архитектурные стили совершенно не похожи друг на друга. В то же время при внимательном рассмотрении обнаруживается близкое их сходство. Приведем один из многих примеров.

От Сарской и Подонской епархии в Москве до сих пор сохранился Крутицкий терем. «Этот характерный по своим архитектурным формам для конца XVII века надвратный терем сплошь облицован во втором этаже со стороны подъезда узорчатыми изразцами. Несмотря на явно русский характер всех форм терема и в особенности обработки его окон, он производит чисто восточное впечатление, напоминая эмалевые стены Персии и минареты Туркестана». Могут возразить: иноземные завоеватели-угнетатели монголы заставляли покоренных русских рабов строить здания восточного типа. Но можно сказать и так: в русском зодчестве естественно были представлены и успешно развивались, сосуществуя вплоть до XVIII века (!), самые разные стили, в том числе и восточный. Это только в исторической версии Скалигера на каждую эпоху приходится ровно один свой стиль, один свой почерк, одна своя архитектура. Ведь сегодня же мы видим сосуществование самых разнообразных и непохожих стилей в одном месте и в одно и то же время. Почему же в древности должно быть по-другому?


3. Братская могила героев Куликовской битвы в Старом Симонове в Москве

3.1. Где захоронены воины, павшие в Куликовской битве?

Согласно летописям и «Сказанию о Мамаевом побоище», в Куликовской битве полегло около 250 тысяч человек с обеих сторон. Скорее всего, это число сильно преувеличено. Тем не менее число погибших должно быть очень велико, так как после окончания битвы «стоял князь Великий за Доном на поле боя восемь дней, пока не отделили христиан от нечестивых. Тела христиан в землю погребли, нечестивые тела брошены были зверям и птицам на растерзание».

Читатель, воспитанный на скалигеровско-миллеровской версии истории, наверное думает, что все это происходило в современной Тульской области в верховьях Дона, куда помещают сегодня место Куликовской битвы.

Оказывается, однако, что русские воины, павшие в Куликовской битве, захоронены почему-то не в Тульской области, а в Москве — в Симоновом монастыре! Здесь были похоронены, во всяком случае, знаменитые герои Куликовской битвы русские воины-иноки Пересвет и Ослябя. «Похоронили Пересвета и Ослябю у церкви Рождества Богородицы… Героев-иноков, павших на поле брани, не повезли в Троицкую обитель, а предали земле у стен именно этой церкви».

Но позвольте, если допустить — как нас уверяют сегодня, — что тела героев везли из Тульской области до Москвы на расстояние около 300 (трехсот!) километров, то неужели же их «не смогли» довести небольшой остаток пути до Троице-Сергиевой обители? Осталось ведь совсем немного.

Другой недоуменный вопрос. Восемь дней Дмитрий стоял на поле боя и хоронил убитых. Только затем тронулись в путь. Надо думать, не один день шли от Тульской области до Москвы. Около трехсот километров. Сколько же дней в итоге трупы Пересвета и Осляби были без погребения? Неужели их не хоронили несколько недель?

Поскольку битва произошла в день праздника Рождества Богородицы, то естественно, что при погребении на поле брани должны были построить церковь, посвященную Рождеству Богородицы. Именно это мы и видим — эта церковь до сих пор стоит в Симоновом монастыре в Москве, который основан практически одновременно с Куликовской битвой.

Наша гипотеза. Симонов монастырь в Москве был основан и построен прямо на Московском поле Куликовской битвы, или непосредственно около него, как усыпальница павших здесь русских воинов.

«Симонов монастырь, основанный в 1379 году, был одним из важных форпостов обороны Москвы. Основная часть памятников была разобрана в начале 30-х годов (! — Авт.) в связи со строительством Дворца культуры Завода имени Лихачева (ЗИЛ). Сохранилась южная стена с тремя башнями». Сегодня этот монастырь находится, к сожалению, на территории завода, хотя в него уже можно попасть.

Таким образом, и миллеровско-романовская история согласна с тем, что Симонов монастырь основан практически одновременно с Куликовской битвой.

Этот монастырь находится на берегу Москвы-реки, рядом с Краснохолмской набережной, о которой мы уже говорили. Таким образом, все обнаруженные нами выше места и названия, связанные с Куликовской битвой, расположены в Москве очень близко друг к другу. А именно, между двумя крайними точками, каковыми являются — церковь Всех Святых, построенная Дмитрием в честь Куликовской битвы, и Симонов монастырь, где павшие в битве были захоронены.

Таким образом, получается естественная картина. Павших воинов хоронили на месте битвы, а не везли их издалека, за сотни километров, в Москву.

Нельзя не отметить следующее любопытное обстоятельство. Мы с большим трудом нашли в литературе указание на место захоронения героев Куликовской битвы. Это место должно быть, как нам казалось, весьма знаменитым. Как-никак здесь лежат герои одной из величайших битв русской истории. И что же? Пересмотрев несколько современных фундаментальных исторических исследований, монографий и обзоров по истории Куликовской битвы, мы нигде не нашли даже смутного упоминания о месте захоронения.

Современные историки хранят странное молчание на эту тему. Более того, руководитель сектора археологии Москвы Института археологии РАН Л.А. Беляев пишет о Старо-Симоновом монастыре так:

«Археологические работы в широких масштабах здесь не велись. Нам известно лишь о некоторых поверхностных наблюдениях Б.Л. Хворостовой при реконструкции храма в 1980 годах. Исследовавший вопрос захоронения Пересвета и Осляби В.Л. Егоров полагал даже полную разрушенность слоя в трапезной храма и бесперспективность археологических работ здесь (! — Авт.)».

И только благодаря счастливой случайности нам удалось наконец найти нужную информацию в книге 1806 года (!), на которую сослался М. Поспелов в журнале «Москва» за 1990 год. Речь шла о скандале, вспыхнувшем из-за отказа завода «Динамо» освободить церковные здания Симонова монастыря на своей территории. И лишь затем, уже побывав в самом монастыре, мы в нем обнаружили ксерокопию очень редкой книги, изданной в 1870 году и также рассказывающей о захоронении Пересвета и Осляби. Отметим, что обе эти книги 1806 и 1870 года посвящены истории именно Симонова монастыря. Ни в одном из доступных нам солидных общих исторических трудов и ни в одной из специальных монографий по истории Москвы, перечисленных в нашем списке литературы, нужной информации мы не нашли. Краткое указание есть у Н.М. Карамзина.

В чем же дело? Почему хранится молчание о том, где же захоронены герои, павшие на поле Куликовом? Мы считаем, что ответ ясен. Потому, что захоронение это оказывается расположенным не в Тульской области — куда сместили Куликовскую битву, стремясь удревнить город Москву, — а в самой Москве.

Поэтому о захоронении предпочитают молчать. Ведь любой здравомыслящий человек тут же задаст естественный вопрос: неужели тела погибших героев везли более трехсот километров из Тульской области в Москву? Если захоронение — в Москве, то и битва была в Москве. Это же совершенно естественный вывод. Еще раз повторим, что в Тульской области никаких следов захоронений не найдено. Даже если число погибших сильно преувеличено, что скорее всего — так, после такой крупной битвы, как Куликовская, должны были остаться большие захоронения. И их следы должны быть видны до сих пор.

В Москве они есть. В Тульской области их нет.

Впрочем, можно понять позицию историков. Дело в том, что согласно их «теории» в год Куликовской битвы Москва уже давным-давно существовала как крупный город. Кулишки в Москве, по их мнению, были давно застроены ко времени Куликовского сражения. Какая же битва «на огромном поле» может быть в тесном городе?!

По нашей же версии, в эпоху Куликовской битвы Москва еще только-только создается. Она — еще небольшое селение. На месте Ку-лишек — незастроенное большое поле. Лишь после Куликовской битвы, то есть лишь в конце XIV века, Дмитрий Донской стал отстраивать Москву, что и говорит летописец прямым текстом: «Князь великий Дмитрий Иванович заложи град Москву камену и начаша делати безпрестани».


3.2. Старый Симонов монастырь — древняя братская могила воинов Куликовской битвы

Здесь мы расскажем о нашем посещении Старого Симонова монастыря 15 июня 1994 года, предпринятом нами в связи с исследованием географических обстоятельств Куликовской битвы. Совершенно естественно, что, высказав гипотезу, что битва произошла на территории Москвы, мы захотели лично посетить Симонов монастырь — как место захоронения героев битвы, чтобы проверить нашу реконструкцию на месте.

Посещение принесло настолько неожиданные результаты, что мы сочли уместным рассказать здесь об этом.

Начнем с того, что в 1994 году Старый Симонов монастырь был расположен на территории завода «Динамо» и чтобы попасть в него, пришлось долго петлять по узким проходам, углубляющимся внутрь. На маленьком пятачке, окруженном заводскими строениями, стоит церковь Рождества Богородицы. Церковь вновь открыта лишь несколько лет тому назад. До этого в ней находился заводской склад.

Мы знали, что здесь захоронены, по крайней мере, два наиболее известных героя Куликовской битвы — Пересвет и Ослябя. Нас чрезвычайно волновал вопрос — нет ли здесь еще и массового захоронения других участников битвы? Ведь если битва произошла действительно в Москве и, как пишут летописи, Дмитрий восемь дней стоял на поле и хоронил убитых, то где-то здесь должны были остаться массовые захоронения павших воинов.

Так оно и оказалось! Не успели мы войти на площадку перед церковью, наше внимание привлек огромный дощатый ящик, уже опущенный в свежую могилу и приготовленный к погребению (рис. 9.21 и 9.22). На наших глазах рабочий начал засыпать могилу землей.


На вопрос: кого он хоронит, присутствовавшие при этом церковный староста и рабочие охотно рассказали нам следующее. Оказывается, вся земля вокруг церкви в радиусе около ста метров и на глубине в несколько метров буквально забита человеческими черепами и костями. Более того, площадь старого захоронения, возможно, даже больше, но выяснить это точно мешают заводские постройки, плотно обступившие церковь. Как нам сообщили, еще при постройке завода был обнаружен целый слой из костей.

Эти древние кости тогда выкапывались в огромном количестве и просто выбрасывались.

Недавно, незадолго до нашего посещения, в десяти метрах от церкви начали копать погреб. Только с этой небольшой площадки было выкопано столько черепов и костей, что хватило заполнить тот самый ящик объемом в два-три кубометра, который мы увидели, войдя на территорию церкви. Его-то как раз и хоронили. По нашей просьбе рабочий любезно поднял крышку (рис. 9.23). Ящик был заполнен человеческими костями и черепами. Мы его сфотографировали. Место захоронения ящика — примерно в десяти метрах от северной стены церкви. Рабочие, откапывавшие все эти кости, рассказали нам о нескольких поразивших их вещах.

Во-первых, останки были расположены в земле в полном беспорядке. Один из скелетов находился даже вертикально вниз головой! Совершенно ясно, что это — не обычное кладбище, а массовое захоронение. Мертвые тела складывали в беспорядке в большие ямы.

Именно поэтому, выкопав всего лишь один погреб, рабочие набрали больше кубометра черепов и костей.

Во-вторых, копавших поразило, что почти у всех черепов были здоровые, молодые, целые зубы. Рабочие повторили нам это несколько раз. Складывается впечатление, что все похороненные были молодыми, здоровыми людьми. Это были воины. Не немощные старики. Перед нами — не обычное кладбище, где лежат в основном старые люди. Это было воинское захоронение.

В-третьих, кроме черепов и костей в земле были найдены каменные надгробные доски, плиты одного и того же образца и размера, без каких-либо надписей (рис. 9.24). На всех этих досках изображен один и тот же узор. Он состоит из бляхи в центре, от которой отходят три полосы: прямая — вниз и две дуги, расходящиеся кверху.

Этот рисунок чрезвычайно напоминает воинский щит либо уже знакомый нам старый вилообразный или Т-образный христианский крест. Отсутствие каких-либо надписей указывает на то, что могилы были безымянными и, главное, общими. Каменных плит существенно меньше, чем костей. По-видимому, ям было несколько и на каждую клали однотипную надгробную доску. Идентичность всех обнаруженных каменных плит ясно говорит о том, что все захоронения были сделаны одновременно. Отметим, что на досках присутствует именно старинная вилообразная форма креста, а отнюдь не принятая сегодня форма креста.

Между прочим, захоронение с точно таким же узором, то есть вилообразным крестом, находится и в подклете Архангельского собора московского Кремля, среди гробниц русских цариц. Это одно из самых старых захоронений, там находящихся (рис. 9.25). Впрочем, не исключено, что узор в виде буквы Т, присутствующий на плитах, является старинным изображением Т-образного христианского креста. В такой форме крест представлен, например, на вышитой пелене Елены Волошанки.

В-четвертых, в симоновском захоронении полностью отсутствуют какие-либо остатки фобов, металлических предметов, одежды. Сохранились только кости. Это говорит о том, что захоронение очень старое. Дерево, железо, медь, одежда полностью истлели, рассыпались. На это нужны столетия. Да и каменные надгробные доски совершенно непохожи на те, которые употребляются в церкви в последние несколько сотен лет.

Впрочем, доказывать древность этого захоронения, видимо, излишне. Поскольку археологи, специально вызванные сюда, датировали захоронение XIV веком, то есть как раз временем Куликовской битвы. Однако археологи, как нам сообщили в Старо-Симоновом монастыре, тут же уехали, почему-то не заинтересовавшись погребением. Видимо, итогом этого посещения и является приведенное выше мнение археологов о якобы «бесперспективности археологических работ» в Старом Симонове. Нам все это кажется чрезвычайно странным.


Итак, сегодня на месте захоронения героев Куликовской битвы роют котлованы, строят погреба, завод вел свой коллектор. А останки героев просто выбрасывают. В лучшем случае сваливают в общий ящик и хоронят заново, по-христиански.

Вот где стоило бы поработать нашим историкам. Как вообще может такое быть, что в центре Москвы давно существует явно древнее захоронение и никто из археологов и историков даже не удосуживается задаться вопросом — кто здесь похоронен?

Ну хорошо. Допустим, историки не знают о братских могилах павших на Куликовом поле воинов в Старо-Симоновом монастыре. В конце концов, это пока лишь наша гипотеза.

Но ведь о том, что здесь, в самой церкви Рождества Богородицы, лежат останки Пересвета и Осляби, они знают прекрасно. Наверное, подумали мы, старое надгробие с их могилы до сих пор бережно здесь хранится. Ничуть не бывало!

Входим в церковь. Внутри ее, слева от входа — надгробие над могилами героев Пересвета и Осляби, сделанное всего лишь несколько лет назад (рис. 9.26). Как выглядело это место церкви в 1985 году, показывает старая фотография, помещенная сегодня на доске у входа в церковь (рис. 9.27). Здесь показано состояние храма сразу после того, как завод освободил его. Хорошо видно, что церковь была полностью разгромлена. Никаких следов могилы Пересвета и Осляби на фотографии 1985 года нет. По-видимому, древняя надгробная плита была к этому времени уже уничтожена или перенесена в другое место.

Подлинная древняя каменная «доска», плита, возложенная на могилу Осляби и Пересвета в XIV веке, о которой упоминает, например, Н.М. Карамзин, сегодня вообще не видна.

Под новым надгробием ее нет, как нам сказали в самой церкви. Возможно, она до сих пор заделана в стену церкви, как о том пишет Н.М. Карамзин.

Но об этом в церкви сегодня никто ничего не знает. Скорее всего, она была варварски раздроблена отбойными молотками в числе множества других древних плит с надписями, которые на одном из субботников в 1960-х годах были вынесены из церкви и здесь же уничтожены! Об этом нам сообщил очевидец этих событий, принимавший участие в этих субботниках по уничтожению реликвий. Он лично выносил плиты из церкви. Во всяком случае, где сегодня находится древняя надгробная плита и что на ней было написано, нам выяснить не удалось.

Более того, нам не удалось обнаружить в исторических трудах и текст надписи на плите. Что же на ней было написано? И почему в 60-е годы нашего века, когда вроде бы спал революционный угар борьбы с религией, кто-то безжалостно и с пониманием дела отдал изуверский приказ методично раздробить отбойными молотками бесценные плиты с подлинными древними надписями, хранившимися вплоть до нашего времени в храме. Даже в 20-е и 30-е годы их не тронули.

Так, может быть, дело не в религии, а в русской истории? Что касается нас, то мы под давлением известных нам фактов были вынуждены заключить, что уже много лет в нашей стране ведется методическое и незаметное для общественности подлое уничтожение русских памятников старины, которые могли бы пролить свет на подлинное содержание древнерусской истории.

В 2000 году мы еще раз побывали в Старом Симонове. К этому времени, как нам здесь сообщили, было выкопано еще довольно много костей из земли вокруг церкви. Эти кости были перезахоронены в различных местах вдоль стены, находящейся за алтарем церкви (рис. 9.28). Прямо за алтарем появились два новых креста, обозначающих места захоронения (рис. 9.29-9.31). Нам удалось поговорить с человеком, лично устанавливавшим в 1999 году крест, показанный на рис. 9.31. Прихожанин укладывал брусчатку на дворе церкви. При этом земля копалась на глубину примерно полуметра-метра. Из этого слоя, то есть совсем близкого к поверхности земли, было набрано множество человеческих костей и даже остатки трех черепов.

Прихожанин перезахоронил кости и поставил над ними крест. По-видимому, таким же образом появился и находящийся рядом крест, показанный на рис. 9.29 и 9.30. Становится ясно, что земля вокруг церкви Рождества Богородицы заполнена костями до самого верхнего слоя. Как мы уже говорили, это огромная братская могила. По-видимому, непосредственно над костями лежали старые надгробные плиты.



После того как их убрали и сгребли в сторону, кости оказались просто под ногами, в верхних слоях земли.

Однако, как ни странно, на месте огромного ящика с костями, который был закопан в 1994 году и о котором мы рассказали выше, сегодня креста нет. Это место отмечено лишь валуном, лежащим на земле, без каких-либо надписей или табличек (рис. 9.32 и 9.33). Причина такой скрытности нам непонятна. Почему здесь тоже не поставлен крест? Ведь валун лежит на чистой и аккуратно прибранной клумбе явно не случайно. Однако если вы не знаете, что на самом деле под ним — огромный ящик с костями и черепами, выкопанными из братской могилы воинов Куликовской битвы, то догадаться об этом невозможно.


3.3. Где находилось село Рожествено, пожалованное Дмитрием Донским Старо-Симонову монастырю после Куликовской битвы

В «Истории церкви Рождества Богородицы на Старом Симонове в Москве» ясно сказано, что сразу после Куликовской битвы Дмитрий Донской передал этой церкви село Рожествено, находившееся на Куликовом поле. Вот эти сведения:

«Великий князь, одержав победу над Мамаем, в день праздника Рождества Пресвятыя Богородицы, Рождественской, на Старом Симонове обители дал вкладу село Рожествено, находившееся на месте Мамаева побоища».

Историки считают, что Куликовская битва была в Тульской области. Не странно ли тогда, что Дмитрий Донской передал московской церкви село, удаленное от нее на 320 километров? Да и к тому же — не из своего великокняжеского удела. В Тульской области в то время были уделы других князей! Такого в достоверной русской истории никто и никогда не делал.

Эта нелепость мгновенно исчезает, если Куликовскфя битва была в Москве, то есть совсем рядом с Симоновым монастырем. Действительно, по сохранившимся свидетельствам, Старо-Симонов монастырь в последние 200–300 лет никаких владений в Тульской области не имел. А имел Симонову слободу, или «сельцо» в Москве, недалеко от себя. В самом деле, сообщается, что «при Богородицерождественской, на Старом Симонове, обители находилась слобода, в которой жили служители Симонова монастыря, как-то: воротники, плотники, кузнецы и другие рабочие и ремесленные люди». Все становится на свои места.


3.4. Битва Мамая с Тохтамышем в 1380 году как еще одно описание Куликовской битвы 1380 года

Сразу после Куликовской битвы, как нам говорят историки, «Мамай, бежавший в свои степи, столкнулся там с новым врагом: то был Тохтамыш, хан заяицкой Орды, потомок Батыя. Он шел отнимать у Мамая престол Волжской Орды, как похищенное достояние Баты-евых потомков. Союзник Мамая Ягелло… оставил Мамая на произвол судьбы. Тохтамыш разбил Мамая на берегах Калки и объявил себя владетелем Волжской Орды. Мамай бежал в Кафу… и там был убит генуэзцами».

Сразу обращает на себя внимание схожесть между описанием Куликовской битвы и битвы на Калке.

1. Две крупные битвы происходят в один год, а именно в 1380 году.

2. В обеих битвах разбит один и тот же полководец — Мамай.

3. Одна битва происходит на Калках, то есть КЛК без огласовок. Вторая — на Куликовом поле, тоже КЛК без огласовок. Налицо явная близость названий: Калка — Куликово. Мы уже отмечали этот факт.

4. В обеих битвах присутствует литовский союзник Мамая, изменивший ему или «не успевший оказать помощь».

5. После битвы с Тохтамышем Мамай убегает в Кафу. Точно так же после Куликовской битвы Мамай убегает в Кафу.

Это практически все, что известно о разгроме Мамая на Калках.

Наша гипотеза. Разгром Мамая на Калках — это просто еще одно описание Куликовской битвы, попавшее в летописи. Это описание — очень краткое, в отличие от развернутого изложения событий Куликовской битвы в нескольких других сказаниях. В этом случае оказывается, что Хан Тохтамыш — это Дмитрий Донской.

Очень важный вывод, идеально укладывающийся в нашу общую реконструкцию. В самом деле. Как мы видели, летописи считают Тохтамыша потомком Батыя. Но мы уже отождествили Батыя с Иваном Калитой.

Дмитрий Донской — внук Ивана Калиты. То есть он действительно — потомок Батыя. Здесь летописи абсолютно правы.

На рис. 9.4 и 9.5 мы попытались восстановить подлинную географию и схему Куликовской битвы на территории Москвы.


Загрузка...