Глава 15

Новый день. Новые заботы. Новые возможности.

Именно под этим девизом можно было его начинать. Проводить. И заканчивать тоже. И началось всё с крайне раннего подъёма, не только меня, но и практически всего лагеря.

Всю ночь лодки уходили в море в надежде на богатый улов, да и рыбаков в каждую набилось столько, что не дай бог судёнышко потонет. Впрочем, у нас хватало специалистов, которые заранее проверили все маломерные рыболовные суда на предмет возможных протечек, поломок и всего остального. Те лодки, что не прошли проверку, были вытащены на берег и установлены на ремонт.

Вторым поводом для шума стало начало ежедневного отбора в элиту Круизеров — во вновь формируемые кулаки. И я с удовольствием наблюдал за работой инструкторов, которые должны были отобрать людей среди всей толпы желающих.

Перед моими глазами выстроились примерно триста — четыреста человек из тех, кто был уверен в своих силах. Те, кто не был готов и недотягивал до установленной планки, с утра пораньше занимались и тренировались, набирая форму. Ко мне подошёл с чашкой кофе в руках громила Фернандо, что командовал зачисткой городов в наше отсутствие, и начал по-старчески ворчать.

— Офицеров мало. В кулаках нужны опытные бойцы. Придётся переформировывать старые уже сработанные, вычленяя командиров… — бухтел он и бухтел, по сути, описывая вслух свои сегодняшние дела.

Ведь именно он оставался на обороне лагеря и должен был заниматься новичками. Но кое-что не сходилась в его бубнеже с тем, что я видел.

— Слушай, воевода ты мой, а почему не ты построение ведёшь? И вообще что это за крикун там кошмарит потенциальных новичков? — обратил я внимание на здорового двухметрового кубинца, что выглядел как горилла из-за повышенной волосатости по всему телу и дикого ора.

— Так мы же решили найти местного из офицеров, что будет командовать… местными. Вот один из кандидатов. Бывший военный, зовут Хорхе. Сорок девять лет. Силы и здоровья как у пятерых. Но попал десять лет назад в аварию, с тех пор комиссовали и отправили на пенсию по инвалидности. Биться в первых рядах это не поможет, но командовать — вполне. Если мы остановимся на его кандидатуре — можем попробовать вылечить его ногу. — Он сделал глоток кофе и закашлялся. — Горячий, падла…

— Сломаем и скормим большую аптечку здоровья? — вопросительно глянул я на дующего на горячий кофе старика.

— Может, и среднюю, — пожал плечами бразилец. — Я с ним два дня назад познакомился. Присматривался. Ночью после совета нашёл, разбудил, предложил заняться полезным для всех делом. Он уже через две минуты был на ногах и одет в свой старый выцветший военный мундир.

— А на собрании чего не сказал, что есть кандидатура? — удивился я, всё больше и больше радуясь тому, что я видел.

Прямо сейчас этот старикан просто как щенков морально давил всех потенциальных Круизеров. Я прислушался к его крику и понял — толк с него точно будет.

— Кто тебе сказал, что ты готов, салага? Думаешь, тебя вооружат, и ты внесёшь вклад в спасение мира? Знаешь, сколько от рук таких самоуверенных дебилов гибнет людей? Потому что, смотря смерти в лицо, они замирают как истуканы, вместо того чтобы бить или стрелять! ЧТО ТЫ СМОТРИШЬ НА МЕНЯ⁈ СЧИТАЕШЬ, ЧТО Я НЕ ПРАВ? ТОГДА ПОЧЕМУ ЗАМЕР КАК ЦЫПЛЁНОК⁈ — кричал он одному из бойцов буквально в ухо.

Тому только и оставалось, что заверять в том, что он не трус и не сдрейфит. Затем Хорхе нашёл какую-то волевую девчонку лет восемнадцати и принялся кошмарить её. Заставил отжиматься, и после того как она на десятый раз упала с дрожащими руками, разразился зычными непереводимыми кубинскими матами.

А ещё через мгновение все несколько сотен человек начали тоже отжиматься. И судя по всему, отжиматься они будут до тех пор, пока старику не надоест, либо пока не упадут без сил половина рекрутов.

— Понятия не имел о его настрое. Поэтому хотел сперва с ним поговорить. И вот, результат перед нами, — ответил Фернандо и, допивая кофе, начал спускаться вниз.

Я оказался прав, и в итоге половина людей, потерявших силы от такого простого и базового упражнения, выбыла. А остальных Хорхе отправил бежать вокруг лагеря, поставив ведущими четырёх опытных бойцов, что помогали ему во время отбора. При этом он ни на миг не замолкал о том, какие они все никчёмные и как быстро они все помрут, если останутся такими же слабаками и безвольными баранами.

Я тоже решил немного размяться и начал упражнения прямо на палубе, отжимаясь от перил и разминая все существующие группы мышц в своём теле. К концу разминки едва доплелись усталые и выжатые как лимон новобранцы. Хорхе дал им отдохнуть несколько минут и добежать отстающим, после чего разразился гневной тирадой о том, что они так ни одного зомби не догонят и ни от одной орды не убегут.

— Так! Ты, ответь мне на один элементарный вопрос… — тыкнул пальцем злой военком в одного из самых крепких новичков, что без особого труда добрался до этого раунда. Я заинтересовался и решил понаблюдать. — Ради чего ты собираешься сражаться?

— РАДИ КУБЫ! — выпалил тот, ни мгновения не раздумывая, как истинный патриот.

И тут же получил от мужика в брюхо.

— НЕПРАВИЛЬНЫЙ ОТВЕТ! — ошарашил всех старик и подошёл к следующему бойцу. — А ты за что собрался сражаться?

— За свободу? — неуверенно ответил парниша, сжался и тоже получил удар в брюхо.

— СНОВА НЕ ТО! Я не это хочу услышать! Оставьте дешёвые популистские лозунги политикам вшивым! За что вы, сука, сражаетесь? Почему вы предпочтёте сдохнуть, но отправить к дьяволу проклятых отродий бездны⁈ — кричал этот вреднючий мужик, привлекая всё больше и больше внимания.

— За будущее!

— Ради детей!

— За безопасность!

— За Круизеров!

Один, второй, третий боец начали выкрикивать предположения, скрываясь в толпе, чтобы не получить удар в брюхо за неправильный ответ.

— Идиоты! — подытожил Хорхе и велел всем заткнуться. — Как тебя зовут?

Он обратился к мальчишке, у которого ещё усы не начали расти.

— Пакито, сеньор! — бойко ответил ему тот.

— А твоё? — повернулся он к его соседу.

— Хуан, сеньор… — более робко ответил молодой парниша, с честью выдержавший сегодняшние испытания, несмотря на несколько лишний вес.

— Запомните, сосунки. Ты, Пакито, сражаешься за Хуана. А Хуан — сражается за Пакито! Все вы, вступая в боевое братство, сражаетесь друг за друга! За каждого из вас. Смерть любого для нас — смерть близкого родственника. Никто не знает, когда эта война кончится. Если вы будете думать о недостижимом будущем, вроде спасения всего мира, — вы сдохнете. Вы сломаетесь. Не сейчас, так через пять лет. Десять лет — и вы станете жалкой тенью самих себя. Не ставьте себе нереальных задач. Просто сражайтесь. Просто выживайте. Просто живите назло всем тварям, что хотят отнять вашу жизнь! И последнее. Знайте — Кубу мы обязательно спасём. Своими руками задушим тех, кто посягнул на святое — нашу свободу! — зычно донёс он до них простую истину опытного вояки, который знает, что такое мечты солдата и к чему они приводят, когда не сбываются.

Я думал, на этом всё, но нет, мужик продолжил меня удивлять. И следующая его фраза дала мне понять — мы с ним точно сработаемся. И мы нашли нужного человека.

— Даже не мечтайте о том, что после того, как мы освободим наши города, вы закурите сигару, выпьете рому и будете загорать на солнце. Твари пришли в весь наш мир. И пока он весь не будет зачищен — война не окончится. Пока я жив, я не позволю никому сидеть на жопе ровно, зная, что на соседних островах дети едят крыс в надежде на спасение от их обезумевших зомби-родителей. Или, что ещё хуже, крысы жрут тела детей. Я клянусь вам, я повешу лично тех из вас, кто решит, что после освобождения родной деревни война для них закончится! Я ясно вам объяснил? Если кого-то это не устраивает — можете валить на все четыре стороны. Нам не нужны уроды, лентяи и трусы, что хотят сидеть в безопасности за невидимыми стенами Карибского моря.

УХ! Как завернул! Я даже аплодировать начал! И к моей несказанной радости — все они, добровольцы, остались стоять на месте. Никто не ушёл. Никто не решил, что хромающий вояка больной на всю голову сумасшедший. Прекрасно. Просто великолепно. Если он каждый день будет так вести отбор и вдалбливать такие замечательные истины в головы новобранцев — я буду только рад.

Сегодня мы сформировали ещё три кулака и вооружили их до полудня. Одели, записали все данные, выдали что-то вроде военного билета, напечатанного в «офисе» порта. Часть людей, что были поопытнее и уже убивали зомби, — а мы это проверили при помощи посещения терминала, — отправилась на смену опытным бойцам других кулаков. Те же, что вышли из них, — стали командирами новых подразделений и принялись доводить до них всё то, что сами изучили на собственной шкуре.

Завтра мы сможем сформировать ещё три кулака таким же образом. И послезавтра. И послепослезавтра. К концу недели вторая тысяча, второй молот Круизеров будет готов к выполнению задач. Патрулирование, прочёсывание местности и поиск недобитых зомби нашего региона, охрана границ и вылазки на ближайшие острова с добычей стратегически важных припасов — топлива, еды, инструментов и многого другого.

В общем, работы для новых отрядов ещё более чем хватает. А уж для основного костяка с тысячей бойцов — и подавно. Больше я на помощь генералу никого отправлять не собираюсь. Потому что мы будем выступать в качестве авангарда, что ведёт свой бой против зомби, а не людей. И для зачистки городов да деревень мы будем использовать свой мозг, а не силу огнестрела. Поэтому я кроме важных и необходимых для нашего лагеря вещей и запросил несколько довольно специфических материалов для сражений с зомби. Ведь я понимаю — нажать на спусковой крючок легче, чем махать топором или алебардой. Поэтому для эффективности нам потребуется использовать несколько хитростей, что ускорят зачистку городов в разы.

Но до этого ещё несколько дней ждать. А сейчас — вперёд и в путь, на зачистку нашего будущего тыла.

Пятьсот человек выезжали вместе со мной и командирами на грузовиках, ещё около сотни отправлялись со стороны моря для десантирования на причалы и в порты. С нами следовал бензовоз и несколько переделанных местными мастерами джипов в качестве прикрытия. На ведущем и замыкающем пикапах были установлены пулемёты.

Мы собирались воевать до тех пор, пока не закончатся захваченные города. Поэтому с собой мы взяли всё необходимое, а наш конвой составил больше сорока девяти автомобилей. Я просто устал считать… Пять грузовиков были пустыми, и в них погрузятся те отряды, что сейчас находились на страже пограничных городов и Артемисы.

Лагерь остался позади, люди махали нам вслед, благословляя на подвиги. Ревели моторы, шутили солдаты, офицеры молчаливо смотрели вперёд, не забывая разглядывать придорожные кусты на предмет вылезших из ада зомби.

Города сменялись деревнями, причалы сменялись улицами. Нам навстречу выползали выжившие местные, оставшиеся в своих домах. Кто-то умолял о помощи, кто-то просил медикаментов, кто-то надеялся на еду, в страхе заперевшись в своём домишке. Всё это задерживало нас. Приходилось зачастую получать гневные взгляды в свои спины. Но это редко. Всё же большая часть именно что благославляли нас и надеялись на всё самое лучшее.

Изредка мы делали остановки, получая доклады небольших отрядов защитников, что дежурили посменно в этих населённых пунктах. Хотя, было бы лучше забрать их всех, но тогда местные решат, что их бросили на произвол судьбы, а мой план по завоеванию их сердец будет обречён на провал. Хватает и того, что дежурят те из бойцов, которые травмировались либо приболели и им требовалось время на восстановление. Не будем же мы на каждый насморк аптечки терминальные тратить.

Совсем скоро мы прибыли в «пограничные» области. И вот уже тут началось. Впереди, у прифронтовой деревни виднелись застывшие трупы зомби, местные сгрудились в охраняемых мужиками и нашими бойцами домах, в то время как большая часть бойцов прочёсывала раз за разом деревню.

— Что такое? — удивлённо спросил выскочивший первым из ведущей машины Коннор.

Стражи деревни к этому времени уже построились, и оставленный за старшего командир отряда подошёл к офицеру, начиная рассказывать:

— Докладываю! Три часа назад со стороны холмов в сторону деревни спустилось около сотни единиц зомби. Разведчик вовремя заметил угрозу, и мы подняли тревогу. Переместили мирных жителей к укреплённой части деревни, а сами заняли оборону. Отбились без особых потерь, двое бойцов получили неопасные травмы. Нас осталось четверо, охранять жителей, в то время как остальные прочёсывают деревню в поисках потенциальных противников. Командир, нам бы патронов… Заканчиваются.

— Принято, — махнул рукой Коннор, позволяя им расслабиться.

Я же к этому моменту закончил на глазах у многочисленных зрителей облачаться в свой тактический боевой костюм. Просто чтобы они видели и стремились к такому же уровню экипировки. Правда, для этого им придётся много, долго и упорно сражаться… И рядовым бойцам тяжело будет получить эту красоту.

— Чего смотрим? Костюм сам себя не заработает. Идём поможем проверить деревню, заодно разомнёмся.

Началась постапокалиптическая рутина. Приехали — выгрузились, построились на въезде в населённый пункт. Первый кулак отправился вперёд, став авангардом, остальные готовятся. Автомобили занимают оборонительную схему, блокируя дорогу, выставляя пикапы с пулемётами по флангам, несколько бойцов с винтовками забираются на крыши траспорта, отслеживая возможного противника со всех направлений. Водители дружно сигналят, создавая шум для привлечения любителей мертвечины.

Если врагов много и они идут единой толпой — в дело вступают стрелки. Хотя бы один выстрел каждого из бойцов — это уже шестьсот патронов, что ищут свои цели. Кто-то сдохнет, кто-то получит повреждения, упадёт, снизит темп и единство орды мертвецов. Если твари всё ещё выглядят слишком серьёзными противниками, прущими единым порывом, — повторить. Как только они растянулись либо стали малочисленными — вступаем в бой. Естественные преграды, щиты, копья и алебарды помогают в относительной безопасности убивать зомби. Кто-то колет и удерживает. Кто-то, упёршись щитом, не даёт прорвать строй. Кто-то рубит и крошит черепа. Ру-ти-на.

Стоит потоку тварей иссякнуть, передний край сменяется своими коллегами и отправляется отдыхать, приводить себя в порядок. Через тридцать минут они же отправляются вокруг города, деревни либо посёлка, зачищая крайние дома. А основные силы в это время штурмуют улицы, зачищают дворы, врываются в запертые квартиры и домишки, упокаивая тех, кому нет места в нашем мире.

Тактика слаженная, отработанная не раз, но в идеале работающая лишь с городами и деревнями до пяти тысяч жителей. Всё, что крупнее, порой приносит сюрпризы. Но даже так… Мы ничего не брали в освобождённых городах. Встреченных мирных жителей и спасённых мы оперативно проверяли на предмет укусов, возможности спасения, травм и прочего. Два отряда медиков активно участвовали в осмотрах и спасении тех, кто был на грани жизни и смерти. А такие были. Обезвоживание, голод, страх — они ставили людей на грань жизни и смерти.

У нас имелся запас аптечек и зелий для самых тяжёлых случаев. Но всё чаще мы отправляли выживших на реанимированных автомобилях местных для получения стационарного лечения в Артемису или Мариэль. Если и там не смогут кудесники градусника и капельницы ничем помочь — будем рассматривать вариант выделения аптечки. Дорогие они, сволочи… Дорого жизнь человека стоит, но оно и понятно.

До утра следующего дня удалось освободить пятьдесят четыре деревушки и четыре довольно крупных города. Всё благодаря тому, что многие деревни были и без нас свободными, а местные выступали в роли проводников, показывая, где требуется помощь, где засел враг и где видели зомбячьи стаи.

Зачастую мы разделяли наш конвой освобождения. Смысл отправлять шестьсот бойцов и ещё почти сотню сопровождающих нас техников, водителей, медиков и местных проводников, указывающих путь на освобождение деревни, где жило до апокалипсиса пятьдесят человек. Два грузовика с бойцами выслали, и через полчаса они вернулись, отрапортовав о зачистке деревни. Порой мы таким образом за час могли освободить семь-восемь деревушек и хуторов фермеров.

— Час отдыха. Кушаем сухпайки, чистим оружие, готовимся к штурму Пинар-дель-Рио.

Освобождённая нами Артемиса была столицей провинции. До войны там жило чуть больше пятидесяти тысяч человек. Сейчас же на крайнем западе Кубы мы остановились в шести километрах от ещё одной столицы самой западной провинции. Отряд наш расположился прямиком на выезде из только что зачищенного и довольно богатого по местным меркам посёлка. Необходимо было дождаться возвращения всех отрядов из ближайших городов и деревень, ведь город, который нам предстоит с рассветом начать зачищать, был в три раза крупнее Артемисы.

— Роберто… Будь добр — отправься на разведку. Думаю, здесь, как и везде, будут районы под контролем выживших. Нам бы не помешало с ними объединиться против общей заразы.

Загрузка...