Кавказ. Выпуск XXV. Новейшие географические и исторические известия о Кавказе

Глава первая. Общее обозрение сей части. Пределы, величина, главные разделения, качество земли, климат, произведения трех царств природы, описание растений, произведения сельского хозяйства (Следуя Гмелину и, преимущественно, описанию г. Маршал-Биберштейна)

1. Пределы, величина, главные разделения

Восточная сторона Кавказа простирается по западному берегу Каспийского моря от устья Терека до устьев Куры и лежит между 39° и 44° северной широты. Часть берега, лежащего между Тереком и Койсу, то есть земля оксаевских кумыков, описана уже под предыдущей статьей северной стороны Кавказа. Следовательно, восточная сторона Кавказа заключает в себе полосу, идущую от устьев реки Койсу до устьев Куры. Сие изъятие не относится, однако же, до физического обозрения, здесь помещенного, которое объемлет восточную сторону Кавказа во всем пространстве, от Куры до Терека.

Пределы

Восточная сторона Кавказа граничит к северу с нижними частями реки Койсу, отделяющей Дагестан от владения аксаевских кумыков; к западу — с Лезгистаном, неопределенной чертой, идущей по высочайшему хребту гор, и с нижними частями Алазана; к полудни, начиная от Самухи до Сальяна, Кура отделяет оную от владений Елизаветпольского, Карабанского, Моганской степи и Талишинской провинции; к востоку имеет пределом Каспийское море от устьев Койсу до устьев Куры.

Величина

Величайшая длина сей части, от южного рукава Койсу, известного под именем Сулака, следуя по берегу Каспийского моря до устья Куры, содержит около 500 верст. Ширина различна и имеет от 50 до 240 верст. Полагают, что Дагестан и Ширван содержат в себе около 40 тысяч квадратных верст.

Главные разделения

Дагестан и Ширван составляют два главных разделения восточной стороны Кавказа.

2. Качество земли, климат, произведения трех царств природы

Зная, что страна сия лежит почти между 39° и 44° градусами северной широты, можно было бы предположить в ней весьма приятный климат и невыгоды более от великих летних жаров, нежели от ужасной зимней стужи. Однако ж она не столь жарка, как другие европейские провинции, под одинаковым градусом широты лежащие, что приписать должно соседству моря и Кавказским горам. От сего положения зависит и непостоянность погоды, отличительная черта сего климата. Наибольшая часть Тавриды на севере высоких гор по подобной причине подвержена тем же действиям; а отсюда и происходят отношения, найденные между прозябаниями страны, здесь описываемой, и упомянутого полуострова.

Весна появляется здесь в исходе марта и в начале апреля. В конце последнего жары бывают весьма чувствительны; они выстаивают май, июнь, июль, до самой же высокой степени достигают в течение каникул и продолжаются до конца августа. Впрочем, вообще говоря, кажется, что жары сии не превосходят бывающих в полуденных провинциях Германии, выключая разве только свойственные сухой стране, простирающейся по длине моря около Баку и в равнине при берегах Куры. В долинах Ширвана и Дагестана жары сравнить можно с астраханскими, кизлярскими и с молдавскими, с тем замечанием, что, подымаясь в горы, и жары постепенно уменьшаются. Каждый день жары умеряются ветрами морскими и нагорными, поблизости гор, редко далее 50 верст от морских берегов отстоящих. По сей причине ночи бывают холодны, и наипаче летом, в продолжение коего от времени до времени перепадают дожди, по крайне мере в гористой части и в окрестности оной. Напротив того, громы случаются там очень редко; неизвестно, отчего сие происходит, может быть, оттого, что электрические удары обыкновенно совершаются на самых высочайших точках гор, так что электрическая материя прежде, нежели облака достигнут мест менее возвышенных, приходит уже в равновесие. Около осеннего равноденствия время бывает весьма непостоянное; тогда поднимаются ураганы или порывистые ветры с вихрем, приносимые от моря и с гор. Однако ж по временам бывают иногда дни ясные и теплые. При конце сентября, даже до половины ноября, беспокоят частые, нередко продолжительные дожди. В сие время высокие горы покрываются снегом. В половине ноября и декабре ночью бывают заморозки. Случаются такие годы, что в январе месяце бывает весьма легкая погода и часто до такой степени, что начинают показываться весенние цветы и на деревьях развиваются почки. Но поелику страна сия не совершенно защищена от северных ветров, то сии усилия возрождающейся природы в феврале тотчас разрушаются морозами, которые обыкновенно бывают сильнее декабрьских и сопровождаются иногда снегом, лежащим, однако ж, не более двух дней в долинах. Март приносит с собой перемены, продолжающиеся только до апреля, в течение коего весна совершенно открывается. Наконец, должно согласиться, что, по причине различных положений и физических качеств, страну сию составляющих, сообразно с тем перемены погод и годовых времен должны быть отличны от сего общего начертания. Приближаясь более к вершинам высоких гор, находит умеренный воздух, летом дожди и росы, а зимой снега в великом количестве; напротив того, спускаясь на горы меньшей высоты и на равнины, встречаются в вышней степени как жар, так и засуха.

Воздух сей поморской страны не совсем благоприятствует здоровью, и чтобы предохранить себя от внезапных перемен здешней температуры и сырости осенней, надобно подражать пригородным жителям, которые и среди самого лета не скидают своих епанчей, свалянных из длинной шерсти в виде толстого войлока, косматых снаружи и окрашенных черной краской, находящихся в употреблении как во всем Кавказе, так равно между казаками и крымскими татарами; они известны под именем бурок. Есть даже такие нездоровые места, где все предосторожности от вредного воздуха пособить не могут; к числу сих последних принадлежит окрестность Куры, где иловатые низины, покрытые тростником и подверженные ежегодным наводнениям, заражают воздух во время летних жаров, которые в сих местах гораздо сильнее, нежели во всех других частях восточной стороны Кавказа. В окрестностях Баку все почти без исключения приезжающие, сколь бы ни малое время они там жили, бывают подвержены накожным болезням. Вероятно, что болезни сии причиняются летучими частицами серы и нефти, коими в изобилии напитана земля около сего места, и следственно, действие их должно быть вообще более полезным, нежели вредным.

Произведение из трех царств природы

Царство ископаемое. Цепь гор, лежащих между Тереком и Курой, выходит из высокого хребта, к Черному морю примыкающего, который должно почитать как бы ядром или стержнем величайшей массы Кавказских гор. Можно полагать 500 верст расстояния между возвышенной точкой сих Альп, то есть горой Эльбрус, и западным началом цепи, здесь рассматриваемой.

Для доставления систематической орографии надлежало бы непременно узнать место ее происхождения, но ни один минералог не мог еще достигнуть до хребта цепи сей, почитаемого за непроходимый, нежели по причине препятствий, противополагаемых дикостью горских народов всем европейским путешественникам.

Все горы сей полосы, которые только могли быть рассмотрены г. Биберштейном, не принадлежат ни к числу первозданных, ни к числу второго образования гор. Они состоят из параллельных пластов, весьма мало уклонившихся в продолжение переворотов земного шара, хотя цепь сия, по-видимому, претерпела уже великие перемены со времени существования своего. Можно предположить, что и самый хребет сей цепи находится в тех же самых обстоятельствах, ибо хотя во многих местах заходили в горы на 25 или на 30 верст, не могли, однако ж, приметить никаких следов в рассуждении соседства первозданных гор, даже между каменными обломками, лежащими в русле рек, с высоты сих гор нападающих. Отдаленность цепи сей от центра Кавказа, близкое расстояние ее от Каспийского моря и обширные глинистые и иловатые равнины, простирающиеся к северу, служат некоторым образом для изъяснения позднейшего их происхождения. Не попадется там ни гранита, ни гнейса, ни рогового камня, сланца, ни же какого-либо вулканического произведения.

Горы, находящиеся вблизи моря, образованы из толстых почти горизонтальных пластов известкового камня, плотно переметанного с маленькими раковинами, большей частью из рода пектинитов. Поелику вещества, служащего к соединению частей сего камня, едва только некоторые следы приметить можно, от сего происходит, что он кажется ноздреватым, однако ж он имеет довольно твердости и из всех здешних камней признан наиспособнейшим к построению прочных зданий. Стены Дербента служат убедительнейшим тому доказательством, ибо они построены единственно из вышеупомянутого камня. Между Рубасом и Атачаем, где равнина отделяет от моря горы, связь известковых гор прерывается; потом опять усматривается при полуострове Абшерон, оттуда продолжается уже беспрерывно по берегам моря и сливается с равниной при Куре.

Во многих местах примечается обнаженный известковый камень, и часто огромными кабанами (в понятии глыба. — Изд.) по отлогостям и косогорам рассеянный. Многие возвышения, с морем соседние, по дороге, ведущей от Баку к Сальяну, в сем отношении весьма достопримечательные: они так усеяны каменными обломками, что их издали почитают за огромные развалины, якобы возвышающиеся амфитеатром от горной подошвы, даже до ее вершины.

Позади известковых гор возвышаются глинистые горы, составляющие несравненно большую часть гор, в стране сей находящихся. Слои сих гор обыкновенно имеют свое направление от запада к востоку, уклоняясь несколько к северу и югу. Они непрерывно склоняются к горизонту, с коим часто составляют угол более 50 градусов, и вершиной обращаются к северу.

Глинистые и глинисто-мергелевые горы узнаются по крутым скатам и узким удольям, произведенным ручьями, которые в земле мягкой и жирной удобно размывают тесный и глубокий желоб.

Слои обыкновенно разделены на листки, подобно глинистому сланцу. Они до бесконечности различествуют в рассуждении своей твердости, зернистости цвета и относительной тяжести. Иногда находят в них следы органических тел, особливо в смежных с известковыми горами.

Красный и желтоватый с разными оттенками цвет слоев показывает примесь железа, которое в редких из них не находится. Иные переходят в бурый, а иногда и в черный цвет. Сей последний часто происходит от содержащейся в них горной смолы, а особливо в горах, лежащих за большой цепью. Между жирными землями сего края много настоящих железных охр попадается, но они, будучи убоги содержанием железа, не заслуживают никакого внимания. В разных глинисто-мергелевых слоях примечается также и светло-зеленый цвет; в большей части сих слоев показываются шпатоватые полосы, кои такое же имеют направление. Они не совершенно листоваты и несравненно превосходят своей твердостью и сравнительной тяжестью обыкновенные слои. Часто многие из них бывают проникнуты некоторым посторонним веществом, которое сообщает им фиолетовый или черный цвет. Предварительные опыты, учиненные над сим ископаемым, по-видимому, доказывают, что, исключая малое количество железа и горной смолы, оно состоит только из глинистой и известковой земли; однако ж попадаются некоторые чистые, нежные и способные для делания фаянса и добротной глиняной посуды. Попадаются там равным образом и сукноваляльные глины. В слоях жирной глины и мергеля вмешаны также и другие земли, гораздо твердейшие, но начала их почти те же самые. Из них добывают камни, годные для строения. Старый город Шемаха почти единственно из них построен. Славная гора Бишбармак почти такового же свойства и разве известковой земли содержит в себе большее количество. В ней примечается также примесь железной охры, которая сообщает ей желтый цвет; кремень и селенит попадаются кое-где, но маркаситов не столько, сколько по свойству сих гор ожидать бы должно.

Слово Бешбармак на персидском языке значит пять пальцев; и все путешественники согласны в том, что вид ее имеет сходство с человеческой рукой. По сему обстоятельству, так как и потому, что она с моря очень далеко видна, почитается славной горой. Гора сия чрезвычайно крута и высока. Вершина ее состоит из двух весьма огромных и безобразных камней, из коих один, более возвышенный, остр и узок, а тот, который его пониже, широк и к концу туп. На полуденной стороне самой высочайшей и острой вершины находятся еще другие, меньшие и отчасти развалившиеся камни; равным образом другие рассеяны от половины горы до самой ее вершины. У сих обоих камней, то есть у высокого, острого и другого, против его лежащего тупого, с северо-западной стороны вершины сверху вызубрены, что самое и могло служить поводом к тому, чтобы уподобить их человеческой руке. Однако ж вызубрен более пяти, а посему и имя Бишбармак дано горе сей несправедливо, как замечает Гмелин.

Самые высочайшие горы, особливо находящиеся между Рубасом и Атачаем, состоят большей частью из весьма мелкозернистого песчаного камня. Сей камень вскипает с кислотами, но главная составная его часть есть глина, отчего и происходит то, что ручьи, вытекающие из вершины гор, имеют вообще чрезвычайно мутную воду. В горах сих находится мрамор красного и белого цвета, который, однако ж, кажется, неспособен к чистой обделке.

Горная полоса, находящаяся вне цепи высоких гор, заслуживает особливое внимание минералога. Она состоит из глинистых слоев, которые отличаются большей примесью селенита, глауберовой горкой соли и горной смолы. Селенит попадается в них частью рассеянными кусками в виде прозрачных ромбов, частью жилами и тонкими слоями, а иногда листами. Сии слои содержат также частью железо, коего содержание обнаруживает красной цвет их; частью же напитаны они горной смолой, от коей и черный цвет заимствуют. Нередко видима горная смола почти в жидком виде, не только в соседстве моря, но и во внутренних частях при подошве высоких гор. Наипаче примечается она вдоль реки Пирсагат, против старого города Шемахи. Тут же и соляных озер наиболее находится, особливо близ Сальян. Глауберова и горькая соль попадается отчасти в соединении с поваренной солью, отчасти же без примеси сей последней. Глауберова соль находится всегда в большом количестве, горькая же соль смешана в меньшем количестве. Сия соль отделяется во многих местах и показывается на поверхности жирной земли в виде беловатого порошка; она оседает еще обыкновенно в смешении с поваренной солью при берегах вод, в растворе коих она находится. Впрочем, сходствует во всех отношениях с солью, известной в российских аптеках под именем астраханской соли.

В некоторых местах находятся иловатые пучины или растущие горы, содержащие великое количество углекислоты. Сии пучины, о коих упомянуто будет ниже под статьей Ширвана, ничем не разнятся от таковых же, находящихся на полуострове Керч и на острове Тамай, о чем удовлетворительное получить можно сведение из физического топографического описания Таврической области г. Палласа и минералогического землеописания России г. Севергина.

Полуостров Абшерон примечателен по нефтяным ключам, которыми он изобилует. Вся почти атмосфера на сем полуострове наполнена нефтяным запахом. Здесь есть одно место, называемое Атеш-га, которое беспрестанно горит. Ежели вблизи живущие обитатели пожелают, чтобы к вечеру был свет, то вырывают они в земле яму, втыкают трубку и держат над ней огонь, отчего немедленно загорается выходящий пар подобно свече, без повреждения трубки и горит до тех пор, пока не погасят или не выдернут трубку. Жителям сей огонь весьма полезен для сжижения извести, потому что там великий претерпевают недостаток в дровах. Для сего занимают они место так велико, как им надобно, бросают в оное известковые камни и потом покрывают землей, и чрез два дня совершенно камни обжигаются и превращаются в хорошую известь. Таким же образом крестьяне близлежащих деревень варят себе кушанье. Жительство, избранное гебрами и индейцами на сем месте, делает его еще известнейшим. Они почитают сей неугасимый огонь за нечто чрезвычайно священное и за образ божества, которое не может себя изобразить людям чище и совершеннее, как в огне и свете. Господин Гмелин присовокупляет, что сии благоговейные люди, приходящие к неугасаемому огню для спасения своего, воздают Вечному Существу со страхом соединенное почтение весьма трогательным образом. В своем месте сказано будет об обрядах их богослужения.

Господин Гмелин сделал описание сего места весьма подробное, но причину самого явления изъяснил неудовлетворительно. Воспламенение, по его мнению, происходит от нефти, которой земля напитана; но думать надобно, что воспламеняющееся там начало есть газ, то есть воздухообразное вещество. Чтобы доказать сие, довольно будет привести опыт, сделанный пред глазами весьма многих свидетелей. В стан российской армии, отстоявшей в 90 верстах от Баку, привезены были кожаные мешки, наполненные воздухом, собранным около Абшерона. Когда поднесли зажженную свечу к трубке, приделанной к отверстию сих мешков, то оттуда происходило более или менее светлое пламя по мере выхождения газа чрез большее или меньшее давление мешка. Сие пламя не было сопровождаемо ни дымом, ни запахом нефти. Основываясь на сем столь верном опыте, остается только определить, различествуют ли сей воздух, находящийся около Абшерона, от обыкновенного горючего газа, то есть от водородного газа (gaz hydrogene), коим наполняют воздушные шары. Другое обстоятельство служит еще к подтверждению сего мнения; оно состоит в том, что воспламеняющееся вещество, о коем здесь говорится, хотя оное беспрестанно из внутренности земли отделяется, не может, однако ж, воспламеняться от прикосновения зажженного тела до тех пор, пока не вырыта будет в земле ямка или, что несравненно лучше, пока не вставлена будет в землю трубка. Явление сие изъясняется великой относительной легкостью водородного газа, который исторгается по мере своего освобождения изнутри земли, разве бы посредством особенного провода имел он время скопиться и составить сильную струю, не был допущен до смешения с атмосферным воздухом в самую минуту своего схождения. Сам Гмелин был уверен, что вещество сие есть воздухообразное, поелику он упоминает о трубках, которые в храмах обожателей огня в Абшероне горели или потухали по произволу тех, кои приставляли к отверстию зажженную свечу или оное закрывали.

Остается еще упомянуть о равнине, находящейся около берегов Куры. Как положение сей равнины, так и свойство ее почвы служат доказательством новейшего ее происхождения, причиненного отступлением морских вод, некогда покрывавших оную. Слои ее суть совершенно горизонтальные; в них нередко усматриваются раковины тех видов, кои еще и поныне обитают в Каспийском море. Раковины сии претерпели весьма малую перемену в образовании и потеряли только наружный блеск свой. Они состоят не в соединении с известковыми камнями, но развеяны в песчаном камне и известковом мергеле, который между частями своими малое имеет сцепление. На сей равнине усматривается великое количество каменных обломков, округленных водой, между коими примечаются многие породы, чуждые горам описываемого края, и следственно, занесенные сюда водой из других мест. Также есть теплые и серные воды, особливо близ Сальяна.

Царство прозябаемое. Прозябание весьма разнообразно в сей полосе земли: оно представляет ботанику — обширное поле к занимательным наблюдениям и новым открытиям.

Те, которые знают прозябаемое царство Тавриды, найдут великое сходство с тем же царством Дагестана и Ширвана; однако тут обретаются многие прозябаемые, Тавриде совершенно несвойственные, из коих некоторые неизвестны еще ботаникам.

Из деревьев, в здешних лесах растущих, весьма обыкновенно суть: дуб, вяз, клен, прививная слива (prunus institia), лесная яблоня, дикая иволистная груша (pyrus salicifolia). Менее обыкновенная суть: бук, ясень, липа, дикая вишня, дерен, боярышник, бузина и квитовое дерево, называемое татарами айва. Лох, как восточный (elaegnus orientalis) с овальными листами, так и узколистный (elaeagnus angustifolia) с ланцетообразными листами, произрастают здесь в великом количестве. Мучнистые и вкусные плоды их, весьма похожие образованием и цветом на финики, продаются в Баке, Шамахе и Дербенте. Жители из свежих плодов вываривают морс, а сушеные употребляют в поварнях. Дерево, известное в России под именем чинара, или явора (platanus orientalis), весьма способное для всяких столярных работ, попадается только в густых лесах, но и то изредка. Казацкий можжевельник, произрастающий также и на южных отлогостях Таврических гор, находящихся в соседстве с Черным морем, есть весьма обыкновенное растение в здешних горах на каменистых и подверженных солнечному жару местах, где часто и достигает оно нарочитой величины. Обыкновенный можжевельник растет на бесплодных и каменистых местах гористой части. Тис изредка только усматривается в некоторых лесах. Около хребта гор произрастают каштановые деревья. Береза, сосна, пихта и ель совершенно несвойственны сей стране. По берегам рек произрастают осокор, ольха и многие виды ив. Тополь есть весьма обыкновенное здесь дерево. Леса, находящиеся на берегах Куры, состоят почти из сей последней. Итальянский тополь (Populus Italica) служит здесь, как и повсеместно в восточных краях, для украшения садов, городов и деревень. Фисташковое и терпентинное дерево усматривается на отлогости гор вдоль Атачая, но в густых лесах, покрывающих высокие горы, оного не примечено. Дикое гранатовое дерево растет в великом множестве при подошве гор, лежащих вблизи города Новой Шемахи; произрастает оно также на пределах высоких гор и на сухих местах. Дикий гранат не достигает величины дерева, но бывает с малый кустарник. Плоды его созревают в октябре. Сего граната находится две разности — со сладкими и кислыми плодами. Сии последние весьма обыкновенные и имеют меньшую против сладких величину. Они различаются также между собой и темнокрасным цветом коры своей. Черные и белые тутовые деревья произрастают в лесах, находящихся на берегах Куры. Виноград растет в великом изобилии на равнине между Рубасом и Атачаем, равно как и в лесах, вдоль Куры, где он и достигает великого роста.

Из кустарников обыкновеннейшие в здешней стране суть: терн, многие виды боярышника и особливо восточной (Crategus orientalis) с пушистыми листьями; берберис, орешник, гордовик (Viburnun lantana), калина (Viburunumopulus), бирючина (Ligustrum vulgare), бородавчатый вересклед (Evonimus verrucosus) с бородавчатыми ветвями, жимолость (Lonicera ocilosteum), дерен курослеп (Cornus sangvinca) с красными ветвями, разные виды крушины, особливо держидерево (Rhamnus paiurus), усаженное шипами, занимают все отлогости гор и бесплодные места. Из сего рода находится еще один вид (Rhamnus lycioides), крушина испанская, с линейчатыми листами, имеющими густой зеленый цвет, известный в селениях гребенских казаков под именем кислого деревца, которое могло бы быть употреблено для дубления кож, равно как и желтое кожевенное дерево (Rhus cotinus), которое употребляется здесь для приготовления сафьяна. Млечник крушинообразный (Hippopaie rhamnoides) растет по берегам рек, покрытых кремнями. Он весьма шиповат и отличается как беловатыми ланцетообразными листами, похожими на листья ивы, так и малыми плодами оранжевого цвета, коими ветви его как бы обложены и кои созреют в сентябре месяце.

Курослепник малый (Mespilus cotoneaster) и игольчатый (Mespilus pyracantha) с шиповатыми ветвями произрастают в лесах, равно как и козья жимолость (Lonicera capriforium), но сия последняя изредка попадается.

Ясмин белый растет на развалинах старого города Шемахи и есть, вероятно, остаток садов сего города.

Кустарниковый ясмин (Jasminum fruticans) с желтыми цветами есть весьма обыкновенное растение на местах каменистых и подверженных действию солнечных лучей. Пузырное дерево (Colutea arborescens) усматривается в некоторых долинах при берегах рек.

Французский гребенщик (Tamaris gallica) произрастает в великом количестве на каменистых местах на равнинах; находится иногда также и в лесах, где и достигает нарочитой величины. Должно бы постараться развести сей кустарник в обширных равнинах Юго-Восточной России, где деревья и кустарники обыкновенные не могут произрастать на жирной и соляной почве, на которой, однако, французский гребенщик удачнее растет, нежели на другой земле.

Степная малина (Ephedro) растет в лесах, где она достигает, впрочем, малой величины и походит издали на молодую пихту. Она имеет вяжущее свойство, коему приписывают способность вылечивать от кровавого поноса.

Различные виды роз украшают здешние места, наипаче гористые части. В прелестных окрестностях Кубы встречается алая роза (Rosa centifalia), которая цветет здесь в начале июня.

Из рода ежевика (Rubus) разные виды являются здесь на бесплодных и каменистых местах и приносят цветы и плоды даже поздно осенью. Один вид есть с цветами розового цвета.

Шиповатый кустарник, доставляющий гуммический сок, вывезенный Турнефортом из архипелага во Францию, произрастает в большом количестве на каменистых скатах высоких гор и в соседстве их. Господин Ламарк в Ботаническом словаре своем, который составляет часть энциклопедии, отделил сей кустарник от разных сходных с ним видов, соединенных Линнеем под именем astragalus tragacantha, и назвал его astragalus creticus. Корень сего полукустарника заключает в клетчатой плеве клей, который в жидком виде вытекает весной, и есть настоящий трагант (Gomme adragante). Кустарник, которому Гмелин сделал в Путешествии своем описание под именем хины корня (Smila china lin), есть, вероятно, различный вид. Хина корень высокий (Silax excelsa lin), хотя сходствует с ним, но не имеет врачебных сил. Находится он во множестве в лесах между Рубасом и Самуром.

Солончаки по морскому берегу, в окрестности Баку лежащие, и равнины при Куре покрыты солянками (Salicomia и saisola), равно как и кислой травой (Anabasis). Около Куры каспийская солянка (Salicornia caspica pall) поднимается от земли на 6 и 8 футов. Чрез сжигание сих кустарников и разных других травянистых растений, к упомянутым родам относящихся, получают соду, употребляемую как на фабриках, так и в медицине.

Страна сия изобилует дикими хозяйственными травами, из коих многие разводятся и в огородах. Душистый сельдерей есть обыкновенное растение на влажных землях. Укроп произрастает в великом изобилии и часто достигает вышины до 8 футов на равнине на правом берегу Куры, вблизи гор. Здесь находится его так много, что армия российская, стоявшая под стенами Новой Шемахи, в течение 15 дней употребляла сухие стебли его для сожжения вместо дров.

В некоторых местах гористой части есть пестанады, также пробеденный ладанник (Smimium perfoliatum).

Анис во множестве растет на горах и между камнями, находящимися на берегах рек.

Различные виды лука (Allium), растущие на лугах и холмах, могли бы быть употреблены для приправы кушаньев с обыкновенными видами, разводимыми в огородах.

Спаржи суть весьма обыкновенные здесь растения, но они различного вида от тех, которые разводятся в Европе и сверх того весьма мало еще известны ботаникам, хотя они произрастают также в Тавриде и южных частях Украины. Они нимало не уступают вкусом спаржам, в огородах разводимым, от коих весьма удобно отличить их можно по высокому стеблю и длинным листам.

Каперсовый куст произрастает на земле сухой и каменистой, особливо в равнине между Рубасом и Атачаем, и притом в таком количестве, что каперсами можно снабдить северные страны. Хмель находится между кустарниками, особливо вдоль по речкам.

Некоторые виды дикого льна и дикой пшеницы, попадающиеся в довольном количестве, заслуживают испытания, касательно употребления их в сельском хозяйстве.

Мариона есть повсеместно общее растение в гористой части описываемого края. Самая лучшая и притом в наибольшем количестве произрастает в горах владения уцмия каракайдакского. Жители тамошние собирают ее, сушат и продают армянским купцам, которые отвозят ее (как) сухим путем в Кизляр, так и водой в Астрахань. Богатейшие армянские купцы, живущие ныне в Дербенте, одолжены единственно своим богатством торговле марионой, которой пуд продается в Кизляре от 12 до 15 рублей (в 1806 году), а в Астрахани до 17 рублей. Кроме марионы известны еще многие растения, способные для крашения, между коими примечательные суть: разные виды воловьего языка (Anchusa), вайда (Isatis tinctoria), вид цервы и ромашки, из коих извлекают желтую краску, и наконец кротон красильный (Croton tinctorium), из коего извлекают краску, называемую красной камедью.

Многие прозябаемые, растущие здесь на полях и в лесах, заслуживают быть разводимы в европейских садах, коим служили б украшением. Из числа оных суть: осенний шафран с большим голубым цветом, многие виды петушьего гребешка (Iris), коростявицы (Scabiosa), желтые нарциссы, тюльпаны, вербейник восточный с красными цветами, песиед венецианский (Aprocynum venetum), некоторые виды диких гвоздик, кавалерской шпоры, нигелла, ломонос восточный, дубровник гирканский, разодранный чужеварник (Phlomis lacinita) с разодранными и пушистыми листами, мелисса, ялап, садовые просвирки с желтыми цветами, многие красивые виды чертополоха и другие. Вид левкоя, который весьма редко произрастает на каменистых и подверженных солнечному жару скатах, заслуживает занимать место в наших партерах, где бы, вероятно, произрастал он столь же удачно, как и обыкновенный левкой, с которым имеет он много сходства и от коего отличается зубчатыми или выемчатыми и красно-бурыми цветами, испускающими ночью весьма приятный запах. Сие прозябаемое растет также на меловых холмах Тавриды и названо Палласом весьма пахучим левкоем (Cheiranthhus odoratissimus). Горы и равнины, вблизи их находящиеся, изобилуют лучшими травами, служащими в корм скоту. Кроме великого числа нивяных растений (Gramina), замечено здесь восемь различных видов трилистника (Trifolium), четыре медунок (Medicago) и многие виды мышиного гороха (Astragalus) и еспарцета.

Возвышенные места покрыты богородской травой (Hymus serpyllum) и чаберем (Saturea) так, как и многими другими душистыми растениями, которые доставляют лучший корм овцам.

Врачебные растения находятся здесь в довольном количестве и многих родов, а именно: вероника (Veronica), шалфей (Salvia), буковица (Primula), попутник (Plantago), булдыряк (Valeriana), вербенник (Lisimachia), псинка (Solanum), крыжовник (Herniaria glabra), чертополох (Centavrea), омег (Conium), селеник (Sambucus obulus), волчьи ягоды (Daphnemezereum), дрок (Origanus), нигелла (Nigella), вероника дубровеподобная (Veronica chamadris), горный полей (Jeverum polium), мята (Mentha), буковица (Betonica), многие растения противоскорбутные из турнефортова класса, крестовидные (Creciato), проскурняк (Althea officinalis), два вида солодкого корня (Glycyrrhiza), которые произрастают в чрезмерно великом количестве, цикорий (Cichorium intibus), медвежье ушко (Asclepias vincetoxicum), девясил большой (Incela helenium), подбел (Tussilago), римская ромашка (Anthemes nobilis), киркизон (Arestolochia), многие растения ореховидные (Orchoides), коих корень употребляется под именем кисельного корня, берденец (Pimpinella), разные виды гулявицы (Achillea), ослиная тыква (Momordica elaterium) и разные виды полыни (Artemesia), из числа сих последних находится один вид, который жители почитают весьма вредным для лошадей. Это есть кустарник, известный у ботаников под именем низкого чернобыля (artemisa humilis); впрочем, сомневаться можно о вредных действиях, ему приписываемых, которые не известны в Тавриде и Южной России, где он произрастает во множестве. Может быть, имеет он вредные свойства в некоторых обстоятельствах или во время цветения своего. Бель д'Антремон в своих «Путешествиях от С. Петербурга в разные азиатские страны», напечатанных в 1766 году в Париже, упоминает, что Петр Великий во время Персидского похода увидел между Тереком и Курой 500 издохших лошадей в одну ночь оттого, что они ели сей чернобыльник, растущий там в изобилии. Сие доказывает, что предрассудок, о коем речь идет, есть древний.

Царство животное. Говоря о животных, в стране сей водящихся, мы начнем с четвероногих, из коих некоторые, будучи исключительно свойственны жарким климатам, не находятся более ни в какой провинции российского государства.

Плотоядные животные суть: барс, каспийская рысь, дикая кошка, медведь, гиена, волк, чакалка и лисица.

Барс, обыкновенное животное внутри Персии, в здешнем крае весьма редок и более водится около берегов Куры. Он в длину имеет около 4 футов, начиная с головы до корня хвоста, который длиной бывает в 3 фута. Шерсть на теле имеет желтовато-бурую, брюхо белое без пятен, уши малые желтоватые, с черной поперечной повязкой. Пятна на голове и на оконечности ног малые и расположены без всякого порядка и правильности; пятна на спине кругообразные, которые увеличиваются и переходят в правильные круги, приближаясь к бокам и к задним ногам. Хвост к корню желтоват, с нижней стороны белый, равно как и к концу, где он окружен черными кольцами.

Самцы мало отличаются от сего описания, которое делано над самкой. Они менее самок и имеют пятен более; но сии пятна расположены не столь правильно, как у самок.

Барс есть животное весьма сильное и бодрое. Он удобно одолевает диких кабанов, которые составляют самую лучшую его добычу, растерзывает также лошадей и рогатый скот, но на человека не смеет нападать, не быв к тому принужден собственной своей защитой. Здешние жители смешивают его под именем паленг с другими большими видами сего рода, так как в Европе несведущие люди неправильно называют его тигром.

Каспийская рысь, которая в первый раз учинилась известной чрез Гюльденштедта, сделавшего ей описание в записках Санкт-Петербургской академии наук под именем felis chaus, водится в лесах и тростниках по берегам Куры. Она в образовании своем весьма сходствует с рысью северных стран, но гораздо ее менее, уши у нее короче и к концу менее волосисты. Цвет верхней части ее тела не столь рыжий, ибо шерсть к корню белого цвета, потом черного, далее рыжего, а к концу черного. Губы, борода и нижняя часть морды белого цвета. Хвост короткий, как у обыкновенной рыси, и к концу имеет два кольца белого и три черного цвета.

Медведи и волки водятся в лесах цепи высоких гор; гиены в лесах и тростниках, находящихся по берегам Куры, но они там весьма редки и зашли, вероятно, из полуденных провинций Персии, равно как и барсы.

Чакалки, или шакалы, весьма обыкновенны по всему западному берегу Каспийского моря. Днем они скрываются в лесах, недалеко от гор находящихся, ночью же выходят из своих жилищ и посещают вблизи лежащие города, села и деревни. На добычу всегда ходят стадами; с вида, равно как и по роду жизни, шакалы имеют много сходства с волком. Ночной крик их для слуха весьма неприятен; они поодиночке редко воют, и ежели одна завоет, то и все, услышав ее голос, пристают к ней. Поелику же они питаются мертвечиной, вырывая даже из могилы человеческие тела, то по сей причине водятся преимущественно в окрестности городов, наипаче около Дербента, Шемахи и Сальяна. Подробное описание сего животного помещено в Путешествии Гмелина.

Водятся также здесь во множестве и лисицы, между коими, по словам ловцов, попадаются бурые и черные.

Леса населены оленями и косулями (chevreuil); находятся также и дикие вепри в болотистых местах, покрытых тростником, при устьях рек Койсу и Дарбаха, а особливо около Куры.

В бесплодных и сухих местах усматриваются стада сайг, коих здесь предложим мы отличительные признаки, поелику на востоке находятся многие виды сего рода. Мы одолжены г. Гюльденштедту описанием сего животного, которое находится в записках Санкт-Петербургской академии наук под именем antilope subgutturosa — полузобастая сайга. Ростом она менее косули и цветом бледнее. Хвост ее длиной около 6 дюймов и оканчивается пучком черных волос. Рога имеет без отростков, черные и подобные величиной рогам домашней козы, но отличающиеся от них 12 или 18 коленчатыми кольцами, окружающими их с самого основания; концы рогов равные, гладкие, острые, обращенные внутрь и несколько искривленные вперед. Жители называют сие животное чейран, под сим именем известны у них косули и другие подобные животные. Мясо сей сайги употребляется в пищу, но оно имеет неприятный вкус.

Зайцы из рода тех, которые на зиму цвета не переменяют, весьма обыкновенны здесь, особливо в долине около Куры, где она граничит с высокими горами. Находятся также барсуки, куницы, ласки, ежи и многие виды крыс. Обыкновенная крыса выключается из числа сего. Земляной зайчик, или тушканчик, водится в бесплодных местах около нефтяных источников на полуострове Абшерон.

Из птиц, водящихся здесь, суть: орлы обыкновенной величины, разные виды коршунов, особливо в жарких климатах. Сокол есть также из числа птиц, здесь водящихся, и весьма много уважается ханами, которые их употребляют для охоты.

Хищные птицы вообще здесь весьма многочисленны, по той причине, что они находят великое количество малых четвероногих и птиц, которые населяют горы и равнины и которые доставляют им изобильную пищу. Водяные и болотные птицы водятся по берегам рек и в соседстве их; из числа оных суть лебеди, гуси, разные виды уток, бакланы, гагары, лысухи, стерхи, журавли, цапли, кулики, барашки, водяные дергачи и многие другие.

Фазан находится здесь в своем отечестве, которое натуралисты определили ему, называя его в своих системах колхидским или кавказским петухом (Phasianus colchicus). Водится он во множестве в лесах и между тростником. Серая куропатка весьма здесь обыкновенна. Попадается, но весьма редко, и красная куропатка, которую русские охотники называют персидской. Сверх сего примечаются еще здесь две породы сего рода, мало, впрочем, известные и совершенно несвойственные России, то есть малая лесная куропатка с развилистым хвостом (Tetrao alchata Lin) и индийская куропатка (Tetrao francolinas Lin).

Гмелин сообщил нам хорошее описание и изображение первой, назвав ее острохвостой куропаткой (Tetrao caudacutus). Она водится во множестве в окрестностях Сальяна. Примечают, в противность нравам птиц из семейства куропаток, что они собираются зимой в большие стада, а наипаче во время сильных морозов.

Гмелин упоминает также об индийской куропатке, под именем франколина Турнефортова, но подробно о ней не говорит. Сия птица живет в тростнике вдоль Куры, где она попадается во множестве. Она имеет нравы полевой, или обыкновенной, куропатки, но превосходит ее красотой перьев и несколько большим ростом. Верхняя часть черного ее носа длиннее нижней и образует маленькой крючок. Наверху головы имеет красный и черноватый цвет, а прочая часть блестящего черного цвета; под глазами усматривается пятно, состоящее из тонких и мелких перьев, означенных несколькими черными точками. Шея обведена широким кольцом красного цвета, переходящего в темновато-бурый; пониже шеи примечается кружок перьев черного цвета с круглыми белыми пятнышками. Другие перья такого же цвета простираются позади груди и при основании крыльев, коих часть покрывают они. Средина груди черная и почти без пятен. Спина и прочая часть тела из красно-черного цвета. Хвост у нее короткий, ровный, черноватый, со многими полосами параллельными, волнистыми и белыми. Брюхо спереди черного, а к концу белого цвета, перемешанного с черным и красноватым, самая же конечная часть брюха красного цвета, переходящего в бурый, подобной тому, который находится на ошейнике. Ноги у ней голые, красные, снабженные 4 пальцами, из коих средний длиннее прочих. Самки не имеют столь красивых, живых и разнообразных перьев, как самцы, и весьма походят на обыкновенную куропатку. Тетерев (Tetraotetrix lin) и глухой тетерев (Tetraourogallus lin) совершенно не свойственны стране сей.

Дудак, или драхва, редко здесь показывается, но зато стрепеты (Otis tetrax lin) водятся в чрезмерно великом множестве, особливо зимой, когда прилетают они с обширных равнин, лежащих около Волги и Дона.

Перепелки, голуби, скворцы и многие породы жаворонков весьма многочисленны здесь. Между последними примечается большой жаворонок с черным ошейником (Alauda calandara lin).

Перелетные птицы перелетают здесь несметными стадами, но не многие из них остаются. Они весной направляют полет свой к большим рекам российским, а осенью внутрь Персии и Туркестана.

Из класса земноводных находится здесь речная черепаха (Testuda cularia lin).

Черепаха, которой Гмелин сделал описание и изображение под именем каспийской черепахи (Testuda caspica), кажется, ничем от нее не различествует.

Около берегов реки Пирсагат, где Гмелин открыл каспийскую черепаху, водятся в большом количестве обыкновенные черепахи. Описание каспийской черепахи, сделанное Гмелиным, во всех отношениях сходствует с речной черепахой, но сия имеет на передних ногах по 4 пальца, а описанная Гмелиным по 5. Думать можно, что сие различие происходит не оттого, что речная и каспийская черепахи составляют две особые породы, но оттого, что Гмелин при описании не употребил строгого наблюдения. Речная черепаха водится не только в водах, но и на суше, даже среди равнины, лежащей близ Куры, где она питается, вероятно, змеями. Разные породы ящериц, равно как и змей, водятся здесь во множестве, но не в таком, как в южных провинциях Российского государства, а наипаче в Тавриде. В несравненно большем количестве находятся змеи на правом берегу Куры, в равнинах Муганских и в Талышинской области, нежели в других частях страны сей; причем, однако, мы с осторожностью принимаем показание ширванских жителей, будто летом бывает там неслыханное множество змей и до такой степени, что они могут препятствовать проходу войск. Вероятнее, что проходу войск препятствует более недостаток воды и фуража, нежели змеи, тем паче что большая часть сих последних, кои по огромной своей величине кажутся быть опасными, не имеют совершенно яда. Казаки их называют желтопузиками.

Реки здесь весьма изобилуют рыбой, особливо Кура и ее рукава. В них водятся осетры, севрюги, белуги, лососи, судаки, усачи, плотицы, карпы, щуки, разные чебаки и прочие рыбы, свойственные Каспийскому морю и давно известные в России.

История насекомых сей страны обещает много открытий натуралистам, которые бы имели время и средства заняться исключительно сей частью.

Здесь обретаются многочисленные и весьма красивые породы дневных, сумеречных и ночных бабочек, разные виды кузнечиков, кобылок и богомолов.

Фисташковое терпентинное дерево питает множество больших кобылок, беспокоящих слух пронзительным своим пением, которое производят самцы посредством весьма сложных орудий, на нижней части их тела находящихся.

Разнообразные сенокосы (Phalangium cancroides lin), тарантулы и скорпионы водятся на каменистой земле вне гор, и следственно, в большом количестве обретаются они на равнине между Рубасом и Атачаем. Гребенские казаки, коим сии насекомые неизвестны, говорят, что они водятся обыкновенно на тех местах, которые производят много полыни, что и в самом деле справедливо, ибо на каменистых равнинах произрастают вообще многие виды полыни.

Самое опаснейшее из сих трех насекомых есть, без сомнения, скорпион-паук (Phalangium aranoides), которого гребенские казаки и другие жители левого берега реки Терек бигом называют. Он бывает в длину около трех дюймов и походит на паука, со скорпионом же ничего общего не имеет. Тело имеет продолговатое, сероватого цвета, переходящего несколько в светло-бурый с черным посредине пятном. Ноги длинные и тонкие, покрытые волосами, кои гораздо длиннее находящихся на теле насекомого. При основании двух задних ног находится шесть маленьких чешуек, могущих служить признаком сему виду. Голова его оканчивается двумя пузырьками, наполненными ядом, которые имеют длину почти равную голове и из коих каждый вооружен в вертикальном направлении двумя весьма острыми зубцами, коими животное сие кусает, между тем как в рану пускает часть яда, в пузырьках содержащегося.

Мы видели (в 1796 г.) многие примеры опасных действий сего яда, которые подтвердили замечание натуралистов, что из всех животных, выключая, может быть, гремучего змея, ракообразный сенокос имеет яд самый опаснейший. Спустя несколько минут после угрызения чувствуется весьма сильное воспаление в теле, которое всю кровь заражает; вскоре тело покрывается опухолями, и наконец, смерть неизбежна, ежели обыкновенные средства против угрызения ядовитыми гадинами употреблены не будут.

Настоящий тарантул не столько опасен, и кажется, что многие древние рассказы об укусах тарантулов относятся к раковидному сенокосу. Должно, однако ж, заметить, что тарантулы в странах сих попадаются гораздо реже, нежели ракообразные сенокосы или скорпион-паук. Величина их несколько менее встречаемых в Молдавии и полуденных провинциях России. Они много походят на обыкновенных больших пауков, водящихся в домах и погребах. Цвет их серопепельный. На верхней части брюха находятся черноватые пятна, а на нижней темно-черные. Ноги такого же цвета, как и тело; они имеют черные кольца.

Господин барон Маршал-Биберштейн полагает, что скорпионы, здесь водящиеся, принадлежат к тем породам, которые находятся в южных странах Европы, особливо на полуострове Таврида, и что по сей причине известны они в естественных системах под именем европейских скорпионов. Но в противность сему мнению г. Паллас замечает, что персидские скорпионы различествуют от тех, которые водятся в гористой полуденной части Тавриды. Сии последние цветом темно-серые, причитаются к породе карпатского скорпиона (Scorpio carpathicus), распространяющегося до Венгрии. Вместо того персидские скорпионы белее, длиннее и принадлежат к виду, еще доселе не описанному, который водится даже до северных равнин астраханских, в жарких и бесплодных местах под камнями и мертвечиной. Первая же порода любит влажные места и каменные скалы, покрытые жирной землей и навозом. Укус скорпионом есть, как известно, не иное что, как впущение искривленного острия, находящегося при конце хвоста его. Оно сопровождается воспалением, которое, однако ж, не бывает ни сильнее, ни опаснее произведенного укусом шмеля, если оказана будет благовременная помощь.

Произведения сельского хозяйства

Земледелие. Хотя беспрерывные войны и беспокойный дух жителей Дагестана и Ширвана великий нанесли вред земледелию; однако ж нужда препятствовала им презреть его совершенно: положение их земли, малые отношения их с соседями и оказываемая иностранцам неприязненная доверчивость, соделывая привоз съестных припасов или весьма трудным, или совершенно невозможным, заставляют их самих возделывать землю. Дагестанцы и ширванцы сеют столько хлеба, сколько потребно им для прокормления себя и скота своего. Равнины Дагестана, некоторые места, лежащие при подошве гор в земле кумыков и в окрестностях Новой Шемахи, особливо же ханство Кубинское, суть наиболее обработанные части, Куба даже может уделять некоторую часть своих произведений соседям и преимущественно таковые излишки отпускает в города Дербент и Баку. Они сеют также хлеб и на высоких горах, где часто усматриваются обработанные поля на весьма утесистых раскатах, которые обыкновенно доставляют богатые жатвы. Хотя вообще в сей полосе примечена почва плотная, мокрая и редко черноземом покрытая, однако ж на ней изрядно родится хлеб, потому что достаточное количество земли, способной к обрабатыванию, позволяет делать выбор между полями, остающимися в пару; не менее благоприятствуют хорошему урожаю дожди, коими орошаются поля в самую жару, по крайней мере, в горах и в соседстве оных.

Из родов хлебных растений сеется здесь наиболее пшеница и ячмень, и притом первая осенью, а вторая весной. Рожь и овес неизвестны здесь, потому что жители не привыкли к черному хлебу; для корму же лошадей ячмень предпочитают они овсу.

Хлебопашество их производится почти таким же образом, как и у татар, живущих в Тавриде, да и плуг у них одинаков. Жатва начинается в средине июня посредством обыкновенных серпов; отаву оставляют они в два фута вышиной, вероятно, по свойственной им лености, чтобы избавить себя от излишнего нагибания. Молотят хлеб на открытом воздухе балбами следующим образом, по описанию Гмелина: избирают в поле широкое место и настилают на оное хлеб, толщиной с небольшим в дюйм. Потом приготовляют две продолговатые более или менее широкие и единственно на сей конец делаемые доски, которые между собой посредством оного бруска соединяются. На переднем конце оных укрепляется высокий четырехугольный брус, служащий для припряжения пары быков или лошадей, позади оного становится человек на доски и гоняет скотину вокруг по настланному хлебу, от переворачивания коего выпадают зерна из колосьев. Однако знать надобно, что доски снизу бывают шероховаты, или лучше сказать, что на нижней стороне оных в самой средине выдолблены небольшие четырехугольники и во всяком вделаны острые палочки или камушки. Сим средством не только скорее хлеб от колосьев отделяется, но также ежели и то уже сделано будет, пустые колосья на сторону отодвигаются, чтоб, таким образом, удобнее хлеб в мешки собирать можно было.

Сеют также просо, которое бедные люди употребляют в пищу в виде каш и лепешек по примеру горских кавказских народов, у коих употребление сарачинского пшена неизвестно; оно служит сверх того для приготовления любимого их напитка бузы. Из проса для своего обихода сельские жители перегоняют также худой разбор водки, особливо в тех местах, где не растет виноград. Сарачинское пшено разводится только в равнине между Рубасом и Атачаем, где посредством отводных каналов с удобностью можно наводнять поля и превратить их почти в болота, что необходимо нужно для удачного разведения сего растения. Однако в Кубинской области сарачинское пшено произрастает не в таком изобилии, чтобы можно было без внешней помощи продовольствовать оным всех ширванских жителей, почему и получается оное в нарочитом количестве за сходную цену из Гиляна, наипаче для городов Шемахи и Баку.

Чечевица, которую обыкновенно при варении пилава, или плова, мешают с сарачинским пшеном, сеется в малом количестве, равно как и турецкий горох (Cicer arictinum). Но сей последний разводится не во многих местах. Он известен как в Персии, откуда он происходит, так и у здешних жителей под именем нохотты (Mochetta oleracea. Hmelin).

По свидетельству Гмелина, персияне едят его вареным и сырым; делают из него также конфеты, которые при питье крепких напитков вместо закуски подносят. Обыкновенный горох и турецкая пшеничка (Mays), называемая азиатцами кукурузой, весьма редки. Сия последняя разводится, однако же, около Тарков; а картофель и земляные яблоки (топинамбуры) вовсе здесь неизвестны. Армяне, живущие около Новой Шемахи, разводят в малом количестве кунчуш (Sesamum) и хлопчатник (Gossypium); вместо того разведение конопли в чрезвычайном пренебрежении.

Дыни, тыквы и разные породы арбузов произрастают здесь в изобилии и хорошего качества. Первых двух плоды продаются весьма дешево с половины июня даже до конца осени. Есть одна порода дынь с зеленой лоснящейся кожей, называемой синейбас, коей мясо имеет цвет зеленый яблочный и которая по редкости и приятности своего вкуса более уважается, нежели другие дыни. Шафран сеется в Баку и Дербенте. Жители последнего города, коего все окрестности покрыты сим растением, разводят его весьма достаточно, так что оным снабжают не только внутренние Ширвана и Дагестана округа, но и знатное количество оного отпускают в соседние области.

Огороды в селениях и в окружности городов принадлежат большей частью армянам, которые, однако, мало разводят огородных растений; обыкновеннейшие суть: капуста, репа, редька, морковь, шпинат, салат, турецкие бобы, петрушка, лук и чеснок. Мак сеется для семян, коим посыпают белый хлеб и пирожное; для такой же посыпки дербентские жители употребляют и семена чернушки. Много растят шпанского перцу, коим жители приправляют кушанья, и не менее того производят яйцеобразные псинки, или демьянки (Solanum melongena), которые называют они падрижан и варят их в мясных похлебках, пока плоды еще не совсем созрели. Плоды сии бывают продолговаты, величиной почти с огурец; цвет они имеют фиолетовый, несколько переходящий в зеленый.

Несмотря на магометанскую религию, запрещающую употребление вина, армяне занимаются разведением винограда, особливо живущие в деревнях между Старой и Новой Шемахой, коей вино почитается самым лучшим, вероятно, потому, что здесь избираются места для виноградников по отлогостям гор, на полдень лежащим, между тем как в долинах близ Кубы и около Дербента разводится оный в низменных и даже влажных местах. При сажении винограда и хождении за оным, равно как и при делании и сбережении вина, поступают здесь весьма ошибочно, и можно сказать, что производство дела сего преисполнено всеми возможными погрешностями. Недостаток в работниках есть первая причина, что земля вскапывается не так глубоко и не так часто, как бы надлежало; причем не радеют также об истреблении диких трав. Лозы сажаются одна от другой слишком близко; не держат их в порядке отрезанием лишних отпусков и не довольно часто их возобновляют. Между породами виноградных лоз, так как и между самой почвой, на которую садят их, делают возращение их на произвол природы. Отчего происходит, что так много растет винограда продолговатого, величиной почти в грушу, из которого, однако же, выдавливают вино весьма посредственной доброты. Собирание винограда производится почти за целый месяц до времени совершенного его созрения, и сие злоупотребление введено по той причине, что земледельцы опасаются потерять плод трудов своих от войны и разбойничеств, кои ежедневно угрожают им. С 1796 года в Шахмале продавали виноград в начале июля, и как виноградные лозы цветут здесь в начале июня, то из сего удобно понять можно, что виноград сей должен быть еще совершенно зелен. Около 20 сентября виноград собирали, а в октябре продавали уже на вино.

Бочек здесь совсем не делают, а для сбережения вина употребляют большие глиняные кувшины, которые зарывают в землю и, закрыв камнем, засыпают еще сверху землей. Когда нужно перевозить вино, то вливают его в кожаные мешки, называемые тулуками, в коих прежде содержима была нефть, или нарочно намазывают их нефтью для предохранения вина от порчи во время перевоза с места на место, отчего оно получает нефтяной запах, весьма неприятный для вкуса. Между тем остальное вино в кувшине, будучи черпаемо для употребления, начинает портиться от прикосновения воздуха. Если же вино оставляется впрок в засыпанном кувшине, то до вскрытия оного сохраняется год и более без всякого повреждения, особливо буде вино цельное и одинакого разбора.

Сие вино, называемое по-татарски чахир, имеет обыкновенно красный цвет, а вкус жесткий и острый; оно весьма слабо и скоро портится, что неудивительно, взяв в рассуждение худой образ тамошнего виноделия и недостаток сосудов, удобных для сбережения вина впрок. Со всем тем утвердительно сказать можно, что из винограда, растущего на горах между Старой и Новой Шемахой, можно получить такие вина, которые мало уступят красным французским винам, ежели к сему надлежащее старание употреблено будет.

Тутовые деревья для воспитания шелковых червей разводятся в весьма малом количестве относительно к удобности климата, числу жителей и выгодам, извлекаемым из сей важной отрасли сельского хозяйства. Наиболее занимаются шелководством ширванские жители, в окрестностях Кубы и Новой Шемахи и вообще жители ханства Шакинского, также в некоторых местах Дагестана, в Дербенте и в Тарках. Нередко встречается около селений черное шелковичное дерево, перемешанное с белым.

В садах разводят яблони, груши, вишни, сливы, абрикосы, персики, миндальные деревья, грецкие орехи и гранатовые деревья. Заметить надлежит, что плоды упомянутых садовых деревьев, здесь разводимых, не могут равняться вкусом с теми, которые произрастают в северных странах Франции, в южных частях Германии и некоторых полуденных провинциях России[58]. Что касается до померанцевых деревьев, то климат тамошний не столько тепл, чтобы мог предохранить их от повреждения зимними морозами, почему и произрастают они с успехом только в Гиляне и далее на полдень.

Домашние животные. Воспитание домашних животных находится почти в равном положении с земледелием, то есть весьма отдалено от той степени совершенства, до которой бы удобно могло быть доведено. Хотя воинственный, или, лучше сказать, разбойнический дух, господствующий между тамошними народами, долженствовал бы их заставить разводить верховых лошадей, для них необходимо нужных, однако они содержат мало конских заводов. Те из них, кои отправляют воинскую должность и которые живут грабежом, достают лошадей покупкой, равно как и богатые армянские купцы, из других частей Кавказа и изнутри Персии, а бедные держат для езды и для перевозки тяжестей ослов, лошаков и быков. Жители Кумыкской земли и Дагестана держат более лошадей, нежели ширванские жители, которые употребляют иногда татарскую телегу о двух колесах, известную под именем арбы. Никакая повозка грубостью работы, скрипом своим и неповоротливостью не может сравниться с арбой, употребляемой в окрестностях Баку. Два величайших колеса, имеющие около 9 футов в диаметре, поддерживают ее и не обращаются на оси своей, но вместо того ось вертится между двух палок, приделанных на сей конец к ящику сей телеги.

Лошади здешние имеют рост посредственный, голову сухую, глаза живые, ноздри возвышенные, шею запрокинутую или прямую, тело стройное, ноги тонкие. Они весьма смирны, но не способны к трудным дорогам и продолжительным работам, особливо же в таком случае, если могут быть хорошо содержаны и кормлены. Поелику сии лошади получают из чужих краев, то они здесь весьма дороги, а сие самое обстоятельство заставляет хозяев иметь за ними отменный присмотр. Люди достаточные и высокого состояния ходят сами за верховыми лошадьми, не вменяя себе в предосуждение исправлять сию обязанность, которую почитают они как бы должностью рыцарства. Лошади редко выгоняются на паству, а содержатся в конюшнях; их кормят не столько сеном и травой, сколько истертой от помянутого молочения балбами соломой, перемешанной с мякиной и с зерном всякого рода. Им дают в корм два раза в день, то есть поутру и ввечеру, по хорошей мере моченого ячменя. Персияне, так как и турки, не имеют обыкновения холостить лошадей и предпочитают жеребцов по причине той, что мерин не имеет столько огня и быстроты, как жеребец, который, напротив того, по бодрости и отважности своей весьма способен к воинским подвигам. По роду тамошней войны, состоящей в набегах, чтобы лошади не вредили себя брыканием и чтобы можно было поставить их много рядом вместе, здешние жители привязывают их задними ногами к двум столбам, вкопанным в землю в некотором расстоянии позади каждой лошади, а сие самое в то же время приучает их стоять всегда в растянутом положении.

Осел есть животное сколько обыкновенное, столько и полезное здесь, особливо в горах. Лошаков достают за сходную цену из областей, лежащих на правом берегу Куры. Тамошний рогатый скот мал, но дороден и крепок. Шерсть его имеет обыкновенно бурый густой или черный цвет. Быков подковывают, седлают и употребляют как для перенесения тяжести, так и для верховой езды.

Ногайские татары, живущие на равнинах Кумыкской земли, содержат великие стада рогатаго скота. Буйволов пасут в местах, изобилующих речками и болотами, в которых сии животные проводят часть дня во время летних жаров. Между Рубасом и Атачаем держат более буйволов, нежели быков и обыкновенных коров. В окрестностях Баку поселяне держат двугорбых верблюдов, но в малом количестве в рассуждении выгод, каковые очевидно усматриваются от размножения сих животных в тамошних бесплодных местах, но изобилующих травами и кустарниками рода солянок, составляющими вкусный корм для верблюдов.

Положение страны сей весьма выгодно для разведения животных, волну дающих, коих летом можно пасти в горах, а зимой на равнинах. По сей причине козы и овцы, наипаче сии последние, повсеместно разводятся здешними жителями и в знатном количестве. Впрочем, стада овечьи мало входят в состав народной промышленности и торговых оборотов и большей частью употребляются в пищу, по общему обычаю восточных народов, предпочитающих баранину прочему мясу. Козьи шкуры идут на выделку сафьянов, овечьи шкуры — на тулупы и шапки. Овцы здешние одной породы с татарскими и калмыцкими и отличаются толстым широким хвостом. Мясо их вкусно, но шерсть не имеет хорошего качества. Зимой равнины и все окрестности морские покрыты многочисленными стадами овец и коз; большая часть оных принадлежит горским дагестанцам и лезгинцам, которые по причине снега, покрывающего горы в зимние месяцы от самой глубокой осени, принуждены сгонять овец своих к подошве гор и на приморские долины, по условиям, существующим между горцами и разными владельцами Дагестана и Ширвана.

Глава вторая. Дагестан

Писавшие о Дагестане разделяют его произвольно: Гербер — на верхний и нижний; Гюльденштедт соединяет Дагестан с Лезгистаном; иные разделяют Дагестан на северный и южный, включая в последнюю часть и ханство Кубинское, как значит на карте Российской империи, изданной в 1804 году из Депо карт Его Императорского Величества. Мы будем держаться разделения г. барона Маршал-Биберштейна, помещенного в описании его западного берега Каспийского моря, с малыми отменами, ибо сие разделение более согласуется с новейшими сведениями, приобретенными во время последних походов войск российских в Дагестан и Ширван.

Наименования

Название Дагестан происходит от персидского языка. Даг на персидском, равно как тав или тау на татарском языке, значит гора. Персияне к сему прибавляют слово истан, значащее землю, область, владение; следовательно, Дагестан и Тавлистан имеют одинакое значение гористая земля. Горские народы и наипаче татары употребляют между собой название тавли-тавлис, из чего россияне составили тавлинцы, относительно к тем народам, которые обитают на высочайшем кряже гор; следовательно, употребленное Гербером произвольное разделение на Тавлистан, с равномерным основанием принадлежащее к дагестанцам, лезгинцам и всем прочим горским народам, есть излишнее и затмевающее точность географических познаний.

Пределы

Дагестан простирается от реки Койсу вдоль по западному берегу Каспийского моря на 200 верст до реки Самур. Ширина его от берега морского к горам и в самые горы от 50 до 80 верст. Граничит к северу с кумыками, к западу с аварами и казы-кумыками неопределенной чертой; к полудню — с ханством Кубинским, от коего отделяется рекой Самур; к востоку — с Каспийским морем.

Политическое разделение Дагестана заключает в себе: 1. Владение шамхала Тарковского и союзники его дженготенцы и акушинцы. 2. Область Каракайдакскую. 3. Ханство Дербентское. 4. Область Табасаранскую.

1. Владение шамхала Тарковского

Пределы и положение земли

Сие владение заключается между Койсу и речкой Орусай-Булак, простираясь вдоль по берегу морскому на 110 верст, а в ширину от 50 до 60 верст. Границы его с трех сторон те же, что Дагестана, а к полудню области уцмия каракайдакского. Против устья Койсу восточный кряж Кавказа отстоит в 50 верстах от морского берега; потом мало-помалу горы стесняются к морю и оставляют между берегом оного длинную низменную равнину, коей ширина уменьшается от 15 до 10 и до 5 верст. В сем последнем расстоянии находится город Тарку, главное местопребывание шамхала, на самой средине владения его расположенное. От Тарку до Орусай-Булака, между коими 50 верст расстояния, продолжаются такие же низменные долины между морем и горами. Сии долины плодородны и большей частью обработаны под хлеб. Во время летних жаров жители весьма искусно поливают оные посредством пущенных из нагорных речек водопроводов, которые, будучи направлены во все стороны и где нужно укреплены плотинами, совершенно достигают предназначенной им цели. Предгория, супротив долины лежащие, круты, пресекаемы узкими удольями и покрыты густым лесом и кустарниками. Между Койсу и Судаком заключенная полоса земли подается на северо-восток в море под именем Аграханского мыса или косы. В том же направлении открываются многие низменные острова, служащие продолжением Аграханской косы: продолговатый остров Учь, или Учинская коса, остров Чечень и другие меньшие, между ними рассеянные. Сие протяжение Аграханского мыса посредством островов и мелей, к оному прилежащих и, без сомнения, происшедших от наплытий (alluvion) реки Койсу, образует довольно обширный, но мелкий и открытый северным ветрам залив, называемый по имени мыса Аграханским заливом. Он прославился высадкой российских войск, в 1722 году учиненной здесь в присутствии императора Петра Великого.

Реки

Главнейшая река сего владения есть Койсу (чаятельно Саона Птоломея), которая в 35 верстах, не доходя до Аграханского залива, в том самом месте, где видны остатки крепости Св. Креста, разделяется на два рукава, из коих первый, то есть северный, называется собственно Койсу или Аграханом, а второй, южный рукав известен более под именем Сулака и впадает в море прямо на востоке, в 22 верстах от места разделения рукавов. Немного повыше крепости Св. Креста Койсу имеет около 50 саженей ширины. Доселе не определено с точностью, откуда начинается граница Дагестана — от рукава Аграхана или от Сулака; но полоса, заключенная между двумя рукавами, равно как Аграханский мыс, действительно находятся во владении шамхала. От Койсу на полдень следуют еще две речки, довольно значащие своей быстротой, одна за другой, не в дальнем расстоянии: река Озень, или Торкали-Озень, а за ней река Манас. Все три выходят из Лезгинских гор. Последние две весьма быстры, наипаче во время таяния снегов. Манас составляется из двух отраслей, из коих северный называется Малый Манас, а южный — Большой Манас. Берега сей реки круты и каменисты. Между Койсу и Озенью отрасль соединяется с соляным ручьем Бакаc и составляет близ моря обширные болота, поросшие тростником. Кроме сих рек, шамхальское владение орошающих, оно пресекаемо довольным числом горных протоков, из коих известнейшие суть: Черкас-Озень, Буйнаки, Орусай-Булак. Все вышепомянутые воды втекают в Каспийское море от запада на восток.

Происхождение названия шамхала

Достоинство шамхальское есть важнейшее в Дагестане; а в областях, заключающихся между Тереком и Курой, почиталось вторым после царя грузинского. Исторические известия, согласно с преданиями народными, утверждают, что первые шамхалы поставлены были от аравитян, что сходствует с толкованием, помещенным у Гербера о значении слова шамхал; ибо восточные писатели называют город Дамаск Шам, а хал на арабском языке значит князя, владельца, следовательно, слово шамхал перевести можно дамасский владелец. Но Реинкc, основываясь на дербентской истории, в рукописи им найденной, выводит название шамхала от аравского полководца Шах-Баала. Как бы то ни было, происхождение шамхалов отнести можно к VIII или IX столетию, то есть к тому времени, когда аравитяне выгнали казаров из Армении и распространили власть свою в горах Кавказских. Кроме шамхала от них же поставлены еще и другие чиноначальники, уцмий каракайдакский и кадий табасаранский. Во время царствования персидских шахов шамхалы назывались дагестан-валиси, то есть наместник дагестанский; как и действительно власть шамхалов простиралась некогда на весь Дагестан, частью силой оружия, частью посредством политического влияния.

История

Повесть сей страны покрыта темнотой, за исключением некоторых происшествий, связанных с российской историей. Первые сношения России с шамхалами, называемыми в архивах наших шевкалами, начались в 1559 году и вскоре потом обратились на неприятельские действия по причине защищения поддавшихся России черкесов от притеснения шамхала Тарковского. Во время построения российских трех крепостей — в Ендери, на Койсу и около Тарку, шамхал наиболее противился сему предприятию и способствовал, наконец, к уничтожению оного, что случилось в 1604 году после поражения воеводы Бутурлина, о чем пространнее будет упомянуто в исторической части. Потом в 1638 году находим мы жалованную грамоту кумыцкому и Тарковскому владельцу Сурхай-мурзе на принятие его в подданство; и когда он назван был шамхалом от персидского двора, то в 1643 году дана ему от царя Михайлы Федоровича утвердительная грамота на сие же достоинство. С тех пор в продолжение 60 лет приязненные сношения с шамхалами не прерывались. В 1718 году шамхал Адиль-Гирей учинил на верноподданство присягу и оказал важные услуги императору Петру Великому во время похода его в Персию. Тогда же построена крепость Св. Креста на землях Тарковских между двумя рукавами Койсу: Аграханом и Сулаком, на правом берегу первого в 35 верстах от устья. В 1725 году Адиль-Гирей, будучи настроен турками, покусился на измену.

Собрал 30 тысяч войска и напал на крепость Св. Креста, причем генерал-майором Кропотовым был разбит, взят в плен и сослан в заточение в Колу, где и умер, а владение его и город Тарку разорены в наказание за измену. После чего Петр Великий повелел уничтожить звание шамхальское и всей землей его управлять генералу, начальствующему в крепости Св. Креста. По заключении с Персией в 1735 году мирного и союзного трактата при Ганже, гарнизон из сей крепости переведен в Кизляр, и шамхальское достоинство восстановлено шахом Надыром, в лице кумыцкого князя Каспулата. В 1786 году сын его шамхал Муртазали вступил в российское подданство и до смерти своей сохранял верность. Племянник его, нынешний шамхал Мехтий, имеет чин генерал-лейтенанта и следующие знаки отличия, пожалованные ему за непоколебимую его к российскому престолу преданность: саблю, драгоценными каменьями украшенную, золотую медаль, осыпанную бриллиантами, с надписью: «За усердие и верность», знамя с российско-императорским гербом — в знак начальства, по азиатскому обычаю.

Мехтий, шамхал Тарковский, владетель буйнацкий и хан дербентский, имеет от роду 42 года[59]. Вторая супруга его, Периджи-ханум, сестра Ших-Али, бывшего хана дербентского.

Сын его, по имени Хан, от первой супруги, 20 лет.

Братья шамхала: Шаабаз, 37 лет, Казий, 16 лет.

Одно колено кумыцких князей, называемое шубган-шамхал (пастух шамхал), коего предок в начале XV столетия был шамхалом и во время Гербера жительствовал в шамхальском владении, имея там несколько ему подвластных деревень, ныне пребывает между дженгутенцами, которые дали ему убежище.

Религия

Весь Дагестан, за исключением поселенных там персиян, исповедует магометанскую веру суннитской или омаровой секты.

Правление

Шамхал Тарковский, как и прочие дагестанские и ширванские владельцы, состоит в подданстве Российской империи на особенных правах, по существу коих правильно назвать их можно вассалами или удельными князьями, подвластными России. О внутреннем образе управления будет упомянуто в конце сего отделения в особливой главе.

Население

Подданных, собственно принадлежащих шамхалу, считается не более 12 тысяч дворов. Главнейшая сила его состоит в союзниках и, на некоторых условиях, находящемся в зависимости его акушинском народе, называемом дарга-акуша; а потому, отличая владение, собственно шамхалу принадлежащее, от союзников его акушинцев и дженгутенцев, мы начнем с первого.

1. Владение Тарковское. Тарковские подданные живут поближе к морю и в горах на вышесказанном пространстве; упражняются в хлебопашестве и скотоводстве; сеют просо, ячмень, пшеницу, сарачинское пшено; склонны к праздности и пьянству; горячее вино делают из проса и ячменя; впрочем, народ смирный и привыкший к повиновению, к чему наипаче способствует правосудная строгость нынешнего шамхала, который не попускает им в шалостях. Главнейшие места в Шамхальском владении суть:

Тарку, город, местопребывание шамхала, лежит в 5 верстах от моря, между реками Озень и Манас, на скате горы в довольно пространном и высоком ущелье, которое вышло полукружием, лицом к морю, так что вид сего города, построенного уступами, представляет с морского берега подобие амфитеатра. В самом вышнем ярусе находятся шамхальской дворец, который примечателен водопроводами, доставляющими туда с вершины горы ключевую воду, которая потом разными желобами разливается по всему городу. Дома выстроены большей частью из каменных плит, связанных глиной, с плоскими крышами. Жителей в Тарку полагается обоего пола до 10 тысяч душ, вместе с поселенными там армянами.

Буйнаки, деревня на речке сего же имени, от коего и округ сей называется Буйнакским. В ней обыкновенно имеет пребывание шамхальский наследник, называемый Крим-шамхал, и пользуется доходами сего округа.

Прочие известнейшие деревни шамхальского владения суть: Янчи-Урт на речке, которая, собственно, есть один из рукавов Сулака; Ишкорты, Ерпели, Канчугай, Торкали на реке Озень; Кичик-Азаниш, Кафер-Кент, Буглени, Аморхай-Кент на другом рукаве той же реки Озень; Дугрели, крепость на реке Малый Манас; Карабудаг, при стечении обоих рукавов Малого и Большого Манаса в одну реку под тем же именем; Гуген на Большом Манасе.

Острова Учь и Чечень принадлежат также к владениям шамхала. Сии острова не что иное, как мели, поднимаемые водой при морских ветрах. Однако по причине существующей там рыбной ловли принадлежность оных оспариваема была кизлярскими жителями и не прежде утверждена за шамхалами, как в 1803 году. Ныне все рыбные ловли, находящиеся около сего острова, равно как в устьях Сулака, отдаются на откуп российским промышленникам. Доходы, получаемые шамхалом от пошлин с провозных товаров, от пошлин за пастьбу скота по долинам и от рыбных промыслов, составляют не более 30 тысяч рублей серебром, не включая туда ханства Дербентского и деревень, подаренных ему Фет-Али-ханом в провинциях Кубинской, Шемахинской и Бакинской. Сверх того собирает несколько податей в натуре хлебом, рогатым скотом, баранами и другими съестными припасами для столовых своих расходов. В 15 верстах от Тарку находятся соленые озера, из коих за некоторую плату позволяется брать соль дагестанцам, кумыкам, чеченцам как для собственного продовольствия, так и для продажи. Сия продажа соли и выгодное положение Шамхальского владения по берегу морскому, заключающее обильные паствы в низинах, для него весьма важны. Кроме дохода, получаемого от сих двух предметов, и наипаче с овечьих стад, пригоняемых туда горскими жителями в зимнее время, оба сии обстоятельства составляют политическую силу шамхала содержанием соседей в обоюдном опасении лишиться скота от недостатка в подножном корме или затрудняться в продовольствии себя солью; чему, однако же, подвержены все подвластные и соседственные колена в случае домашних ссор или разрыва с шамхалом.

2. Дженготенцы. Смежны с границами владения Каракайдакского; живут в горах по вершине Малого Манаса и по другим речкам; питаются скотоводством и держат знатные стада овечьи; имеют собственных владельцев, из коих старший Али-Султан-бек предан России и во время похода войск в Персию в 1796 году оказал им многие услуги. Вооруженных людей поставить могут до 5 тысяч. За неимением достоверных о дженготенцах сведений, мы назовем только известнейшие их общества, в следующих селениях расположенные.

Дженготей, большая деревня на реке Малый Манас; Малый Чуглы и Большой Чуглы, на речках, впадающих в Малый Манас; Алинеут, Лимены на вершинах Малого Манаса. Хотя сии общества управляются старшинами, но верховное начальство предоставлено первенствующему у них княжескому роду.

3. Акуши, акушинцы или акуш-дарга. Живут в высоких горах между Дагестаном и Лезгистаном, граничат с дженгутенцами, с казыкумыками и с владением уцмия каракайдакского. Владельцев не имеют, управляются старшинами, под покровительством шамхала, находясь в некоторой от него зависимости в рассуждении пастьбы скота, соли и прочих местных обстоятельств. Главнейшие селения их, сколько известно, суть следующие: Акуша на вершинах Большого Манаса, Кутан, Урама, Дюгиш, Ошуша на речках, впадающих в Большой Манас, и неопределенное количество других деревень, весьма многолюдных, ибо в оных полагается более 20 тысяч дворов.

Союзничество дженготенцев и акушинцев с шамхалом не заключает в себе дальнейших обязанностей и не препятствует сим народам вступать в подобные сношения и с другими соседственными владельцами; однако вышепомянутые недостатки в пастве и соли, равно как и положение их нагорных жилищ, отрезанных землями шамхальскими от равнин, понуждают их иметь постоянную и теснейшую связь с шамхалом, который с помощью сих союзников набрать может, в случае нужды, от 20 до 25 тысяч вооруженных людей.

Язык

Тарковцы, дженготенцы и акушинцы говорят разными наречиями: тарковцы — испорченным татарским, дженготенцы и акушинцы — лезгинским. Сие показывает некоторым образом происхождение первых от кумыков татарского колена или смешение оного со старожилыми тарковцами и таковое же смешение последних двух народов с соседями их лезгинцами. Акушинцы говорят одним наречием с жителями лезгинского общества Зудахара, лежавшего во владении Казыкумыцком.

2. Владения уцмия каракайдакского

Пределы, положение земли

Владение Каракайдакское от речки Орусай-Булак простирается вдоль по морскому берегу на 60 верст до реки Дарбаха, а в ширину от моря до гор и в самых горах верст на 100. К северу граничит с владением шамхала, к востоку — с морем, к полудню — с ханством Дербентским и Табасараном, к западу — с казыкумыками. Отлогости, заключенные между морем и горами, имеют различную ширину и выдаются расстоянием на 20, на 15 и до 5 верст. В низинах обнаруживаются песчаные слои, редко видимые в других местах, ибо песок обыкновенно составляет весьма узкую закраину вдоль морского берега. Но сия песчаная почва плодородна и удобна к хлебопашеству посредством поливания водопроводами, что тамошние жители делают везде, где только есть возможность произвесть оное в действие. Уцмийская область изобилует водами и не имеет недостатка в лесе. Лесистые места находятся при устьях рек, а промеж оных поля, засеянные хлебом.

Реки

Знатнейшие реки сего владения: Хомрю-Озень, Большой Буам и Дарбах, все три параллельно текущие к морю и при устьях своих покрытые лесом. Между ручьем Инчке и Большим Буамом находятся соленые озера и один колодезь серной горячей воды. Во владении уцмия есть также и нефтяные ключи.

Именования

Около Буама живут кайдаки, старожилой дагестанский народ, чаятельно, получивший название свое от бывшего в сих местах древнего города Кадака; а по Дарбаху живут каракайдаки, или черные кайдаки, коим дано имя сие, как кажется, по черному виду лесистых гор, ими обитаемых, которые по сей самой причине получили от россиян название Черных гор.

Достоинство уцмия есть второе по старшинству, постановленное в Дагестане аравитянами. Уцмий на арабском языке означает начальник, повелитель.

История

Сношения Российского двора с уцмиями каракайдакскими началось со времени похода Петра Великого в Персию, то есть в 1722 году, когда уцмий Ахмат-хан по разбитии войска его и по разорении города Утемиша вступил в российское подданство. Таковая же присяга повторена была в 1796 и 1802 годах. По образу жизни кайдаков и каракайдаков, привыкших к безначалию, владельцы не всегда могут держать народ в повиновении, как бы чистосердечно ни желали они отвратить своих подданных от разбойничьих промыслов. Но еще менее ожидать должно устройства, когда известно, что уцмий, последуя древним обычаям, приращает доходы свои, участвуя во всех добычах, разбоями приобретаемых, не помышляя о следствиях. В 1774 году достославный мученик просвещения академик Гмелин, ехавший обратно из Персии, не избегнул плачевного жребия, сими злодеями ему приуготованного, будучи захвачен в плен по повелению уцмия Омир-Омзы, от притеснений коего в том же году умер в своем заточении от печали, между тем как Великая Екатерина определила уже наказание, дерзостью уцмия вынужденное. Майор де Медем вступил с отрядом войск в его владение, разбил вооруженные скопища, с ним встретившиеся, и принудил его просить пощады. Иван Струис с товарищи (в 1670 году) по разбитии судна их при сих берегах, как известно, достались также в плен каракайдакам и проданы были уцмием. По смерти коварного уцмия Омир-Омзы наследовал Рустам-хан, умерший в 1802 году, а по нем сын его нынешний уцмий Али-хан. Он состоит в чине генерал-майора, имеет от роду 36 лет, пользуется от народа уважением и старается держать его в послушании при помощи меньшего брата его Адиль-бека; но родной брат его Рази-бек, имеющий некоторую власть в отдаленном и, так сказать, вотчинном его владении, находится в соперничестве с уцмием по причине той, что сам домогался до верховной власти.

Главнейшие сборные места округов или обществ сего владения суть:

Утемиш, местечко и замок, на речке Инчке в 25 верстах от моря, мало населено и, кажется, не исправилось еще от разорения, в 1722 году российскими войсками причиненного. Знатное селение Мурега лежит в горах на западе от Утемиша.

Башлы, город и местопребывание уцмия на речке Башлы, в 30 верстах от моря, в горах, заключает около 500 домов, большей частью каменных, и производит торги с Кизляром. В нескольких верстах от Башлы на северо-западе лежащая деревня Улу-Гумри примечательна тем, что хранит в себе гроб Гмелина.

Берекеч, или Берекой, при устье Большого Буама. По имени сей деревни россияне называют тамошних жителей берекойцами. Повыше на той же реке знатное селение Маджалис, изобилующее виноградными садами. Затем следует на юг большая деревня Вилекент на речке Малый Буам и многие другие. В 10 верстах не доходя до левого берега Дарбаха, виден разоренный замок Али-хан-кала и выше, в горах Баржамей, сборное место баржамейского общества между реками Большой Буам и Дарбах.

Кубечи, город, состоящий на условиях под покровительством уцмия, лежит в горах на ручье, впадающем в Большой Буам. Поелику сие место соделалось известным разными слухами и показаниями о происхождении тамошних жителей от франков, мы поместим особенное о нем исследование в конце сей же статьи.

Население, военная сила

Число жителей сего владения простирается до 25 тысяч дворов, из коих, однако же, выходит не более 8 тысяч вооруженных людей на службу уцмия, потому что он не может с каждого двора требовать одного воина, но должен соображаться с раскладкой, самими обществами между собой располагаемой по числу деревень, дворов, достатка жителей и пр.

Образ жизни

Жители сего владения весьма наклонны к грабежу и разбоям, в коих беспрерывно упражняясь, получили навык и охоту продолжать сколько прибыльный, столько же и безопасный для них промысел, ибо они охотнее нападают на торгующих армян, из Дербента в Кизляр и обратно проезжающих. Местоположение их жилищ по Каспийскому морю возродило в них также охоту к морскому разбойничеству. Астраханская торговля в нынешнем ее положении нередко покушениями их бывает затрудняема с понесением важных убытков для хозяев, единственно от произвольного нерадения купечества о мореходном искусстве. Неискусные лоцманы, плавая на ненадежных судах, не смеют отдаляться от берегов, усеянных подводными камнями и мелями, отчего при малейшей непогоде случаются кораблекрушения. Каракайдаки стерегут таковые происшествия, бросаются в лодки и довершают несчастие погибающих, расхищая товар и забирая людей в плен. Смелое плавание в открытом море уничтожило бы сие препятствие; ибо дагестанцы вообще никаких судов, кроме лодок, не имеют. Строгое надзирание кавказского начальства за поведением сих земноводных разбойников обуздало уже отчасти их своевольство, которое со временем долженствует прекратиться вовсе, наипаче после покорения Дербента.

Сельское хозяйство

Каракайдаки, обитающие в тучных долинах, превозмогши леность, им свойственную, начали подбирать под ногами разбросанные дары природы и мало-помалу обратили внимание к земледелию, сеянию хлопчатой бумаги и шелководству. Но все сии отрасли домоводства малозначащи и не соответствуют плодородию почвы. Хлебопашество их состоит в сеянии сарачинского пшена, проса, пшеницы и ячменя для собственного продовольствия.

Торговля и промышленность

Немаловажную прибыль получают жители от копания корней дикой марионы (крапа), которая растет здесь в таком изобилии, что пахари, возделывающие земли весной под посев хлеба, вырывают иногда плугом кореньев ценой от 100 до 200 рублей и более. Промышленность сия находится в руках кизлярских армян. Мариона продается на месте (1804) пуд от 12 до 15 рублей. Сверх того каракайдаки промышляют продажей нефти, которая отдается уцмием на откуп. Вышепомянутые выгоды принадлежат токмо живущим по долинам и у подошвы гор; прочие каракайдаки, в горах поселенные, пашут несколько земли и сверх того занимаются развозкой в Кизляр и даже в Астрахань для продажи разных плодов свежих и сушеных, как то: груш, яблок, квитов (айва), персиков, абрикосов, орехов. Еще далее за теми живущие, в горах у подошвы высокого хребта, нуждаются в землях, сеют несколько турецкого пшена (кукурузы) и главное пропитание имеют от овечьих стад. Оставшиеся от давних лет в здешних местах терекемены (трухменцы) подвластны уцмию в виде вотчинных крестьян. Они кочуют в войлочных кибитках по равнинам и упражняются большей частью в скотоводстве, платя подать живыми баранами.

Доход

Весь доход уцмия от продажи нефти и марионы и от взимания пошлин с провозимых товаров составляет не более 20 тысяч рублей, включая туда же и отрасль дохода от разбоев, которая ныне весьма маловажна по чрезмерной осторожности проезжающих, имеющих обыкновение брать с собой надежных провожатых от места до места, зная, что каракайдаки нападают тогда только, когда видят оплошность, а в равный бой не вступают.

Язык

Каракайдаки говорят языком лезгинским, смешанным с татарским.

Исследование о городе Кубечи

В Бержероновом собрании путешествий находится упоминание, что в 1253 году монах Рубрукис, в проезд свой чрез Кавказские горы от Баты-хана в стан Мангу-хана, извещен был о неком городе Теласе, в котором жили немцы, как он слышал. Потом в стане Мангу-хана сказали ему, что сии немцы переселены от запада на восток, расстоянием на месяц езды от прежнего города в другой город, называемый Болак, где они работают в золотых и железных рудниках и куют оружие. Но откуда они пришли и когда, ничего не упоминает.

От сего ли источника заимствовал Гербер свое показание о кубечинских жителях или почерпнул оное из рассказов, слышанных на месте, мнение его состоит в следующем: что жители кубечинские называют себя франками, то есть европейцами, и сказывают, что предки их более нежели за 100 лет поселились на сем месте. От других слышал он догадки, что генуэзцы и греки, торговавшие по Черному и по Каспийскому морям, могли учредить там рудокопные заводы, и, чаятельно, по нашествии татар сии художники остались в теперешних жилищах и составили республику. Вероятность сей догадки тем паче подтверждалась в его мыслях, что они искусные художники; делают огнестрельное оружие, сабли, панцири и еще искуснее в отделке вещей из серебра и золота, равно как и в насечке сими металлами на оружии. Догадке Гербера последовал Гюльденштедт и другие писавшие о кавказских народах, повторяя о происхождении кубечинцев одно и то же. Между кавказскими народами действительно есть предание, которое принеслось и к российским жителям, что предки кубечинцев были франками, жили прежде в долине, но во время нашествия Чингисхана на аварское владение убежали в горы, в нынешнее их местопребывание, где по многих претерпенных ими гонениях от мусульман принуждены были оставить христианский закон и, пребывши несколько лет в неверии, напоследок решились принять магометанскую веру. Многие доселе думают, будто бы известия сии основаны на собственном показании кубечинцев. Таковое признание их объяснило бы некоторым образом упоминание Рубрукуса о городах Теласе и Болаке или, по крайней мере, доказало бы бесспорно европейское происхождение кубечинцев. Нужно бы только удостовериться, точно ли кубечинцы сами себя признают происходящими от франков? Если разрешением сего вопроса прекратится напрасное сомнение, то вкупе откроется очевидный путь к истине.

Небезызвестно, что братья Моравские, или Гуренгутеры, поселенные в Сарепте на Волге, основываясь на сих общенародных слухах, а еще более на догадках академика Гюльденштедта о переселении в Кавказские горы богемцев во время претерпенного ими гонения за веру (к чему способствовало сходство имен совсем не сходных реки Чегем с Чех), посылали в 1781 году двух братьев в Кубечи для разведывания о происхождении тамошних жителей. Сведения, ими приобретенные, как неудовлетворительные относительно их цели, не были обнародованы. Я старался получить оные посредством г. саратовского губернатора Петра Ульяновича Белякова, который по дружбе своей доставил мне выписку, извлеченную из сарептского архива, касательно путешествия упомянутых двух братьев, за подписанием г. Виганда, почетного тамошнего гражданина. Сия выписка помещается здесь от слова до слова, как ниже следует.

Известие о кубечинцах, собранное из письменных и изустных повествований

От разных путешествователей и в разные времена сарептскому братскому обществу известно стало, что в Кавказских горах обитает народ, россиянами называемый чеченцами, другими же чегем и чехем. Разность сих имен, казалось, только основана на затруднении, с каковым азиатские имена и произношение оных изображаются европейскими буквами. Великое же сходство имени сих кавказских жителей с именем чех, коим богемцы сами себя называют, родило догадку, что оные кавказцы произошли, может быть, от богемцев. Некоторая разность в нравах, коей чеченцы отличаются от прочих своих соседей, подкрепила сию догадку, наипаче утверждаемую известным академиком Гюльденштедтом. Ныне известно, что речка между Кавказскими горами, текущая (в Большой Кабарде), называется Чегем, от которого имени, однако, сие обстоятельство тогда еще не было известно. Но поелику братское общество в прежние веки претерпело великое гонение в Богемии и в Моравии, от коего многое отдалилось к восточным странам, то сарептское братское общество побуждаемо было объяснить, буде возможно, происхождение кавказских чеченцев. Почему в конце ноября 1782 года два брата сарептские, именно первый Грабис, совершенно знающий татарский язык, уже умерший, а другой Груль, доныне (1805) в живых, отправлены были чрез Кизляр в Кубечи. Марта в 7-й день 1782 года они прибыли в деревню Берегче, где тогда случайно находился Усмей-хан, владелец тамошних стран, коему они отлично были рекомендованы. Усмей-хан сперва их подозревал по причине той, что невежды татары о них разгласили, иные, что они чудотворные врачи; другие, что они богатые купцы; но удостоверясь напоследок о цели их путешествия, он взял их с собой в город Башлы, где он имеет обыкновенное свое пребывание; из Башлы же отправил их с провожатыми до Кубечи, к кунаку своему Махмуту, который принял их с кавказским гостеприимством. При вступлении братьев в Кубечи все доказало им, что жители суть магометане. Однако они от Махмута и от старшин со всевозможным прилежанием осведомлялись о происхождении сего народа, о законе, языке, книгах и проч., рассмотрели все дома, нашли остатки от трех церквей. Над дверью одной из сих церквей находится надпись, в камне иссеченная, которую, однако, ни сарептяне, ни тамошние жители разобрать не могли; только в средине сей надписи примечены были обыкновенные европейские (правильнее сказать, арабские) цифры 1215. Недалеко от той церкви находится другая, весьма высокая, из хорошего сеченого камня состроенная, многой резной работой украшенная, которая переделана для жилья в пяти этажах. И в сей церкве находятся камни с надписями, коих никто из них разобрать не умел. У кубечинцев нет ни древних книг, ни других письменных известий. Они употребляют арабские буквы для письма турецкого, татарского и собственного своего языка; о происхождении своем никакого удовлетворительного известия дать не могли; утверждали только, что предки их были христиане, но что более уже 300 лет как они приняли магометанский закон, за что они Бога благодарят, что наставил их якобы на истинный путь.

Город Кубечи лежит в узкой долине между тремя высокими горами, на южной стороне коих построен город. Дома, числом примерно до 500, расположены по крутизнам гор один над другим, почему улиц в сем городе не имеется. В некотором расстоянии от города находятся хутора с довольным числом овец, из шерсти коих женщины делают ткани; мужчины же по большей части оружейники. Город некоторым образом подвластен Усмей-хану, но жители управляются четырьмя страшинами, кои ежегодно переменяются так, что в сей должности со временем все хозяева участвовать могут. Когда сарептские братья с ними расстались, то Махмут принял их к себе в кунаки и обещал им дружеский прием на случай, если бы опять приехали в сей город. Они возвратились летом 1782 года.

Что сии кубечинцы происходят от христиан, тому служат доказательством собственные их предания и остатки церквей. Но что они не происходят от братьев, еще более доказывается азиатским их телосложением и чертами лица, языком их, в коем не примечается ни малейшего следа немецкого языка, тремя резьбой украшенными церквами, каковых у братьев никогда не бывало, и числом 1215, ибо сей год не менее двух веков ранее того гонения, посредством коего братья из Богемии были изгнаны. Но греческого ли грузинского, генуэзского или готеского происхождения кубечинцы, того по имеющимся в Сарепте известиям решить не можно. Виганд. Сарепта, мая 5 дня, 1805.

Вот чистосердечное и не менее убедительное заключение, которое опровергает все прежние о кубечинцах догадки, столь мало с правдоподобием сообразные. Одна выходит истина на поверку, что предки кубечинцев были христиане; но, рассуждая, что христиан довольное число осталось, а прежде и гораздо более находилось между кавказскими народами, едва ли из того можно заключить, что предки тех народов были европейцы. Нельзя пропустить без замечания, сколь часто подобные рассказы, вымыслом или даже невинным разысканием путешественников раскрашенные, и потом охотой читателей ко всему странному и чудесному пополненные, затмевают историографические познания ко вреду дальнейшего оных усовершенствования. Если сие разбирательство о происхождении кубечинцев сочтено будет за отступление от предмета, то я должен сказать, что сообщенные мной доводы не только любопытны по своему содержанию, но служат также к пояснению географических сведений; отчасти же остановился я на оном и для того, чтобы показать, какому сомнению подвержены догадки самых ученейших мужей, заимствованные от необстоятельных слухов или от заманчивого произвождения слов. Затем нахожу нужным сделать два замечания: первое, что помещенное в сарептскои выписке происхождение чеченцев от чегема нельзя почитать иначе, как произвольным и нимало не доказанным, ибо сверх разности, каковая слышится в звуке слов чегем и чечен, река Чегем течет в Кабарде, а чеченцы живут на реке Сунже. Второе, непонятным кажется, почему братья сарептские, желая исследовать о происхождении чеченцев, послали братьев своих в Кубечи, отстоящие по крайне мере в 150 верстах от чеченских жилищ прямейшей дорогой и принадлежащие другому колену. Может быть, что по прибытии своем в Кизляр уверились они в неосновательности вышепомянутых догадок и, раздумав ехать к чеченцам, положили другое намерение — побывать в Кубечи.

Присовокупим к сему новейшие известия, собранные о кубечинцах.

Дома строят высокие, в два, три и в четыре яруса, и каждый ярус принадлежит разным хозяевам. Возвышенность гор, посреди коих стоит город Кубечи, долженствует быть нарочита, судя по тому, что облака и туманы редко уступают место ясной погоде. Все жители, жены их и дети обоего пола, достигшие десятилетнего возраста, суть ремесленники: мужчины занимаются деланием панцирей, ружей, пистолетов, кинжалов, ножей, конских и оружейных уборов, женских поясов из золота и серебра; на серебро наводят золотую, а на железо золотую и серебряную насечку и чернь, в чем помогают им малолетние их дети и даже самые жены их, но сии последние преимущественно упражняются в тканье холста и узких сукон, известных под именем шалей, почитаемых в горах за самые лучшие. В долинах разводят шелковичные деревья и выделывают небольшое количество шелку; занимаются отчасти и купеческими промыслами, развозя в разные места свои изделия для продажи, наипаче в Дербент. Окрестности города Кубечи лесами и водами совершенно изобилуют. Кубечинцы трудолюбивы, добронравны и чуждаются буйства, свойственного их соседям. Говорят особенным лезгинским наречием, похожим на наречие зудахаринцев, исповедуют магометанский закон суннитского раскола. Сомнительным кажется свидетельство Рейнеггса, будто кубечинцы отвергают обрезание.

3. Ханство Дербентское

Пределы

Ханство Дербентское, важное по положению города Дербента, весьма малозначаще своим пространством и населением. Длина сего владения по берегу Каспийского моря от реки Дарбах до реки Самур 45 верст, а ширина от моря до гор, где начинается Табасаранское владение, заключает в себя не более 15, и в самой большой ширине 20 верст. Граничит от севера с владением Каракайдакским, от запада — с Табасаранским и Казыкумыцким, к югу — с Кубинским, к востоку — с Каспийским морем.

Положение земли

Побережье между Дарбахом и Дербентом от множества ручьев, тут разливающихся, превратилось в низины и болота, между коими, однако же, кое-где встречаются земли, удобные к хлебопашеству. По ту сторону Дербента до реки Рубас и даже до Самура простираются прекрасные и плодородные долины, заключающие в себе луга, пахоту и по берегам рек прилески или рощи, большей частью из плодовых дерев состоящие. У самого Дербента одна оконечность гор, высунувшаяся мысом к морю, не доходя до оного около трех верст, унизана торчащими скалами между густым лесом, который покрывает верх ее и крутизны. Сей промежуток, занятый строением города Дербента, известен был древним то под именем pillae Caspiae, то под именем pillae Albaniae, то есть каспийских и албанских ворот. Разыскания славного Данвиля и недавно в записке своей о Кавказских воротах г. академик С. Кроа, основываясь на мнении Шултена и Кирха, довольно ясно доказали, что Дербенту принадлежит название Албанских ворот, ибо Каспийские ворота, по точнейшем исследовании, должны находиться под 35° северной широты и приличествуют другому ущелью, идущему из Ирак-Аджеми в Мазандеран, известному у персиян под именем Фирус-ку и Керамли. В древнейшие времена тут же была стена, которая, по показанию Гербелота, продолжалась от персидского города Беидга до Самарканда на 240 миль, и построена была Киштазбом, пятым персидским царем колена Каянидов.

Именования

На персидском языке дарбант значит узкий запертый проход, почему азиатская география представляет множество мест и городов под сим именем. У аравитян известен сей город под названием Серир-Аль-Дагаб — золотой престол; у турков под именем Темир капы — железные ворота.

История

Предания народные и восточные историки приписывают построение города Дербента Искендеру, то есть Александру Великому, но вероятнейшее мнение восточных же писателей есть, что шах персидский Нуширван колена Сасанидов, прозванный Правосудным, в начале VI столетия велел исправить стену, лежащую от востока на запад между Каспийским и Черным морями, для защищения Персии от нашествия козаров и прочих северных народов, называемых восточными писателями ядшудж и мадждуд или гог и магог. С некоторым правдоподобием можно отнести к тому же времени и построение Дербента, который есть не что иное, как окончание стены, примыкающей к Каспийскому морю. Была ли продолжена сия стена до Черного моря, о том достоверных знаков не отыскано; но мы увидим ниже сего в разных местах, что существование оной от Дербента до реки Алазани обнаруживается многими остатками. По свидетельству «Истории», Дербент почитался всегда крепчайшим оплотом персидской монархии со стороны северных народов. В 1589 году, когда турки завоевали оный от персиян вместе с другими областями, персидский шах Емир Гемзе, в наших архивах называемый Худа Бендей, прислал просить помощи у царя Федора Ивановича, предлагая ему взамен уступку городов Дербента и Баку. Таковое же условие подтверждено было и при сыне его шахе Аббасе Великом, но по разным обстоятельствам не приведено было в исполнение. В городе Дербенте от шахов поставляем был султан в виде главного начальника, и наип в виде коменданта или губернатора. В 1722 году, при взятии Дербента императором Петром Великим, находился там наип Имам-Кули-бек, который за оказанное им усердие к России пожалован был ханом. По смерти его шах Надыр поставил в Дербенте от себя султана, мимо сына прежнего хана. Но коль скоро уведано было в Дербенте о смерти шаха Надыра, случившейся в 1747 году, народ избрал себе в начальники сына прежнего своего хана, по имени Мамат-Асан-хан, который владел сим городом до 1766 года, доколе усилившийся Фет-Али-хан кубинский не покорил под власть свою город и провинцию Дербентскую. Фет-Али-хан, будучи утесняем от горских народов, а наипаче от вышепомянутого Омир-Омзы, уцмия каракайдакского, прибегнул под защиту и покровительство российское. В 1775 году генерал-майор де Медем, имея повеление наказать уцмия за пленение академика Гмелина и между тем вспомоществовать Фет-Али-хану, ходил с отрядом войск до Табасаранских гор и внутрь оных, приводя силой оружия ослушников к должному повиновению. Покровительство российское способствовало к утверждению власти Фет-Али-хана до такой степени, что владение его простиралось до реки Куры, заключая в себе округу Сальянскую, и что ханы шемахинский и бакинский платили ему дань. По смерти его, случившейся в 1787 году, наследовал ему старший сын его Ахмет-хан, который чрез несколько лет умер, оставя владение меньшему брату своему Ших-Али-хану. Сей ознаменовал начальное правление свое храбрыми подвигами против неприятелей, хотя и находился еще не в совершенном возрасте. По случаю захвата Сальянской округи шемахинским ханом Ших-Али с помощью российских промышленников, у Сальян рыбные ловли откупающих, ударил на неприятеля, разбил его и выгнал из Сальян. В 1795 году он подтвердил подданство свое российскому престолу. Но когда, по объявлении войны российским двором Аге-Магомет-хану астрабадскому, генерал граф Валериан Зубов вступил в Дагестан и послал отряд войск для занятия города Дербента, то российское войско сверх ожидания встречено было неприятельскими действиями, вслед за коими город Дербент, стесненный блокадой, принужден был сдаться в мае 1796 года, причем Ших-Али-хан со всем своим семейством достался в плен. В том же году отделено от Дербента ханство Кубинское, в коем поставлен ханом Гасан, меньший брат Ших-Али.

По выступлении российских войск из Персии по смерти Гасан-хана, император Павел I опять утвердил Ших-Али ханом дербентским и кубинским; но двуличное его поведение не преставало обнаруживать вероломные его замыслы. Наконец, в 1806 году убийство генерала князя Цицианова, гнусной изменой бакинского хана произведенное, открыло, что Ших-Али-хан был в оном соучастником. Вследствие чего поведено было наказать как главного убийцу как Гуссейн-Кули-хана бакинского, так и Ших-Али, хана дербентского. Генерал-лейтенант Глазенап едва подступил к Дербенту, жители, недовольные развратным поведением своего хана, выгнали его из города и просили занять оный, что воспоследовало 21 июня 1806 года. Ныне ханство Дербентское, за исключением города, состоит во владении Мехтия шамхала Тарковского.

Описание Дербента

Дербент, по новейшим наблюдениям, лежит под 41°52′ северной широты. Фигура города есть неправильный продолговатый четырехугольник, коего длинные бока простираются от гор до моря на две с половиной и до трех верст, входя в самое море; поперечник верхней части содержит 250 саженей, а на средине к морю 350 саженей. Город разделяется на три части нарочно сделанными для сего стенами; верхняя часть составляет замок, называемый Нарын-кале, соседняя часть есть собственно город, заключающий обывательские дома; нижняя самая к морю, называемая Дубари, есть пустое место без жилья, где прежде бывали виноградные сады. Против сего места море так мелко, что никакие большие суда с лишком за версту расстояния не могут приставать к берегу. Сие обстоятельство с одной стороны обеспечивает город от нападения, а с другой — лишает жителей выгод купеческого мореплавания. Замок Нарын-кале командует всем округом, находясь на 150 саженей возвышения от горизонта воды, и примыкает к горе, которая еще выше замка. Из сей горы проведены родники в большой бассейн, посреди замка находящийся, из коего вода поднимается водометами, обращается опять в бассейн и потом разливается по всему городу в каменные водоемы, нарочно для сего сделанные. В замке обыкновенно жили ханы с двором своим и сералем. В средней части города к российской стороне, или к северу, находятся ворота, называемые персиянами Кирхлар-капы, в честь сорока святых, из коих одного полагают погребенным против сих ворот; дагестанцы же называют сии ворота Темир-капы. Сие турецкое название, значащее, как выше сказано, железные ворота, не оттого ли, может быть, вошло в употребление, что все ворота в Дербенте обиты толстыми железными досками и заклепаны гвоздями. Таковых на северной стороне двое, а на полуденной в Персии четверо, кроме заделанных ворот. Стены городские, сложенные из больших тесаных плит, аршина по два и более в квадрате, имеют вышины от 5 до 6 саженей, толщиной до 10 футов. Весь город окопан глубоким рвом. Несмотря на многие осады, выдержанные Дербентом, на стенах его, кроме зубцов, не видно знаков повреждения. От крепостной стены прямо на запад чрез горы и долины идет та славная стена, о которой уверяют жители, что она простирается до Черного моря. Хотя местами она прерывается, но по следам остатков ее, от Дербента в горы верст на 30, потом в Табасаранских горах разбросанных, очевидно увериться можно в ее существовании. В 1796 году, по взятии города Дербента, сочтено в нем домов 2189, монетный двор один, лавок 450, мечетей 15, караван-сараев 6, фабрик шелковых 30, фабрик бумажных 113; разных мастерских лавок 50; жителей обоего пола с небольшим 10 тысяч, которые магометанского закона Алиевой секты, и родом большей частью персияне, кроме некоторого числа армян; говорят и пишут персидским языком, называемым фарс, но простонародно употребляют испорченное татарское наречие. Местоположение города Албана, древними географами полагаемое между реками Касием и Албанусом, то есть, как кажется, между Манасом и Самуром, наиболее приличествует Дербенту.

Упражнение городских и сельских жителей

Жители городские упражняются в шелководстве, в сеянии шафрана и в купеческом промысле как собственными своими изделиями, так и привозными из Персии товарами, отправляя оные в Астрахань, Кизляр и в Дагестан. Имеют также сады виноградные, из коего делаемое армянами вино грубо и невкусно. Император Петр Великий прислал в Дербент для усовершенствования тамошнего виноделия майора Туркула, родом венгерца, который в течение нескольких лет исправил свою отрасль и довел до некоторой степени совершенства. Сей же великий монарх обратил внимание свое и на умножение шафранного посева. От мятежного состояния тамошних стран доведены обе сии полезные отрасли сельского домоводства до крайнего запущения.

Число прочих жителей не превосходит 2 тысяч дворов; родом они от кочующих в Персии народов шахсевен и терекемен, издревле переведенных в Дагестан, поселены в 17 деревнях; держатся секты суннитской и Алиевой; говорят татарским наречием. Они прилежные земледельцы, сеют всякого рода хлеб, хлопчатую бумагу, шафран; упражняются также в шелководстве и в копании дикой марионы, промышляют доставлением в Дербент дров, угольев и съестных припасов. Земли их изобилуют всеми угодьями, лугами, лесами и водами. Горские соседи их нередко нарушают их спокойствие своими набегами. Дербентцы, однако, от природы храбры и по осторожности всегда вооружены.

Военная сила

Жители ханства Дербентского вместе с городскими не более набрать могут, как четыре тысячи вооруженных людей, большей частью конницы, которая почитается в Дагестане за лучшую.

Доходы

Фет-Али-хан дербентский получал знатный доход с принадлежащих ему и завоеванных провинций, равно как и от дани, платимой прочими ханами. Доход, собственно ханству Дербентскому присвоенный, составляет не более 20 тысяч рублей серебром, да сверх того некоторое количество хлеба и прочих съестных припасов, взимаемых с поселян для ханского стола в натуре.

Подробнейшее описание Дербента можно читать в «Путешествии» Гмелина. Часто упоминаемая Рейнеггсом «Хроника Дербентская» заключает в себе также любопытные исторические известия, требующие только критического рассмотрения.

4. Область Табасаранская

Пределы

Область Табасаранская простирается по хребту, вышедшему от Восточных гор у вершин рек Койсу и Самур, занимает в длину от востока к западу около 70 верст, а в ширину от юга к северу около 50 верст; к востоку граничит с Дербентским владением, к югу и западу — с владением Хомбутая казыкумыцкого и лезгинами, называемыми кура; к северу с владением уцмия каракайдакского.

Реки

Гургени: Буам, Большой Дарбах и Рубас вытекают из Табасаранских гор и, обмыв подошвы оных к северу и к полудни, впадают в Каспийское море. Между последними двумя реками текут еще Меньший Дарбах и Хамейда, которые соединяются при урочище Хамейди-Копир и разливаются по полям иран-харабским.

Положение земли

Верхнее возвышение Главного хребта, тамошними жителями называемое Бент, покрыто дремучим лесом, с обеих же сторон имеет крутые спуски и множество каменистых утесов, которые образуют трудные проходы к верхним жилищам табасаранцев и запирают, по положению Дербента, сообщение Северного Дагестана с Южным Дагестаном и с Ширваном. Сие крепкое местоположение, без сомнения, было причиной к построению Дербентской крепости в древнейшие времена и к протяжению против севера каменных стен и укреплений, коих развалины, состоящие из круглых башен, прямых стен, занимающих тесные проходы, и четырехугольных бойниц, имеющих по углам башни, доныне видны, а именно: повыше Дербента, при деревнях Камах Зидиян, Хамейди и Дарбах, на Дарбахской и Зыльской дорогах, повыше деревень Зыль и Ерои и далее к снеговым горам. Другое поперечное земляное укрепление прикрывает долины, к морю лежащие против гор, и простирается от деревни Хамейди к Северному Дагестану, пресекая прямым валом все долины от одной отрасли гор до другой. Сверх того, главный проход в Табасаран со стороны севера и Каспийского моря прикрывается возвышенной грядой, идущей от подошвы Камахской горы к северу на две версты. Шах Надыр по завладении Дербентом в 1741 году стоял на сем месте укрепленным лагерем и по неудачным предприятиям своим, против горских народов испытанным, назвал оное Иран-Хараб, то есть персидская неудача.

Дороги

Главная дорога из Северного Дагестана в Табасаран идет мимо сего места, по долине Меньшего Дарбаха, где сия дорога разделилась на четыре: первая дорога в деревню Ерси, прочие три дороги через Табасаранский хребет к Ширвану проложены на следующие места: 2) на Махметбекову деревню Митахи; 3) чрез Кадиеву деревню Дарбах; 4) чрез Кадиеву деревню Зыл. Все сии дороги, идущие по крутизнам гор, каменистым стремнинам и тесным ущельям, окруженным лесами или утесами, для прохода регулярных войск весьма трудны. По последней дороге на деревню Зыл проходил отряд российских войск в 1775 году со стороны Южного Дагестана к деревне Ерси для наказания уцмия каракайдакского и кадия табасаранского за пленение профессора Гмелина. Во время же похода в Персию в 1796 году посланный в обход Дербента с ширванской стороны отряд войск под командой генерал-майора Булгакова (что ныне генерал от инфантерии) шел по дороге чрез деревню Дарбах, яко по удобнейшей, к чему способствовали также и политические причины в рассуждении существовавшего союза между табасаранским владельцем Махмут-беком и Ших-Али-ханом дербентским. Вместо того кадий Рустом оказал знаки преданности своей к России, учинил на верноподданство присягу и лично находился при российском отряде для сопровождения оного. Сокращенная выписка из маршрута российского отряда доставит читателю некоторые топографические сведения.

На 31-е число апреля отряд генерала Булгакова, отделясь от главного корпуса из лагеря при реке Большой Дарбах, принял с большой Дербентской дороги вправо между уцмиевской крепостью Хан-Магомет-кале и урочищем Иран-Ххараб по долине Меньшего Дарбаха и, сделав переход двадцать верст, стал лагерем под деревней Дарбах, при роднике Майдан-Булах. На 1 мая переправился чрез Табасаранский хребет, прошел чрез остатки славной стены и бывшего при деревне Дарбах укрепления и расположился лагерем по долине Деремержелем, в восьми верстах от первого лагеря. Следующего числа продолжал поход по той же долине, которая при деревне Михраги превратилась в тесное и глубокое ущелье, имеющее по обеим сторонам до 80 саженей перпендикулярной высоты между каменными утесами; потом по узкой дороге, имеющей вправо глубокую стремнину, а влево прямой утес на расстояние четырех верст. От сих мест пошла дорога по ровной долине, лежащей между песчаными сланцевыми горами к реке Рубас. Перешед четырнадцать верст с половиной, отряд стал лагерем у поворота дороги влево к Дербенту при урочище Девечу-Магатань. На 3-е число мая шел чрез речку Кушкери и ханскую деревню Сенгер; сделал переход 18,5 версты и, соединясь занятыми высотами с главным корпусом, стал лагерем под Дербентом в урочище Куруч.

Разделение Табасарана

Земля Табасаранская разделена между двумя главными владельцами — Маасумом-Сохраб-беком максютовским и кадием Абдулла-беком. К ним принадлежат частные владельцы, братья их и родственники Маасумовы: Мустафа-бек, шамхал Кархал-Гуры и двоюродный брат Али-Гулы-Маасум; кадиевы родственники: Махмут-бек, Магомет-бек и Мурза-бек. Магомет-бек примыкает к самому Дербенту. По мнению народному и по древнему постановлению калифов, звание кадия, означающее судью, почитается третьим в Дагестане и первым в Табасаране; но в самом деле нынешний кадий Абдулла-бек уделом своим малосильнее Маасума максютовского, коего колено в прежние времена пользовалось также званием кадия, доколе помощью уцмия каракайдакского колено нынешнего кадия не присвоило себе духовной и гражданской власти, принадлежащей званию сему по магометанскому закону. Кадий и Маасум находятся в российском подданстве с 1722 года. Первый подтвердил присягу в 1796 и 1802 годах; а второй — в 1802 году. Нынешний кадий Абдулла-бек имеет чин полковничий; отец его Рустом-хан состоял в чине 4-го класса.

Население и военная сила

Главные деревни табасаранские суть: Джерах, Керчах, Колих, Ерси, Гехрах, Maxpara, Камах и Хамейди. При общем соединении всех табасаранцев военную силу их полагать можно до 10 тысяч вооруженных людей, из коих три тысячи на часть кадия табасаранского, а семь тысяч на часть Маасума максютовского. По сему исчислению примерно заключить можно, что население Табасарана содержит не менее 10 тысяч дворов и, вероятно, несколько более.

Язык

Табасаранцы, причисляемые к дагестанским татарам, чаятельно, перемешались также с лезгинами, ибо говорят испорченным татарским и лезгинским наречием.

Земледелие

По нужде для прокормления себя табасаранцы упражняются в хлебопашестве; сеют сарачинское пшено, пшеницу и ячмень, каковые хлебы изрядно родятся посредством напаивания полей водопроводами. Разводят также в садах плодовые деревья разных родов. Полуденная сторона Табасарана хотя отложе северной, но по жаркому воздуху не имеет сих произведений, равно как и лесов, в довольном количестве, будучи большей частью камениста и бесплодна. Напротив того, северная половина изобилует всеми родами произведений и есть по умеренному воздуху и свойству земли приятнейшая и для жизни полезнейшая страна.

По причине ничтожного состояния земледелия и народной промышленности нечего сказать о доходах владельцев, феодальным безначалием крестьян своих разоряющих. Разве присовокупить только повторение, что недостаток в деньгах и вещах заменяется здесь грабежом, по общему обычаю горских народов.

Глава третья. Ширван. Общее обозрение

Пределы

Ширван есть обширнейшая из всех описанных доселе провинций; простирается вдоль по Каспийскому морю до устьев Куры верст на триста расстояния; к северу отделяется от Дагестана и Лезгистана рекой Самур; к востоку имеет пределом Каспийское море; к полудни — реку Куру, которая отделяется от Могана, Карабага и Ганжи; к северо-западу граничит неопределенной чертой в горах с Джарской округой. Ширина сей провинции от моря до Лезгинских гор неравна: при Рубасе не имеет более 30 верст, против Кубы простирается от 60 до 80 верст по течению реки Атачай, оттуда постепенно умножается и в самой величайшей ширине своей, то есть от Абшеронского (Ганжи) владения, отделяемого Курой, имеет около 240 верст; потом опять уменьшается по течению Куры до самого устья сей реки. Господин Биберштейн полагает границей Ширвана со стороны Дагестана реку Рубас; мы имеем точные сведения, что река Самур есть граница ханства Кубинского, первого владения Ширванской провинции с сей стороны. Малозначащее пространство земли, заключенное между Рубасом и Самуром, по временам переходило к Дербентскому и Казыкумыцкому владениям; ныне же действительно принадлежит к ханству Дербентскому. Потому нижние части Самура, отделяющие Дербентское владение от Кубинского, приняты здесь за границу Ширвана между Дагестаном.

Именования

Слово Ширван производят двояким образом: от льва, по-персидски шир, и от шаха Козроя Нуширвана. У Моисея Хоренского и в Парсийской книге «Зенд Авеста» сия область называется Шерованир[60].

Физическое разделение

По физическому положению Ширвана разделить его можно на четыре части:

1) равнина между горами, морем, Самуром и Атачаем; 2) бесплодные горы от Атачая до долины, по сю сторону Куры лежащей; 3) долина по левому берегу Куры; 4) высокие горы, к вышепомянутым отделениям примыкающие.

Политическое разделение

Прежнее политическое разделение Ширвана, по Герберу, заключало в себе следующие уезды: Дербент, Мушкуру, Низабат, Шабран, Рустау, Шеспару, Биш-Бармак, Шамахи, Кабаллу, Адгаш, Баку, Сальян и Джеват. Оно вышло из употребления, по причине последовавших политических перемен. Ныне Ширван разделяется на следующие владения:

1) ханство Кубинское; 2) ханство Бакинское; 3) округа Сальянские; 4) ханство Шемахинское и 5) ханство Шакинское. Мы начинаем с естественного разделения Ширвана, последуя описанию г. Биберштейна.

Естественное разделение Ширвана

1. Равнина между Самуром и Атачаем

При Дербенте подавшиеся к самым морским берегам горы мало-помалу от оных отдаляются и, обхватив большим полукружием обширную долину, опять сближаются с морем на расстояние четырех верст близ устья Атачая. Самая большая ширина сей долины содержит до 50 верст между реками Самур и Кузарчай. По свойству одинаких качеств земли, включить должно расстояние между Рубасом и Самуром в ту же равнину, которая от Рубаса до Атачая имеет 130 верст длины и заслуживает внимание как примечательнейшая часть сей провинции.

Множество ручьев, вытекающих из подошвы гор, коих вершины во весь год покрыты снегом, разливаясь по сей равнине, составляют причину ее плодородия; но в то же время они противополагают препятствия проходу войск и караванов. По выходе из гор, большая часть ручьев разделяется на малые отрасли, быстро текущие по каменистому руслу, между широкими, но мелкими берегами, что должно отнести к крутому падению их вод с нагорных возвышений. От глинистого свойства гор и от примеси земляных частиц воды сии весьма мутны и не иначе употребляемы могут быть в питье, как с отвращением; однако для здоровья не вредны. Чрез выварку и обыкновенное процеживание неудобно очищаются, разве пропустить их чрез толченый уголь. Окружности ручьев покрыты наносной землей и большими кабанами, от каменных скал оторванными, коих постепенное присовокупление, чаятельно, способствовало к составлению сей долины. Природа наградила сию страну отличными дарами плодородия: повсюду рассеяны рощи и прилески; малое число деревень, на сем пространстве лежащих, окруженных виноградными и плодовитыми садами, доказывает, сколь великие удобности могла бы тут найти сельская промышленность, если бы внутренние беспокойства не служили тому препятствием.

Примечательнейшие речки, протекающие чрез сию равнину, начиная от Рубаса, суть следующие:

1) Гуриени в 16 верстах от Рубаса; 2) Самур в восьми верстах от Гуриени; некоторые особливости сей речки будут ниже объяснены; 3) от последнего рукава Самура, называемаго Ялома, в 15 верстах множество протоков, отделившихся от Кузарчая, пресекают 13 верст расстояния; потом следует Кузарчай, которая из всех вышепомянутых рек разделена на большее число рукавов, а потому глубиной и быстротой вод уступает Самуру; 4) в четырех верстах от Кузарчая течет река Дели, при истоках коей на правом берегу лежит Куба, главный город Кубинского владения. При Кубе река сия называется Кудаил, а при нижних частях своих получает имя Дели. При устье Дели находится деревня Низабот и при оной мелкая и неудобная пристань, известная у российских мореходцев под именем Низовой пристани, которая, однако ж, россиянами и англичанами посещаема была, во уважение прибыльного торга с Шемахой до самого разорения сего города в 1720 году; 5) в пяти верстах оттуда река Акчай; 6) от Акчая в пяти же верстах Карачай; 7) от оной до реки Чагаджик, или Чахайчай, четыре версты; 8) до Бербеле десять верст; 9) столько же от Бербеле до Шабрана. Сия последняя заслуживает некоторого внимания по остаткам, лежащим на левому ее берегу, знатного в древние времена города Шабрана. Должно заметить, что, перешед за Шабран, остальная часть описываемой долины и прилежащих к ней возвышений менее наводняема протоками, не столько лесиста и плодородна и что физические свойства оных приближаются к свойству бесплодной земли, которая заключена между Атачаем и долиной, при Куре лежащей, о чем будет ниже упомянуто; 10) в девяти верстах оттуда течет ручей Девичай; 11) а за ним в 22 верстах ручей Гельген. Ввиду сих окрестностей находятся на горе развалины старинного замка, тамошними жителями называемого Чекрек, построение коего приписывают по обыкновению азиатцев Ескендеру, или Александру Великому; 12) в двенадцати верстах расстояния от сего ручья на реке Атачай кончится вышепомянутая долина.

2. Бесплодные земли между Атачаем и долиной, по сю сторону Куры лежащей

Второе естественное разделение Ширвана заключает в себе полосу земли, которая с одной стороны простирается вдоль по Каспийскому морю от Атачая до равнины, орошаемой Курой, с другой стороны примыкает к цепи высоких гор, покрытых лесом. Сия полоса имеет около 120 верст длины; самая большая ширина ее от Абшеронского мыса до гор, лежащих между Старой и Новой Шемахой, то есть более ста верст. Ширина морского берега невелика; прилежащие к оным голые и бесплодные горы образуют большую половину сего участка. Та же почва земли, засохшая и совершенно бесплодная около моря, приближаясь к горам, производит некоторые полезные расширения. Город Баку лежит на самой бесплодной полосе, упитанной солью и горной смолой; но сие самое свойство земли есть источник богатства для города, получающего знатные доходы от продажи соли и нефти (naphta petroleum), чистой нефти и простой нефти (bitumen induratus). Соляной и смолистый состав земли есть первая причина недостатка в пресной воде; вторая причина есть направление рек, которые, вытекая из гор, впадают в море, но большей частью в Куру, не в дальнем оттуда расстоянии.

Первый предмет, представляющийся глазам в шести верстах от Атачая, есть каменная скала, торчащая на ближайших к морю горах, известная под именем Бешбармака (Пять пальцев). Собственно, она есть собрание многих скал, из коих высочайшая изображает вид пирамиды, рассеченной на множество неравных зубцов, как уже выше сказано, из чего воображение, восточным жителям свойственное, составило понятие и название пяти пальцев. Сия скала, славная многими баснословными повестями, служит благоприятной приметой для мореплавателей, направляющих путь свой к Баку; ибо прямо против оной лежат в море два камня, названные Два брата, которых должно остерегаться. У подошвы Бешбармака находится караван-сарай, не менее известный путешествователям надписями, на стенах оного изображенными на всех восточных и европейских языках. На вершине горы видны остатки старинного замка.

От Бешбармака до реки Сугайте, или Кузучай, степь безводная, расстоянием на 50 верст; оттуда 30 верст до города Баку, который лежит на Абшеронском полуострове. Сей последний заслуживает внимание естествоиспытателей как нефтяными своими ключами, так и особенным свойством некоторой полосы земли, упитанной горючим воздухом (gaz hydrogene), о коем было уже упомянуто в своем месте. Между Баку и долиной, по Куре лежащей, одна река Пирсагат впадает в море в 70 верстах от сего города, все прочие вливаются в Куру и напояют следующую за сим долину.

3. Долина, по левому берегу Куры лежащая

Восходя по течению Куры от устья вверх к горам, представляется долина на 200 верст длины, прилегающая частью к подошве высоких гор. Ширину ее полагать можно в 60 верст. Большая часть сей долины покрыта тростником; другая часть, наипаче к морю лежащая, бесплодна и соляна; третья, к горам примыкающая, средственно плодородна и способна к хлебопашеству. Около ста верст расстояния от устья Куры она принимает правым берегом своим реку Аракс. Насупротив устья Аракса, на левом берегу Куры, находится большое селение Джеват, принадлежащее хану шемахинскому, известное походами Тимурленга и в новейшие времена сделавшееся достопамятным и по размежеванию, бывшему в 1726 году, ибо оно составляло точку совокупления тройной границы: российской, турецкой, персидской. На пространстве сей долины берега Куры покрыты лесом; ширина ее не с большим 70 саженей; в 30 верстах от моря разделяется на многие рукава, из коих два обширнее прочих. Между ними на острове лежит местечко Саллиан, принадлежащее также хану шемахинскому. В 50 верстах от Куры внутрь долины находится Новая Шемаха, главный город сего ханства, на речке Аксу. Степь, на противном берегу Куры лежащая, называется Могань, или Змеиное поле; некоторые приписывают то же имя и сей половине левого берега, отличая оную от правой названием Черная Могань.

4. Полоса высоких гор

Горы, облегающие три выписанные разделения Ширвана, составляют немаловажную часть сей провинции. Широту цепи, входящей в границы ширванские до самого Лезгистана, нельзя определить с точностью. Начиная от Кубы до реки Атачай, она увеличивается во владениях шемахинских. Главнейшее же протяжение имеет к Куре и во владениях Шакинского ханства. Высочайший хребет сих гор принадлежит лезгинам и разделяется на два главных кряжа, покрытых вечным снегом. Один против Кубы, лежащий на западе, называется Шахдаг; другой, отстающий на севере от Старой Шемахи, известен под именем Халердага, и оба находятся во владении Хомбутая Казыкумыцкого. Вопреки протяжению прочих гор, идущих параллельно с берегом морским, сия последняя отрасль спускается к Куре углом, из чего явствует причина, побуждающая столь великое число речек вливаться в Куру, а не в море. Сколько можно было приметить, горы вообще свойства глинистого. Множество долин пересекают оные во все стороны и служат водопроводами для рек и ручьев, ниспадающих с отдаленнейших и высших гор. На некоторых нарочитых высотах находятся стоячие озера, в коих вода не пересыхает в летние жары. Во многих местах, прокопав в нескольких футах глубины, открываются родники. На лугах произрастают тучные травы и приятные кусты деревьев; чистота воздуха и плодородие земли привлекают жителей селиться здесь преимущественно пред сухими долинами. Места, наиболее живописные и разнообразные своими произведениями, находятся в окрестностях Кубы. Виноград разводится с успехом по скатам гор, лежащим в полудни, большей частью армянами. В четырех верстах от речки Пирсагат и в 30 верстах от Новой Шемахи лежит на отлогости одной из тех гор, которые примыкают к бесплодным горам, город Старая Шемаха. Сия славная в древности столица Ширвана вмещает ныне в своих развалинах несколько бедных семейств и множество шакалов.

5. Общая древняя и средняя история Ширвана, относящаяся равномерно к Дагестану и Лезгистану

Весьма мало источников, откуда можно бы было почерпнуть верные исторические сведения как древних, так и средних времен о кавказских народах для изображения происшествий в хронологическом порядке и в относительной связи с повестью соседственных народов. В истории древних монархий Ассирийской, Вавилонской, Мидийской не встречается ни малого повода к заключению, чтобы Кавказские области входили когда-нибудь в состав оных, невзирая на мнение Гербелота и Гмелина, утверждающих тому противное. Тогда известны они были под общим названием Скифии. Впоследствии же не токмо не признавали власти персидских царей, но с вероятностью полагать можно, что несчастный поход Кира Великого против народа, называемого Геродотом и его последователями скифы массагеты, и против царицы их Томирисы ничто иное был как поход против кавказских народов, обитавших в Албании или Иверии. Кир, переправясь чрез Аракс, достигнул беспрепятственно до места, где сия река сливается с Курой (Джеват), но, зашед неосторожно в ущелья, чаятельно, в Карабагские горы, ныне Елизаветопольской крепостью запираемые, был истреблен со всем своим войском горскими народами. Статься может, что в память столь славного происшествия, случившегося на берегах Куры, река сия получила тогда название Кир.

Кажется, что Александр Великий также не доходил до сих берегов Каспийского моря. Плутарх в жизни Помпеевой именно утверждает, что иверийцы, то есть нынешние грузины, никогда не были покорены ни мидийцами, ни македонцами, потому что Александр принужден был поспешно оставить Гирканию (Гилян и Мазандеран). Сие доказывает, что Александр не заходил вдоль Каспийского моря выше Гиркании и, следовательно, не был в Ширване. Восточные писатели утверждают, что Александр запер стеной узкой проход между Каспийским морем и горами, там, где находится теперь город Дербент; но они не согласны между собой как в обстоятельствах, относящихся до сей стены, так и в особе Александра, называемого у них Ескендером. Большая часть из них приписывает сей памятник Александру не Македонскому, а другому, Ескендеру, который прежде всего известен в восточных историях. Впрочем, все восточные повести об Александре до такой степени обезображены баснословием, что нельзя в них найти ни тени правдоподобия.

Все время властвования царей парфянских и армянских над знатнейшею частью древней персидской монархии, то есть до 226 года по P. X., кавказские народы составляли три главнейшие отделения: Колхида, Иверия и Албания. Не может быть сомнения в том, что Дагестан и Ширван принадлежали к Албанскому царству, простиравшемуся до реки Алазани и во внутренность гор до неизвестных нам пределов. Господин Биберштейн догадывается по одинаковому значению имен, что левко-сирияне, о коих упоминает Квинт Курций, должны быть те же албанцы, поелику в переводе с греческого на латинский пишется albosyrii (белые сирияне). Весьма вероятно, что некогда Албания составляла сильное царство и многолюдное, судя по известиям, оставленным Плутархом и Страбоном, о числе войска, выведенного против Помпея.

Помпей есть первый, а может быть один только из римских полководцев, достигнувший до сих пределов. Разбив и Митридата, царя понтийского, и покорив Тиграна, царя армянского, сей отважный полководец вздумал более — провести свою армию прямо чрез Кавказ, дабы настигнуть Митридата, укрывавшегося в Киммерийском Босфоре и Тавриде. Из Армении должно ему было проходить чрез Албанию или Иверию. При первом предложении, от него сделанном, о свободном пропуске изъявлено ему было согласие от сих народов. Между тем зима застигла его на берегах Кира (Куры), в той части нынешней Грузии, которая принадлежала к Албании. Албанцы вдруг переправились чрез Куру в числе 40 тысяч, с тем чтобы напасть на него. Помпей не препятствовал им переправиться, хотя мог удобно сие сделать, но перепустив их на ту сторону реки, тотчас сразился с ними и разбил их наголову. После таковой неудачи царь их Оризий принужден был просить мира, в чем ему не было отказано. Помпей продолжал свой путь и достигнул уже Колхиды, как ему объявлено было, что албанцы вторично вооружились. Сие известие понудило его возвратиться тем же путем. Он переправился чрез Кир и после трудных переходов чрез пустые и безводные равнины, лежащие между Киром и Араксом, сошелся с албанским войском, состоявшим из 60 тысяч пехоты и 12 тысяч конницы, под начальством царского их сына Козиса, при реке Аббаз, которая должна быть одна из речек, втекающих в Куру, между Тифлисом и Ганжой. Тут опять они были совершенно разбиты и начальник их убит собственной рукой Помпея. После сего поражения албанцев он хотел продолжать свой поход, переправиться чрез Аракс и гнаться за ними до самого моря, отстоящего оттуда не далее 3 дней езды; но он остановлен был в сем предприятии множеством ядовитых змей, плодящихся в сих местах, то есть на равнине, прилегающей к правому берегу Куры, известной под именем Моганской степи. Почему Помпей возвратился в Малую Армению.

В царствование первых римских императоров албанцы, яко союзники иверийских царей, нередко участвовали в распрях, бывших между парфянами и римлянами, относительно Армении. Тацит оставил нам некоторые примеры, из коих примечательнейший случился в царствование императора Тиверия. Сей государь назначил царем армянским Митридата, брата Фаразмана, царствовавшего в Иверии; но Артабан, царь парфянский, сопротивлялся сему назначению, присваивая себе право на владение. Митридат был поддерживаем своим братом и албанцами; и сарматы, прилежащие к Каспийскому морю, отправили к нему также вспомогательное войско, которое поспешно проведено было вдоль Каспийского моря чрез Дагестан и нынешний Ширван в Армению, а потом чрез Куру и ущелья Карабагские, о коих было и выше упомянуто. Поход сей был удачен; при описании оного Тацит поместил некоторые любопытные подробности касательно нравов и образа воевания сих народов.

Должно отнести к той же эпохе царей парфянских и армянских повествуемое восточными писателями, что Иездегирд, сын Багарама, и Хозрой Нуширван, оба принадлежащие к четвертой династии царей персидских, исправили и укрепили славную Дербентскую стену, построенную Ескендером. К чему присовокупляют, что Хозрой протянул сию стену на целую милю в море и что тамошнему градоначальнику дано от него право во время судопроизводства сидеть на золотом престоле, отчего все Дербентское владение впоследствии называлось Серир-ал-Дагаб, что значит на арабском языке «золотой престол». Из таковых показаний заключить должно, что Ширван и принадлежащие к нему области зависели в то время от персидских монархов.

Для яснейшего уразумения некоторых показаний, извлеченных из истории средних времен, мы начнем с именований, присвоенных сим провинциям в тогдашние времена. Кажется, что Ширван заключал в себе то же пространство земли, каковое и доныне известно под сим именем, со вмещением городов Баку, Шемахи, крепости Кала-ал-Нагиа, или Негие, на границах Адербижана лежавшей, коей название городу Нух наиболее прилично. Некоторые восточные писатели включают в Ширван и Дербентское владение, но большая часть из них отделяют оное под названием Серир-ал-Дагаб. Часть Дагестана, лежащая на западе от Дербента, не в дальнем расстоянии от сего города, равно как и Кумыкская земля, присовокуплены были ко владениям казарским и тех монгольских колен, которые простирались до степей, лежащих между Азовским и Черным морями. Моисей Хоренский упоминает, что в V столетии гунны, обитавшие на западном берегу Каспийского моря, имели главный город Варачан, коего местоположение ныне неизвестно. Иные смешивают Ширван с Гуржистаном, или Грузией, также с Верхней Арменией. Показание их об Аланском царстве, управляемом собственными своими царями, хотя не содержит ничего определительного, но не менее доказывает, что оно заключало в себе описываемые нами или близлежащие к оным области. Присовокупляя к сему сходство именования алан с албан, из чего вышло после агбан, нельзя усомниться в том, что одно произошло от другого. Впрочем, древняя Албания гораздо обширнее Алании восточных писателей. Гербелот весьма правдоподобно полагает, что аланы, известные во времена переселения народов в Европу, вышли из сей самой Алании, и следовательно, их можно назвать потомками древних албанцев. Чаятельно, авары средних времен происходят также от нынешних аваров; а может быть, сие относится ко всем лезгинам вообще, которые известны стали у византийских историков по одному колену, наиболее прославившемуся при первом появлении сих народов на Дунае. Как бы то ни было, из сего явствует, что народы кавказские имели знатное участие в жребии Европы с самого начала средней эпохи.

При владычествовании греческих императоров по Черному и Азовскому морям вскоре распространилась христианская вера греческого исповедания в западной части Кавказа у черкесов, абхазов, осетинцев и прочих народов. Вероятно, что некоторая часть народов, обитавших в восточной части Кавказа, между Кизляром и Дербентом, исповедовали тот же закон, что доказывается именем земли Ставрополь, город Креста, и названием острова Учь, что значит равномерно «крест» на татарском языке. Но Ширван, как кажется, при первых веках магометанства принял сей закон совокупно со своими владельцами, кои назывались тогда шахами. В конце IX столетия, в царствование Ватека, девятого калифа рода Аббасидов, Филан-шах Ширванский признал над собой верховную власть калифов. В половине XII столетия Манучегер-шах имел пребывание свое в Шемахе, ширванской столице. О нем упоминают восточные писатели как о покровителе наук и свободных искусств. Кажется, что эпоха цветущего состояния Ширвана заключается между введением магометанства до нашествия Чингисхана.

Но аравитяне не нашли таковой удобности на западе от Дербента в областях, занимаемых козарами. Сии последние частые чинили набеги на владения калифов. В конце VII столетия Абдул-малек, пятый калиф колена Омейадов, разбил их у самого Дербента и всех козаров, оставшихся в живых, принудил принять магометанскую веру. Но покорность их была непродолжительна, ибо в 121 году Егиры, то есть в начале VIII столетия, в царствование Гекама, десятого калифа колена Омейадов, опять были посланы войска для усмирения козаров, потом, к 738 году Мослема, брат калифа Иецида предпринял также поход против козаров, проникнул во внутренность Кавказа и во владениях хозарских утвердился. В конце XIII столетия, в царствование калифа Гарун ал-Рашида, козары вышли вновь из гор и увели до ста тысяч в плен; да и после сего они долгое время держались в прежних местах, ибо, по собственному показанию восточных писателей, земли, на западе от Дербента лежащие, не прежде покорены были под власть магометанских владельцев, как во время Сельджукидской династии, царствовавшей в Персии в X и XI столетиях.

После превращений, произведенных нашествием Чингисхана, все вышеупомянутые провинции признали власть тех из его преемников, коим достались в удел Туркестан и Персия. Во время междоусобий, восставших между наследниками сего завоевателя, владельцы северо-западного берега Каспийского моря делали набеги на юго-восточную часть сего моря, оставляя повсюду следы ужасных опустошений.

В начале царствования Абака-хана, восьмого мунгальского владельца от колена Чингисхана, царствовавшего на юго-востоке, Баркай-хан, наследник Джагатая, от того же колена, властвовавший на северо-западе, возымел намерение войти в Персию чрез Кавказ, но он был разбит при Дербенте в 1265 году и принужденным нашелся отступить. Вскоре потом пришел он вторично с 300 тысяч войска, взял Дербент и достиг Куры, но по причине смерти его, случившейся в сем походе, войска его разбрелись. В 1320 году Узбек-хан капчакский учинил также в сию сторону покушение и взял Дербент. Абу-Саид, мунгальский султан, царствовавший тогда в Персии, выступил к нему навстречу к Куре, с тем чтобы затруднить переправу его чрез сию реку. Между тем Узбек-хан проводил время в опустошении Ширвана, что подало случай сопернику его усилить свои войска новой пришедшей к нему помощью, почему Узбек принужден был отступить без дальних предприятий и притом со знатной потерей, претерпенной им в преследовании его на возвратном пути. В 1355 году Узбек-хан вторичное сделал покушение, и Абу-Саид опять выступил к нему навстречу. Но сей последний, пришедши в Ширван, умер от болезни. Со всем тем не видно, чтобы намерение Узбека увенчано было успехом.

Когда славный Тимурленг, или Тимур-бек, известный в Европе под именем Тамерлана, в конце XIV столетия (1387) распространил свои завоевания до западного берега Каспийского моря и, разорив Грузию, возвратился в Карабаг на зимние квартиры, Емир-Ибрагим, владевший тогда в Ширване, уклонился от силы его оружия чрез добровольное покорство. Семнадцать лет после того (1405) Тимурленг покорил Грузию и Шакинское владение, пошел чрез Ширван и Дагестан вдоль по Каспийскому морю против Тохтамыша, хана капчакского, весьма известного в российской истории под именем царя Золотой Орды, которого он победил в генеральной баталии при реке Терек, проследовав до Волги, и принудил укрыться в Кавказские горы. В то же время разорил черкесские владения, рассеяв войска свои по северной стороне Кавказа до города Кубань, прошел до горы Альбруз и взял крепости: Кула, Тауз, Пулад, Болакан, Абазы, Бишкунт. Названия сих мест, именованных Шерефедином, большей частью не определены или пришли в забвение. Однако изгнанный Тохтамыш не преставал беспокоить Тимура посредством козаров, грузин и армян, доколе сей последний, незадолго пред своей смертью, наконец сокрушил все замыслы своего соперника с уничтожением его власти. Около 1410 года Емир Ибрагим ширванский покорил Адербижан и взял город Таврис; в следующий год вступил он даже в столицу персидскую Испагань, но в том же году потерял все скоропостижно завоеванные им области.

В конце XV столетия Ферокзад-шах царствовал в Ширване. Он был побежден и убит от Измаеля-Сефи, родоначальника персидских шахов, царствовавших до 1735 года, то есть до похищения власти Тахмас-Кули-ханом, известным под именем шаха Надыра. Измаель-Сефи начал завоевания свои с Ширвана и наконец покорил всю Персию, находившуюся тогда во власти потомков Уссум-Касана[61], с того времени Ширван и Дагестан, сближенные с персидским правлением, получили некоторое образование, наипаче в царствование шаха Аббаса Великого. Мосты, колодцы, фонтаны и караван-сараи доказывают попечительность сего государя об удобном сообщении по всему пространству его владений, в пользу расширения торговли.

Политическое разделение Ширвана

1. Ханство Кубинское

Пределы, величина, положение земли

Ханство Кубинское определяется к северу от Дербентского и Казы-кумыцкого владений рекой Смур, к югу от Ширвана — урочищем, называемым Курт-булак, и речкой Чикиль, к востоку — берегами Каспийского моря, к западу — владением Шакинским.

Самое большое Кубинской провинции протяжение от севера к югу, то есть от Самура до Хозыр-Зиндак-кале, простирается на 126 верст, а от запада к востоку, то есть от деревни Ханалых до берегов Каспийского моря, на 84 версты. Число верст показано здесь по агачам, из коих каждый положен в одну немецкую милю[62].

Кубинская область разделена натурой на две половины: первая нагорная, а другая лежит по долинам от гор до самого моря.

Исторические известия

Прежде соединения Кубинского ханства с Дербентским сие владение управлялось собственными своими владельцами от колена каракайдакских уцмиев. Во время общего возмущения Дагестана и Ширвана в начале XVIII века султан Ахмат-хан убит своим тестем, а малолетний сын его Гусейн-Али скрыт был в горы и воспитан там до совершенного возраста, после чего вступил он в службу к шаху Надыру и чрез посредство его восстановлен на ханство Кубинское. Сын его Фет-Али, посланный от него для занятия Сальян, выгнал оттуда Ибрагим-хана и поставил наибом Келбель-султана под зависимостью кубинского владетеля. Вскоре Гусейн-Али умер, и Фет-Али-хан, вступив в наследственное владение, устремил честолюбие свое на расширение пределов оного. В 1765 году взял город Дербент и присовокупил сие ханство к своим владениям; потом овладел Шемахой, наложил дань на хана бакинского и таким образом привел в зависимость свою почти весь Ширван, пользуясь неустройствами, происходившими в Персии по смерти шаха Надыра. Приобретенное силой умел он удержать благоразумием. Ибо коль скоро Керим-хан утвердил владычество свое в Персии под названием векиля, Фет-Али-хан поспешил изъявить ему свою покорность, дал аманатов и держал потом его сторону. По смерти Керим-хана, случившейся в 1779 году, начал усиливаться Ага-Магомет астрабатский. Но Фет-Али не почел за нужное искать его к себе расположения, может быть, выжидая дальнейших происшествий. Между тем возрастающее против него недоброжелательство со стороны его соседей превратилось в явную вражду. Он не мог противостоять в одно время всем совокупившимся против него неприятелям, как то: хану шемахинскому, Хомбутаю казыкумыцкому, уцмию каракайдакскому и табасаранским владельцам. Находясь в таких трудных обстоятельствах, Фет-Али принужден был просить защиты у России, повергнув себя под ее покровительство, в чем и получил желаемый успех, как мы выше видели.

По смерти Фет-Али вступил в управление старший сын его Ахмет и вскоре потом второй сын его Ших-Али, но они не в состоянии были удержать власти, приобретенной отцом их. В то же время отложившийся от всякой зависимости шемахинский Ескер-хан открыл неприятельские действия, за коими последовало примирение; однако незадолго потом брат его, нынешний Мустафа-хан шемахинский, овладел Сальяном. В 1796 году, по завоевании западного берега Каспийского моря российскими войсками, ханство Кубинское отделено от Дербентского и в первом поставлен был ханом Гассан, меньшой брат Ших-Али. По смерти Гассана (в 1799 году) Кубинское владение опять перешло под власть Ших-Али, хана дербентского, который вторично в 1806 году потерял все свои владения по причинам вышеобъявленным.

О произведениях и торговле

Нагорная часть, изобилующая кормовыми травами, весьма способна к скотоводству и к разведению пчел, но мало имеет земли, удобной к хлебопашеству, и производит только коноплю и ячмень. На холмистой части и в долинах, сверх изрядного скотоводства, произрастают с избытком разные роды хлеба, хлопчатая бумага, мариона, многие садовые и лесные плоды, овощи и шелковичные деревья.

Торговля жителей производится по большей части с соседними владениями, и особливо с Шемахинским и Бакинским, скотом, хлебом, шелком-сырцом, медом и воском. Мариону отпускают в Дербент или доставляют сами в Астрахань; из шерсти овечьей и хлопчатой бумаги делают на продажу и на домашние употребления сукно белое и черное, ковры и холст. Сами же покупают соль и нефть в Дербенте и Баку; лучшие материи на одежду в Персии и России; сырцовые материи в Шакинском владении и Шемахе; железо в России и в Мазандеранской провинции; свинец в лезгинской деревне Куруше, лежащей в Ахтинской округе; медь в Тифлисе; серебро и золото в России, Персии, азиатской Турции; селитру в Табасаране; ружья, пистолеты, сабли, кинжалы и другие вещи посредственно делаются в деревнях Ерфи и Кулых в Будугском округе, а лучшие доставляются из Персии и Турции; серебряные вещи получают из Кубечи. По словам жителей, во всей Кубинской провинции металлы хотя и были неоднократно исканы, но бесполезно.

О реках

Реки, текущие чрез Кубинское владение, выходят из Лезгинских гор и все впадают в Каспийское море, а именно: Самур, Кузарчай, Кудиал, Акчай, Карачай, Чагаджик, Бербильчай, Шабран, Девичай, Гельген, Атек и Чекиль. Заметить должно, что здешние жители не называют почти ни одной реки, не прибавляя слова чай, значащего речку, или слова су, значащего воду.

О народах, населяющих Кубинскую провинцию

Кубинцы, живущие в деревнях, по рекам Самур, Кузар и Кудиал лежащих или собственно в Кубинской округе, есть коренной народ сей земли; говорит татарским наречием, называемым тюркю, исповедует магометанский закон секты Омаровой. Мускюрского, Бермекского и Сааданского округов, или волостей, жители присоединились к Кубинской провинции гораздо позднее; следуют секте Алиевой; говорят татарским наречием, называемым тат. Будугского и Ханалыкского округов жители также пришельцы, следуют секте Омаровой и говорят языком, близ подходящим к лезгинскому. Шабранской округ населен в правлении ханов Гуссейн-Али и Фет-Али вышедшими из Моганской степи шахсевенами[63] и другими пришельцами из персидских и соседних владений; они следуют секте Алиевой и употребляют, как кубинцы, язык, называемый тюркю.

Армяне, живущие в Рюстюйском округе, в деревне Кильвар, и в Мускюрском, в деревнях: Первый Барахум, Второй Барахум, Карджали, Хазмас Большой, Хазмас Малый и Карагуртли, исповедуют свой закон и говорят своим языком; имеют церковь в Кильваре.

Жиды населяют деревню Кулгат, против самой Кубы лежащую, исповедуют свой закон, имеют четырех раввинов и четыре синагоги.

О внутреннем устроении Кубинской провинции

Кубинская провинция разделяется на восемь округов, или, лучше сказать, волостей:

1) Кубинская, 2) Рюстюйская, 3) Мускюрская, 4) Шабранская, 5) Сааданская, 6) Бермекская, 7) Ханалыхская и 8) Будухская. Сии две последние волости почитаются принадлежащими к Лезгистану, с коим они смежны.

Кубинская волость

В ней деревень, лежащих по правому берегу Самура в горах, 16, в оных дворов 319

На скате гор 9 деревень, в оных дворов 252

В долине 10 деревень, в оных 256

На речке Кузарчай в горах

8 деревень, в оных 113

В долинах 7 деревень, в оных 128

Между речек Кудиал и Кузарчай на протоках 5 деревень; в оных дворов 108

По речке Кудиал в горах 5 деревень, в оных дворов 108

В долине Куба, провинциальный город и бывшее летнее пребывание ханов кубинских и дербентских, укрепленный Фет-Али-ханом с трех сторон рвом и стеной из нежженного кирпича, а с последней стороны защищен утесом берегов реки Кудиал; по последним наблюдениям лежит под 41°24′ северной широты. Жителей в нем обоего пола до 7000 дворов

Около города Кубы 16 деревень, в оных дворов 338

По речке Акчай от моря к горам в долинах

9 деревень, в оных дворов 116

Жители деревень Миючь и Енги упражняются в делании глиняной посуды.

По речке Карачай на скате гор к морю 3 деревни, в оных дворов 74

Из оных деревня Пирвагиш населена шихами, то есть производящими род свой от Магомета. Во всей волости деревень 88, город один, в оных дворов 3813

Знатнейшие деревни: Таирджар в горах и Кулгат — жидовская деревня против самой Кубы.

Жители нагорных деревень по неудобности земли, кроме ячменя, а по речке Кудиал кроме ячменя и конопли, другого хлеба не сеют; но скотоводство и пчеловодство производятся у них с отменным успехом. Жители же деревень, лежащих в долинах, наипаче начиная с Худата, сверх скотоводства, сеют в изобилии сарачинское пшено, пшеницу, просо, ячмень, хлопчатую бумагу, разводят садовые деревья и шелковичных червей.

Рюстюйская волость

В ней деревень:

По речке Чагаджин, на скате гор, 4 деревни, в оных дворов 96

Жители деревни Шудук подати никакой не платят, а вместо того обязаны были доставлять хану охочих птиц.

По речке Бербиле, на скате гор, 6 деревень, в оных дворов 91

В долинах 3 деревни, в оных дворов 51

По речке Шабраен в долинах 9 деревень, в оных дворов 184

Во всей волости деревень 22, в оных дворов 22

Физическими свойствами сия волость во всем сходствует с Кубинской и весьма способна к хлебопашеству в долинах и по скатам гор.

Мускюрская волость

В ней деревень:

По протокам от речки Кузурчай в долинах 9 деревень, в оных дворов 165

По протокам от речки Кудиал в долинах б деревень, в оных дворов 98

По реке Карачай в долине 3 деревни, в оных дворов 10

Всего деревень 18, в оных дворов 273

Сия волость совершенно сходствует с низкими частями вышепомянутых двух волостей.

Шабранская волость

В ней деревень:

По речке Карачай в долинах 16 деревень, в оных дворов 238

По речке Бербиле в долинах 31 деревня, в оных дворов 543

Из числа оных деревня Шахсевен-Таваби-Махмет-хан принадлежит в виде вотчинной собственности роду.

Махмет-хана, перешедшего с Моганской степи при жизни Фет-Али-хана.

По речке Шабран, в долинах 15 деревень, в оных дворов 293

По речке Девичай 6 деревень, в оных дворов 256

Всего 68 деревень, в оных дворов 1335

Главнейшие деревни сей волости суть: Шахсевен-Таваби-Магомет-хан и Усали. От знатного в прежние времена города Шабран остались совершенно пустые развалины, в 12 верстах от моря лежащие: однако видны были (1796) еще вполовину разрушенные здания, башни и остатки караван-сараев. В нем было поселено много жидов, которые разошлись в разные стороны.

В сей волости хлебопашество и скотоводство довольно хорошо, хотя первое не так удачно производится, как в Мускюрской волости от меньшего о нем старания жителей; садов также мало. В летнее время жители по большей части удаляются в горы, а осенью опять возвращаются на долины и зиму проводят в деревнях своих, которые во все лето остаются пустыми.

Саладанская волость.

В ней деревень:

Между речек Атаек и Гельген 5 деревень, в оных дворов 112

Из оных деревня Чирах-кале достойна примечания по древней небольшой крепости, основанной на утесе каменной скалы. Тут же находится пристроенный Фет-Али-ханом летний дом и многие другие дома, по скату гор лежащие, которые теперь пусты и помещают в себе до 500 семей. Во время неприятельских нападений крепость сия снабжается водой чрез нарочно сделанный водопровод из ближайших гор.

Скотоводство здесь в изрядном положении, судя по числу овечьих стад; хлебопашество посредственно; садов нет.

Бермекская волость.

Лежит в горах и на скате оных по родникам. В ней деревень 22, в оных дворов 603

Из оных деревни Хызыр-Зиндаг-кале, Текие, Енгелан и Пирабат-Чихляр населены шихами.

Знатнейшие деревни: Гюхани и Хызы-Мугани.

Деревня Хызыр-Зиндах-кале, отстоящая от Чирах-кале в 25 верстах, имеет такую же небольшую древнюю крепость, в которую укрываются жители во время опасности от неприятеля. Внутри оной находятся родники.

В сей волости хлебопашество едва достаточно для продовольствия жителей; скотоводство хорошо; садов нет.

Ханалыхская волость.

В ней деревень по речке Кудиал 4: Ханалык, Акик, Джеки, Хырыз, в оных дворов 610

Будугская волость.

В ней деревень в горах по родникам 12, в оных дворов 375

Знатнейшая деревня Будуг. В деревнях Ерфи и Кулык жители упражняются в делании ружей, пистолетов, сабель, кинжалов и прочих оружейных вещей.

В сих двух волостях кроме ячменя никакого не производится хлебопашества, и жители покупают хлеб для своего продовольствия. Напротив того, богаты скотоводством, которое у них отменно хорошо. На зиму жители сходят на долины и живут в землянках или в шалашах.

Всего в Кубинской провинции:

Городов 1

Деревень 245

Дворов 7964

Душ мужского пола 23 147

Столько же полагая женского пола 23 147

Будет круглым счетом всех около 46 000 душ.

О внутреннем управлении Кубинской провинции по прежним обычаям до покорения оной российским оружием

Каждый округ имеет своего дерогу, или управителя. Окружные управители состоят под ведомством кубинского наиба, или градоначальника, и к нему во всем относятся. Жители Кубинской провинции, исключая духовенство, шихов, деревенских старост, десятских и старшинских денщиков, обязаны были платить хану сложной суммой с двора по три рубля ханской монетой (что составляет около рубля серебром на российскую монету), по одному рублю или по 170 фунтов всякого хлеба, а из Ханалыхской или Будугской волостей то же количество ячменя; каждую весну и осень по одной овце со ста, десятую долю всех земных произрастаний, не исключая хлеба, и по 4 фунта коровьего масла. Сии две последние подати изъемлемы были для Кубинской волости, а одна десятая доля — в пользу деревень, отданных во владение бекам и другим старшинам, которые сами пользуются оной вместо жалования. Однако ж и они обязаны были давать иногда хану требуемое количество хлеба из своих доходов.

Армяне и жиды, сверх вышепомянутых податей, должны были платить ханской монетой: женатые по одному рублю (30 копеек серебром), а холостые, которые старее 15 лет, по 55 копеек.

За исключением сих доходов собиралась иногда с народа денежная сумма не в зачет годовых податей, на чрезвычайные издержки.

Земля разделена по деревням. Но в сем мало наблюдено порядка, а еще меньше справедливости.

Духовенство состоит из сеидов, ахунов и мулл, которые по книге законов, называемой шерет-китаба, сочиненной Османом, решают все тяжбы, неподсудные власти беков.

Смертоубийца отдается родственникам убитого, а от сих зависит жизнь и смерть виновника; к последнему показанию, однако ж, они только тогда прибегают, когда преступник не может откупиться.

Уличенный в воровстве в первый и другой раз наказывается телесно, а в третий раз лишается глаз, ушей, а иногда и жизни; но смертью чаще наказываются других владений воры, которые иногда не отсылаются на разбирательство к своему начальству.

Раздел наследства производится на следующем основании: братья берут по восемь частей; сестры по четыре, а матери по одной части из всего имущества.

Жен могут иметь по закону до четырех, а наложниц по состоянию каждого. Развод разрешается по самым маловажным причинам, как со стороны мужа, так и от жены, кадию предъявленным, согласно с общим уложением магометанского закона.

2. Ханство Бакинское

Пределы

Ханство Бакинское заключается почти в Абшеронском полуострове, который со стороны твердой земли граничит к северу с владением Кубинским, от коего отделяется рекой Сугайты, к западу — с владением Шемахинским и к полудню — с владением Сальянским.

Величина

Полуостров Абшерон начинается от устья реки Сугайты и простирается в море верст на 70 в восточном направлении; чем далее подается на море, тем становится уже и кончается острым мысом, известным под именем Абшеронского мыса, к коему прилегает мель, называемая Шахинской косой. Ширина сего полуострова от устья реки Сугайты до караван-сарая Гизти-Коили, то есть от северного до южного берега, 40 верст, но в других местах гораздо менее. На западе в твердую землю земли Бакинского владения простираются еще на несколько верст неопределенной чертой.

Реки

Одна река Сугайты, или Кузучай, орошает малейшую часть бакинских пределов; в прочих местах совершенно безводных. Сугайты значит «вода воротилась», то есть что во время сильных жаров течение сей реки вовсе пересыхает, а потом вода опять с быстрым стремлением в русло свое возвращается.

История

Во время персидских шахов город Баку, вместе с принадлежащими к оному владениями, управляем был наипами и султанами (градоначальниками), от шахов назначаемыми. Последний бакинский султан находился в сношениях с возмутительным Дауд-беком против законного государя и союзника российского, шаха Гуссейна. Император Петр Великий, охраняя в силу трактата персидские области от дальнейшего разорения, приказал взять город Баку вооруженной рукой, что было исполнено генерал-майором Матюшкиным в 1723 году; однако начальником в городе оставлен старший юзбаши Дерия-Кулан-бек. Но вскоре потом открывшиеся на него подозрения в измене понудили отрешить его от должности. И с тех пор до заключения в 1735 году трактата при Ганже Бакинское владение управлялось российскими комендантами. От шаха Надыра поставлен там был начальником простой породы гилянец по имени Галем. По смерти шаха Надыра завладел городом один из знатнейших его чиновников Мурза Махмет-хан, а по нем наследовал сын его хан Мелик-Маммет, который, пользуясь родственными связями с Фет-Али-ханом кубинским, владел спокойно, взнося, однако же, в казну его ежегодно некоторую часть своих доходов под видом вспомогательных денег. За ним вступил в правление сын его Мирза-Мехмет-хан. Но дядя его Магмет-Кули выгнал его из Баку посредством Ахмет-хана кубинского и завладел городом. Ших-Али-хан сколько ни старался о возвращении наследственного владения Мирзе-Мехмет-хану, не имел в том успеха. После смерти Магмет-Кули наследовал ему в начальстве сын его, последний бакинский хан Гусейн-Кули, убийца князя Цицианова. В 1796 году он покорился без сопротивления и учинил присягу на верноподданство России; по выходе российских войск из Персии он дал волю безрасчетному своему коварству; посылал послов в С.-Петербург и имел тайные сношения с Персией, угнетая астраханскую торговлю и даже явно грабя российских купцов. К вознаграждению понесенных ими убытков приступил не прежде, как будучи принужден к тому посланным (1800) для бомбардирования Бакинской крепости военным судном. Потом опять обратился к врожденной своей двуличности и к грабительству для насыщения своей скупости. Князь Цицианов, не видя ни малейших с его стороны подвигов к удовлетворению требуемых с него взысканий (в 1806 году), послал к Баку отряд войск и, пришедши сам к городу, бывшему уже в осаде, требовал сдачи оного. Гуссейн-Кули выслал ключи и просил личного свидания с главнокомандующим. При сем свидании (8 февраля 1806 года), пользуясь великодушной неосторожностью, свойственной европейским обычаям, он произвел в действие свое гнусное злоумышление на жизнь сего храброго и искусного генерала двумя ружейными выстрелами, пущенными в него во время переговоров о капитуляции[64].

В том же году генерал Булгаков взял Баку, но коварный Гуссейн-Кули-хан и его сообщники по приближении российских войск спаслись бегством, не помышляя о защищении города, с ужасом взиравшего на изменнический их поступок.

Города и селения

Владение Бакинское состоит в городе и в 25 деревнях, его окружающих, в коих полагается не более тысячи дворов. Итак, описание города и окрестностей оного заключает в себе примечательнейшую часть Бакинского ханства.

Описание города Баку

Баку, по-персидски Бахку или Баковие, по мнению иных Птолемеева Барука, есть приморский портовый город, лежащий на Абшеронском полуострове под 39°30′ северной широты. Фигура его есть неправильное четырехугольное полукружие, уступами на юго-восток, обращенное к морю. Весь город обнесен сложенной из известковых и песчаных камней стеной, которой оконечности простираются внутрь Бакинского залива, полукружием в землю входящего. Важнейшее преимущество города составляет сей залив, почитаемый мореходцами за лучшую гавань Каспийского моря. Он закрыт от севера Абшеронским мысом, от юго-востока необитаемыми островами: Нарген, Вульф, Песочный; глубина его от 4,5 и до 6 саженей, но не различной величины. Здания, достойные замечания в Баку, суть дворец и при оном мечеть великолепной восточной архитектуры, построенные шахом Аббасом Великим. Дома обывательские большей частью сложены из нетесаных камней в одно жилье и с плоскими крышами, которые засыпаются землей, перемешанной с нефтью; улицы тесные и немощеные по азиатскому обычаю. Вид города с моря представляет приятную картину наклонением своим по скату горы до морского берега. Достоин замечания древний колодезь, в расстоянии около 300 шагов от северной городской стены находящийся, который снабжает жителей водой. Он вытесан с большим трудом в каменном слое на 45 саженей глубины и имеет отверстие в сажень, квадратное, в которое вошедши, спускаться должно по крутым ступеням до воды. В конце сей лестницы вырублен довольно обширный грот, а в средине оного находится бассейн, из коего черпают чистую ключевую воду. Сверх того, протекает чрез город вода, проведенная не с меньшим трудом из ближайшей каменной скалы. Высунувшийся в море Абшеронский мыс необитаем, равно как острова, супротив оного лежащие, которые образуют Абшеронский пролив. Сей пролив начинается при острове Святой и признаваем за хорошую гавань, потому что она закрыта от всех ветров. Остров Святой так назван по гробу некоего дервиша, почитаемого от персиян за святого. К сему гробу приходят шиясы с твердой земли на поклонение. В конце пролива несколько в сторону лежит остров Жилой, получивший имя сие оттого, что известный разбойник Стенька Разин жил там некоторое время, по случаю мореходных его набегов на персидские берега.

В Бакинском заливе, в двух верстах от города, видны на четырех саженях глубины остатки строения, о коем сказывают, что то был караван-сарай, стоявший на твердой земле и поглощенный морем от землетрясения.

В Баку живут персияне, дагестанцы, ширванцы и армяне; большей частью исповедуют магометанский закон Алиевой секты, но между ними находятся и сунниты. Говорят испорченным персидским и татарским языками, упражняются в торговле, в ремеслах и в сеянии шафрана. Домов числится в городе 500; жителей около 3 тысяч.

Произведения

Обильнейшие и единственные произведения сей земли, как уже при естественном описании было упомянуто, суть шафран, соль и нефть. Соль добывается на поверхности соляных озер и внутри гор и, следовательно, двоякого рода: озерная соль и каменная соль. Между оной находится горная и глауберова соль. Нефть также двоякого рода: белая и черная; и сия последняя разделяется еще на чистую и нечистую, то есть горное масло (naphta petroleum) и горную смолу (bitumen induratus).

Торговля

Сии произведения отпускаются во всю Персию, в Ширван и Дагестан. Приморские места получают оные посредством судов, называемых киржимами или сандалами, а для отпуска по сухому пути нагружают целые караваны. Самый большой отпуск нефти производится на российских судах в Гилян и Мазандеран, где укоренилось предубеждение, что для шелковичных червей полезен дым, происходящий от жжения нефти, которую, впрочем, по нужде употребляют в ночниках для освещения и вместо дров для варения пищи и для печения хлебов. Туда же отправляют соль и шафран. Взамен того привозят в Баку из Астрахани сукна, брусковую краску, консенель, сандал и другие красильные материалы, ароматы, сахар, шелковые, бумажные и холщовые товары, писчую бумагу, мягкую рухлядь, юфть, железные и медные изделия, домашний скарб и щепительные товары из Гиляна чрез Занзилийский порт: зарбаты, дибы, китаи, аладжи, шелковые и бумажные занавески и покрывала для постелей, коленкоры, шали, ковры, савры, башмаки, сарачинское пшено, разные фрукты, бадрянки, лимоны, изюм кишмиш, персики (шепталу), фисташки, миндаль, орехи, финики; из Мазандерана — таковые же товары и еще в большем количестве фрукты. Из Сальяна — бумажные белые и полосатые низкой работы бязи; из Кубы — хлопчатую бумагу; из Тифлиса — красную медь, также и серебро не в большом количестве; из Шаки — шелк; из Шемахи — шелк и шелковые тамошние изделия, хлопчатую бумагу, виноградное вино, каштаны и шепталу; из Адербижана — чернильные, миндальные и грецкие орехи. Астраханские товары развозятся в Шемаху, Шаку, Ганжу, Карабаг, в Тифлис, в Гилян и Мазандеран. Большая часть персидских и ширванских товаров отправляется в Астрахань и Кизляр. Обороты сего транзитного торга весьма выгодны не только для российского и ширванского купечества, но и для астраханских судовщиков, промышляющих провозом товаров. Продав или выгрузив привезенный товар в Баку, они нагружаются нефтью и солью и отправляются в Зинзили, где скупают на вырученные деньги сарачинское пшено, шелк, хлопчатую бумагу, шелковые и бумажные изделия и отвозят оные или прямо в Астрахань, или заходят опять в Баку, смотря по обстоятельствам торговым или времени года, дабы укрыться от непогоды в Бакинской гавани.

Доход

Доход, собираемый в казну от продажи нефти и от пошлин с провозимых товаров, превосходит 116 тысяч рублей в год (1807) серебром.

О нефтяных ключах и горючем воздухе

Бакинское владение лежит на самой бесплодной почве земли, не производящей никакого растения, кроме полыни и в некоторых местах разводимого шафрана. Но природа вознаградила сей недостаток другими источниками изобилия, ибо нефть не токмо заменяет многие домашние нужды жителей, как то: дрова, освещение, мазь для колес, но составляет притом богатую отрасль внутренней промышленности и внешней торговли посредством удобной гавани, без чего едва ли земля сия могла бы быть обитаема. Нечистая нефть добывается в двух верстах от города в урочище, называемом Шахов рынок, также на острове Святой. Ключи чистого горного масла и белой нефти находятся в 18 верстах от Баку на север, не в дальнем расстоянии от морского берега, смежно с той полосой земли, из коей выходит горючий воздух. Для удобнейшего скопления и очищения нефти от посторонних частиц выкопаны колодцы, в кои нарочно проведенными желобами стекает она из самородных ключей. Таковых колодцев весьма много на обоих сих урочищах, но белая нефть скопляется только в один колодезь. Сия последняя, как чистейшая, гораздо дороже продается и употребляется преимущественно для освещения, также и в лекарственные составы. Как черную, так и белую нефть наливают для продажи в кожаные мешки, называемые тулуки, и таким образом отправляют ее в Персию. Близ нефтяных ключей между развалившимися строениями находится укрепленная пещера, о коей сказывают, что в оной жил славный разбойник Стенька Разин во время наездов своих на сии берега.

Тут же, смежно с нефтяными ключами, лежит полоса земли, имеющая около двух верст квадратных, называемая от персиян атеш-га[65] из коей выходит неугасаемый огонь. Сей слой земли состоит из глины, мергеля, песка и нефтяных частиц. Еще не доезжая до места, чувствителен нефтяной запах, весьма противный. Если приложить к земле уголь или другое горючее вещество, то из самого места прикосновения происходит пламень, который наподобие зажженной свечи продолжается до тех пор, пока его не потушить, заметав землей[66]. О сем явлении уже было упомянуто при физическом описании сей части.

Не в дальнем расстоянии от Баку, равно как и в других местах по всей той бесплодной части, о коей упомянуто было под статьей естественного разделения Ширвана, находятся растущие горы, сопки или пучины, извергающие из конических своих отверстий ил, смешанный с песком, с мергелем и с большим количеством заключенного воздуха (air fixe). Господин Паллас в физическом описании своем Тавриды полагает причиной сих извержений подземное сообщение морской воды с теми пещерами, где издревле тлеют слои каменного угля или иного горючего вещества.

О гебрах, поклоняющихся огню

Древние персидские народы парсы (фарсы), называемые также маджию или маги, известные у магометан под общим пренебрежительным именем гаур (неверный), почитали огонь за главное божество. По введении магометанского закона в Персии сии гауры, или гебры, претерпели от аравитян великие гонения, по причине коих принуждены были искать убежище в горах и лесах или удаляться в индийские области. Наиболее держались они в Адербижане, в Кермане и на горе Альвенда, где сохранили еще в целости свои атешги (кумирни). В конце XVI столетия шах Аббас I велел повсеместно разрушить сии храмы и принуждать гебров к принятию магометанской веры. С того времени стали они опять удаляться в чужие земли и преимущественно переселились в Бомбей, Сурат и другие индийские области, наипаче по той причине, дабы могли беспрепятственно сожигать мертвые тела по древнему их обычаю или выставлять оные на съедение птицам. Поелику же гебры приходят из Индии, вошло в обычай называть их неправильно индейцами. Однако между ними бывают и настоящие индийские уроженцы, которые, как известно, равномерно обожают огонь по браминскому закону. В некоторых местах Персии и доныне терпят гебров, но не позволяют им строить атеш-ги. Малое число оных осталось в Кермане, в Иезде, в Геберабаде близ Испагана; и еще один храм их известен на горе Бершек в Сегестане. Таковой же славится в Северной Индии в округе Канграхе, на вулканической горе Талах-моки, к коему жители Пенжиаба ходят на поклонение.

Неугасаемый абшеронский огонь, как самородный, должен был привлечь к себе также особенное благоговение от гебров, ибо они издревле приходят из дальнейших стран к сему месту на поклонение. Во время последних походов российских войск в Ширван не получено удовлетворительных сведений об обрядах их богослужения, ибо они скрывались из Баку, появляясь изредка в малом числе, оттого ли, что они тревожатся понапрасну военными происшествиями, до них не касающимися, или по другим каким причинам — неизвестно. В 1796 году при абшеронской атеш-ге находилось не более пяти человек стражей и спасающихся тружеников. Желая поместить здесь достоверные известия о гебрах, я старался получить оные от вероятия достойного самовидца[67], бывшего в Баку по службе в 1803 году, коего показание тем более любопытно, что никто не находил гебров в таком великом собрании, отправляющих безмятежно свои обряды. К сему присовокуплены краткие замечания, заимствованные от Гмелина, Тавернье и из других источников.

Земля горючая, называемая персиянами атеш-га, заключает в себе не более двух верст квадратных пространств. На средине оной выстроен иждивением индийцев небольшой каменный дом, называемый персиянами дервиш-евы, то есть дом спасающихся, который, собственно, есть кумирня, или атеш-га, огнеобожателей. Их было тогда (1803) собравшихся 63 человека разного возраста от стариков 70-летних до 25-летних юношей. Они все были нагие, имея только среднюю часть тела прикрытую холщовыми и бумажными покрывалами. Один старик лет 70, подняв руки кверху, по уверению их, около 30 лет рук не опускал, отчего они так ссохлися, что если бы и хотел он опустить их, не может. Другой прорезал на грудях кожу и, стянув ее замком, так заживил. Третий надрезал себе тело с обеих сторон от шеи до грудей, заложил в сии раны железную проволоку, которая местами закрыта зажившей поверху кожей, а местами выходит наружу из тела. Четвертый прорезал себе оба уха посередине и, вложив в каждое ухо между верхним и нижним краями круглые, наподобие колес, камни, ходит с ними несколько лет. Пятый имеет волосы наподобие войлока, крепко свалянные и висящие на обе стороны по плечам до поясницы. У шестого на каждой стороне головы висят по пяти или шести прядок волос, каждая прядка в палец толщиной, а длиной в сажень и более, так что когда труженик сей ростом 2 аршина 6 вершков распустил их, то волосы на полу лежали еще более полуаршина. Каждый из них налагает на себя добровольно разное тружение, не только за свои грехи, но и за чужие по обещанию.

Посреди дома вырыта в сажень квадратная и в полсажени глубины яма, над которой сложены большие каменья сводом точно так, как в русских банях складываются каменки; яма сия содержится в отменной чистоте. Когда из них кто умрет, то кладут тело умершего на каменный свод, обливают его коровьим маслом и, коснувшись до ямы пламенем, зажигают под ним горючий воздух. Коль скоро все перегорит, собирают из ямы начисто пепел умершего, сквозь каменья туда ссыпавшийся, и развевают его на ветер, чем оканчивается обряд их погребения.

Каждый из спасающихся имеет свою комнату, или келью, в коей в одном углу очень гладко вымазана стена и пол глиной и в том же углу на полу разнообразно наверчены узкие и широкие скважины. Утром и вечером, перед тем как должно стать на молитву, окачиваются с головы до ног водой, потом, взяв что-нибудь зажженное, ударяют оным в наверченные в углу скважины, отчего они затепливаются, как восковые свечи, и тогда все вдруг начинают громко произносить свои молитвы. Никаких животных и насекомых не едят. Обыкновенная пища их состоит с весны до глубокой осени в разной свежей зелени и кореньях. Двое вместе есть не могут, но каждый имеет свою медную небольшую посуду, которую держит в чистоте. Кушанья стряпают на том же месте, где отправляют молитву, то есть в углах своих на зажженном воздухе; когда огонь не нужен более, гасят его, равно как и после молитвы, наметыванием какого-нибудь лоскута. Не с меньшей пользой употребляют они свой божественный огонь для составления сколько простого, столько же любопытного фарса. Над домом выведена высокая труба, которую в ночь зажигают для мореходцев, а днем гасят огонь, хотя для них неубыточный, но чтобы он напрасно не горел. То, что многие называют жертвенником, есть каменная труба в два фута вышиной, из которой выходит сине-красноватый пламень. Она сверху так узка, что горшком ее накрыть можно. Выходящий оттуда неугасаемый огонь зимой служит для тепла и во весь год для варения пищи. При сей трубе собравшиеся индийцы сидят в молчании, каждый в том мученическом положении, какое наложил на себя по обещанию. Вокруг сей атеш-ги было еще несколько каменных храмов, от коих остались одни развалины.

Любопытный опыт показывают индийцы над колодцем, на дворе у них стоящим, из коего получают они для своего употребления воду, вкусом весьма отвратительную. Они накрыли колодезь войлоком и, оставив его в таком положении минут с пять, потом подняли войлок со сруба и опустили внутрь оного зажженную траву, отчего воспламенившийся воздух в виде горящей колонны по прошествии минут семи сделал такой сильный выстрел — как бы из самого большого орудия.

Для ночлега отвели они лучшую из своих комнат и для ужина сделали хороший плов, осыпав его сахарным песком. На вопрос: откуда получают все нужное для их пропитания? — отвечали, что великие суммы денег, принадлежащие им, хранятся в Астрахани у их соотечественников индийцев; что сии деньги пересылаются к ним по завещанию от умирающих для поминок, также от плавающих по морям купцов по обещаниям; что подаяния сии бывают столь знатны, что нередко от одного лица получают они до 50 тысяч рублей, а как деньги сии остаются у них почти без всякого употребления, то от времени до времени скопилась большая сумма, которую отсылают они в Астрахань, чтобы горцы или персияне ее не отняли.

О законе гебров известно, что они поклоняются огню, яко изображению Ормузда, Всевышнего Творца, признавая притом злого духа Аримана за начало зла. Книги их писаны древним персидским языком, которого они сами не понимают, и буквами, отличными от арабских и индийских. О пророке своем Ацере они утверждают, что по повелению Нимврода он был брошен в раскаленную печь, но остался невредим; обрезание им неизвестно. Несколько дней спустя после рождения младенца отправляется обряд омовения водой при свидетельстве духовного чиновника. Многоженство позволяется, но развод только в случае прелюбодеяния. В Бомбее вместо сжигания тел они оставляют их в открытом поле в нарочно сделанных для сего загородках, на съедение хищным птицам. Тавернье неосновательно утверждает, будто гебры не сжигают мертвых тел, чаятельно, по той причине, что ему не случилось видеть сего обряда погребения. Корова и собака суть животные, ими весьма уважаемые; напротив того, гнушаются кошкой, мышами, лягушками, ящерицами, змеями, яко порождениями злого духа. Вообще гебры признаваемы за смирных поселян и прилежных земледельцев; упражняются также в ремеслах, но очень мало торговлей. Магометане повсюду их притесняют в виде еретиков, преданных гнуснейшей из всех ересей.

3. Сальянское владение

Пределы

Несколько островов при устье Куры, из коих один обитаемый, и цепь селений, которые прежде простирались верст на 50 вверх по обоим берегам Куры, составляют владение или округ Сальянский. Он граничит к северу с владениями Бакинским и Шемахинским, к востоку и югу с Каспийским морем, к западу с Моганской степью.

Положение земли, величина, произведения

От Баку до мыса Везиря берег гористый. Не доходя до Везиря, лежат в море четыре необитаемых острова от севера к югу: Дуванный, Буиль, Лось и Свиной, которые вообще называются свиными островами. На оных российские промышленники бьют тюленей. От Везиря до устьев Куры берег отлогий, безлесный, с песчаными пригорками. Сальянские острова разделяют устье Куры на многие рукава, из коих два главные: северный и южный. Сей последний есть обширнейший; совокупясь с морем и приняв реку Кизилагачь, текущую с Моганской степи, он получает название Кизилагачского залива. Остров Кур лежит против северного рукава. Остров Сара, в десяти верстах от Моганского берега отстоящий, есть мель, на коей российские промышленники имеют для безопасности от персиян склад своих товаров. Гнилые испарения сего острова весьма вредны для здоровья. Большой остров Сальян имеет 50 верст длины и 15 верст величайшей ширины. Он один только обитаем. Вдоль против оного правый и левый берега Куры принадлежат к Сальянскому владению узкой полосой. Другой, меньшей остров, известный также под именем Сальян, находится при стечении с морем северного рукава Куры и есть не что иное, как скопившаяся от наплытий Куры углообразная дельта, происшедшая от разделения северного рукава надвое. Сальянские острова и нижняя часть куринских берегов, очевидно, обнаруживающие новое сих земель образование от наносного ила, состоят из низменных равнин, покрытых солончаками, соляными озерами и болотами, поросшими тростником; они подвержены частым наводнениям, как от моря при высокой погоде, так и от разлива Куры во время таяния нагорных снегов.

Однако Сальянская округа имеет важные выгоды, ей свойственные. Первая состоит в богатых рыбных промыслах, в устье Куры производимых, от коих тамошние жители имеют пропитание. Главнейшая отрасль рыбного промысла находится в руках российских промышленников, приезжающих из Астрахани: они платят от 40 до 50 тысяч хану шемахинскому откупа за позволение запирать учугами южный рукав Куры, где они имеют свои ватаги. Вторая выгода заключается в тучных травах, по обоим берегам Куры между тростником растущих, которые доставляют овечьим стадам обильную паству. Тростник в сих безлесных местах заменяет также многие домашние нужды жителей, будучи употребляем для топления вместо дров, для крыш и даже для строения домов. Плодородные низины с успехом обрабатываются под посев сарачинского пшена, а по суходолам сеют кунжутное семя, или сезам, из коего делают весьма вкусное масло, могущее заменить оливковое, так называемое прованское масло, если б оного приготовляли в достаточном количестве для продажи. В разных местах Сальянского владения находятся соляные озера, из коих берут соль для соления рыбы; для сего употребления, однако же, предпочитается астраханская соль, которую привозят туда в знатном количестве российские промышленники. Есть также соляные горячие ключи, коих вода вкусом горька, равно как и соль, которая по краям оных садится.

Рыбная ловля

Из всех рек Каспийского моря Кура преимущественно изобилует рыбами. В ней ловится белуга, севрюга, осетры, лососи, стерляди, сомы, судаки, сазаны и прочие и сверх того порода сельдей, называемых шамая, та самая, которая ловится в устьях Терека и Самура. При Сальянских учугах так много скопляется рыбы, что нередко в один день убивают баграми до 15 тысяч осетровой породы рыб. Ежегодный лов сальянский определить можно в сложности следующим образом:

Белуг до 10 000 штук

Севрюг до 200 000

Осетров и прочей учужной рыбы 80 000

Меньших рыб, как то сказано, судаков, сомов не менее 500 000

Сии последние большей частью перетапливаются на сало.

Из сего количества рыбы добывается ежегодно около 17 тысяч пудов икры и 500 пудов клея; каковые произведения, вместе с рыбой, по самым умеренным ценам, полагать можно в 250 тысяч рублей, и следовательно, приносят чистой прибыли до 150 тысяч рублей.

История

Сие владение издревле управлялось собственными владельцами, потом наибами и султанами, от персидских шахов поставляемыми; наконец, в последней половине прошедшего столетия, переходило по праву завоевания то к Кубинскому, то к Шемахинскому владению. По взятии города Баку в 1723 году генералом Матюшкиным, сальянский султан Гассан-бек, покорившись добровольно российскому оружию, просил защиты от дагестанских бунтовщиков Дауд-бека и Сурхай-хана казыкумыцкого. К нему послана была воинская команда с подполковником Зимбулатовым, который расположился на острове Сальян. В течение четырех месяцев употребил Гассан-бек все способы, чтобы подружиться с Зимбулатовым, пригласил его однажды к себе в гости с некоторыми офицерами и всех их перерезал. В сем злодейском поступке наиболее участвовала коварная жена его Хапулбы-ханум, о коей гораздо прежде сего происшествия император Петр Великий сообщил следующее замечание генерал-лейтенанту Матюшкину: «Ведомо, что та сальянская княгиня Ханума великая воровка, и опасно, чтобы чего худова не случилось». Причем приказал подкрепить Зимбулатова, но уже было поздно. Гассан-бек ушел и присоединился к партии Даут-бека, а россияне, покорив оружием Сальянскую округу, построили на острове Сальян небольшую крепость, которая состояла главным ведомством бакинского коменданта. По заключении мира с Персией шах Надыр отдал сию землю во владение Ахмет-хану, родоначальнику кубинских ханов. После него вступил в правление родственник его Ибрагим-хан, но Гуссейн-Али-хан кубинский послал сына своего Фет-Али вытеснить его из Сальянского владения, на которое, по ближайшему родству его с Ахмет-ханом, предъявил он законное право. Деятельностью Фет-Али-хана предприятие сие выполнено с желаемым успехом около 1766 года. С тех пор Сальянская округа, хотя подведомственная кубинским ханам, однако ж оспариваема была оружием со стороны шемахинских ханов, которые основывали свои притязания также на правах наследства. Наконец, нынешний шемахинский хан Мустафа, присовокупивший оную к своим владениям также по праву завоевания, пользуется тамошними доходами и назначает от себя правителей под именем султанов.

Разглашенные известия, будто Кура судоходна до Тифлиса, обратили внимание императора Петра I на Сальянский округ. Он повелел отыскать удобное место для построения приморского города, имея в виду сделать оный средоточием ширванской, грузинской, гилянской и некоторой части персидской торговли. Сие дело возложено было на капитан-лейтенанта (бывшего потом тайным советником и сибирским губернатором) Федора Ивановича Соймонова, оставившего нам первое описание и карту Каспийского моря. Место было приискано и назначено на левом берегу Куры пониже Сальян, у самого моря, заготовлены материалы для строения и приведены из Казанской губернии пять тысяч татар, чувашей и черемис для производства работ. Кончина императора уничтожила сие предприятие, которое, впрочем, не могло бы принести ожиданной пользы, по причине малого расстояния, удобного к судоходству, только в нижних частях Куры, как мы уже видели.

Население

От беспрерывных волнений, сии страны раздирающих, число жителей, вместе с благосостоянием их, весьма уменьшилось. Ныне в Сальянском округе полагается не более двух тысяч дворов. Главнейшее местечко, называемое Сальян, лежит на большом острове сего же имени; прочие селения разбросаны по обоим берегам Куры и большей частью смешивают их под общим названием Сальян, хотя каждое из них имеет собственное свое именование. Жители суть: персияне, армяне, татары, дагестанцы и ширванцы, которые держатся большей частью Алиевой секты и во всем походят на жителей дербентских и бакинских. По соседству с ними кочующий на Моганской степи кочевой народ, называемый шахсевен, приходит временно на Сальянские земли для пастьбы скота. Деревня Казран, на левом берегу Куры, в 60 верстах от устья сей реки, есть крайнее Сальянской области селение.

Доходы

Сальянские жители платят подушную подать и сверх того еще пошлину от продажи сарачинского пшена шемахинскому хану; все сие, вместе с рыбным откупом, составляет около 60 тысяч рублей ежегодного дохода.

4. Ханство Шемахинское

Пределы

Ханство Шемахинское граничит к северу с Кубинским владением, от коего отделяется цепью гор Халердаг и Белирдаг, урочищем Куртбулак и речкой Чекилчай; к востоку с владениями Бакинским и Сальянским; к югу с Моганской степью и с ханством Карабагским, отделяемыми Курой; к западу с ханством Шемахинским, отделяемым рекой Иокчай. В величайшей длине имеет около 150 верст от реки Гокчай до Каспийского моря, а в ширину, то есть от горы Халердаг до Куры, около 100 верст.

Положение земли

Из частей, составляющих естественное разделение Ширвана, Шемахинское владение включает в себя большую часть полосы гористой, большую часть полосы бесплодной и почти всю равнину, лежащую по Куре, за исключением Сальян. Следовательно, и качества земли весьма различны: у подошвы и на скате гор почва весьма плодородная, лесистая и удобная к хлебопашеству и садоводству; на равнине произрастают кормовые травы и частью удобна к хлебопашеству; бесплодная полоса никаких не производит растений.

Реки

Реки, протекающие чрез сие владение, суть:

1. Гокчай, разделяется на два рукава под названием Большой и Малый Гокчай; 2. Гердиман, разделяется на три рукава под одинаковым названием: Верхний, Средний и Нижний Гердиман; 3. Аксу. Все вышепомянутые три реки, прежде впадения в Куру, разливаются по равнине, составляя болота и озера (лиманы), которые сообщаются с Курой многими притоками; 4. Пирсагат протекает без малого все Шемахинское владение от северо-запада к югу-востоку и впадает в Каспийское море между владениями Бакинским и Сальянским; 5. Кузучай, или Сугайшы, приняв левым берегом речку Чекилчай, впадает в море между владениями Бакинским и Кубинским.

История

По покорении Ширвана шахом Измаель-Сефи, родоначальником колена Сефиев, в 1591 году Шемахинское владение временно только выходило из-под власти персидских шахов при случае военных действий с турками. В бытность Дженкинсона в Шемахе в 1562 году властвовал там Абдулла-хан, который покровительствовал английскую факторию и при возвратном пути в Россию Дженкинсона отправил с ним посланника к царю Ивану Васильевичу. Вскоре после того Шемаха занята была турками. Но шах Аббас I одолел своих неприятелей и повсюду восстановил спокойствие. Плодородие земли, промышленность ширванских жителей и уверенность в собственности возвратили прежнюю деятельность столичному городу Шемахе и опять довели оный до цветущего состояния. Олеарий, бывший в Шемахе в 1636 году, оставил нам известие, объясняющее тогдашнее богатство, многолюдство и знатную торговлю сего города, куда стекались купцы из всех европейских и азиатских государств. В оном было до 15 тысяч домов. Главнейший торг находился в руках армян и российского купечества, в силу заключенных с Персией трактатов. Соседство лезгин было всегда важнейшим неудобством местоположения сего купеческого города, который не только не имел для караванов свободного сообщения, но должен был бдительно помышлять о защищении стен своих беспрестанной стражей. В 1712 году лезгины ворвались в Шемаху и с великой добычей возвратились в горы. Во время авганского возмущения против шаха Гуссейна, когда отложились от него Сурхай-хан казыкумыцкий и дагестанский, бунтовщик Гаджи-Дауд-бек, первый подвиг их состоял в нападении на город Шемаху, который они взяли в 1720 году приступом, убили хана Серкера и предали все на расхищение. В том числе погибло более трехсот российских купцов, коими претерпенный убыток оценен был в четыре миллиона рублей. Сия самая причина, присовокупившаяся к настоятельной просьбе со стороны шаха Гуссейна о помощи против бунтовщиков, убедила императора Петра Великого предпринять поход в Персию. Между тем Шемахой владели прежде Дауд-бек, а потом Сурхай-хан под турецким покровительством.

В силу трактата, заключенного в 1724 году между российским и турецким двором, Шемахинское владение досталось в удел туркам. Вскоре потом турецкие войска упразднили Ширван, Грузию и Адербижан по причине успехов, одержанных над ними шахом Надыром, и, в силу заключенного между Портой и Персией мирного трактата, остались по-прежнему под властью сей последней. В 1734 году шах Надыр, отмщевая бунтовщикам, разорил город Шемаху до основания и заложил новый город под тем же именем, в 25 верстах расстояния от старого, на речке Аксу. От него поставлен был ханом из чиновников его Аджи-Мегмет-Али, спокойно владевший до 1761 года, в котором он был убит от Мегмет-Саида и Агасе, сыновей шемахинского хана Серкера. Они перенесли местопребывание свое опять в Старую Шемаху с позволения векиля Керим-хана. Мегмет-Сеид, поссорившись с кубинским Фет-Али-ханом, вступил с ним в неприятельские действия и в 1766 году, по взятии кубинцами города Шемахи, попался сам в плен с братом своим Агасе и со всем семейством, после чего Фет-Али-хан приказал Новую Шемаху совсем разорить, а жителям переселиться в Старую Шемаху. В 1766 году Фет-Али примирился со всеми своими неприятелями, возвратил Шемаху Мегмет-Сеид-хану, выдав за сына его Мемерзу сестру свою Фатиму. Старая Шемаха опять восстановлена; ибо жители, по малолюдству своему не будучи в состоянии заселить столь обширный город, перешли в Новую Шемаху, где и доныне живут. Тут восстали раздоры между Мегмет-Сеид-ханом и братом его Агасе, доколе оба не были отрешены от владения и (были) убиты по повелению Фет-Али-хана. После них остались дети; от Мегмет-Сеида — Ескер и Касым; от Агасе — Мустафа и Измаил, которые все укрывались в Карабаге от Ибрагим-хана. Сей последний, соединясь с шакинским Гуссейн-ханом и с аварским Ума-ханом, объявил кубинскому владельцу войну и подступил под Новую Шемаху с соединенными силами, но возвратился без успеха. По смерти Фет-Али-хана владение сие, раздираемое беспрерывными мятежами и переходя из рук в руки состязающихся, от Манапа к Ескеру, потом к Касыму, наконец утвердилось за Мустафой-ханом, сыном Агасе. Усилившийся в Персии астрабатский Ага-Магомет-хан, на возвратном пути своем из Тифлиса, имея подозрение на всех ширванских владельцев, разорил город Новую Шемаху до основания. В 1796 году, во время пребывания войск российских в сем владении, Мустафа-хан скрылся в горы и подал причину сомневаться в его доброжелательстве. Почему призван был двоюродный брат его Касым и утвержден ханом шемахинским. По выходе российских войск Мустафа выгнал Касыма и завладел опять Шемахой. В 1805 году он покорился добровольно России и дал в верноподданстве присягу, с оставлением его на прежних правах. Он имеет чин генерал-лейтенанта, саблю и знамя с государственным гербом в знак начальства, будучи признаваем за благоразумного и покорного вассала.

Местоположение Камехии, по Птолемею, полагаемое под 40°50′ северной широты, относится, без всякого сомнения, к городу Старой Шемахе. Огромные развалины мечетей, обширные и высокие их своды, остатки караван-сараев и других публичных зданий доказывают древнее великолепие сего города.

Гогарена, одно из 15 отделений Армении, находилось также на левом берегу Куры, против стечения с Араксом, и следовательно, причислить должно сию провинцию к пределам нынешнего ханства Шемахинского.

Города и селения

Новая Шемаха, небольшой город, лежит в долине на речке Аксу, под 40°35′ северной широты. Фигура его почти правильной четырехугольник, коего каждая сторона имеет около 250 саженей длины, обнесена сухим глубоким рвом и стеной из нежженого кирпича, с башнями круглыми и четырехугольными по восточному обычаю. Жителей почитается в нем от четырех до пяти тысяч обоего пола, кои упражняются в торговле и ремеслах, наипаче в закупке и продаже шелка и в делании шелковых материй, как то: ладжи, мови, драй, шимандрузы, каковые товары отпускаются большей частью в Астрахань чрез бакинский порт. Шемахинские фабрики находятся теперь в совершенном упадке — как по малому количеству выходящих товаров, так и по низкой доброте оных.

Большое селение Джеват, лежащее на Куре, против самого того места, где Аракс вливается в Куру, обширностью своей равнялось прежде городу; ныне же запустело и только тем достопамятно, что, в силу заключенных российским двором с персидским шахом Тахмасибом в 1723 году и с Портою Оттоманской в 1724 году союзных трактатов, оно составляло черту троякой границы: российской, турецкой, персидской. Самое селение досталось по разделу России. Разграничение сие произведено было в действие чрез обоюдных полномочных комиссаров: с российской стороны чрез генерал-майора Александра Румянцева, с турецкой — дервиша Магомет-аги в 1726 и 1727 годах. В Джевате содержит хан Шемахинский для удобности торгового сообщения мост на судах чрез Куру. От Джевата вниз по Куре три селения под одним именем Рудбары различаются на Верхний, Средний и Нижний. От Джевата вверх по Куре такие же три селения под одним именем Киоулы: Нижний, Средний, Верхний. Сии деревни многолюдны и достаточны скотом. На северо-западе от Новой Шемахи на высотах Фитдаг находится крепость, в которой укрываются жители от неприятельских нападений; в окружности оной по нужде могут производить небольшое хлебопашество. Дорога, ведущая на гору Фитдаг, весьма затруднительна. Генерал князь Цицианов (1806) проходил оную с отрядом войск.

Знатнейшие армянские селения суть: Мергани, Мадрасе, Сагиин, Керкент, Келухони, Мегеры, Талыш, Заргала, Кюглух; при двух из оных находятся два монастыря. Наиболее населенные места состоят между Старой и Новой Шемахой и у подошвы горы Фитдаг. Сельские жители уходят на лето в горы и живут там в шалашах, а на зиму опять переходят на долины.

Между Старой и Новой Шемахой видны остатки двух замков, не в дальнем расстоянии один от другого отстоящих. Первый называется Кала-Калистин, то есть крепость Розовой долины, вторая — Кис-Кала (Девичий замок). Об оных рассказывают много басен.

Кочующие татары, ханчобаны, издревле переселенные в Шемахинское владение, кочуют по долинам в числе 700 аулов. Они могут поставить до 500 исправных всадников, почитаемых за лучшее войско хана шемахинского. Занимаются более скотоводством, нежели хлебопашеством. Держатся суннитской секты.

Вера, население, упражнение

Жители шемахинские суть персияне, ширванцы, татары, исповедующие большей частью магометанский закон секты Алиевой. Армяне имеют епископа и исповедуют свой закон. С недавнего времени население сего ханства весьма умножилось вышедшими из Карабага армянами, так что ныне полагается всех жителей, в том числе половина армян, до 25 тысяч дворов. Шелководство есть главнейшая отрасль сельского хозяйства. Притом сеют разного рода хлеб, хлопчатую бумагу, разводят сады и делают вино, которое вкусом изрядно.

Виноделие

Вино шемахинское уступает добротой своей вину грузинскому, добываемому в Кахетии. Виноделием занимаются одни армяне, менее по отвращению магометан от употребления вина, им запрещенного, нежели от лености и для избежания всякой работы, им непривычной. Нельзя похвалить армян, чтобы они делали вино с должным рачением, как уже было выше упомянуто. Впрочем, при розыскании причин коснения горских народов в празднолюбивой нищете, примечаемого даже у армян, на Кавказе поселенных, сравнительно с деятельностью, повсюду сей народ отличающей, должно взять в рассуждение сильную трудолюбивую преграду, там существующую: неуверенность в собственности. Хозяева торопятся как-нибудь сделать вино и как-нибудь продать сырые плоды, которые до созревания их могут быть отняты безвозвратно. Преимущественное качество вина, приготовляемого не на продажу, а для собственного употребления, доказывает, что они умеют делать хорошее вино, почему нельзя сомневаться, что сия отрасль и многие другие в скором времени будут улучшены под кротким российским правлением чрез побуждение собственной пользы жителей, только бы не было в том посторонних препятствий.

Доходы

Доходы хана шемахинского от Сальянских рыбных промыслов, от пошлин с провозимых и вывозимых товаров и от подушной подати едва ли составляют 100 тысяч рублей в год серебром. Маловажность сего денежного дохода с обширной и довольно населенной провинции отнести должно к долговременному опустошению войнами шемахинских селений, ныне только из развалин своих восстающих, которые по сей же причине и войска набрать могут не более 6 тысяч человек.

5. Ханство Шакинское

Пределы

Ханство Шакинское граничит к северу с владением Кубинским и с самурскими лезгинами, от коих отделяется цепью высоких гор, называемых Салаватдаг и Бабадаг; к востоку — с ханством Шемахинским, отделяемым рекой Гокчай; к полудню — с владениями Карабагским и Елисаветпольским (бывшее ханство Ганжинское), от коих отделяется Курой; к западу — с Джарскими вольными обществами, отделяемыми неопределенной чертой, идущей по горам до впадения Алазани в Куру. Величайшая длина сего владения простирается на сто верст от горы Салаватдаг до Куры, а ширина по течению Куры до 80 верст, в прочих местах имеет от 50 до 60 верст.

Положение земли

Шакинское владение гористо, лежит на южном скате передовых гор, кончающихся у Куры, имея горы довольно высокие, покрытые лесом и пресекаемые долинами. По причине наклонения оных на полдень, земля плодородна, способна к садоводству и земледелию. Леса большей частью состоят из плодовитых дерев.

Реки

От востока на запад впадают в Куру одна за другой речки:

1. Гокчай, служащая между Ширваном границей; 2. Гелдигелан; 3. Алчиган. Имена прочих неизвестны.

История

История Шакинского ханства покрыта темнотой или в известных отрывками происшествиях представляет беспрерывную цепь волнений, убийств и перехождения власти из одних рук в другие. Во время второго нашествия Тимурленга на Грузию (1404) в Шаке властвовал Сиди-Али, султан ерлатского колена. Он не покорился Тимуру, ушел в горы и оставил там землю свою на расхищение татарам. По уничтожении в Персии владычества монголо-татар, а за ним вслед туркменских колен белого и черного барана, шакинские ханы признали над собой власть персидских шахов колена Сефиев и с того времени участвовали во всех политических превращениях Ширвана. В наши времена родные братья Мегмет-Гуссейн и Селим оспаривали между собой право на Шакинское ханство, попеременно вступая во владение сей землей и низвергая друг друга оружием и коварством. Наконец, в 1805 году Селим-хан выгнал брата своего из города Нухи и, желая утвердиться в оном посредством российского покровительства, просил принять его в число прочих вассалов. По смерти же генерала князя Цицианова, подкрепляемый Сурхай-ханом казыкумыцким, он собрал войска и объявил себя неприятелем России. Посланный против него генерал-майор Небольсин разбил его при городе Нухи, взял оный приступом и выгнал Селима из Шакинского владения. Тогда же на место его утвержден ханом бывший хойский хан Джапар-Кули. Он состоит в чине генерал-лейтенанта, имеет саблю и знамя в знак начальства; доходами, равно как судом и расправой, пользуется по прежним обычаям.

Города и селения

Главный город Шакинского владения Нухи лежит на речке, впадающей в реку Гокчай, в вершинах сей последней, не в дальнем расстоянии от шемахинской границы; имеет более тысячи домов и около 6 тысяч жителей. Другие известнейшие места: Шаки, на речке Алчиган, местечко, сообщившее имя свое сему владению; Эреш, большое селение при реке Куре. Такое же селение пониже, на юго-восток от Эреша лежащее, называется Мингечеур, коего жители промышляют рыбной ловлей в Куре. При Эреше построено россиянами временное земляное укрепление, названное Орешанским редутом. Прочие селения сего многолюдного ханства, содержащего в себе до 20 тысяч дворов, еще неизвестны.

Происхождение, упражнения жителей

Шакинское ханство, как говорят, населено большей частью природными горскими жителями, почему и в нравах своих они приближаются к лезгинцам и дагестанцам. Они исповедуют магометанский закон суннитской секты, говорят испорченным татарским наречием. Между ними находятся также армяне. Сельское хозяйство и главнейшая промышленность жителей состоит в шелководстве, притом сеют разный хлеб и упражняются в делании ковров на образец персидских и толстых сукон. Приготовляемый здесь шелк в великом изобилии добротой своей не уступает шемахинскому. Сии произведения отпускаются в Баку, Шемаху и Тифлис.

Доходы

Доходы хана шакинского составляют около 80 тысяч рублей серебром, получаемых большей частью с акцизов продаваемого шелка.

Военная сила

Из Шакинского владения выходит от 10 до 12 тысяч вооруженных людей, в большинстве своем пеших, однако почитаемых за храбрых воинов.

Глава четвертая. Общие замечания. Облик, нравы, пища, одежда, оружие, строение, ремесла, правление, торговля, науки, летосчисление, монеты, мера, вес

Дагестан и Ширван из всех Кавказских областей, бывши наиболее нашествию внешних народов подвержены, сохранили памятники претерпенных ими бедствий. Козары, гунны, угры, аравитяне, монголо-татары, туркмены, персияне, турки попеременно друг друга оттуда вытесняли, не говоря о древнейших поселениях алан, скифов, киммериян, из чего довольно явствует, что жители сих земель происходят от смешения вышепомянутых народов. Татарские поколения, укоренившиеся на Кавказе с половины XIII до исхода XV столетия, оставили явные знаки своего господствования в языке и нравах. Но физическое положение земли и свойство климата произвели над здешними жителями такое же действие, какое замечено над иностранцами в Греции и в Италии, то есть что аравитяне и татары сделались горцами точно так, как итальянцы и французы, поселившиеся в архипелаге и Царьграде, сделались греками и как ломбрады сделались итальянцами. В иных местах завоеватели сблизились с горскими обычаями до такой степени, что без языка татарского, повсюду употребляемого, мы бы имели право сомневаться, были ли здесь когда-нибудь татары, ибо малочисленные татарские поколения, сохранившие прежнюю кочевую жизнь, как то: туркмены, ногайцы, шахсевены — находятся в крайней бедности и порабощении. Прочие жители приняли обычаи, одежду и образ жизни от соседей своих лезгинцев или персиян. В городах Дербенте, Кубе, Шемахе, Баку и Сальяне примечается смешение нравов, обычаев и одежды, наподобие персидских, каковые введены были владельцами их, большей частью родом из персиян. Касательно обычаев персиян мы имеем новейшее, глубокомысленное и искусным пером начертанное описание в путешествии г. Оливье. Сличив оное с описанием Гмелина, подтверждается замечание, что академик российский, хотя не был внутри Персии, описывал также нравы персиян, по причине частого с ними обращения. Мы заметим здесь некоторые черты, относящиеся, собственно, к ширванцам и дагестанцам, с помощью г. Биберштейна.

Облик

В стройности тела и красоте лица они уступают черкесам и грузинам, но также бодры и проворны; в лице смуглы, худощавы, роста среднего и, по причине смешения крови, не имеют собственного характера в облике, почему для гаремов богатых и знатных людей покупают обыкновенно грузинок, черкешенок и армянок.

Нравы

Нравственность их также несравненно хуже нравственности горских народов. При таковых же расположениях к лености, буйству и грабительству, они не имеют в той же степени свойств, отличающих добронравие горских народов, как то: гостеприимства, почтения к дружбе, твердости в слове; напротив того, горды, хитры, притворны и низки по обстоятельствам, вмещая в себе все наружные знаки силы и бессилия, властолюбия и рабства, что должно приписать отчасти к насильственному правлению, столь долгое время их теснящему. По тамошнему образу воевания почитаются за храбрых воинов.

Пища

Дагестанцы и ширванцы вообще трезвы, едят два раза в день и воздерживаются от крепких напитков. Хлеб их, называемый чуреки, есть не что иное, как пресные лепешки, делаемые из проса и пшеницы, равно как и во всей Азии. Притом едят молоко, масло, сыр, разные свежие и сушеные плоды, пилав или рассыпную кашу из сарачинского пшена, вареную и жареную на вертеле баранину. Люди зажиточные посыпают все кушанья шафраном, употребляют миндальное пирожное, сахарные варенья и сухие конфетки. От жажды пьют щербеты, то есть сок из разных плодов, выдавленный и подслащенный медом, но наиболее айран, род кислого молока или сыворотки, которая весьма прохладительна и есть любимое питье всех татар. Все почти курят табак, богатые — из персидских кальянов или наргилей, пропускающих сквозь воду прохлажденный дым, а простой народ — из трубок, по турецкому обычаю, но с меньшей роскошью, как, разумеется, и худший табак.

Одежда

Одежда их отличается от одежды прочих татар и черкесов только шапкой и обувью. Вместо полукруглой шапки черкесской они носят высокую шапку с плоской тульей и с черной бараньей опушкой. Обувь состоит из суконных онуч, перевязанных шнурками, и весьма похожа на обувь российских крестьян, с той разностью, что они вместо лаптей носят персидские остроносые башмаки. Да и в шапках примечаемое отличие от горцев касается более городских жителей и достаточных поселян, ибо черный народ носит такие же шапки полукруглые, но только вверху более сплющенные, нежели шапки черкесские. Знатные и богатые люди: ханы, султаны, беки, мурзы, наибы — одеваются по-персидски в тонкое сукно, шелковое полукафтанье, шапки обвертывают дорогими шалями и таковые же охотно употребляют вместо поясов. Женщины в Дагестане мало отличаются платьем от черкешенок, а в Ширване держатся более персидской одежды, наипаче в городах. Женщины и мужчины имеют обыкновение волосы и брови чернить, ногти красить желтой или красной краской, а бороду красным и черным цветом.

Оружие

Оружие вовсе не украшают, наблюдая только доброту оного. Ружья, пистолеты, сабли, кинжалы достают из Кубечи и других мест Дагестана и Лезгистана; богатые же люди получают из Турции и Персии оружие, известное под именем дамас и хорасан: некоторые из сих последних имеют также панцири и шашки. Все избытки свои истощают они на конские уборы, в коих состоит главнейшая их роскошь. Повсюду блестит серебро и золото, целыми бляхами; не щадят их в наборах на ремнях и в насечках на стали.

Строение

Дома строят из нетесаных камней, связывая оные глиной и деревянными перекладинами; крыши плоские, засыпанные землей, а где есть нефть, смешивают землю с нефтью. Сим последним образом сделанная терраса весьма прочна. О внутренних уборах комнат упоминать нечего в рассуждении бедности жителей и отчуждения их всякой роскоши. Окна без стекол, закрываются камышовыми рогожами; несколько ковров и подушек заключают в себе украшения комнат и богатство хозяина. В Баку и Дербенте у зажиточных людей комнаты расписаны на персидский вкус изрядными арабесками. Мечети в городах и караван-сараи по большим дорогам суть прочнейшие строения; простота оных имеет довольно приятную и величественную наружность, наипаче Бакинская мечеть, построенная шахом Аббасом Великим. Вид караван-сараев соответствует цели построения оных и есть не что иное, как небольшой четырехугольный замок с башнями по углам, в коих проезжающие, в случае нападения, от разбойников могут защищаться с успехом. Посреди двора находится обыкновенно обширный колодезь, покрытый сводом.

Ремесла

Хотя при беспрестанных волнениях, колеблющих сию страну, не можно ожидать укоренения деятельной и постоянной между жителями промышленности, однако древний дух торговли и рукоделия не совсем погас в Ширване. Сверх ремесел, необходимо нужных в общежитии, в Шемахе и в Дербенте есть несколько новых фабрик шелковых и бумажных, выделывающих разного рода ткани изрядной доброты. Лавки ремесленников расположены обыкновенно по обеим сторонам главной улицы по восточному обычаю.

Образ правления

Внутреннее управление Ширвана и Дагестана, касательно власти ханов и зависимости их подданных, почти одинаково. Владельцы пользуются большей или меньшей властью, смотря по личным качествам каждого; но самовластие повсюду ограничивается духовными законами и обычаями, кои по существу феодального правления составляют иногда благоприятный в пользу народа перевес. Ханы ширванские и дагестанские владельцы ничего важного предпринять не могут без согласия совета их, составляемого из старшин, беков и других чиновников. Сей самый образ правления существует в Лезгистане, с той разностью, что лезгины более привязаны к независимости, нежели ширванцы и дагестанцы, которые приобыкли уже к единоначалию. В судных маловажных делах, гражданских и уголовных, владельцы решат оные окончательно и приговор немедленно исполняется; но в важных случаях они обязаны советоваться со старшинами, дабы избегнуть их негодования и ненависти. Когда же беки или старшины действуют согласно с видами своих владельцев, сие обстоятельство обращается почти всегда в отягощение жителей, наипаче армян, утесняемых безмерными налогами. Все внутренние возмущения и кровопролития, за исключением неприятельских нападений, отнести должно к следующим двум главным причинам:

1. Соперничество до ненависти и непримиримой злобы, допускаемое между владельцами единокровными, так что вооружение брата на брата, сына против отца не почитаемо у них за диковину. 2. Сребролюбие владельцев, изнуряющих подданных налогами, отчего сии последние тайно или явно способствуют к низвержению своих тиранов, в чаянии лучшего жребия при перемене владельца, хотя довольно часто в том ошибаются. В обоих случаях обыкновенно приглашаются на помощь союзные или наемные лезгины, которые довершают разорение жителей. Одним словом, российская история во время удельных княжеств есть живое изображение нынешнего политического существования Ширвана и Дагестана. Духовная, гражданская и земская расправа та же самая, как упомянуто было под статьей Кубинского владения, с некоторыми изменениями, зависящими как от местных обстоятельств, так и от произвольного распоряжения со стороны владельцев.

Торговля

Торговля сих провинций весьма ограничена в рассуждении изобилия естественных произведений земли. Шелк-сырец, краска мариона (крап), сарачинское пшено, свежие и сухие плоды, нефть, шерстяные и бумажные изделия суть главные предметы отпускаемых товаров. Нефть идет в Гилян и Мазандеран; все прочие произведения вывозятся в Астрахань и Кизляр таким образом, что сии города снабжаются из владений Шакинского, Шемахинского и Кубинского шелком, из Дагестана марионой. Из одного Дербента в урожайный год вывозится марионы до 6 тысяч пудов. Количество вывозимого шелка из Дагестана и Ширвана определить можно в сложности нескольких годов до 2 тысяч пудов ежегодно. Из Баку кроме нефти, каковой отпускается, за расходом в Ширване, не менее как на 50 тысяч рублей в Гилян и Мазандеран, идет туда же соль и шафран, равно как и белая нефть в Астрахань. Из Астрахани и Кизляра привозят в Дербент и Баку сукна, красильные материалы, ароматы, сахар, шелковые, бумажные и холщовые товары иностранных и российских фабрик, писчую бумагу, мягкую рухлядь, юфть, стальные, железные, медные изделия, домашний скарб и щепитильные товары. Наиболее упражняются в торговле бакинские, шемахинские и дербентские жители. Главный торг находится в руках персиян и армян, которые, приобыкши к азиатскому самовластию, терпением своим превозмогают все препятствия. Чрез сношение с горскими народами получают они шерстяные бурки, лезгинское сукно, бумажное полотно, коровье масло, мед, свежие и сушеные плоды, виноградное вино и другие съестные припасы. Сколь ни маловажна сия торговля, должно ее почитать за победу, одержанную армянами над нравственным состоянием жителей и над насильственным управлением сей страны. Сверх недостатка в правосудии и частого нарушения собственности, из коих тамошние владельцы выгадывают для себя новые отрасли доходов, не менее способствуют к притеснению торговли повсюду взымаемые внутренние пошлины с привозных и отпускных товаров из одного города в другой; и когда купец удовлетворил всем налогам, случается, что горцы, разбив караван, лишают его всего имущества, а нередко и сам хозяин остается вместе со своими товарами добычей разбойников. Для лучшего пояснения дагестанской и ширванской торговли здесь следует краткая роспись привоза и отпуска, бывшего в 1807 году при кизлярской и астраханской таможенных заставах, с показанием разности против 1806 года.

Кизлярская торговля 1807 года

Привоз товаров Рубли

Вина виноградного 5570

Пшена сарачинского 12 561

Орехов 19 330

Ягод и фруктов сухих 5122

Свежих 1926

Бобов 363

Меда 933

Масла коровьего 315

Икры и рыбы 800

Мягкой рухляди 1714

Шелка-сырца 78 788

Краски мариона 28 872

Воска 1371

Хлопчатой бумаги 895

Табака 834

Кож сырых 198

Нефти черной 1057

Бумажных товаров 9705

Шелковых 2224

Полушелковых 497

Шерстяных 7503

Платья шитого 189

Скота живого, ружей, пистолетов, кинжалов и других мелких товаров еще на несколько сот рублей.

Всего 181 564

В 1806 году в привозе было на 274 802

Разность 93 238

Кизлярская торговля 1807 года

Отпуск российских и иностранных товаров

Рубли

Водки французской 224

Сахара в головах 1010

Железа 2260

Холста 653

Кости рыбьей 1000

Мягкой рухляди 1034

Золота в иностранной монете 126 180

Красок 5881

Сукон 2310

Бархата 800

Товаров шелковых 2130

Бумажных 12 453

Серебра и золота сученого 1235

Сверх того меди, чугуна, проволоки, гвоздей, мыла, купороса, чаю и пряных кореньев еще тысячи на три рублей.

Всего 160 028

В 1806 году отпущено было по цене 319 564

Разность 159 536

Разность в привозе и отпуске товаров происходит по причине бывшей на сей границе в 1807 году заразительной болезни. Цены здесь показаны по тамошней оценке.

Астраханская торговля 1807 года

Привоз Рубли

Пшена сарачинского 21 533

Мягкой рухляди 18 189

Овчинок 14 112

Шелка-сырца 564 722

Хлопчатой бумаги 21 852

Марионы 49 946

Ладана 3402

Камыша персидского 3043

Орешков чернильных 16 552

Клея рыбьего 16 930

Бумаги пряденой 100 930

Товаров бумажных 180 258

Шелковых 5975

Шерстяных 701

Шалей 24 650

Воска, кож, нефти, табака, фруктов и прочего еще на несколько тысяч рублей.

Всего 1 073 390

А по продажным ценам в Астрахани 4 241 161

В 1807 году было в привозе 528 866

Разность 544 524

Астраханская торговля 1807 года

Отпуск российских и иностранных товаров Рубли

Муки ржаной 15 814

Пшеничной 7480

Железа 129 055

Меди 7965

Кож юфтей 6199

Мягкой рухляди 1506

Золота в червонцах 61 418

Серебра в ефимках 20 100

Олова 11 100

Сахара-леденца 2974

Головного 2500

Песочного 1042

Сандала 9055

Гвоздики 4443

Перца 547

Семя консенельного 117 637

Холста 557

Сукон 15 277

Товаров бумажных 17 950

Шелковых 18 297

Полушелковых 108

Изделий железных 2536

Медных 180

Чугунных 8396

Зеркал 1370

Ртути, купороса, писчей бумаги, мишуры, сученого серебра и золота, рыбьей кости, игл и проч. на несколько тысяч рублей.

Всего 476 212

В 1806 году было отпущено на 775 669

Разность 299 457

Товары, исключительно принадлежащие Дагестану и Ширвану, суть: нефть, мариона и рыбий клей. Шелк и хлопчатая бумага вывозятся в Астрахань в преимущественном количестве из Гиляна и Мазандерана. Сверх того в знатном числе идет хлопчатая бумага, бумажный товар и мягкая рухлядь из Хивы, Бухарин и с Турхменской земли чрез Мангишлак. Мазандеранская бумага, шелк рящинский и шемахинский почитаются за лучшие. Большая часть отпускных товаров из Астрахани идет в Баку, откуда отвозится далее в Ширван, Адербижан, Гилан и Мазандеран, наипаче в сии последние годы, во время коих неможно было посещать Зинзилийскую гавань, по причине военных действий с Персией. Итак, исключив из числа привозимых товаров примерно две трети, доставляемых из Гилана, Мазандерана и Мангишлака, останется для Дагестана и Ширвана около 350 тысяч рублей, к коим присовокупив кизлярский торг 181 тысячу рублей, отпуск из Баку нефти, соли и шафрана, вывозимых в Персию на 50 тысяч рублей, да сверх того произведения сальянской рыбной ловли на 200 тысяч рублей, весь отпуск из произведений сих провинций составит, по приблизительному счислению, сумму около 800 тысяч рублей, а привоз российских и иностранных товаров около 500 тысяч рублей. Один город Кизляр выпускает ежегодно спирта и шелка в Россию на таковую же и нередко превосходнейшую сумму. Сие служит доказательством, что плодородие земли не составляет народного богатства, когда правительство, последуя стеснительному духу монополии, имеет собственные виды, противоположные успехам торговой промышленности.

Науки

В Дербенте, в Шемахе и Баку есть школы, в коих преподают уроки арабского и персидского языка по правилам грамматики. Сим последним языком, называемым фарс, говорят только городские жители и грамотные чиновники; общенародный язык есть татарский, разделенный на многие диалекты. Чтение Алкорана и толкование оного вменяется сколько в обязанность ревностного мусульманина, столько же и в похвалу его учености; для забавы же читают известную баснословную повесть о персидском богатыре Рустоме, и тем ограничивается круг просвещения лучших людей в Дагестане и Ширване. Но если здешние жители мало имеют охоты к наукам и художествам, зато очень наклонные к астрологическим гаданиям, к толкованиям снов, к талисманам и другим суевериям. От болезни и от глазу носят на шее стихи, выписанные из Алкорана, и то же самое делают с любимыми своими лошадьми, у коих нередко виден на груди подобный талисман, в мешочке зашитый и висящий на шнурке, который обхватывает шею лошади. Имеют также примечание к счастливым и несчастливым дням во всех начинаниях, относя успех и неудачу к влиянию планет на дела человеческие. Науку врачебную и особу врачей отлично уважают, приписывая превосходство в сем деле искусству франков и европейцев. Знание собственных их врачей заключается в некоторых практических обхождениях с известными болезнями, каковые стараются наиболее прекращать наружными лекарствами; но искусно вырезают пули и заживляют всякие раны.

Летосчисление

У шиясов и суннитов летосчисление общее по магометанскому календарю, разделенное на 12 месяцев лунных. В первом месяце, мугареме, шиясы празднуют смерть своего святого Гуссейна, Алиева сына, убитого по повелению калифа Иецида, препровождая сей день в печали и предавая проклятию его убийц, по обычаю персиян. Посты Рамазан-Байрам и Курбан-Байрам отправляют обе секты в одно, равно как и новый год, который начинается 10 марта под именем Навруза. Празднование нового года продолжается пять дней, во время коих забавляются музыкой, гулянием, посещением друг друга, конским ристанием, причем, однако же, шиясы и сунны не смешиваются между собой.

Монеты

Каждый хан имеет право бить монету под своим штемпелем, но, по малому количеству оной, главное обращение торговых капиталов состояло всегда из российских и персидских денег и частью из голландских червонных. В Дербенте, в Шемахе и в Баку на ханских монетных дворах били одну только монету, называемую абаз, из переплавленного российского и персидского серебра, примешав туда несколько лигатуры; бакинские абазы почитаются за монету самой низкой пробы. Ходячая монета в Дагестане и Ширване есть следующая.

Золотая монета

Голландский червонец. Завозится из России и Турции; курс оного зависит от торговых обстоятельств и переменяется от 15 до 20 абазов.

Золотые персидские червонцы: мур-ашрефи, ашрефи, гуссейн, сулейман, сефи — весьма редко попадаются и не входят в обращение торговли.

Серебряные монеты

Томан. Древняя персидская монета, содержавшая в себе 10 гацарденаров, или около 10 российских рублей, которая ныне превратилась в умственный счет; собственно томан значит «десять тысяч». У татар не только войска, но и завоеванные земли делились на томаны, то есть на тысячные, десятитысячные полки и участки, отчего и в российской язык перешло название темник, тьма. В здешних провинциях, равно как и в Персии, счет ведут томанами и вместо тысяча рублей говорят сто томанов.

Российский рубль и прочая серебряная монета.

Сисиденер, или шис-шахи, называемый россиянами ханским рублем, персидская монета, которая также вышла из обращения, но употребляется в умственном счете и, смотря по курсу, содержит в себе от 30 до 3 копеек. Три ханских рубля составляют один российский рубль серебром.

Абаз. Именовательная цена сей монеты 20 копеек, но в рассуждении низкой пробы серебра, за серебряный рубль 83-й пробы дают от 6 до 8 абазов. Сия монета составляет главное обращение внутренней торговли. Между здешними абазами попадаются также персидские и грузинские абазы. Сии последние почитаются за лучшие.

Медная монета

Шахи, персидская монета, ценой между 5 и 6 копейками.

Сиденер содержит 30 денаров или 3 копейки.

Бисти, 20 денаров или 2 копейки.

Казбек, 5 денаров или половину копейки.

Притом ходят российские медные деньги и ассигнации с приплатой по курсу.

Мера

В Дагестане и Ширване употребляют персидскую меру, шахский аршин и маказарский аршин. Шахский аршин содержит в себе 30 парижских дюймов и 8 линий. Маказарский аршин совершенно равен русскому аршину. Персияне разделяют сию меру следующим образом: ширина 7 конских волос составляет 1 ячменное зерно; 7 ячменных зерен — 1 дюйм; 32 дюйма — 1 шахский аршин; 12 тысяч аршин делают 1 фарсанг. Но вместо фарсанга здешние жители употребляют более название агач, который равен фарсангу и содержит в себе час езды или, по примерному счислению, немного более 7 верст.

Вес

Тяжести и даже некоторые жидкие тела весят, считая по-персидски батманами, которые разнствуют между собой по городам и провинциям. В Ширване и Дагестане употребляют три батмана. Один весит 12,5 персидских фунта, равных 15 русским фунтам и 36 золотникам, и называется шахский батман; второй содержит 13,5 русских фунта; третий содержит более 19 фунтов. Сей последний употребляется в Дербенте; два таковых батмана составляют 1 пуд без фунта. В Шемахе и Баку более в употреблении шахский батман.

Персидский вес разделяется следующим образом: персидская панжа, или фунт, имеет в себе 100 шахских золотников, называемых мускал, которые составляют 130 русских золотников; 6 мускалов делают драгм; 16 2/з драгмы, или 120 мускалов, составляют вагия; 12 вагия делают батман, равно как и 200 драгм есть также батман; 6 дукманов составляют 1 мускал, 4 карата равны 1 дунку; 1 карат — 3 габби.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.