Кавказский деверь в моей постели

Глава 4

Его руки крепко держат меня, не давая отступить. Я толкаю его в грудь, сдавленно плача от дискомфорта и вспышек боли, но Арсен словно замер.

— Ты девственница? — выдыхает он, глядя вниз, туда, где его толстый член разрывает меня пополам.

— Отвали, урод! — всхлипываю, толкая его в грудь.

Арсен перехватывает мои руки и заводит их мне за голову. Он все еще внутри меня, но он не двигается, а только смотрит мне в глаза, и на его лице читаются совсем непонятные мне эмоции.

— Не дергайся! — рычит он, а потом начинает медленно выходить из меня, однако, оставляет внутри кончик, с громким стоном утыкаясь лицом в мою шею. — Просто, блядь, не двигайся, Зара!

Я снова всхлипываю, но уже без прежней боли, когда он внезапно запускает свободную руку мне между ног и обводит пальцем чувствительный клитор.

— Ч-что ты делаешь? — мотаю головой, потому что мое возбуждение угасло не полностью и это чувствуется слишком хорошо.

— Помогаю тебе взять меня. Я же сказал, что выебу тебя, — его голос низкий, будто рокочет в груди. — И я это сделаю.

Я вцепляюсь пальцами в его плечи, когда он снова и снова обводит кругами мой чувствительный узелочек, не в силах сдержать стоны, потому что он делает это слишком точно, именно так, как мне нужно. Его бедра тоже приходят в движение, Арсен вставляет мне поглубже, несильными, короткими толчками, пока я растягиваюсь и привыкаю к ощущению его большого толстого члена внутри себя, и с каждым новым толчком я принимаю его все лучше и легче, не веря, что он вообще смог так просто поместиться весь внутри меня, без острой боли, которая была в начале.

Смотри на меня, — требует Арсен, когда я закрываю глаза, хныча от удивительных ощущений, охватывающих мое тело. Он берет мой подбородок, заставляя поднять на него глаза. — Я хочу, чтобы ты видела, кто делает тебе ребенка. Не он. Я, Зара. Произнеси мое имя. Арсен! — стону я, уже ничего не соображая от нарастающего удовольствия.

Его палец потирает меня снова и снова, а член уже ходит во мне как поршень — жестко, глубоко, неумолимо, с пошлыми хлюпающими влажными шлепками от всех тех соков, которые вытекают из меня.

— Послушай только, как тебе хорошо, чертовка, — ухмыляется он, жестко вбиваясь в меня.

Еще вчера ты бы даже не подумала об этом, да? А сегодня твой муж сам подложил тебя под меня.

Он наклоняется ближе, губы почти касаются моих, но вместо поцелуя он шепчет:

— И я сделаю так, что ты забудешь его прикосновения. Если они вообще были.

Его ладонь скользит по моей попке, сильные пальцы жадно сминают мою плоть до синяков, мощные бедра работают, словно отбойный молоток. Я пытаюсь что-то сказать, но он перебивает:

— Замолчи. Сейчас мне не нужны твои слова. Мне нужно, чтобы ты запомнила каждую секунду.

Он притягивает меня к себе, и я ощущаю жар его тела, плотную, неумолимую силу. Запах теплой кожи, капли пота, стекающего по нашей коже, все смешивается, и сердце бьется так, что кажется — вот-вот остановится.

— Вот так, — удовлетворенно приговаривает Арсен, трахая меня еще жестче. — Теперь ты моя, Зара. На эту ночь. А может, и дольше.

Его слова впиваются в память, оставляя за собой такой же след, как и его руки на моей коже, когда меня охватывает оргазм, заставляя кричать в его плечо, пока он тоже с глухим рыком кончает, накачивая меня спермой и помечая мою шею укусом, от которого потом останется багровый синяк.