Книга надежды. Как освободиться от страха смерти

К моменту, когда спустя 20–30 минут после остановки сердца белый и красный свет встречаются, 33 разновидности гнева и 40 типов привязанности уже вернулись в пространство. Сейчас подходит черед раствориться семи эмоциям, берущим начало в глупости. Вслед за впечатлениями и переживаниями окончательно исчезают все идеи и всякое восприятие. Все темнеет и стихает. Наступает последнее мгновение в бардо умирания.

Временная диаграмма бардо смерти

Ясный свет Состояния истины

Теперь мгновенно вспыхивает ошеломляющее сияние природы ума. Вот решающий момент, сосредотачиваться на котором и идти к которому можно уже при жизни, если работать со своим умом. И когда все чувственные впечатления, ожидания и смешанные эмоции уплывают, остается одно — то, что воспринимает; то, что мы всегда искали. Оно ни в какое другое время не бывает настолько «самим собой». «Это несотворенное, естественное, безыскусное состояние ума, в котором нет ни возникновения, ни существования, ни ухода»^{30}. Практикующие буддисты стараются приблизиться к своей вневременной природе в каждой сессии медитативного погружения, но обычно остаются в ловушке меняющихся впечатлений. Лишь спустя многие годы практики можно наконец пережить состояние, которое в смерти мы получаем просто в подарок. Тот, кому удастся его выдержать и сохранить, продлевая во времени и пространстве, сам станет Буддой.

Исчезают все сковывающие и мешающие последствия прошлых действий, растворяется граница между воспринимающим и воспринимаемым, и мы переживаем свою вневременную сущность. Вне категорий сознательного и бессознательного, не связанный привычками, не отвлекаясь на тело, ум теперь покоится в своем бескрайнем свечении на уровне сердца.

Он пребывает во всеобъемлющем состоянии озарения, похожий на ребенка, распахнувшего дверь из темного коридора в залитый светом зал. Переживание, переживающее и то, что переживается, — свежи, едины и истинны в самих себе; все есть голое осознавание, без каких-либо вопросов. Прозрение, возникающее в это мгновение, напрямую соединяет воспринимающее, мир и восприятие в абсолютное «здесь и сейчас».

Тибетцы говорят о Чёньи бардо, что в переводе с санскрита означает «переживание Дхарматы». На Западе это называется «мгновенным постижением таковости», лучезарно-сознательным Ясным светом или «Состоянием истины». В момент смерти такой опыт именуется также «сыновним Ясным светом». Он поражает своей мощью и воспринимается как безграничное свечение. Все, что можно испытать или вообразить, неотъемлемо содержится в этом пространстве. Если наш «сыновний Ясный свет» сливается с «материнским Ясным светом» всепронизывающей мудрости пространства, мы узнаем все, получаем доступ к своему полному потенциалу и достигаем уровня Великой печати. Сын тут соответствует Ясному свету в фазе растворения медитаций Алмазного пути. Мать — безграничному и всеохватному Ясному свету, состоянию вневременной таковости, с которым умерший теперь встретился. Он узнает это сияние и спонтанно сливается с ним.

Отныне умерший — это все доброе, значимое и защищающее где бы то ни было. И с этой ступени, с уровня Будды, он уже не возвращается в мир автоматически, с распознаваемыми качествами и телом, которое другие могли бы воспринимать с помощью органов чувств.

Следуя собственным прошлым обещаниям и пожеланиям учеников, из этого высшего поля развития можно дать себе родиться в любом желаемом месте в качестве Бодхисаттвы, работать посредством нескольких тел одновременно и, самое важное, появляться везде, где у существ есть с тобой связь.

Что бы мы ни выбрали в момент Просветления: полностью и безгранично слиться с сознательным пространством или снова обрести воплощение, чтобы самому работать на благо существ, в обоих случаях мы не выпадем обратно в обусловленный мир. Однако скованность органами чувств неизбежно ведет к большой запутанности, которую мы несем через рождение, детство и юность — многие годы, до тех пор пока ум не достигнет знакомой ясности благодаря практике медитации. В Тибете разумное отношение к своей оболочке было метко названо «иллюзорным телом» (санскр . нирманакайя, тиб . тулку), поскольку человек не отождествляется со своей материальной формой, но располагает ею и хорошо осознает, что все явления подобны сну. Отныне и впредь своим примером он открывает сердца учеников, стремящихся к развитию.

С такой перспективой нет причин беспокоиться, что утратишь постижение истины, работая для блага всех в обусловленном мире. Если какие-то излучения ведут себя в нем странно, они лишь снижают (увы) свою способность в будущих перерождениях приносить пользу существам.

Итак, если мы смогли сознательно пребывать в Ясном свете, мы достигаем непоколебимого, безграничного уровня постижения. Это переживание единства всех явлений соответствует Состоянию истины (дхармакайя). Поэтому путь к нему называется пхова в Состояние истины (рисунок Осознанное умирание).

Мастера медитации используют момент смерти, чтобы привлечь внимание людей к возможностям ума. Искусно контролируя его, они пробуждают доверие. Я знаю три способа соединиться с Ясным светом Состояния истины в бардо таковости:

— просто выдохнуть сознание, и вневременное пространство снаружи и внутри встретятся, как показали своей смертью Дилго Кхьенце Ринпоче и Калу Ринпоче (см. главу «Искусство умирать »). Так же как содержимое кувшина Манибхадры, когда он разбился, стало единым со всем вокруг, во время смерти мы можем, сливаясь с миром, пережить основополагающую истину всей жизни: подобно пространству, суть ума не подвержена переменам и смерти^{31};

— оставить ум в сердце, как можно дольше сохраняя состояние таковости. Такой метод называется тудам . В этой ситуации тело продолжает быть теплым и постепенно уменьшается, пока ум не покинет его^{32}. Говорится, что длительность пребывания в этом состоянии зависит от пожеланий, сделанных при жизни. За это время ум проходит все необходимые стадии развития до Просветления;

— использовать специальную, очень сложную медитацию, которую можно практиковать только в полном одиночестве, и в ее ходе трансформировать вибрации плотного тела в энергию. По-тибетски это называется джалю, что означает «радужное тело». После этой практики находят только волосы, ногти и зубы покойного, которые — что едва ли удивительно — почитают как реликвии. За все свои годы в Гималаях я знал только одного человека, кому удалось это сделать: жившего в Румтеке серебряника Кармапы^{33}. К сожалению, в наше время в Тибете эта пхова высочайшего постижения вымирает, потому что ее результаты не слишком согласуются с диалектическим материализмом китайских коммунистов. Раньше они даже убивали семьи йогинов, осуществивших эту практику.

В зависимости от остроты ума и направленности накопленных кармических впечатлений, в конце каждой жизни Ясный свет Состояния истины преподносит умирающему подобный вспышке опыт Просветления, который нужно удержать. Чтобы это получилось, необходима подготовка, и лучший метод здесь — доверие к учению и практика фазы растворения в ежедневной медитации. Пребывать в голом осознавании воспринимающего и просто быть «самим восприятием», не взбудораженным эмоциями, ожиданиями или чувственными впечатлениями, — это первоклассная тренировка. Она поможет продлить до бесконечности Ясный свет, возникающий спустя 20–30 минут от последнего выдоха. Преданность и открытость Просветлению дают силу, и тот, кто может постоять за себя, поскольку при жизни его слова и мысли не расходились с делом, а любовь помогла обрести внеличностную зрелость, способен в бардо постичь истинную природу ума и навсегда остаться в Состоянии истины.

Но если человек в течение жизни медитировал мало или вполсилы и не чувствовал большого влечения к фазе слияния, то глубины накопленного им проникновения в суть не хватит для достижения Просветления в промежуточном состоянии. Ясный свет появляется в смерти даже у мельчайшей мухи, но способность переживать его и оставаться осознанным «здесь и сейчас» приходит лишь в результате ответственной честности, отважных устремлений, регулярной практики и пожеланий достичь Просветления в этой жизни для блага других. Те, кто тратил свои дни не слишком сознательно, после темноты воспринимают только ужасающую вспышку своей изначальной мудрости. Поэтому жизнь без убеждений и другие формы трусости являются фундаментальными преградами на пути к любому постижению, так же как привычка прятаться от неприятных фактов или оставлять проблемы потомству. Кровоточащее сердце, не желающее видеть, неосмотрительность и цепляние за очевидно устаревшие и вредные воззрения оставляют в уме трудные тенденции.

И если в смерти человек отпрянет от изначально просветленной безграничности пространства и его сияния, на него, как огромная волна, обрушится глубокое бессознательное состояние.

Светоформы Состояния радости

Если удержать Ясный свет не получилось, начинается бессознательный период, который длится около трех дней; многие тексты говорят о 72 и более часах. По моему опыту, образованные люди проводят в нем примерно 68 часов. Затем ум снова всплывает из глубокой комы, иногда резко, а иногда и постепенно, словно пробуждаясь от крепкого сна.

Умерший все еще в промежуточном состоянии абсолютной сущности, все еще без ощущения «я», и теперь получает второй шанс узнать свою природу на неличностном уровне, сливаясь со знакомыми формами Будд, и таким образом достичь Освобождения.

Без помех — идей о «я», влияний тела или его чувственных впечатлений — все происходит в наивысшем измерении чистой формы. Тогда все существа — Будды, как мы и представляли себе каждый раз после фазы слияния в медитации. Все звуки — мантры, а все мысли — самовозникающая непосредственная мудрость. Эта фаза обычно длится неделю — то есть с третьего по десятый день. И передает игривое Состояние радости ума (санскр. самбхогакайя, тиб. лонгку) между Состоянием истины (санскр. дхармакайя, тиб. чёку), упущенным во время умирания, и полным силы Состоянием излучения (санскр. нирманакайя, тиб . тулку), возникающим позже. Эти три внеличностных состояния являются формами выражения абсолютного Состояния сущности (санскр. свабхавикакайя, тиб. нговоньигику), так же как влажность воздуха, облака, дождь и снег есть формы воды.

В этой четвертой части бардо таковости ум покоится в своем богатстве чистых явлений. Человек воспринимает формы просветляющих Будд и их поля силы, но только в том случае, если в прошлых жизнях создал с ними связь, получая благословение и поучения, участвуя в медитациях с ведущим и передачах силы, и если старательно практиковал фазу построения в медитациях (в которой человек настраивается на энерго-световые формы Будд). Это как небо, залитое лучезарным светом. Одни видят в нем движущиеся огоньки или пятна света; другие — Будду или даже сотню Будд.

Приведенные здесь поучения Будда Шакьямуни адресовал своим ближайшим ученикам. В течение веков их сохраняли в Индии, часто устно, и точность передачи подтверждалась снова и снова состоянием медитативного погружения и памятью держателей линии преемственности. В Тибете это были просветленные мастера, такие как Гуру Ринпоче, Марпа и Кармапы.

Эти знания были принесены из Индии дважды. Благодаря Гуру Ринпоче старые тантры (то есть тайные поучения Будды, задействующие тело, речь и ум) достигли Тибета около 750 года в форме, содержащей много подробностей^{34}. Они включают в себя тексты о бардо, переведенные на многие языки и снабженные комментариями, и очень точно описывают индивидуальные впечатления и переживания в этом промежуточном состоянии, а также возможности, открывающиеся тем, кто получил от мастера особую буддийскую медитацию, называемую шитро^{35}. Благодаря силе, которую обретают в этой практике, подсознательное проступает в промежуточном состоянии абсолютной природы в виде 100 различных Будд: 42 мирных, проявляющихся из энергетического центра на уровне сердца, и возникающих из головного центра 58 надежных защитников.

Однако в новых тантрах, попавших в Тибет с Марпой и второй волной буддизма (около 1050 года), эти мирные и защищающие формы не описываются вовсе, потому что на самом деле удерживать такие образы в уме под силу только практикующим высокого уровня. Существует множество их изображений — на прекрасных тханках и в книгах многих моих учителей и коллег, так что я не буду здесь рассказывать об этом подробно.

Для большинства практикующих важнее медитировать в течение жизни на определенного Будду, повторять его мантру и наслаждаться фазой построения. В бардо таковости он сам по себе появится в уме. И его уже не придется представлять. Это непосредственное, сияющее переживание (Ясный свет Состояния радости). Если практикующий узнал его, он сливается с Буддой и так достигает Освобождения. Этот процесс называется «пхова в Состояние радости». В этом случае умершему не понадобится проходить бардо становления — он переживает плоды своей медитации.

Здесь наша Будда-природа проявляется без завес, во всем своем богатстве и без привязанности к воображаемому «я», радостно соединяя пространство и проявление на всех уровнях. Она свидетельствует о единстве воспринимающего, восприятия и воспринимаемого, блещет непрестанной новизной и оживляет благословение всеохватывающего внешнего и внутреннего ви́дения мира.

Люди, которые не слишком много тренировали ум и не успели развить осознавание, направленное «внутрь», даже не замечают эту вторую часть бардо таковости или видят его как мгновенные вспышки ярких цветов, слепящих огней, резких звуков и пугающих форм. Все такое сияющее и громкое, что, не выдерживая этой интенсивности, человек в страхе отворачивается от нее или очень скоро вновь теряет сознание.

42 мирных и 58 защищающих Будд в бардо таковости (тиб. шитро)