Глава 20. Четыре пути

I

Кэрри вернулась из Эриенбурга в восемь часов утра. Спать ей уже не хотелось; над хижиной ярко светило солнце, и, бросив сумку на пол у дверей, она взяла вёдра и пошла к роднику за водой. Вода была прозрачной и чистой; Кэрри набрала два полных ведра, но расплескала часть по дороге. Холодные капли падали на траву и, как роса, ложились на жёлтые, пахнущие мёдом цветы…

Кэрри поставила одно ведро и свободной рукой распахнула дверь в комнатку, где сидел Хантер.

– Кэрри?! – удивился он. – Ты уже вернулась? Так скоро? Расскажи мне, как всё прошло.

Они обменялись новостями. Кэрри подробно и обстоятельно описала ему ночной полёт, умолчав, однако, о своих первых неудачах.

Хантер слушал её, не перебивая; время от времени он заглядывал в толстую книгу, лежавшую на столе, и делал какие-то заметки на пожелтевшем листке бумаги.

– Дейрон сказал мне, что Элли была повешена, но её труп перенесли в пещеру и оживили с помощью чёрной магии, – неожиданно сказала она.

Оставив работу, Хантер, поднялся со скамейки и как ни в чём не бывало стал смотреть в их крошечное окошко.

– Дейрон говорит, что ты тоже был там. Он сказал, что это ты помог ему… сделать основную часть работы. Это правда?

– Ты веришь ему? – Хантер невозмутимо смотрел на Кэрри, как будто речь шла о самых обычных вещах.

– Но Элли сказала, что в одну из ночей, когда она была в городской тюрьме, разразилась страшная гроза; в тюрьму ударила молния, и она сгорела. Элли говорит, что ей удалось спастись.

– И что же?..

– Ничего. Я только хотела спросить: правда то, что говорит Дейрон?

– А ты как думаешь?

– Не знаю, что и думать. Так ты ответишь мне…

– Успокойся и не горячись, Кэрри. Садись и выслушай меня. Ты, может быть, этого и не знаешь, но когда я был молодым, как ты, в орден Вечного Мрака меня привела страсть к науке. Мои родители были бедны, а это было единственное место, где я мог учиться. Моим учителем был старик Эрлонд, умерший больше тридцати лет назад. И он любил повторять, что в жизни перед каждым учёным лежит четыре пути. Предположим, что ты стоишь на пороге открытия, которое кажется настолько невероятным, что поверить в него было бы почти безумием. И ты стоишь перед выбором. Первый путь – верить в то, о чём ты мечтал; этот путь ведёт в никуда, потому что твоя вера затмит перед тобой истину. Второй путь – отрицание всего, что хоть как-то выходит за рамки обычного; это удел нищих и глупцов. Но есть третий путь: если ты НЕ знаешь чего-либо – признай это, ибо настоящий учёный всегда знает, где он должен остановиться. Есть вещи, которые опасно и не нужно знать. Не пытайся объяснить всё на свете, Кэрри. Эта попытка заранее обречена на провал.

– Но ты говорил, что есть ЧЕТЫРЕ пути, – сказала Кэрри, внимательно выслушавшая эту запутанную тираду. – Какой же четвёртый?

– Предположим, перед тобой на одной чаше весов лежат факты, которые говорят за твоё предположение, а на другой – те, которые против. Сейчас весы находятся в равновесии. Но попытайся найти что-то новое – и какая-нибудь из них наверняка перевесит.

– Другими словами…

– У тебя недостаточно знаний. Попытайся узнать больше, Кэрри, и ты увидишь, что будет.

– И всё-таки мне хотелось бы услышать правду от тебя, – не сдавалась Кэрри. – Когда я задаю простой вопрос, я хочу получить и простой ответ на него. Только одно слово, а не туманные рассуждения на полчаса. Скажи мне только: да или нет?

Хантер со вздохом поднялся с деревянной скамейки.

– Мне жаль, Кэрри, но это не моя тайна. Всё, что ты хочешь знать, ты должна узнать сама…


II

На следующий день Кэрри отправилась повидать Элли, а точнее, рассказать ей о своих похождениях и спросить, что она думает о реальности полётов в ночи. Нечего было и пытаться говорить о своих сомнениях с Хантером. Всё написанное в книгах было для него непреложной истиной. Он, скорее всего, согласился бы с Дейроном: чёрная магия – великая сила.

Как и в прошлый раз, Элли, казалось, была рада видеть её.

– Как ты выросла, повзрослела, – сказала она. – В прошлый раз я была так удивлена, что даже этого не заметила.

– Ты не можешь представить, Элли, что я делала и где была, – одним духом выпалила Кэрри. – Ты бы поверила, если бы я сказала, что мы, включая твоего мужа Алана и даже его мать, превратились в стаю летучих мышей и целую ночь носились по окрестностям?

– Да, поверить трудновато, – согласилась Элли.- Впрочем, я уже знаю кое-что от Алана. И у меня есть теория.

– Какая?

– Дейрон просто морочит людям головы.

– Ты это уже говорила, – сказала Кэрри. – Но, честное слово, я видела, что превратилась в летучую мышь. Это выглядело абсолютно реально. Я помню, как сидела на руке у Дейрона, зацепившись за его одежду. Все рассматривали меня, а некоторые даже пытались дотронуться руками. И я укусила Дейрона за палец… – Кэрри слегка улыбнулась, вспоминая, как тот в испуге отдёрнул руку.

– Ты права, – согласилась Элли. – Ты действительно ВИДЕЛА всё своими глазами. Но то, что ты видела, ещё не говорит о том, что это было на самом деле. Как ты думаешь, почему это заклинание произносят только в безлюдном месте?

– Ну, я не знаю…

– Потому что на самом деле никто из вас не превращался и не летал.

– То есть как?..

– Мазь, которую изготовил Дейрон, особым образом действует на разум и чувства. Всё, что ты видела, – плод твоего воображения.

– Честное слово, на этот раз ты ошибаешься, – сказала Кэрри. – Это никак не могло быть плодом моего воображения. Мы побывали в пещере у Серых скал и видели старика, который когда-то давно предсказал, что монастырь святой Анны будет разрушен. Не представляю, как он живёт там совершенно один.

– А, Гобарра, – протянула Элли. – В этой бухте у Серых скал, что рядом с его пещерой, постоянно останавливаются контрабандисты и пираты. Гобарра ведёт с ними торговлю. Этим и живёт.

– Ты-то откуда знаешь? – удивилась Кэрри.

– Я уже давно живу в городе.

– Разве он не слепой?

– Не знаю. Возможно, ему просто выгодно притворяться слепым.

– Ты веришь, что ему по меньшей мере триста лет?

– Долгожители встречаются и среди обычных людей, – ответила Элли. – Но я не думаю, что он – тот самый Гобарра, которому принадлежит пророчество. Это вполне может быть его ученик, принявший после смерти учителя его имя. У колдунов так бывает. Или, может быть, его сын.

– Этот старик передал нам старинные книги, и я привезла их домой. Вернее, не все, а только некоторые из них. Остальные взял Дейрон. Их было так много, что я бы не унесла их одна. Они и сейчас лежат в доме у Хантера. Всё было совершенно реально, уверяю тебя.

– Наверное, вы шли пешком, а вам казалось, что вы летите, – предположила Элли. – Как бы там ни было, я никогда не поверю, что такое возможно.

Элли полностью развенчала все теории Дейрона. Оставалось совсем немногое.

– А Риола? Собака-призрак?.. Хантер посылает её к каждому из нас, когда наступает время созывать Большое собрание у Чёрного озера. Я столько раз видела, как он вызывает её с помощью Чёрной книги. Она появляется словно из пустоты и опять растворяется в воздухе.

– Ты знаешь, Риола может явиться только к тому, кто сам этого хочет… или хотя бы не возражает против такого колдовства. Ты не можешь показать её, к примеру, своим врагам. Это кое-что объясняет… На самом деле ты не видишь её. Тебе только кажется. С помощью звуков Хантер воссоздаёт изображение, которое перемещается в воздухе… Я не знаю, как он это делает, но думаю, это смог бы каждый, кто знает секрет.

– Но ты же помнишь, как мы вызывали огонь и дождь, когда я была ребёнком! – воскликнула Кэрри. – Тогда ты верила. Помнишь, как мы с тобой сожгли тот сарай?

– Это совсем другое, – сказала Элли. – Огонь и вода – совсем не то, что плотная материя. Подобное вызывается подобным. Мы подбрасывали вверх капли воды, – и это вызывало дождь; представляли огонь в жаркий солнечный день – сухое дерево начинало дымиться и загоралось… В этом нет ничего сверхъестественного. Это совсем не то, что превратить в летучую мышь тебя или меня.

– Ну хорошо, Элли, а как же ты? Разве ты не воскресла из мёртвых? – возразила Кэрри. – Дейрон рассказал мне всё.

Элли нервно засмеялась, но смех оборвался; её лицо сразу сделалось злым.

– Не говори мне об этом. Слышишь? Я больше не хочу вспоминать…


III

Кэрри возвращалась домой, и её путь снова лежал мимо городской тюрьмы. Здание стояло на старом месте; очевидно, оно никогда не было разрушено, но ей захотелось убедиться в этом ещё раз. Она ждала долго, но, как назло, прохожих не было; наконец из-за поворота показался ремесленник, видимо, спешивший на работу.

– Простите, вы не скажете, в этой тюрьме не было пожара? – спросила Кэрри.

– Что?.. – прохожий обернулся и посмотрел на неё, как на безумную.

– Здесь не было пожара? – повторила Кэрри свой вопрос.

– Нет.

– И это здание всегда стояло здесь?

– Да.

Её собеседник был немногословен.

– А как давно вы живёте в городе?

– Уже три месяца, как приехал сюда на работу.

– Тогда понятно… – еле слышно пробормотала Кэрри. – Спасибо, вы мне очень помогли.

– Вот чудная, – сказал ремесленник и скрылся за поворотом…

Кэрри решила спросить ещё кого-нибудь. Вслед за ремесленником по дороге шла древняя старуха, седая и сгорбленная; девушка окликнула её и повторила тот же вопрос.

– Пожар?.. – прошамкала она своим беззубым ртом. – На моей памяти здесь было два пожара. Первый раз тюрьма горела шестьдесят лет назад; я была ещё молодой девушкой, но помню всё так, как будто это было вчера. Второй пожар… – она задумалась, припоминая, – с тех пор прошло, должно быть, лет пять или десять. Я не могла бы сказать точнее… Пожар разрушил тюрьму до самого основания. Её отстроили снова всего несколько лет назад.

– Как это случилось?

– Была страшная гроза… Молния ударила в здание, и оно загорелось. Деревянные балки сгорели дотла; здание обрушилось. Подвал, где сидела ведьма, весь завалило камнями.

– Ведьма? – переспросила Кэрри. – Там сидела ведьма?

– Да, ведьма, приговорённая к смерти. Кажется, потом её помиловали; остаток жизни она должна была провести в этой тюрьме.

– Кто-нибудь спасся?

– Всё сгорело дотла. В ту ночь тюрьму охраняли пять стражников; от них не осталось ни следа.

– А ведьма?.. Её нашли?

– Ты хочешь сказать, её тело? Нет, говорят же тебе, всё сгорело дотла. Свершилось правосудие Божие…- старуха набожно подняла глаза к небу и перекрестилась.

– Спасибо, – сказала Кэрри. – Мне пора идти.


IV

– Сегодня утром я снова была в Эриенбурге, – заявила Кэрри, едва появившись на пороге хижины.

Хантер, занятый обыденными делами, поднял голову и удивлённо взглянул на девушку.

– Да?.. И что ты там делала?

– Я выбрала четвёртый путь.

– Что? – не понял Хантер.

– Ты забыл, что говорил мне вчера? Перед каждым учёным лежит четыре пути. – Кэрри остановилась у дверей и выжидательно смотрела на него.

– Я слушаю тебя. Продолжай. И какая же чаша перевесила?..

– Там всё-таки был пожар. Но тюрьму отстроили снова. Похоже, что Элли всё-таки была права.

– Кажется, я воспитал достойную ученицу, Кэрри. Ты выдержала первое испытание.

– Купила корзину и свечи? – насмешливо спросила она.

– Нет, дело было не в этом. Ты приняла правильное решение. Легковерный человек сразу решил бы, что Элли мертва; упрямый и глупый сказал бы, что всё это – детские сказки, но ты, Кэрри, доказала, что ты не такая. Ты СОМНЕВАЛАСЬ и искала новые факты. Ты сама выбрала четвёртый путь. Я только чуть-чуть подсказал тебе это… Мы с Дейроном придумали это испытание специально для тебя. Я верил, что ты окажешься достойной. Сегодня вечером мы ждём тебя на собрании в Эриенбурге. Ещё немного – и ты сможешь с гордостью носить пентаграмму на своей мантии.

– А я и не догадывалась, что вы с Дейроном нарочно сговорились, чтобы морочить мне голову, – сказала Кэрри. – Обидно, что это было всего лишь первое испытание. Но всё же я рада была увидеть Элли, я рада, что она жива и счастлива в Эриенбурге.


Первое испытание повлияло на Кэрри весьма неожиданным образом. Поздно вечером, когда Хантер погасил огонь, и они отправились спать, Кэрри спросила:

– Как ты думаешь, я смогу когда-нибудь тоже уйти из ордена?..

Загрузка...