Котяра

27

Ника

- Ты правда хочешь? - хрипит Костя.

Он тяжело дышит, глаза как будто заволокло пеленой. А его руки сжимают мою талию так сильно, что мне даже немного больно.

Я молча бьюсь с пряжкой его ремня. Как она там расстегивается? Я не понимаю. Кажется, что-то заклинило.

Я слышу несколько шумных вдохов и выдохов. Костя дышит, как бык на корриде. Я надеюсь, что он мне поможет разобраться со своим ремнем. Но он берет меня за подбородок. Заглядывает в глаза.

- Ты не хочешь, - произносит он.

- Откуда ты знаешь?

- Ты не в себе.

Может, он и прав. Я, действительно, чувствую себя очень странно. То есть, я как будто не чувствую ничего, но в то же время хочу творить всякую дичь.

- А тебе не все равно? - раздраженно бурчу я.

- Мне не все равно.

- То есть, я предлагаю тебе сделать… А ты отказываешься?

Я поднимаю глаза. Вижу его стиснутые зубы. Налитые кровью глаза. Его руки все еще сжимают меня нереально крепко. И он произносит с видимым усилием:

- Ника, не надо.

- Думаешь, я не смогу?

- Думаю, это будет охренительно.

- Будет?

Значит, все же… Мне становится страшно.

- Но не сегодня, - договаривает Костя.

Уф.

- Уверен, что у тебя будет второй шанс?

- Никуда ты от меня не денешься, - произносит этот самоуверенный Котяра.

Усаживает меня к себе на колени. И обнимает.

Это так хорошо… Так нежно… Так заботливо… Что я неожиданно всхлипываю. Шмыгаю носом. Еще раз и еще.

- Поплачь, поплачь, - Костя гладит меня по спине.

- Я не плачу!

- Конечно, нет.

Да, я реву. Ничего не могу с этим поделать. Меня трясет, из глаз льются слезы, в голове полный сумбур…

Валера - мудак. Костя… вообще теперь непонятно, какой.

А я… я слишком правильная. Слишком старомодная и закомплексованная. Я могу быть только удобной женой, которую не стыдно показать маме. Я не умею быть королевой в гостиной и шлюхой в постели.

И да, я, конечно, понятия не имею, как делать этот самый глубокий горловой. Если бы Костя меня не остановил, я бы просто опозорилась…

Я неудачница! Я совершенно несексуальна. Меня не хотят “нормальные пацаны”, я нравлюсь только всяким уродам типа Валеры.

А Костя… он относится ко мне просто по-дружески. И да, он очень хороший друг. Он не воспользовался ситуацией. Ни на свадьбе, когда я была пьяной и со мной можно было делать все, что угодно. Ни сейчас, когда я сама предложила…

Как мне это вообще пришло в голову? Вот стыдоба-то! Костя прав - я в состоянии аффекта. В шоке после всего, что узнала и увидела.

Но, кажется, я прихожу в себя. Вдыхаю прохладный лесной воздух. Смотрю на гладкую воду реки, возле которой мы остановились. Уже совсем стемнело. Пора домой. К нормальной жизни. К нормальной себе.

У меня завтра уроки. Все будет, как обычно. И это очень хорошо…

28

Костя

Вот эта рыжая герла ничего такая. Талия, сиськи. Задница тоже имеется. Смотрит призывно, улыбается. И я улыбаюсь ей в ответ.

Но - прохожу мимо. Потому что я, блин, гребаный женатик!

Кольца на пальце нет, но есть штамп в паспорте. И ощущение легкой паники. Не такой, конечно, какая накрыла меня после разговора с Варламом, когда я заблудился в двух стенах коридора и не мог найти лифт. Но, блин, все равно стремно.

О, еще две красотки. Одна блондинка, вторая брюнетка. Мое любимое сочетание! И я бы легко уломал их на тройничок. По крайней мере, мог бы попытаться. Мог бы! Но не могу. Во всяком случае, прямо сейчас.

Конечно, я легко могу развестись. Или просто аннулировать брак. И Варлам дал понять, что настаивать ни на чем не будет. Мол, сам думай, сам решай… Только с Валерчиком разберись.

Ну я и разобрался. И даже награду чуть не получил от Ники. Фигли я ее остановил? Какого хера лишил себя кайфа? Сам не знаю. Какое-то джентльменство сыграло.

Хотя правильно сделал, конечно. Она потом полчаса рыдала. И было бы странновато, если бы она начала рыдать прямо над моим членом. Я же видел, что у нее глаза на мокром месте. И чувствовал, что ей плохо

В такой ситуациии пихать ей в рот - это как обидеть котенка. Я озабоченный маньяк, но не изверг же.

Вчера отвез Нику домой. И на прощанье она сказала мне:

- Спасибо, Костя.

- За что? - поинтересовался я.

Честно говоря, поначалу я опасался, что она меня возненавидит как гонца, принесшего дурные вести. А она выдала:

- За поддержку. За заботу. За все. Ты настоящий друг.

Что, мля? Друг? Я тебе муж, вообще-то!

Ника - моя жена. Охренеть. Строгая училка со скалкой, в бабушкиных панталонах. Если бы я когда-нибудь решил представить себя женатым, то никогда бы не подумал, что женюсь на такой.

Мля. Я - женатый человек! Никак в голове не укладывается. По идее, я должен быть сейчас дома, с женой. Вообще не представляю, как это.

Я не собирался жениться. Вообще. Никогда. Ну, может, ближе к старости. когда хер совсем стоять перестанет. Ну, по моим меркам. То есть, по меркам обычных людей, когда стояка будет хватать ровно на одну женщину. И не будет хотеться трахать все, что движется.

Но до этого еще далеко! Как показал сегодняшний променад по вечернему городу, я все такая же озабоченная скотина. На самом деле, даже более озабоченная, чем обычно. Тот факт, что мне все это нельзя, делает всех этих телок в сто раз более притягательными… Запретный плод, мля.

А ведь у меня был какой-то депрессняк, вспоминаю я. Мне было скучно, ничего не хотелось. Даже секса. Я месяц не трахался! Чуть свою репутацию мартовского котяры не растерял.

Вот, оказывается, как надо лечиться от хандры. Надо просто жениться!

Но, мля… Я не хочу быть женатым! Да и Ника, сто пудов, не захочет быть моей женой. Да она вообще охренеет, когда обо всем этом узнает.

Сейчас, немного отойдет от шока с Валерчиком, и я ей скажу.

Я уже дома. Мечусь по квартире, как тигр по клетке. Замуровали… Женили… Эти три беременяшки вообще берега потеряли! Надо их проучить. Но как проучишь беременных женщин?

Звонок в дверь. Я иду к трубке домофона. Радуясь, что хоть как-то отвлекусь от панически-тревожных мыслей.

- Костя, это я.

Охренеть. Отвлекся, блин. Жена пожаловала. Нашла меня…

Узнала? И что теперь будет? Разрыдается или взбесится?

- Заходи, - говорю я.

Нажимаю кнопку домофона, распахиваю дверь. Жду ее. Сбежать? Нет, сбежать не хочется. Особенно, когда я вижу Нику.

Вот это точно - охренеть. На ней короткая юбочка, свободный свитерок, сползший с одного плеча. Ботинки, подчеркивающие стройные лодыжки и - красная помада.

В вырезе свитера видна лямка лифчика. Вернее, две тонкие переплетенные лямочки. По которым сразу понятно, что бельишко там - огонь. Вероятно, и верх, и низ из кружева и тесемок. .

Так, а где бабкины панталоны? И где вся эта учительская скучная строгость?

- Привет! - выдыхает моя внезапно сексуальная женушка.

- Проходи. Кофе будешь?

- Лучше вино.

- Вино? Ты же не пьешь.

- А сегодня я бы выпила бокальчик.

- В честь чего?

Я жду, что она скажет что-нибудь по поводу обнаруженного штапма в паспорте. А она выдает:

- Для смелости.

- И для чего же тебе нужна смелость?

- Вино есть? - нетерпеливо топает ножкой она. - Наливай.

Та-ак… Ладно. Наливаю. С некоторой опаской смотрю на Нику.

Она берет в руку бокал. Выпивает залпом. И выдает:

- Я хочу, чтобы ты научил меня быть шлюхой в постели.