Красный Дьявол на дороге

21. На Дальнем Севере

Пробуждение было мерзким и неприятным.

Так, наверное, просыпается человек, который вот уже много лет встает рано утром на ненавистную работу, видит рядом с собой в постели ненавистное лицо так называемой супруги, и не может отделаться от ненавистного чувства, что сегодняшний день ничем не будет отличаться от вчерашнего.

У меня не было ни работы, ни жены. Зато была дикая головная боль, и абсолютная сухость во рту. А еще я не мог пошевелиться, потому что мои руки были стянуты за спиной веревкой, а правая нога была привязана к чему-то неподвижному, как скала. Не открывая глаз, я попытался издать страдальческий стон, но вместо этого вышло какое-то бессвязное мычание. Очевидно потому, что мой рот самым грубым образом был заткнут носовым платком.

- Э-э-э, ара, проснулся, да, - констатировал чей-то голос, ворвавшийся в мое похмельное сознание с грохотом двух мчавшихся навстречу друг другу паровозов. – Как самочувствие, братишка?

Не открывая глаз, я покрутил головой. Открывать глаза пока не было желания – при таком раскладе не ожидалось увидеть райские кущи.

- Рашид! Рашид, проснулись, кажется. Точно говорю, шевелиться начали.

Я вздохнул, и рискнул открыть левый глаз. В поле зрения сразу появилось заросшее черной бородой лицо кавказца, внимательно смотревшего на меня. Увидев, что я открыл глаз, он искренне обрадовался:

- Точно, проснулся. Нормально, брат, нормально, жить будешь, отвечаю. Хотя и не знаю, как долго, гэ-гэ! Щас Рашид придет, все порешает.

Я дернул ногой, и моя голова чуть не разлетелась на куски от оглушительного металлического звона. Оказывается, моя нога была тонкой длинной цепью привязана к батарее. Руками я попытался упереться в пол, чтобы подняться, но вспомнил, что руки связаны за спиной. Превозмогая дикую боль в черепушке, извиваясь, как червяк, я кое-как поднялся без помощи рук, и сел, неуклюже привалившись спиной к той самой батарее. Мысли формировались с трудом, сознание туго соображало, но вопросы, однако, посыпались горохом.

Где я? Что случилось? Куда делся ресторан, и где остальные? Едва я вспомнил об остальных, как мой затуманенный взгляд уперся в блестящие черные волосы Регины. А, да вот же, остальные – лежат на спине в рядочек, друг рядом с дружкой, прямо-таки счастливое семейство, брюнетка посередине, Даня слева, Борис справа. Кавказец сидит на стуле, и пялится в телефон, комната крошечная, одна дверь в полутемный коридор, еще одна – в другую комнату, где виднеется кусочек кровати и шкафа. Батарея рядом с балконной дверью, за стеклом балкона – что-то белое, ослепительно белое, не пойму, что это.

В коридоре хлопнуло, загомонили голоса, и в комнату вошел Рашид собственной персоной. За ним еще двое кавказцев – те самые, гонщики из команды. Главный окинул нам всех четверых взглядом сверху вниз, и сурово спросил:

- Один проснулся, а остальные нет?

- Так это… - карауливший нас гонщик торопливо вскочил с табурета, уронив при этом телефон. – Один шевелиться начал, я думал – остальные тоже проснулись…

- Мага, буди их. Поговорить надо.

- Э, женщина, э, братья, просыпайтесь, - Мага осторожно похлопал Даню и Бориса по щекам, дунул Регине в лицо, и озадаченно пожал плечами. – Рашид, они просыпаться не хотят.

- Водой их полей, - посоветовал гонщик. – И давай быстрее, у нас мало времени.

Мага метнулся на кухню, притащил чайник с водой, плеснул себе на ладонь, а потом на лицо Борису. Тот застонал, и слегка пошевелился, при этом толкнул ногой Регину, которая открыла глаза, и приподнялась, при этом зацепив рукой сломанную руку Даниила, который зарычал от боли.

- Ну вот и проснулись, - констатировал Мага. – Сразу все трое.

- Я же говорил, - криво ухмыльнулся карауливший нас кавказец – мобильник за его спиной между тем внезапно выдал волну русского репа, сдобренного отборнейшими бессмысленными матюгами.

- Выключи это, - поморщился Рашид. – Красный Дьявол, ты как?

- М-м-м-м!

- Саша? – Регина прищурилась. – Что происходит? Мы где вообще?

- Саня, ты в порядке? – пробормотал Даниил. – Саня ты в порядке, ты скажи нам, ты в порядке, Саня….

Блин, ненавижу эту песню, о чем и сообщил очередным недовольным мычанием.

- В порядке, в порядке, - ответил вместо меня Рашид. – Итак, товарищи гонщики, вам, наверное, интересно будет знать, почемуи зачем вы тут оказались.

- Да уж, будь так добр, растолкуй, - Борис прижал ладони к вискам. – Хотя, мы и так знаем. Тебя наняли представители олигархической общины…

- Чтобы похитить и выдать им Красного Дьявола, - продолжил Даниил.

- А заодно выбить нашу команду из Чемпионата, в наказание за то, что мы ему помогали, - закончила Регина. – Только как мы тут оказались? Мы же были… Ой-ё-ё-ё-ёй!

- К чести вашего отца, он сказал, что если хоть волос упадет с вашей головы – мы все станем инвалидами до конца дней, - негромко сообщил Рашид. – Что ж, видимо, по-другому решить эту проблему он никак не мог. Снотворное в бухло, которое вы начали хлестать, как ненормальные, потом вас аккуратно вынесли, и передали нам. Вот и вся история.

- Ну, папа… - прошептала гонщица. – Я тебе это припомню! Один раз всего попросила о помощи, а он…

- Ребят, может, вы ее тогда не будете трогать? – предложил Борис. – И нас заодно.

- Нам нужен только Красный Дьявол, - спокойно ответил кавказец. – Остальных мы подержим тут, пока не окончится Чемпионат. Потом Регину отвезут домой к отцу, а вы двое катитесь, куда глаза глядят. Машины ваши вернут, не переживайте, даже подремонтируют слегка. В благодарность за то, что своим участием в команде помогли нам найти того, кого мы искали.

- Знаешь, что я скажу? – оскалился Даниил. – Ты – не гонщик, и ты даже не говно, и не мудак, ты намного, намного хуже!

- Э-э-э-э! – вскинулся Мага, горячая кровь, но Рашид, уже зная, что будет дальше, удержал его на месте движением руки.

- Я и не гонщик, - спокойно ответил кавказец. – Гонки – так, прикрытие, а на самом деле я наемник, охотник за головами. Мне заплатили за Красного Дьявола – я его нашел. Просто бизнес, ничего личного.

- Сазоновой на руку дали, да? – язвительно спросила Регина. – Как бы еще она вас на Чемпионат пустила!

- С Сазоновой другие люди договаривались. Ясень ей лично звонил. Да у нее и выбора не было – знали уже, что она мужа кинуть собирается, и с тем Гришей шашни крутит. Пусть бы только пикнула.

- Ладно, братва, - сказал Борис голосом человека, внезапно решившегося на подвиг. – Мы на Чемпионате заработаем пять миллионов, если победим – эти пять мы отдадим вам, а вы нас отпустите. Идет?

- Боря, заткнись, а? – посоветовала Регина. – Во-первых, это дебильное предложение, которое они не примут, а во-вторых – не умеешь договариваться, так не лезь.

- Девушка права, - согласился Рашид. – Короче, сегодня вечером или завтра утром прилетит Ясень, и с ним все решите, если хотите. Пока мы ему отзвонились, что вы в надежном месте, будем ждать, он человек занятой, понимать надо.

- Нас будут искать, - неуверенно пообещал Даниил. – То, что вся гоночная команда внезапно исчезла с Чемпионата, породит кучу слухов. Тем более, у нас там остались друзья, которые…

- Ну, и пусть ищут, - Рашид в три шага пересек комнату, и раздернул шторы. – Сами посмотрите.

- Мама дорогая! – вырвалось у Регины – поднявшись с пола, брюнетка явно офигела от увиденного.

За окном была зима. Снег покрывал крыши домов и лежал на тротуаре, по которому шли люди в куртках и шапках. Ветер лениво трепал обледенелые, голые ветки деревьев.

- Городок Северный, - пояснил кавказец. – Самая настоящая жопа страны, здесь десять месяцев из двенадцати зимний климат, и никто сюда не ездит по своему желанию. Здесь вас никто искать не додумается ни в жизнь.

Он взглянул на наручные часы.

- Короче, приходите в себя. Газ, свет и горячая вода тут есть, жратва в холодильнике. А мы поедем, у нас дела. Надумаете сбежать – помните, что выехать отсюда можно только через местный железнодорожный вокзал, а он закрыт, снегом пути замело, до сих пор чистят. Оставлю вам Ису за компанию, чтобы не скучали.

Последнюю фразу он сказал на своем, чеченском языке, и все трое гонщиков… то есть, наемников, потянулись за ним в прихожую. Несколько секунд оттуда раздавались голоса – причем один из них рьяно возмущался, а остальные его осаживали, но стоило Рашиду бросить несколько слов, и спор затих. Хлопнули двери, и тот кавказец, что караулил нас в момент нашего пробуждения, с раздраженным лицом вернулся в комнату, ожесточенно бормоча под нос ругательства на кавказском языке. Видимо, это и был тот самый Иса, которому сильно не понравилось, что его оставляют тюремщиком, в то время как остальные едут решать серьезные дела. Внизу зарычал знакомый движок «Скайлайна» и еще какой-то машины, и оба мотора начали удаляться в неопределенном направлении.

Между тем Борис развязал мне руки, и я наконец-то смог вытащить изо рта ненавистный платок. Моя нога по-прежнему была прикована к батарее, и единственное, что я мог сделать – это встать, при этом чуть не свалившись на пол от сильного головокружения.

- Кофе, - удалось мне прохрипеть, с трудом выталкивая слова из пересохшего горла.

Серьезная до невозможности Регина направилась на кухню, и Иса сразу встрепенулся.

- Э, ара, куда, эй?

- Слушай, может, ты нашего друга освободишь? – попросил Даниил, дергая цепь, которой наша нога была прикована к батарее. – А то его сейчас стошнит прямо на пол, а тебе потом убирать.

- Ведро принеси, пусть туда тошнит, - оскалился кавказец. – И ни шагу в сторону входной двери, поняли, да? Если что – он поднял полу куртки, показывая рукоять засунутого за пояс пистолета – это травмат, калечит не сильно, но больно. Слышь, ты! – это уже в сторону Бориса, который подошел к окну – подальше от окон, понял, да?

Тоже мне, тюремщик. Пожав плечами, Борис сел на обшарпанный диван в углу комнаты, а Даниил присел в ободранное кресло. Вернулась Регина с чайником в одной руке и несколькими чашками, ручки которых она зацепила пальцами, во второй. Поставив чашки на стол, она наполнила их ароматной черной жидкостью, и раздала все присутствующим. Едва я сделал глоток, как в моей голове сразу начало проясняться.

Делать ноги надо, срочно! Если я правильно понял, то с того момента, как сюда прибудет загадочный Ясень, мне останется жить совсем недолго. Да и Рашид может вернуться в любую минуту. Но как сбежать из города, о котором никто не знает? Я попытался подмигнуть Борису или Даниилу, чтобы намекнуть им, что неплохо было бы навалиться толпой на Ису, пока он один, но гонщики не смотрели в мою сторону. Регина тоже ни разу не удостоила меня взглядом – стояла у окна, прихлебывая кофе, и рассматривала заснеженный город. Блин, жалко Лилю – опять исчезнуть без всякого предупреждения, у нее же точно от такого крыша поедет.

- Что-то мне тоже кофе захотелось, - сказал Иса, с завистью наблюдавший за нашими действиями. – Женщина, сделай мне тоже.

- Пошел в жопу, - не оборачиваясь, ответила брюнетка. – Сам себе делай.

- Эй, ты как с мужчиной разговариваешь! – мгновенно вскипела кровь любителя высоких гор и низких «Приор». Я сразу вспомнил, что на Кавказе особь женского пола – это рабыня, у которой даже нет права голоса в семье, и такая дерзость могла быть вполне наказуема избиением палками на площади.

- А что ты сделаешь? – осведомилась Регина. – Если ты забыл, меня нельзя трогать.

- Я твоему другу колено прострелю! – кавказец вытащил «ствол», и направил его в мою сторону. Вот же гнида!

- Горячий ты мужчина, мне такие нравятся, - прокомментировала гонщица. – А хочешь, я тебе кое-что на ушко скажу?

- Чего? – кавказец нахмурился. – Чего скажешь?

- А ты подойди, и узнаешь.

- Говори, - он сделал несколько шагов в ее сторону.

- Ну что ты, как маленький, ближе подойди. И пушку убери, я же не кусаюсь.

Иса подозрительно оглянулся, и, убедившись, что Даниил и Борис находятся на безопасном расстоянии, убрал пистолет за пояс.

- Говори, - он подошел к окну.

- Хочешь кофе? – мурлыкнула Регина, и внезапно ее лицо стало жестким, а голос – смертоносно холодным. – На, получи.

И она дернула рукой, одним движением выплеснув содержимое чашки в лицо кавказцу. Наши уши чуть не заложило от оглушительного рева – вопя, что есть мочи, Иса схватился за свою обожженную физиономию. В следующий миг Регина толкнула его к дивану – Борис сделал подножку, и кавказец свалился, как подкошенный, а затем подскочивший Даниил с силой опустил ему на голову свою загипсованную руку. Раздался глухой удар, и наш тюремщик затих.

- Ну, вы даете, - пробормотал я, впечатленный слаженной работой моей команды.

- Дают шалавы, а мы отжигаем, - Регина, не теряя времени даром, обыскала Ису, бросила пистолет Борису, а мне – ключи от замка. – Те ребята профи, а тот паренек дерганный, резкий, со старшими спорил – явно, новенький. Все, валим отсюда, и побыстрее!

Спустя несколько минут Иса занял мое место возле батареи, только теперь его нога была прикована цепью, мобильник и бумажник с несколькими сотенными купюрами мы тоже забрали. В шкафу обнаружилась кое-какая старая зимняя одежда – торопливо напялив ее, мы отперли входную дверь, и пулей вылетели из дома.

И застыли на месте. Контраст перехода из лета в зиму был поразительный. Несмотря на то, что ярко светило солнышко, а небо было ярко-голубое, без единого облачка, на улице было очень даже холодно. И везде – снег. Давненько я не видел снега, давненько. У меня на родине, из-за климата, он давно перестал падать в больших количествах, а тут его было нереально много. Даже вдоль тротуара протянулись снежные кучи, оставленные снегоуборочной машиной. Мороз кусал за руки, и я сунул их в карманы куртки.

- Ну, вот и зачем мы напились, спрашивается? – мрачно спросил Борис. – Попали в такую жопу! А все из-за вас двоих!

Мы с Региной переглянулись.

- Успокойся, - попросил Даниил. – Кто же знал, что так получится. Давайте думать, как выбираться.

- Машина нужна, - рассудил я, оглядывая припаркованные у дома авто. – По-другому не выбраться.

- А где моя «Импреза»? – спросил таганрогский гонщик.

- Наверное, так и осталась на стоянке возле ресторана.

- Вот же блин!

- Давайте угоним какую-нибудь колымагу, - деловито предложил Даниил.

- Не-а, тут городок маленький, сразу шум поднимется, - отказалась Регина. – Лучше купить.

- Купить? На какие деньги? – уставился на нее винильщик. – И у кого?

- Давайте для начала уйдем отсюда, пока те трое не вернулись, - предложил я, и мы торопливо двинулись по улице, ориентируясь на свет солнца. Не прошло и пяти минут, как мы изрядно замерзли – все-таки, резкий переход к зимнему климату был непривычен для нас, жителей столичного региона.

- Вон бар какой-то, - сказала Регина, углядев заманчиво блестевшую вывеску. – Зайдем.

Бар назывался «Антарктика» - вполне удачное название, точно по делу. Внутри было тепло, и светло, хотя и пустовато. Бармен лениво протирал стаканы, и уставился на нас, как на седьмое чудо света.

- Здрасьте, - Регина первая присела на стул возле барной стойки. – Саш, дай телефон.

Сбегая с Чемпионата, мы не взяли с собой все свои вещи, а просто кинули все необходимое в спортивную сумку, которую загрузили в багажник «Импрезы» - там она и осталась. Ну, а мобильные телефоны у нас, конечно, реквизировали охотники за головами. Тем не менее, у нас имелся мобильник Исы, который я передал брюнетке.

- Что будете заказывать? – спросил бармен, настороженно глядя на нас.

- Минутку, - вытащив из телефона сим-карту, Регина раздавила ее ногой, и отправила в урну, а сам мобильник покрутила перед носом бармена. – Есть ноутбук с выходом в Интернет? Дашь попользоваться полчаса – взамен получишь этот мобильник насовсем.

Немного поразмышляв, бармен отправился в кабинет, откуда вернулся с ноутбуком.

- Что-нибудь еще?

- Пока все, - Регина быстро застучала пальцами по клавишам. – Парни, посидите пока, я быстро.

- У тебя есть план? – спросил я, доставая кошелек Исы. – Бутерброды и кофе, пожалуйста.

- С колбасой, с сыром, с паштетом? – отреагировал бармен.

- Давай все, что есть. Кстати, у тебя нет на примете никого, кто бы продавал машину?

- Таких нет.

- Жаль. Регина!

- Да, Саша, у меня есть план. И если ты не будешь мешать, я его тебе потом расскажу. Пока просто доверьтесь мне.

- Мы тебе уже доверились, и чем все закончилось?

Молчание. Дружно вздохнув, мы, трое парней, принялись за принесенные бутерброды, хотя лично у меня аппетита не было. Терпеть не могу, когда осознаешь, что все происходящее с тобой – твоя собственная вина. Серега, сволочь, лучше бы я тебя тогда вместе с твоим предложением послал куда подальше!

- Все, я написала Елене из «Суперстаров», - сообщила Регина. – Мы контактами обменялись еще в первый день Чемпионата. Теперь насчет машины. Один чел продает «Запорожец» в хорошем состоянии, я ему тоже написала, он сейчас должен подойти. На машине мы выедем из города, и доберемся до ближайшего населенного пункта, откуда летают самолеты, а там уже вернемся в столицу.

- Отлично, - буркнул я. – Заберу свою «Ниву», и вернусь на родину, а «Гольф» вы продадите, чтобы вернуть деньги моему спонсору.

- С этим пока не спеши, - покачала головой брюнетка. - Главное сейчас - обратно на Чемпионат вернуться. Хотя «Ниву» тебе тоже надо будет забрать, а то моя «Альтеза» теперь на вынужденном ремонте.

Мы втроем уставились на нее.

- Обалдела? – изумился Даниил. – Зачем нам на Чемпионат, если мы еле оттуда ноги унесли!

- Значит, будем нести их обратно, - ответила Регина тоном, не допускающим возражений. – Мы не можем допустить, чтобы Сазонова и Гриша нагнули и отымели наших гоночных друзей, да и остальных тоже. Мы им устроим веселую жизнь! Да где же этот человек, а?

Словно в ответ ее словам, на входе в бар появился высокий мужчина в зимнем пальто и шапке. Стряхнув с одежды снег, он обменялся с барменом кивком, и подсел к нам.

- Добрый день. Это вы Регина?

- А вы – Анатолий? Это я написала вам насчет машины.

- Да, я только не понял, какой именно «Запорожец» вы хотите взять?

- А у вас их несколько, что ли?

- Три.

- Три «Запорожца»? – не поверила брюнетка. – Откуда?

- Один я купил, второй подарили, а третий от деда достался. Но я сейчас бизнесом занимаюсь, купил иномарку, а «Запорожцы» решил продать. Правда, в нашем городке мало кто хочет на такой машине кататься, сами понимаете, не везде, где надо, проедешь. Тут больше внедорожники предпочитают.

- Хм! – Регина чуть подумала. – Ладно, берем все три.

- Эй! - Борис дернул ее за рукав. – Ты хорошо подумала?

- Конечно. Один сломается – пересядем на другой, другой сломается - в запасе есть третий.

- Переться на «Запорожце» по заснеженным дорогам две сотни километров? – засомневался я. – Такое себе, если честно.

- Не надо тут! Как будто у вас, мужиков, есть идея получше. Вон, недавно, я посмотрела клип на песню «Женщина, я не танцую» - там мужик поет о том, что не танцует, а сам в это время танцует. И после этого вы говорите, что у женщин туго с логикой! А сами?

- Так вы берете машины? – уточнил Анатолий.

- Да, - Регина вернулась к ноутбуку. – Диктуйте номер счета, я сейчас же переведу вам деньги.

*******************

Удивительно, как простое и банальное решение может изменить ход событий. Помимо машин мы получили от Анатолия карту местности, где этот местный коренной житель карандашом отметил самую короткую дорогу к ближайшему населенному пункту с аэропортом. А вот «Запорожцы» действительно оказались в хорошем состоянии – причем создавалось впечатление, что на них вообще никогда не ездили. А еще по удивительному совпадению все три машины оказались одинакового белого цвета….

Не сомневаясь, что кавказцы, уже обнаружившие наш побег, рыскают по городу, мы немедленно тронулись в путь окольными путями. За руль одного «Запорожца» сел я, второй вела Регина, в третьем разместились Борис за рулем и Даниил в качестве пассажира. Отмеченная на карте дорога шла не по шоссе – единственному, что вело от городка Северный – а через заснеженную тайгу. Моторы, несмотря на низкую температуру воздуха, бодро тарахтели, машины двигались ровным строем по узкой, расчищенной тракторами тропинке, поднимая снежную пыль. Невольно накатила ностальгия….

Остыли реки и земля остыла

И чуть нахохлились дома

Это в городе тепло и сыро, это в городе тепло и сыро

А за городом зима, зима, зима!

Удерживая ногой педаль газа, а руками баранку, я вел «Запорожец» вперед, посматривая на карту, лежавшую на соседнем сиденье, стрелка спидометра уверенно держалась на отметке пятьдесят километров в час. Остальные две машины ехали чуть позади, на небольшом расстоянии от меня. А вокруг заснеженный лес, красота, и, что самое странное – вообще ни души.

Зима раскрыла снежные объятья

И до весны все дремлет тут

Только ёлки в треугольных платьях, только ёлки в треугольных платьях

Мне навстречу все бегут, бегут, бегут!

Уже смеркалось, когда мы выбрались из леса на шоссе общего назначения. Проголодавшиеся и замерзшие, мы остановились у какой-то придорожной забегаловки, где вкусно поужинали, запасшись и термосом с горячим чаем. Немного передохнули, и снова двинулись в путь – до аэропорта по шоссе осталось всего полсотни километров.

И уносят меня, и уносят меня

В звенящую снежную даль

Три белых коня, три белых коня

Декабрь, январь и февраль!

Машин не шоссе было немного, и, чтобы стряхнуть усталость, мы решили немного поиграть. Регина первая подала пример – ее «Запорожец» резко дернулся, и начал обгонять мой. Я тоже прибавил, а Борис попытался вклиниться между нами. Ослепительно улыбаясь, брюнетка дернула ручник, посылая машину в занос, а я слегка боднул машину Бориса, оттесняя ее к обочине. Так, дурачась, мы быстро добрались до аэропорта.

Оставив машины на стоянке, мы купили билеты на самолет. В зале ожидания был телефон-автомат – Регина закрылась в нем, и провела полчаса, разговаривая с кем-то. Мы же втроем сидели на жестких пластиковых сиденьях, и клевали носами – день был долгий, и путешествие на допотопных автомобилях по заснеженным дорогам изрядно утомили нас.

- И откуда у нее столько энергии? – зевнул Борис, наблюдая, как брюнетка возвращается к нам веселой, пружинистой походкой. – С энергетиков, что ли, не слазит?

- Все уладила, - сообщила гонщица. – Завтра утром столько шума поднимется!

- Может, ты теперь расскажешь, что у тебя на уме? – устало поинтересовался я. – А то надоело вечно оглядываться.

- Теперь расскажу, - согласилась Регина, присаживаясь рядом с нами. – Прежде всего, хочу извиниться перед вами за то, что воспользовалась вашим доверием. Это я попросила отца, чтобы он приказал Жану подмешать в алкоголь сильное снотворное, благодаря чему кавказцы так легко нас схватили.

- Чего?! – вытаращил глаза Борис.

- Да, это был наш план. Только я не думала, что нас увезут настолько далеко… но, и с этим мы справились. Кстати, вы думали, они просто так свалили, оставив новенького и неопытного нас сторожить? Они все же наемники, кто больше заплатит - того и слушаются... Зато мы получили фору, необходимую для того, чтобы отец и его друзья занялись Ясенем и Сазоновым. Кстати, Ясень – это не кто иной, как Ясенев Евгений Васильевич близкий друг президента, миллиардер. И я уверена, что это он тебе звонил тогда с предупреждением.

- И что теперь? – от усталости мои мозги еле ворочались, но общий смысл я уловил.

- А теперь – на самолет, и спать, - решительно ответила Регина. – Завтра решительный день, каждому из нас нужна свежая голова.

Едва самолет набрал высоту, как мои глаза закрылись сами собой. Только теперь уже не от алкоголя. Успокаивало одно – завтра все закончится, либо хорошо, либо плохо….

*****************

- Наталья Михайловна! Наталья Михайловна!

Громкие крики и настойчивый стук в дверь разбудили Сазонову. Открыв глаза, она торопливо выбралась из постели, и схватилась за одежду; Гриша только недовольно буркнул, и отвернулся, продолжая дрыхнуть.

- Наталья Михайловна!

- В чем дело? – застегивая на ходу пуговицы на пиджаке, Сазонова отперла замок и приоткрыла дверь, постаравшись встать так, что закрыть собой вид на кровать вместе с любовником. – Что случилось?

- Наталья Михайловна, у нас ЧП! – молодая девчонка в желтой футболке с логотипом «РЛС» была крайне взволнована. – «Чародеи» пропали!

- В каком смысле пропали?

- В том, что их нет нигде! В гараже три машины, четвертой тоже нет! И команду «Горы Кавказа» со вчерашнего вечера тоже никто не видел.

- Ладно, сейчас выйду, разберусь.

Она закрыла дверь, и нетерпеливо растолкала спящего гонщика:

- Вставай, идиот! Утро уже! Я сейчас уйду, а ты бегом к своим, и чтобы ни слова о том, где ночевал, понял? И если будут про «Чародеев» спрашивать – ты ничего не знаешь!

- Ладно-ладно, чего завелась-то с утра, - хмыкнул Мастурбатор со своей обычной природной наглостью. – Не дурак, все понял.

Только сейчас Сазонова поняла, какую сделала ошибку, отдав вчера «Чародеев» кавказцам. В тот момент она как-то не думала, что наступит утро, и придется объяснять, куда исчезли сразу две гоночные команды….

Когда она вышла на улицу, несколько человек в желтых футболках уже ждали ее. Сазонова подошла к ним, и открыла рот, но в этот момент стоявшая неподалеку Елена крикнула:

- Эй, она здесь! Ребята, она вышла!

Загомонили голоса, и Сазонову окружили сразу три гоночные команды: «Суперстары», «Белые Лебеди» и «Низмо».

- Наталья Михайловна, что происходит? – спросила рыжая гонщица из «Лебедей». – Куда вы дели «Чародеев»?

- И кавказцев, - напомнил лысый гонщик из «Низмо».

- Вы что, их после вчерашней драки нарочно слили? – спросила миниатюрная Ира из «Суперстаров».

Остальные тоже выразили недовольство громкими криками.

- Успокоились? – холодно осведомилась Сазонова, дождавшись, пока шум утихнет. – Я сама ничего не знаю, мне только что доложили. Возможно, «Чародеи» решили просто сбежать после вчерашнего позора, такое бывает.

- То есть, вы хотите сказать, что Красный Дьявол – трус? – спросила Елена.

- А кавказцы? – не унимался лысый гонщик.

- Команда «Горы Кавказа» появилась на Чемпионате всего на один день, - Сазонова призвала на помощь всю выдержку, чтобы ответить максимально сдержанно и спокойно. – Это был своего рода трюк, чтобы повысить заинтересованность зрителей, и усилить ваш сопернический дух. Уверена, к исчезновению «Чародеев» они никакого отношения не имеют.

- Если «Чародеи» сбежали, то почему тогда машины оставили? – спросила рыжая гонщица.

- Этого я не знаю. Давай так: сейчас я всех опрошу, восстановлю картину, а уже вечером отвечу на все ваши вопросы. Пока что Чемпионат продолжается. Расходитесь, пожалуйста, не мешайте работать.

- Еще один вопрос, - сказала Елена с хладнокровным спокойствием. – Можно ли пообщаться с вашим супругом? Насколько я знаю, именно он – главный организатор и судья Чемпионата, а вы лишь его замещаете. Вот его и спросим, что он думает по этому поводу.

- Он… - Сазонова с ненавистью закусила губу. – Он сейчас очень занят… правительственный контракт… нет времени…. Но я, конечно, сообщу ему о произошедшем.

- Идем, ребята, - сказала рыжая гонщица. – Скоро старт, надо еще позавтракать.

Недовольна ворча и переругиваясь, гонщики начали расходиться. «Суперстары» удалились последними – уходя, Елена напоследок смерила Сазонову таким взглядом, что той стало не по себе. Одно было ясно – от этой анимешницы больше всего можно было ожидать неприятностей.

- Сучка, - прошептала Наталья Михайловна, глядя ей вслед. – Ладно, я тебе устрою, любопытная ты моя.

Дав быстрые указания сотрудникам «РЛС», она вернулась в дом. Гриша, сидя на кровати, натягивал носки.

- Значит, слушай, что ты должен сделать, - сказала Сазонова. – Ты должен вывести из игры лидера «Суперстаров». Она слишком много вопросов задает, и вообще, мнит о себе слишком много. Если мы сейчас от нее не избавимся, то потом будет поздно.

- Не-не, я никого убивать не буду, я в тюрьму не хочу.

- Не надо убивать! Видел, что вчера кавказцы с «Чародеями» сделали? Я сегодня объявлю о том, что продолжатся парные заезды, ты вызовешь их на гонку, и подстроишь ей аварию. Такую, чтобы она больше за руль не села.

- А-а-а-а! – протянул гонщик. – А потом?

- Потом по плану. Разрешим им взять замену, выведем в финал, и красиво размажем по асфальту. Закончим Чемпионат, заберем призовые деньги, и уедем. Пока Олег в больнице с отравлением, ему не до нас, а мы тем временем устроимся где-нибудь за границей, наймем лучших юристов, и заберем у него все.

- Я все сделаю! – заверил Мастурбатор. – А может, еще разочек перед гонками перепихнемся, а?

- Иди уже!

********************

В аэропорту, вызывая такси, Регина сказала мне:

- Мы сейчас рванем за Борькиной «Импрезой», ключи от нее я Жану оставила, а ты дуй за своей «Нивой». Встречаем в кафе «Элефант», где первый раз всей командой собирались. Только не вздумай звонить или заезжать к Лиле, кавказцы только и ждут, когда ты засветишься.

- Ладно, понял.

Еще издалека, подходя к гаражу, я заметил неладное. Гаражные двери были распахнуты настежь, а снаружи стоял серебристый «Аутлендер». Из-за сильного в последние дни нервного напряжения я не сразу понял, где видел эту машину раньше, а потому остановился в нерешительности, не зная, что делать: то ли подойти и осторожно посмотреть, то ли делать ноги, пока меня не заметили. Между тем из гаража вышли трое – незнакомый мне мужчина и… Серега со своей Маринкой, собственными персонами.

- В общем, я подумаю, - сказал незнакомец. – Если что, позвоню. Цена высокая, может, скинете?

- Нормальная цена, - ответила Маринка. – Не возьмете – другого покупателя найдем.

- Хорошо, я подумаю.

Мужики пожали друг другу руки, и незнакомец направился к стоявшей неподалеку синей «Вольво». Серега и Маринка остались на месте, и я решил подойти к ним; так как они стояли боком ко мне, то не видели меня, а между тем, подходя ближе, я прекрасно слышал, о чем они говорят.

- Ну, и чего ты, как мямля? – прошипела столичная топ-модель. – Ни на один вопрос не смог ответить!

- Ты же знаешь, я в этом не разбираюсь, - пожал плечами мой спонсор.

- А я разбираюсь! Вообще, сама все сделаю, и на Багамы улечу без тебя! Будешь знать!

- Милая, не кипятись, мне просто не по себе, но я все решу, обещаю…

- Эй! – негромко сказал я, чтобы привлечь их внимание. – Вы чего тут делаете?

Реакция этой парочки на мое появление была, прямо скажем, странной. Серега побледнел, попятился, споткнулся, и полетел на асфальт, а Маринка картинно приподняла бровь, выражая сильное изумление.

- Сань, ты это… - мой спонсор с трудом ворочал языком. – Ты живой еще?

- Да, а что? – внезапно до меня начало доходить. – Вы что, машину мою решили за моей спиной продать?!

- Сань, да я бы ни в жизнь…. – Серега трусливо трясся, как осиновый лист. – Это она все придумала, она тебя кавказцам сдала за вознаграждение, еще и «Ниву» твою хотела по-тихому забрать…

- А я говорила тогда, что пожалеешь, - прошипела Маринка, и вытащила дорогого вида мобильник в золотистом корпусе, украшенном стразами. Хорошо, что моя реакция гоночными заездами была отточена до предела – я махнул рукой, и выбил телефон у нее из рук, и он улетел куда-то под днище джипа. Девушка толкнула меня в грудь, распахнула дверцу «Аутлендера», и открыла бардачок, извлекая оттуда газовый баллончик. Не став дожидаться дальнейшего развития событий, я рванул в гараж.

- Стой! – донеслось мне вслед. – А ты чего разлегся, ты мужик, или нет? Догони его!

- Да, я сейчас…

Меня переполняла злость и ненависть, но мысль о команде, которая дожидается меня, перевесила желание вернуться, и высказать этим двоим в лицо все, что я о них думаю. Вместо этого я запрыгнул за руль своего гоночного внедорожники. Ключ на старт, мотор, долго ожидавший своего часа, радостно взревел. Сцепление, передача, газ!

Серега, растерянно топтавшийся на месте, едва успел отпрыгнуть в сторону, когда я направил капот машины прямо на него. Маринка что-то закричала, но ее крик потонул в рыке турбонагнетателя. Почти по касательной зацепив «Аутлендер», «Нива» выкатилась на бетонку, и дала по газам.

Да, вот тебе и друг детства… Кто бы подумать, а?

*****************

- Команда «Белые Лебеди» вызывает на гонку команду «Кровавый алмаз»….

Белая «Девяносто Девятая» и алый «Шевроле Корвет» подкатили на стартовой черте. Сазонова посмотрела в сторону «Мегалодонов» - они, как всегда, веселились, задирая соперников. Но они были единственные, кому сегодня было весело – остальные гонщики были всерьез обеспокоены исчезновением вчерашних фаворитов. В версию о позорном бегстве не поверил никто, и сейчас многие обменивались мнениями, высказывая предположения.

Сазонова уже открыла рот, чтобы объявить о следующем заезде, но слова застряли в горле – гонщики вдруг начали поворачивать головы, высматривая что-то. Среди гоночных драгстеров внезапно появился блестящий лакированный «Гелендваген» с тонированными стеклами, и подкатил к судейской трибуне. Распахнулись передние двери…

- Вах, как много здесь разных машин! – удивился Гамлет. – Милана, посмотри, тебе нравится?

- Да, ничего так, красиво.

- Мужчина, вы кто? – спросила Сазонова, глядя на них сверху вниз. – Здесь проходит Чемпионат по стритрейсингу, посторонним вход воспрещен.

- Мы не посторонние, - с достоинством ответил глубокоуважаемый армянин. – Мы приехали поболеть за наших друзей «Чародеев». Кстати, а где они?

Он начал оглядываться, ища знакомые лица, но их здесь не наблюдалось.

- Они… - голос Сазоновой задрожал. – Они… сбежали.

- Вах, как это сбежали? Я Регину пять лет знаю, не могла она сбежать!

- Я не знаю, кто там эта ваша Регина, но «Чародеи» вчера ночью самовольно покинули Чемпионат. Пожалуйста, покиньте его и вы, здесь запрещено появляться тем, кто не принимает участия.

- Слушай, ну зачем сразу начинаешь? – поморщился Гамлет. – Я твоего мужа знаю, он нам разрешил здесь побыть немного, посмотреть, за друзей поболеть. Хочешь, я ему прямо сейчас позвоню, он все подтвердит?

- Ладно, тогда езжайте в гараж, и посмотрите, во что ваши друзья свои машины превратили, - не выдержала Сазонова. – Может, тогда до вас всех дойдет, что они просто трусливые выскочки, и больше никто! На, держи, объявляй.

Сунув планшет, на экране которого появлялись уведомления о том, кто кому бросив вызов, стоявшему рядом Эдуарду Аристарховичу, она ушла с трибуны. Нервы не выдерживали, планы летели к чертям. Поймав ее взгляд, Гриша самодовольно ухмыльнулся, и хрустнул пальцами.

- Команда «Мегалодон» вызывает на парную гонку команду «Суперстары»….