Бэк-информация о Крестовом походе Саббат

Вступительные гамбиты, 754–756 гг

"Материальные действия и достижения человека на протяжении его жизни никогда не совпадут с амбициями его мечтаний, но человек, тем не менее, должен позволять себе мечтать о достижении наиболее смелых и дерзких целей. Если он ограничивает свои мечтания рамками умеренности, он заставляет хромать саму надежду на достижение успеха в жизни еще до того, как начинает жить "

Воитель Слайдо, из его дневников


Приветствую вас достославные сэры. Это большая честь для меня, быть назначенным лорд-милитантами армий Крестового похода и особенно нашим уважаемым Воителем, для составления доклада о действиях сил во время достославного Крестового похода в миры Саббат и предоставления его на ваше суждение.

Эта книга была задумана для выполнения трех главных задач. Первая — детально описать и классифицировать тактические особенности предприятия, таким образом, чтобы ключевые фазы операции стали доступны для изучения курсантами командных училищ, историками и Департаментом Тактика Империалис. Отдельные исследования проводились и ранее (см. Барнол: Три первых сражения кампании Саббат, Эммони и Сальери: Описание Болхоута, Керондис: Систематические столкновения в Группе Хан и т. д.), но эта официальная летопись впервые рассматривает события первых двух декад конфликта в контексте общей стратегии.

Вторая и наиболее важная задача — создать описание храбрости и самопожертвования участвовавших в боях мужчин и женщин, отдавших свои жизни в кампании настолько суровой, что их деяния и героизм во имя Золотого трона заслуживают должного признания.

И третья задача — реабилитация. В годы, предшествовавшие началу Крестового похода, многие известные люди выступали против него. Считалось что поход слишком масштабный и дорогостоящий. В штабе бытовало мнение, что миры Саббат следует вычеркнуть из списков и забыть. Теперь по прошествии двух декад войны, не смотря на необыкновенные победы и явный прогресс можно вновь услышать подобные мнения. Говорят, — война затягивается, а цена этой войны становится все выше и выше. Конца ей не видно. Для Империума было бы лучше избежать дальнейших потерь и покончить с этим делом, пока он не истощил свои ресурсы.

Сейчас, когда я пишу эти слова в 775.М41, я лишь рискну предположить, что подобные заявления являются либо ересью, либо мнениям непосвященных. Да война бушует вот уже 20 лет и да, еще очень многого надо достигнуть. Некоторые считают, что кампания завершена всего лишь наполовину. Но я ставлю целью этого доклада продемонстрировать, что успешное завершение Саббатского крестового похода жизненно важно в тактическом, материальном и психологическом плане. Как писал Слайдо: "Только наиболее грозные препятствия стоят того чтобы их преодолевать". Я также надеюсь прояснить, что, если Империум завершит войну сейчас, последствия будут катастрофическими.

По сему дорогие сэры, я верю, что вы будете просматривать этот доклад с незамутненным разумом школяра жаждущего новых знаний и ясной головой мудреца, жаждущего судить справедливо.

Ваш слуга,

Антонид Биота

Старший штабной тактик Департамент Тактика Империалис[21]


Как свидетельствуют многие архивные записи, регион известный как Миры Саббат был впервые колонизирован и присоединен к Империи в М35. Расположенный вдоль границы Сегментума Пасификус, регион состоит из более чем сотни обитаемых систем, подразделенных на определенное число отдельных территориальных групп, самые известные из которых — Новый Путь, Группа Хана, Системы Кабала, Созвездие Каркарадона и Эринейская Группа. Наименование "Саббат" относится к первому освободителю этих миров — Святой Саббат, блаженной с Хагии.

К М37 регион превратился в хорошо развитое Имперское владение, с населением около пяти триллионов человек, процветающей торговлей и индустрией. Но это всегда был спорный регион, уязвимый для тьмы внешних миров, ведь он располагался на окраине Империи. Миры Саббат стали известны как "проблемные территории" и в М38 пострадали от серии войн с дикарями воинственных племен поклоняющихся Архиврагу и населяющих так называемые Сангвинарные Миры, расположенные на границе с мирами Саббат.

Однако в первом столетии М41 события стали развиваться особенно драматически. Поднявшись под флагом харизматичного вождя, или "Архонта", племена Архиврага из Сангвинарных миров предприняли серию печально известных вторжений, сокрушая и захватывая все и вся на своем пути. Сначала полагали, что это очередной всплеск пограничной напряженности, известный по М38, но в годы, последовавшие за 600.М41, масштаб угрозы был, наконец осознан. Разрушительные силы намеревались захватить, ни больше, ни меньше, весь регион, восстановив власть над мирами, из которых они были изгнаны Святой Саббат в М35.

Защитники миров Саббат тогда сражались героически, но, сейчас, оглядываясь в прошлое и трезво оценивая ситуацию, надо заметить, что этого было недостаточно. Саббатские нашествия — "реэмиграции", как их назвали некоторые исследователи ксенокультур, были лишь одним из полудюжины массированных вторжений Хаоса, которым подвергся весь сегментум в этот период времени. Ощущалась крайняя нехватка ресурсов (надо заметить, что Империум одновременно вел войну на 8 различных фронтах, разбросанных по его территории, главным образом в Кадианских вратах и Аброксисе). Достойные сожаления стратегические решения о наилучших оборонительных позициях были приняты на высшем командном уровне, и определенные территории были принесены в жертву в целях консолидации линий обороны. Из военных архивов становится, очевидно, что Верховное командование не имело намерения сдавать столь огромные территории в мирах Саббат, но боевые возможности орд Архонта сильно недооценивались.

Неожиданная реконкиста и завоевание миров Саббат Архиврагом человечества последовали молниеносно и, хотя многие Имперские миры в регионе продолжали оказывать сопротивление — некоторые в течение десятилетий, а некоторые даже более столетия — до 740 М.41, миры Саббат больше не могли рассматриваться как находящиеся под Имперским управлением. Так называемая "проблемная провинция" была переклассифицирована в "нестабильную/опасную" и, когда в 741-м, Цивитас Империалис официально приостановил свою деятельность, а двор Лорд-губернатора для большей безопасности переместился с Хан Нобилис на Бардольфус, в ближайший сектор, миры Саббат были признаны потерянными.

Рождение Святой

"Чудес нет. Есть только люди"

Святая Саббат. Эпистолярий


Очень немногие могут рационально объяснить, как простая крестьянская девушка смогла так просто сплотить вокруг себя такие силы. Описываемая как невысокая, но красивая девушка с зелеными глазами и короткими черными волосами, Саббат очевидна была священным орудием Бога-Императора. В ее учениях мы находим голос наивной чистоты и благословенной мудрости, который совершенно не сочетается с ее воспитанием и окружением. В ее достижениях мы находим рекорды, способные посрамить многих лорд-милитантов.

Во время наивысшего расцвета ее сил, на ее стороне был великий полководец лорд Киодрус, позже также канонизированный. Ее советником был превосходный стратег Фалторнус, который разрабатывал основные планы ее кампании, а также многие другие известные личности включая: Лорда Гарона Вейла, генерала Руфуса Баннека и военного философа Демаршеза. Ее крестоносное воинство включало воинов Астартес из орденов Медных Черепов (ныне не существует) и Белых Шрамов, соединение воинствующих сестер, колониальные полки и эскорт из пилигримов.

Именно упоминание в архивах Сестер Битвы заставило некоторых ученых сомневаться в изначальном происхождении знаний полученных от Саббат. Крестовый поход Святой происходил почти за тысячу лет до Эры Отступничества и возвышения Адепта Сороритас, но многие предполагали, что задолго до того, как стать простой пастушьей девчушкой она была последовательницей Дочерей Императора, которая каким-то образом пересекла половину галактики из Сан Лeopa чтобы возглавить крестовый поход. Проявляли ли Дочери Императора активность за пределами Сан Леора во времена, предшествовавшие правлению Вандира? Однозначно можно сказать, что уцелевшие данные свидетельствуют, что ее соединение воинствующих сестер имело явную связь с Орденом Нашей Святой Девы Мученицы, и даже возможно, что именно они сформировали основу этого ордена. Однако действительная природа этой связи, если таковая существовала, не выходит за рамки имперских мифов.

Крестовый поход Святой продолжался сто пять лет вплоть до ее мученической смерти на Харкалоне, где она получила Девять Священных Ран. Воины Белых Шрамов вернули ее тело обратно на Хагию, где она была захоронена в Святилище.

Крестовый поход продолжался и после ее смерти, но даже во время ее мученичества регион уже считался вполне дееспособной Имперской территорией. Полномасштабная колонизация районов Нового Пути и группы Хан также началась еще при жизни Святой. Имхава или "странствующие" Аятани — ее духовенство, продолжают путешествовать, по возможности повторяя путь ее крестового похода с Хагии до Харкалона и обратно.

Мечта о Реконкисте

"Похоже, Высшие Лорды Терры одобрили проделанную нами работу. Нам дали наш Крестовый поход… На Миры Саббат!"

Воитель Слайдо. После Кхулана.


Идея об экспедиции призванной освободить миры Саббат после 741 года была предметом многих дискуссий, и особенно ее отстаивал изгнанный Лорд-губернатор, но в среде высшего военного командования идея встречала мало поддержки, либо не встречала совсем. Там считали, что предприятие потребует слишком много времени усилий и средств. Единственным исключением был Лорд-Милитант Слайдо.

Хотя Слайдо уже был известным и опытным командующим, свою истинную славу и последующее влияние он обрел во время Кхуланских войн (752–754), где одержал ряд ошеломительных побед. Своим решением, которое подчеркнуло его военный гений и огромную популярность новым званием в рядах Имперской гвардии, Высшие Лорды Терры объявили его в 755 году Воителем и поручили руководить освобождением миров Саббат.

Любая зависть, которую могли бы испытывать близкие Слайдо лорд-милитанты к его возвышению остужалась природой порученного ему задания. Многие считали, что оно будет роковым для его карьеры. Но очевидно Слайдо сам активно добивался руководства этим Крестовым походом, отсылая петиции Высшим Лордам еще во время Кхуланской кампании.

Таким образом, выясняется, что Слайдо уже долгое время чувствовал, что именно он обязан руководить освобождением. Еще, будучи лорд-милитантом в Девятой Дивизии Пасифик он всячески поддерживал движение и еще в 732 опубликовал для рассмотрения Высшим Командованием статью под названием "Обоснование своевременности Реконкисты Территорий Саббат". Многие из его старших командиров и помощников сравнивали истории о пламенной страсти, побудившей Слайдо к этим деяниям с теми, что побудили в свое время Святую. Он свято верил, что тот факт, что территории с таким трудом завоеванные ей были так легко оставлены, является преступлением для Империума.

Для такого широкомасштабного предприятия, конечно же, был нужен командир с пылающим сердцем и превосходными стратегическими умениями.

Более того, он должен был обладать непререкаемой верой и очевидно, что Слайдо обладал не только огромной личной верой в то, что он является продолжателем дела Святой Саббат, но также он сумел распространить пламя этой веры и на своих подчиненных. Маршал Блэквуд писал: "Также как шестьсот лет назад Бог-Император вдохновил простую крестьянскую девушку на то чтобы встать и сражаться, также старика вдохновила ее память"

Близкие к Слайдо источники сообщают, что он боялся только одного. Будучи примерно в возрасте ста пятидесяти лет, он чувствовал беспокойство по поводу того, что не проживет достаточно долго, чтобы увидеть победное завершение столь масштабной кампании.

Он оказался прав.

Хартия Крестового похода

Во имя вечного Бога-Императора Человечества, бдительного и защищающего, того, кто наблюдает за владениями людей, единственного на все времена и да будет установлено следующее:

В этот 123 день года 755.М41 Высшие Лорды Терры единогласно даруют Слайдо титул Имперского Воителя, со всеми правами и обязанностями, сопутствующими столь высокому титулу, на благо человечества. Сыны Империума салютуют тебе.

Далее, и да будет объявлено, что упомянутый Воитель назначен командующим экспедицией, которая должна повести Крестовый Освободительный Поход, сделав своим театром боевых действий миры Саббат в Сегментуме Пасификус. Во исполнение сего он приложит все свои силы и умения для того, чтобы вырвать регион из порочных пап сил разрушения, само существование которых является вызовом Золотому Трону, и более того раз и навсегда установить в регионе правление Сивитас Империалис.

Далее, приказывается всем лорд-милитантам, губернаторам и иным служивым лицам всех рангов, а также командующим военного флота Его Святейшего Величества и магистрам славных Орденов, проявить внимание к данному ордонансу и незамедлительно обеспечивать всевозможную помощь Воителю и его окружению, как если бы он был самим Богом-Императором, ибо он инструмент и проводник воли Золотого Трона.

Отмечено нашей печатью в сей час.


Воитель и его старшие офицеры штаба вместе с огромным количеством тактиков провели на Кхулане месяцы, планируя вступительную фазу наступления на миры Саббат. Был рассмотрен огромный набор возможностей и в итоге принят финальный вариант, получивший название операция "Редрейк". Тем временем огромная военная армада начала собираться на высоких орбитах Кхулана, Кхулана Внешнего. Сан Сарго, Казина II, Арвинкса Главного и Нимба Бетана. На 266 день 755, Сладйо подал сигнал к началу наступления.

Операция Редрейк

Слайдо изучил и отверг более тридцати планов атаки, прежде чем нашел схему наиболее приемлемую для Имперских сил. Любопытно, что она во многом походила на стартовую фазу, описанную в его труде "Обоснование своевременности Реконкисты Территорий Саббат", созданном двадцати тремя годами ранее.

Операция Редрейк, по мнению Слайдо, была лучшим решением проблем, связанных с вступительной фазой атаки. Не смотря на огромные силы, входившие в его состав, флот Крестового похода был весьма мобильным и вторгался в кишащий врагами сектор, где противник тщательно укрепился и обладал превосходным снабжением.

"Начинать Крестовый поход в таких условиях, все равно, что разбивать цельную стену кувалдой", — писал Слайдо. Перед ним стояли четыре задачи: во-первых, установить в мирах Саббат плацдарм, с которого можно было бы развивать наступление; во-вторых, застать Архиврага врасплох; в-третьих, рассеяв вражеские силы, не допустить концентрированного контрудара по имперскому флоту; в — четвертых, обеспечить быструю и, по его собственному выражению, "показательную" победу, чтобы поддержать боевой дух союзников.

Самое главное Слайдо знал, что его Крестовый поход не добьется успеха, если только не сможет драться на нескольких фронтах с самого начала боевых действий. Шпионы и радары дальней разведки засекли признаки суматохи на вражеских позициях уже на заключительных этапах сборов флота Слайдо. Операция "Редрейк" включала в себя одновременное вторжение в Группу Нового Пути, и он решил сосредоточить силы против Формал Прайма, Онскарда и Лонг Халента, с одновременным ударом флотского дивизиона в центре на Индрид.

Он надеялся, что это наступление на нескольких направлениях рассредоточит силы Архиврага и помешает ему нанести немедленный ответный удар.

Слайдо самолично повел наступление на Формал Прайм, назначив лорд-милитантов Хаммеля и Делэйни командовать наступлением на Онскард, генералов Дравере и Аккензора на Лонг Халент, и лорд-милитанта Сайбона на Индрид. Всего под их началом находился почти мил¬лиард Имперских гвардейцев и огромное количество артиллерии и бронетехники. Силы Имперской гвардии сопровождали шесть орденов Адептус Астартес и легионы Титанов, предоставленные Адептус Механикус, с которыми Слайдо заключил пакт о сотрудничестве.

Не смотря на размеры мобилизованных сил, атаки были проведены практически молниеносно — Имперские гвардейцы вступили в бой практически сразу после перехода.

Лонг Халент пал немедленно, в основном вследствие ошибки в расчетах Имперцев относительно вражеских сил, находившихся там. Более скромные, нежели предполагалось, силы врага были быстро сокрушены.

Менее чем через три недели после этого Онскард также был захвачен. После короткого столкновения флотов на подступах к планете, битва за Онскард превратилась в основном в битву за столицу планеты — город Фервен, где враг сосредоточил значительные силы. Артиллерийская канонада, продолжавшаяся три дня, сокрушила городские укрепления и позволила Имперским гвардейцам взять стены штурмом. Небольшие очаги сопротивления сохранялись в отдаленных городах Тенаш и Бру- леанс, но и они были ликвидированы к началу 756 года.

Формал Прайм

Формал Прайм с его огромными, перенаселенными и запутанными лабиринтами древних ульев оказал Слайдо первое ожесточенное сопротивление, а также дал почувствовать вкус того насколько кровавым станет Крестовый поход.

Воитель предполагал, что для подавления сопротивления в Формал Прайм понадобиться шесть недель, но он не учел два важных факта: сложную местность и фанатизм противника. Изначально наступление шло хорошо: несомненно, скорость высадки подразделений Крестового похода с орбиты на поверхность (2,6 часа)

войдет в славные анналы Имперской Гвардии. Но затем продвижение застопорилось. Укрепившиеся в древних ржавеющих подводных ульях Формал Прайм, вражеские силы были предводительствуемы так называемыми "Харизмитами". фанатичными поклонниками Магистра Шебола Красной Руки, который организовал яростное сопротивление. На одном из этажей две сотни Имперских гвардейцев умирало за каждый отвоеванный метр.

Когда пошла одиннадцатая неделя наступления, а потери продолжали расти, Слайдо впал в отвратительное расположение духа. Из четырех миров, намеченных операцией Редрейк, Формал Прайм был самым боль¬шим, самым населенным и самым важным. Именно по этим причинам Слайдо самолично возглавил атаку на него. На кону стояла его репутация, равно как и боевой дух всего Крестового похода. Он не ожидал встретить столь серьезное сопротивление в самом начале кампании. "Мы еще только начали!", — кричал он на своих штабных офицеров — "Покажите мне людей, умеющих воевать!"[22]

Безвыходную ситуацию удалось разрешить только развертыванием Слайдо Белых Шрамов из Адепутс Астартес, которые зачистили улей и распяли Харизмитов вдоль бульвара, окружающего ульи Формал Прайм. Наступление Лорд-Милитанта Сайбона на Индрид — " контрудар" Операции Редрейк началось неплохо, но вскоре застопорилось после ускоренной переброски противником подкреплений с Мельсара и Талисканта.


Зажатый с двух сторон Сайбон доказал, что он достоин командования возложенного на него Слайдо и инициировал ложное отступление, которое завело значительные силы противника под огонь его дальнобойных батарей с Колхиса. Затем началась, продолжительна наземная война, продолжавшаяся вполне успешно и закончившаяся, когда Сайбон, не в последний раз причем, использовал орбитальную бомбардировку, дорого обошедшуюся его собственным наземным войскам. Маршал Блэквуд, служивший под началом Сайбона, протестовал против использования орбитального вооружения. "Я, человек, назначенный Слайдо", заявил в качестве ответа Сайбон. Хотя доподлинно неизвестно, предположительно именно эти трения привели к переводу Блэквуда на Ашекский театр боевых действий.

Во второй половине 756 года Операция Редрейк, не смотря на задержки, достигла успеха в выполнении своих задач, и настроение завоевателей было по-прежнему весьма бодрым. Был открыт путь для продолжения наступательных действий и начала фазы, которую Слайдо обозначил как Новый Путь. Меж тем серьезные силы для противостояния вторжению Крестового похода собирались на Готтроне, Люциусе, Хескефе, Коциаминусе, Форнаксе Алеф, Амбольде одиннадцать, Ашеке II, Мельсаре и Талисканте. Но Слайдо рассматривал эти цели всего лишь как "сверкающий путь", который приведет его у его главной цели — тщательно укрепленному миру Болхоута.

Это был сверкающий путь, который занял у него большую часть десятилетия.

Магистры

Формал Прайм стал первым знакомством руководителей Крестового похода с командной структурой Архиврага. Ранее вражеские силы считались плохо организованной коалицией племен и кланов, объединившихся под знамёнами "Архонта" или вождя и по структуре, представляющей собой скорее еретический культ, нежели реальную военную систему.

Операция Редрейк быстро рассеяла эти представления Имперцев. Хотя конфедерацией без сомнения руководил фанатизм. основанный на принципах нечестивого культа, силы Архиврага оказались значительно более дисциплинированными и способными, нежели предполагалось изначально. Слайдо также надеялся, что силы врага будут скованны его несовершенной командной системой, основанной на абсолютной власти Архонта, которая помешала бы в сложившихся условиях организовать массированное сопротивление на огромном количестве рассеянных миров.

Однако стало очевидным, что Архонт делегировал власть определенному количеству могущественных "Магистров" или вождей-лейтенантов, которые управляли важнейшими объектами и регионами его именем. Большинство из этих Магистров были харизматичными лидерами своих собственных культов или племенных образований и. возможно, что прообразом подобного разделения были племенные структуры Сангвинарных миров.

Вскоре силам Крестового похода стали известны имена этих примечательных вождей: Шебол Красная Рука, Херитор Асфодель, Шолен Скара, Енок Иннокенти, Рушекк Вакким. Анакванар Сек, Кукс из Безглазых, Шарениди и Нокад Обреченный. С продвижением Крестовго похода их появится еще больше. Каждый Магистр выражал свою порочность по-своему, находя свой собственный мерзкий путь и требовал беспрекословного повиновения от своих боевых культистов.

Архонт

Было обнаружено, что верховным главнокомандующим или Архонтом сил Архиврага является могущественный лидер секты, называемый Надзибаром. Мало что известно о прошлом или происхождении этого существа, также непонятно как он получил власть над остальными Магистрами. Возможно, власть была передана ему в результате кланового ритуала по наследству. Однозначно можно утверждать одно — Надзибар командовал силами Врага на мирах Саббат по крайней мере с 634 года и возможно он обладал властью и влиянием даже раньше. Надзибар даже мог быть тем вождем, который первым объединил силы разрушения с целью отвоевания миров Саббат, хотя это и предполагало бы неестественно долгую жизнь.

Кровавый путь к Болхоуту, 756-764

Трудно сказать, оценивал ли Воитель Слайдо в полной мере, какое сопротивление встретит Операция Новый Путь, когда задумывал ее. Конечно, он предполагал, что противостояние будет достаточно интенсивным, но из его тактических записей мы можем увидеть, что между 756-м и 761-м он тридцать семь раз пересматривал предполагаемую дату освобождения Болхоута, по мере того, как изнурительное продвижение все больше отставало от графика.

Слайдо руководил очень интуитивно, гибко реагируя на изменяющуюся ситуацию. Он ловко сочетал одну фазу операции с другой и, таким образом, обнаружить брешь или уязвимость в его боевых порядках было практически невозможно. Операция Новый Путь незамедлительно последовала за своим приквелом — операцией Редрейк. Стартовав с плацдармов, установленных во время Операции Редрейк, Имперские силы нанесли серию быстрых ударов по нескольким целям в регионе Нового Пути.

Сопротивление объединенным Имперским силам было выражено в трех формах. Во-первых, это были крупные группы ополченцев противника, тщательно укрепившиеся на различных объектах многих миров и готовые оказать упорное сопротивление. Эти группы — некоторые, из которых насчитывали миллионы людей, часто находились под руководством святого-харизмита, а иногда и Магистра. Во-вторых, это были войска, посланные Архонтом для нанесения контрудара по Имперским наступательным силам. Они включали в себя высокомобильные рейдерские флоты и корабли поддержки, способные наносить концентрированные удары по эшелонированным соединениям Имперской армии, создавая для них проблемы при развертывании наступательных действий на целевые миры. Только за последние два месяца 756-го, между Готтроном, Хиском и Халиной произошло восемь серьезных столкновений флотов.

В-третьих, существовали группы мобильных оппортунистов. Менее крупные, эти группы налетчиков часто составлялись из подразделений или отдельных бойцов, бежавших после успехов операции Редрейк с Лонг Ха- лента, Онскарда и Формал Прайм, а также тех, кто оставил свои миры перед лицом Имперского наступления. Менее организованные и обученные, отряды оппортунистов стали настоящей чумой для Крестового похода, ведя партизанскую войну, а, в частности устраивая налеты на линии и базы снабжения. На Хескефе, в 757-м отряд оппортунистов устроил налет на корабли стоявшие на высокой орбите, уничтожив три из них, включая средний крейсер Лорд Фальчион. После этого лорд-милитант Делэйни получил приказ выдрать с корнем эти группы, многие из которых действовали за линией фронта. Получив хороший совет от командующих флотом, работавших с ним, Делэйни справился с заданием, уничтожив в начале группу налетчиков на Лонг Халенте в 757-м, потом две на Готтроне в 758-м. К 760-му, он обнаружил и уничтожил отряды партизан на Венади и, в результате серии операций на Урусе, ликвидировал знаменитого лидера налетчиков Отца Барбефола.


Ашек II

Башнеподобные улья Ашека II были заняты силами, лояльными одному из наиболее заметных Магистров, встреченных в первые годы Крестового похода. Асфодель Наследник, прозванный так из-за своего намерения "унаследовать" все Имперские миры во имя Хаоса, был возможно наиболее талантливым Магистром, служившим Архонту, соперничать с которым мог разве что печально известный и великолепный Анакванар Сек. Помимо своего стратегического таланта. Асфодель также с наслаждением создавал и использовал гротескные боевые машины ("машины скорби"), многие из которых, как полагают, он разрабатывал сам. Некоторые эксперты (см. Блоумейн: Искусство Войны; Эсперон и Кулеф: Изучая действия Архиврага на практике) предполагали, что кто-то из окружения Асфоделя мог иметь связи с мирами-кузницами или, даже, с самим культом Механикус.

Бои за Ашек II начались в начале 756-го, но основные сражения развернулись в 757-м, когда командование силами Имперской Гвардии принял Маршал Блэквуд, переведенный с Индрида. Блэквуд практически сразу же осознал бесполезность посылки орд своей пехоты против машин скорби Асфоделя и запросил у Слайдо значительные подкрепления в плане бронетехники. В своем журнале, в 757-м, Блэквуд писал: "Массивность вражеских машин скорби находится на грани воображения, а их крайняя жестокость просто невероятна: огромные летающие колеса, снабженные лезвиями, режущие челюсти, громадные колеса, созданные сугубо ради сокрушения, ползающие насекомые, изрыгающие огонь из своих драконьих носов. Они — механизмы безумного садиста, ставшие реальными и увеличенные до гигантских пропорций. Имперские гвардейцы могут многое, но, в конце концов, они лишь люди из плоти, крови и костей, а эти машины спроектированы специально, чтобы раздирать, резать и иными, особо жестокими способами разрушать эти бренные тела".

Были развернуты 3 бригады бронетехники, включая 45-ю Мершанскую и 2-ю тяжелую Нарменианскую (под командованием полковника Маззена), но реальные сдвиги произошли лишь тогда, когда для поддержки наступления прибыл почти полноценный дивизион титанов. Это было первое значительное участие боевых машин Адептус Механикус в Крестовом походе. Хотя Слайдо потратил множество сил и времени на то чтобы привлечь Адептус к силам Крестового похода, техножрецы Марса крайне неохотно размещали предоставленные ему машины на поле боя, не без хитрости заявляя Слайдо, что титаны должны использоваться только "как машины поддержки, во избежание несчастных случаев". Эта позиция выводила Слайдо из себя (как говорят, он сказал: "Титаны мне предоставлены для пользования, так что будь я проклят, но мы их используем. Меч не имеет ценности до тех пор, пока не покинул ножен").

Судя по всему, Слайдо, с его уже ставшей привычной хитростью, подгонял Адептус к скорейшему развертыванию, будучи уверенным что они, как обычно, делают для себя копии со всей развединформации исходящей с Ашека II, включая предположение полковника Маззена о том, что Асфодель Наследник, каким-то образом связан с культом Механикус.

Напуганные подобными выводами и озабоченные доказательством ложности подобных гипотез, либо движимые желанием уничтожить все нити, связывающие их с нечестивым, Адептус немедленно приступили к развертыванию своих сил. Ведомые древним и величественным титаном класса Император "Империус Корпоралис", боевые машины Марса встретились с убийственными "машинами скорби и рока" Наследника. Последующая битва продолжалась три месяца. После нее гвардейцам, ставшим свидетелями масштабной битвы машин, больше нужна была психологическая помощь, нежели помощь в лечении ран. Термин "горящие лестницы в ад" теперь часто стали употреблять для описания разрушения любого высокого города-улья, гибнущего в огне и пламени, которое задумывал маршал Блэквуд, наблюдая за тем, как пламя охватывало монументальные небоскребы Ашека II. Поверженный Асфодель Наследник бежал с Ашека II. Его уникальный образец злобы более не встретится на пути вплоть до самого Болхоута.


"Везде, куда бы мы не посмотрели, гигантские металлические боги сражались с гигантскими металлическими демонами. Под их весом задыхалась земля, они сотрясали небо. Мы были подобно насекомым у их ног. Подобно мелким насекомым. Нет, не более чем [вырезано цензурой] последствиями этих насекомых"

Пехотинец первого класса Кел Грейди, отряд Эхо, 6-й Прагарский, после Ашека II.

Амбольд XI

"Что касается меня, то я чертовски был рад видеть Змей в действии. Красивые ублюдки. Я обязан им своей жизнью и своей душой"

Майор Гофф Куртейн, 9-ый отряд Излучателей Сарпойского полка (орудия поддержки).

На стадии планирования на Кхулане, перед началом Крестового похода, Амбольд Одиннадцать постоянно предлагался как одна из наиболее подходящих целей для вступительной фазы похода. Его стратегическая важность, как пункта, находящегося на пути, как бы разрезающем миры Саббат. особенно отстаивалась лорд-милитантом генералом Гектором Дравере, который был сторонником теории так называемого "Наступления по центральной линии" имевшей немалое число сторонников среди командного состава. Когда до начала похода оставалась всего неделя, Амбольд Одиннадцать все еще стоял на повестке дня, но в последние часы Слайдо отверг данную схему и утвердил План Вступительной Фазы Завоеваний (ПВФЗ 176/1), который стал известен как Операция Редрейк.

Таким образом, Амбольд Одиннадцать стал целью второй фазы Операции Новый Путь и, наступление на него началось в середине 756-го. Быстрые и безжалостные действия флота под командованием адмирала Карслаэ привели к уничтожению орбитальных фортов и вражеских судов, базировавшихся на низкой и высокой орбитах и, позволили войскам генерала Дилена Белфри осуществить ночную высадку с орбиты прямо на вражеские цитадели — Пелбури Сивитас, Верхний Ганфф и улей Амбольдус. Три волны наступления были отброшены силами Архиврага между 201-м и 288-м днями этого года. Вражеские силы, укрепившиеся в этих местах, были не очень крупными и не обладали хорошим снабжением, но они обладали крайне выгодной позицией за концентрическими оборонительными стенами цитаделей Амбольда.

Девять с половиной тысяч гвардейцев погибли, пытаясь прорваться через эти укрепления.

Сам Белфри погиб под минометным обстрелом. Его подчиненный, полковник Бегулин из Сарпойского полка, попытался исправить ситуацию, но по глупости завел большую часть своих сил в ловушку между третьей и четвертой оборонительными линиями (стенами) Пелбури Сивитас. Были разосланы отчаянные призывы о помощи. На призыв откликнулись Адептус Астартес из ордена Железных Змей. Находившиеся на пути к Сверрену. они сменили маршрут и начали наступление на города Амбольда Одиннадцать с целью оказать помощь изрядно потрепанным и деморализованным силам Гвардии. Их атака была весьма своевременной и, по свидетельству очевидцев, просто экстраординарной. Совершенно не заботясь о собственной безопасности, космодесантники гордой Итаки, высадившиеся с помощью десантных капсул, предали Пелбури Сивитас и улей Амбольдус мечу. Было убито тридцать девять тысяч солдат Архиврага. при этом погибло только восемь Железных Змей. Так был совершен славный подвиг, который и по сей день вспоминают в историях и песнях. Верхний Ганфф пал неделей позже. Под командованием Брат-капитана Феуса, Железные Змеи штурмом взяли кольцо стен и распяли лидеров армии Архиврага[23].

Полковник Бегулин за серьезные ошибки, допущенные при командовании, был в последствии казнен комиссариатом.


Гектор Дравере

Командир старой школы, традиционалист, Дравере долгое время был наиболее ярким и расхваливаемым офицером в Сегментуме Пасификус. За свою долгую карьеру, предшествовавшую Саббатианскому Крестовому походу, он одержал множество побед, как правило, при помощи своего любимого полка Джантинских Патрициев. Характеризуемый как хвастливый и не обладающий гибким мышлением человек, который заслужил лишь несколько наград из тех, что носил, Дравере может показаться первым кандидатом на увольнение, однако не следует забывать, что, командуя своими людьми, он отбил Парфелис у орков в 730-м, покорил Фратерис Восходящий на Скольнике в 737-м, сражался в войнах Равновесия в системе Карфеопея в 740–743, и был одним из первых командиров, переживших столкновение с тиранидами.

Главными недостатками Дравере были его чопорность и недостаток мобильности при командовании. Он был печально известен своим небрежным отношением к людям (так однажды он заявил, что просто задавил бы массой Око Ужаса, если бы у него было достаточно солдат) и его высокомерная позиция позволила ему приобрести нескольких влиятельных друзей в среде высшего командования. Участвуя (правда сугубо в операциях поддержки) в Кхуланской кампании, Дравере искренне рассчитывал получить титул Воителя и, был обескуражен назначением Слайдо. Эти двое никогда не были друзьями, хотя Слайдо хватало ума выказывать Дравере подчеркнутое уважение. Вполне понятно, что Слайдо отверг Амбольд Одиннадцать в качестве основной цели наступления только потому, что на этом настаивал Дравере, и в этом эпизоде мы наглядно видим, что и великие люди склонны ошибаться. Слайдо не хотел отмечать Дравере, доверяя ему начало наступления и, кроме того, Амбольд Одиннадцать попросту никоим образом не вписывался в столь долго лелеемый им план атаки, описанный в его "Обосновании своевременности Реконкисты Территорий Саббат" в 732-м. Возможно, немаловажным также является факт, что Слайдо обвинил Дравере (вместе с генералом Аккензором) в "легкой " победе на Лонг Халенте во время операции Редрейк[24]. Хвастливый и печально известный своими амбициями Дравере пытался скомпрометировать Слайдо до самой его смерти в 765, а позже боролся с иными политическими соперниками, такими как Сайбон, за титул Воителя. Как известно, успеха он не достиг.

Огорченный и озлобленный Дравере был убит в бою во время наступления на Меназоид Эпсилон менее чем через восемь после смерти Слайдо в конце 765-го.

Первая Битва за Сверрен

"Обожаю этих пташек. Они изрыгают пламя"

Рядовой Мел Андрови, 345 Карусарский, воздушные штурмовики.


Стратегический центр региона известного как Лик Святой (названный так за его схожесть с лицом Святой Саббат, если смотреть по центральной линии с расстояния 19.3 полупарсек), Сверрен был миром, имевшим ключевое значение для Операции Новый Путь. Легионы гвардейцев под командованием лорд-милитанта Хаммеля и генерала Булл едина вторглись, в 757-м, на Сретение и разгромили вражеские силы, собравшиеся под командованием Магистра Кувело, который погиб на начальной стадии наступления.

Однако затем наступление застопорилось и, войска вынуждены были перейти к обороне, вследствие плохой погоды. Обращенные в бегство воины Архиврага смогли перегруппироваться и предприняли попытку выбить Имперские силы с их позиций, сосредоточив свои усилия на городе Неффр и портовых городах Колхис и Раммери.

Храбро борясь с зимними бурями и сильными дождями, Булледин сумел провести свои батальоны сначала на юг, а потом на запад через тундру Вовофа и окружить Раммери, который вскоре пал после непродолжительной осады. Хаммель сосредоточился на Колхисе и, в конце концов, добился превосходства в воздухе после шестинедельной кампании (Хаммель стал известным за свою, ставшую привычной любовь к использованию воздушных сил, что особенно сильно проявилось на Энофисе в 773.М41).

Город Неффр оказался более крепким орешком. За восемь недель наступления, летом 757-го, Булледин потерял три тысячи человек, продвинувшись на два километра. Перед лицом такого провала благородный Булледин подал Слайдо прошение об отставке. Оно не было удовлетворено. "Пробуй снова", — такой ответ Слайдо отослал с курьером. Булледин так и поступил. На 241-й день 758-го, под прикрытием единственного титана класса "Полководец" (Виктрикс Импассионата) одолженного культом Механикус, силы Булледина преодолели стены города и приступили к штурму Верхнего дворца. Отец Бухер, второй заместитель Магистра, погиб при попытке взять его в плен.

Форнакс Алеф

Будучи местом, где была одержана известная Имперская победа, Форнакс Алеф также был местом одного из наиболее странных и пугающих эпизодов начала Крестового похода. К 757-му дальняя разведка флота обнаружила, что Форнакс Алеф является хорошо укрепленным вражеским оплотом с величественными городами-ульями и судя по всему также местом нахождения резервов флота противника. Надвигалось крупное сражение и, Слайдо приказал силам Гвардии под командованием генерала Джатера Элбефа готовиться к масштабному наступлению. Силы Элбефа насчитывавшие семь полков и две механизированные бригады*, должны были в дальнейшем быть усиленны космодесантниками ордена Железных Змей, отдохнувшими и посвежевшими после вторжения на Амбольд Одиннадцать в предыдущем году.

Наступление было дважды отложено из-за активности варп-штормов, а вторая вспышка активности вынудила баржи Железных Змей в течение четырех месяцев занимать выжидательную позицию у маяка Альбина. Флот вторжения Элбефа, попав в зону возмущения, оказался рассеян. В результате Элбеф прибыл на Форнакс Алеф лишь с третью личного состава и, без каких-либо известий относительно обещанных подкреплений в виде Астартес.

Элбеф был осмотрительным человеком, обладавшим превосходным тактическим мышлением (Элбеф рассматривался как одна из восходящих звезд Слайдо. Если бы он выжил, он, несомненно, был бы повышен до звания лорд-милитанта и получил бы под командование полноценную армию), оценив ситуацию, он отменил наступление, понимая, что у него слишком мало людей и снаряжения для захвата целого мира.

Он отвел свои транспортные корабли к точке перехода за пределами системы и стал ждать подкрепления, будучи готов в случае атаки эвакуироваться.

Однако Элбеф не собирался упускать возможности, предоставляемые близостью целевого мира и направил скоростной фрегат Зиглер для разведки выгодных подходов к вражеским позициям внутри системы Форнакс Алеф. Операция началась на 303 день 757-го. Тактическая задача Элбефа осложнилась тем, что Зиглер не встретил никакого сопротивления. Ни орбитальных батарей, которые могли бы его обстрелять, ни кораблей, которые должны были быть запущены для его перехвата. Зиглер доложил, что якорные стоянки на высокой и низкой орбитах планеты совершенно пусты — не было ни торговых, ни военных судов.

Более того, на поверхности планеты не было обнаружено никаких признаков электромагнитной активности. Никаких признаков вокс-передач, энергетической или иной промышленной активности, отсутствовали признаки какого-либо движения. Колоссальные ульи Форнакса Алеф были совершенно вымершими и пустыми.

В исследованиях Зиглера и показаниях ауспекса не было найдено никаких ошибок. На следующий день флагманский корабль Элбефа, крейсер Клаудия повторил исследования. Были получены идентичные результаты. Не было найдено никаких следов жизни не только в ульях Форнакс Алеф, но и за их пределами, что отвергало любые предположения о возможной эвакуации жителей из городов.

Столкнувшись со столь странными обстоятельствами, Элбеф тем не менее, решил воспользоваться ситуацией и высадить на планету часть своих сил. Таким образом, через неделю после прибытия он высадил следующие части: два полноценных отряда Гвардии — Варбахскую тяжелую пехоту (34-й и 52-й "Забияк Фелида") и 10-ю Витрианскую механизированную бригаду, всего шестнадцать тысяч человек и восемьсот бронемашин.

Наступавшие высадились ночью и заняли улей Кхайсум. Элбеф вел их самолично.

Сопротивления не было. Силы Элбефа обнаружили мир, начисто лишенный жизни. Огромные города-ульи были пусты, как будто все население вдруг в одно мгновение просто исчезло. В комнатах на столах стояла недоеденная пища, во внутренних двориках стояли недоигранные партии в регицид. Энергии не было, но инженерам удалось быстро восстановить ее подачу. Элбеф сначала подозревал наличие чумы или иного массового смертельного влияния, но тел не было, не было погребальных ям, никаких следов катастрофы или борьбы. Население Форнакс Алеф просто исчезло, без объяснений, оставив жуткий пустой мир.

Элбеф закрепился на своих позициях и стал ждать подкреплений. Из его дневника видно, что он нервничал, и пугающее чувство дискомфорта поселилось в его людях, даже в обычно стойких Витрианцах. Самым страшным были странные, полные боли и страданий крики, которые слышались в ульях, обычно глухой ночью. Источник этих криков так и не был обнаружен. Элбеф слал Слайдо пространные рапорты, сообщая о "пугающем присутствии чего-то, что мы не можем обнаружить". В первый день 758-го связь с силами освобождения Элбефа прервалась.

Задержанные варп-штормами, Железные Змеи, наконец, прибыли на Форнакс Алеф восемьдесят дней спустя. Насчитывавшие три сотни, под командованием брат-капитана Кулеса, они немедленно осуществили десантирование на планету. Обычно невозмутимые и сосредоточенные Железные Змеи были обескуражены, что ясно видно из их первого короткого доклада: "Воителю Слайдо. Милорд, здесь никого нет"

Форнакс Алеф был также пуст, как и до прибытия Элбефа. Особенно удручающим было практически полное отсутствие каких-либо следов присутствия его и его сил на планете. Его корабли исчезли с орбиты, и не было видно следов приземления, за исключением двух десантных капсул, которые вынесло на побережье Сайдронала. Какая бы таинственная судьба не постигла население Форнакс Альфа, та же судьба постигла ныне Элбефа и его людей.

В течение месяца Железные Змеи прочесывали планету в поисках ключа к разгадке, а их боевые баржи обыскивали систему. Никаких следов Элбефа или его немалых сил найдено не было, только чудом уцелевший Витрианский танк (Леман Русс Завоеватель) был найден на крыше восьмиэтажного стека в Кхайсуме. Все устройства связи, за исключением тридцати сантиметров провода, торчащего из гнезда, пропали. Конец провода был обрублен и каким-то образом расплавлен. Не было никаких признаков экипажа, за исключением руки в перчатке (была классифицирована как человеческая), которая все еще сжимала рычаг коробки передач.

Тремя днями позже, одна из боевых барж засекла корабль похожий на Клаудию, на фатальной орбите около солнца. Корабль был во власти гравитации и сгорел, прежде чем его удалось достоверно идентифицировать.

Вполне верным будет предположение, что Железные Змеи были обеспокоены сложившейся ситуацией. Слайдо приказал им отступать, опасаясь, что подобная безмолвная трагедия может повториться, но на 130-й день 757-го обстоятельства вновь сложились драматически. Комета или метеор, ранее незамеченный, врезайся в полярные регионы Форнакс Альфа. Столкновение было катастрофическим и породило множество колоссальных природных катастроф, включая коллапс Северного Ледяного Шельфа и серию вулканических извержений в южном полушарии. Железные Змеи чудом избежали потерь во время катаклизма и последовавшей за ним ядерной зимы. Но столкновение принесло с собой еще более шокирующие последствия. Орды демонов, или демоноподобных тварей хлынули на планету с разрушенного севера. Началась жуткая, яростная война, в которой Железные Змеи оказались окружены и осаждены этими адскими тварями. Для более полной информированности читателю рекомендуется изучить превосходный труд Фесвика "Длинная ночь демонов", а также архивы описываемого ордена на Итаке, кодекс 3345.6, бобина 4591

В первом месяце 759-го отставшие части армии Элбефа прибыли, наконец, в систему и развернулись для оказания помощи Железным Змеям, но оказалось, что к тому времени доблестные космодесантники уже разгромили своих демонических противников и одержали победу. Эта "длинная битва через бесконечную ночь", как ее назвал Кулес, дорого обошлась им. но Форнакс Алеф был зачищен. Героическая стойкость Железных Змей теперь записала на их счет две самые знаменитые победы, одержанные на раннем этапе Крестовго похода, хотя их более поздние достижения на Презариусе затмят все предыдущие.

Никакого жизнеспособного объяснения "исчезновений" на Форнакс Алеф так и не было сделано. Конечно, как полагают различные авторы (см. Фесвик. Бурбурек. Керондис и прочие), не следует недооценивать влияние, оказанное на регион варп-штормами. В настоящее время, когда я пишу этот отчет, на Форнаксе Алеф вот уже пятнадцать лет находится гарнизон Имперской Гвардии, а программа реколонизации и заселения опустевших ульев идет полным ходом. Никаких " исчезновений", равно как и иных серьезных странностей, больше замечено не было. Хотя до сих пор продолжают поступать доклады о необъяснимых криках мертвецов, слышимых в ночи.

Коциаминус

Многие во "внутреннем круге" Слайдо, а также его наследника со временем пришли к мнению, что Коциаминус это чаша яда. Известный как "мир, который отказался умирать", Коциаминус, несомненно, стал одной из наиболее проблемных целей в регионе Нового Пути. Некоторые источники считают, что захватить и отбить Коциаминус годы спустя, стоило в совокупности больше человеческих жизней, нежели осада Морлонда, известного мира-крепости. Это вполне возможно. Только архивы Священного Муниторума могут предоставить точные данные о потерях, но можно вполне резонно предположить, что между 760-м и 773-м в боях за планету погибло более восьми миллионов гвардейцев.

Начиналось все вполне благоприятно. Крыло Операции Новый Путь, своего рода ее второй фронт, достигло Коциаминуса в 760-м. Была предпринята серия наступательных операций под командованием генералов Кельзо и Форджеса (позже замещенного лорд-милитантом Вихресом, вследствие разногласий Форджеса с Воителем). Кельзо, известный своей верой в бронетанковую мощь, повел в бой основные силы и за шесть месяцев наступления захватил три города-улья (Харшен, Болликен и Назеф). Когда внешние районы Харшена оказали ему упорное сопротивление, он в отместку обрушил на них всю мощь 1-й Нарменианской бронетанковой бригады под командованием полковника Гризмунда (впоследствии генерал). Два крупных танковых сражения развернулись в песчаных дюнах неподалеку от Харшена и Гризмунд, "заслужив свои шпоры" подкрепил победой свою репутацию, которая принесет ему в будущем еще немало славы.

Несмотря на эти триумфальные победы, война на Коциаминусе протекала вяло. После масштабной и изнурительной наземной войны, мир был, наконец покорен в 762-м. К тому времени Вихрес был убит (во время печально известного инцидента на мосту Сабель), но, не смотря на заплаченную цену, был создан еще один плацдарм для наступления на имеющий наивысшее значение Болхоут.

Будущее Коциаминуса будет не безоблачным. После Болхоута, он будет дважды захвачен силами Архиврага и на нем развернутся еще три кампании, каждая из которых будет длиннее и сложнее предыдущей. Последняя завершится в 773-м полной победой Империи.


Лорд-милитант Вихрес

Лорд-милитант Вихрес однозначно был одним из старейших офицеров погибших во время Операции Новый Путь.

Старый друг и верный союзник Слайдо, Вихрес был отправлен на Коциаминус, чтобы сместить генерала Форджеса, чье поведение становилось все более сумасбродным. Современники описывают Вихреса как "твердого" и "надежного", из чего можно заключить, что он не был особо одаренным командиром, но подобная оценка не вызывает большого доверия к человеку. Меж тем Вихрес обладал особым навыком лидерства, который можно охарактеризовать как "доброжелательность". Его часто можно было обнаружить на линии фронта беседующим как с офицерами, так и с рядовыми пехотинцами.

Этот очень заметный стиль лидерства сделал его весьма популярной фигурой, хотя возможно он же и стал причиной его гибели. Направляясь на Сантрисианские позиции в Назефе для координации расположения войск, Вихрес получил ложный рапорт разведки о том, что дорога через мост Сабель является вполне безопасной. Вихрес и сорок семь человек из его окружения попали в засаду и были убиты.

Источник дезинформации так и не был установлен, хотя вполне возможно, что это была подлая уловка, организованная противником. Вихрес был похоронен со всеми почестями в Имперском храме на Харшене. Однако впоследствии, в 766-м, гробница была нечестиво разграблена и осквернена силами Архиврага.

Вторая Битва за Сверрен

Мучительная и затяжная кампания на Коциаминусе была только одним из тяжелых препятствий, затруднявших Операцию Новый Путь. Вспышка эпидемии на Формал Прайм и Люциусе усложнила доставку подкреплений на линию фронта, а Надежда Эко оказалась неспособной исполнять роль плацдарма из-за жестокой засухи и голода между 758-м и 759-м.

Далее в 760-м, когда Слайдо начал полагать, что уже достаточно укрепился в регионе для наступления на Болхоут, неожиданно яростное и кровавое контрнаступление, ведомое самим Архонтом Надзибаром, проложило себе путь прямо по центральным территориям. Сверрен, который был в руках Империи с 758-го, пал. Второй раз за пять лет планета оказалась местом масштабных боев.

На этот раз основные боевые действия развернулись в тропиках южного континента. Генерал Булледин, чей опыт сражений на Сверрене двумя годами ранее трудно назвать удачным, тем не менее, был назначен командующим Имперскими силами. Ему был дан приказ — "остановить наступление противника" и удержать ключевые базы топливного снабжения до подхода подкреплений.

Возможно помня о своих предыдущих трудностях на Сверрене, Булледин организовал стойкое и вполне успешное сопротивление. "Это место не побьет меня вновь", — написал он в своих дневниках. Возможно, именно его решимость оказалась жизненно важной в поддержании боевого духа Имперских сил. В 761-м, когда прибыли подкрепления, стало ясно, что армиям Булледина противостоят и Магистр Шолен Скара, командующий своим жестоким братством Кит и, сам

Архонт Надзибар с его ордами. Силы Архиврага были отброшены в окруженные джунглями города южного континента, где они заняли позиции в ожидании серьезной атаки.

После шестнадцати месяцев боев силы Архиврага были разбиты и пришли в замешательство, контрнаступление завершилось. Скара и Архонт начали долгое отступление через малоизученный сектор Валенс 160, к своей судьбе, которая ждала их на Болхоуте.


Кровь, пот и провидение

Рассматривая удачное проведение поздних Крестовых походов, особенно тех, которые проводились на Мирах Саббат и в Спирали Неясности, в более широком спектре, можно заметить, что они состоят из важных переломных моментов, где успех всей операции зависел от незначительных, обособленных действий или событий. Некоторые из них, такие как Болхоут (765) или поражение Макарота в результате растягивания фронта в Группе Хан (772–773), выглядят достаточно понятными, но наиболее интересными поворотными моментами с точки зрения истории выглядят те, негативные последствия которых проявились гораздо позже.

Хорошими примерами могут служить отказ Кранстиена оставить Неясность Альфа и вторая война за Сверрен (760–762). Последняя часто считается весьма воодушевляющим эпизодом, изображающим, как решительность человека (Булледин) позволила ему добиться успеха там, где прежде он потерпел неудачу. Булледином двигала его гордость и, очевидно он недооценил всю силу противника, пока не стало слишком поздно. Если бы менее решительный человек командовал силами, удерживавшими Сверрен или, конечно же, если бы Белледин осознавал, против каких сил он сражается, скорее всего, Сверрен был бы потерян к середине зимы 760-го. И здесь мы можем задаться вопросом "что если?", ведь если бы Архивраг добился победы на Сверрене, то это стало бы катастрофическим рассечением линии наступления Слайдо и привело бы к коллапсу всего Крестового похода. Вплоть до самой своей смерти Слайдо не хотел распространяться на данную тему и строить догадки. Но он должен был понимать, что поход его был близок к провалу и только милость Императора, кровь, пот и провидение склонили чашу весов в его пользу.

Планы и политика

Терпение Слайдо истощалось. Даже в своем самом страшном сне он не мог представить, что завершение второй фазы операции займет столько времени. Вокруг него раздавались голоса, в частности Сайбона и Дравере, убеждавшие его пересмотреть тактику и структуру похода. Слайдо лелеял план захвата Болхоута с самого начала боевых действий. Он считал его целью, имевшей одновременно тактическое и психологическое значение. В своих дневниках в 762-м Слайдо писал:

"Они пришли ко мне как прокисшие псы, ноющие об усталости, причитающие о потерях, ха, а они желали быстрой и легкой победы. Мошенники каждый день писали мне петиции, убеждая принять иной план боевых действий. Я отослал их прочь. У нас уже есть план войны, единственный, который мы приняли и, который завел нас уже так далеко. Теперь я с него не сверну. Что жизни всех тех, кто уже пал, были потрачены зазря? Подобные предложения это измена. Ладья[25] требует с меня вторжение на окраину и, я знаю, что Старый Трезвон[26] также страстно желает получить возможность действовать по-своему. Пусть тявкают. Это всегда был Болхоут. Это всегда будет Болхоут. Все эти миры вращаются вокруг этого центра"

В протоколах заседаний Верховного командования мы можем увидеть альтернативные планы, предлагавшиеся Сайбоном, Дравере и их сторонниками. Сайбон упорно хотел отказаться от похода на Болхоут и направить основной удар Крестового похода на окраины, с целью захвата слабо защищенных Пространств Нубилы и Пояса Уристеса, обеспечив, таким образом, быстрый и прямой путь к промышленным мирам Нового Пути, таким как, Фортис Бинари, Орнетта, Фергаст и Лицеро. Дравере вынашивал схожие замыслы, в то время как другие экстремисты, включая лорд-генералов Кыорелла и Деманфа, рекомендовали обождать год или два. Таким образом, по их мнению, Имперские силы могли бы закрепить свои достижения и установить надежную границу, после чего можно было бы спокойно приступить к осуществлению следующих фаз Крестового похода.

Все эти альтернативы заслуживали определенной доли внимания и создавали впечатление, что ярое нежелание Слайдо пойти на компромисс вызвано лишь его упрямством. Но привязка к Болхоуту была следствием гениальной тактической интуиции Слайдо. Это без сомнения был ключевой мир, управление которым позволило бы контролировать большинство судоходных маршрутов в системе и критических точек Мандевилля. Архонт рассматривал его, как "сосредоточие силы" и, изгнать Архиврага с Болхоута значило нанести тяжелый удар по гордости Архонта и его уверенности в себе. Более того, Слайдо был уверен, что путь в обход Болхоута поставит под угрозу силы в центре региона и, со временем, если Болхоут и прилегающие цитадели не будут нейтрализованы, угроза эта возрастет.

Еще одна причина убежденности Слайдо может быть найдена в его дневнике. Датировано 023.758: "Болхоут все еще остается моей целью и мечтой. Я иду по Её стопам и те вопросы, что стояли перед Фалторнусом, стоят и предо мной"

Этот мимолетный комментарий легко проглядеть и Слайдо никогда не использовал его в качестве аргумента в споре с людьми вроде Сайбона. Но вывод очевиден: Болхоут был объектом жарких дискуссий и во время оригинальной кампании Святой Саббат и, ее великий советник Фалторнус, которым Слайдо восхищался, был абсолютно уверен в его важности. Как и во многих других аспектах войны за миры Саббат, Слайдо проявлял огромное уважение к мудрости и вере персонажей, которые воодушевили его начать Крестовый поход.

Фабинская уловка

В начале 764, все еще находясь в бегах, Архонт Надзибар начал собирать свои силы, призывая многих своих вождей и Магистров собрать войска для организации сопротивления Крестовому походу. Совершенно ясно, что Надзибар собирался заманить основные силы похода на Фабию, где он рассчитывал уничтожить их одним мощным ударом.

Занятно, что его мечты об одном смертельном столкновении, разделял и его оппонент Слайдо. Основной целью Операции Новый Путь было собрать все силы и втянуть противника в крупномасштабное столкновение. Как и планировал Слайдо, местом столкновения должен был стать Болхоут.

Никогда не отклонявшийся от намеченной цели, Слайдо, тем не менее, показал себя мастером уловок. Поняв, что Архонт пытается заманить силы похода на Фабию, Слайдо приказал организовать ряд перемещений флота и войск вдоль торгового маршрута Форнакс Алеф — Фабия и судоходных маршрутов Хескеф — Коциаминус, чтобы создать видимость того, что он заглотил наживку.

Более того, подозревая (вполне обоснованно), что вражеские шпионы проникли в гигантский механизм военной машины Крестового похода, он начал распространять небольшие порции дезинформации по линиям разведки и в приказах Муниторума, добавляя достоверности своей уловке.

Приказы о перемещении войск (имевшие дополнительное закодированное сообщение, которое не позволило бы Муниторуму их исполнить), предписывали собрать в системе Фабии готовые к молниеносному удару отборные полки, а огромное количество стратегической информации шедшее (и утекавшее) через канцелярию Великого Адмирала Военно-космического флота, рассматривало возможность размещения и снабжения значительных соединений флота у Хиска. Слайдо даже дошел до того, что неожиданно заговорил о поддержке планов Сайбона относительно "окраинной альтернативы", рассматривая ее как "дееспособный вариант в случае приближения к Фабии". Можно лишь догадываться, как непросто было лорд-милитанту Сайбону проглотить свою гордость и продолжать играть роль в этой шараде. Позже он напишет: "Как мерзко было наблюдать за тем, как мой взлелеянный план был в начале грубо отброшен, а потом использован как наживка, чтобы заманить в ловушку этого звероподобного врага"

Мы можем лишь предполагать, насколько изысканной была ловушка, но Архонт Надзибар попался и, собрав огромные силы, приготовил к весне свою ловушку. В 765-м, готовясь к масштабному наступлению на Фабии, Архонт на некоторое время привел свои силы на Болхоут, для переоснащения и снабжения. Болхоут к тому времени уже несколько лет находился под властью Магистра Шоллена Скары.

И именно там, собранные в огромных количествах, готовые к переброске на Фабию, войска Архонта попали под катастрофически неожиданный удар Имперского Крестового Похода.

Болхоут, 765

"Я мечтал об этом дне множество раз, но даже в худших своих кошмарах, я не видел подобного"

Слайдо. На Болхоуте.


Целый хор астропатических невербальных контактов последовал за отменой ключа/АР молчания, продолжавшегося в точности тридцать две секунды — своего рода неудачного эха связи, регулярно получаемого обеими сторонами в центральной зоне боевых действий, но на самом деле специально подготовленного и широко транслируемого набора сигналов, означавших начало битвы за Болхоут.

Если посты прослушки Архиврага и имели какие-то предположения, насчет того, что засекли сигналы, не являющиеся обычным эхом отмененной передачи, то они не прореагировали.

К тому времени, как удалось вычленить и перехватить конкретные сигналы Имперского входящего трафика, массированное наступление флота уже началось.

Наступление Слайдо под кодовым названием Адский Шторм[27] было построено на следующих ключевых принципах:

1) Путем организации наступления флота добиться орбитального превосходства и нанести вражеским кораблям как можно больше урона.

2) Подвергнуть массированной бомбардировке ключевые регионы планеты.

3) Под прикрытием флота организовать ускоренную высадку основных сил десанта.

4) Развернуть начальную стадию наступления сразу же по получении приказов наземными силами.

5) Под прикрытием флота организовать ускоренную высадку второй волны десанта с целью усиления войск, участвовавших в предыдущих стадиях операции.

Многие исторические тексты при рассмотрении событий на Болхоуте ограничиваются этим списком задач, очерченным Слайдо, отмечая, что в основном они были достигнуты. Хотя Болхоут остается блистательным примером тщательно спланированной военной операции, которая прошла согласно плану (по крайней мере, настолько, насколько можно судить по событиям, имевшим место) и принесла более чем ожидаемую победу, стадии сражения заслуживают более близкого рассмотрения и внимания, как к превосходно проработанным тактическим деталям, так и к характерам офицеров (и их проявлениям в критической ситуации), которые воплощали в жизнь данный план.

К важнейшим зонам наступления относились Тарккские острова — отданные генералу Олифанту, город Заэбес — маршал Блэквуд, Западные Равнины — лорд-миллитант Сайбон, Бал Прайм — маршал Кайтер, улей Боруна — генерал Скалия и Балополис — генерал Кьюрелл. Маршалам Байзеру и Файлезе было приказано наблюдать за умиротворением Юга, а генералу Солтону было приказано захватить и удержать перерабатывающий комплекс на Гаттерии.

Наступление на Олигархию Слайдо возглавил лично. Из данных приказов можно заметить различие в его отношении к тем двум «шипам в заднице», которыми были для него Сайбон и Дравере. Слайдо не любил ни одного из них, но тот факт, что он доверил Сайбону операции на Западных равнинах, в то время как Дравере был поручен унизительный надзор за снабжением, показывает, что он ценил военный гений и способен был отставить в сторону личные пристрастия, когда речь шла о высшей цели.

Столкновение флотов

Наступление флота было организовано в виде четырех волн. Первая "головная" волна, эшелон скоростных ударных кораблей адмирала Кристора, прибыл в систему Болхоут за 16 часов до начала боевых действий, войдя в реальное пространство через точку перехода на дальней стороне системы и, использовал радиационное излучение местного светила для сокрытия своих порядков от систем слежения Архиврага.

Вторая волна — корабли, везущие солдат, массивные транспорты и тяжелые орбитальные штурмовики под командованием вице-адмирала Гарнхорста — прибыли через точку перехода вне системы пятью часами позже и заняли позицию в углеводородных облаках на краю системы. Обе эти волны должны были, оставаясь необнаруженными сохранять боевую готовность, а варп-колебания, порождённые собиравшимися в системе кораблями Архиврага помогли им скрыть их собственные прыжки и перемещения внутри системы.

Третья волна адмирала Шейвера — основные ударные силы флота в начале атаки совершили прыжок прямо во внутренние зоны системы и немедленно атаковали суда, базировавшиеся на низкой и высокой орбитах, и орбитальные батареи.

Вслед за сигналом Шейвера к выступлению, Кристор вывел свою первую волну из-за короны звезды и нанес мощный удар по обороне дневной стороны планеты, прорвавшись через огромные орбитальные доки высотных станций Болхоута и врата Халлидана. Только после этого третья волна Гарнхорста начала продвигаться вглубь системы, готовясь начать наступление на поверхность планеты, следуя за массивными боевыми кораблями.

Далее четвертая волна под командованием вице-адмирала Санлюка прибыла в систему, неся массированные подкрепления.

Масштабные боевые действия на орбите и в околопланетарном пространстве космоса осветили небеса Болхоута.

Предполагается, что в первые шесть часов двадцать два процента флота Архиврага было уничтожено на якорной стоянке, а затем еще двенадцать процентов после старта. Имперские потери составили девять процентов, хотя в пропорциях особенно большими были потери среди истребителей и легких атакующих судов, встретившихся с орбитальными батареями. Флагманский корабль адмирала Шейвера — Мирмидон, был также потерян в артиллерийской дуэли с двумя вражескими крейсерами — Кровавой меткой и Лишением. Вслед за тем, вице-адмирал Фон Хаэгель принял командование третьей волной.

К концу двадцать первого часа было достигнуто орбитальное превосходство, хотя столкновения боевых кораблей продолжались в течение всего сражения (за планету), некоторые из них происходили уже вне системы, по мере того как вражеские боевые корабли пытались маневрировать или бежать. Начавшаяся планетарная бомбардировка нанесла сокрушительный удар по ключевым объектам на поверхности планеты. По словам очевидцев, казалось, будто весь север Западного континента объят огнем.

К двадцать третьему часу, когда орбитальная бомбардировка все еще яростно обрушивалась на некоторые регионы, началась высадка основных сил десанта. Силы гвардии, включая бронетанковые, были высажены с помощью десантных капсул, кораблей, шаттлов и грузовых лихтеров. Подобный масштаб десанта останется непревзойденным вплоть до Морлонда, и даже тогда не будет настолько значительным, как наступление на Болхоут. Около двадцати трех процентов солдат было потеряно при высадке, как уничтоженными в воздухе, так и врезавшимися в планету. Впрочем, в некоторых регионах эта цифра была значительно выше.

K серверу от Олигархии этот процент достиг восьмидесяти четырех.

К сорок четвертому часу интенсивное наземное сражение развернулось на Западных равнинах, где огромные силы десанта Слайдо столкнулись с моторизованными армиями Архиврага. Наступление Сайбона в северном направлении, сопряженное с трудностями и тяжелыми потерями, будет продолжаться в течение девяти дней и закончится катастрофической битвой в долине Восхождения. Невероятные по силе сражения также развернулись в Балополисе, где силы генерала Кьюрелла встретились с братством Кит, под командованием Магистра Шоллена Скары. Кьюрелл сообщал: “Я никогда не встречал такой ярости, равно как и такого опустошения. Каждый угол улицы защищался до конца, взятие каждого высотного стека превращалось в апокалипсис. На улицах разворачивались эпические сражения, более отчаянные и жестокие, нежели любые другие, в которых когда-либо принимали участи люди, и каждое следующее затмевало предыдущее"

Вскоре после сорок восьмого часа сам Кьюрелл был несколько раз ранен и вынужден покинуть поле боя, его место занял в начале генерал Корзен (убит около пятьдесят третьего часа), а затем маршал Бернц (убит около пятьдесят восьмого часа). Поскольку генерал Делэйни не мог прибыть на место для принятия командования, контроль над Балопольским театром по умолчанию перешел к старшему выжившему офицеру из окружения Кьюрелла — командующему Макароту. Узнав об этом, а также об отчаянном положении Гвардии в Балополисе, Слайдо немедленно издал приказ о присвоении Макароту внеочередного звания маршала, "с тем, чтобы такой молодой парень получил соответствующие уважение от людей в этот неблагодарный час"

На самом деле, мы можем подозревать, что Слайдо считал сражение за Балополис проигранным. И в самом деле к шестьдесят пятому часу ситуация была очень плохой. Блэквуд зачистил город Заэбес, а Бал Прайм и перерабатывающие заводы Гаттерии должны были также вскоре пасть. Но наступление на Тарккские острова превращалось в кровавую баню, и ужасающие потери были понесены в улье Боруна и на Западных равнинах.

Сам Слайдо сражался на самом сложном направлении. Его армия, вторая по величине после армии Сайбона, прорубала себе путь через сердце врага — Олигархию. Против нее были сосредоточены орды четырех Магистров, включая печально известного Асфоделя Наследника и кровожадных культистов самого Архонта.

Олигархия

Наступление Слайдо на Олигархию продолжалось десять дней. Надзибар крепко вцепился в эти древние и хорошо укрепленные места и, кроме того, поддерживался непоколебимыми машинами скорби Асфоделя Наследника. Ландшафт также основательно замедлял продвижение, — орбитальная бомбардировка превратила значительную часть внутренних земель в щебень и каменную крошку, а серия штормов (вероятно вызванных плотным туманом, оказывающим влияние на погодные условия на Болхоуте) превратила все пространство в грязевые озера. Несколько тысяч гвардейцев погибли в этих условиях, поглощенные трясинами или убитые в болотах. Химические вещества загрязнили воздух в некоторых регионах, создав токсичную, серную атмосферу, что еще больше усложнило жизнь Имперской пехоты, заставив ее сражаться в громоздких респираторах.

Первый прорыв пришелся на пятый день, когда воины Белых Шрамов прорвались сквозь оборонительную линию у стены Святых и обратили в бегство силы Магистра Кула Колеша. Сам Колеш погиб во время дикой перестрелки в крытых галереях дворца Сирен. На седьмой день подразделения Серебряной Гвардии под руководством Магистра ордена Веегума прорвались через внешние линии Эмансипатория, где они некоторое время сдерживались дредноутами Хаоса и машинами скорби, пока не подошли значительные силы бронетехники, включавшие 12-ю Пардусскую, 18-ю. 21-ю и 22-ю Кетзока, 18 морскую (Пантеры) и 2-ю Витрианскую мобильную бригады.

Расчистив путь, Веегум повел Серебряную Гвардию напролом, за два часа захватив Эмансипаторий и. при поддержке 50-го Вольпонейского (голубых кровей), 10- го Прагарского и 477-го Кольстекского полка легкой поддержки, штурмом взяв монастырь Святого Киодруса. Также на седьмой день Джантинские Патриции и отряды 11 — й Мордианской Железной Гвардии захватили окрестности Олигархии, удерживали их в течение трех часов, прежде чем отступить, затем, на следующее утро, контратаковали и захватили их во второй раз.

Но башня Плутократа и окрестности цитадели продолжали сопротивляться наступавшим. К полудню девятого дня Слайдо развернул свой левый фланг против неприступных ворот Олигархии. Этой атакой формально командовал капитан Аллентис из Серебряной Гвардии, но его отряд был уничтожен смертоносными машинами Наследника. Таким образом. первым отрядом, достигшим врат Олигархии и ставшим знаменитым, был 8-й Гирканский, преодолевший контрфорсы врага и распахнувший врата, сопротивлявшиеся девять дней. Прорыв Гирканцев был осуществлен при поддержке Серебряной Г вардии. "Молотов" Кольстека и четырех бронетанковых дивизионов. Башня Плутократа пала в этот же день, немногим позже, после массированного наступления Гирканских сил.

Сам Слайдо вошел во внутренние районы во главе восьми полков, включая его собственных телохранителей и, на рассвете десятого дня, начал атаку на Высокий Дворец, где укрепился Надзибар.


Тарккские Острова

Атака генерала Олифанта на Тарккские острова продолжалась девятнадцать дней — самый длинный период войны на Болхоуте (хотя кампании по умиротворению и подавлению сопротивления внутри и за пределами города продолжались в течение восьми месяцев после объявления победы).

Именно наличие локальных очагов сопротивления на разбросанных островах объясняет столь затяжную природу этих боев и высокий уровень смертности личного состава. Впрочем, потери были велики с самого начала. В первый час наступления, вследствие ошибки в данных, три грузовых лихтера (несших от 9000 до 9500 человек) сели на море неподалёку от Таркус Магнус и были уничтожены массированным огнем береговых батарей, прежде чем кто-либо успел выбраться.

Основными целями сторон на Тарккских островах были газовые шахты и перерабатывающие заводы, которые наряду с массивными комплексами Гаттерии являлись основными источниками топлива и энергии на Болхоуте. В то время как Гатгерия была захвачена с относительно небольшими потерями, две крупные газовые шахты на Тарке были взорваны (возможно, силами Архиврага) и огромные запасы топлива были потеряны. Кроме того, вследствие этого, запасы газа горели еще в течение пяти лет, нанося колоссальный урон климатическим системам Южного полушария. Сейчас, на момент написания, очевидно, что некоторые запасы газа под морским дном все еще горят. Олифант, опечаленный тем, что его команда не сумела чисто захватить острова, подал в отставку и позже (в 768-м) совершил самоубийство.


Долина Восхождения

Кульминацией и важнейшим эпизодом кампании Сайбона на Западных равнинах стала операция, проведенная на девятый день боев. Просочились новости о взятии Скалии и улья Боруна.

Воодушевленный этими известиями и получивший подкрепления с десантом четвертой волны вторжения (шестой и седьмой дни), Сайбон развернул свои бронетанковые колонны к Освященному Эстуарию[28] и сблизился с силами Магистра Квалла в проходе, ведущем к долине Восхождения. После шестнадцати часов отчаянного сражения, при поддержке легионов Титанов, Сайбон захватил Высокий Подъем и объявил Западные равнины находящимися под юрисдикцией Империума.

Балополис

На восьмой день наступления яростное сопротивление врага в Балополисе начало ослабевать. Не смотря на все трудности, Макароту удалось собрать свои рассеянные силы в мощное ударное копье и направить его на упорно обороняемые противником центральные районы. Сражение было столь напряженным, что даже те, кто участвовал в нем, не могут толком, в деталях рассказать о том, как оно протекало. "Большинство людей знали только то, что происходило в непосредственной близости от них", — писал один из Гвардейцев — "среди огня, грохота и суматохи мир человека сжимался до нескольких метров вокруг него. Немногое можно было увидеть и немногое узнать, кроме смерти".

Было ли у Макарота более полное понимание ситуации неизвестно. Естественно он был в самой гуще битвы и трудно представить, что он как-то мог охватить взглядом поле битвы или свести воедино обрывки сообщений для получения общей картины. Можно предположить, что Макарот основывал свои приказы на поле боя, скорее, на интуиции, нежели на получаемых им данных. В своей дальнейшей карьере Макарот показал себя командиром, доверяющим своим собственным инстинктам и уму, и часто пренебрегающим данными утверждавшими обратное.

Ранним утром девятого дня силы Макарота прорвались через скопления хлоринового газа, выпущенного врагом, и приступили к штурму центральных районов. К концу дня Балополис превратился из поражения в неожиданную победу для Империи, а Макарот определенно стал командиром, которого следовало воспринимать всерьез.


Высокий дворец

Слайдо получил вести об успехе Макарота на десятый день, в начале своего финального наступления на Олигархию. По свидетельству очевидцев он " онемел от великого восхищения". Теперь горькая цена взятия Болхоута была очевидна и для него. Он выглядел "усталым и обреченным", — говорил один офицер — "как если бы груз множества миров висел над ним". "Я никогда не видел его таким изнуренным", — подтверждал другой — "в его глазах всегда горел огонь, а теперь они казались давно погасшими".

Но, похоже, кое-какой огонь еще сохранился. Когда полковник Хелмуд из Прагарских полков заметил воителю, что "Дворец будет нашим сэр, но за это придется заплатить несколькими тысячами жизней", Слайдо воскликнул: "Начните с моей!", схватил свой энергетический меч и повел первую волну атаки, прежде чем кто-либо смог разубедить его.

Жестокие перестрелки шли на крытых галереях и в залах некогда величественного дворца, включая одну особенно упорную стычку в Водяном саду, которая продолжалась четыре часа. Слайдо мог быть серьезно ранен во время этой фазы боя — мечом или пулей в живот, но тогда этого никто не заметил. Заметили эти ранения лишь позже, когда медики осматривали Слайдо уже бывшего при смерти.

Он не выказал никаких признаков слабости.

Часто пишут, что Слайдо и Надзибар встретились лицом к лицу, ибо им суждено было сойтись в бою. Но, скорее всего Слайдо сам активно искал Архонта, движимый единственным желанием уничтожить свою немезиду. Вполне возможно, что Надзибар (который к тому времени понимал, что война проиграна, а бегство невозможно) также желал свести счеты и получить шанс перед смертью нанести мощный удар по боевому духу Крестового похода.

К восемнадцатому часу десятого дня, когда Серебряная Гвардия, пехота Кольстека и тяжелая артиллерия Элитора удерживали позиции в Колледже Знаний, а Гирканцы прикрывали его позиции с флангов, находясь на лестнице главного вестибюля, Слайдо и его командное подразделение встретились с Архонтом и его элитными телохранителями у За¬падного палисадника.

Воитель и нечестивый Архонт сошлись в поединке, оказавшимся настолько яростным, что "большинство просто вытеснило из зала его напором". Этот поединок продолжался шесть (по другим источникам одиннадцать) минут. Слайдо избрал наступательную тактику, наращивая давление на противника. Прорываясь через оборону Надзибара, он получил две смертельные раны, которые каким-то образом сумел превозмочь и нанести, наконец, противнику фатальный удар.

Умирая, Архонт повалился на спину, а его культисты заполнили палисадник, пытаясь унести его в безопасное место. Бойцы Имперской Гвардии прорвались через эту толпу, убив многих культистов (многие враги просто перестали сражаться, впав в отчаяние и не переставая рыдать). Воитель Слайдо был найден лежащим на мраморном полу Западного Атриума — он находился при смерти.

Не было никаких сомнений в том, что медицина не в силах ему помочь: некоторые из его серьезных ран были нанесены культистами Архонта, пытавшимися вырвать последнего из хватки Слайдо. Говорят, Слайдо был найден сжимающим статуэтку Святой Саббат, хотя это может быть апокрифом.

Уцелевшие телохранители Слайдо взяли штурмом палисадник, перебив всех, кого смогли найти. Труп Архонта Надзибара был позже обнаружен у основания Следов Плутократа среди груды истерзанных тел. Люди Слайдо без разбора убивали бегущих культистов. В числе убитых оказались и носители паланкина. Их ноша была идентифицирована уже после окончания этих событий.

Смерть Слайдо

«Со мной покончено, но дело мое не окончено»

Приписывается Слайдо, на смертном одре.


Слайдо прожил достаточно долго, чтобы увидеть закрепление победы на Болхоуте, хотя отдельные столкновения и усилия по умиротворению продолжались еще довольно долгое время. Его опасения относительно того, что он может не увидеть очищение всего региона Миров Саббат оказались правдивыми. Хотя многие, кто был тогда с ним, сообщали, что он шел на смерть абсолютно спокойным и отстранённым, как будто был полностью готов к ней.

Возможно, еще больше чисто эзотерических элементов было просто выдумано. Некоторые говорят, что Слайдо придавал такое значение так называемому "указующему персту Святой", что постоянно советовался с Таро и жрецами. По сведениям, по крайней мере, двух серьезных источников, Слайдо и в самом деле действительно был орудием духовных сил и не только знал, что его смерть предрешена, но еще в 756 ему было известно, что это произойдет именно на Болхоуте. Можно предположить, что во время битвы за Болхоут Слайдо не столько волновала его собственная судьба, сколько личность того, кто станет его наследником. Если Слайдо действительно ожидал в эти последние часы " знака свыше", то это могло бы объяснить его практически неподобающее доверие Макароту. Однако, скорее всего, Слайдо осознавал, что непредсказуемость сражения может стать причиной его гибели, и не хотел оставлять Крестовый поход разобщенным. Для достижения победы нужно было приложить огромные силы, и только сильный лидер мог сделать это.

Тело Слайдо было захоронено со всеми подобающими почестями в специально построенном для этого мавзолее — Хонорариуме на Болхоуте. Масштабная программа по восстановлению разрушенных городов Болхоута не завершена и по сей день.


Наследие Магистров

Большинство жестоких последователей Архонта были уничтожены во время боев на Болхоуте. Магистру Алликарну удалось покинуть планету только для того, чтобы быть выслеженным и уничтоженным во время операции флота вне системы девятью днями позже. Во время конфузии в Балополисе, Шолену Скара и значительному контингенту его последователей из братства Кит так же удалось бежать с Болхоута. Асфодель Наследник, осознавая уязвимость позиций сил Архонта, так же покинул планету (вероятно на пятый или шестой день наступления на Олигархию) и оставил Надзибара в одиночестве перед лицом воинства Крестового похода. Оба они — Скар и Наследник, будут представлять в будущем угрозу армиям Крестового Похода.

После сражения, когда имперские силы зачистили местность, обнаружилось наследие этих монстров. Лагеря смерти Шолена Скара на Балополисском полуострове содержали ужасающие свидетельства геноцида, учиненного Магистром над населением Болхоута, возможно, единственно с целью развлечения. На объектах вокруг Олигархии были найдены доказательства медицинских экспериментов Асфаделя, которым подверглись тысячи людей. Ужас и даже безумие поразившие Имперских служащих, ставших свидетелями этих открытий, побудили некоторых из них безжалостно в остервенении уничтожать преступников и следы их преступлений.


Соперничество

Лорд-милитант Сайбон был одним из сильнейших претендентов на роль Воителя, объединявшим в себе длительный опыт командования войсками и славную историю побед.

Сайбон пользовался уважением Слайдо, как лидер и ожидал от него, в свете победы в долине Восхождения, благосклонности и поддержки. Однако карьера Сайбона омрачалась слухами о его варварском отношении к обычным солдатам — качестве, которое Слайдо презирал.

Другим лидирующем претендентом был Гектор Дравере, хотя маловероятно, что Слайдо когда-либо доверил бы этому человеку охранять свою спину (хотя Дравере в своем высокомерии ожидал этого от него).

Слайдо чувствовал, и были данные, подтверждающие его ощущение, что компетентность Дравере в командовании войсками была сомнительна и многие из его наград были незаслуженными. Подобно Сайбону, Дравере был жестоким человеком, и многое говорило о том, что он рассматривал регулярную пехоту как пушечное мясо. После назначения Макарота стали циркулировать слухи, что Дравере замешан в заговоре с целью его смещения и занятия поста Воителя. Если это и правда, то заговор был подавлен Комиссариатом, а сам Дравере был убит во время операции на Миназоид Эпсилон прежде, чем были предприняты какие-либо действия.

Генерал Кельзо мог быть популярным среди младших и средних чинов, а его способности к командованию были неоспоримы.

Однако Кельзо не хватало влияния в среде старшего командного состава, а также дружбы сильных мира сего. У него не было власти в Генштабе и не было сильных союзников во флоте. Слайдо вероятно рассматривал кандидатуру Кельзо (потому что симпатизировал ему), но отверг ее, потому что знал, что Кельзо будет однозначно слабым выбором.

Маршал Хардайкер практически не участвовал в походе, и его послужной список не был столь уж славным. Однако он был амбициозным, был знатного происхождения, обладал сильными связями в среде Кхуланской аристократии, а также был под покровительством Губернатора сектора.

Если бы Слайдо умер, не назначив наследника, вполне возможно, Хардайкеру удалось бы закулисными интригами добиться данного поста с помощью своих могущественных покровителей.

Адмирал Кристор также был спорной фигурой, поддерживаемый старшими офицерами боевого флота, которые хотели видеть во главе похода флотского командира.

Кристер также пользовался поддержкой, по крайней мере, двух Высших лордов, но в сфере влияния Имперской Гвардии даже подобное влияние не могло сделать Кристера Воителем. Однако, вполне возможно, что, если бы Макарот не попал в зону внимания Слайдо, Кристор мог бы стать выбором Слайдо просто потому, что его назначение пресекло бы споры между лорд-милитантами.

Макаротт

Слайдо назначил Макарота Воителем на своем смертном одре. Подобные условия не допускали никаких возражений со стороны других лорд-милитантов. Сайбон, Дравере и остальные были приведены в ярость данным решением, считая Макарота слишком молодым и неопытным.

Человек меньшего масштаба, нежели Макарот, возможно был бы быстро смещен с такой должности, особенно под давлением столь могущественных и уважаемых лордов, но тот факт, что он удержался на месте и политически переиграл их, показал, что молодой Воитель обладает идеальным талантом и темпераментом для своей роли. Были и такие в верховном командовании, кто уважал решение Слайдо вследствие глубокой привязанности к "старику".

Восхождение Макарота по ступеням власти было примечательно быстрым. Сравнительно молодой к моменту своего назначения, он, будучи заместителем Кьюрелла, тем не менее записал на свой счет несколько впечатляющих побед — факт очень часто опускаемый старающимися очернить его людьми. Его виртуозное командование на Балополисском фронте еще больше укрепило его репутацию. Однако надо честно признать, Макарот мог также быть упрямым и своевольным. Эти качества расстраивали и настораживали некоторых старших офицеров. Первое время, после принятии командования Макроту пришлось больше заниматься умиротворением невзлюбивших его, нежели ведением боевых действий.

Конечно же, в течение декады после Болхоута Макарот был признан одним из наиболее талантливых полководцев своей эпохи, вобравшим в себя лучшие качества своего предшественника и добавившим к ним искру духа — "будто голубое пламя сверкало в его глазах" — по словам Булледина. Возможно, именно это и заметил Слайдо.

Наверное, нелишним будет напомнить, что в начале своего правления в качестве Воителя в 765-м, Макарот часто описывался как "живой и часто злорадный", а также как "маленький, не производящий особого впечатления, склонный к раздражительности и жестокости". Очевидно, на личном уровне, его, обладавшего таким изменчивым характером, было трудно любить. Хотя возможно, эти черты стали следствием его неожиданного взлета к вершинам власти и его яркого интуитивного разума. Тактика Макарота неизменно отмечалась как рисковая, основанная на интуиции и инстинктах, — тенденция, которую он установил на Балополисе и которую блестяще продолжал демонстрировать с самого начала своего командования во время ведения боевых действий в рукаве Кабал.

Выступ Кабал, 765 — 773

Равно как и Слайдо до него, Макарот сосредоточился на цели, достижение которой по любым меркам потребовало бы значительного времени. Однако сравнительный анализ этих целей ярко демонстрирует различия между Слайдо и его молодым наследником.

Слайдо сделал Болхоут основной целью для раннего периода Крестового похода — одинокий ключевой мир, который, будучи взят, закрепил бы достижения его войск и стал бы бастионом, контролирующим пути через миры Саббат. Некоторые полагали, что Болхоут был слишком амбициозной целью и, не следует забывать о том, что путь к победе занял гораздо больше времени, чем рассчитывал Слайдо. Изначально Слайдо полагал, что Болхоут может быть захвачен в течение года или двух после начала кампании. В действительности это заняло десятилетие. В заключение стоит сказать, что Слайдо избрал амбициозную цель, опасно недооценив усилия и время которые понадобятся для ее достижения, но однозначно обосновал этот выбор своей решительностью, тяжелой работой и упорным нежеланием изменять или облегчать свой план.

И наоборот, цель Макарота — системы Кабал, — были не одним миром, а огромным скоплением планетарных систем, которые к тому же лежали на значительном расстоянии от передовых позиций Крестового похода в 765-м. Только чтобы достигнуть систем Кабал, армиям Крестового похода надо было проложить широкий путь из умиротворённых миров Нового Пути и хорошо защищенной системы группы Хан. Провозглашая системы Кабал своей целью, Макарот втягивал имперские силы в такую авантюру, что сосредоточенность Слайдо на Болхоуте казалась сдержанной и осмотрительной.

Многие увидели в этом достаточное доказательство того, что Макароту не хватало мудрости и чувства тактики, требовавшихся Воителю для разрешения данного конфликта. Масштаб его амбиций был просто смешон. "Высокомерие человека", — писал Сайбон в 766-м, "соответствует его некомпетентности. Это решение [которое он предлагает] навязываемое нам, демонстрирует, что он просто демонстрирует, что он просто не понимает, что там находится или что потребуется для победы над этим". В это время Веегум язвительно отзывался о целях Макарота. называя их "гамбитом Ребуса", ссылаясь на планету, которая была на самом краю миров Саббат и, намекая, что Макарот может потребовать от них захвата всех оставшихся территорий за один марш-бросок. Кельзо в душе был согласен с этим, когда значительно более примирительно и дипломатично написал: "это [системы Кабал] достойная цель, но возможно, если подумать. цели вдоль этого пути сами по себе будут достойными"

К тому же верховное командование было обеспокоено появившимися новостями о крупных подразделениях "разбитых и рассеянных" после Болхоута сил Архиврага. Кроме этих сил, бежавших с Болхоута, было еще больше тех, которые шли на выручку своему Архонту, а потом бежали или направились в другую сторону, когда их достигли сообщения о поражении. Внутренние квадранты Нового Пути бурлили отрядами, занимавшими позиции вдоль новой линии фронта. Многие миры в регионе были разграблены или даже полностью уничтожены яростью сил Архиврага, пытавшихся перегруппироваться. Макарота критиковали в каждой казарме, за то, что он немедленно не собрал вместе войска после Болхоута. Полагали, что он должен был мобилизовать несколько армий Крестового похода для преследования и уничтожения, бегущих подразделений противника, прежде чем они смогут закрепиться. Говорили, что многие миры можно было сберечь.

Возможно это правда, а возможно, если бы судьба действительно повернулась против имперских сил во время некоторых особенно отчаянных и рискованных эпизодов предприятия Макарота. " Воительство" Макарота осталось бы в наших анналах военной истории как полностью провальное, наполненное ошибками, просчетами и катастрофически высокомерными амбициями. 

Бардиин в своих Тактических Императивах писал:

Воителя Макарота обвиняют в том, что он не собрал воедино войска [после Болхоута], но вполне очевидно, что сбор войск был его основной целью. Он просто не организовал войск, так как это сделал бы Слайдо; то есть он не приказал организовать постепенное, система за системой присоединение близлежащих территорий, с одновременным упорным преследованием бегущих сил противника; он не стал обустраивать плацдарм для дальнейшей эскалации конфликта. Макарот понимал, что Слайдо поверг врага в бегство и хотел закрепить это преимущество, отчаянно прорываясь вперед, "охотясь", вместо того, чтобы, занимаясь улучшениями потерять контакт с противником. Системы Кабал — регион, окруженный печально известными "мирами-крепостями", стал бы колоссальным трофеем и Макарот стремился вывести силы похода на ударную позицию в группе Кабал, прежде чем Архивраг сумеет сгруппировать силы в этой точке.

Макарот также принимал во внимание, что Гибельные силы потеряли своего Архонта. Им не хватало реального централизованного командования и Макарот надеялся направить разрушительное копье в их сердце, сделав неожиданный ход, который ни один из разрозненных вражеских отрядов не сможет предсказать, либо достаточно быстро на него среагировать.

Проще говоря, он не хотел терять время и людей вычищая дезорганизованные, рассеянные подразделения противника, а предпочитал ударить прямо в центр. Как он писал, — "Я нацелю свой удар в голову, не в конечности". Никто, ни Архивраг, ни даже генералы и маршалы Макарота, не ожидал, что он повернет силы Крестового похода к внешним мирам, через две огромные группы систем, к преддверию систем Кабал, что он собственно и сделал.

Но произошедшее, конечно же. позволяет нам радоваться тому, как рискованный план Макарота полностью себя оправдал. Керондис в своем труде "Систематические столкновения в группе Хан" описывает Макарота следующим образом: "все что было у Слайдо увеличенное до такой степени, что то, что в Слайдо казалось отчаянным, в Макароте казалось безрассудным, что в Слайдо казалось гениальным, в Макароте казалось безумным". Хотя и приблизительно, оценка кажется верной. Макарот воевал с той же умственной, интуитивной хваткой, что и Слайдо, но применял ее в значительно более крупных масштабах, часто до такой степени, что офицеры штаба, окружавшие его, просто не могли оценить далеко идущие последствия его решений.

Макарот ненавидел чрезмерную осторожность и находил наслаждение в том. что можно описать как "рисковость". но возможно более верным было бы сказать, что он чувствовал и просчитывал степень опасность значительно лучше, нежели остальные. В течение всего наступления на системы Кабал, Макарот показывал себя дальновидным, а иногда даже едва ли не наделённым пророческим даром командующим, особенно чувствительным в преддверии наград и ловушек, ожидавших его при подобных смелых действиях. Некоторые лорд-генералы, включая такого уважаемого как Сайбон пришли в восхищение и прониклись уважением к подобным способностям схватывать на лету. Для других же он на многие годы так и остался авантюристом.

Впрочем, каким бы искусным и отчаянным не был Макарот. его продвижение по системам Кабал обещало быть долгим и кровавым. После нескольких инцидентов, по мере того как наступление становилось опасно растянувшимся, оно казалось генералам Макарота обречённым на очевидный провал только из-за его неутолимой жажды победы.

Выковывая победу

По мере приближения 765 года армии Крестового похода начали массированное наступление, осуществляя вторжения и освобождая миры центрального пояса группы Нового Пути. Отдельные столкновения доходили даже до внешних миров, таких как Нонимакс и Меназоид Класп, и внутренних, таких как Накедон.

Нонимакс был одной из первых планет подвергшихся атаке под предводительством Макарота. Мир-улей, имевший значительное сельскохозяйственное значение, Нонимакс был жизненно важен для маршрутов снабжения Муниторума. Покорение планеты было ускорено, благодаря умелому развертыванию Макаротом Прагарских полков, которые стали острием атаки в течение следующих шести недель, доказав на деле слухи о том, что новый Воитель чутко осознает особенности и сильные стороны отдельных подразделений Гвардии, находящихся под его командованием.

Другим ранним успехом стал Гримуар, где первые сражения начались еще за год до Болхоута и шли с минимальным успехом. Макарот поручил командование ТВД[29] ранее находившемуся в опале лорд-генералу Нокесу Штурму, который, руководя 50-м Вольпонейским Голубых Кровей полком одержал быструю и убедительную победу в течение одной недели. Вольпонейцы при поддержке бронетехники сокрушили силы магистра быструю и убедительную победу в течение одной недели. Вольпонейцы при поддержке бронетехники сокрушили силы магистра Шарениди на улицах столичного города Мальтуса. Шарениди предпочел покончить жизнь самоубийством, чтобы не попасть в плен.

Мобильность была лозунгом Макарота. Полевые подразделения численностью до полка быстро перебрасывались на каждый целевой мир, а затем на следующей с такой скоростью, с какой на предыдущий целевой мир успевал прибыть второй эшелон оккупационных сил. Этот ударь-и-беги процесс позволял наиболее опытным и эффективным подразделениям, ветеранам многих полей сражения, быстро перемещаться с одного ТВД на другой, нанося пробивные удары на передовых линиях сражений.

Не было ничего неожиданного в том, что между 765-м и 769-м подразделения Имперской Гвардии вступали в сражения на восьми или более мирах.

Большинством ТВД этого энергичного четырехлетнего периода наступления были сражения за освобождение, такие как на Презариусе, Сапиенции, Фортис Бинари, Монфаксе, Принце Обермиде, Вольтеманде, Альбрехте.

Из них, возможно, самым примечательным было противостояние на Презариусе. Космодесантники из ордена Железных Змей внесли неоценимый вклад в дело Крестового похода, выиграв битву с полумеханизированным подклассом мутантов в тектонических кузницах под главным ульем. Дважды отрезанные от Имперских линий снабжения действиями врага и истощившие боезапас, они вынуждены были вступить в рукопашную со страшным и жестоким врагом. Битва продолжалась девять полных дней, и почти все мутанты были уничтожены. Космодесантники потеряли тридцать девять человек. Веегум из Серебряной Гвардии воздал почести храбрости Железных Змей, когда он и его космодесантники приветствовали Железных змей со склоненными непокрытыми головами по возвращении.

Естественно не все действия шли и в половину так же успешно. На мире-улье Осциллии IX было допущено несколько серьезных просчетов со стороны имперских командующих ответственных за данный ТВД. Эти "зеленые" офицеры, некоторые из которых были позже разжалованы на военном трибунале, были частью офицерского корпуса, который Макарот возвысил вслед за собой после Болхоута. Это можно назвать слепым пятном Макарота. Он ожидал, что эти молодые, быстро продвинувшиеся офицеры покажут такие же врожденные таланты к командованию, какими обладал он сам. Оказавшийся в центре внимания из-за своего мехового хвоста Уриенц очевидно оказался исключением. Особенно кровавые и столь же дорогостоящие сколь и схожие с ними сражения на Каркариаде. бои за Осцииллию IX в конце концов вырвали эту планету из рук Архиврага, но перед этим Макарот произнес свои знаменитые слова: "Слишком много крови. Слишком много, слишком много. Во имя Императора, я не могу позволить ей течь дальше".

Настоящей катастрофой этого периода яростных сражений стал, конечно же, Парфеноп.

Парфеноп

Случившееся в 767-м, это поражение стало сокрушительным для сил Крестового похода. Более подробное описание этих событий может быть найдено во всестороннем труде Эммони и Сальерна — "Краткое описание Парфенопской катастрофы".

Один из наиболее заметных магистров Надзибара, Кукс из Безглазых, повел свои силы на

Парфеноп после бегства с Болхоута, совершив по пути рейды на Родольф Магнус и Гермию, и оставив эти города в огне. Двадцать дивизий под командованием генерала Онатора были посланы, чтобы восстановить контроль над миром, но Онатор судя по всему был слишком самодовольным после Болхоута.

Силы магистра Кукса в начале, казалось бы, оказались на грани поражения, но это было лишь уловкой с целью заставить имперские войска наступать через Катерадские возвышенности. После этого Кукс обошел с флангов и окружил имперские силы, поставив их на грань уничтожения.

Окруженный со всех сторон Онатор слал отчаянные призывы о помощи и начал предпринимать попытки вывести свои основные силы с высот вниз, в шахтерские поселения Торонон и Сейласк. Одна из дивизий Гвардии, включавшая в себя 4-й Самотуранский, 2-й Мнемонитский, а также 23-й и 26-й полки Балдакианских фузилеров, обнаружила, что отрезана от отступавших сил и заняла позиции в долине Беш, только для того чтобы быть полностью уничтоженной в течение пятичасового артобстрела.

Онатор занял Торонон, но не смог удержать Сей-ласк, который был превращен в руины наступлением магистра.

После трех недель осады в Торононе, Онатор воспрял духом, узнав о прибытии помощи, посланной Адептус Механикус, но его надежды вскоре рухнули. Кукс имел достаточное количество боевой техники от одного из легионов-предателей и, подкрепления, посланные Механикус, были уничтожены в течение девятидневной и невероятно яростной битвы. После этого все было кончено. Детали случившегося с Онатором и его уцелевшими людьми были засекречены Инквизицией по соображениям моральной безопасности.

Но катастрофа на этом не закончилась. Воодушевленный свои кровавым триумфом, Куес поднял свои боевые корабли и преследовал до полного уничтожения суда, доставившие на Парфеноп злосчастного Онатора и его союзников Механикус. Это массированное столкновение тяжелых судов стало третьим крупным одиночным сражением флотов в истории похода. Силы Разрушения одержали полную победу, а на месте боя осталось Антиохово поле осколков — мемориал слабости чрезмерной самоуверенности.


Потери на Парфенопе, продолж.
(файл 5 из 14)

Карнис Нобилис потерян со всем экипажем.

Улей Аэстофан подорвался на мине, был взят на абордаж и брошен.

Рукавица Императора была потеряна после тяжелого обстрела вызвавшего возгорание реактора. Перед тем как погибнуть корабль уничтожил два вражеских крейсера; был окружен и уничтожен, когда пытался прикрыть отступление поврежденного линкора Сэинт Ориентале[30].

Принадлежавший гильдии Механикус тяжелый транспортник Брутитор, один из девятнадцати подобных кораблей погиб в бою.

Гнев Махариуса был оставлен, а затем уничтожен. Корабль успел тяжело повредить один из вражеских фрегатов, возможно Изогнутое Лезвие и вызвал критическую перегрузку, приведшую к взрыву двигателя на линкоре хаоситов Расчетливая Подлость, прежде чем был накрыт шквалом огня истребителей-бомбардировщиков.

Вечный Свет погиб со всей командой.

Священная Клятва была последний раз замечена дрейфующей после серьёзного возгорания в отсеке инжинариума. Предположительно судно позже погибло, подорвавшись на минах.

Звездная ярость 11 модели Убийственный Поцелуй (бортовой номер 11891) капитана Лодена Спайела была сбита противокорабельными орудиями после двухчасовой обороны крейсера Сигнум Нобилис, во время которой он совершил девятнадцать подтвержденных убийств.

Звездная ярость 11 модели (версия "Эмиль") Повелительница Пустоты (бортовой номер 47292) командира Белланы Кортисан была потеряна в массированном бою истребителей в открытом космосе после одиннадцати подтверждённых убийств.

Победа при Вратах Колдуна взорвалась, пойдя на таран тяжелого вражеского крейсера Неестественные Причины. Вражеский корабль также был уничтожен.


Имперские записи деп. 10734536/ab3. Доклад расшифрован сервитором Гален IV(b).

Сила Императора в Человечестве, а сила Человечества в Императоре.

Следуя за Горизонтом

Макарот позже описывал первые, пять лет своего пребывания на посту Воителя как "время, которое я провел, преследуя горизонт" (Журналы VII, iii, 3), и часто, в диалогах или отклоняясь от темы, делился впечатлением, что вся фаза сближения была спонтанной импровизацией, "сумасшедшей, слепой скачкой" к цели (Журналы IV, ix, 71). Конечно же, как мы уже установили, удержание темпа было первоочередной задачей, наряду с развитием линий снабжения и прикрытия, а упорное, автономное, чутко реагирующее руководство было просто жизненно важно для эффективного прогресса Имперской гвардии.

Но также жизненно важной была система взглядов на тактику Макарота. Еще в начале 766-го клинья наступавших Имперских сил прокладывали дорогу для возможного наступления Макарота на системы Кабал. В это время наиболее передовыми советниками Воителя были имперский тактик Вильбар Маэссен и крупный чиновник Муниторума Клаудатор. В своих записках Клаудатор пишет:

"В начале 766-го Воитель пригласил меня взглянуть на карту Нового Пути и окраин Хана, на которую он собственноручно нанес схему размещения. Я провел два дня, рассматривая детали, обдумывая этот план, представлявшийся далеко идущим наступлением, наилучшим образом использующим имевшиеся в нашем распоряжении системные базы, линии снабжения и жизненно важные маршруты варп переходов; проще говоря, он представлял собой программу скорейшего продвижения наступательных сил по местам наименьшего сопротивления. Я одобрил схему и высказал ему комплимент по поводу ее экономичности. Тогда он показал мне, со скромностью гения, как эта схема совпадает с его планом атаки на системы Кабал, операции до которой было еще 7 лет, и которая вообще была чисто гипотетической. План атаки, по которому многосегментные, но искусно составленные клещи охватывали девятнадцать основных целей был достоин восхищения, но по-настоящему изумительным было, то насколько идеально совмещались обе схемы. Я, с некоторым стыдом, осознал, что, рассматривая его план, совершенно не заметил его элегантности и продуманности, в частности схемы переброски сил Гвардии и флота на необходимые точки, планирование линий снабжения, подкрепления и возможностей быстрого реагирования. Как мне показалось, он сделал это без использования логических устройств. Что в начале казалось безумным рывком, на деле было прекрасно подготовленной атакой".

В своих неопубликованных Записках и Заметках, Мессэн пишет:

“Даже в его случайных предложениях была структура. Я еще в самом начале это заметил. Незначительные приказы разместить это или то вспомогательное подразделение, решения, которые казались рутинными, скрывали под собой далеко идущие последствия. Он думал на четыре или пять ходов дальше нас".

При подготовке этого доклада автору удалось проконсультироваться с различными уважаемыми членами верховного командования, включая Булледина, Ван Воитца, Кельзо, Хуммеля и Блэквуда. Все они независимо друг от друга отмечали эту особенность Воителя к скрупулезному долгосрочному планированию "не упуская ни единой возможности", как описал это маршал Блэквуд. Никто не помнит, чтобы Воитель Макарот посещал зал совещаний с блокнотом или дата слотом в руках. "Все было у него в голове", — сказал генерал Кельзо. "Каждая значительная деталь войны, прошедшей, идущей или еще только грядущей была у него в уме".


Ключевые ловушки

В своем исчерпывающем труде "Войны в секторе Пасифик" Салиерн перечислил "восемьсот сорок четыре ключевые опасности", которые, по его мнению, могли встретиться Макароту в его Крестовом походе. Для наших целей эти специфические опасности могут быть обобщены тремя главными темами:

1) Растяжение. Даже сейчас, когда появился этот труд слишком многие тактические советники похода любят спотыкаться об эту преграду. Ирония заключается в том, что, судя по всему, данная проблема напрямую зависит от успешности воплощения в жизнь схемы Воителя Макарота. Если бы передовые наступательные отряды Макарота, прорываясь вперед, выполнили бы свою задачу и не были бы остановлены, появилась бы угроза истощения линий снабжения и оголения флангов. Многоуважаемый Клаудатор, хорошо осведомленный о возможностях Муниторума, сделал своей насущной задачей постоянное напоминание Воителю о данной опасности с целью недопущения Картузианского инцидента, произошедшего во время Сидрианских войн (693.М41), когда передовой отряд лорд-милитанта Гломана оголил свои линии снабжения и был отрезан от них, а затем и уничтожен Сидрианскими федералистами.

2) Новый Архонт. Неизбежным был тот факт, что, не смотря на все династические дрязги в рядах сил Архиврага, рано или поздно изберут нового Архонта среди отцов и магистров, переживших Болхоут. В конце концов новый Архонт вдохнул бы мотивацию, нетерпение и энергию в силы врага. Хуже всего, что новый Архонт мог оказаться одаренным стратегом и, скоординировать тактику сил Разрушения, управляя их действиями против Крестового похода. Имперская разведка старалась изо всех сил, чтобы выяснить детали того, кто или что, скорее всего, выиграет войну за наследование, собирая вместе кусочки информации и слухи, собранные (часто дорогой ценой) вдоль линии фронта. К 769 стало очевидным, что лидирует талантливый и великолепный "Анарх", также известный как магистр Анакванар Сек.

3) Контрнаступление. Напрямую связанная с двумя предыдущими пунктами эта опасность представляет собой нечто большее, нежели сбор сил Архиврага под руководством нового Архонта. Некоторые старшие офицеры (среди них Блэквуд, Уриенц и Федерик) были убеждены, что враг может не просто восстановить свои силы, но также может попытаться нанести контрудар во фланг Крестового похода, особенно если, как говорилось ранее, он будет оголен вследствие чрезмерного растяжения.

Потерянные миры

В хаос вражеского отступления, после бегства с Болхоута в 765-м попало почти столько же миров, сколько подверглось прямым атакам сил Крестового похода. Некоторые из них были просто "посещены" или "заселены" бегущими войсками противника, искавшими либо убежище, либо новые плацдармы. В список миров, попавших в подобное положение можно внести Сапиенцию, Вергаст, Аэкзе Кардинал, Ламицию, Эразмуз, Униду и, конечно же, несчастный, не раз уже переходивший из рук в руки Ко- циаминус. Многие из этих миров будут освобождены, хотя не ранее чем будут оборваны и исковерканы многие и многие судьбы граждан Империума.

Другим крупным миром, познавшим подобную участь, стал Урдеш. Один из основных миров-кузниц миров Саббат, расположенный на окраине региона группы Хан, Урдеш много лет сопротивлялся грабительским набегам сил Разрушения, но, в конце концов, пал под натиском массированного наступления в после-Болхоутский период 766-67.М41. В результате в руки врага попали огромные запасы оружия и боевой техники складировавшийся гам. Позже они были использованы в боях с полками Имперской Гвардии.

Урдеш, который был, наконец освобожден в первые несколько месяцев 772, производил знаменитые реактивные орудия, включая наступательное орудие U90, а также многие иные образцы легкой и тяжелой техники. Многие из них поступали на вооружение различных сил хаоса, включая войска Кровавого договора, а позже и Сынов Сека. Различные виды бронетехники, производившееся на Урдеше и поступившие на вооружение противника, включали в себя легкобронированные машины STeG 4, полу гусеничные N20 и N22, САУ Узурпатор, танки АТ70 Грабитель и монстроподобные супертанки АТ83 Разбойник.

Урдеш обладал долгой и славной традицией основания прекрасных полков Гвардии, подразделений известных своими ударными частями и способностями к наступлению, выделяющихся своим черно-белым "паззл-камуфляжем". Восемь полных полков вели боевые действия за пределами мира-кузницы, когда он был захвачен, включая четвертый Урдешский (легкий), шестой, десятый, а также известный седьмой Урдешских штурмовиков. Эти подразделения продолжали прекрасно сражаться на различных ТВД, а некоторым удалось вернуться на родной мир, приняв участие в его окончательном освобождении в 772-м.

Другим мирам и подразделениям не так повезло. Когда их родной мир Карфаг Главный попал в руки врага в 758-м, Латариинские "Стрелковые псы " стали считаться типичным "бездомным" полком, сражавшимися без дома, в который они могли бы вернуться. Иногда бывая непослушными, иногда самоубийственными, Стрелковые псы заслужили себе отличную репутацию благодаря серии сражений в регионе Нового Пути.

Генерал Федерик описывал их как "безнадежных храбрецов, сорвиголов, которые возьмутся за любое рискованное задание, в то время как остальные подразделения постараются избежать участия в нем, просто потому что им нечего терять. Репутация бессмертных закрепилась за Латариинскими стрелковыми псами во время сражений на Ламиции в поздние месяцы 767-го. Ламиция[31], древнейший имперский бастион, в многовековых городах которого стояли старейшие из использовавшихся Экклезиархией в мирах Саббат храмы, был оккупирован сравнительно небольшим контингентом сил Архиврага. Стрелковые псы при поддержке Сарпойского бронетанкового корпуса должны были вернуть столицу город Ламмарус.

Результатом битвы, происходившей преимущественно в окрестностях Королевской Резиденции, стало то что можно назвать полной победой Латариинцев. Однако в последние часы сражения вражескому командиру (имя неизвестно) вместе с его жрецами-культистами удалось призвать в город демоническую сущность. Нечистая тварь берсерком пронеслась через внутренние районы, убив тысячи, в том числе большую часть экипажей Сарпойцев. В ошеломляюще самоотверженном противостоянии стрелковым псам удалось загнать демона в ловушку в вулканический канал, находившийся на некотором расстоянии от внешних стен Резиденции, и подорвать ее при помощи взрывчатого устройства неизвестного происхождения.

Никто из стрелковых псов не пережил взрыва.

Последующие вулканические извержения продолжались многие годы, вытекающая лава "стала красной от крови этих храбрецов, которые так отважно очистили это место от скверны". Иронично, что родной мир Латариинских стрелковых псов Карфаг Главный позже все-таки был освобожден. Их смерть вернула им их дом.

Другим полком, лишившимся дома, были так называемые Призраки Танита. Танит, лесистый мир незначительно тактического значения подвергся нападению, был захвачен и уничтожен в конце 765-го частью флота Архиврага отколовшейся от основных сил, бегущих с Болхоута и заставшей Тактика Империалис врасплох.

Танит был одним из шести маленьких миров, уничтоженных во время этого неистового локального контрнаступления. Во время этого наступления первые подразделения Гвардии в истории планеты были еще в стадии формирования. Из созданных полков только одному, известному как "Танитский первый и единственный" удалось избежать гибели при уничтожении родного мира. Представлявшие собой опытное разведывательное подразделение, Танитские призраки продолжали верно служить делу Крестового похода, особо отличившись на Вергасте, Хагии и Херодоре.

Конец демонов

На церемонии благословения избрания Воителя на Болхоуте в 765-м экклезиарх Тарквел Бенедиктор Озониус провозгласил, что истинная задача Макарота "избавить звезды от сил Разрушения и их несущих заразу приспешников, и покончить, и да пребудет над тобой благословение нашего мудрого Бога-Императора, с существованием демонов, позорящих Империум Человечества своими нечестивыми деяниями". Во время быстрой и жестокой наступательной фазы 765–769 годов, сокрушая любое сопротивление в системах Кабал, силы Макарота получили возможность воплотить в жизнь данный обет. Некоторые из наиболее одиозных магистров Надзибара были, наконец загнаны в угол и уничтожены.


Шолен Скара

После своего бегства с Болхоута злодей, известный как Шолен Скара, нашел убежище на Сапиенции, мире, преимущественно покрытом водой. Здесь, поддерживаемый языческими последователями Кита, архитектор лагерей смерти полуострова Балополис основал новую базу, с которой намеревался организовывать контрнаступательные операции на Вольтеманд и Калигулу. Однако его планам был вскоре положен конец, когда Имперская Гвардия освободила Сапиенцию в течение одной массированной наступательной операции, проведенной в начале 768. Это вторжение, представлявшее собой мастерски проведенное орбитальное десантирование на пляжи главных островных групп, по праву считается одной из быстрейших побед похода, ставшей возможной в основном благодаря раннему захвату магистра-палача. Мерзкие последователи Кита уничтожили себя в массовом ритуале суицида, являвшимся порождением взглядов их культа на смерть. Шолен Скара также жаждал смерти, считая ее апофеозом своего служения разрушению, но ему было отказано и его насыщенная убийствами карьера закончилась в руках ордоса Инквизиции.


Рушек Вакким

Угроза встречи лицом к лицу с магистром Рушеком Ваккимом давно нависала над генштабом. Еще в начале 756-го многие источники имперской разведки представляли его как одного из самых грозных командиров противника, но вследствие стечения обстоятельств его силы, известные как Гуткхра или Небесные Шипы, еще ни разу не встречались с имперскими.

Его флот опознавали трижды между 757-м и 763-м, когда он шел на помощь силам Архиврага, но каждый раз угроза проходила мимо. Он стал чем-то вроде буки для похода, некая угроза, поджидающая за пределами видимости наиболее благоприятного момента для удара. Вакким однозначно был одним из наиболее осторожных и вероломных вражеских магистров, неуловимый хищник, вождь предпочитавший обман и уловки открытой войне.

Серия варварских рейдов на гражданские центры вдоль границы группы Хан в 764. приписываемая его последователям, добавила к его репутации коварного, избегающего прямого столкновения и предпочитающего нападать на уязвимые цели противника. В 765-м Вакким без сомнений командовал крупными силами, шедшими к Болхоуту на помощь Архонту после Фабинской уловки Слайдо. Осознав, что ему не обратить вспять победу империи. Вакким снова предпочел скрыться, нежели позволить втянуть себя в полномасштабное сражение.

Полагают, что силы Ваккима также причастны к уничтожению шести небольших миров у ядра Нового Пути, включая лесистый мир Танит в конце 765.

В 768-м его боевой флот, столь долго бывший предметом слухов и устрашающих мифов был неожиданно обнаружен на высокой орбите около Низона II. Генерал Уриенц самый яркий и талантливый из командиров "нового мышления" Макарота двигался в рамках линии наступления к Альфа Мадриго, когда его разведывательные эскадрильи идентифицировали стоявшие на стоянке суда, как принадлежащие магистру.

Спокойный Уриенц приказал немедленно готовиться к бою, застав Ваккима врасплох. Орбитальное сражение, быстро переросшее в серию абордажных схваток, было яростным и кровавым, а Небесные Шипы естественно показали себя именно такими кошмарными врагами, какими их описывали легенды. Однако Уриенц вышел победителем, персонально возглавив абордаж личного корабля магистра Корона Шипов.

Вакким был захвачен только для того, чтобы бежать из узилища при обстоятельствах, которые так, и остались невыясненными до конца.

В последовавшем хаосе Ваккиму и девяти его Гуткхра удалось бежать на поверхность Низона II. Однако через два дня они были выслежены командой ликвидаторов, возглавляемой протеже генерала Уриенца, блистательным командиром Лэнгом Моузером. Загнанный в угол во внешних стеках улья Пенетор, Вакким и его последователи были уничтожены во время жестокой перестрелки.


Херитор Наследник

Массивный мир-улей Вергаст стал свидетелем конца известного Асфоделя Наследника в 769-м. Сбежав с Болхоута, силы Наследника достигли Вергаста где-то между 766-м и 767-м годами и умудрились уничтожить либо совратить все население Феррозоики, одного из самых крупных ульев на планете. Внутри ульев вспыхнула гражданская война, продолжавшаяся пятьдесят дней, а местом главного сражения стал осажденный город-улей Вервун.

Судя по всему, Асфодель был убит во время специальной миссии ликвидации проведённой Имперской Гвардией, защищавшей улей, после чего его силы были уничтожены огромной флотилией военно-космического флота Мажорис сегментума Пасификус, который прибыл, чтобы снять осаду.

Кабал

Само наступление на системы Кабал началось в 770.М41. Большая часть армии Крестового похода, разделенная на небольшие ударные корпуса все еще продолжала двигаться через регионы Нового Пути и группы Хан, в то время как значительные имперские силы были сосредоточены на позициях готовые к атаке.

Макарот не скрывал своего восхищения Слайдовской операцией Редрейк и разделял готовность своего предшественника разделить основные силы флота на небольшие оперативно-тактические группы, способные нанести скоординированный удар по нескольким целевым зонам. Однако, как и в отношении всего остального сделанного Слайдо, Макрот собирался сделать это в большем объеме и с большей амбициозностью.

Описанный в "Истории Поздних Имперских Крестовых Походов" как "бравурная многоцелевая схема вторжения", план атаки Макарота предусматривал одновременное наступление на девятнадцать ключевых планет систем Кабал, включая три знаменитых мира-крепости. Меж тем разведка докладывала, что, невзирая на темпы продвижения похода силы Архиврага уже как следует окопались вдоль предполагаемой линии движения в системах Кабал. Более того, становилось ясно, что новый Архонт набрал силу, замкнув на себе централизованное командование силами разрушения впервые после Болхоута.

Первая фаза наступления оказалась впечатляюще успешной. К концу 770-го пали восемь миров, включая планеты-крепости Сольвейг и Афра, а войска вторжения продвинулись настолько глубоко в системы Кабал, что стало возможным обратить значительные силы Архиврага в бегство по направлению к Каркадаронскому звездному скоплению. Сам Макарот возликовал, услышав эти необыкновенные новости.

Вместе с группой Эриний, Каркадаронское звёздное скопление формировало внешнюю часть миров Саббат, соприкасаясь с секторами не-имперского космоса, известными как Сангвинарные миры, с которых некогда и пришли силы Архиврага.

Впервые со времени предшествовавшего началу похода появилось ощущение, что можно одержать полную победу и изгнать Архиврага обратно в адские, примитивные внешние пустоши сияющих звезд, которые его некогда и породили.

Безрассудный бросок Макарота на системы Кабал казался теперь оправданным, а его тактические навыки полностью подтвержденными. Теперь, наслаждаясь твердой поддержкой лорд-милитантов, он продолжил поход на системы Кабал с еще большей яростью, провозгласив, что они будут полностью очищены к середине зимы 771.

Это было бахвальство, о котором он пожалеет. Несколько целевых миров в системах Кабал продолжали упорно сопротивляться, в особенности Канемара, Яго и Морлонд, самый непреклонный мир-крепость из всех.

В 771-м вся линия наступления в системах Кабал начала колебаться. Архивраг переставал просто сопротивляться. Он начинал наносить ответные удары.

И в это время Архивраг вновь обрел имя. Имя было Урлок Гаур.


Новый Архонт

После длительного противостояния новый Архонт возвысился среди вождей, чтобы занять место Надзибара.

В ранних донесениях его имя и/или титул звучало как Орлок Гор или иногда Орлок Гова, но это лишь различные фонетические вариации, получившиеся в результате использования различных переводящих и транскрибирующих устройств. Имя нового Архонта было формально закреплено в низком готике как Урлок Гаур.

Очевидно, Урлок Гаур победил многих магистров-соперников, прежде чем стать Архонтом. Конечно же, эти междоусобные войны между различными племенами и кланами внесли огромный вклад в ослабление объединённого сопротивления силам Крестового похода, наступавшим на системы Кабал. Не один и не два мира были найдены лежащими в руинах в результате могучих сражений, в которых имперцы не принимали участия. Крестовый поход найдет в Урлоке Гауре жесткого и дикого командующего, лишенного воображения и жестокого в своей боевой тактике. Похоже, что Урлок Гаур выиграл титул Архонта, базируясь лишь на своей разрушительной военной мощи.

Этой мощной силой, как вскоре предстояло узнать имперским силам, были войска Кровавого Договора, крайне эффективные подразделения, методика ведения боевых действий которых была почти идентична модели используемой Имперской Гвардией.

Гхорры управлялось верховным лордом или Гауром (иначе Гхор или Гор). Гаур окружил себя элитными воинами-жрецами, которые исполняли ритуалы, с помощью которых Гаур приносил жертвы демоническому богу. Со временем это жречество эволюционировало в полноценных телохранителей, которые практиковали свои боевые искусства настолько же упорно и жестко, насколько жрецы практиковали свои некромантические ритуалы.

По мере того как силы Гаура росли и его влияние стало распространяться на близлежащие миры, его телохранители стали силой, которая вела его армии завоевателей. Вскоре стало престижным быть связанным "кровавым договором" с царствующим Гауром. Число телохранителей росло, пополняясь рекрутами с вассальных миров и постепенно они стали полноценной армией. Так зародился Кровавый Договор.

Следует отметить, что Гаур самолично принимает на службу каждого члена Кровавого Договора. Чтобы доказать свою кровную верность Гауру и Кровавому договору новобранец делает ритуальные порезы на руках о заостренные края боевых доспехов Гаура.

Урлок Гаур впервые был замечен имперскими силами после серии молниеносных рейдов проведённых вдоль ядра группы Хан в 771-м. Затем в системах Кабал было встречено упорное сопротивление, сопровождавшееся первыми тревожными сообщениями о столкновениях с Кровавым Договором.

Менее чем через месяц Урлок Гаур нанес более серьезный удар. В начале полагали, что Гаур просто некий особенный магистр, но вскоре стало понятно, что он нечто значительно большее. Он мог призывать под свои знамена огромные армии и других магистров. К 772-му любые существовавшие сомнения в том, что Урлок Гаур является новым Архонтом, развеялись.

К тому времени в суровые месяцы 771-го он развернул яростное контрнаступление вдоль фланга Крестового похода у ядра, в сжатые сроки, захватив Энофис, Хан V, Каюс Иннате и Бельшиир Бинари.

В этот драматически короткий период проявились все три ключевые опасности, поджидавшие Макарота. Новый Архонт поднялся, чтобы объединить врага, он обрушил мощное контрнаступление против фланга Крестового похода и этот фланг, к сожалению, оказался растянутым и уязвимым.

Выступ Кабал

Марш-бросок Макарота на системы Кабал создал выступ уязвимый с трех сторон, которые Архонт намеревался использовать в своем полномасштабном наступлении. Жизненно важные линии снабжения, особенно те, которые обеспечивали поход топливом, были теперь катастрофически ограничены или даже перерезаны. Если бы только не удалось создать новые линии снабжения и топливные резервы, доставшиеся таким трудом завоевания похода, были бы потеряны. В лучшем случае имперские силы вынуждены были бы отступать. В худшем фронт бы рухнул, и выступ был бы захвачен.

Пребывая в ярости, Воитель ускоренно перебрасывал значительные силы своего фланга у края системы в попытке восстановить линии снабжения. Генералы Уриенц, Ван Воитц, Федерик; лорд-милитанты Сайбон и Делэйни возглавили армейские группы, которые должны были выполнить данную задачу. Ключевыми целями были богатые прометиумом планеты Гигар, Эондрифт Нова, Анаксимандр и Мирмидон; миры-кузницы Урдеш, Танзина IV и Ариадна с их значительными топливными резервами; металлургические заводы Ридола и Фантины.

Между концом 771-го и серединой 772-го эти командующие провели ряд отчаянных, иногда совершенно сымпровизированных операций, чтобы защитить эти миры. Их целью было открыть то, что Макарот назвал "артериями победы", ибо они были жизненно важны для выживания похода. Эти попытки провалились только на Ариадне, где значительные силы Кровавого договора сумели отбросить Уриенца.

По мере того как начали открываться "артерии победы" Воитель стал предпринимать попытки продолжить свое наступление, бывшее таким мощным и успешным в своей вступительной фазе. Мир-крепость Морлонд все еще держался. Что неудивительно, ведь Морлондская зона была настолько заминирована, что имперские силы еще только-только выходили на подступы к планете.

Можно предположить, что в это время сам Архонт ушел в Каркадаронское скопление, чтобы подготовить полномасштабное контрнаступление, а Макарот не имел никакой возможности преследовать его, ибо не мог пройти мимо Морлонда. Гаур оставил командовать наступлением на фланг своих наиболее талантливых магистров: Анакванара Сека, Шебола Красную Руку и Енока Иннокенти.

С характерным для него чутьем Макарот решил разделить армию похода между своими наиболее доверенными командирами, чтобы противостоять этим угрозам. Многие возражали. Командующие флотом в частности полагали, что Воитель был на волосок от гибели в этой игре, а теперь собирается повторить авантюры в еще большем масштабе. Макарот как обычно отверг их возражения.

Морлонд

Морлонд, старейший и крупнейший из миров- крепостей был бельмом на глазу для Макарота. обладающий колоссальной огневой мощью, хорошо защищенный, он служил базой для подразделений флота Архиврага и был способен нанести значительный ущерб на большой дистанции. Подступы к системе Морлонда и само космическое пространство вокруг Морлонда уже были значительным вызовом. Зона была густо усеяна магнитными минами, раскиданными мелкими группками, которые автоматически перенастраивались и меняли свое расположение каждые два дня. Корабли флота Архиврага могли безопасно проходить сквозь минные поля, будучи снабженными соответствующими вычислительными машинами, декодировавшими маленькую группу мин и открывавшими свободный проход.


Миры-крепости

Имеется большое количество теорий о происхождении миров-крепостей. Хотя они были заняты сначала силами Империума, а позже ордами Архиврага, их постройка предшествует появлению человеческой активности в регионе. Ксеноархеологами было обнаружено более восьми культурных слоев, говоривших о периодическом пребывания на этих мирах нескольких видов существ в течение восьми миллионов лет. Двое из них это Кинебрахи и некие существа, обозначенные в имперских записях как K438//D, остальные прежде не встречавшиеся и вероятно вымершие культуры. Дольше всего миры населяли Кинебрахи (примерно между М/5 и М31), что совпадает по времени с изученным промежутком истории их цивилизации и некая неизвестная раса, которая по-видимому населяла миры-крепости на протяжении периода почти в три четверти миллиона лет и исчезла в М4. Остается неизвестным, использовала ли какая-либо из этих цивилизаций (за исключением Кинебрахов) данные миры для военных и/или оборонительных целей.

Происхождение самих строителей миров неизвестно, хотя подобные экземпляры планетарных конструкций были найдены в имперском космосе. Давидович в своем труде "Античные структуры и аномалии " утверждает, что подобные грозные сооружения могли быть созданы только в оборонительных целях и конструкция миров-крепостей тому доказательство. Но защищать что или от кого? Разумеется, просторные "бастионные " конструкции и массивная внешняя броня представляют собой превосходную основу для конфигурации орудий как ближнего, так и дальнего боя, а развитая система каналов связи предоставляет достаточно мощности для эффективной системы коммуникаций, связывающей между собой каждый из миров-крепостей. У имперских первопроходцев не возникло особых проблем с переоборудованием данных миров для использования в качестве крепостей (единственным препятствием стало огромное количество необходимого для этого оборудования и вооружения). Когда миры попали в руки Архиврага, эта работа была продолжена с большим размахом и в итоге миры-крепости стали одними из самых монументальных бастионов в известном пространстве космоса.

Грань

К 773-му году, на одиннадцатый год Крестового похода, имперские силы были разделены, растянуты и находились в тяжелом положении, сражаясь в различных битвах по всей группе Хан и на половине территорий систем Кабал.

Морлонд отказывался раскрыть свои врата перед наступавшими силами Макарота и, пока Морлонд не был взят, продвижение похода вдоль границы системы было застопорено. Макарот горячо желал вступить в решающую битву с основными силами Архонта в Каркадаронском скоплении, прежде чем Архонт получит преимущество, ударив по имперским линиям коммуникаций.

Еще ни разу в истории похода война не велась на такой протяженности. "Старый Слайдо", — писал в 773-м Сайбон — "ужаснулся бы. Он бы никогда не развернулся бы так широко. Узкое, сфокусированное, методичное продвижение, которое он предпочитал, было полностью сметено в этой широкофланговй преисподней".

Если Сайбон называл данную ситуацию "широкофланговой преисподней", то он явно не знал, какие события за этим последуют. С начала предыдущего года фланг похода, примыкавший к ядру, все больше подвергался нарастающим контрнаступательным рейдам, проводимым главными вождями-лейтенантами Архонта. Если бы прирост их активности продолжился, силы Макарота рисковали быть разрезанными надвое, при этом большая их часть вместе с Макаротом оказалась бы отрезанной и окруженной в выступе Кабал. Их уничтожение стало бы лишь вопросом времени.

Макарот прекрасно осознавал масштаб и значение данной угрозы. Он не мог сохранять силы столь растянутыми из страха перед дальнейшими фланговыми ударами, но не мог он и перебросить силы с линии фронта у Кабала, ибо это сделало бы его авангард уязвимым к атакам Гаура. Обе возможности грозили провалом. Макароту надо было просто решить, чем рискнуть. Известно, что он показал Сайбону две одинаковые чашки и попросил выбрать одну из них, сказав: "В одной из них эликсир, в другой яд". "Как мне их различить?", — спросил Сайбон. "Взяв одну из них и попробовав", — ответил Макарот.

В конечном счете, Макарот решил действовать по-старому, рискуя растянутыми линиями коммуникаций атаковать Морлонд и системы Кабал в одном последнем натиске. "Пусть Император благословит меня, или забудет", — изрек он.

Похоже, Бог-император избрал последнее. В третьей четверти 773-го, магистры Гаура Енок Иннокенти и Анакванар Сек обрушили катастрофически убийственную атаку на группу Хан, ударив одновременно с со стороны ядра и границы системы. Орда воинов, культистов, боевых машин и авиации контрудара магистров преследовала одну единственную цель — рассечь силы Крестового похода надвое и обезглавить их.

Вдали маячили поражения, катастрофы, критические ситуации и самые отчаянные сражения Крестового похода.

А также чудо, или два.

Загрузка...