Лали. Его одержимость.

Глава 1

Первый месяц учебы прошел успешно. Я старалась делать хорошие результаты, чтобы родители не думали, что зря меня сюда направили. В течение недели мы созванивались, а на выходных устраивали видеосвязь. Мне было тяжело без них первые недели, но человек ко всему привыкает. Этот ублюдок сделал из меня сироту при живых родителях. Когда-нибудь я отомщу ему. Он поплатится за каждую мою слезу.

У меня появилась привычка сидеть в одном из кафе после всех занятий. Лениво попивая кофе, я любила читать книги в интернете. Моя жизнь в чужой стране расписана по графику. Утром я иду на учебу, после могу позволить себе полчаса отвлечься где-нибудь на улице, а затем домой. Я боюсь лишний раз выходить из дома, дольше оставаться в людных местах. Я боюсь, что он найдет меня.

Кошмары с его участием до сих пор меня преследуют. Каждый раз я просыпаюсь с криами вся в поту. В моих снах Райан находит меня. Твердит, что я совершила ошибку и буду наказана. Я стою в решетчатой клетке пока мой палач содрогаясь от ярости, превращается в дикого зверя и нападает на меня.

Для меня небезопасно даже заводить с кем-то знакомства. В университете я просто перебрасываюсь дружескими фразами, но не поддерживаю отношения. Возможно, меня просто считают интровертом, но я не могу так рисковать. Любой из них может доложить на меня Райану, если он приедет со своей сворой собак.

***

Он снова пришел за мной. Стоит у входной двери моей спальни как всегда уверенный. Смотрит на меня звериными глазами. Я откидываю одеяло с себя и делаю попытку встать. Райан несколькими шагами преодолевает расстояние между нами.

Он двигается плавно, но уверенно. Обходит меня кругом, словно зверь жертву. Останавливается сзади. На мне все еще моя летняя пижама из топа и коротких шортиков. Холодные пальцы касаются оголенной лопатки. Закрыв глаза, я прерывисто выдыхаю. Пальцы Райана продолжают рисовать узоры на спине. Затем одна его рука прижимает меня спиной к крепкой груди. Рука со спины скользит на шею. Он больно обхватывает ее, перекрывая мне воздух. Мои губы инстинктивно раскрываются в попытке вдохнуть.

– Ты совершила ошибку, моя Лали, – горячо шепчет он и затем яростно целует.

Раскаленные губы целуют меня с жадностью и трепетом. Мне приходится запрокинуть голову ему на плечо, чтобы было удобнее принимать его ласки. Рука Райана проходится по моему неприкрытому животу, задевая края шортиков. Огонь его тела сводит меня сума. Этот огонь высушивает меня. Я задыхаюсь рядом с ним.

– Я найду тебя, Лали.

Сквозь туман я слышу стуки в дверь. С трудом открываю глаза и быстро смотрю на время. Даже пяти утра нет. Кто это может быть? Я ни с одним из соседей не знакома.

Внезапно в голову подкрадывается ужасная мысль. О Боже…Нет…Это он.

Накинув на себя халат, иду в коридор шатающимися ногами. В дверь до сих пор барабанят. Я ведь даже первый курс окончить не успела. Почему он нашел меня так быстро?

Может оставить так, будто я ничего не слышу? Может спрятаться?

В груди все же искрится надежда, что это не Райан.

Осторожно смотрю в глазок и замираю. Жду еще несколько секунд, чтобы после открыть дверь. На меня с беспокойством в глазах смотрит незнакомый мне мужчина.

– Извините, что тревожу в такой час, но у нас случился потоп. Ребенок баловался в ванной, а жена не заметила, – я быстро прошлась глазами по этому человеку. Речь хоть и четкая, но со сбившимся дыханием. Он явно в панике. – Нужно срочно проверить не затопили ли мы вашу квартиру.

Я не сразу отошла от ступора и какие-то секунды глядела на тараторящего мужчину. Это шутка такая? Или люди Райана решили вломиться ко мне с помощью такой уловки? Хотя нет. Райан бы не стал так церемониться.

– Простите, а вы с какого этажа? – осторожно спрашиваю я, все еще не пропуская человека внутрь.

– С седьмого. Делаю обход по квартирам.

Мужчина в пижаме часто дышал и даже вспотел. Немедля больше ни секунды я побежала проверять комнаты. На кухне был порядок, в остальных комнатах тоже. Вот только в спальне на потолке проступили небольшие пятна.

– Вы не волнуйтесь, мы сами оплатим покраску стен. Вызовем утром мастера, думаю скоро проблема решится. Беда на нашу голову, но что поделать. Придется возмещать.

Мужчина вздохнул и пожелав мне спокойной ночи, действительно поднялся на седьмой этаж. Я специально стояла на лестничной площадке и следила.

У меня чуть сердце из груди не выпрыгнуло. Я думала, что уже все.

На улицу я выхожу в неброской одежде. Во многих случаях даже ношу солнцезащитные очки, пока позволяет погода. Мне как девушке хочется одеваться стильно, но я не могу себе позволить выделяться из толпы и, к сожалению, не из-за финансовых проблем. У меня постоянно паника, что если на меня начнут обращать внимание, то Райан быстрее вычислит. Жить в страхе и в бегах не есть лучшее, что было в моей жизни. Стоит ли говорить о том, что я поменяла всю свою технику дабы по ней, не проследили местоположение. Домой звоню тоже с опаской. Я чувствую себя преступником, сбежавшим из тюрьмы.

И с такими тревожными чувствами прошло еще несколько месяцев.

Был уже конец зимы, когда родители упрашивали меня приехать домой на каникулы. На вопрос почему я не могу прилететь на новый год, я солгала, сказав, что после праздников у меня экзамены. Родители, конечно, были огорчены тем, что я не смогу по традициям встретить новый год в кругу семьи. Когда же прошел и январь, они начала еще настойчивее названивать. Я предложила им самим посетить страну, где я живу, но у мамы с отпуском не получилось. Пришлось вычеркнуть и эту идею.

Затем произошло другое.

Я сидела в гостиной, укутавшись в плед и вооружившись чашкой чая. Проводить зимние вечера за просмотром телевизора мне нравилось. Зазвонил телефон. Это папа.

– Привет, дочурка. Как у тебя дела? – раздался радостный голос.

– Привет, пап. Да ничего так, нормально все, – убавив звук телевизора, ответила я. – Как вы с мамой?

– Да, нормально. Как обычно. Работа – дом, дом –работа…,– папа по-доброму засмеялся. Этот человек сколько я помню всегда такой жизнерадостный. Его редко увидишь не в настроении. Маме с ним повезло. – Лилиан, тут недавно звонил один человек про тебя спрашивал.

Я тут же вскочила с дивана, разливая на пол чай. Сердце начало учащенно биться. Как много отец успел ему сказать? Райан уже вылетел за мной? Сколько у меня времени, чтобы покинуть эту страну?

– Лилиан, ты меня слушаешь? – голос отца вернул меня в реальность.

– Да…Пап…Кто это был? Ты смог узнать?

– Какой-то Этан из офиса, где ты проходила практику летом. Ты знаешь этого человека?

На мгновение мне стало легче. Лишь на мгновение.

– Да, мы работали с ним вместе. А что случилось? Зачем он спрашивал про меня? Ты говорил ему что-нибудь?

На меня накатила паника. Я только недавно пришла в себя после случая с потопом. Думала, моя жизнь наконец-то стала налаживаться. Я отчаянно надеялась, что охоту за мной прекратили.

– Он сказал, что не может выйти с тобой на связь. Просил дать номер телефона или же передать тебе самой, чтобы связалась.

– Господи! Папа, надеюсь, ты ему ничего не выдал про меня, – хватая себя за волосы, спрашиваю я громче, чем следовало бы.

– Лилиан, успокойся. Я же не дурак, чтобы какому-то незнакомому человеку давать твои данные. Сказал, что обговорю с тобой и если ты посчитаешь нужным сама с ним выйдешь на контакт.

– Фу-х-х…Ты меня правда успокоил. Было еще что-то? – в трубке повисла тишина. – Алло…Пап?

– Знаешь, Лили, в последнее время происходят странные вещи, – отец снова выждал паузу. – Недавно я заметил, что за мной следит машина, а по ночам у меня такое чувство, будто вокруг дома кто-то ходит. Возможно, это лишь мои страхи или воображение разыгралось, но…Ты там будь осторожна, милая.

– Папа, я в порядке. Главное смотрите в оба. Может быть вам следует нанять телохранителей?

– Ну, я обратился в полицию…

Я проглотила отчаянный вздох. Полиция нам не поможет. Точно также, как не помогут телохранители. Я предложила их нанять просто хотя бы предпринять какие-нибудь меры, чтобы в худшем случае не было мысли, что мы бездействовали.

– Папа, ни в коем случае, пожалуйста, никому не говорите где я. Хорошо?

Родитель снова замолчал.

– Лилиан…Я не хотел поднимать эту тему. Думаю, ты сама прекрасно отдаешь отчет своим действиям. Я давно слежу за тобой. Что случилось летом?

Меня будто окатили ледяной водой. Перестаю дышать, сжимая в руках одеяло с дивана. Папа подозревает. Точно подозревает. Что же мне делать? Если я расскажу все как есть, из этого получится каша. Я боюсь, что Райан навредит им. Этот поддонок может сделать что его черной душе угодно. Он сломал меня однажды. Я знаю какого это. Не хочу, чтобы тоже самое повторилось и с самыми дорогими мне людьми.

– Ничего не случилось. Почему ты вдруг заговорил так?

– Я помню, ты говорила, что у тебя проблемы на производственной практике. И ты так спешно захотела переехать. Если мы с мамой ничего тебе не сказали, это не значит, что мы ничего не замечаем. Ты даже домой не хочешь возвращаться. Расскажи мне, дочка.

– Папа, – взмолилась я, чувствуя ком в горле. Мои глаза были на грани. Я не могла больше вынести такого существования. Я не могу быть сильной. Надоело казаться независимой, когда на деле моя жизнь даже не принадлежит мне. – Да, у меня были конфликты, но это не относится к моим планам с переездом.

– Если эти люди следят за нами из-за твоих проблем, ты должна сообщить нам. Ты не должна бояться, Лили, твоя семья с тобой.

– Спасибо, папа, за поддержку. У меня правда все хорошо, – тихо всхлипнула я. – Были недопонимания со знакомыми. А переезд — это так…повод немного пожить заграницей. К тому же, здешний диплом ценится выше.

Как только я попрощалась с любимым родителем, из глаз брызнули горячие слезы. Я не могла остановиться. Мне было необходимо выплакаться. Чувствую себя настолько опустошенной, как будто я проживаю не свою жизнь. Возможно, мне пора прекратить прятаться и заявить о себе.

В какие-то моменты смелость и желание противостоять окутывали меня. Кровь бурлила при одной мысли вмазать поддонку по его красивому лицу. Он злодей в этой истории, но природа создала его слишком привлекательным. В минутной агонии я вспоминала другую сторону моего кошмара. И пыл тут же утихал, будто и не было ничего. Он постоянно заставляет меня вспоминать о мерзостях, которые совершал со мной. Если бы я не улетела так скоро, как могла он бы с силой потащил меня в загс, несмотря на то, что мне всего лишь восемнадцать лет. Если бы в тот день судьба не оказалась на моей стороне, я бы навсегда осталась в бездне. Тогда бы после моего побега, он бы обзвонил все аэропорта и наложил бы запрет на выезд. Более того мне бы пришлось носить его фамилию.

Серое и холодное небо разревелось, словно предупреждая о чем-то. Май встретил своими дождями и ветром, из-за которых концентрация дается с трудом. Это моя вторая сессия как студента университета. Я долго к ней готовилась, тщательно подбирая литературу для изучения. Прошел почти год с момента моего переезда. Люди Райана так и не объявились, и ближе к весне я начала дышать с облегчением. Моя надежда, что обо мне забыли, не угасала. А в честь сданной сессии я решила устроить себе небольшой праздник. Ну, как праздник? Купила билет в кино, а вечером собралась на дискотеку, захватив с собой однокурсницу.

В центре я еще ни разу не была, а отметить прошедший день рождение, очень хочется. Да и любопытство душит, интересно все-таки, что же там такое. Наносить боевой марафет я не собиралась, но одежду купила. После всех страданий, что перенесла моя психика, думаю подобный отдых я заслужила.

С однокурсницей договорилась встретиться в девять часов у входа. Времени оставалось не так уж и много, а учитывая, сколько мне добираться до места назначения, я решила уже начинать собираться. Нанесла свой обычный дневной макияж, разве что помаду поменяла на бордовую. Достала из шкафа то самое черное маленькое платье, которое, по мнению стилистов должно быть в гардеробе каждой девушки.

В прихожей напоследок оценила свой образ: нарядно, но не вызывающе. В конце концов я не в клуб собираюсь, с которым у меня связаны очень травматичные воспоминания. Больше никогда в своей жизни, я не пойду туда.

Только села в такси, как мне позвонила Вэнди. Я опаздываю минут на десять, потому все машины вечером нарасхват. Когда же расплатившись, я вышла на парковку, то была слегка удивлена.

Какое красивое здание! Явно недешевое удовольствие. Это можно понять по бесконечно подъезжающим машинам и бегущих их обслужить персонал. Честно говоря, я понятие не имела в какое конкретно место еду. Я просто предложила Вэнди потусоваться где-нибудь, затем она дала адрес. Не сказать, что мы с ней были близки, у нас проходили некоторые занятия вместе. Иногда в библиотеке я помогала ей с математикой и физикой, вот мы и подружились. Кроме нее я мало с кем общалась, да и не хотелось совсем. Год моих скитаний заставил меня полюбить одиночество. И это самое ужасное. Ужасное, потому что я не успевала соскучиться по родителям из-за невозможности выходить с ними на связь. В последние несколько недель пришлось соврать, что телефон заглючил, но всему приходит конец. Также придет конец и моей лжи. Они не заслужили такого к себе отношения, но видит Бог, по-другому я не могу поступить.

– Анна, – послышалось со стороны. И долго мне терпеть эти прозвища? Мое настоящее имя Лилиан, но никто не хочет меня так звать. Отец с самого детства говорит Лили, все в университете привыкли к Анне, а мой самый худший враг клеймил меня именем Лали.

Оглянувшись, я заметила у входной двери свою однокурсницу, одетую в платье хамелеон с пайетками. Оно, между прочим, очень выгодно на ней смотрится, хоть я и не люблю весь этот блеск. Пропустив идущую пару вперед, я подошла к девушке.

– Ну, привет.

– Почему ты опоздала? Договорились же в девять!

– Но прошло всего пятнадцать минут, максимум, – мило улыбнувшись, возмутилась я.

– Анна, мы можем пропустить начало.

– Хорошо, тогда побежали!

Вэнди усмехнулась моему негодованию и схватив за руку, зашла внутрь.

«Вернись ко мне» – в ушах раздался шепот. Я невольно сжимаю плечи. Одно это имя наводит на меня страх, что даже боюсь его в лишний раз озвучивать у себя в голове.

Событие, которое Вэнди не хотела пропускать, было выступление начинающего певца. Надо отдать должное, парень хорошо спел. Толпа тут же освежилась и начала свои разнообразные танцевальные движения. Что до меня, так я танцевала разве что у себя дома во время уборки, представляя швабру микрофоном. Ну, а кто так не делал?

После третьего раза, я вспотела и устала. Горя желанием выпить воды, отошла к бару, пока подружка была в уборной.

– Не желаете чего-нибудь покрепче? – все не унимался бармен. Ему бы заработать на таких идиотах, которые с ног валяются от выпивки.

– Спасибо, я не пью, – сказала я, взяв стакан с водой. И даже тут работник не воздержался от привычки украшать напитки фруктами, на краешке красовались лимон с лаймом.

– Очень странно это слышать в таком месте. Сюда приходят расслабиться, – отозвался бармен, опираясь о стойку. Он смотрел на меня как-то по-доброму что-ли? На его лице нет никакого высокомерия или же чрезмерной заинтересованности в моей персоне. Этот человек, наоборот, смотрел на меня так, будто бы я была ребенком, который перепутал дискотеку с игровой площадкой.

– Ты, конечно, прав. Однако развлекаться не означает пьянеть, – сделав последние глотки, я отдала стакан, не забыв подмигнуть. Отходя от барной стойки, смогла уловить его веселый смех за спиной.

Моей спутницы все еще нет, поэтому я решила дождаться ее недалеко от туалета. Если пойду в круг танцевать, мы с ней точно сегодня не встретимся. Нельзя сказать, что мне здесь не понравилось, но приходить еще раз я бы не стала. Особенно в этот. Людей так много, как и дорогих машин на парковке, словно это единственный развлекательный центр в городе. Здесь также предоставлены зоны для личного уединения, правда их не так много.

Прошло приличное количество минут, а девушки все еще нет. Я уже всерьез забеспокоилась.

Зашла в уборную и начала звать по имени. Ответа нет. Вот тут на меня накатила паника. Куда она могла деться? Может быть мы с ней разминулись? Возможно, она все же вышла и просто потерялась в толпе? Или ей стало плохо и Венди уехала?

Мои поиски были тщетны. Вэнди не отвечала на мои звонки. Лишь бы с ней ничего не случилось. Не могла же она уехать, не сообщив мне! Когда же я, схватившись за голову, сидела за столиком у бара, ко мне подошел один из обслуживающих и передал записку.

«Жду тебя на верху в бильярдной. Вэнди». Для пущей уверенности несколько раз перечитала эти слова. Зачем она пошла туда? Неужели нельзя было меня заранее предупредить? Честно говоря, все это выглядит очень странно.

– Постойте! – крикнула я вслед за уходящим парнем, который передал мне записку. – От кого вы это взяли?

– Девушка одна передала, – пожимает он плечами и уходит.

Меня хоть и немного отпускает, однако все равно не понимаю как именно подруга объяснила, что записку нужно передать именно мне. Тут же яблоку упасть негде!

Быстро найдя лестницу, побежала в указанную охранником сторону. Хорошо хоть додумалась не надевать туфли, представляю как бы я с ног валялась после такой пробежки.

На верхнем этаже располагаются игровые помещения. Бильярдных оказалось несколько. Черт, Вэнди не учла этого. Заглянув в первые две, успокоила себя тем, что она точно должна быть в третьей. И не прогадала. Девушка стояла лицом к двери. Одна. Свет освещает лишь середину комнаты, падая на бильярдный стол.

– Вот ты где! – громко отзываюсь я, от чего подруга заметно вздрагивает. –Ты не представляешь как долго я тебя искала, – продолжаю возмущаться, еле переводя дыхание.

– А как долго я искал, Лали.

Воздух застревает где-то в горле. По спине бежит мороз, а в плечи будто тысячу иголок воткнули.

Из темного угла на свет сначала показываются кожаные ботинки, затем ноги обтянутые в брючной костюм, после во всей красе выходит виновник моих ночных кошмаров. Демон во плоти. Райан Тайлер.

В комнате резко стало душно.

– Нет…, – обессиленно падаю на колени. Глаза защипало. – Этого не может быть. Это сон, – мотаю головой, пытаясь проснуться. Он много раз снился мне, это тоже сон. Ужасный кошмар.

Дверь сзади меня захлопнулась. Вэнди все продолжает стоять на месте, опустив голову словно прокаженная. Я почувствовала, как из меня упорхают остатки той уверенности и энергии, которую я с таким трудом нарабатывала.

Больше шанса на спасение нет. Я обречена.

Пока я давилась собственными слезами, Райан успел подойти ко мне достаточно близко, чтобы я уловила тот самый запах, присущий только ему. Мой мозг не может принять тот факт, что свобода закончилась. Мне не верится, что меня нашли. С каждой минутой, когда осознание настигает все сильнее и сильнее, мои слезы увеличиваются. Мне страшно.

– Зачем ты пришел? – всхлипываю я, продолжая унизительно валяться на полу. – Зачем?

Одного взгляда этого зверя хватило, чтобы из комнаты вышла Вэнди и охранник, которого я не заметила изначально. Я знала, Райан в ярости. Он не говорит ничего. Молчит. Это означает только одно: он с трудом сдерживается. Все знают, что мистер Тайлер скор на расправу. Он не терпит неподчинения. Если в прошлом он мог с легкостью душить меня и переходить на угрозы, то я боюсь представить, куда его понесут дьявольские мысли на этот раз из-за моего побега. А в том, что наказание будет, я не сомневаюсь. Вопрос лишь времени.

Опустившись рядом со мной на корточки, мужчина грубо хватает меня за подбородок. Я трусливо смотрю ему в лицо. Нельзя не заметить, как он исхудал за это время. Под глазами темные круги, усталость, а в черных глазах жгучая ненависть и жажда. Он желает меня даже сейчас в таком состоянии. Впрочем, ему всегда нравилось, когда я молю его о пощаде в слезах. Порой хотелось ему подчиниться. Просто из-за инстинктов сохранить свою шкуру. Ему нравится повиновение, и я не раз замечала, как его заводит, когда я покорно опускаю взгляд или же не смотрю на него взглядом показывающим все мое отвращение. Но сегодня это не прокатит.

– Ты оказывается очень смелая девочка, – тихо говорит Райан, нежно касаясь большим пальцем моей щеки. Выдыхаю, прикрывая глаза. – Ты меня удивила. Посмотрим хватит ли твоей смелости выдержать наказание.

– Райан, – шепчу его имя.

Мужчина подается вперед. Я смотрю на него умоляющим взглядом, тяжело дыша. С минуту он смотрит на мои слегка раскрытые от слез губы. Я же не могу перестать восхищаться его мужской красотой. Как же будоражило кровь его прикосновение к моим губам, когда я царапалась о его щетину и кожа краснела.

– Ты разочаровала меня.

– Райан…Не делай этого…Пожалуйста, – пытаюсь дотянуться до его руки.

Может быть, у нас получится все обговорить и он оставит меня в покое? Но мужчина вдруг встает, тем самым игнорируя меня. Оправив пиджак, бросает грозное «идем».

Вот и все, Лилиан. Твоя свобода на этом и закончилась. Остается только гадать что меня ждет впереди.

Домой мы вернулись быстро, так как полет занимал всего два с половиной часа. Райан выкупил все места в бизнес классе, чтобы нам никто не мешал. Я упрямо не смотрела в его сторону в салоне самолета и не давала ему возможности прикоснуться к себе. А вот он не терял шансов: то руку предлагал, открывая дверь машины, то нечаянно касался моей спины, когда мы были у паспортного контроля. Я тоже как бы не нарочно дергала плечами или же делала вид будто не заметила протянутую руку. На мои сопротивления Райан лишь недовольно сжимал губы. Это была его маска, которую он надевает на людях. Дома он будет другим. Я это знаю. И как бы в голове не крутились мысли, что я не должна дразнить его, подчиниться мне не дает моя гордость.

Я не смогла супротивиться ему в чужой стране, поэтому сквозь слезы и боль, вернулась туда, откуда начинала.

– Я хочу увидеть своих родителей, – требую я, выходя из машины и понимая, что мы во дворе особняка Тайлеров.

– Для начала мы с тобой поговорим, – процедил сквозь зубы Райан.

– Я сказала, что хочу к себе домой! Ты не понимаешь? – кричу ему вслед.

Уходящий было Райан резко останавливается, его руки с силой сжимаются в кулаки так, что вены проступили. Тогда я и поняла, что перешла границу. Не успела нервно сглотнуть, как мою шею грубо обвивают мужские руки и сдавливают.

– Жизнь на свободе сделала из тебя непослушную девочку, – шепчет он, сильнее сжимая мою шею. – Но ничего. Мы это исправим.

Я смотрела в его глаза в надежде поймать в них свет хотя бы в крупинку, но этот зверь был соткан из тьмы и боли. Он не ведал что такое доброта и любовь. Как мне приручить зверя?

Последняя капля его терпения иссякла, когда я устроила погром в столовой. Я разбила тарелку с супом, отказываясь обедать за одним столом с ним. Прибежала прислуга, однако завидев бурю на лице Райана, не спешит подходить ко столу. Я же с насмешкой на губах смотрю на то, как на лице моего палача играют желваки. В какую-то секунду ложка в его руке летит в сторону, а сам он словно гроза надвигается ко мне.

Больно схватив за волосы, поволок меня на верх по лестнице, где я спотыкаюсь и подворачиваю ногу. Поняв, что ходить у меня не получается, Райан закидывает меня к себе на плечо словно мешок с картошкой.

Яростно колочу его по спине. Я не собираюсь сдаваться. Сдаться означает смириться со своей судьбой.

На мне все еще черное легкое платье, которое сейчас очень некстати задралось до бедер. Райан прикасается к моим голым ногам пока идет в спальню. Дойдя же до комнаты, которая для меня была личной камерой пыток, он бесцеремонно кидает меня на кровать. Голова разболелась.

Пока я пытаюсь прийти в себя, Райан уже снимает с себя футболку, не упуская возможности смотреть на меня с тем самым вожделением, с которым я не могла раньше бороться. Его руки прикасаются ко мне в попытке стянуть с меня платье. Я дергаюсь.

– Нет, – уворачиваюсь. – Не трогай меня.

– Не беси меня еще больше. Иначе пожалеешь, – рычит мужчина, а затем, схватив меня за обе руки, придавливает к постели.

– Я проклинаю тот день, когда решила прийти в твой чертов офис, – буквально выплевываю я, а на лице Райана появляется дьявольская ухмылка.

– Это судьба, Лали. Ты принадлежишь мне.

Райан впивается в мои губы в не очень нежном поцелуе. Он до сих пор продолжает вдавливать мои руки в постель, боясь, что я снова убегу. Этот кретин намного сильнее меня и не рассчитывает свои силы. Каждый раз, когда он касается меня подобным образом, у меня остаются синяки и тело ноет.

Не успела я опомниться от дикого поцелуя, как мужчина свел мои руки над головой и другой рукой принялся рвать платье. Даже пискнуть не успела, как осталась в нижнем белье под цвет бывшему уже платью.

Райан томно посмотрел на мою часто поднимающуюся грудь. Он сходит сума, когда видит меня такой. Ему нравятся мои маленькие формы. Нравится больно лапать мою грудь и ягодицы, не обращая внимания на мои мольбы. Что и продолжал делать сейчас.

Голый торс касается моего обнаженного живота, а мягкие губы жадно исследуют шею с ключицами. Остановившись на своей любимой точке – ямочка между ключиц, Райан сильнее впивается поцелуем. Это было место, где у меня всегда оставался засос. Из-за этой причины я не могла носить вещи с большим вырезом. Давление в ключицах усилилось.

– Райан…, – хрипло позвала, руками пытаясь освободиться, но мужчина не шевельнулся. Его губы продолжают терзать мою кожу. – Райан, мне больно, – всхлипывая, признаюсь.

Стоило мне показать свою слабость, как мука усилилась. Не в силах терпеть более я закричала.

– Пожалуйста! Отпусти. Мне больно.

Я уже не помню с какого момента у меня начали течь слезы, но зверь останавливается, напоследок лизнув ямочку. В помутненных от слез глазах я смогла различить, как его пухлые губы часто выдыхают.

Затравленно смотрю, когда глаза Райана встречаются с моими. Мои руки неожиданно для меня освобождены. Быстро растерла их массажными движениями.

Зверь все еще нависает надо мной. Его темно-коричневые волосы в беспорядке, а посмотрев вниз можно понять в каком Райан состоянии.

– Ты знаешь как мне было больно все это время?

Я переключила взгляд на него. Этот мужчина мог бы завоевать мое сердце в другое время и в другом месте. Он чертовски красив и умен. И я не понимаю что он нашел во мне. Я ненавижу его и Райан это знает. Какое ему доставляет удовольствие мучать меня?

– Где только я не искал тебя.

– Тебе понадобился год, – напоминаю я, отчего мужские губы кривятся.

– На этот раз ты превзошла саму себя, но ты забыла, что от меня не сбежать. Где бы ты не была, куда бы не убежала, я найду тебя, – его горящий взгляд заставил меня отвернуться. Не выношу его доминирование. – Найду и накажу.

Он снова прильнул ко мне, как лев к добыче. Сильные руки обхватывают мою талию, пытаясь быть еще ближе. Мое нижнее белье мало меня защищает. Я чувствую его желание каждой клеткой своего плененного тела.

Одна его рука перемещается к внутренней стороне бедра, а другая хватается за грудь. Больше всего я ненавижу себя за то, что так бесстыдно поддаюсь его ласкам. Что-то дикое и необузданное связывает нас с ним, не смотря на всю ненависть.

Он так уверенно трогает меня, еще не знавшей мужчину.

Интересно скольких еще он так трогал? Кого еще приводил в этот дом, в эту постель?

– Успокоилась? – прозвучало сквозь мысли. Я не заметила, как расслабилась.

– Я думаю о твоих женщинах.

Райан непонимающе сводит брови и даже перестает ласкать меня.

– Что ты имеешь в виду?

– Скольких еще ты трахал в этой постели?

Вместо ответа, он так больно разводит мои ноги, что я попыталась отползти от него, но руки Райана хватают колени и снова прижимают к своей плоти.

– Ты доиграешься. Не испытывай меня, – столько гнева в его голосе.

– А то что?

Я откровенно бросаю ему вызов. Нельзя так поступать. Нельзя. Потому что и без того черные глаза зверя темнеют, а лоб грозно хмурится, зубы яростно сжимаются, да так, что желваки выступили. Он тяжело задышал. Не зря я его зверем называю. Смотрит на меня как.

– Тебя не должно волновать сколько и с кем я трахался. Но если ты так хочешь узнать, спал ли я с кем-то в этой комнате, то нет, – он пытался сказать это ровным голосом, но послышалось все равно гневное рычание. – Лучше скажи мне кое-что, – Райан как-то странно смотрит на меня, немного задумчиво. – Ты все еще невинна?

Я не знала что сказать. Он принуждал меня к отношениям, навязывал свое общество. Да, он приставал ко мне, но за те три месяца, что я провела с ним, еще ни разу не намекал на постель. Это была правда. Однако она не делает его добрым. Сейчас Райан словно с цепи сорвался.

– Ты же не крутилась там с иностранными парнями? Отвечай! – закричал он, так как я слишком долго молчала.

– Нет…Я…Я все еще…, – мне резко стало так противно от этой темы. – Меня никто не трогал так, как ты…Даже не целовалась никогда ни с кем.

Райан слегка разжимает руки. Ему понравился мой ответ. Вижу в его глазах жгучую страсть, которая кипит от удовольствия, что он мой первый. Во всех смыслах.

Воспользовавшись замешательством мужчины, я встаю с кровати и направляюсь в ванную. В этой комнате, которую он специально выделил для меня, помимо принадлежностей хозяина всегда можно было найти что-то и для меня. Например, рядом с его большим черным халатом висит мой именной из шелка в нежно-розовый цвет. Из парфюмерии имеются мои любимые духи, а также часть косметики. Все это он купил для меня еще год назад.

Посмотрела в зеркало дабы оценить насколько ужасно я выгляжу. Щеки красные, как перец, а волосы стоит расчесть заново.

Я не знала что мне делать и как спастись, поэтому тупо хотела расстянуть время.

Доделав все необходимое, что вернет мне человеческий вид, я вышла из ванной, накинув на себя халат. Райан до сих пор стоит возле кровати, даже не оделся. Возможно, мой халат больше привлечет его внимание, чем скроет, но я не могу больше находиться рядом с ним в нижнем белье.

Комкая в руках пояс халата, разглядываю мускулистую спину и сильные руки способные доставлять не только боль. Если бы Райан только пожелал подавить свои звериные инстинкты и вспоминать временами, что я человек, а не его собственность, мы бы могли неплохо поладить. Возможно, я смогла бы…полюбить?

На меня уперся полный решимости взгляд. Райан Тайлер навсегда отрезает пути к нормальным отношениям.

– Я больше не буду себя сдерживать, – четко роняет он, делая шаг ко мне. – Отныне ты будешь делать все, что я скажу тебе, – продолжает наступать. Я стою на месте, ибо нет уже смысла убегать. – Тебе пора познать на себе что значит не слушаться меня, – он подходит ко мне в плотную и запускает руки в мои волосы. – Я заставлю тебя пожалеть о содеянном, – тянет меня за волосы вниз. Пытаюсь не издавать жалобных звуков хоть и больно до слез.

– Дьявольское отродье, – зло шиплю я. – Ненавижу тебя! – не сдержалась и ударила его кулаком в грудь.

– Тогда ты моя дьяволица, Лали.

Комната заливается смехом и губы Райана снова атакуют мои, не обращая внимания на мое недовольное мычание.