Лучшая в мире Эстер

Глава пятая

Теперь мы с Эстер играли в школе каждый день. В классе много кто хотел с ней дружить, но она выбрала меня. Только вот после школы Эстер уходила домой, а я оставалась на продлёнке. И тогда мне не с кем было играть. Исабелль и Молли не хотели со мной водиться.

Мне было так обидно! Ещё больше, чем до того, как Эстер пришла в наш класс.

После ужина мы все вместе смотрели телевизор. Начался какой-то старый фильм. Скучный. Герои в нём странно разговаривали. К тому же он был не цветной.

— Мам, а можно мне свой ключ? Пожалуйста! — сказала я.

— Сигне, не канючь. Мы с папой решили подождать до Рождества.

Я посмотрела на папу. Он кивнул.

— Но у всех уже есть ключи!

— Я спросил на родительском собрании. И оказалось, что уходить домой самим можно далеко не всем, — заметил папа.

— Какие вы вредные!

Краем глаза я увидела, что Туре улыбается.

— Прекрати! Ты же ничего не понимаешь! — закричала я.

Мама взглянула на меня и, кажется, хотела обнять. Но мне не хотелось, чтобы меня сейчас обнимали. Как всё несправедливо!

— Мне бы только ключ! Я буду носить его на шее, — сказала я. — А домой заходить не стану.

Папа повернулся ко мне и удивлённо спросил:

— А зачем тогда нужен ключ?

Я забралась с ногами на диван, свернулась калачиком и минутку посидела тихо.

И вдруг увидела в телевизоре тако-о-ое! Я даже подпрыгнула, а потом завопила:

— Глядите! Как её зовут?

— Кого? — спросил папа.

— Вон её! В телевизоре! Которая в шляпе.

— Эту? — спросила мама. — Это актриса Грета Гарбо.

— Да! Она — мама Эстер. Эстер говорила, маму зовут Грета, я её узнала, у Эстер над кроватью висит фотография.

— Звали, — поправил меня папа. — Это очень старый фильм. Греты Гарбо давно нет на свете.

— Откуда ты знаешь? Вы мне никогда не верите!

— Ну как же, верим… — начал папа.

— Сигне. — Мама погладила меня по голове. — Может быть, Эстер говорит не совсем правду.

Вот теперь с меня достаточно!

— Вы что, думаете, что моя лучшая подруга мне врёт? Ну какие вы злые!

Я убежала к себе, бросилась на кровать и заплакала, уткнувшись в подушку. Та быстро намокла. Никто мне не верит! А ведь я не вру! Слёзы лились ручьём.

Мама с папой заглянули ко мне и спросили, что стряслось, но разговаривать с ними мне не хотелось. Всё же я села на кровати, и мама начала вытирать мне слёзы.

Папа сказал, что они с мамой переговорили и у них ко мне предложение, от которого я не смогу отказаться.

— Мы решили, что тебе можно поносить ключ на шее, — сказала мама. — Для начала.

Папа протянул мне ключик. У меня перехватило дыхание. И слёзы высохли сами собой.

— Но с тем, чтобы тебе возвращаться в квартиру одной, мы повременим, — заметил папа. — Хорошо?

— Ага. Хорошо, — согласилась я.

— Значит, договорились.

Всё же лучше, чем ничего.

В ящике под кроватью у меня была припрятана ленточка. Красная лента от свистка. Пусть ключ пока повисит на ней. Я продела ленту в ушко ключа и повесила его на шею.

Потом долго стояла перед зеркалом. У меня по-прежнему не получалось поднимать одну бровь. Но теперь у меня есть ключ! И шнурок Эстер. Скорее бы завтра!