Лутер 2. Заповедник

Глава 18 Контроль

Стало ли мне легче от того, что я, наконец, убил Иваныча?

Ничуть.

Скорее в душе теперь какая-то пустота. Я чувствовал себя так, будто бы вывалялся в грязи. Стал тем, кого сам же и ненавидел.

Я убил человека и не испытывал никаких угрызений совести.

Я тот, кого сам же презирал.

От мрачных мыслей и размышлений меня оторвал голос Строгова, словно бы ворвавшийся в мой мирок, вернувший меня в реальность.

— Что там у тебя происходит? Ты слышишь? — прозвучал его голос во внутреннем динамике шлема.

— Иваныч все, — отозвался я.

— Узнал, что хотел?

— Нет…ничего полезного для нас.

— Вообще ничего?

— Ну…разве что то, кто он был такой и откуда тут взялся.

— И кто же?

— Наемник. Специалист робототехники. Был нанят сторонней компанией и должен был обслуживать киборга.

— Ясно…а что там полыхнуло?

— Иваныча сжег, — ответил я, — вместе с капсулой.

— Понятно, — просто ответил Строгов, — давай тогда, вылезай наружу, а то задохнешься там.

Я не без труда нашел выход из подвала, выбрался на улицу и с облегчением вдохнул холодный, прямо-таки морозный воздух, который обжег мне легкие.

Но сразу стало как-то легче, проще. Словно бы вместе с дымом, которым я надышался, вышло и все остальное — мрачные мысли, та самая пустота и презрение к самому себе.

Вместе со свежим воздухом, проникшим в легкие, пришло и осознание того, что Иваныч, доведи он свое дело до конца, наверняка бы обрек на смерть всех, кто сейчас ходил и дышал на Хрусте, всех, кто был в Речном, в лагере, в «Заповеднике». Колонисты, вояки, лутеры, мары…все бы они погибли, доведи Иваныч свое дело до конца и появись здесь корабли «РоботЭкса».

— Пошли, покажу, кого мы завалили, — рядом со мной словно бы из ниоткуда появился Строгов. Он выглядел так, будто в грязи валялся. Одежда и броня в крови, но не похоже, что бы в его собственной — вроде не ранен.

Тем не менее, досталось ему неслабо — вон, еле на ногах держится.

Он развернулся и двинулся прочь от подъезда.

Я побрел следом за ним.

Мы пересекли двор, где я заметил два тела — Анны и Мундалабая.

Мундалабаю уже явно было не помочь — он был буквально разорван: правая рука оторвана, в броне огроменная дыра. Сам Мундалабай лежал в большой луже крови.

Даже не верится, что вся эта кровь ‒ его…

Я бросился к Анне, упал рядом с ней на колени и перевернул ее на спину. Первое, что бросилось в глаза — это застывшие, мертвые глаза, глядящие в небо. Ее лицо было в крови и грязи, на щеке огромный ожог, а в груди несколько отверстий, явно проделанных каким-то энергетическим оружием.

— Оставь, ей уже не помочь, — Строгов положил мне руку на плечо и заставил подняться.

Я молча кивнул, положил тело назад на землю, встал на ноги, и мы оба зашли в один из подъездов, где привалившись спиной к одной из дверей, сидел, тяжело дыша, Кийко.

Как и остальным, ему здорово досталось: лицо залито кровью, с головы свисали лоскуты кожи, будто его рвало какое-то животное когтями, левая рука была попросту изуродована — выгнута совершенно неестественно, да еще и на кисти не хватало пары пальцев. Но все же он был жив, хотя и совершенно не обратил на нас внимания.

Я было хотел ему помочь, но Строгов не позволил.

— Он под стимуляторами. Либо аптечка сработает, либо…

Что подразумевалось под «либо» было и так понятно — зачем заставлять человека мучиться, если одним выстрелом можно отправить его в клон-центр на «воскрешение».

Я хотел спросить у Строгова, почему так сразу было и не сделать, но тут же в одной из квартир увидел медстанцию, которая усердно трудилась над Литвином. Он тоже выглядел не очень, однако был явно в лучшем состоянии, чем Кийко.

Так понимаю, что очень скоро станция закончит свою работу, и Литвин уступит место Кийко, если тот до этого времени дотянет.

Я поднялся за Строговым на второй этаж, мы прошли по коридору несколько метров и завернули в одну из квартир.

Здесь нашелся еще один труп. В этот раз Шендра. А еще, прямо посреди самой большой комнаты (зала или гостиной — называйте, как хотите) лежал дроид.

Вернее, мне так показалось сначала.

А вот затем, когда я смог его внимательно рассмотреть, понял, что ошибся.

На обычного АОДа «это» было похоже лишь на первый взгляд. А причиной этой схожести являлось то, что нижние конечности у этого дроида были взяты именно от АОДа. Частично корпус закрыт броней, фрагментами бронирования АОДОв. И именно поэтому имелась кое-какая схожесть.

Однако если рассмотреть машину более внимательно становилось понятно — никакой это не охранный дроид. Это нечто другое, причем довольно-таки сильно поврежденное, потрепанное. И этому «нечто» попросту установили части и детали с обычных АОДов.

Впрочем, даже со всеми эти новшествами я смог узнать, что именно вижу перед собой.

Тот самый киборг, которого я уничтожил (вернее, думал, что уничтожил) во время первого рейда в город.

Конечно, поначалу я даже поверить в это не мог, но, как говорится, все факты налицо.

Вот ведь, сволочь! Неимоверно живучая тварь! Это же надо — ему из крупнокалиберной снайперской винтовки попали несколько раз в корпус, продырявили башку, я его взорвал к чертям собачьим, его залили армпластом, и он все равно выжил!

Хотя с последним я не уверен — вполне может быть, что залили попросту оставшиеся (или, скорее, обнаруженные на месте взрыва ноги, или, что правильнее, нижнюю часть тела). А вот верхняя, мать ее, умудрилась уползти.

Что с ней произошло дальше ‒ я уже более-менее представляю. Киборг вызвал Иваныча, тот как-то проник в город и принялся чинить подопечного.

Наверняка база Иваныча появилась в первую очередь как обитель, цитадель киборга. С его подачи Иваныч начал покупать у лутеров всякий хлам, чтобы восстановить работоспособность и подвижность киборга.

Затем, когда все нужные запчасти были у него в руках, Иваныч починил киборга и тот отправился на охоту. А как иначе объяснить такое большое количество захваченных Иванычем АОДов? Наверняка на них начал охотиться сам киборг, ведь никаких других людей мы здесь не обнаружили, и даже следов их не было. Так что действовали здесь всего двое — киборг и Иваныч. Первый добывал трофеи, второй адаптировал их под собственные нужды, готовил армию для атаки.

Я подошел к лежащему «телу» и опасливо пнул его ногой. Машина была бездвижна и не подавала никаких признаков жизни.

Может, хоть в этот раз завалили?

Честно говоря, у меня были огромные сомнения в том, что это вообще возможно. Непонятно, зачем столь живучей твари нужен был ремонтник, Иваныч, то бишь. Как по мне — киборг прекрасно мог обходиться без обслуживания, ремонта и тому подобного.

Просто не могу представить себе, что вообще должно было произойти, чтобы наконец его уничтожили?

Вот и сейчас эта тварь лежит в метре от меня на полу, но я не уверен, что его удалось завалить. Это просто нереально, ведь у нас не было ничего сверхъестественного (имею в виду чего-то более убойного, чем обычные винтовки). Ну, разве что ЭМ-гранаты. Но неужели существо, способное пережить мощнейший взрыв, выжить после прямого попадания из винтовки огромного калибра, может быть остановлено гранатой? Неужели банально электромагнитное излучение уничтожило все цепи и все системы? Вот в жизни не поверю, что это так. Ну не могло не быть какой-нибудь защиты.

И, тем не менее, вот это тело, прямо передо мной, лежит и не шевелится.

— Как его завалили? — спросил я.

— Литвин учудил, — пояснил Строгов, — подобрался довольно близко и активировал сразу несколько гранат.

— И что? Этого хватило?

— Чтобы временно вывести эту тварь из строя — да, — кивнул Строгов.

— «Временно»? — переспросил я.

— Далее Литвин вскрыл корпус и начал выдирать все, до чего мог достать.

— А далее?

— Далее уже появился я и закончил, что он начал.

— Думаешь, теперь эта тварь издохла? — спросил я.

— Мик, — устало вздохнул Строгов, — из него вытащили все процессоры, до которых мы смогли долезть, вырвали с мясом провода из плат, я расстрелял всю обойму в платы. Эта железяка не может функционировать. Никак.

Я кивнул.

Что же, все звучит разумно, но…уже были случаи, когда я твердо верил в то, что киборг сдох. И каждый раз ошибался.

Так что сейчас я уже никому и ничему не верил. Я прямо-таки был уверен, что эта тварь осталась в живых, вот только…

Вот только это ненадолго.

— Внизу, там, где была капсула, я видел инструменты, — сказал я Строгову, — сейчас схожу за ними. А ты следи за…этим.

— Мик! Ему конец! — попытался спорить Строгов.

— Поверь мне, — не согласился я, — эта тварь неимоверно живуча, и соглашусь я с тобой лишь тогда, когда мы распилим его на части, разломаем в хлам. Так что следи за ним и жди, пока я вернусь.

Строгов неодобрительно покачал головой, но спорить со мной не стал.

Вот и славно.

А, черт! Батарея на резаке кончилась не вовремя! Хотя…

Нет! Как раз, прямо тютелька в тютельку — батареи хватило ровно настолько, чтобы отрезать очередной пласт брони.

Я отложил рюкзак и открутил фиксаторы, снял броню, а под ней обнаружилась электронная начинка, которую я тут же принялся рвать и крушить, будто дикарь.

Вокруг меня уже образовалась немаленькая такая куча мусора — отрезанные конечности киборга, разрезанные на части и попросту уничтоженные, превращенные мной в хлам, лежали платы, детали, отдельные элементы, которые я извлекал из «трупа» и тут же ломал. Я намеревался уничтожить киборга полностью, целиком и каждую его часть по отдельности.

Уж так он точно никогда не оживет, никогда не вернется. Возвращаться будет уже попросту нечему. Здесь не то что запасные и аварийные системы не позволят ему «ожить», тут уже оживать попросту нечему. Киборга как такового нет — я его убил, разобрал и уничтожил. Почти…осталось совсем чуть-чуть.

Строгов долго возмущался по поводу того, что я попросту трачу время на все это, но ему меня не понять. Попал бы он сам в ту ситуацию, в которой побывал я сам, когда ты уже твердо уверен, что твой противник повержен, когда у тебя самого уже силы на исходе, когда ты все же одерживаешь победу, и сам, еле живой, пытаешься насладиться триумфом, как вдруг…

Как вдруг оказывается, что никого ты еще не победил, и даже более того: вот-вот вся та тяжелая битва, через которую ты прошел, которую, как ты думал, выиграл, вдруг оборачивается твоим полным и безапелляционным провалом, крахом.

И я не хотел снова оказаться в такой ситуации. Нет уж, черт подери! Хватит нам и того, что нужно противостоять «Гардену». Сражаться с киборгом «РоботЭкса» или с самим «РоботЭксом», чьи силы может вызвать киборг, у меня не было никакого желания.

Уж лучше я потрачу пару часов, но уже точно исключу подобную возможность.

Есть!

Очередной процессор и кристалл памяти изъят, следом из корпуса киборга я извлек целый пучок проводов и плату с контролером.

Хм…очень похоже, что это так называемый «двигательный узел», иначе говоря, центральное ядро системы, которое отвечает за работу конечностей.

Пучок проводов был нещадно оторван, плата с процессором-контроллером раздавлена моим ботинком.

Теперь, даже если киборг оживет, он будет попросту парализован. Во всяком случае, пока не найдет новый контроллер. Не знаю, как он в такой ситуации и положении вообще может им обзавестись, но…даже такого мизерного шанса я ему не предоставлю!

— Мик!

Я повернулся на голос. В дверях стоял Строгов.

— Нужно уходить отсюда!

— Почему?

— Ты что, не видел сообщения Фэйтона? Он сказал, что сбросил тебе письмо даже раньше, чем предупредил нас.

— Сообщения? Фэйтон? — не понимая о чем, собственно, речь, переспросил я. — О чем предупредил?

— Весь лагерь поднят в ружье. Похоже, Серж решил бросить на нас все имеющиеся силы — лутеров и АОДы. Фэйтон сказал, что дроиды уже выдвинулись вперед, лутеры вот-вот тоже будут отправлены в город. Нужно сваливать отсюда. Нужно забрать наших из клон-центра и отправляться на базу, к Дисе, Кузьме и Мерзкому.

— На базу? — удивился я, — почему не в клон центр?

— Опасно. Там в последнее время слишком часто воевали. Уверен, лутеры будут искать нас именно там. Уж лучше отсидимся на базе — там тихо, да и выбраться можно будет оттуда куда — угодно. В клон — центре, боюсь, мы в осаде окажемся.

— Десять минут, — буркнул я, вставляя новую батарею в резак.

— Мик, мать твою! Нет у нас этих десяти минут! — воскликнул Строгов.

— Должны быть, — заупрямился я, — мне нужно закончить с киборгом!

— Да ему уже конец! Ты посмотри на него! — Строгов указал рукой на валяющийся вокруг меня лом и мусор.

— Я не нашел самое главное, — покачал я головой, — он все еще может…

— Самое главное? — возмутился Строгов. — «Может»? Он ничего уже не может! Мик! Да ты помешался! Это просто гора металлолома! Она ничего не сможет, никогда и ничего! Очнись!

— Нет, — тряхнул я головой, — он все еще опасен.

— Да как он может быть опасен?! — прямо-таки взвыл Строгов. — Ты же его расчленил! Какой еще «контроль» тебе надо? Сжечь? Подорвать?

— Найти его «мозг», — ответил я.

— Чего?

— Это киборг. Его главным элементом являются не процессоры и контроллеры, а обычный человеческий мозг. Именно он и является нашим противником. А все это, — я обвел руками хлам вокруг себя, — лишь оболочка, щит, броня. Очень хорошая, надежная и прочная, но все же лишь броня. Нужно найти мозговой центр…

Строгов тяжело вздохнул. Он явно хотел сказать нечто иное, пытался подобрать слова, но, видимо, понял, что они не возымеют надо мной никакого эффекта, поэтому лишь сказал:

— Так ищи уже быстрее…найди мозги и уничтожь их. Чего ты с «броней» копаешься?

— Нужно уничтожить все, — ответил я.

— Десять минут! — уверенно заявил Строгов. — Или вложись в это время, или даже не берись! Десять минут, и мы все уходим.

— Понял, хорошо, — кивнул я, опустил забрало сварочной маски и вновь включил резак.

Справился я чуть раньше. Ровно через восемь минут я уже был на улице, где собрались все наши, кто выжил.

— Я думал, ты дольше провозишься, — удивленно хмыкнул Строгов.

— Я тоже, — ответил я.

— Справился?

— Вроде того, — ответил я.

— Ну и славно, тогда идем.

— Куда? На базу?

— Нет, в соседний квартал. Оттуда нас Кузьма заберет.

— А остальных, кто в клон-центре очнется?

— За ними Диса поехал.

— Отлично, — кивнул я.

— Давай, ты с Литвином поднимайте Кийко, а я трофеи потащу.

Трофеев, на самом деле, было не так много, как хотелось. В основном Строгов собрал оружие. Раскурочивать же АОДов у нас времени не было. А жаль…

Но это все мелочи. Главное — я таки добрался до, так сказать, святая святых киборга, то есть до защитной ниши внутри корпуса, где, как понимаю, должен был находиться самый настоящий человеческий мозг, подключенный ко всей этой машинерии, управляющий ею. В этой же нише должна была быть вся начинка, поддерживающая мозг в работоспособном состоянии.

Я был уверен, что со вскрытием корпуса будет масса проблем, ведь даже взрыв, мной устроенный, не доставил проблем. Я вообще сомневался, что с помощью резака смогу вскрыть данную нишу.

Да вот только оказалось, что это и не требуется — она уже вскрыта. И внутри действительно находился самый настоящий человеческий мозг.

Мертвый.

Нет, его ничто не повредило и не сломало. У меня сложилось такое впечатление, что все системы поддержания жизни были отключены специально, намеренно.

Но вот зачем — это главный вопрос.

И я собирался получить на него ответ. Пусть и не сейчас, но я обязательно узнаю, почему киборг фактически сам себя выключил.

Была у меня пара догадок на этот счет, но распространяться о них я не хотел. Пока, во всяком случае…

Едва только мы добрались до соседнего дома, как впереди на улице я заметил приближающийся к нам «Проходец».

На всякий случай мы рассредоточились, подготовились к бою, но, к счастью, эти предосторожности оказались лишними — на «Проходце» таки прибыл Кузьма.

Теперь можно вздохнуть облегченно. В конце концов, мы справились — база Иваныча, да и сам Иваныч, уничтожены, Мерзкого у конвоя мы отбили, даже разжились собственными АОДами, и главный бонус — киборга теперь уже точно больше нет.

Хотя…мне не дает покоя мысль, что это все было крайне хитрым и спланированным шагом. Иначе, зачем он отключил себя? Фактически ведь совершил самоубийство? Зачем?