Люби меня, девочка

Эпилог

Говорят, любовь живет три года, после чего умирает. Не знаю, насколько верно это утверждение, но лично у нас с Дамиром даже спустя пять лет чувства нисколько не угасли. Скорее наоборот. Нет, мы не самая примерная семья и, бывает, ругаемся так, что вещи летать начинают из комнаты в комнату, но такого рода скандалы скорее держат в тонусе и не позволяют скатиться в обыденность. Тем более, примирение после них проходит по-особенному бурно, а я так вовсе каждый раз мысленно возвращаюсь в начало наших отношений. Когда все было вот так же, на разрыв чувств. И мне совсем не хочется терять это ощущение. Правда в ближайшее время придется немного поскучать. Хотя я точно знаю, что мой мужчина о таком точно жалеть не станет. Оно того стоит.

— Ты уверена, что тебе это все нужно? — донеслось от Этери, которая, сидя на полу в гостиной дома в Архипо-Осиповке, только что закончила “сажать” в цветочный горшок последний из пяти вилков капусты.

Что сказать, кто-то на Хэллоуин тыквы вырезает, а я вот капустой помещения украшаю.

— А почему нет? Все лучше, чем просто сказать “Дорогой, я беременна”, — отмахнулась от чужих сомнений, сидя напротив через журнальный стол.

— А если не додумается? — хмыкнула девушка, сдаваясь на выкрутасы моего поплывшего от гормонов счастья и не только мозга.

— Я его поколочу, — пообещала со всей серьезностью. — Так что лучше бы ему понять все, как надо.

— Страшная ты женщина, дорогая моя беременная сестра, — фыркнула Этери. — И нет ничего плохого в простом словесном признании, — добавила ворчливо.

Ну да, она ведь примерно так и сделала.

Причем примерно — очень мягкое определение.

Помнится, будучи в шоке от подобной новости она банально поколотила отца своего будущего сына. То, как воспринял новость сам папочка — отдельная история. Особенно в свете того, что Этери в тот день выходила замуж. Вот и… вышла. Не за того, кого планировалось. Что сказать… У Валихаловых, похоже, судьба вступать в брак в обход родительской воле.

— Ты права, нет, — поддержала я Этери по-своему. — Но я не хочу просто. Я хочу, чтобы Дамир запомнил этот момент, как нечто особенное. Чтобы проникся им от и до.

Та ответила не сразу, сперва с улыбкой пронаблюдала за тем, как я вставляю в рамочку первую фотографию малыша, а затем ставлю ее на каминную полку, где находились другие наши совместные сеты.

— Знаешь, — произнесла после того, как только я отошла обратно к ней, наблюдая за содеянным, — я уже тебе это говорила, и не раз, но повторюсь: моему брату повезло, что он встретил тебя и не женился на Теоне. Иначе он бы уже точно давно зачах от скуки, — покосилась на капусту.

Я на это только хмыкнула.

— Тогда нам обоим повезло. Едва ли кто-то еще мог бы пробудить во мне такие дикие идеи.

— Это точно, — рассмеялась девушка.

Она хотела добавить что-то еще, но у нее зазвонил телефон, и пришлось отвлекаться на абонента. А потом сестра мужа вовсе подорвалась с места и принялась собираться.

— Что случилось? — только и успела спросить, да и то на самом выходе.

— Зураб разрисовал Илия, пока тот спал, за что тот в ответ его побил машинкой, и теперь у нас дома настоящий концерт по заявкам. Я побегу, Ириш, ладно? Няня не справляется одна.

— Конечно, — кивнула я и обняла девушку на прощание. — Спасибо тебе большое за помощь.

— Расскажешь потом, как все прошло, — попросила она, и я естественно согласилась.

Этери ушла к своим сыновьям, а я продолжила приготовления. Горшки с капустой расставила так, чтобы их легко можно было обнаружить среди цветов, но не сразу. К ним добавила вырезанную картинку аиста. Чуть подумала и переставила фотографию от края в центр.

Да, так лучше.

Осталось накрыть ужин.

В столовой мы с Дамиром принципиально не ели, предпочитая массивной мебели на десяток персон маленький журнальный столик и подушки вместо стульев. А еще здесь уютно горел очаг в камине, на диване разложена парочка пестрых пледов, завернувшись в которые, мы обычно смотрели какой-нибудь фильм перед сном по висящему на стене напротив телевизору. Иногда досматривали, иногда нет. Иногда уходили в спальню, а иногда засыпали прямо здесь.

Мы с Дамиром вообще в этом доме проводили достаточно много времени, предпочитая его городской квартире. Да и достать нас здесь родственникам, друзьям и деловым партнерам было намного труднее. Именно поэтому еще я решила рассказать обо всем здесь, а не там.

И вот наконец любимый приехал…

Я встречала его у порога, едва сдерживая нетерпение и желание спросить, не заметил ли он чего необычного вокруг.

Нет, все-таки с сюрпризами у меня дела обстоят очень плохо. Я вечно выдаю себя собственным поведением. Вот и сейчас Дамир закрыл дверь за собой и тут же замер, разглядывая меня прищуренным взором.

— Что задумала? — поинтересовался прямо.

— Вот почему сразу задумала?! — возмутилась я тут же. — Может я просто рада тебя видеть. Ты опоздал на целый час, между прочим, я волноваться начала.

И чем только не оправдаешь себя и не отвлечешь любимого от предстоящего события…

Тем более Дамир повелся. Вздохнул устало.

— Прости, ванильная, погода совсем испортилась, на дорогах пробки, вот и задержался.

Улыбнулась ему.

— Главное, что ты здесь, — успокоила я его, обняв за шею, одарив поцелуем в щеку. — А я правда соскучилась, — добавила на ухо.

Дамир повторно вздохнул, но уже иначе, крепко прижав к себе.

— Ты всегда можешь работать у меня в офисе. Оформим тебе отдельный кабинет…

— И никакой работы не получится. У нас обоих, — рассмеялась тихонько. — Нет уж, я лучше и дальше буду из дома работать. Так всем спокойнее.

В частности Эдуарду, который после моих визитов к ним в офис взгляд на меня поднять боится. Даже я уже привыкла и почти не смущалась, но не он. Хотя мы вроде как ровесники.

Но я что-то отвлеклась.

— Голодный? — поинтересовалась, отстранившись, заглядывая в льдистые глаза. — Я накрыла нам стол. Только жаркое из духовки доставать не стала пока. Побоялась, что остынет…

И кажется, я опять начинала нервничать.

Смешно и глупо, с учетом, что я знала, что Дамир обрадуется беременности, но все равно неимоверно волновалась.

Наверное, потому что именно из-за меня у нас до сих пор нет детей. Сперва я хотела нормально доучиться оставшиеся два года. Потом с головой погрузилась в работу. Затем… как-то затянулось это все. Опомнилась, когда у Этери с Ильясом родился второй ребенок. Как обухом по голове ударило. Уж слишком их младший сын напомнил Дамира своими светлыми глазками. Я вдруг поняла, что тоже хочу малыша. Только чтоб уже по-настоящему похожего на любимого.

Конечно, не совсем хорошо действовать в обход мнения мужа, но едва ли он бы и сам был против. Давно намекал на увеличение нашей семьи. Вот я и прониклась типа его уговорами.

— Нет, ты точно что-то задумала, — произнес Дамир, цепко осматриваясь.

Взгляд наткнулся на виднеющийся накрытый стол, да там и остался.

— Это капустные листья на тарелках? — уточнил он недоверчиво. — У нас разве салатные закончились? Вчера же еще только были.

— Просто решила разнообразить подачу, — оправдалась с улыбкой.

— Хм… — протянул задумчиво.

Вновь вернул внимание мне, но на этот раз смолчал. Раздеваться принялся. А как только разулся, сразу направился в ванную, умываться. Я же поспешила достать из духовки горячее и разложить его по тарелкам.

В душе при этом все трепетало.

Первое волнение прошло и в крови забурлило предвкушение.

Мне уже хотелось, чтобы Дамир поскорее нашел фотографию.

А он не то, что искать не думал, но и возвращаться не спешил.

Я уже успела и блюда расставить по местам, и напитки разлить по бокалам, а самое главное — проголодаться зверски!

А он все не шел и не шел.

Хм…

— Дамир? — позвала любимого, поднялась с колен и направилась за ним следом.

И вот тут меня настигло огромное разочарование.

Потому что… я все испортила!

Казалось бы, продумала все до мелочей, но забыла о самой главной.

Тест!

Я не выкинула чертов тест на беременность!

И уж не знаю, зачем Дамир полез вдруг в шкафчик с моими принадлежностями, у него все же свой есть, но…

Факт оставался фактом, он обнаружил то, что не должен был.

И зачем я его только сохранила?

А хуже всего то, что муж смотрел на плюсик с таким равнодушным видом, что мне стало страшно.

— Этери приезжала? — почему-то спросил он.

Причем здесь Этери, я не знала, но кивнула.

Смысл умалчивать?

— Значит, их опять можно поздравить?

Не сразу до меня дошло, о чем он. А как поняла…

Не знаю, почему так обидно стало. Прям до слез. Я ведь сама виновата, что мой собственный муж не ждет беременности от меня, но блин! Неужели у него даже отдаленно не возникло мысли, что такое возможно?

— Ага, поздравь, — согласилась, выдавив из себя подобие улыбки. — Уверена, Ильяс оценит такой подарочек на Хэллоуин.

И развернулась, чтобы уйти.

— Ты расстроена из-за этого? — озадачился Дамир мне в спину, вынудив задержаться.

— Нет, — солгала вполне уверенно. — Просто голодна, а ты не торопишься к столу, — продолжила путь.

В отличие от первого ответа, во втором совсем не соврала.

Чувство голода росло с каждым мгновением все больше, затмевая все остальные. В последнее время особенно часто. Как и желание разреветься на пустом месте. Вот как сейчас.

И не в Дамире дело.

Просто обидно.

Что все пошло несколько не так, как я хотела.

Чертовы гормоны!

Которые сегодня взбесились больше обычного.

Вот и Дамир заметил. Догнал в два шага. На плечи легли его ладони, останавливая. После чего он аккуратно развернул меня к себе, внимательно вглядываясь в мои глаза.

— Ир, что случилось? Тебя так расстроило, что у них будет ребенок? Но ты же сама не хотела торопиться.

Верно.

Прав по всем пунктам.

Только дело не в том.

А просто…

— Я совсем иначе планировала тебе это сказать.

Вот тут Дамир озадачился по-настоящему. А я вместо пояснений просто взяла его за руку и повела в гостиную.

— Примерно так, — вздохнула, отходя в сторону ближайшего горшка с капустой.

Дамир уставился на нее совсем растерянно. Хотел что-то спросить, но вместо этого, как открыл рот, так и замер, дыхание затаив.

— Ванильная? — произнес недоверчивое, переводя взгляд с капусты на меня, обратно и снова на меня.

Вместо ответа я подошла к камину и сняла с полки рамку с фотографией, которую поднесла к нему.

— Полдня готовилась к этому моменту, а по итогу прокололась на мелочи, — хмыкнула нервно. — Как обычно.

Едва ли правда Дамир меня услышал. Все его внимание сосредоточилось на картинке УЗИ. Всего восемь недель, не видно ничего, кроме темного пятна, но сам факт — куда важнее.

Прошло минуты три, не меньше, прежде чем Дамир переварил новость.

— Нет, — заявил после, отвлекаясь от рассматривания фото.

Нет?

То есть он… против?

Ребенка.

Не хочет?..

В груди похолодело.

Не на такой ответ я рассчитывала.

Или все дело в том, что я опять поспешила с выводами, потому что пока я барахталась в собственных эмоциях, мужчина продолжил:

— Ничего обычного. Ты самая необыкновенная женщина, которую я очень сильно люблю, — произнес со всей серьезностью. — Поэтому даже не вздумай расстраиваться из-за того, что все пошло не по плану. Поняла меня? — ухватил за подбородок, приподнимая, чтобы я смотрела исключительно на него. — Тем более, капусту в горшках я оценил, — улыбнулся тепло и ласково. — Пожалуй, это будет и правда покруче простого «я беременна», — хмыкнул.

Я тоже улыбнулась.

Помнится, Этери говорила нечто подобное, только в обратном ключе. И хорошо, что я ее не послушала.

— Спасибо тебе, — шепнул Дамир, склонившись ниже, ведя большим пальцем по краю моей нижней губы.

— За что?

— За то, что ты есть, ванильная. За то, что ты со мной. Терпишь все мои закидоны и до сих пор не сбегаешь.

— Вот еще! — фыркнула наигранно надменно. — Я тебе еще не все нервы вытрепала. Так что даже не надейся от меня избавиться так легко.

И кто еще чьи закидоны терпит, если уж на то пошло…

На мужских губах расплылась довольная ухмылка.

— Запомни эти свои слова, — проговорил он, одаривая легким поцелуем в губы.

— Сам не забудь! — парировала нахально.

За что получила еще один поцелуй. Куда более долгий и глубокий. Наравне с последующими словами:

— Никогда, ванильная. В моем сердце, моих мыслях, душе всегда только ты одна. Моя единственная. И я скорее забуду собственное имя, но только не тебя.

И черт бы побрал эти гормоны, я все-таки расплакалась. А Дамир будто ожидая такой исход обнял крепче, принявшись баюкать в своих руках, пока я снова и снова орошала слезами его рубашку, оставляя на ней следы потекшего макияжа.

— Я опять испортила тебе рубашку.

— Точно теперь до конца дней не расплатишься со мной, — заявил Дамир со всей серьезностью.

Рассмеялась. Слезы высохли в считанные мгновения. И да, тут он безоговорочно прав. До конца дней. Иначе не будет. Иначе я не хочу. Иначе просто не имеет смысла. Ведь я:

— Люблю тебя.