Малыш для генерального

Глава 57

Все оставшееся утро бью баклуши. Данила никогда особо не нагружал меня работой, а Сергей скорее всего тоже уже списал меня со счетов. Сижу у себя, открыла мамский форум, чатюсь с такими же как и я, собирающимися в декрет девчонками.

— Марьяна Викторовна!

Фу, напугал! Сворачиваю быстрей чат к чертям собачим, пока гендир не запалил и не наорал на меня по своему обыкновению.

— Да, Сергей Валерьевич, слушаю вас… — смотрю на него, гипнотизирую, чтобы на экран не взглянул — даже отчета никакого не заготовила на всякий пожарный.

— Идемте, вам нужно отдохнуть, — протягивает мне руку гендир.

Смотрю на него. Он точно головушкой не треснулся? Или разговор в кабинете гинеколога так сильно повлиял на босса?

— Я не устала, Сергей Валерьевич.

— Как же не устали? — поднимает он меня, и ведет в сторону выхода. — Устали и еще как. У меня в кабинете удобный диван. Приляжете, отдохнете, вам что доктор сказала?

— Да, впринципе у Данилы Валерьевича тоже диван имеется, если что я туда прилягу, — отбиваюсь я.

— Я вам прилягу на диван Данилы Валерьевича! — моментально злится Сергей. — Так прилягу, что мало не покажется!

— А может, у него удобней диван! — веселюсь я, потому что вдруг понимаю, чутьем своим женским чую, что Сережа-то наш злобный ревнует! И ни к кому-то, а к собственному брату!

— Вот и проверите, чей диван удобней!

Мы проходим через приемную. Ганна испепеляет мою спину взглядом. Все еще злится на утреннюю гендировувзбучку. Вот на него бы и злилась, я-то тут причем?!

Сергей помогает мне устроиться на диване с ногами. Бережно снимает кеды. Немного массирует стопы. Мне до того приятно, что я даже тормознуть его абсурдную нежность не могу. Хочется мурлыкать и томно повторять: «Еще! Еще-о-о-о!!!»

А он смотрит на мое блаженное лицо и усиливает старания.

Разминает каждый сантиметр моей ступни, уделяет внимание каждому пальчику.

Я стремительно превращаюсь в кисель. Откидываюсь на подушку, прикрываю глаза.

— Поспи, моя сладкая! — слышу сквозь сон. Или я уже во сне.

Меня заботливо укладывают на удобную поверхность, прикрывают пледом и целуют в висок. Ну, точно, я сплю! В реале Астафьев бы никогда не стал этого делать.

— С тобой бы полежал, — шепчет кто-то прикусывая мне мочку уха, — но работать нужно. А ты спи, малышка! Я буду охранять твой сон!

Как же кайфово спать, завернувшись в пледик под мерный звук клацания мышки и клавиатуры. Как же вообще кайфово просто поспать! Наверно, меня сейчас как никогда поймут беременные очень уставшие девушки.

Но всему когда-нибудь приходит конец. В том числе и моему сладкому сну.

— Ты чего это тут разлеглась?! — орет на весь кабинет визгливый женский голос. — Ты берега не попутала?! Это, между прочим, кабинет Сергея Валерьевича, а не ночлежка!

— М-м-м… не ори, Ганна! Он меня сам сюда уложил. Дай поспать человеку!

— Да не ври, Маряьн! Совсем обалдела?! Разлеглась тут, как на шезлонге! А ну быстро встала и пошла на свое рабочее место!

— Выйди отсюда и не командуй! — перекладываюсь я на другой бок.

Не встану. Пусть хоть пушкой будят. Так пригрелась хорошо. Так удобно! Пожалуй, этот диван надо у Сережи выпросить и к себе в спальню его поставить. Он такой удобный, со скатом, можно живот хорошо на возвышении устроить… так! СТОП!!! Я что, назвала главгада Сережей?! Серьезно?! Я, в полном уме и здравой памяти, назвала генерального директора СЕРЕЖЕЙ?!

Блин, неловко-то как, а? Меня погладили пару раз по голове, и я уже готова вилять хвостом, облизывая руки хозяина! Тьфу!

— Пошла вон отсюда!!! — продолжает визжать Ганна. — Офигевший, совершенно обнаглевший народ! Тебя не в декрет, а взашей надо отсюда гнать! Бездельница!

Смотрю на Ганну. Раскрасневшаяся, растрепанная, с перекошенным лицом. Аж ножкой своей, обутой в шпильку по паркету топает. Смотрю, и мне не жаль ее совершенно! Это же сколько злости в человеке, раз он так на беременную женщину кидается?

— Что тут происходит? — в кабинет возвращается гендир.

— Простите, Сергей Валерьевич, я пыталась эту офигевшую морду, — палец с идеальным маникюром и бриллиантовым колечком указывает прямехонько на меня, — выгнать взашей, но как видите, придется вызывать дурку…

— Заткнись! — как гаркнет Сергей, у меня аж лялька в животе вздрогивает.

А Ганна ниже ростом становится — голову в плечи втянула, как описавшаяся болонка.

— Офигевшая морда, здесь ты! — продолжает он орать. — Чего ты тут забыла?

— Э… я… просто хотела выгнать…

— Пошла вон отсюда!!! Собрала свои манатки и вытряхайся из моей компании!!! Задолбала! Я таких как ты с десяток за час найду!

Глаза Ганны мигом наполняются слезами.

— Сергей Валерьевич, пожалуйста, смилуйтесь надо мной!

— Нет!

— Пожалуйста, не выгоняйте меня! Я не знала, что ей, — указывает она вновь на меня, — позволено спать на ВАШЕМ диване.

— Убирайся, я сказал! — холодно бросает на это Сергей.

Ганна уже не красная. Она посинела и ее потряхивает. Из глаз текут слезы. Но они на нашего каменного Сережу, как известно, не действуют.

— Я тебя сейчас лично отсюда вышвырну! — обещает Сергей.

— Ухожу… ухожу я! — всхлипывает Ганна жалобно, и наконец, оставляет нас наедине.

Сергей присаживается рядом со мной. Трет виски. Потом трясет головой, видимо сбрасывая наваждение, и поворачивается ко мне.

— Марьяна Викторовна… у меня к вам предложение!