Захар
Гребаные дни тянутся, как жвачка в детстве Я уже под завязку забиваю каждую минуту работой, чтобы не думать о Юле и детях. Чтобы не драть себе нервы. Не рвать душу.
Что я буду делать, когда результат будет у меня в руках и Шапка не сможет больше отрицать, что близнецы от меня? Да понятия не имею я, мать его!
Вот что самое хреновое! Я впервые в жизни не знаю, что будет правильно.
Набираю сестре. Коза, дернула за границу и бросила нас с братом на произвол судьбы. Теперь родители на нас отыгрываются.
– Ого, привет, большой брат, – на экране веснушчатый нос сестры.
Хмыкаю. Становится немного легче, когда слушаю её голосок.
– Привет, маленькая сестра. А что это ты забыла своих стариков?
Сестра фыркает и закатывает глаза. Опускает камеру, и я теперь вижу все её лицо, а не только его верхнюю половину.
– А ты все такой же. Бубнишь не по делу.
– Бу-бу-бу.
Ксюха начинает хохотать, отчего телефон трясет и мне кажется, у меня башка начинает кружиться.
– Я звонила три дня назад, забыл? Ты меня отшил, сказал, что куча дел.
– Это был не я, – тут же иду в отказную.
Ксенька заламывает бровь и качает головой.
– Я отличаю тебя и Назара. Очень хорошо.
Дую щеки и хмыкаю.
– Ну да, каюсь, я что-то был настолько задолбан работой, что решил, будет лучше, если я перезвоню тебе позже.
– И твое «позже» растянулось на несколько дней. Ага, да, – надувает щеки и показывает язык, – ничего, сестра подождет и никуда не денется.
Смеюсь.
– Как ты, рассказывай.
– О, ну я отлично. Малые постоянно болеют из-за сада, я пытаюсь не сойти с ума, когда они стоят на ушах. Олесь пропадает на работе, какой-то грандиозный проект. И вообще, – взгляд сестры тухнет, – кажется, что мы тут уже целую вечность и нет края этой поездке. Да и Олесь, – дергает плечом, – отдалился будто бы.
– С чего бы? Он тебя на руках носил.
Сестра шумно выдыхает и пожимает плечами.
– Мы проводим гораздо меньше времени вместе. Хочу обратно, домой. Там было лучше.
– Ну так приезжайте. Ты же знаешь, мы вас ждем всех.
Ксюха вздыхает.
– Амбиции Олеся иногда меня бесят. Но я его дожму…
– Дожимай, дожимай. Дом ваш стоит, мама там за ним присматривает.
– Да уж, полгода что-то так затянулись. Изначально был уговор, что мы на полгода и обратно.
– Иногда планы могут очень сильно поменяться, сестренка. Не надо вешать нос. Олесь тебя обожает.
Сестра угукает. И её взгляд коварно вспыхивает, а я набираю воздух в легкие. Ну сейчас начнется…
– А у тебя как там?
– Где? На работе все гуд.
Ксенька цокает.
– Я не про работу.
– Не будь как мама.
– А что мама? – Ксенька хитро прищуривается.
Вот знает же прекрасно, чертовка, как мама пытается организовать мое счастье.
– Да ничего. Тоже что-то там пытается разнюхать насчет моей личной жизни.
– Правильно. Мы тебя любим и переживаем за тебя.
Выдыхаю. А что, если я сейчас скажу сестре о близнецах?
Трясу башкой. Нет! Это сразу же дойдет до родителей, и мне не выжить!
– А где малые-то?
Ксенька кривит губы.
– Сегодня в саду. Вот наслаждаюсь одиночеством, – и начинает громко хохотать.
Это она, конечно, несерьезно. Она души не чает в племянниках. Материнство прям её призвание.
На комп приходит письмо, и я переключаюсь с разговора с сестрой.
– Секунду повиси.
Открываю документы, которые прикреплены к письму, и сердце пропускает не один удар. Да оно просто, мать его, перестает биться, когда я вижу штамп лаборатории.
Облизываю пересохшие губы. От лица кровь отливает.
Мать его, я давно так не боялся что-то смотреть…
– Захар, ты что так побледнел? Что-то случилось?
Мотаю головой.
– Все нормально, Ксюнь. Старость, давление скачет, – стараюсь перевести все в шутку.
Сестра цокает.
– Не смешно. Врача вызывай.
– Не надо врача, – хриплю, а у самого на мышке рука дергается.
Прокручиваю скан документа до конца и прикрываю глаза.
Девяносто девять и девять процентов совпадение ДНК… мать его. Я отец!
– Я перезвоню, сестренка.
– Надеюсь, ты звонишь врачу, потому что выглядишь ты паршиво.
Ухмыляюсь.
– Нет, не врачу. Все со мной в норме, это от счастья.
Вру, конечно, но надо усыпить бдительность сестры, чтобы Назара не натравила прям сейчас.
– Ни фига, да твоим счастьем прям через камеру прошибает.
– Все, покеда, – посылаю воздушный поцелуй и отключаюсь.
Выдыхаю. Мать его. Мать его. МАТЬ ЕГО!
Это мои дети… Ева и Егор – мои дети!
Тру лицо ладонями, пытаюсь привести дыхание в норму, но пульс шкалит, а перед глазами вспыхивают красные пятна.
Мозг отключается и не выдает ни одной здравой мысли.
Тянусь за телефоном и щелкаю экран ноута, чтобы видно было цифры. Нахожу переписку с Шапкой и отсылаю файл.
Сжимаю в руке мобильный и стараюсь не сорваться с места, чтобы рвануть в поселок. Посмотреть в глаза ей.
Ткнуть в эти результаты.