Межмировые реакции

Глава 4

Реакция 3: Всего лишь человек

Миры

Многие жители мироздания, увидев героя, не могли понять, зачем показывать одно и то же по второму кругу. В чём смысл наблюдать за героем в его повседневности? Общий вопрос возник у всех сразу: зачем?

Героям из разных миров было не до таких вопросов. Хотели они того или нет, экраны показывали не просто историю, а жизнь персонажа — его поступки, отношение к другим. Вот, например, Мэш. Тупой и безэмоциональный качок? Если вы так подумали, значит, смотрели сквозь экран. Мэш был необычным: он был прямолинейным. И в этом была его уникальность.

Взрослые и подростки, сталкиваясь с реальным миром, накладывают на себя ограничения. Разве кто-то осмелится сказать что-то прямолинейно и без фильтров? Но Мэш… Он мог. Это отличало его от других. Тем временем зрители видели ещё одного героя. Все понимали, что сейчас произойдёт.

Экраны

Яркая вспышка на экране изменила ракурс. Большая надпись сияла на небоскрёбе: Центральный банк.

— Двадцать йен, — спокойно произнесла красивая сотрудница в очках, глядя на монитор компьютера.

Камера сместилась, показывая спину известного всем героя. Он сидел на стуле в банке в простой майке, которую можно купить в любом секонд-хенде по скидке.

— Чего? — спросил Сайтама, повернув голову к сотруднице. Зрители видели только его спину.

Женщина объясняла что-то спокойно, а камера снова переместилась, теперь показывая здание банка снаружи. Голос звучал за кадром:

— На вашем счёте 20 йен. И он давно неактивен.

— Всего?! Ну и ладно, — ответил Сайтама.

Миры

Мироздание замерло. Герои, наблюдавшие за происходящим с некоторым недоумением, не могли скрыть легкого смущения. Кто-то нервно хмыкнул, кто-то скептически поджал губы, а кто-то просто не мог отвести взгляд от экрана.

Вселенная: Один из бесконечных миров. Планета Земля.

— И это тот самый герой, который может отразить вторжение пришельцев? — раздался удивлённый голос из угла зала, где сидела группа существ в плащах.

Герои переглянулись. У большинства из них давно сложилось мнение, что они — это недосягаемые личности, которые знают всё и всегда. Они даже представить не могли, что может существовать кто-то настолько… обыденный.

— Как он вообще спасает мир? — спросил один из героев — Если он даже свои деньги не может посчитать?

— Может, дело как раз в этом? — задумчиво предположил герой в золотом одеянии — Посмотрите, он не переживает. Он просто… живёт.

Многие начали кивать. Эта свобода, отсутствие страха перед суждениями и мелочами — она завораживала. Герои увидели Сайтаму с другой стороны. Его отрешённость от мирских благ казалась невероятной.

Эта банальная сцена заставила многих задуматься. Кто-то почувствовал неловкость, вспомнив свои переживания по поводу мелочей. Кто-то, напротив, улыбнулся, уловив в происходящем важный урок.

— Иногда, чтобы стать героем, нужно быть самым обычным, — сказала одна из девочек-волшебниц — Или просто напомнить, что герой — это не величие, а выбор.

Экраны

Камера переключилась, показывая автомат с газировкой. Вокруг тянулись дорожки и раскинулись деревья, что однозначно указывало на парковую зону.

Затем изображение сместилось на лицо Сайтамы. Его выражение оставалось неизменным, спокойным и невозмутимым, как всегда. Он смотрел на автомат, а в этот момент экраны показали его ладонь, на которой лежали монеты. Всего 90 йен.

Миры

Этот момент вызвал в одних усмешки, в других презрение. На триллионах экранов мелькали ухмылки, и среди зрителей звучало лишь одно слово: «Нищеброд». «Такой сильный, а позволить себе ничего не может? Кто он, если не неудачник?» — звучали комментарии.

Алгоритмы искусственного интеллекта взялись за анализ кадра. На экранах возникли графики и сложные расчёты, призванные вычислить «ценность героя». Но итог оказался нелогичным. Герой с выдающимися достижениями, и у него всего лишь 90 йен? Машины не смогли понять такой парадокс. Хаотичность его жизненной ситуации ускользала от их алгоритмов. Сценарии, где подобное возможно, не поддавались моделированию.

Вселенная: Югио дуэльные монстры. Время и место действия: Период после ухода Атэма в фильме — Тёмные измерения.

Солнце взошло над горизонтом, освещая половину планеты. Другая же её часть ещё погружалась в темноту. Это движение света и тьмы было непередаваемым зрелищем для обычного наблюдателя, но не для всех.

Первые лучи рассвета осветили фигуру молодого человека. Сначала солнце скользнуло по длинному плащу цвета индиго, затем обозначило контуры тёмной рубашки на пуговицах с широким воротником, длинными рукавами и строгими брюками с белым поясом. Завершали этот образ чёрные туфли. Его лицо, спокойное и непроницаемое, смотрело за экраном.

Он анализировал структуру экрана, расшифровывая центральную часть. Его взгляд, методичный и хладнокровный, безошибочно пробирался через все слои, как будто экраны не могли скрыть от него ни одной своей тайны.

На орбите планеты, в его персональном космическом лифте, всё было устроено с максимальной эффективностью. Всё оборудование и системы работали полностью автономно, под управлением искусственного интеллекта, целиком созданного и подконтрольного Сэто Кайбе. Однако, сам Кайба не просто разработал этот ИИ — он, по сути, был им.

Сэто Кайба представлял собой воплощение технобога: гениальный инженер, он совершил технологическую революцию, перешагнув пределы своего времени. Ещё в конце XX века он вывел человечество на новый уровень, в отдельных областях опередив время на целые столетия. Именно он стал создателем технологий голографической дополненной реальности, способных взаимодействовать с пятью органами чувств. Проявляя своё влияние на реальный мир. Его исследования в области коллективного сознания и ЭГО не только были теоретически разработаны, но и внедрены в инновационные системы, которые он проектировал.

Его интеллект превосходил любые представления о человеческом разуме. Параллельно с основными задачами Кайба в режиме реального времени анализировал работу квантовых компьютеров по всему миру, сопоставляя их данные. Кроме того, он понимал и осознавал высшие измерения, превосходящие привычные человеческие представления о реальности.

Кайба, скрестив руки на груди, равнодушно наблюдал за происходящим. Первый мир показался ему настолько скучным, что даже обсуждать его не имело смысла. Впрочем, миры сами по себе не интересовали Сэто. Его внимание было сосредоточено на новом герое, показанном на экране. Потенциал этого персонажа превосходил все мыслимые пределы, и это вызывало в Кайбе неподдельный интерес. Он видел в этом возможность: изучить и скопировать энергию Сайтамы, чтобы выйти за границы своей мультивселенной и преодолеть пределы возможного.

Цель Кайбы была проста: он искал достойных противников, которые могли бы подтолкнуть его к совершенству как дуэлянта. Однако его особое внимание привлек создатель экранов. Пока другие зрители пытались лишь понять, что из себя представляют эти загадочные устройства, Кайба уже проникал в их суть. И хотя даже его колоссальный интеллект столкнулся с трудностями, он всё же сумел прорвать барьер, пусть и размером с песчинку. Но этого было достаточно.

Теперь оставалось лишь найти способ использовать эту брешь для выхода за рамки. Энергия Сайтамы играла здесь ключевую роль. Если Кайбе удастся её заполучить, то, объединив её с собственной энергией дуэлянта и поддержкой своего ЭГО, он сможет одержать верх над своим заклятым врагом — Атэмом. Это будет его величайшая победа, которая утвердит за ним титул сильнейшего дуэлянта в истории. Все это будущие, а вот настоящие происходило сейчас.

— Сайтама… даже не смотря на свою силу, он остался человеком, это вызывает уважение… — Кайба прикрыл глаза, вспоминая того, кто являлся некогда сосудам Атэма — … Как и ты Юги Муто.

Экраны

Сайтама стоял перед автоматом с напитками, слегка сутулясь. Его взгляд был неподвижным, сосредоточенным.

Камера переключилась, показывая содержимое автомата через прозрачное окно. В отражении стекла мелькнуло лицо героя. Сайтама заметил ценник на самом дешёвом напитке — 120 йен, минимальная сумма для покупки.

Кадр сменился, открывая более широкую перспективу. Теперь зрители могли видеть, как рядом с автоматом, вдоль дорожки, лежало гигантское чудовище. Его голова была пробита, обездвиженная и безжизненная.

— Да и незачем. Наверняка на вкус… дрянь редкостная, — произнёс Сайтама, глядя на автомат с равнодушием.

Вселенная: Моя геройская академия

Учительская

Всемогущий сидел за столом, погружённый в свои мысли. Его взгляд то опускался на собственные руки, то поднимался на Сайтаму, который демонстрировался на экране. Тошинори находился в состоянии глубоких моральных терзаний.

Он размышлял о своём положении и о значении своей силы. В этом мире он долгие годы был символом мира, героем, который внушал людям надежду даже в самые мрачные времена. Но популярность, которой он добился, имела и тёмную сторону. Она привела к множеству жертв. Всемогущий понимал: его статус как символа был ограничен рамками Японии. Однако мир был гораздо больше, и за его пределами многие воспринимали Тошинори иначе — с ненавистью, как воплощение системы, которую они хотели разрушить. Это вызывало акты мести и насилия в других странах.

Он боролся с этим, старался делать всё возможное и даже больше. Но ясного ответа на свои вопросы у него не было. Смог ли он действительно стать тем символом, которого люди заслуживали? Или же его роль была лишь временной иллюзией? Этот вопрос продолжал терзать его душу.

Всемогущий глубоко вдохнул, пытаясь избавиться от тяжёлых мыслей, но взгляд на Сайтаму только усиливал внутренний конфликт. Этот человек… Нет, не просто человек, а нечто совершенно иное. Кажется, он вообще не беспокоился о своём статусе, своём месте в обществе или чьём-то мнении. Сайтама стоял спокойно, словно мир вокруг его не касался.

— Сайтама не перестаёт меня удивлять, — произнёс директор Незу, — Его моральные принципы слишком высоки. Сравнивать его с нашими героями, было бы для него оскорблением.

Наступило короткое молчание, наполненное осознанием. Прервать его решилась Исцеляющая Девочка.

— Это правда, — мягко начала она. — Я живу очень долго и видела, как меняются герои. Поколение за поколением… Сегодня герои чаще совершают поступки ради камеры, а не ради самих людей. — Её слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Все, кто находился в комнате, молча смотрели на неё. — Я многое видела и не могу молчать. СМИ превратили героизм в индустрию. Десятку лучших героев создали журналисты. Даже ты, Тошинори, стал их творением. Посмотрите на Ястреба — его карьера полностью корпоративна. Бедный мальчик. Его сделали таким. Мы уже не герои в истинном смысле этого слова.

Она на секунду замолчала и добавила:

— Супермен из комиксов — герой. Сайтама — герой. Но не мы.

Тишина вновь заполнила комнату, только теперь она была невыносимо тяжёлой.

Вселенная: Приключения Шерлока Холмса. Время и место действия: История о Собаке Баскервилей

Шерлок Холмс привык решать загадки мирового уровня. И хотя успех всегда был на его стороне, были и неудачи. Например, знаменитый случай с Джеком-Потрошителем. Холмсу удалось выйти на след преступника, он даже знал, кто это был, но всё оборвалось внезапной смертью предполагаемого убийцы. Совпадение?

Сейчас, сидя в своей квартире на Бейкер-стрит, Холмс заправил курительную трубку. Лёгкий дымок медленно поднимался вверх. На его губах появилась едва заметная улыбка.

— Совпадение, забавно — пробормотал он.

Прошедшие недели были насыщенными. Его противостояние с профессором Мориарти было весёлым и изнурительным. Завершающая схватка произошла у Рейхенбахского водопада, куда они оба сорвались в ходе ожесточённой борьбы. Шерлок чудом выжил, а Мориарти, как считалось, погиб. Или всё-таки нет? Эта загадка могла бы быть разгадана за несколько дней, если бы не вмешался интересный случай с Чарльзом Баскервилем. Который погиб при странных обстоятельствах. Тамошняя история о семейном проклятии и зловещем псе втянула Холмса и его верного спутника, доктора Ватсона в клубок загадок.

Казалось, ничто уже не могло удивить Шерлока Холмса, но мир, как всегда, преподносил сюрпризы. Летающие экраны, появившиеся внезапно, привели мир в состояние паники. Британская империя дрогнула, а в других странах ситуация оказалась куда драматичнее. Во Франции разразилась новая, нелепая революция, а в Германии свергли кайзера. Однако со временем паника начала стихать. Церковь приложила усилия, чтобы успокоить массы, а учёные пытались объяснить природу таинственного явления.

Никола Тесла, собрав независимых экспертов, оперативно приступил к изучению экранов. Его быстрая реакция и самообладание вызывали восхищение.

Британский парламент, находясь в поисках объяснений, незамедлительно обратился к Шерлоку Холмсу. Им казалось что, только он способен пролить свет на загадку экранов. Почему бы и нет. В тот день Шерлок стоял в окружении представителей обеих палат парламента. В центре зала заседаний возвышался один из загадочных экранов. Политики боялись подходить к нему, опасаясь, что тот взорвется или нанесет вред.

Шерлок, с трубкой в руке, несколько раз обошел вокруг устройства, внимательно его изучая.

— И каково ваше мнение? — спросил премьер-министр Великобритании Генри Асквит. Его голос звучал твердо, но усталость выдавала бессонные ночи и постоянное напряжение. Спавший всего три часа в сутки, он держался лишь на кофе и железной воле.

— Феноменальный агрегат, — наконец произнес Шерлок.

— Что? — политики недоуменно переглянулись.

— Позовите Герберта Уэллса. Он лучше меня объяснит — сказал Холмс, небрежно стряхнув пепел с трубки.

В зале воцарилось замешательство. Кто-то вспомнил, что Уэллс — популярный писатель-фантаст, философ, автор работ о перестройке общества, написал около 30 томов с политическими и социальными прогнозами и более всем известный своими произведениями о других мирах. Но зачем обращаться к нему в столь серьезный момент?

Тем не менее, сомнения быстро уступили место решимости. В такие времена даже советы писателей-фантастов, а его многоликий взгляд мог оказаться полезным. Спустя некоторое время в парламент прибыл сам Герберт Уэллс, автор Войны миров. Он был несколько озадачен своим приглашением, но, узнав суть дела, сумел сохранить невозмутимое выражение лица. Ему предстояло рассказать самым влиятельным людям страны о возможностях других миров. Собравшись с мыслями, Уэллс принял вызов и, не подавая виду, что считает ситуацию абсурдной, прочитал обстоятельную лекцию о мультивселенной.

Тем временем Шерлок Холмс, улучив момент, незаметно ретировался из парламента. Вернувшись на Бейкер-стрит, 221B. Где сейчас и находился.

Шерлок, погруженный в раздумья, внимательно изучал изображения, транслируемые загадочными экранами. На них разворачивались невероятные события: магия, поразительные подвиги сильного Мэша, которого Холмс полюбил за его прямолинейность и меткие, колкие ответы — порой даже более остроумные, чем его собственные. Это казалось нонсенсом, но как же это было интересно! Теперь экраны показывали другого героя — Сайтаму, личность неоднозначную, но завораживающую.

Погрузившись в мысли, Шерлок задумался о том, что он только что увидел. Этот экран, показывающий жизнь героев, открыл для него новые горизонты. Он давненько скучал по загадкам, которые бросали ему вызов, но теперь перед ним развернулась потенциальное будущее человечества. Вторжение пришельцев, битва с могущественным Боросам.

И не только сами экраны были интересны, а когда и как в отличие от них, поведут себя люди в других мирах, где экраны так же появились. Вот это действительно были интересно.

Доктор Ватсон, который все это время сидел рядом, опустил газету на стол и с любопытством посмотрел на друга.

— Вы думаете, что эти экраны могут быть использованы в чьих-то целях? — спросил он, не скрывая интереса.

— Безусловно, — отозвался Шерлок, бросив взгляд на экран, где вновь появился Сайтама. — Силы, стремящиеся к власти и контролю, найдут способ использовать эти знания. Если кто-то получит доступ к информации из других миров, это может привести к катастрофическим последствиям.

— Что же вы предлагаете? — уточнил Ватсон, готовый поддержать друга.

— Мы должны исследовать этот вопрос. Первое, что следует сделать — более глубоко проанализировать показное, будет довольно забавно, если тот кто создал экраны не преследует своих целей. В таком случае для всех он просто маленький ребёнок, который не знает как использовать свои силы. Это ли хочет донести до нас создатель? Оооо нет, он стремится показать нечто совсем иное. Вот на пример. Что думаешь о Сайтаме.

Ватсон развел руками:

— Даже не знаю, что сказать.

Шерлок задумчиво продолжил:

— Он очень глубокий, его позиция и ценности непреодолимы. Перед нами герой, живущий скромно, практически на грани бедности, он постоянно ограничивает себя и жертвует благами. При этом он даже не задумывается о том, чтобы взять все, что пожелает, он бы не встретил никакого сопротивления. Когда я попытался представить себя на его месте, то осознал: даже имея силу гораздо меньшую, чем у него, мне было бы крайне сложно не поддаться такому мощному соблазну. Более того, я бы, вероятно, не считал себя виноватым, ведь люди сами готовы вознаграждать того, кто их защищает. Это особенно впечатляет, ведь я считаю себя человеком достаточно порядочным…

Доктор Ватсон, пораженный словами Шерлока, только кивнул. Холмс встал, подошёл к окну и, глядя на улицу, продолжил:

— И именно это заставляет меня по-настоящему восхищаться тем уровнем благородства, который демонстрирует герой. Его выдержка и внутренний стержень поистине недосягаемы. Загадка для меня неимоверно сложная. Почему он не заберёт всё? Почему живёт так? Как он достиг подобного уровня?

Холмс замолчал, чувствуя, как в нём закипает азарт. Это была загадка, на которую он хотел найти ответ.

— Ватсон, — наконец сказал он, — пора вернуться к началу новой загадки. Там где всё началось. И, возможно, встретиться с ним.

Доктор не смог скрыть изумления.

— Вы полагаете, он жив? Это невероятно!

Шерлок усмехнулся.

— В такое время нам пригодился бы гений Мориарти. Думаю, пришло время встретиться с моим старым соперником.

Ватсон, всё ещё находясь под впечатлением, начал записывать детали. Им предстояло множество удивительных приключений.

Экраны

Сайтама присмотрелся и нашёл интересный и единственный вариант, всего одна банка за 90 — Йен. Он потянулся вставлять манты, и тут, она выскользнула из рук героя, закотившись под автомат.

Камера сместились вниз, под автомат с газеровкой, там показали что моменты уже нет, она попросту укатилась в неизвестном направлении.

Кадр сместился на двух людей. Пока сайтама наклонившись пытался усмотреть монетку.

— Ого! Как труп этого монстра тут очутился — произнёс человек со стрижкой словно на голове был взрыв.

— О, нет! Нужно его отгородить, чтобы люди не смогли к нему подойти или прикоснутся. Вдруг он ядовитый — произнес его напарник

Два человека обвели труп жёлтой лентой не походить. Как вдруг экраны показали их в полной рост. Это были герои, один в маске с крестом по середине живота произнёс.

— Фух! Как-то так.

Резок раздались восхищение крики.

— Эй! Смотрите! Это же герой геймпад! — герой в маске повернулся. К ним на полной скорости бежала толпа детей.

— Точно! офигеть!

— Глянь сюда Геймпад! — помахал ему один из детей

Геймпад помахал рукой в ответ

— Хорошо постарались… — в этот момент герой про себя думал: — " Звучит так, будто мы его победили»

Герой С-класса, ранг 25Геймпад

— Ага… дети от тебя просто без ума — произнес тот самый герой со взрывом место причёски, теперь его детально показали, на его глазах были очки, а на лбу молния, его классический костюм держали подтяжки.

Герой С-класса, ранг 44Герой в подтяжках

Герои тихо подошли к автомату с газировкой, и купили тот самый напитк, который не смог себе позволить сайтама.

— Это что за напиток? Вкусный? — спросил Герой в подтяжках

— Не узнаю, пока не попробую! — геймпад встряхнул напиток.

Кадр на один раз показал лысого парня, который сидел недалеко на лавочке, он внимательно посмотрел на этот напиток и на героя. Сам герой С-ранга, принялся пить его. Под конец смачно рыгая.

— Трехочковый! — Геймпад кинул напиток. Банка полетела мимо корзины, упав рядом с ногами сайтамы

— Думаю, теперь мой ранг поднимется. Может, даже получу повышение до класса В! — с воодушевлением произнёс геймпад.

— Ну что, продолжим патрулирование? Пускай Геройская Ассоциация с мусором разбирается — подытожил после радости 25 герой С-класса, также указывая на труп чудовища — Убрать остатки не входит в задачи героев

— Ага — ответил герцо в очках.

Не обращая больше на что-то внимание они ушли. Кадр сместился к сайтаме, который поднял банку за героев.

— Мда… судя по виду — точно дрянь — Сайтама спокойно и по человечески подошёл и кинул пустую банку в корзину.

Миры

У всех сразу возникли вопросы о справедливости. Миры, где воцарились утопии, недоумевали: почему такое происходит с Сайтамой? Почему никто не обратил на него внимания?

Одни просто не понимали, что это значит. Там был только Сайтама. Почему они хотя бы не спросили его, а вместо этого присвоили лавры себе? Ведь даже сами признавали, что это не их заслуга. Но Сайтаме было совершенно всё равно. Одно дело думать, другое — действовать. Как показала практика, они просто присвоили его достижения ради продвижения в рейтинге.

А Сайтама просто сидел, не обращая внимания на происходящее. Но всё изменилось, когда кто-то из них купил напиток, который он сам не смог себе позволить, потеряв монету. Это нормально?

В других мирах реакция была куда более бурной: «Еб твою мать!» восклицали там. «Какого чёрта? Этот человек, обладая силой, чтобы отразить вторжение пришельцев и победить страшного Бороса, живёт так ужасно?!»

Сайтама их раздражал. Нет, он их бесил своей пассивностью. У него на глазах присвоили его подвиг, а он что? Просто сидел и смотрел.

Эльфы в разных мирах с презрением взирали на Геймпада и Героя в подтяжках. «Какие жалкие и грубые создания» думали они. Украли достижения, взяли всё, что можно, и тем самым лишь укрепили свой статус неудачников. Спасибо хоть за то, что оградили труп чудовища. Пусть это было сделано без изящества, но они хотя бы постарались. Правда, когда они просто ушли, даже не оставив никого следить за монстром, их статус стал очевиден.

Гномы лишь смеялись над действиями Геймпада и Героя в подтяжках. Вот так герои! Оградили труп и сбежали. Может, теперь им дадут медали за трусость? Ха! А в рейтинге они, наверное, хотят стать выше? Молодцы, что тут сказать.

Сайтама, напротив, вызывал у них уважение. Человек, который, убив чудовище, остался рядом, чтобы удостовериться, что опасности больше нет. Бдительность — вещь, которая никогда не бывает лишней.

Орки чесали головы, обсуждая. Сайтама стал самым обсуждаемым персонажем из всех возможных. Даже их боги не были так популярны в этот момент, особенно после битвы Сайтамы с Боросом. Это было нечто! Воинственные орки не могли сдержать эмоций. У них была одна мысль: «Этот лысый уничтожил монстра и даже не стал хвастаться. Настоящий воин. Только вот почему он не забрал добычу? Он что, не знает правил? Трофей за победу принадлежит победителю!»

Гоблины, в большинстве своём, не понимали, что происходит. Однако это их мало интересовало: события были слишком грандиозными и выходили за рамки их понимания. Тем не менее, некоторые из них обсуждали произошедшее со своими шаманами.

— Эти двое просто делают вид, что работают, — насмешливо говорили они. — Каждый так мог бы!

Гоблинов особенно занимал другой момент. Они не понимали. Сайтама просто поднял банку и выбросил? Зачем? Это же можно было продать или оставить себе. Он же и так не особо богат…

Иные реакции были у богов

Вселенная: Повесть о конце света

— Ну пожалуйста, будь другом… Я хочу к Сайтаме, сделай портал, уааааа! Если не к Сайтаме, то хотя бы к Боросу! — старик, повелитель богов, почти плакал, вцепившись в ногу Вельзевула.

— Гррр! Хватит цепляться за мою ногу! — раздраженно прорычал король мух, пытаясь стряхнуть настырного Зевса. По мнению Вельзевула, Зевс окончательно слетел с катушек. Однако, несмотря на все усилия, скинуть старика не удавалось — тот держался, как утопающий за спасательный круг.

— Уааааа… — завыл Зевс, словно ребенок. Его рука, сжимающая Вельзевула, вдруг увеличилась, затем другая рука, тоже неестественно раздутая, ударила об пол в знак протеста, все вокруг дрогнуло, а на месте образовался кратер.

— Грррр! — раздражение короля мух было действительно большим. Вельзевул проклинал свою удачу. Только он решил выйти из лаборатории, чтобы отвлечься от нудной философии лысого о моральных принципах, и направился в ад за необходимыми материалами для новых опытов, как столкнулся с этой катастрофой.

Теперь, глядя на комедию у себя под ногами, Вельзевул только сильнее злился.

В сторонке стояли Гермес и Арес. Первый выглядел абсолютно спокойным, как и всегда, а второй явно недоумевал.

— Что происходит? — спросил Арес, указывая на Зевса, который продолжал цепляться за Вельзевула.

— Ничего необычного. Мы можем только наблюдать и не вмешиваться, — философски заметил Гермес.

— Эээээ?! — Арес был в шоке.

Гермес не разделял волнений своего собрата. Он был, пожалуй, единственным из богов, кто проводил достаточно времени с Зевсом и хорошо понимал его капризы. Это был как раз один из них — типичный эмоциональный всплеск. Рано или поздно Зевс успокоится. Гермес знал: повелитель богов прекрасно осознает, что попасть в другой мир, к Сайтаме или Боросу, невозможно. Даже если бы такая возможность и была, Вельзевул — не тот, кого можно уговорить или запугать.

Истории о короле мух, которые Зевс слышал от своего старшего брата Аида, только подтверждали: Вельзевул был слишком упрям и расчётлив, чтобы поддаваться таким манипуляциям.

— Ну, я уверен, ты сможешь… Ну давай, пожаааааалуйста! — завыл Зевс, усиливая хватку.

Вельзевул стиснул зубы.

— Послушай, старик, если ты сейчас же не отпустишь мою ногу, я…

— Ну как так?! — возмутился Зевс, но тут же тон слега поменялся в его манере — Ну я же тебя прошу, по-дружески…

Уже угроза пошла, и эти светящиеся глаза. Да он издевается! Вельзевул был уверен в этом, он уже не знает что делать и начал угрожать. Вельзевул помахал с просьбой личному дворецкому Зеваса, чтобы он убрал Зевса и отнёс в постель, дал конфет и присоску или как там успокаивают детей, что старше самой вселенной.

Гермес же едва сдерживал смех.

— Ну, рано или поздно отстанет. А пока давай наслаждаться зрелищем

— Да чем тут наслаждаться?! — Бог войны совсем растерялся

А Вельзевул и Зевс продолжали их импровизированное противостояние.

В другом помещении.

На голову Посейдона упали небольшие камушки — это был результат очередного «веселья» Зевса. Владыка морей раздраженно поджал губы, отложил трезубец в сторону и устало провел рукой по волосам, стряхивая пыль.

— Опять этот идиот устраивает цирк, — пробормотал Посейдон, направив холодный взгляд на потолок.

Однако раздражение Посейдона было вызвано не только братом. Его внимание привлек экран, на котором показывали человека — Сайтаму. Жалкий смертный, не более чем пыль под ногами, думал Посейдон. Однако, когда он увидел невероятную силу героя, его взгляд потемнел.

— Эта сила… — Посейдон, нахмурился. Он не хотел признавать этого даже перед собой, но в глубине души понимал, что даже Зевс, возможно, не смог бы одолеть такого врага. Что уж говорить о нем самом.

Но гордый и высокомерный владыка морей не собирался поддаваться таким мыслям. Вместо этого он упрямо искал изъяны в человеке, желая доказать себе, что тот всего лишь очередная букашка. Однако происходящее на экране постепенно его захватило.

Он смотрел, как Сайтама с непроницаемым лицом сражается, сохраняет спокойствие даже в разгар битвы, тогда как его противник, Борос, сиял от радости, словно ребенок. Внимание Посейдона особенно привлек момент разговора между героем и пришельцем.

Сайтама дал Боросу шанс выложиться на полную, позволив ему испытать то, о чем он мечтал, — битву всей его жизни. И сделал это без злобы или снисхождения. Посейдон осознал, что этот человек остался абсолютно нейтральным, словно исход битвы не имел для него значения.

И тогда, к своему ужасу, Посейдон испытал чувство, которое ранее испытывал только к Аиду, — уважение.

— Ха! Какая глупость, — пробормотал он, отводя взгляд. — Уважение к человеку? Не смешите.

Однако, несмотря на попытки отмахнуться от этой мысли, он не мог оторвать взгляд от экрана.

Сайтама сразил чудовище, которое лежало на дороге. Ни триумфального крика, ни пафосных речей, ни гордости за сделанное. Он просто смотрел, словно все происходящее — обыденная рутина.

Затем герой потерял монету, сел на скамейку. Пришли иные герои, они присвоили себе все заслуги и достижения, которые принадлежали ему. А Сайтама? Он не возразил. Вместо этого он молча поднял банку и выбросил её в урну, как будто всё происходящее не заслуживало его внимания.

— Пф. Люди, — презрительно произнес Посейдон, скрестив руки на груди. — Такие же бесполезные, как и все из вас. Но вот он… — его взгляд снова вернулся к экрану. Где была тишина, лысый герой пошел в неизвестном направлении.

Посейдон в эти секунды сидел в тишине, глядя на экран. В голове звучал эхо собственных мыслей.

— Даже среди богов нет никого, кто мог бы так пренебрегать мнением окружающих… — пробормотал он, опираясь локтями на колени и сжимая руки в замке.

Сила была ему понятна. Уважение через силу — естественно. Но это равнодушие, этот полный отказ от славы, поклонения, признания… Как такое возможно?

— Герой, который не жаждет восхищения. Сила, которой не нужно одобрение. Даже мы, боги, стремимся к славе. Даже я… — его голос упал.

Он вспомнил собственную жизнь, свои битвы. Каждая из них была способом доказать свое превосходство, свое право быть владыкой морей. Каждый миг его существования был направлен на поддержание этой иллюзии идеальности. И вот сейчас, перед ним — человек, который, казалось, не нуждается ни в чем.

— Это презрение? — промолвил Посейдон, его глаза затуманились. — Нет… это… зависть?

Он резко поднялся с трона.

— Бред. Боги не завидуют смертным. Это недопустимо.

Но чувство не уходило. Зависть ли это, или что-то иное — оно жгло его изнутри, нарушая привычное равновесие.

Он вспомнил лицо Сайтамы: спокойное, лишенное эмоций.

Посейдон подошёл к зеркальному окну, глядя на отражение бурлящих вод за ним.

— Боги созданы, чтобы господствовать. Мы питаем свою гордость этим. Но он… он что-то иное, да он не человек, не может бог испытать уважение к человеку… — Посейдон замолчал. А поверит ли он сам в эти слова?

Молчание было тяжелым.

— Если бы я… — Посейдон задумался о таком, о чем помыслить не мог бы пару минут назад, он прервался, его пальцы стиснулись — Нет! Не бывать этому!

И всё же, несмотря на это утверждение, он уже не мог смотреть на себя так же, как раньше.

Экраны

Сайтама сидел в неизвестном помещении но стоило камере отодвинуться, все встало на свои места, это был банк тот самый банк из начала трансляции.

Сайтама быстро говорит

— Мне нужно 10 йен — герой обратился к сотруднице, сидящей за столом, ему нужен был кредит.

Женщина в очках, удивившись, переспрашивает.

— Что? — сотрудница действительно не поняла, 10 Йен? Он хочет взять 10 Йен в кредит?

Сайтама же хоть объяснять ситуацию, с автоматом и напитками.

— На один напи…

Слова героя внезапно прервали.

Кадр смещается. Началось ограбление. Грабитель в маске, выбил дверь помещения, громко крича.

— Грааааааа! Всем лечь на землю! Деньги на стол!

Сотрудница банка в очках вскрикивает:

— Уаа

Грабители, начали угрожающие двигаются к кассе. Сайтама остался полностью спокойным. Он их внимательно осмотрел.

Группа преступников, одетых в костюмы с коровьими узорами и головные уборы с рогами, их стало только больше. Один из них нейтрализует охранника ударом по голове, что вызывает панику у посетителей. Перепуганные люди вспомнили кто это:

— Это же та самая банда грабителей… Коровий желудок!

Главарь банды, усмехнувшись, обратился ко всем присутствующим.

— Сложите все деньги в эти мешки! И чтобы никто не дергался!

Преступник А-класса Бычара

Миры

Из неожиданной повседневности все оказался в крайне напряженной ситуации, которая могла развиваться самым непредсказуемым образом. Разные миры и расы по-своему воспринимали происходящее.

Людские спецслужбы внимательно следили за ситуацией, используя свой опыт для анализа. Ситуация была критической: неизвестное количество вооруженных людей с винтовками и обширным арсеналом захватило заложников. В качестве меры предосторожности они взяли с собой ребенка, ставшего личным заложником. Это было весьма тревожное обстоятельство. В таких случаях целесообразно задействовать снайперов.

Псионики высокоразвитой цивилизации наблюдали за экранами, пытаясь понять действия другой расы, которые казались им совершенно нелогичными и необъяснимыми. Их технологии позволяли отслеживать малейшие детали, но даже это не помогало постичь мотивы этих людей. Поведение каждого индивида нарушало все законы рациональности.

Почему, например, грабители прибегают к насилию, хотя это лишь усиливает эскалацию? Почему нельзя действовать спокойно, обдуманно? Но особенно псиоников потряс момент, когда один из преступников схватил ребенка. Для них это было немыслимо: дети — самые опасные существа в своем обществе. Их дар, находящийся в начальной стадии, практически неконтролируем, что делает их угрозой для всех окружающих. Однако в этой цивилизации, похоже, никто этого не осознает, а значит, ребенок подвергается огромной опасности.

Ментальная сеть псиоников, объединяющая всех представителей их народа, была переполнена тревогой. Они старались сохранять спокойствие, зная, что Сайтама — защитник их интересов — находится там. И все же эмоции, передающиеся через сеть, создавали атмосферу напряжения и беспокойства.

Цивилизации, в которых основным даром была эмпатия, переносили подобные события еще тяжелее. Их коллективная память вспоминала катастрофу, вызванную вторжением Бороса. Тогда все закончилось быстро: вспышка, короткий миг боли — и множество жизней исчезло прежде, чем люди что-либо осознали. Но здесь было иначе. Эмоции страха, паники и ужаса читались на лицах людей и резонировали, они как удары по струнам, причиняя эмпатам невыносимую боль. Единственное, что они могли делать, — это молиться.

Демоны, наблюдающие за происходящим из других миров, наслаждались этим зрелищем. Их смех и ликование гремели, как раскаты грома. «Какие же эти люди жалкие! Как легко они ломаются, особенно под давлением своих же!» — восхищались они. Один из демонов, наблюдая за лидером грабителей, произнес с восхищением: «Этот человек… Бычара. В нем есть что-то примитивное, но впечатляющее. Он молодец! Отличный кандидат для Котла! А для него уже подготовлен самый добротный жар, и лучшие Кательщики займутся этим делом!»

Вселенная: Темный рыцарь (Фильм 2008 года). Время и место действия: Джокер под заключением

В тюремной камере, одна из самых опасных личностей Готэма, человек, чей смех преследовал горожан даже во сне, сидел на металлическом стуле. Его традиционный наряд — светло-голубая рубашка, тонкий зеленый галстук, жилет под серым пиджаком и неизменное темно-фиолетовое пальто — выглядели так, словно прошли через руины хаоса, которые он сам некогда создал. Зеленые, спутанные волосы были олицетворением беспорядка, который царил в его голове. Но на этот раз что-то было не так. Джокер, чье лицо обычно озарял зловещий оскал, сейчас был хмур и задумчив.

Его взгляд упал на летающий экран. Грабители. Обычные, скучные, мелочные грабители, творящие свои преступления в банальных масках, словно под копирку. Он кривил губы, словно от едкого привкуса, и наконец, не выдержав, заговорил, обращаясь скорее к пустоте, чем к кому-либо конкретно:

— Деньги. Только деньги! Это всё, что вас волнует? — Он качнул головой, ухмылка медленно пробивалась сквозь раздражение. — Этот город заслуживает большего. О, гораздо большего! Гораздо… темнее. Вы — взрослые дяди в дешёвых костюмах, которых интересуют только бумажки. Ааааааа, нет! Такого не нужно! — он взмахнул рукой, словно отметая всю их жалкую суть.

Джокер прищурился, снова глядя на экран. Его голос стал тоньше, капризнее, с безумными нотками:

— Где стиль? Где принципы? Где эта… штука… этот… кодекс? — он помахал рукой в воздухе, словно пытаясь ухватить неуловимую мысль. — Ах да… Ваша «работа»! Всё на развес: поступки по расписанию, в рамках контролируемых марок! Дааааа, какие жалкие! — он закатил глаза и упал на спинку стула, демонстративно изобразив скуку. — Где остринка? Где… — он вдруг резко выпрямился, схватив руками воздух перед собой, ловя чью-то воображаемую голову, — где настоящие злодеи?!

На мгновение он замер, уставившись в пустоту, а затем его лицо озарила жуткая улыбка. Голос стал зловещим, будто он шептал в самое ухо:

— Покажите мне их. Настоящих. Непревзойденных. Тех, кто делает это ради не хаоса, а ради искусства, ради… — он закатил глаза, его улыбка стала шире, — чистого удовольствия! Где они? — Его голос стал громче, резко поднявшись до кричащего шёпота. — Гдеееее?! Нууууу жеееее!

Он рассмеялся, тихо, пронзительно, наслаждался своей маленькой тирадой. Смех эхом разлетелся по камере, заставляя охранников, стоящих за пределами комнаты, нервно переглянуться. Джокер вновь упал на стул, уже не глядя на экран. Ему стало скучно.

— Жалкие, скучные, — пробормотал он с презрением. — город заслуживает нечто большее. Нечто… великое — Он зловеще усмехнулся, глядя на свои руки, обдумывая новый план.

Джокер продолжи ждать, цепко и неторопливо.

Экраны

События начали разворачиваться еще быстрее и динамичнее. Банда грабителей уже связывала заложника, чтобы удерживать контроль над ситуацией, что вызвало шок у свидетелей. Женщина в очках в панике воскликнула:

— О нет! Это ужасно!

Рядом маленький мальчик громко плакал, зовя маму. Грабители уже планировали скрыться с добычей и разойтись по группам.

Внезапно раздался громкий крик.

— СТОЙТЕ!

Камера переключилась на нового персонажа — человека с яркой внешностью в костюме, который уверенно вышел вперед. Он был всем известен как Герой в подтяжках.

Рядом появился другой герой, также хорошо знакомый зрителям, — Геймпад, готовый вступить в бой.

Главарь банды нахмурился.

— Разберитесь с ними, — без эмоций лидер отдал приказ.

Десятки вооруженных людей бросились на героев. Начался динамичный бой. Преступники напали со всех сторон, первые удары посыпались градом. Один из преступников зло улыбнулся, заходя в слепую зону героя.

— Не подставляй спину, мудила! — прошипел он.

Резко, как Нео из «Матрицы», Геймпад опустился на колени, уклоняясь от атаки. В этот момент Герой в подтяжках совершил мощный удар ногой в прыжке, прилетев прямо в злодея. Это было слаженное комбо. Преступник отлетел в толпу своих товарищей.

Герой в костюме не остановился.

— Ураган! — выкрикнул он, используя прием, который позволил ему ускориться.

Камера показала десяток силуэтов, избивающих противников, но это был всего один герой.

Миры

Те, кто когда-то называл их никчемными неудачниками, внезапно замолчали. Какие нелогичные миры… Почему люди, которых считали слабаками, лишь присваивающими чужие заслуги, вдруг оказались невероятно сильными? Они же по факту должны быть слабаками. Это довольно канонично, а тут все с точностью до наоборот. Герои не только сильные, а ещё работаю в команде как часы.

Иное мнение сформировалось у второй половины мироздания. Им не слишком нравилась манера героев что-то присваивать. Но с другой стороны, они же герои, разве нет? Разве зрители видели их истинные способности в реальном бою?

Судить по одному случаю — это нелепо и поверхностно, словно поведение недальновидного глупца. Серьезно, это то же самое, что объявить преступника виновным без возможности защитить свои права. Именно для таких ситуаций спустя сотни лет появились документы и законы, которые закрепили важный принцип — презумпцию невиновности.

Реакция миров что-то резко поменялась, их поступок забылся и на вверх встал проступок нынешний.

В одних мирах героев боготворили. Их поступки, какими бы спорными они ни были, воспринимались как проявление их помощи людям. Жители этих миров, закрыли глаза на возможные изъяны в действиях героев. Эти миры к своему жизненному принципу подключили простой принцип: Победитель всегда прав.

В общем своём многим стало стыдно, что они судили об Геймпаде и Герое в Подтяжках таким образом. Даже не смотря на то, что по канону они должны были оказаться теми ещё «героями»

Вселенная: Майнкрафт. Время и место действия: Энд

Стив поднимался по лестнице, ведущей к вершине массивной конструкции. Именно там находилась одна из множества его ферм — автоматизированная система по добыче ресурсов, на этот раз — жемчуга Эндера. Каждый игрок Minecraft знает, что из Эндерменов выподает этот ценный предмет, а значит, ферма, позволяющая получать его в неограниченном количестве, — это необходимость.

Система была устроена продуманно: поршни, вода и воронки совместно толкали Эндерменов к определённой точке, где они погибали, а их предметы собирались в сундуки. Подготовка такой фермы заняла у Стива много времени, но теперь она работала как часы. Поднимаясь всё выше, он вскоре достиг комнаты, куда стекались все ресурсы. Здесь сундуки были доверху забиты жемчугами, и Стив начал наполнять ими свой инвентарь.

В углу комнаты находился экран. Стив уже настолько привык к этим устройствам, что считал их неотъемлемой частью Minecraft. Если Нотч ничего с ними не делает в официальной версии игры, значит, всё в порядке. Мир перезагружать нет непобедимости.

Экран в этот момент показывал: бой Сайтамы и Бороса. Стив, наблюдая за этим, был впечатлён как силой, так и непоколебимостью героя.

— Сайтама не только силён, но и твёрд в своих идеях. Хм… Я бы хотел с ним встретиться, — пробормотал он себе под нос, глядя на финал битвы. Как сайтама повел себя с противником и как отнёсся к нему.

Стиву во время битвы много чего понравилось, например на экране в момент появились изображение Луны, на которой находился сайтама, с нее открывался потрясающий вид на Землю. Стив задумался: видеть мир из космоса — это впечатляющее зрелище, но он был благодарен, что новые измерения пока не появляются. Ему хватало и текущих. Лучше просто наблюдать.

Стив готовился к длительному путешествию — его цель заключалась в достижении Далёких земель, самого края мира Minecraft. Это был настоящий вызов, ведь путь туда мог занять годы. В прошлый раз он добрался туда лишь в режиме креатив, а теперь планировал пройти этот путь в режиме выживания.

«Интересно, — подумал он, — а есть ли эти экраны в Далёких землях? В тех землях родились многие истории, каких там только на было.

Пока он предавался воспоминаниям о старых теориях и легендах, например, о Херобрине, на экране появилось что-то новое. Сайтама, герой невероятной силы, оказался бедным, живущим едва сводя концы с концами. Для Стива это был нонсенс. Он посмотрел на свой золотой меч, сделанный скорее ради шутки, чем для дела.

— Если бы я мог, я бы отдал его Сайтаме, — вздохнул он. — С таким оружием он бы хоть немного поправил своё положение.

Стив закончил собирать жемчуг и, напоследок, бросил взгляд на экран.

— Сайтама… ты это, держись там, — произнёс он.

Теперь пришло время возвращаться домой. Ещё многое предстояло подготовить для путешествия, но, пока экраны продолжали работать, он был уверен: на пути в Далёкие земли скучно точно не будет.

Экраны

На экране продолжалась разворачивается драматичная сцена у здания банка. Герои показали себя с высшей стороны, но стоило им столкнуться с действительно опасным противником в виде злодея А-Ранга как тебе без сознания улетел в стенки. Это был даже нечестно.

— Слабочье, кто вы такие, чтобы тягаться со мной, мой ранг не о чем вам не говорил? — произнес глава

Внутри банды злоумышленников стал происходить напряженный диалог. Лидер банды, был человеком полностью безжалостным, он отрезает своим подчиненным:

— Мне не нужны слабаки. Оставьте здесь. Так точно! — все что произнес глава.

Атмосфера накалилась до предела. Вооруженный грабитель в костюме коровы продолжал держать мальчика в заложниках. Мать, обезумевшая от ужаса, кричит:

— О, нет! Сынок!

— Мамааа! — ребенок потянулся к радетелю, но преступники уже выбежали, было поздно.

После поверженных героев. Никто не решается вмешаться. Люди кричали, кто-то зовет на помощь.

На улице раздается рев двигателя. Камера переместились на улицу, внимание сосредоточилось на стремительно подъезжающем внедорожнике с номерами «13–13» куда забежали грабители с ребенком. Колеса стали визжать, автомобиль неся на полной скорости.

Их машина выехала на оживленное шоссе, по которому с огромной скоростью мчалась машина похитителей.

— Ну еще бы. И снова все прошло безупречно, — самодовольно заявляет лидер банды, сидя внутри автомобиля. Его голос звучит спокойно, но в словах сквозит холодная уверенность.

Рядом подчиненный в нерешительности спрашивает:

— Босс… Что делать с ребенком?

На заднем сидении мальчик в слезах тихо зовет маму.

— Мама… — его тихий голос сливается с рыданиями, но никто на это не обращает внимания.

Лидер, слегка нахмурившись, дает приказ:

— Сбросим его где-нибудь в горах. Так мы будем уверены, что нас никто не преследует.

— Вас понял! — отвечает исполнитель, не задавая лишних вопросов.

Однако в их планах что-то явно идет не так. Камера показывает внезапный разворот автомобиля, который вместо того, чтобы следовать маршруту, поворачивает в сторону города.

— Эй! Ты какого в город повернул?! — возмущается один из похитителей.

На лице водителя в маске появляется замешательство:

— А? Чего? Что с рулем?!

Машина живет своей жизнью, игнорируя попытки контроля. Камера акцентирует внимание на выражении паники у преступников. Камера спокойной показывает происходящие снаружи, это был сайтама, который нес машину водителей.

Миры

Вселенные которые переживали за людей в банке, теперь же за судьбу мальчика, вздохнули. У всех на лицах читалось:

— Фх, точно, там же был сайтама…

Некоторые миры даже забыли что он там был, сильнейший герой на фоне обычных людей, терялся быстрее чем человек в лесу. Так дела не делаются. Все эти был так странно, его позиция по этому поводу выбивала из колеи многие брендовые компании. Шутка ли, но в некоторых мирах на сайтаме уже успели сделать целые состояния. Мерч с Сайтамой, кричащие фанаты, слова и любовь, шла от триллионов как людей так и иных существ.

С обратной стороны герои придерживающиеся таких же принципов как и сайтама, покивали. Да, проще сливается в толпе, не выдавая себя, кем ты был на самом деле никто не узнает, это может сыграть ключевую роль в спасании. У лысого героя это получилось на все 100 %.

Боги же, просили чтобы он быстрее ушёл с кадра, некоторым было неприятно что сайтаме на их фоне был как Аполлон, а они лишь тень.

Вселенная: Квест монстродев. Время и место действия: Высшее Божественное измерение, начало похода Героя Луки.

Илиас, богиня света, чья неземная красота могла сравниться только с её высокомерием, стучала пальцем по столу. Всё пошло наперекосяк. Нет, даже хуже — всё пошло по промежности хаоса.

Сначала появились экраны. Затем её герой, Лука, вместо выполнения святой миссии, тупо залипал на них. Более того, он умудрился застрять на неделю в лесу Элементаля ветра Сильфы. Эта мелкая тварь едва не изнасиловала его. Почти проиграл в их битве. И всё могло закончиться очень плохо, но, о чудо, ему повезло — спасся. Помогли техники, которые он выучил… у своих врагов.

Чёртова повелительница демонов Алиса XVI теперь сопровождала его, и Лука, вместо того чтобы бороться с ней, начал учиться. Учиться! И как, мать его, до него донести, что цель находится прямо рядом с ним, что он должен её убить? Но нет. Он гуманист. Верит в это мнимое сосуществование людей и монстродев. Эти предательские идеи рано или поздно ему аукнутся.

— «Убил бы её скорее», — думала Илиас, стискивая зубы. — Тогда я, ради милосердия, забрала бы Луку к себе, в свои чертоги. Он стал бы вечно удовлетворять меня, а может, и не только. Вполне подходящая конечная для героя.

Но всё это — мелочи. Илиас знала, что рано или поздно всё обернётся так, как она хочет. Она сотрёт прародителей монстров, уничтожит все измерения и перепишет Мультивселенную. Став воплощением триединства: Света, Тьмы и Хаоса.

Однако пока её планы разрушали экраны. Эти грёбаные экраны, которые она даже не могла повредить. Она уже привлекла лучших умов своего мира, чтобы разобраться с ними. Даже Проминштейн, возможно, сможет что-то придумать. Наверное. Илиас не была уверена. Кто бы ни создал эти экраны, его сила превосходила её понимание. Ломать реальность на таком уровне? Да это нечто из ряда вон выходящее.

Она впервые за долгое время признала, что стоит перестать полагаться на своих детей и союзников. Они сильные простофили.

— «Эх, такого дерьма при Люцифине не было» — подумала она с горечью. Жаль, что та предала. Предала бы лет через сто, всё было бы проще…

А экраны продолжали свою трансляцию.

Когда Илиас увидела первый мир, она просто вытаращила глаза. Её удивила не цивилизация, не люди, вроде Мэша или Уолберга. Нет, ей плевать на это. Её потрясло строение самого мира.

— Какой ненормальный бог наложил магию прямо на струны реальности? — пробормотала она. — Как это вообще работает?

Она много экспериментировала, но такое вообще не должно было соединятся. Создатель этого мира был настоящим психом.

Со вторым миром было ещё хуже.

— Что за… — начала Илиас, когда услышала упоминание о Гароу, от Серебряного клыка. В этот момент экраны исказились, показав что-то настолько подавляющее, что богиня потеряла дар речи. — Да вы издеваетесь.

В раздражении она ударила по столу, и тот тут же канул в небытие.

— Сколько же возможностей за пределами моей мультивселенной, — прошипела она, осознавая масштабы своей ограниченности.

А затем появился Сайтама.

Илиас даже задержала поток своей маны. Она мгновенно начала прокручивать гипотетическую битву с лысым героем. В её глазах отразилась битва.

Удар, удар, удра, уворот, применение техник удовольствия — не сработала на герое. Битва вышла за пределы допустимого, чем длиннее бой, тем быстрее идёт рост сайтамы… чартов рост. В один момент лысый совершил такой рост по экспоненте что превысил силу её собственную. А затем, герой решил чихнуть, в открытом космосе… почему, зачем, и вообще — как? Видимо — это не так важно, он это сделал. Илиас с ужасом отвела голову в сторону.

В следующую секунду за её спиной произошёл разрыв пространства и времени.

— Будь ты проклят, что за чудовище… — тихо выдавила она.

Но это было только начало. Её ужас усугубляло осознание, что такой сильный герой живёт, как бомж. Где его привилегии? Где поклонение, богатство, награды? Илиас знала, что в её мире герои получали всё, что им нужно. Лучшие гостиницы, ресурсы, почёт.

А тут… Сайтама? Он сам отказался от всего? От признания? От покорения слабых?

— Ублюдок ты этакой. Да ты же моя полная противоположность. Теперь я тебя ненавижу ещё сильнее.

Проговорила Илиас, стискивая кулаки. И тут, смотря на положение героя, где он еле сводит концы с концами, у богини света возникала идея. Теоретически такого монстра можно перемонить на свою сторону.

Если предположить ему условия труда получше? Он же может даже согласиться! Илиас конечно такой себе начальник, но ничего, зато герой будет как сыр в масле катается, при божественном покровительстве. Как бы с ним связываться…

Илиас задумчиво глянула на экран.

Экраны

Внутри автомобиля преступники были в полном замешательстве. Камера показала их растерянные лица, пока водитель отчаянно кричит:

— Простите, босс! Машина не слушается!

Лидер, нахмурившись, лишь молчит, его холодный взгляд говорит о недовольстве. Но ситуация выходит из-под контроля: внедорожник резко вылетает с дороги и оказывается на тротуаре, пугая пешеходов.

— Э-э-эй… Мы на тротуаре! Простите! Простите! — беспомощно кричит водитель, крутя руль, но автомобиль не реагирует.

Камера меняет ракурс: снаружи видно, как массивный внедорожник поднимается в воздух, напоминая сцену из блокбастера. Люди вокруг в шоке:

— Кино снимают? — спрашивает один из прохожих, не веря своим глазам.

— По тормозам! Быстро! — кричат внутри машины, но педаль газа не слушается.

Сайтама вышвыривает машину рядом с тем местам, где герой был в начале, рядом с автомат с напитками. Место был выбрано исключительно потому что, тут сейчас никого небыло, кроме злодеев, ребенка и Сайтамы

Вышел лидер, который был очень высоким и опасным.

— Не знаю каким образом, но ты труп…

Темный экран…

Повсюду валяются преступники.

Миры

Люди замерли в удивлении: впервые экраны погасли. Неужели всё закончилось? Этот вопрос зазвучал в головах квадриллионов. Однако вскоре стало ясно: это было лишь поспешное решение самих экранов, которые решили не тратить своё время на таких преступников.

Орки, полные надежд на яростную битву, пусть и короткую, разочарованно вздохнули. Где же зрелищное сражение с хорошим мордобоем? Их возмущение нарастало, и требовался виновник. Обвинить Сайтаму? Об этом и речи быть не могло! Орки уважали этого героя до последнего глотка своего грибного пива.

Вместо этого они обрушили свой гнев на экраны. Массивные кулаки с грохотом обрушивались на безмолвные устройства. Шаманы наблюдали за этим со смесью раздражения и смирения, нервно подёргивая глазом. «Иногда наши братья тупы, как пробки,» — пробормотал один из старейшин. Они решили вмешаться.

— Думайте головой! — воскликнул главный шаман.

Но его слова оказались слишком буквально восприняты. Некоторые орки начали с разгона биться головами о экраны. Шаманы вскоре осознали, что смысл их наставления был утерян.

— Экранам нельзя навредить — вновь попытались объяснить они.

Однако остановить разгорячённую толпу оказалось не так-то просто. Наблюдая за хаосом, один из старших шаманов тяжело вздохнул.

Иногда казалось, что битва с врагом была бы проще, чем с собственными союзниками, и, отложив посох, шаман, пошёл варить грибное пиво, то что может действительно эффективно остановить орков.

В некоторых мирах некоторые существа уже утратили интерес к экранам. То, что когда-то вызывало трепет, восторг и даже зависимость, со временем стало обыденностью, не вызывая прежних эмоций. Люди, эльфы, зверолюди и другие обитатели этих миров поняли, что магические образы и звуки экранов больше не могут заменить настоящую жизнь. Постепенно они отошли от экранов, возвращаясь к привычным делам.

Во вселенных, где обитали эфирные сущности, молчание экранов воспринималось как нарушение некого установленного порядка. Духи начали искать причину исчезновения зрелищ, погружаясь в потоки энергий. Но, осознав, что это была лишь временная аномалия, они отступили, разочарованные тем, что не смогли найти некого скрытого смысла. Ведь для подобных созданий, нечто что выбивается из их естественного порядка, уже воспринимается как нечто невообразимое.

Расы вроде Гномов отреагировали практично. Они всеровно планировали создать на основе экранов уже свои аналоги. Кузницы загорелис, и сотни умелых рук взялись за дело. Они начали ковать нечто новое, для себя, в практике технологий они ушли по уже протоптанной дороге. Через некоторое время гномы представили миру свои творения: массивные устройства из закалённой стали и драгоценных камней. Эти «экраны» показывали не образы, а сложные механизмы, которые можно было наблюдать часами. И как в итоге оказалось, они были не так интересны как экраны, что показывали — сайтаму и подобных ему персонажей. Гномы пожали плечами, попытка была хорошая.

Те расы вселенной которые были почти что гуманистами, не одобрили жёсткость, но по расчётам она да всеровно бы произошла, Сайтама так то минимизировал ущерб, всё могло быть хуже

Пришельцы из разных миров тяжело вздохнули. Они осознали, что только что чуть не лишились ценнейшего источника информации о других мирах. Для многих это было бы катастрофой, ведь экраны предоставляли уникальную возможность наблюдать за разнообразием вселенной, её обитателями и их историями. Такая потеря могла навсегда лишить их шанса на дальнейшее изучение и взаимопонимание между мирами. А герой показывал себя все лучше и лучше.

Вселенная: Devil May Cry. Время и место действия: Детективное агентство Данте

Последнее, чего хотел Данте, так это чтобы экраны перестали показывать трансляции. В самом худшем варианте они и вовсе могли исчезнуть, словно их никогда и не было. Сын Спарды, привыкший к абсурду своей жизни, всё же ощутил легкий шок, когда экран внезапно погас. Причём именно на самом интересном моменте! А что, если они действительно исчезнут? И ведь процент такого исхода был неприятно высоким. Как появились, так и пропадут.

Данте настолько растерялся, что уронил кусок пиццы из руки.

— Эй, эй, эй! — пробормотал он, вставая с кресла и направляясь к экрану. Несколько звонких ударов ладонью — фирменный метод «починки» — и раздражённый взгляд. — Даже не думай, железка. Ты мне столько заказов приносишь!

На счастье сильнейшего охотника на демонов, экран загорелся и показал уже лежащих преступников в костюмах.

— Уфф… вот и славно, — выдохнул Данте, смахивая воображаемую каплю пота со лба, и вернулся за свой стол, удобно раскинувшись на кресле.

Он только недавно вернулся из очередной "прогулки". Демоны опять вздумали угрожать миру, а Данте пришлось их усмирять — как всегда, с изяществом и парой грубых шуток. Ещё и старые «знакомые» подключились, усиленно доказывая, что могут доставить неприятностей даже больше, чем их черти. Эти "знакомые", конечно же, перевозбудились, желая хорошенько подраться. Данте пришлось раздать всем под зад. Пару сотен он точно уложил. К счастью, хотя бы папаша и братец на этот раз не вмешались, хотя шанс был. Как бы морально Данте не устал после всего этого, битву Бороса и Сайтамы он всё-таки пропустил.

Сейчас, когда экраны вновь заработали, Данте с интересом смотрел на повседневную жизнь Сайтамы. Его абсолютно беззаботный настрой поднимал настроение, напоминая, что жизнь может быть простой. Данте, задумчиво откусив последний кусок пиццы, прищурился.

— Хм, а парень-то крепкий. Да и силенок достаточно, чтобы планету расколоть. А живёт словно аскет.

Он лениво потянулся к коробке, но та оказалась пуста. Пицца закончилась.

— Эх, жизнь — штука несправедливая, — пробормотал Данте, почесывая затылок и задумавшись, не заказать ли ещё одну. Ведь настоящий охотник на демонов заслуживает перерыва, особенно после такого дня.

Экраны

Сайтама, в своей привычной невозмутимой манере, оказывается в неожиданной ситуации… Камера показала его лицо крупным планом: лицо Сайтамы было покрыто каплями пота, выражение удивления и лёгкого замешательства. Для него все вокруг замолкает.

Кадр поменялся, зрители смогли увидеть что сейчас происходит, причину его реакции, рядом бандитами лежали открытые мешки, доверху набитые деньгами. Камера медленно обводит это момент.

Внутренний голос героя звучит так, будто он пытается оправдать себя перед самим собой. Четыре мешка полные денег, сайтама испытывал от этого стресс, он боялся что его поймают за этим, и подумают что он ещё украл их.

— Наверное, лучше их прибрать… Они ведь просто лежат на обочине…

Камера слегка покачивалась, создавая комичный эффект.

Но тут появится новое действующие лицо. Это был действительно яркий и оживлённый момент, мальчик с сияющими глазами благодарит Сайтаму:

— Спасибо тебе, мадао! — Его эмоции были искренни, почти заразительны. Кадр показал радостном выражении лица ребёнка

Сайтама слегка вздрагивает, он уже подумал что его поймали с поличным.

Миры

Боги любви и счастья ярко улыбнулись, излучая искренность и неподдельную радость. Их внутренняя энергия, начала восстанавливаться и усиливаться. Некоторые боги становились могущественнее, просто наблюдая за людьми. Если речь шла о богах счастья, то чем сильнее счастье разных существ, тем лучше они себя чувствовали. А в этот момент ситуация была особенно благоприятна для их роста.

Демоны, напротив, лишь скептически усмехались. В их глазах люди оставались неизменными — всегда движимыми жадностью и личной выгодой. Благородный Сайтама? Ха! Они были уверены, что он сейчас попытается забрать деньги себе. Однако по мере развития событий их уверенность начала давать трещину. Постепенно демоны впадали в замешательство.

Что это? Этот человек действительно беспокоится не о том, чтобы присвоить деньги, а о том, что его могут обвинить в краже, даже если он защищал эти самые деньги? Он серьёзно боится, что его поймают рядом с тем, что он спас? Демоны теряли дар речи. Это что, шутка? Как такое вообще возможно? Они с недоумением смотрели на Сайтаму, который, покрытый потом, явно испытывал тревогу из-за столь сложной проблемы.

Демоны по всему мирозданию лишь молча ударили себя по лбу, неспособные поверить в происходящее.

Вселенная: Маги, Лабиринт волшебства.

— ПФ-ха-ха-ха! Сайтама — молодец! — Синдбад, не сдерживая смеха, с каждой секундой разгорался всё сильнее.

Как только посланники Империи Ко покинули дворец, король Синдрии вернулся к своим экранам, чтобы коротать время. Тем временем маги Синдрии, по его приказу, усиленно работали над изучением природы этих таинственных экранов. Синдбад был заинтригован их потенциалом. Эти устройства могли предоставить огромные возможности — как для развлечения, так и для контроля за ситуацией в реальном мире. В особенности, они могли бы сыграть важную роль в его грандиозном плане, связанном с вмешательством в механизмы Священного Дворца.

Король не сомневался: экраны открывали перед ним новую перспективу. Он кивнул, полностью поглощённый увиденным. Пока же…

— ОООО! Сайтама, бей его! Да не так же! — воскликнул Синдбад, вскакивая с места.

На экране Борос одним ударом отправил своего противника, в полёт на Луну. В тот момент, когда Сайтама улетел в космос, Борос остался на земле.

Камера показала Землю из космоса, и этот кадр заставил всех присутствующих открыть рты от удивления. Драгул, Ямурайха, Шарркан и даже невозмутимый главный советник Джафар застыли, словно заворожённые. Их дыхание затаилось.

— Ух, ё… Вот это его закинуло, — наконец, произнёс Шарркан, нарушив тишину.

Масштаб увиденного был совершенно несопоставим с их собственным миром. Это было нечто за гранью их воображения, словно между небом и землёй, а точнее — между землёй и космосом. Невероятная сцена полностью захватила внимание генералов.

Синдбад, поймав момент, хитро улыбнулся. Ему было приятно видеть, как происходящие на экране овладевает его подчинёнными. Он ухмыльнулся и, заметив их реакцию, произнёс с победной ноткой в голосе:

— Хе-хе-хе! А говорили, что смотреть экраны — пустая трата времени.

Генералы синхронно повернули головы к своему королю. Их взгляды были одновременно осуждающими и изумлёнными.

Джафар, стараясь сохранить достоинство, кашлянул в кулак, прерывая тишину:

— Ваше Величество, — начал он сдержанным, но настойчивым тоном, — я всё же считаю, что подобное… развлечение несколько недостойно короля. У нас есть дела первостепенной важности. Например, переговоры с Аль-Таманом, реорганизация торговых путей.

— Ох, Джафар, ты всегда такой скучный, — отмахнулся Синдбад, усаживаясь обратно на свой диван и расслабленно закидывая ногу на ногу. — Немного расслабиться ещё никому не вредило. К тому же, взгляни, — он указал на экран, где Сайтама вернулся на Землю и ударам победили Бороса. Это был очень серьезный удар… — Ахринеть…

Синдбад не знал что на это сказать, а ударная волна от силы сайтамы прошлась по всей планете, разгоняя облака. Дальше произошло ещё более сильная сцена

Синдбад вдруг оторвался от экрана, погруженный в свои мысли. В его глазах мелькнуло понимание — он уловил некоторые мысли для себя в том, что только что произошло на экране.

— Удивительно, — произнёс он, потерев подбородок. — Этот… Сайтама. Он понимает своего врага, даже если сам не находит удовлетворения в битве. Это… уважение к противнику и его стремлению к силе. Какой-то странный, но всё же сильный принцип.

Джафар приподнял бровь, услышав неожиданно глубокие размышления короля.

— Ваше Величество, вы хотите сказать, что в этом что-то есть?

Синдбад улыбнулся, глядя на своего советника.

— Конечно, есть, Джафар. Разве ты не видишь? Это ведь про баланс. Про то, как лидеры, сильные люди, должны уважать не только свою силу, но и других. Сайтама показал Боросу, что быть сильным — это не значит быть жестоким. И в то же время он дал ему шанс быть великим на своём пути. Да ты только посмотри на это, ха-ха-ха.

А дальнейшая история, их совсем выбила из колеи. Показали Сайтаму, как он живёт своей обычный жизнью.

Шарркан, глядя на экран, ошеломленно покачал головой и проговорил:

— Подождите, вы хотите сказать, что он настолько силён, что мог бы взять всё, что угодно, и при этом… боится, что его заподозрят? Что за абсурд

Ямурайха, поправила свои волосы, всё ещё находясь в шоке от увиденного.

— Это какое-то совершенно неописуемое сочетание абсурдности и… идеалов. Он силён настолько, что мог бы стать величайшим правителем, но вместо этого живёт, словно обычный человек.

Король синдрии, в своем репертуаре проговорил.

— Сайтама не просто герой. Это идея. Представь, если бы мы, обладая всей нашей властью и ресурсами, смогли сохранить такие простые, но мощные принципы.

Шарркан решил пошутить.

— Ну, если ты хочешь стать таким, как этот Сайтама, нам придется обанкротить всю нашу торговую республику и начать готовить лапшу дома.

Синдбад вдруг замер, резко посерьезнев. Он отвёл взгляд вверх, будто задумался над этой идеей всерьез. Его генералы удивленно переглянулись, понимая, что их повелитель непредсказуем, а уж если он решит, то может воплотить даже самые абсурдные задумки. Джафар, который знал Синдбада лучше всех, тихо вздохнул, а затем пнул в бок Шаркана.

Шарркан мгновенно замахал руками:

— Я пошутил! — поспешил оправдаться он.

Но видимо было уже поздно… все знали Синдбада слишком хорошо: если ему пришла идея в голову, даже шутливая, он мог превратить её в реальность.

В этот момент Синдбад внезапно рассмеялся.

— Ха-ха-ха! Видели бы вы свои лица! — его смех разнесся по залу.

Генералы раздраженно нахмурились, вены на их лбах буквально вспыхнули от напряжения.

— Синдбад… — начала Джафар с нервным тиком глаза.

— Ой, да ладно вам! Неужели кто-то действительно подумал, что я готов бросить свой народ? Отдать всё, ради какой-то блажи?

Его тон стал более динамичным. Он медленно оглядел своих верных соратников. Он встал.

— Я не просто лидер Альянса Семи Морей. Я — Синдбад. И я отвечаю за этих людей, за их будущее, за их дома. Все, кто нашел пристанище здесь, стали частью чего-то большего.

Синдбад поднял палец к небу, его взгляд стал гордым и полным решимости.

— И запомните: я — не тот, кто сдаётся. Я — тот, кто будет идти вперёд, выше и выше, пока есть цель, пока есть ради чего двигаться.

Энергия, наполнившая зал, была почти осязаемой. Рух закружился в воздухе. Все присутствующие невольно вспомнили тот момент, когда впервые решили присягнуть ему. Именно эта непоколебимая вера в себя и других сделала Синдбад тем лидером, за которым можно было идти хоть на край света.

Генералы и Джафар переглянулись. Они могли ворчать, злиться, раздражаться на его выходки, но в глубине души каждый из них знал: с таким человеком за спиной они способны на всё.

Экраны

Спина сайтамы вспотела, с неё комично «капал» пот. Когда все произошло Сайтама, смотря на него, слегка наклоняет голову и неуверенно произносит:

— Да-а… Ты в порядке?

— В полном! — дальше мальчик что-то начал смотреть в своем кармане. В этот промежуток ребёнок уверенно говорит о том, что мама учила его благодарить тех, кто помог. Он вынимает из кармана кошелёк, показываяСайтаме содержимое.

— Это всё, что у меня есть… взрослые ведь любят деньги?.. — Его голос становится тише, он явно смущён, но решителен.

Мальчик с широкой, счастливой улыбкой предлагает свои деньги Сайтаме, почти сияя от гордости. Камера фиксируется на его лице, подчёркивая чистосердечность поступка.

Сайтама, смотрит на него с лёгким удивлением. Финальная пауза стала тонкой и долгой.

В этот момент Сайтама слегка хлопает его по голове. Кадр фокусируется на мальчике, он удивленно смотрит на Сайтаму.

— Я с радостью их приму… и верну обратно. Потрать их на что-нибудь полезное.

Мальчик, широко распахнув глаза, восклицает:

— П-правда?!

Сайтама лишь коротко кивает, на заднем фоне появляется автомат с напитками. Мальчик радостно благодарит его:

— Спасибо тебе, мадао!

Сайтама, с обычным для себя выражением, поправляет:

— Я не мадао…

Следует небольшая пауза, а затем камера поднимается чуть выше, сцена завершается кадром с видом захватывая небоскребы города. А этот момент ещё были слышны голоса.

Экраны

Неважно, насколько вы сильны или слабы, велики или малы — настоящая сила заключается в ваших моральных качествах. Мир меняется не через громкие подвиги, а благодаря простым и искренним поступкам, которые вы совершаете каждый день.

Да, мир может быть жесток. Иногда мы надеемся, что добро, которое мы дарим, вернётся к нам. Но что, если этого не произойдёт? Что, если мир останется равнодушным?

И всё же мы продолжаем. Потому что добро — это не сделка и не обмен. Это выбор. Это искра, способная согреть даже самые холодные души. Вы можете не увидеть результатов своего поступка, но каждое искреннее действие оставляет след — в сердцах, в душах, и даже в самом естестве мира.

Поэтому, даже если никто не замечает, даже если кажется, что всё напрасно, продолжайте делать правильный выбор. Используйте свою силу только тогда, когда это необходимо, и во имя чего-то большего.

Пусть ваш выбор станет путеводной звездой для других. Неважно, кто вы — демон или ангел, существо хаоса или воплощение света. Каждый способен изменить себя. Просто посмотрите на сайтаму. И вы будите удивлены на сколько похожи с ним.

Миры

Это была гнетущая, почти осязаемая тишина. Впервые Экраны разрядились такой тирадой, и её отголоски эхом пронеслись через миры. Кто-то отворачивался, кто-то хмурился, другие смотрели с настороженностью, как будто ожидали подвоха. Всё казалось неправильным. Нравоучение? Здесь, перед всеми? В лицо всему сущему?

Демоны из миров, где они веками олицетворяли ужас и хаос, смотрели с откровенным презрением. Ещё чего? Говорить нам о доброте? Жалкие! Их тёмная сущность бунтовала против таких слов. Они презирали саму идею, считая её слабостью. Но даже среди них кто-то на мгновение замер, просто задумавшись.

Существа света, которые всегда считали себя олицетворением праведности, тоже ощущали неловкость. Тут было момент, эти слова бросали вызов и их привычной роли. «Мы и так служим добру и праведности». Думали они. Или тут реч не о них. Их светлые глаза невольно потускнели, и в них на миг мелькнуло сомнение.

Те кто представли хаос, существа которые привыкли к свободе от всяких рамок и принципов, лишь хмыкнули. «Сила в морали? Смешно. Мир существует через хаос, и мы — его сердце. Какие тут ещё поступки?» Но даже некоторые единиц, несмотря на свой цинизм, задумались.

По всему мирозданию. Тишина длилась недолго. За ней последовали волны эмоций, бурь мыслей и споров. Кто-то гневно отверг услышанное, кто-то принял его с болью, а кто-то с надеждой. Но эти слова уже не могли быть забыты. Они стали семенами, упавшими на почву, которая, готова она или нет, обязательно даст свои плоды в некоторых существах.

Всё зашло слишком далеко. Немногие заметили тот момент, когда Экраны засветились особенно ярко. Это была та самая рулетка выбора нового мира — не все успели понять, что происходит, а когда осознали, было уже поздно. Новый мир был выбран.

События начали разворачиваться стремительно. Даже в разгар комичных сражений, где один противник внезапно остановил свой удар, замерев с кулаком у самого лица другого, всё внимание было приковано к тому, что демонстрировали Экраны.

В аниме-мирах девушки с криками «Кьяяяяяя!» отворачивались от экранов, скрывая свои смущённые лица. Мужчины, открыв рты в шоке, не знали, куда смотреть — на образ нового героя или на события, которые там обещали развернуться.

И тогда Экраны заговорили:

Помните, что мы говорили про моральные принципы? Этот индивид — очень специфический случай. Он неконтролируем. Но именно это делает его интересным. Сейчас вы увидите, на что действительно способен настоящий Иᴦρ᧐κ.

Кадры сменились. Зрителям показали идиллическую сцену: молодая пара прогуливается по лесу, наслаждаясь обществом друг друга. Всё выглядело идеально… до того момента, как девушка внезапно обнажила посох и с ужасно надменной улыбкой разрубила мужчину пополам.

— Нᴇудᴀчниᴋ, — бросила она холодно, глядя на останки.

Экраны продолжили:

Именно с этого момента начинается эта история. Униженный и преданный, он потерял всё, над ним насмехались. Но никто из них не знал, что его удача лежит за пределами понимания даже богов.

Зрителям начали показывать отрывки из его будущего — безумные, настолько дикие, что невозможно было оторвать взгляд.

В этот момент интерес к Экранам резко возрос среди тех, кто так или иначе был связан с системами и фэнтези мирами. Тысячи попаданцев, обретшие свои игровые системы, начали следить за показанным с особым вниманием.

Новое шоу начинается