«Усядься, муза. Ручки в рукава,
Под лавку ножки!…» Всё идёт красиво…
«Теперь начнём… Жила-была вдова» -
Несчастное правительство России.
Народу и хозяйству голова
Корону вместо чепчика носила.
В очках вдовы я был увидеть рад
Весь административный аппарат.
Лачужка… А в лачужке три окна:
Корона, Православие, Народность.
Затоплена была аль сожжена -
Такая неизвестна нам подробность.
Факт тот, что, где покоилась она, -
Дом трёхэтажный… Это что за дробность?
Масонства символ испокон веков -
Три этажа. Вот смысл здесь каков!
На первом этаже - ученики,
Этаж второй - “товарищ” - подмастерье,
Последний - мастер. Эти далеки -
Ни перед кем не “раскрывали” перья.
ОН - разобрался. И с его руки
К их дому
[139] у России недоверье.
Поэт озлоблен - жаждет, чтобы в нём
Все этажи схватило бы огнем!
Параша… Паша… Пашенник… - Народ,
Который кормит всех и одевает,
Хозяйство безпокойное ведёт,
Народ-то - русский - греча намекает.
Особого смиренья не блюдет,
По возкресеньям церковь посещает.
И Вера там Ивановна не зря -
Как Вера русских в Бога и Царя!
Не вспомнить восемнадцатый ли год?
Далече от столицы, на Урале,
Тогда кровавый брызнул “пулемет
Юровского” в Ипатьевском подвале,
Романовых изкореняя род…
Там ведь не «род», а Веру разстреляли!
Дом Ельцин снёс… Ну, был такой каприз,
И кто сказал бы: «Ты не прав, Борис!»
Те строфы разкрывать я не берусь,
Где Пушкин тайну времени вскрывает.
А что там за гвардеец-черноус
Под окнами российскими гуляет?
Прижмёшь его - сбегает, словно трус,
Отпустишь - чёрной тенью вновь мелькает?
А здесь я наше время подведу -
С октавы на декаду перейду.
Да… Черный ангел - не дурак:
Пока все судят да решают,
Он разрушает… разрушает
По брёвнышку… пока чердак
Не рухнет глыбой многотонной.
Круша святые образа,
И у мадонны погребенной
В пыль не покатится слеза…
В суетном напряженьи ждёт,
Двухтысячный лелея год…