Мертвый змей и Кубок Огня

Лепреконы, в злости поднявшиеся в воздух, словно рой сверкающих ос, когда Маллет была неправильно атакована, теперь, слетевшись вместе, образовали слова: «ХА-ХА-ХА». На другой стороне поля прелестницы вейлы разом вскочили на ноги, яростно распушили волосы и вновь с жаром заплясали.

- Посмотрите на судью, - сказала Гермиона, с трудом удерживаясь от смеха.

Гарри посмотрел вниз, на поле. Хасан Мустафа приземлился прямо перед танцующими вейлами и вытворял действительно что-то очень странное - картинно напрягал мышцы и залихватски подкручивал усы.

- Так, это уже чересчур! - заявил Бэгмен, хотя в его голосе звучало изрядное веселье. - Кто-нибудь, тряхните судью!

Врач-волшебник, заткнув пальцами уши, стремглав промчался через поле и с силой пнул Мустафу в голень. Судья как будто пришел в себя - в омнинокль Гарри видел, что он выглядит до крайней степени смущенным и что-то кричит на девушек, которые прервали танец и всем своим видом выражают негодование.

- Если я не ошибаюсь, Мустафа хочет удалить с поля болгарскую группу поддержки! - раздался голос Бэгмена. - А вот такого мы ещё не видели… о, это может обернуться плохо…

Так и вышло: болгарские Загонщики, Волков и Волчанов, приземлились по обе стороны от Мустафы и начали с ним яростно спорить, с выразительной жестикуляцией показывая на лепреконов, которые с ликованием сложились в слова: «ХИ-ХИ-ХИ!». Мустафу, однако, не убедили доводы болгар; он тыкал пальцем вверх, в небо, явно требуя, чтобы Загонщики занялись своим делом, а когда те отказались, дважды коротко свистнул.

- Два штрафных удара! - выкрикнул Бэгмен, и болгарские болельщики взвыли от злости. - А Волкову и Волчанову лучше бы вернуться на мётлы… да… что они и делают… и Трой завладевает квоффлом…

Игра достигла невиданного уровня жесткости. Загонщики обеих сторон вели себя безжалостно, в особенности Волков с Волчановым, которым, кажется, было безразлично, по чему лупят их клюшки, по бладжерам или по игрокам. Димитров ринулся к Моран, державшей квоффл, и чуть не сшиб её с метлы.

- Нарушение! - хором взревели ирландские болельщики, поднявшись дружной зелёной волной.

- Нарушение! - эхом отозвался магически усиленный голос Людо Бэгмена. - Димитров задевает Моран - намеренное столкновение - видимо, судья назначит ещё один штрафной - да, вот свисток!

Лепреконы опять взмыли ввысь и, на сей раз, изобразили руку, показывавшую вейлам в высшей степени неприличный жест. Вейлы вышли из себя. Они заняли боевую позицию на краю поля и стали швыряться в лепреконов пригоршнями огня. Их лица вытянулись, головы стали головами ужасных птиц со страшными клювами, за плечами выросли длинные, чешуйчатые крылья…

- Какая прелесть, - сказал Гарри.

- Спасибо за лестный комментарий нашей внешности, сын Небытия, - серебряным колокольчиком прозвучал рядом с ними женский голос. - Кстати, великий маг, у вас хорошие отвлекающие заклинания, в них было так удобно закутаться.

Слизерины повернули головы, чтобы обнаружить сидящую на ограждении ложи вейлу. Даная конкретная представительница Дома Серебряного Рассвета, казалось, застыла посреди трансформации, постигшей её сестер, ограничившись только отращиванием крыльев.

- Назвать это прелестью… - покачала головой Гермиона.

- Ты зря так критична, дитя. Твое понятие о красоте совсем не обязано совпадать с мнением существа, являющегося живым воплощением магии и способного принять облик ветра, пламени, чудовища или просто дыхания смерти.

- Вы прибыли, в том числе, за этим? - спросил Темный Лорд. - Подраться с лепреконами?

- Скорее, напомнить магам о своих возможностях. Сражаться мы не очень любим, одевший плащ цвета Ночи. Хотя иногда и это бывает забавным.

- Какое высокопарное слово - «сражаться». Будто стая леприконов может причинить вред существам, способным практически подчинить себе половину стадиона, - фыркнула Катрин.

- Тебе их жалко? Они первые начали. Нечего показывать такие жесты приличным девушкам!

Поле наводнили представители министерства. Они пытались разнять вейл и лепреконов, но без особого успеха; а тем временем, в воздухе разыгрывалась не менее напряжённая драма. Впрочем, наблюдать за ней в режиме реального времени было практически невозможно. К тому же, гарри мешали змеиные инстинкты, требующие среагировать на быстрое движение игроков.

- Левски - Димитров - Моран - Трой - Муллет - Иванова - снова Моран - МОРАН ЗАБИВАЕТ ГОЛ!!!

Но радостные крики болельщиков были едва различимы из-за воплей вейл, залпов из волшебных палочек представителей министерства и гневного рёва болгар. Игра немедленно возобновилась; квоффл был у Левски, перешёл к Димитрову…

Отбивала ирландцев, Куигли, широко размахнулся, изо всех сил ударил по пролетающему бладжеру и послал его в Крама. Тот увернулся, но слишком поздно, мяч попал ему в лицо.

Стадион оглушительно застонал; Краму явно сломали нос, он был весь в крови, но свисток не прозвучал. Хассан Мустафа отвлёкся: одна из вейл швырнула в него горсть огня и подожгла метлу судьи.

- Так его, этого напыщенного гада! - прокомментировала сидящая на ограждении ложи вейла.

Ловец ирландцев внезапно ушёл в крутое пике, похоже, заметив снитч по-настоящему. Не менее половины зрителей сообразили, что происходит; ирландские болельщики встали зеленой стеной, подбадривая своего ловца, но Крам уже завис у него на хвосте. Как он разбирал, куда лететь, Гарри не представлял, мельчайшие капли крови шлейфом отмечали в воздухе его след, он поравнялся с Линчем, и вот уже оба вновь несутся к земле.

- Они разобьются! - взвизгнула Гермиона.

- Линч может, - кивнула Катрин.

Он был прав: во второй раз Линч грохнулся о землю со страшной силой и тут же исчез под ордой разбушевавшихся вейл.

- Порвут или нет? - задумчиво спросила сидхе покинувшего Пределы Лета Дома.

Крам, в красной, пропитанной кровью мантии, неторопливо поднялся в воздух - в его высоко поднятой руке искрилось золото.

На табло зажегся счет: БОЛГАРИЯ - СТО ШЕСТЬДЕСЯТ, ИРЛАНДИЯ - СТО СЕМЬДЕСЯТ. До зрителей не сразу дошла суть произошедшего. Но затем постепенно, будто неимоверной величины нарастающий поток, гул на трибунах ирландских болельщиков становился все громче, громче и взорвался громовым воплем ликования.

- Вот и все, - сказал Темный Лорд. - Спортивная часть мероприятия кончилась, осталась светская.

- Ладно, мне пора, - сказала вейла и распахнула крылья. - И ещё, маг, мы пристально следим сейчас за Британией вообще и твоими действиями в частности.

Гарри снова приставил омнинокль к глазам. Было очень трудно рассмотреть, что происходит внизу, поскольку над всем полем в безумной радости носились лепреконы, но ему удалось различить Крама, окруженного медиками. Он выглядел еще более хмурым, чем когда-либо, и неохотно позволял врачам заняться собой. Вся команда собралась тут же явно в подавленном настроении, они невесело пожимали друг другу руки. А неподалеку ирландские игроки плясали от радости, осыпаемые золотом слетевшихся к ним бородатых талисманов; по всему стадиону развевались флаги, отовсюду гремел ирландский гимн. Вейлы опять вернулись к своему прежнему очаровательному для людей облику, но вид у них был удрученный и печальный.

- Ирландская сборная выполняет круг почета в сопровождении своих талисманов, а Кубок мира по квиддичу вносят в верхнюю ложу! - объявил Бэгмен.

Вскоре министерскую ложу залил слепящий магический свет, так, чтобы со всех трибун было видно, что происходит внутри. Затем два взмокших волшебника внесли увесистую золотую чашу, которую и передали Корнелиусу Фаджу.

- Давайте громко поаплодируем доблестным проигравшим - Болгарии! - громогласно предложил Бэгмен.

И вот в верхнюю ложу по лестнице поднялись семеро потерпевших поражение болгарских игроков. На трибунах прокатилась волна благодарных рукоплесканий; Гарри видел блеск и мерцание тысяч и тысяч объективов омниноклей, направленных на спортсменов. Болгары один за другим проходили между рядами кресел, Бэгмен называл имя каждого, и сначала им пожимал руку их министр, а затем - Фадж. Крам, шедший последним, выглядел очень неважно: вокруг глаз залегли черные тени, на лице запеклась кровь; он все еще сжимал снитч. Гарри обратил внимание, что на земле он чувствует себя гораздо неуверенней. У Крама было плоскостопие, и он заметно сутулился. Но стоило прозвучать его имени, как весь стадион разразился громоподобным, разрывающим уши ревом.

Потом появилась ирландская команда. Эйдана Линча вели под руки Моран и Конолли; второе падение явно не прошло для него бесследно, парень основательно окосел, но все равно улыбался от счастья, когда Трой и Куигли высоко подняли Кубок, а трибуны под ними бушевали от восторга.

Глава 8. «Пьяное» шествие или операция «Спасти рядового…».

Они скоро присоединились к толпам, которые теперь выходили со стадиона и отправлялись к своим палаткам. Фонари освещали путь, в ночном воздухе разносилось нестройное пение, а над их головами проносились лепреконы, гогоча и размахивая лампами. Когда вся компания в конце концов добралась до палаток, спать никому не хотелось и, оценив разгул веселья вокруг, Темный Лорд просто махнул рукой и сказал, что пойдет к Малфоям.

- И ещё, мисс Лестранж, присмотрите, пожалуйста, за ними. Боюсь, тихой эта ночь не будет. Непосредственной опасности не ожидаю, но осторожность и присмотр взрослой волшебницы лишними не будут.

- Когда вы планируете вернуться, лорд Гонт? - спросила Катрин.

- Если все будет именно так, как я подозреваю, то ближе к утру. Так что место в палатке свободно.

- Значит, у меня есть возможность не возвращаться в мое одинокое незачарованное творение маглов. Что ж, это совсем не плохо.

Темный Лорд развернулся и пошел по направлению к центру поля, где располагалась палатка Малфоев. Гермиона на мгновение хотела окликнуть его и поинтересоваться, что именно может произойти ночью, но благоразумно решила воздержаться.

* * *

Великий темный маг раздраженно отпихнул ногой ошивающегося у входа павлина, облагодетельствовал его невербальным Силенцио, дабы тот перестал вопить, после чего откинул полог палатки и вошел.

- Люциус, мой скользкий друг, это у тебя такая охранная система на палатке? Один голосистый павлин?

- Разумеется, нет, - ответил лорд Малфой. - Но хорошая защита никогда не выдает себя без нужды, милорд. Зачем вы посетили мою скромную обитель?

- Очень скромную. Да более… гм… выдающуюся ещё надо поискать на этом поле.

- О, более чем скромную по сравнению с Малфой-манором.

Темный Лорд вспомнил внутреннее убранство вышеозначенного поместья и признал правоту собеседника.

- Люциус, ты ничего странного не заметил в ложе Министра? Помимо того, что Крауч занял два места, разумеется.

- И при этом так и не появился, - кивнул светловолосый маг. - Нет, ничего странного я там не заметил. А чем вызван этот вопрос?

- Видишь ли, Люциус, смерть и воскрешение в моем случае имели ряд неучтенных последствий, как и кое-какие ритуалы, проведенные мной после воскрешения. В целом, ничего негативного, но моя чувствительность выросла. В частности, это касается меток Вальпургиевых Рыцарей. Сейчас я могу на небольшом расстоянии вокруг себя безо всяких заклинаний ощутить, где именно находится любой из носящих метку. Точность, конечно, далека от идеала, но мне хватает. А теперь я хотел бы выяснить, мой скользкий друг, кто был вторым членом нашего Ордена, находившимся сегодня в министерской ложе.

Повисло долгое молчание.

- Насколько я видел, никого из носящих метку за исключением, разумеется, меня там не было.

- Насколько ты «видел». А способов обмануть зрение в нашем мире более, чем достаточно.

- Оборотное зелье посреди матча никто тоже не пил, - задумчиво сказал Люциус. - За остальное поручиться не могу.

- Будем разбираться. Думаю, на основе воспоминаний твоей семьи. Омут памяти или легилименция?

- Лучше первое, - сказал лорд Малфой и щелкнул пальцами. - Добби, принеси Омут памяти из моего кабинета!

* * *

- Вот, значит, что произошло, - сказал Темный Лорд, вынырнув из Омута Памяти, в которым колыхались воспоминания Драко, сидевшего ближе всего к занятым домовичкой Крауча местам.

- Но как это вообще возможно? Крауч никогда бы на это не пошел.

- Крауч, может быть, а вот в его покойной жене я не был бы так уверен. И ещё, каким бы фанатичным нашим врагом Крауч ни был, ему нужно было продолжить род, а его жена умерла. А то, что наследник под Империусом нисколько не мешает тому зачать внука…

- И что вы собираетесь по этому поводу предпринять?

- Как что? Будем выручать.

- Что вы запланировали, милорд?

- Что я запланировал? Кажется, кое-кто застоялся и давно уже хотел бы размяться и заодно слегка развлечься? Вот я и предоставлю вам такую возможность. Только постарайтесь обойтись без смертельных и особо опасных заклинаний - трупы нам сейчас не нужны. Все должно выглядеть как процессия ветеранов предыдущей войны, спьяну решивших поразвлечься и вспомнить старые времена, а не как организованные действия.

* * *

Когда равенкловцы все-таки отправились спать, дабы встретить запланированные Темным Лордом события чуть более бодрыми, из каждого уголка лагеря ещё слышались удалые песни и подозрительные гулкие удары. Впрочем, ночной лес, в котором им приходилось засыпать летом, был местом не сильно тише, чем наполненный празднующими победу Ирландии болельщиками лагерь, так что особых проблем не возникло.

Впрочем, те же самые лесные привычки и не давали погрузиться в сон полностью - даже в безопасном Сердце Леса привычка чутко спать и, при возможности, краем сознания отслеживать происходящее вырабатывалась довольно быстро. Так что Гарри лежал на кровати, дремал и краем сознания отслеживал по магии случайно пролетающих в вышине лепреконов.

А потом монотонный гул празднующего лагеря резко изменился - пения больше не было слышно, доносились тревожные крики и шум беготни. Сидхе, воспитанный василисками, приоткрыл глаза и немедленно прислушался к происходящему вокруг. Когда его ощущения не выявили ничего враждебного, на палатку и её окрестности на мгновение рухнули силы Серых Пустошей, давшие Гарри приблизительную оценку обстановки - непосредственно рядом с ними ничего не происходило.

На стоящей неподалеку кровати резко вскинулась Гермиона, разбуженная дыханием Пустошей. С губ Гарри сорвалось раздраженное шипение - незачем было сообщать возможному противнику, что они проснулись. Впрочем, шипение быстро умолкло, так как разум сидхе осознал, что заметить неосторожность равенкловки было просто некому.

Вскоре показалась Катрин - хотя она и выросла в условиях, не требующих настолько быстрой реакции на изменившееся обстоятельства, дыхание Серых Пустошей встряхнуло и её.

- Что случилось? - поинтересовалась она.

- Сейчас узнаем, - ответил Гарри, тянясь к тунике из кожи василиска.

* * *

В свете немногих ещё горевших костров они увидели людей, убегающих в лес от чего-то, что двигалось к ним через поле, выпуская странные огни и гремя взрывными заклятьями. До друзей донеслись громкий издевательский смех и хмельные выкрики, затем последовала мощная вспышка зелёного света, осветившая всю сцену.

- Оригинальное заклятье, - констатировал Гарри. - Неспециалист вряд ли разберется.

- Ты о чем? - спросила Гермиона.

- Свет почти такой, какой нужно, но это точно не усеченная версия ритуала Жертвы Пустошам, - ответил сидхе. - Уж силу, подобную собственной, я никогда не пропущу.

Плотная толпа волшебников с поднятыми волшебными палочками медленно двигалась по полю. Гарри присмотрелся на материальном уровне - ему показалось, что у них не было лиц, но тут он разобрал, что их головы были скрыты капюшонами, а лица - масками. В воздухе высоко над ними бились четыре фигуры, корчившиеся в невероятных положениях. Можно было подумать, что волшебники в масках были кукловодами, а люди над ними - марионетками, управляемыми невидимыми нитями, которые поднимались в небо из волшебных палочек. Две из этих фигур были очень малы.

Новые волшебники, присоединяющиеся к марширующей группе, хохотали, указывая на извивающиеся в небе тела. Палатки сминались и падали под наступающими шеренгами. Раз или два Гарри видел, как кто-то из марширующих сносил волшебной палочкой тенты у себя на пути; некоторые загорались, и крики усиливались.

Одна из горящих палаток неожиданно осветила людей наверху, и Гарри узнал одного - мистера Робертса, управляющего лагерем. Остальные трое, судя по всему, были его жена и дети. Один из шедших в строю своей волшебной палочкой перевернул миссис Робертс вверх ногами; её ночная рубашка слетела вниз, открыв взорам необъятные панталоны, она силилась прикрыться, как могла, а толпа внизу вопила и улюлюкала.

- Какой ужас, там же дети! - выдохнула Гермиона.

- О да, «дети»! Совсем «маленькие»! Предлагаю тебе не ждать, пока с них сойдет эффект Оборотного, а поверить мне сразу. Ну откуда тут дети могут взяться! Впрочем, после сегодняшних событий Министерство может суметь отбиться от магловских наблюдателей во время следующего массового сборища волшебников. Обливиэйт, знаете ли, не панацея…

- Магловских наблюдателей?

- Ты правда считаешь, что заимствование такой территории не было согласовано? И что магловское правительство оставило магов без надзора? Тогда хоть подумай, откуда тут могли взяться несколько «магловских семей», выполняющих функции смотрителей, если на двадцать миль окрест нет ни одного поселения маглов? Правильно, это отнюдь не «магловские семьи», благо я не сомневаюсь, что у… спецслужб, кажется, запас Оборотного Зелья имеется. Конечно, это нарушает Статус Секретности, но кому до него есть дело… Ладно, отходим к лесу, так как Темный Лорд меня прибьет, если вы в этом бардаке поучаствуете.

* * *

Добежав до деревьев, они оглянулись. Толпа стала больше; было видно, как министерские волшебники пытаются пробиться к центру, к людям в капюшонах, но им приходится туго; похоже, они опасались пустить в ход заклинания - «семья Робертсов» могла упасть.

Разноцветные фонарики, освещавшие путь к стадиону, погасли; темные силуэты потерянно бродили между деревьями, дети плакали, тревожные восклицания и панические голоса эхом отдавались в холодном ночном воздухе. Неожиданно Катрин остановилась.

- Так-так, кто тут у нас? - произнесла она, исчезая в темноте.

- Кузина, больно же! - прозвучало с того направления через минуту.

Ещё через минуту равенкловцы увидели Драко Малфоя, которого за ухо вела к ним Катрин.

- Значит, ты решил остаться и насладиться бесплатным зрелищем, да? - выговаривала ему Катрин. - А ты подумал, каково будет тете узнать, что её единственный сын находится в опасной близости от подобного бедлама?

Драко побледнел.

- Так что ты будешь послушным ребенком и пойдешь с нами.

- Я не ребенок! - возмутился наследник рода Малфоев, но кузина уже вела его в сторону дороги.

* * *

На дороге было некоторое количество людей - все нервно оглядывались на охваченный смятением лагерь, впрочем, толпа уже начинала рассасываться. Они ещё успели застать огромного роста женщину, собиравшую вокруг себя крупную группу подростков, одетых, в большинстве своем, в пижамы.

Катрин остановилась рядом с ними, окликнула одну из девушек с ярко выраженной дриадской кровью, выглядевшую чуть старше равенкловцев, которую представила остальным как свою троюродную сестру по отцовской линии, после чего завела разговор на французском.

- Мадам Максим, директриса Шармбатона, собирает вокруг себя своих учеников, - сообщила она своим спутникам, закончив разговор с родственницей. - Тут уже достаточно тихо и безопасно, но я предлагаю пройти чуть дальше в лес.

- Академия магии «Шармбатон»? Я читала о ней в «Обзоре магического образования в Европе».

- Одна из крупнейших школ магии, - подтвердила Катрин. - У рода Лестранжей во Франции имеются родственники, большинство из которых именно в Шармбатоне училось. А Николь как сейчас учится. На шестой курс в этом году поступит. Собственно, я сама одно время думала поступать в Шармбатон, но кто же выпустит из страны дочь осужденных Пожирателей Смерти?

- А отец о Дурсмтранге думал, но мать воспротивилась - слишком далеко от дома, - сообщил Драко. - Останемся здесь или двинемся дальше?

- Дальше. Тут, конечно, тихо, но мадам Максим и без нас проблем хватит.

* * *

Тёмная дорога уводила их всё дальше в лес. Вскоре они натолкнулись на компанию гоблинов, которая кудахтала над мешком золота, без сомнения, выигранного в тотализатор на матче, - вот кого совершенно не трогали безобразия, творящиеся в лагере. Ещё дальше, войдя в пятно серебряного света, они увидели трёх высоких вейл, во всём великолепии стоявших на прогалине в окружении юных волшебников, каждый из которых очень громко говорил.

- Я заработал около ста мешков галлеонов за год, - разглагольствовал один из них. - Я ведь драконоборец и работаю на Комиссию по контролю за опасными существами.

- Да никакой ты не драконоборец! - кричал его приятель. - Ты посудомойщик в «Дырявом котле»… А вот я - охотник на вампиров, я их уже штук девяносто уложил…

Третий юнец, чьи прыщи были видны даже в тусклом серебристом свете, который излучали вейлы, тоже поторопился вступить в беседу:

- Я уже почти стал самым молодым из всех министров магии, какие только были…

- Да не ври, ты - кондуктор «Ночного Рыцаря», Стэн! А вот я…

Одна из вейл устало вздохнула, мельком оглядела толпу очарованных парней и вернулась к разговору с двумя другими, пытаясь перекричать шумящих поклонников.

Гарри некоторое время наблюдал за происходящим, а потом на поляну обрушилась магия Серых Пустошей. Тонкие и хрупкие нити очарования, опутавшие «поклонников», продержались пару мгновений, после чего их попросту смыло.

Вышедшие из-под действия очарования, от которого им так не хотелось избавляться, поклонники все-таки были магами, поэтому уже через мгновение их чувства сообщили им, что рядом находится нечто в прямом смысле несущее смерть. Толпа рассосалась на редкость быстро.

- Спасибо тебе, сын Небытия, - сказала одна из вейл. - Мы собрали эту толпу «защитников» ещё когда не разобрались в ситуации, это все-таки страна под властью светлых. А потом просто не могли разогнать - они совсем не пытались бороться с очарованием.

- Только не говорите мне, что раз мы разогнали старых защитников, нам придется играть роль новых, - вздохнул Драко.

- Мы были бы бесконечно благодарны, о маг, в чьем роду течет тень нашей магии, - серебряным колокольчиком рассмеялась вторая вейла, подходя ближе к ним. - Кстати, мое имя Риэль, а это Салина и Теалин, - представила она двух других вейл. - Надеюсь, вы не покинете девушек в беде?

- Ну, здесь достаточно безопасно, - сказал Гарри.

Гермиона отстраненно подумала, что это будет очень долгая ночь.

* * *

Темный Лорд спокойно наблюдал за копошащимся в кустах Бартемиусом Краучем. Впрочем, тот вскоре решил, что свой неизвестный груз проще вытащить на поляну, поближе к оглушенному им Бэгмену. Видимо, бывший квиддичист помимо оглушающего от Крауча заработал ещё и невербальное усыпляющее от величайшего темного мага Британии.

Вскоре из кустов показалась филейная часть главы отдела Международного Магического Сотрудничества, который волок по земле что-то невидимое. Похоже, он благоразумно решил не пытаться апарировать прямо из кустов, а для начала покинуть их. Впрочем, апарировать бы у него все равно не получилось - блокировку наложить великому магу было нетрудно.

- Империо! - тихо произнес Темный Лорд, и заклятье устремилось прямо к Краучу. - Замри! - добавил он.

Крауч замер, оставив свой груз лежать на земле. Темный Маг добавил ещё и оглушающее с парализующим заклинания - никогда не стоит быть слишком доверчивым, после чего подошел к чиновнику, склонился над тем, что тот тащил, и откинул в сторону край мантии-невидимки.

- Энервейт, - произнес заклинание Темный Лорд, не испытывающий к пленнику Крауча достаточно теплых чувств для того, чтобы использовать Севеилле, после чего выждал, когда оно подействует. - Здравствуй, Барти…

Глава 9. Последствия и сборы в школу.

Наутро Темный Лорд парой заклинаний свернул палатку, которой лично он так и не воспользовался, повторил то же самое с палаткой Катрин, после чего цвет молодежи темных родов под присмотром великого темного мага покинул лагерь.

Мистер Робертс, стоявший в дверях коттеджа будто слегка не в себе, помахав друзьям на прощанье, рассеянно произнёс:

- Счастливого Рождества…

- Интересно, сколько раз ему память стирали? - задумчиво поинтересовался Темный Лорд. - Конечно, после Обливиэйта может наступить дезориентация, но забыть время года это нечто.

- Это опасно? - спросила Гермиона.

- Вообще, нет, Обливиэйт же не стирает воспоминания, а лишь блокирует, но тут проблема в том, что воспоминания человека причудливыми способами связаны между собой. А теперь представь, что из этих цепочек воспоминаний вырвали половину звеньев. В общем, приходить в себя этот магл будет долго.

- А есть способы борьбы с Обливиэйтом?

- Разумеется, есть.

Подходя к тому месту, где были сложены порталы, они издалека услышали хор нетерпеливых голосов - вокруг диспетчера столпилось великое множество колдуний и волшебников, и все шумно требовали отправить их из лагеря как можно скорее. Пристроившись в хвост очереди и, в случае Катрин, вытерпев серию неприязненных взглядов, они подхватили драный футбольный мяч и вернулись на холм, с которого начиналось путешествие на финальный матч Чемпионата Мира по Квиддичу.

Через мгновение, когда над головой великого мага пролетел красный луч заклинания, стало ясно, что на холме они не одни. Темный Лорд стремительно развернулся в ту сторону, откуда прилетело заклинание, и выставил серебряный щит, в который вскоре ударил следующий красный луч.

- Мой лорд, - произнесла «почтительные» слова крайне «спокойная» Беллатрикс Лестранж, продолжая направлять на него палочку. - Что это значит? Вам уже дочь доверить нельзя без того, чтобы вы их в авантюру втянули? Или вы со своим бессмертием начали искренне считать, что оным обладают все остальные?

В щит ударило ещё одно заклинание.

- Белла… - начал маг.

- Что это значит? - повторила свой вопрос вернейшая из его последователей.

- Что «это»? - поинтересовался Темный Лорд.

- О, мы тоже читаем свежую прессу, хотя и считаемся беглыми преступниками, - сообщил зашедший сбоку Рудольфус, держащий в одной руке палочку, а в другой - газету.

Пока маг забалтывал своих последователей, подростки успели тихо отойти в сторону и больше Темного Лорда со спины никто не прикрывал, чем и воспользовалась Беллатрикс. Впрочем, великий маг отбил атаку без особого труда.

- Да что происходит! - возмутился он.

- Неужели наш Темный Лорд пропустил столь малозначимое событие, что о нем пишут во всех газетах…

Газета отправилась в полет и легко преодолела предназначенный для защиты от заклинаний щит. Темный Лорд подхватил её невербальной Левиосой, подвесил в воздухе и принялся читать. Гарри подошел поближе и, подняв взгляд, прочитал заголовок «КОШМАРНЫЕ СЦЕНЫ НА ЧЕМПИОНАТЕ МИРА ПО КВИДДИЧУ», дополненный мерцающей черно-белой фотографией Черной Метки, зависшей над вершинами деревьев.

- Если вы, милорд, сейчас будете говорить, что вы не при чем, то я не поверю, что вы настолько упустили контроль над теми членами ордена Вальпургиевых Рыцарей, которые там действовали, - заявила Беллатрикс. - Так что не пытайтесь все свалить, скажем, на Люциуса. Итак, зачем вам понадобилось устроить это действо на единственном общественном мероприятии, на которое я смогла вытащить дочь?

Темный Лорд на это грустно качнул головой и, в который раз, подумал, что, возможно, не стоило доводить до завершения предпринятую ещё в Пределах Зимы попытку неизвестных сидхе восстановить то, что осталось от психики вернейшей из его последователей после сидения в Азкабане. Иногда безумие и слепая преданность были гораздо удобнее.

- Так, занятно: «Если испуганные волшебники и колдуньи, которые, затаив дыхание, ожидали новостей у опушки леса и надеялись на какие-то разъяснения со стороны Министерства магии, то их постигло жестокое разочарование. Официальный представитель Министерства, подошедший некоторое время спустя после появления Черной Метки, ограничился голословным утверждением, что никто не пострадал, и от дальнейших комментариев отказался. Достаточно ли подобного заявления для того, чтобы пресечь слухи о нескольких телах, вынесенных из леса часом позже, покажет время». Пожиратели в лес не заходили, я там никого не убивал… Откуда в лесу тела?

- Вот-вот, откуда в лесу тела, если Пожиратели действовали в лагере? - спросила Беллатрикс. - Если это не работа темных, то, наверное, авроров либо Хмури. А кто будет любимой целью министерских псов или последователей Дамблдора?

Катрин, стоявшая рядом с матерью, уже успевшей убедиться, что её единственная дочь в полном порядке, устало вздохнула - она все ещё не привыкла к чрезмерной опеке наверстывающих годы заключения родителей.

* * *

- Я хочу обсудить оставшееся до начала учебного года время, - сказал Темный Лорд ближе к вечеру, когда последние представители рода Слизерин сидели у окна замка и наблюдали за закатным солнцем.

- Как я понимаю, наше возвращение в лес не планируется? - поинтересовался Гарри.

- Осталась всего неделя, так что будет удобнее, если вы проведете её в этом замке.

- А наши вещи? - спросила Гермиона.

- Я их уже забрал, найдете в своих комнатах. Послезавтра, пожалуй, имеет смысл навестить Косой Переулок и закупить учебников. Завтра, пожалуй, рановато - посетителей там, конечно, будет немного, зато авроров… Думаю, Фадж нагнал туда всех, кого можно. И это хорошо - чем больше они работают «охранниками», тем меньше проблем, как у темных магов, так и у всех разумных рас. Списки из Хогвартса вам старая кошка прислала?

- Старая кошка? - переспросила Гермиона. - Насколько я помню, кое-кто с ней одновременно учился.

- Я все-таки молод и замечательно выгляжу, так как принял определенные меры.

- Да, да, возможность пережить потерю тела, вечная красота, если повезет со способом возрождения, и прочий подобный набор. Кого-то это мне напоминает… - задумчиво сказала Гермиона. - А вспомнила, любого сидхе. Подражаете?

Темный Лорд скрипнул зубами. Иногда наличие семьи и некоторые качества её членов удручали единственного и неповторимого величайшего темного мага столетия.

- Стоит отметить, что пока у него неплохо получается, - кивнул Гарри. - Бессмертие неидеальное, но надежное.

Величайший из ныне живущих магов Европы устало вдохнул и покачал головой. О некоторых вещах совершенно невозможно разговаривать с существом, способным завернуть себя в силу, стоящую между живыми и мертвыми, как в доспех. Чтобы понять существо, стоящее на принципиально ином пути развития нужно как минимум стать равным. Ну как объяснить не знающему смерти сидхе, какой ужас охватывает подростка из приюта во время авианалета… И какая ненависть к «доброму» директору Диппету охватывает ученика, вынужденного по слову его возвращаться из наполненного магией мира в приют, где его не принимал никто, и более-менее терпимым местом ставший только после того, как юный тогда ещё Томас как следует запугал соседей, в том числе, продемонстрировав на примере кролика одного из своих недругов, что на полумерах не остановится. Ещё очень нескоро юный наследник Слизерина узнал, что ему приходить к директору было не только бесполезно, но и вредно.

Тогда, годы назад он сполна узнал, насколько сильным может быть желание жить и был готов заплатить любую цену. В те годы из беспомощности и возможности в любой миг умереть родилась жажда жизни и бессмертия.

Впрочем, как припомнил Темный Лорд, Гарри тоже сполна пришлось заплатить за свое бессмертие, и лишь отринув свою жизнь у маглов подобно тому, как гусеница становится бабочкой и не вспоминает о прошлом, юный сидхе обрел себя.

Хотя, как признал великий маг, погрузившись в воспоминания ещё глубже, Гермиона отчасти была права, в начале его пути стояли и легенды о древних героях и богах, которых часто обзывал демонами священник «всеблагого и всемогущего», служивший в ближайшей к приюту церкви. Священник бога, который призывает творить добро, но ничего не делает, по крайней мере с приютской жизнью. Именно тогда, из мифов о деяниях языческих богов и их отпрысков, подчас способных их победить, а иногда и встать вровень, зародилась жажда величия и бессмертия. Именно в те годы из смутных сказок о магических существах родилось то уважение, которое сделало его темным магом и впоследствии позволило заключить множество союзов с существами, которых светлые считали безопасными недолюдьми и темными чудовищами. Именно тогда, из сказок о чудесах и волшебстве, книгу с которыми приходилось отбивать у остальных приютских, родились первые, неуверенные ещё попытки контролировать детскую стихийную магию.

Именно в те смутные годы, когда будущий Темный Лорд ещё только осознавал себя, он, по сути, окончательно отринул магловский мир, воспринимая его только как источник проблем, которые требовалось решить, и ценных ресурсов, которые нужно было добыть и удержать. Фактически, Том Риддл покинул мир маглов задолго до того, как в его приют пришел Альбус Дамблдор…

* * *

- К мисс Гримуар мы сегодня не пойдем, так что, если вы не купили единственный новый учебник во «Флориш-и-Блоттс», то нам придется туда вернуться, - сказал маг после того, как равенкловцы читая на ходу покинули книжный магазин спустя полтора часа с того момента, как они туда зашли. - Впрочем, насколько я вижу, что вы не только купили ученик по зклинаниям за четвертый курс, но и множество книг сверх имеющейся в списке.

Гермиона на это только пробурчала что-то и вернулась к книге, Гарри же вообще не отреагировал.

- Салазар, предок мой, за что я проклят этими равенкловцами! - устало вздохнул про себя Темный Лорд.

Через минуту он сумел заставить сына спрятать книгу. Гермиона продержалась ещё минуту, но проиграла, когда великий маг потерял терпение и просто выдернул книгу у неё из рук при помощи невербального Акцио, в результате чего книга оказалась у него в руках.

- «Нравы и обычаи континентальных вейл». Нет, я точно должен выяснить, что именно вы делали той ночью в лесу в обществе трех вейл.

Равенкловка возмущенно на него посмотрела.

- Кстати, я подозреваю, что информация в этой книге действительности соответствует слабо, - добавил маг.

* * *

- Раз уж вы восстановили запасы ингредиентов для зелий, остался последний пункт ваших списков, мантии для официальных случаев. Поэтому, к мадам Малкин.

- А они нам нужны? - поинтересовался сидхе. - У Гермионы есть платье, которое всегда подходит по размеру, я всегда могу призвать доспех. Вполне парадная одежда. Мы прекрасно обходились без парадных мантий три года.

- Нужны, - отрезал Темный Лорд. - Хотя бы для того, чтобы успокоить старую кошку и вашего декана. Более того, как минимум Гарри очень пригодятся в связи с грядущим мероприятием, хотя Гермиона и сможет воспользоваться подаренным сидхе платьем.

- Каким мероприятием? - спросила Гермиона.

- Наше «дражайшее» Министерство договорилось о том, чтобы предпринять в этом году попытку восстановить Турнир Трех Волшебников. В школе узнаете подробнее, но пока вам достаточно понять две вещи. Во-первых, частью Турнира по традиции является бал. Йольский, и отвертеться от него любителям вводить магловские обычаи не удалось. Так что бал будет и будет он именно Йольским, а не Рождественским. Пускать туда будут начиная с четвертого курса, так что вы тоже поучаствуете. Во-вторых, что более важно, ни в коем случае не вздумайте подавать заявки на участие в самом турнире. Конечно, выбраны будут лишь трое участников - по одному чемпиону на каждую школу, но лучший способ гарантировать, что вы выбраны не будете - просто не подать заявку. Конечно, в этом турнире будет впервые введено возрастное ограничение, но мы все знаем, насколько вас любит директор.

- Что такого ужасного в участии в этом турнире.

- О, ничего особого, в качестве приза слава, которой у нашего рода и так больше чем нужно, тысяча галеонов, которые для нас не являются необходимыми, а также смертельный риск в качестве бонуса за участие. Турнир, как вы можете выяснить из книг, отменили после того, как василиск, которого ловили участники, покалечил судей. Впрочем, это было заслужено - эти садисты выкололи бедной змейке глаза перед тем как натравить на неё школьников.

- Но если василиск добрался до судей и сумел покалечить их, то чемпионы… - ужаснулась Гермиона.

- Правильно, чемпионы не выжили.

* * *

Гермиона при всех своих достоинствах во многом оставалась обычной молодой девушкой. Именно поэтому через полчаса, проведенных за бесконечными примерками, мужская часть семейства была готова взвыть как профессор Люпин на луну.

- Гермиона, тебе не кажется, что ты слишком долго выбираешь мантию, которую не собираешься носить в этом году, - возмутился в итоге Гарри.

К сожалению, реплика не помогла. Ещё через несколько минут Темный Лорд отозвал мадам Малкин и начал что-то с ней обсуждать. Вскоре к ним присоединилась Гермиона. Через полчаса договоренность о создании парадной мантии в традиционном стиле рода Слизерин была достигнута, так что, спустя ещё полчаса, которые мадам Малкин потратила на финальные замеры, последние члены древнего рода покинули магазин.

Создавая портал домой, Темный Лорд тихо усмехался про себя, представляя, как среагирует воспитанная маглами равенкловка на утвержденный столетия назад фасон. Впрочем, магическая мода во все времена значительно отличалась от магловской.

Впрочем, это Темному Лорду предстояло узнать только после того, как он притащит «парадную мантию» домой после обработки в исполнении Руквуда, признанного в среде Вальпургиевых Рыцарей специалиста по защитным артефактам.

В конце концов, в среде волшебников, как и в среде сидхе женщине на бал следовало являться в доспехах. Пусть даже они не стесняли движений и на вид напоминали платье. Так что не так уж важно, что именно оденет на Йольский бал Гермиона, только что заказанную мантию или подаренное Асинтель платье, в обоих случаях она будет неплохо защищена. Пожалуй, платье в плане защитных качеств было предпочтительней - большинство из Зимних не уступало Аластору Хмури по размерам своей паранойи.

Глава 10. «Хогвартс-экспресс».

Когда равенкловка вышла из своей комнаты и спустилась к завтраку, Гарри уже сидел у затянутого чем-то стеклоподобным окна в коридоре перед обеденным залом и смотрел во двор замка. По крыше по-прежнему барабанил дождь, а вот двор среагировал на льющуюся с неба воду весьма примечательным образом, просто не представимым для магловских крепостей. Если точнее, «камни» двора выкопались из-под земли и, оказавшись вполне себе живыми корнями, выпустили множество побегов, за несколько ночных часов успевших покрыться листвой.

- Когда я в первый раз собиралась поехать на Хогвартс-экспрессе, я даже не догадывалась, что спустя ровно три года буду стоять у окна родового замка, в котором живая древесина неотличима от мертвого камня и смотреть, как корни во дворе взрыхляют землю, чтобы накопить побольше влаги и отращивают побеги с листвой.

- Тебя это зрелище так удивляет? - спросил Гарри. - Растения как растения. Из древесины. То, что листья под солнечный свет сегодня будет подставлять эта часть замка, может оказаться слегка хлопотным, так как нам придется потратить время, на то, чтобы попросить замок расчистить путь до ворот, но не более того.

- Возможно, ты видел и более странные растения, но меня воспитывали маглы, и многие из обыденных чудес Магического мира мне не привычны, несмотря на прошедшее с начала школы время. Но гигантское растение в виде замка меня удивляет до сих пор, - призналась Гермиона.

- Живой замок. Не знаю, чему можно удивляться в том, что вполне может комфортно существовать даже в самых упорядоченных областях с привычными маглам законами. Правда, болеть такой замок будет без источника, а уж о развитии и говорить нечего - вырастет хилым на редкость. Нет, настоящие диковинки можно найти только в глубинах Тир'на'Ног, в краткий миг от их рождения до ухода в небытие. Помню, искал я как-то любопытные деревья в роще у границ нестабильной зоны и наткнулся на дерево со стволом и ветвями из перевитых обжигающего пламени и холодного утреннего тумана, а листьями, которых вообще не должно было быть на бывшем Древо Мертвых, состоящими из осколков звездного света. Вот это действительно было чудом. Жаль, что в упорядоченной реальности вся эта красота, отмеченная силами всех трех слоев, заснула, притворившись обычной древесиной…

- Было бы любопытно увидеть это, - заметила Гермиона. - Но, если я правильно тебя поняла, дерева уже не существует. Для него явно прошло больше мгновения.

- Для дерева прошли дни или, может быть, годы, причем в неизвестном направлении. А насчет увидеть… Зелье для магического зрения тут, увы не поможет, в данном случае надо смотреть на суть, а не на внешнее, - сидхе задумался. - Пожалуй, это возможно. Все дерево, конечно, не покажу. Но кое-что смогу.

С этими словами Гарри сжал ладонь, и в ней через мгновение очутился его посох.

- Смотри, - сказал Гарри. - Смотри, но не делай.

- Что не делать?

- Ничего!

* * *

Сидхе, Дети Хаоса, обитатели бесконечно изменчивых просторов Тир'на'Ног… Живые воплощения магии, существа, имеющие отдаленные общие корни с людьми, но в максимально достижимом совершенстве освоившие выживание за пределами упорядоченного мира. Существа выжившие, сохранившие свой разум и построившие свою странную по меркам смертных цивилизацию. Превратившие выживание в жизнь, и научившиеся пропитывать окружающий хаос собой. Существа, воплотившие принцип «Изменяясь - изменяй», пусть даже тремя разными способами, и построившие цитадели на островах изменчивой стабильности среди безбрежного хаоса изменений. Существа, которые каждое мгновенье теряют себя, оставаясь собой, пропуская изменения окружающего сквозь себя. Сидхе привыкли изменять безграничный хаос, но это не предел их возможностям, столь же эффективно действующим и в других условиях.

Живой замок недвижно содрогался. Гермиона столь же неподвижно стояла, ощущая, что что-то вокруг меняется. Сидхе тасовал отражения мира и дышал в унисон с законами реальности. Грубо, неаккуратно, резкими рывками, подчас уводящими в сторону, мир менялся так, чтобы Гермиона могла Увидеть. По посоху перед глазами равенкловки иногда пробегали потоки алого огня, древесина на миг расплывалась туманом, глазницы резного василиска вместо изумрудов вдруг оказывались заполненными светом, но быстрого результата не было. Там где более древние существа справились бы за миг, юному сидхе Смери просто не хватало опыта. Но процесс шел.

Наконец, Гарри довольно вздохнул, а Гермиона в первый раз по-настоящему увидела, из чего на самом деле мастер палочек Гаррик Олливандер сумел сделать посох.

* * *

Добираться до вокзала Кинг-Кросс пришлось довольно долго - в отличие от поездки на чемпионат мира по Квиддичу, равенкловцам приходилось вести с собой большое количество вещей, а апарировать прямо на вокзал Темный Лорд не стал, опасаясь выдать замок, просуществовавший убежищем рода долгие столетия. Конечно, в распоряжении великого мага был один сундук-артефакт, в который при желании можно было положить половину замка, причем даже позволявший не вызывая конфликта положить внутрь ещё один предмет с расширением пространства, что встречалась нечасто, но основная проблема была крайне проста - сундуки сквозь горлышко безразмерной сумки не пролезали. В общем, светила Тому Риддлу роль грузового великого темного мага, что его крайне удручало.

- Может, тебя апарировать научить? - спросил Темный Лорд Гермиону, задумчиво оглядывая подготовленные к школе сундуки, на одном из которых уютно устроился Ириссахс.

- За оставшийся час?

- Второй раз отправляю вас в школу и второй раз количество необходимых вещей, которые надо захватить при апарации, меня удручает.

- Пожалуй, я могу обратиться к Аиду… - начал Гарри.

- Не надо, я ещё не настолько немощен, чтобы нуждаться в помощи сидхе при отправке пары детей в школу. Эх, как же проще было с одним сундуком во времена моей молодости.

- Два раза апарировать с двумя сундуками, одним подростком и одним василиском уже так трудно? - поинтересовался Гарри. - Я-то могу сам добраться.

- В первый раз апарировать действительно несложно, как и стереть след. А вот во второй… Ты много видел магов, способных на апарацию с большим количеством груза? Мне же придется перетаскивать сундуки по одному, чтобы не демонстрировать реальные возможности. И Гермиона с твоим змеем тоже отдельно отправятся. Когда же настанут блаженные времена, когда мне не надо будет притворяться обычным не очень сильным магом. Нет, надо форсировать завоевание Британии. Тогда можно будет не притворяться или, что еще лучше, запустить старую сеть врат.

- А они разве на вокзале были установлены? Сеть врат же отрубили после очередной серии гоблинских восстаний задолго до идеи с Хогвартс-экспрессом, - заметила Гермиона.

- Ничего, создадим новые врата на платформе 9 и 3/4. Впрочем, проще будет старые у Хогвартса активировать, после чего отказаться от поезда.

- Сначала надо Британию завоевать, - фыркнул Гарри.

- А потом найти достаточное количество компетентных подчиненных как на восстановление врат, так и на многие другие дела. Что будет гораздо сложнее самого завоевания, - устало сказал великий маг.

* * *

«Хогвартс-Экспресс» - блестящий красный паровоз - выпускал клубы пара, в которых фигуры на платформе виделись смутными тенями. Весьма и весьма громкими тенями, квакающими, ухающими и мяукающими множеством голосов своих школьных питомцев.

Юный василиск предпочитал на звуки не реагировать и мирно лежал на плечах Гарри, только раз заинтересованно качнув головой когда мимо промчалась какая-то мелкая сова, судя по всему случайно выпущенная из клетки.

- Кто додумался разместить площадку для прибывающих апарацией прямо рядом с паровозом? - скривился Темный Лорд, выходя из-за полога односторонней иллюзии. - Дым прямо в лицо.

- Наоборот, вполне разумно, - возразила Гермиона. - Все равно те, кто способен апарировать со своими детьми и их вещами вполне могут добраться прямо до Хогсмида. А так желающих переместиться на платформу будет не особо много.

- Да-да, вот только Хогвартс-экспресс практически обязателен с момента его создания. Этот ограничение, ещё парочка… В результате желающих подняться выше парной апарации и апарации с легким грузом немного. Вот и получается, что нынче мага достаточно привязать к чему-нибудь неудобному, чтобы его надежно пленить. Так как ничего крупнее одной сумки и одного ребенка большинству уже не унести. Маразм. А ведь когда апарацию только разработали, многие маги могли переместить с собой с десяток человек без всяких порталов.

- Маги настолько ослабли?

- Не ослабли. Просто не хотят учиться совершенно - отучатся по убогой программе нынешнего Хогвартса, выучат десяток заклинаний по профессии и на этом все. Деграданты. Драться умеют разве что авроры, да и у них список заклинаний десятка не превышает. Два щита, парочка обезвреживающих, какая-то пыточная модификация произвольного школьного заклинания, авада и ещё парочка заклятий, меняющихся от аврора к аврору.

- Неудивительно, что несколько десятков темных магов, среди которых профессиональных либо потомственных воинов было от силы двое, тихо и спокойно завоевывали Британию…

- Увы, не завоевали, очень уж не вовремя я умер, оставив Дамблдора без противовеса, - сказал великий маг. - Ладно, ищите купе, - добавил он, снимая заклинание тишины. - Об образовании и изменениях в нем потом поговорим.

* * *

Они погрузили свои вещи в купе в равенкловской части состава и Гарри спокойно уселся у окна, поглаживая лежащую у него на плече голову змея. Вскоре раздался свисток, а затем паровозные поршни и шатуны с громким шипением пришли в движение, и поезд не спеша тронулся. Убедившись, что все нормально, Темный Лорд исчез с платформы, чтобы закончить приводить старый дом Саласии в состояние, достойное штаба восставших темных магов.

Дождь струями змеился по оконному стеклу, так что видно ничего не было. Сидхе все так же задумчиво сидел, поглаживая василиска, а Гермиона принялась в очередной раз читать учебник.

- Значит, Турнир Трех Волшебников, - задумчиво сказал Гарри. - Хорошо хоть дементоров не будет, так как их всех перебили, так что о них беспокоиться не надо. Правда, все равно новые возникнут через пару десятилетий.

- Зато будет много чего другого, если судить по тому василиску, - сказала Гермиона. - Кстати, как бы Хмури не решил повторить именно это испытание. А что, василиск в школе есть…

- Так я и дал ему выколоть Риссиусу глаза. Да и директора двух других школ не дадут Хмури на это пойти - уж очень неприятно для их предшественников закончилась первая попытка стравить чемпионов с василиском. Директорам тоже жить хочется.

Чем дальше на север уходил поезд, тем сильней и сильней хлестал дождь. Небо было таким темным, а стекла такими запотевшими, что среди дня горели лампы. По коридору забренчала обеденная тележка, Гарри на неё даже не прореагировал, окончательно утратив надежду найти там что-нибудь съедобное, а вот отличавшаяся более человечными вкусами Гермиона купила какой-то кекс.

Ближе к полудню школьники начали ходить по вагонам, постепенно перемещаясь между купе. Вскоре к Гарри и Гермиона присоединились ещё двое равенкловок, Падма и Мэнди, усевшихся на противоположное сиденье и принявшихся шептаться. Периодически они пытались затянуть в разговор и Гермиону, но та не желала надолго отрываться от книги.

- Зачем? - спросил у девушек Гарри, отвернувшись от окна, стоило попыткам вовлечь в разговор Гермиону прекратиться.

- Что «зачем»? - удивилась Мэнди.

- Зачем вы сюда пришли? Или, точнее, зачем вас сюда послали?

- Зачем… Три года назад был Запретный коридор, два года назад - паук, в прошлом году - дементоры. Ордена Василиска и Дракона очень хочет узнать у лорда Слизерина его мнение о том, что грозит нам в этом учебном году.

- Прямо так Орден?

- Вообще, только его равенкловская часть, так как слизеринцы похоже что-то уже знают, но загадочно молчат, но обращение от лица Ордена звучит внушительнее.

- Что я могу сказать, воевать я школьников не отправлю, я не светлый, - фыркнул Гарри. - А насчет того, что будет, то это все равно сообщит Хмури сегодня вечером, так что таиться бессмысленно. В этом году у нас будет Турнир Трех Волшебников.

- А поподробнее?

- Соревнование трех чемпионов от трех разных школ, одной из основных особенностей которого является высокая смертность среди чемпионов, - пояснила Гермиона, не отрываясь от книги.

- И Гарри, разумеется, не сможет остаться непричастным, - вздохнула Падма. - Но об этом говорить бессмысленно. Гермиона, ты случайно не знаешь, какая на этом турнире смертность среди зрителей?

* * *

Лишь только двери поезда отворились, в небе грянул гром. Когда они выходили из вагона, Ириссахс сделал попытку спрятаться под мантию Гарри, но у него не получилось, в связи с чем змею пришлось терпеть барабанящий по чешуе дождь. Ливень был так силен, что они склонили головы и зажмурились - струи стояли стеной и били с таким неистовством, будто над головами кто-то непрерывно опрокидывал бессчетное количество ведер с ледяной водой.

- Здравствуй Хагрид! - громко сказал Гарри, завидев гигантский силуэт в дальнем конце платформы.

- Ты как, в порядке, Гарри? - прогудел Хагрид в ответ, приветственно махая. - Увидимся… ну… на банкете… если мы не того, не потонем!

По традиции Хагрид переправлял первогодков в замок по воде - через озеро.

- О-о-о, и думать не хочу, каково это - пересекать озеро в такую погоду, - поеживаясь, произнесла Гермиона, когда они вместе с остальными брели вдоль темной платформы. Возле станции их поджидала сотня карет, запряженных единорогами; четверо равенкловцев с превеликим удовольствием забрались в одну из них. Дверь с треском захлопнулась, и несколькими минутами позже длинная вереница карет, грохоча и разбрызгивая грязь, покатила по дороге к замку Хогвартс.

Глава 11. Турнир Трех Волшебников.

Рискованно кренясь под резкими порывами ветра, кареты миновали ворота со статуями крылатых вепрей по бокам и заскрипели по длинной дороге к вершине холма. В окно Гарри видел всё ближе и ближе надвигающийся замок, множество его освещённых окон расплывались и мерцали за плотной завесой дождя. Когда их карета остановилась перед громадными парадными дверями резного дуба наверху каменной лестницы, небо перечеркнула вспышка молнии. Те, кто оказались впереди, уже торопились забежать в замок. Равенкловцы спрыгнули на землю и тоже помчались по ступеням, переведя дух лишь под сводами освещённого факелами холла с его величественной мраморной лестницей.

- Интересно, озеро из берегов не выйдет? - задумчиво сказала Падма.

- Не должно, один день ливня такие последствия вызвать не должен. Да и даже если выйдет, ничего особо страшного не произойдет.

Стоило отзвучать эти словам, как «страшное» произошло - тяжёлый, красный, полный воды шар упал с потолка прямо первые ряды школьников и лопнул. Промокшие и бессвязно ругающиеся жертвы шарахнулся в сторону, вызвав толчею, и тут как раз упала вторая водяная бомба - едва не зацепив Гермиону, она взорвалась у ног Мэнди, подняв волну холодной воды, промочив её и покрыв надетую на Гарри мантию из чешуи василиска многочисленными каплями. Все, кто стоял вокруг, с криками принялись расталкивать друг друга, стремясь убраться из-под обстрела. Гарри поднял голову и увидел парившего футах в двадцати над ними полтергейста - полупрозрачного маленького человечка в шляпе колокольчиком и жёлтом галстуке-бабочке. Его широкая злобная физиономия была искажена от напряжения - он быстро прицелился, швырнул бомбу в хвост толпы и унёсся прочь вверх по лестнице, кудахча как сумасшедший.

Гарри опустил руку, с которой уже было готов сорваться изумрудный луч.

- Но ведь Пивз же мертв, - удивленно сказала Падма.

- А это не Пивз, - заметил кто-то. - Цвет галстука другой, да и Пивз не был полупрозрачным.

- Пивз-то мертв, но причину его появления никто не устранял, - сказал Гарри. - Вот и возник новый полтергейст. И его пока так просто не подловить - он ещё слабый и осторожный. Но пакостить будет много, чтобы сил набрать.

- То есть это новый полтергейст. А почему он возник-то?

- По той же причине, по которой возник Пивз, - сообщил Гарри. - Чтобы сказать точнее, надо залы с Источниками осмотреть, дабы выяснить, где там магия идет не в замковые системы, а беззащитно утекает. Вот какая-то мелкая сущность и сумела отожраться и живой проскользнуть через Годрикову защиту. Но, учитывая тот факт, что Пивз здесь годами бедокурил, кто мне позволит искать пути окончательно от полтергейстов избавиться? Раз его директор не изгонял, значит, он был директору зачем-то нужен.

* * *

Большой зал был, как всегда, великолепен и подготовлен для традиционного банкета по случаю начала семестра. Золотые кубки и тарелки мерцали в свете тысяч свечей, плавающих в воздухе над приборами. За четырьмя длинными столами факультетов расселись студенты, оживлённо переговариваясь; на возвышении, по одну сторону пятого стола, лицом к ученикам, сидела часть преподавателей. Здесь, в зале, было гораздо теплее.

Гарри посмотрел на преподавательский стол. Кажется, там было намного больше пустых мест, чем обычно. Хагрид, ясное дело, вместе с первокурсниками сейчас боролся со штормом на пути через озеро; профессор МакГонагалл, по всей вероятности, руководила уборкой в холле - но ещё одно свободное кресло указывало на отсутствие кого-то неизвестного.

- А где новый преподаватель защиты от тёмных искусств? - спросила Гермиона, тоже смотревшая на профессоров. - Может, Хмури с МакГонагалл не сумели никого найти?

- Директор неожиданно вспомнил, что сразу пришел на этот пост, минуя как пост заместителя директора, так и простого преподавателя, - пояснил профессор Флитвик. - Так что он решил в этом году наверстать упущенное. Возможно, чтобы не было стыдно перед директорами двух других магических школ, с которыми ему вскоре предстоит длительное время общаться.

- По какому поводу? - спросил свеженазначенный староста.

- Директор объявит после ужина.

* * *

Двери Большого зала отворились и воцарилась тишина. Профессор МакГонагалл провела длинную цепочку первогодков на возвышенную часть зала. Гарри и Гермиона хоть и промокли, казались совершенно сухими по сравнению с первокурсниками - можно было подумать, что они не ехали в лодке, а добирались вплавь. Все ежились и от холода, и от волнения, выстроившись шеренгой вдоль преподавательского стола лицом к остальной школе - все, кроме самого маленького мальчика, закутанного в огромное кротовое пальто Хагрида. Пальто было ему настолько велико, что казалось, он выглядывает из черного мехового шатра. Его острое личико, высунувшееся из воротника, было болезненно-взволнованным.

Профессор МакГонагалл выставила перед первокурсниками трехногую табуретку и водрузила на нее необычайно старую, грязную, заплатанную Волшебную шляпу. К ней были прикованы взгляды всего зала. В наступившем молчании у самых ее полей открылась широкая щель наподобие рта, и Шляпа запела:

Наверно, тыщу лет назад, в иные времена,

Была я молода, недавно сшита,

Здесь правили волшебники - четыре колдуна,

Их имена и ныне знамениты.

И первый - Годрик Гриффиндор, отчаянный храбрец,

Хозяин дикой северной равнины,

Ровена Равенкло, ума и чести образец,

Волшебница из солнечной долины,

Малютка Хельга Хаффлпафф была их всех добрей,

Ее взрастила сонная лощина

И не было коварней, хитроумней и сильней

Владыки топей - Салли Слизерина.

У них была идея, план, мечта, в конце концов

Без всякого подвоха и злодейства

Собрать со всей Британии талантливых юнцов,

Способных к колдовству и чародейству.

И воспитать учеников на свой особый лад -

Своей закваски, своего помола,

Вот так был создан Хогвартс тыщу лет тому назад,

Так начиналась хогвартская школа.

И каждый тщательно себе студентов отбирал

Не по заслугам, росту и фигуре,

А по душевным свойствам и разумности начал,

Которые ценил в людской натуре.

Набрал отважных Гриффиндор, не трусивших в беде,

Для Равенкло - умнейшие пристрастье,

Для Хельги Хаффлпафф - упорные в труде,

Для Слизерина - жадные до власти.

Все шло прекрасно, только стал их всех вопрос терзать,

Покоя не давать авторитетам -

Вот мы умрем, и что ж - кому тогда распределять

Учеников по нашим факультетам?

Но с буйной головы меня сорвал тут Гриффиндор,

Настал мой час, и я в игру вступила.

«Доверим ей, - сказал он, - наши взгляды на отбор,

Ей не страшны ни время, ни могила!»

Четыре Основателя процесс произвели,

Я толком ничего не ощутила,

Всего два взмаха палочкой, и вот в меня вошли

И разум и магическая сила.

Теперь, дружок хочу, чтоб глубже ты меня надел,

Я все увижу, мне не ошибиться,

Насколько ты трудолюбив, хитер, умен и смел,

И я отвечу, где тебе учиться!

Когда Волшебная шляпа закончила петь, весь Большой холл загремел аплодисментами.

- А ещё сущность и память, - добавил Гарри. - Причем ни одна из четырех добавок основателям не принадлежала, как и сама идея.

- Ну кто же будет признаваться, что он великий маг, добровольно ставший живым артефактом. Проще быть старой безобидной шляпой…

Профессор МакГонагалл уже разворачивала длинный свиток пергамента.

- Когда я назову ваше имя, вы надеваете Шляпу и садитесь на табурет, - обратилась она к новичкам. - Когда Шляпа назовет ваш факультет, вы встаете и идете за соответствующий стол.

- Акерли, Стюарт!

Вперед выступил мальчик, явственно дрожащий с головы до пят, взял Волшебную шляпу, надел и сел на табуретку.

- Равенкло! - объявила Шляпа.

Стюарт Акерли снял Шляпу и поспешил к своему месту за их столом, где все приветствовали первокурсника аплодисментами.

- Бэддок, Малькольм!

- Слизерин!

- Брэнстоун, Элеонора!

- Хаффлпафф!

- Колдуэл, Оуэн!

- Хаффлпафф!

- Криви, Дэннис!

- Гриффиндор!

Распределение продолжалось. Мальчики и девочки, с большим или меньшим страхом на лицах, один за другим подходили к трехногой табуретке. И, наконец, на «Уитби, Кевин!» («Хаффлпафф!») Распределение завершилось. Профессор МакГонагалл унесла и Шляпу, и табуретку. Начался ужин.

* * *

- Как и всегда, мне хотелось бы напомнить, что Запретный лес является для студентов запретной территорией, равно как и деревня Хогсмид - ее не разрешается посещать тем, кто младше третьего курса. Также для меня является неприятной обязанностью сообщить вам, что межфакультетского чемпионата по квиддичу в этом году не будет.

- Спасибо, Минерва, дальше я сам, - отложил в сторону вилку с колбаской Хмури. - Так вот, причина этого крайне проста - найдется более ответственное занятие. Как я уже неоднократно говорил, темные маги не дремлют. Постоянная Бдительность! Особенно это актуально в этом году, в связи с тем, что Пожиратели уже совершили относительно удачную акцию на Чемпионате Мира. Так что и второе столь масштабное мероприятие они вряд ли пропустят. Так вот, в ближайшие месяцы мы будем иметь честь принимать у себя чрезвычайно «волнующее» мероприятие, какого еще не было в этом веке. Сообщаю вам, что в этом году в Хогвартсе состоится Турнир Трех Волшебников.

- Вы ШУТИТЕ! - оторопело произнес один из близнецов Уизли во весь голос.

- Я не шучу с такими вещами, мистер Уизли, - сказал директор. - Итак, Турнир Трех Волшебников был основан примерно семьсот лет назад как товарищеское соревнование между тремя крупнейшими европейскими школами волшебства - Хогвартсом, Шармбатоном и Дурмстрангом. Каждую школу представлял выбранный чемпион, и эти три чемпиона состязались в трех магических заданиях. Школы постановили проводить Турнир каждые пять лет, и было общепризнано, что это наилучший путь налаживания дружеских связей между колдовской молодежью разных национальностей - и так шло до тех пор, пока число жертв на этих соревнованиях не возросло настолько, что Турнир пришлось прекратить.

- Милое мероприятие.

- За минувшие века было предпринято несколько попыток возродить Турнир, - продолжал Хмури, - но ни одну из них нельзя назвать удачной. К сожалению, наши Департаменты магического сотрудничества и магических игр и спорта пришли к выводу, что пришло время попробовать еще раз. Все лето мы упорно трудились над тем, чтобы в этот раз обеспечить условия, при которых ни один из чемпионов не подвергся бы смертельной опасности. Директора Шармбатона и Дурмстранга прибудут с окончательными списками претендентов в октябре, и выборы чемпионов будут проходить на День Всех Святых. Беспристрастный судья решит, кто из студентов наиболее достоин соревноваться за Кубок Трех Волшебников, честь своей школы и персональный приз в тысячу галлеонов.

- А также возможность умереть в процессе в качестве утешительного приза всем участникам, - добавила Гермиона.

- Я знаю, что каждый из вас горит желанием завоевать для Хогвартса Кубок Трех Волшебников, однако главы участвующих школ совместно с Министерством магии договорились о возрастном ограничении для претендентов этого года. Лишь студенты в возрасте - я подчеркиваю это - семнадцати лет и старше получат разрешение выдвинуть свои кандидатуры на обсуждение. Это признано необходимой мерой, поскольку задания Турнира по-прежнему остаются трудными и опасными, какие бы предосторожности мы ни предпринимали, и весьма маловероятно, чтобы студенты младше шестого и седьмого курсов сумели справиться с ними. Мы проследим за тем, чтобы никто из студентов моложе положенного возраста при помощи какого-нибудь трюка не подсунул нашему независимому судье свою кандидатуру для выборов чемпиона. Поэтому приказываю - не тратьте понапрасну время на выдвижение самих себя, если вам еще нет семнадцати. Мы лучше потратим время на разгадывание козней Пожирателей, которые могут попытаться сорвать турнир, чем на обеспечение выживания малолетки.

- Итак, в этом году у нас смертельно опасный Турнир, - вздохнул кто-то. - Впрочем, это получше акромантулов.

- Делегации из Шармбатона и Дурмстранга появятся здесь в октябре и пробудут с нами большую часть этого года, - продолжал меж тем директор. - Надеюсь, что вы будете вежливы с нашими зарубежными гостями все то время, что они проведут у нас, и что от души поддержите хогвартского чемпиона, когда он или она будет выбран.

Хмури подождал, пока оживленные переговоры утихнут.

- Итак, ко второй новости. Как вы могли заметить, в этом году место преподавателя Защиты от Темных Искусств пустует. Причина этого довольно проста - судя по происшествию на Чемпионате Мира, нам предстоит очень нелегкое время, так что этот предмет особенно важен. В то же время в Британии не осталось магов, обладающих большим, чем у меня, опытом по борьбе с темными магами. Таким образом, в этом году я совмещу роль директора и роль преподавателя Защиты. Надеюсь, профессор МакГонагалл, будучи заместителем директора, поможет мне с делами, и я с успехом справлюсь с совмещением должностей директора и преподавателя З. О. Т. И. А теперь - уже поздно. Пора спать!

Глава 12. Превращения, превращения…

На следующее утро буря утихла, хотя потолок в Большом зале оставался пасмурным; тяжёлые, свинцово-серые тучи клубились над головами, когда равенкловцы изучали за завтраком новое расписание.

- Двойные руны с самого утра, - констатировал Терри Бут.

- А потом заклинания и трансфигурация, - продолжила Гермиона.

- Причем и то и другое без гриффиндорцев. Хаффлпафф хотя бы можно терпеть. Кстати, четвертый и пятый Уизли ещё никакой подлянки не оставили?

- Вроде бы нет. Хотя у них было целое лето, так что непроверенных разработок должно было…

В это самое мгновение ода из первокурсниц превратилась в гигантскую канарейку и, замахав крыльями, начала что-то чирикать.

- … накопиться, - уже мрачно закончил староста. - Что она съела?

Через некоторое время девочка начала превращаться обратно, но застыла посредине, сохранив наполовину птичьи ноги, рукокрылья и комплект перьев. Через некоторое время, старосте удалось выяснить у плачущей девочки, что это из-за печенья с кремом, которые она увидела на столе.

Незамедлительно один из старшкурсников развернул имеющуюся у доброй половины ходящих на продвинутое зельеварение «полевую» лабораторию - Северус Снйп шуток не любил и фразы наподобие «для проверки усвоения материала я вас слегка отравлю» у него имели отвратительную привычку становиться реальностью. Впрочем, от его действий никто ещё сколь-нибудь серьезно не пострадал, так что можно было простить профессору как эти причуды, так и то, что преподавателем он был далеко не идеальным. Отбросив тесто и выковыряв крем, старшекурсники начали анализ. Пострадавшую первокурсницу тем временем увели в Больничное крыло.

* * *

- Похоже, им не дает покоя та шутка, которую мы два года назад провернули. В печенье оборотное зелье с пером канарейки и контр-зелье с отложенным действием, - констатировала «исследовательская группа» ближе к концу завтрака. - Опять же, то же самое, которым пользовались мы. Вот только со временем ошиблись, в результате чего контр-зелье не успело взять годный образец с нетрансформированного тела. Результат вы видите.

- Значит, эти грифы уже дошли до тестирования своей непроверенной гадости на первокурсниках.

- Причем на маглорожденной, за которую никто не заступится - печенье точно ей предназначалось, будучи прикрыто заклинанием незаметности от остальных.

- Разберемся, - мрачно констатировал профессор Флитвик. - Конечно, Минерва будет защищать своих котят, но это уже переходит все границы.

- А директор как в прошлый раз не вмешается? Он же потакает гриффиндорцам, - напомнил кто-то.

- Разберемся, - повторил чемпион мира по дуэлям. - И на директора управу найду.

Один из равенкловцев поймал взгляд своего декана и вздрогнул. Судя по предвкушающей улыбке, низкорослый потомок гоблинов всерьез решил напомнить руководству школы, почему его стоит бояться. На мгновение ему показалось, что за спиной декана стоят, сжимая артефактное оружие, ряды его воинственных предков.

Над ними послышался шорох многочисленных крыльев, и в открытые окна с утренней почтой влетело не меньше сотни сов. Птицы кружили над столами, высматривая адресатов писем и посылок. Большая рыже-коричневая сова слетела к Лонгботтому и положила ему на колени пакет - «герой» вечно что-то забывал. На другом краю зала филин Драко Малфоя сел на его плечо с обычной, судя по всему, порцией конфет и печенья из дома.

Когда равенкловец вновь повернулся к декану, ощущение приближающейся битвы пропало, а тени гоблинских воинов исчезли, как будто и не было их.

* * *

Руны прошли довольно просто - профессор Баблинг просто попросила учеников расшифровать рунный текст, приведенный на страницах учебника, чем они и занимались все время урока.

- Абсолютно бессмысленно, - вздохнул сидхе, закончив перевод.

- Разумеется, - кивнула профессор. - Но именно переводить подобные тексты от вас будут в следующем году требовать на экзаменах. Магическая ценность в экзаменационных текстах никакая - ни рабочей цепочки не найти, ни при текстовом прочтении сколь-нибудь полезную информацию не извлечь. Увы, такова политика в области образования.

* * *

Усевшись за равенкловский стол, четверокурсники отдали должное бараньим отбивным и картошке. Ближе к концу обеда к ним за стол подсели слизеринцы.

- Вы уже в курсе того, что в этом году затеял Хагрид?

- А что такое? - спросила Гермиона. - Он завел какого-то ужасного зверя?

- Не одного и не ужасного, а противных, - поправил Драко. - Я не знаю, что с чем он скрестил, но я откровенно опасаюсь, что будет, когда они вырастут.

- Что за существа-то?

- Омерзительные бледные гибриды огнекраба с чем-то неизвестным, - ответил какой-то слизеринец.

- Надо будет попытаться повлиять на Хагрида, чтобы к заранее запланированной программе вернулся. Ведь этих гибридов на экзаменах точно не будет.

* * *

Когда они после Заклинаний и Трансфигурации вернулись в большой зал, то заметили у гриффиндорского стола небольшое столпотворение. Заинтересовавшись, равенкловцы подошли ближе.

- Ваш отец попал в газету, Уизли! - объявил Малфой, размахивая номером «Ежедневного Пророка» и стараясь, чтобы его услышало как можно больше народу. - Вот только послушайте это:

«ДАЛЬНЕЙШИЕ ПРОМАХИ МИНИСТЕРСТВА МАГИИ.

Создаётся впечатление, что неприятности Министерства магии никак не закончатся, пишет специальный корреспондент Рита Скитер. Недавно критике подверглась бездарная организация массовых мероприятий на Чемпионате мира по квиддичу и упорная неспособность объяснить исчезновение одной из колдуний, сотрудницы спортивного отдела. И вот вчера Министерство оказалось втянуто в новый скандал - на сей раз благодаря выходкам Арнольда Уизли из Комиссии по борьбе с незаконным использованием изобретений маглов».

Тут Малфой поднял глаза:

- Они даже его имя правильно написать не могли, как будто он полное ничтожество, а, Уизли?

Теперь слушали уже все, кто был в холле. Малфой эффектным жестом расправил газету и стал читать дальше:

- «Арнольд Уизли, два года назад оштрафованный за незаконное владение летающим автомобилем, вчера ввязался в драку с магловскими блюстителями закона (т. н. «полицейскими») из-за нескольких, весьма агрессивно настроенных мусорных баков. М-р Уизли, судя по всему, примчался на выручку Грозному Глазу Хмури, престарелому экс-аврору, а ныне директору Хогвартса, уволившемуся из Министерства, когда он окончательно перестал видеть разницу между рукопожатием и нападением убийцы. Поэтому нет ничего удивительного в том, что, явившись к м-ру Хмури в его строго охраняемый дом, м-р Уизли обнаружил, что м-р Хмури в который раз поднял ложную тревогу. В ходе дальнейших событий м-ру Уизли пришлось несколько раз прибегнуть к преобразованию памяти, прежде чем ему удалось скрыться от полицейских. При этом м-р Уизли отказался отвечать на вопросы «Ежедневного Пророка» о том, зачем ему потребовалось вовлекать Министерство в эту недостойную и чреватую скандалом историю».

- Тут и картинка есть, Уизли! - ликовал Малфой, развернув и подняв перед собой газету. - Фотография твоих родителей перед домом - если это можно назвать домом. Вашей мамаше не помешало бы немного сбросить вес, как считаете?

- И зачем ему потребовалось бесить близнецов? Они же психованные, - тихо спросила Гермиона.

- Часть операции по дискредитации их папаши, - заметила Дафна Гринграсс. - Этот деятель слишком многим мешает. Сейчас эта парочка Драко чем-нибудь проклянет и можно будет раздуть скандал ещё сильнее.

- Ну да, они больше по зельям, так что ничего, серьезнее набора мелких неприятных проклятий от близнецов не получишь, - кивнула Гермиона.

Тем временем в скандал влез героический Лонгботтом. В общем, слово за слово дошло до прямых оскорблений. В конечном итоге слизеринец не выдержал, и в разворачивающегося, чтобы оставить за собой последнее слово, Лонгботтома полетело какое-то заклятье, проскользнув рядом с ухом.

Гриффиндореец сунул руку в мантию за волшебной палочкой, но, прежде чем успел коснуться ее пальцами, громыхнуло во второй раз, и по Вестибюлю прокатился рев:

- НУ УЖ НЕТ, ПАРЕНЬ!

Гарри круто обернулся. По мраморной лестнице, хромая, спускался директор. В руке он держал волшебную палочку, направленную на белого хорька, дрожавшего на мощенном плитами полу как раз на том месте, где только что стоял Драко Малфой.

- Он тебя задел? - прорычал директор.

- Нет, - ответил Лонгботтом. - Промазал.

- Оставь его! - рявкнул Хмури.

- Оставить кого? - растерянно спросил гриффиндорец.

- Не ты - он! - Хмури ткнул большим пальцем через плечо, указывая на Крэбба, который попытался было поднять белого хорька с пола, но в страхе замер.

Хмури захромал по направлению к Крэббу, Гойлу и хорьку, который, испуганно пискнув, что было сил припустил ко входу в подземелье.

- Не думаю… - пророкотал Хмури, вновь направляя на хорька волшебную палочку. Тот взлетел в воздух футов на десять, потом звучно шлепнулся об пол и снова подскочил вверх.

- Мне не нравятся люди, которые нападают на противника со спины, - рычал Хмури, а скулящего от боли хорька подбрасывало все выше и выше. - Гнусный, трусливый, подлый поступок…

А через мгновение директор замер, будто окаменев. Хорек поднялся с пола и медленно опустился на ладонь последнего Основателя. Кости начали с хрустом вставать на место, а формирующиеся ушибы рассасываться.

- Хорошо, что этот «директор» догадался воспользоваться принудительной анимагической трансформацией, в ней хоть есть обратная связь повреждений, причем ослабленная. Будь это трансфигурация, ученик бы умер при обратном превращении, так как все органы бы перемешались, - сказал Основатель. - А так только трещины в костях были бы. Хотя, скорее он достаточно быстро трансфигурировать не умеет.

Через мгновение хорек начал резко расти в размерах, и вскоре сидхе Лета уже держал за шиворот слизеринца в его прежнем облике. Опустив Малфоя на пол, Салазар повернулся к застывшему Хмури.

Директор начал двигаться, даже успел повернуть палочку на Основателя и уже начал было произносить заклинание, когда его тело резко сорвалось с места, повинуясь жесту Летнего, и врезалось в стену.

- Мне не нравятся люди, - передразнил директора Основатель, ударяя его об потолок, - которые нападают на противника со спины, - удар об стену, - Особенно, если это преподаватели, - удар об пол, - которые нападают на студентов моей школы, - удар об стену. - Гнусный, - удар, - трусливый, - удар, - подлый поступок.

Директор мешком свалился на пол у ног Основателя. Тот спокойно провел рукой над изломанным телом.

- Оттащите его в больничное крыло, - добавил сидхе, перед тем, как исчезнуть.

- Да, на такой компромат для продолжения раздутия скандала никто не рассчитывал, - ошеломленно сказал кто-то из слизеринцев.

* * *

«И что это было?» - написал в старом дневнике Гарри.

Чернила немедленно впитались в бумагу.

«Ты о раздуваемом скандале?»

«Нет, я о той истории с мусорными баками, с которой все началось.»

«Никого там даже не было. Это просто Поцелуй Паранойи, милое такое проклятье. Жаль, развеивается быстро, иначе бы мы репутацию Хмури за пару месяцев на нет свели…»

«Пусть сам из себя изображает психа и в качестве приза страдает от бессонницы? Остроумно.»

«И, главное, незаметно. Хмури и так параноик, так что легкого усиления этого его качества никто не заметит.»

«Ты уже в курсе, во что ваше раздувание скандала вылилось?»

«Уизли отчудили что-то особое?»

«Если бы они… Нет, чудил тут у нас директор. Теперь вот в больничном крыле валяется.»

«Кто это его так?»

«Кто, кто… Салазар Слизерин, разумеется. Директор у нас с вашим проклятьем паранойи совсем рехнулся, на Драко напал и несколько раз простучал им пол. Так наш предок с директором точно так же поступил. Интересно, сколько новых шрамов у него останется…»

«Да уж, это нежданная информация. Ничего, и её используем.»

* * *

Темный Лорд открыл глаза, сделал пару глубоких вдохов, и протянул руку по направлению к стоящему неподалеку столику. Через мгновение стоящий там бокал оказался в руке великого мага, подчинившись беспалочковому Акцио.

- Это ведь не для директора угроза. Хотя бы потому, что Хмури уже обречен и проживет вряд ли больше года. Это намек для нас - либо вы сами приведете мою школу в приличный вид, либо я вас заменю.

Том Риддл отпил немного вина.

- Эх, Альбус Дамблдор, враг мой и гениальный стратег. Столь качественно рассчитывавший ходы всех «фигур» и яростно пресекавший саму возможность появления новых игроков. И где ты теперь, когда твои действия привели на доску не игроков, а стихийное бедствие? А нам с этой дикой бурей жить и лететь по ветру… Так как против ветра лететь толку нет, кое-кто из сидхе умилится, но результат не изменится. Хорошо хоть большинству Детей Хаоса наша Британия неинтересна, а у меньшинства мы хотя бы знаем общие цели, и они в общих чертах совпадают с моими. Вроде бы.

Глава 13. Непростительные заклинания.

Следующие дни прошли без особых происшествий, если не считать того, что Лонгботтом умудрился расплавить на зельях свой шестой по счёту котёл. Профессор Снейп, который уже устал бороться с творениями гриффиндорца, оставил Невилла после уроков, и тому пришлось выпотрошить целую бочку рогатых жаб.

- Более чем справедливо, - сказала Гермиона, вернувшись из больничного крыла, где она разговаривала с мадам Помфри. - Как раз из рогатых жаб и получают один из ингредиентов зелья, которым мадам Пофри убирала волдыри на ногах у тех, кто попал под его разлитое зелье. Конечно, стоило бы заставить Невилла ещё и варить само зелье, но это Невилл, он и это зелье испортит.

- Как сходила в больничное крыло? Удалось договориться?

- Мадам Помфри выдала мне список библиотечных книг для изучения, номера тех глав, которые я должна прочитать и названия парочки зелий, которые я должна сварить. Желательно под присмотром профессора Снейпа. А дальше, она сказала, посмотрим по результатам. После чего собралась ещё что-то сказать, но прервала разговор, крикнула, чтобы я заходила, если поятся вопросы, и побежала к палате для больных.

- А что там случилось?

- О, ничего особого, просто Хмури в очередной раз попытался сбежать от её неусыпной заботы. Боюсь, что он скоро преуспеет и у нас настанет первый в этом году урок З. О. Т. И.

- У нас он уже завтра первым, - скривился Драко Малфой, не ожидавший что урок пройдет хотя бы не неприятно. - У гриффиорцев вроде бы сразу после обеда.

- У нас тоже завтра, вторым, - кивнул Гарри. - Директор решил учить первые пять курсов все факультетов раздельно. А старшие разбиты на пары Гриффиндор-Хаффлпафф и Слизерин-Равенкло.

- Мерзкий грядет год, даже квиддича не будет, - вздохнул слизеринец. - Хотя бы полюбовались Лонгботтомом, вычищающим из-под ногтей кишки жаб. Насколько я крестного знаю, в этом году мы увидим ещё много подобных сцен.

- А что, Очищающего заклинания он не знает?

- Похоже, что нет. Сам он в книгах не копается, за исключением посвященных гербологии, а старшекурсники ему заранее не помогли. Впрочем, он уже наверняка почистился тем или иным способом.

* * *

Они торопливо расселись прямо перед преподавательским столом, достали свои экземпляры учебников «Тёмные Искусства. Руководство по самозащите» и стали ждать в непривычной тишине. Вскоре из коридора донеслись клацающие шаги директора, и он вошёл в класс - такой же странный и пугающий, как и всегда. Им даже была видна его шипастая деревянная нога, высунувшаяся из-под мантии. Портило впечатление гордого несломленного аврора только то, что вторая нога была не сильно подвижнее первой, деревянной, в связи с чем, передвигаться аврору приходилось приставными шагами. Пожалуй, ему стоило бы найти костыль или воспользоваться каким-нибудь магическим способом перемещения.

- Можете убрать их, - хрипло прорычал он, проковылял к своему столу и сел. - Эти книги. Они вам не понадобятся.

Равенкловцы спрятали учебники обратно в сумки.

Хмури вытащил классный журнал, тряхнул длинной пегой гривой, убирая волосы с покорёженного и усеянного шрамами лица и стал называть имена, причём его обычный глаз не отрывался от списка, в то время как магический вращался по сторонам, устремляясь на студента, когда он или она отзывались.

- Хорошо, - сказал он, когда последний заявил о своём присутствии. - Профессор Люпин писал мне об вашем классе. Похоже, вы достаточно основательно овладели противодействием Тёмным Созданиям - прошли боггартов, Красных Колпаков, болотных фонарников, гриндилоу, ползучих водяных и оборотней - я правильно понял?

Класс подтвердил.

- Но вы отстали - и очень отстали - в отношении заклятий. Поэтому я здесь для того, чтобы подтянуть вас в области того, что сами волшебники могут причинить друг другу. У меня есть минимум год, чтобы научить тех, кто этого достоин, как разбираться с Тёмными…

В головах практически всех равенкловцев пронеслась одна и та же мысль: «нас учить не планируется!»

- Итак, прямо к делу. Заклятия. Они бывают разной силы и формы. Согласно рекомендациям Министерства магии, мне следует обучить вас некоторым контр-заклятиям и на этом остановиться. Я не должен показывать, каковы из себя запрещённые Тёмные заклятия, пока вы не перейдёте на шестой курс - вас считают недостаточно взрослыми, чтобы до этого времени иметь дело с такими вещами. Но я скажу так, чем раньше вы будете знать противника, тем лучше. Как можно защитить себя от того, чего никогда в жизни не видел? Волшебник, который собирается применить к вам запрещённое заклятие, не станет делиться своими планами, он не будет действовать открыто, на глазах жертвы, вежливо и тактично. Вы должны быть готовы заранее. Вы должны быть бдительны и наблюдательны. Впрочем, что это я. Это надо говорить достойным, будущим защитникам от тьмы или хотя бы мирным жителям, а не тем, кто сам будет это применять…

Директор усмехнулся.

- Ладно, начнем с полезной для вас информации. Кто-нибудь из вас знает, какие заклятия наиболее тяжело караются волшебным законодательством? То есть, за что вы гарантированно отправитесь в Азкабан?

Поднялось насколько рук. Хмури кивнул Падме.

- Проклятье Подвластия, Империус. В отличие от Высокой Цели,..

- Достаточно.

- …своего светлого аналога не корежит личность, хотя и труднее от него освободиться, так как оно темное, волю именно подавляет, а не изменяет мотивацию, - невозмутимо продолжила равенкловка.

- Я сказал достаточно!

Хмури с усилием поднялся на ноги - живую и деревянную, выдвинул ящик стола и достал стеклянную банку. Внутри бегали три здоровенных чёрных паука. Директор поймал одного и посадил себе на ладонь так, чтобы всем было видно, затем направил на него волшебную палочку и негромко сказал:

- Империо!

Паук спрыгнул с ладони и завис на тонкой шёлковой нити, раскачиваясь взад и вперёд словно на трапеции. Он напряжённо вытянул ноги и сделал нечто вроде заднего сальто, затем перекусил нить и приземлился на стол, где принялся беспорядочно кувыркаться. Хмури шевельнул палочкой, и паук, встав на две задние ноги, вне всяких сомнений, отбил чечётку.

- Полная управляемость, - тихо заметил Хмури, когда паук сжался в комок и стал перекатываться по столу. - Я могу заставить его выскочить из окна, утопиться, запрыгнуть в горло кому-нибудь из вас… Были времена, когда множество колдуний и волшебников были управляемы при помощи заклятия Империус, - продолжал директор. - Вот была забота у Министерства - попробуй-ка разобраться, кто действует по принуждению, а кто, как, возможно, вы, по своей доброй воле. Заклятие Империус можно побороть, и я научу вас как, но это требует настоящей твёрдости характера и далеко не всякому под силу. Если возможно, лучше под него не попадать. ПОСТОЯННАЯ БДИТЕЛЬНОСТЬ! - рявкнул он, и все подскочили.

Директор подобрал кувыркающегося паука и водворил обратно в банку.

- Кто ещё знает что-нибудь? Другие запрещённые заклятия?

Через некоторое время в воздух взвилась рука Гермионы. Похоже, остальные ученики решили, что показывать знания будет излишним.

- Да? - сказал Хмури, и его магический глаз, провернувшись, уставился на равенкловку.

- Круциатус, заклятье боли. Было создано целителями для выведения из комы, как обычной, так и магической, хотя применить его подчас бывает затруднительно. В качестве пыточного заклинания имеет множество аналогов в лице модификаций разнообразных заклинаний. В общем, какую страницу магловского «Молота Ведьм» не возьми, способ реализовать описанное там при помощи вполне себе светлых заклинаний найдется.

Директор скривился. Повернувшись к классу, он вынул из банки следующего паука и посадил его на кафедру, где тот оцепенело замер, слишком напуганный, чтобы двигаться.

- Заклятие Круциатус, - заговорил Хмури. - Надо бы чуть побольше, чтобы вы уловили суть.

Он нацелил палочку на паука и скомандовал:

- Энгоргио!

Паук вырос - теперь он был больше тарантула. Светлый маг снова поднял палочку и шепнул:

- Круцио!

В ту же секунду ноги паука прижались к туловищу, он перевернулся на спину и начал ужасно дёргаться, качаясь из стороны в сторону. Хмури не убирал палочки, и паук затрясся и задёргался ещё неистовей.

Директор поднял палочку. Ноги паука расслабились, но он продолжал подёргиваться.

- Редуцио, - приказал старый аврор, и паук уменьшился до нормальных размеров.

Хмури посадил его обратно в банку.

- Боль, - сказал он тихо. - Вам не нужно тисков для пальцев или ножей, чтобы пытать кого-нибудь, если вы можете применить заклятие Круциатус… Оно тоже когда-то было очень популярно. Так… Кто знает ещё что-нибудь?

- Так ножи никому и без Круциатуса не нужны. Вполне себе светлое Секо со множеством модификаций есть. Без тисков в Аврорате тоже справлялись, - усмехнулся Гарри. - А уж про творческое применение Boillir я вообще молчу, как и про заклинания для свежевания. Что же насчет «ещё чего-нибудь», то непростительные «заклинания», - выделил он голосом, - кончились, остался только ритуал.

С пальцев сидхе один за другим сорвались два луча, второй из которых был изумрудным, и все ещё подергивавшийся после Круциатуса паук замер недвижно. Через мгновение банка со звоном разлетелась на части, а два других паука сорвались с места и побежали от директора.

- Боюсь, банка не выдержала исчезновения небольшого участка стекла, - заметил Гарри.

- Авада Кедавра! - каркнул Хмури.

Полыхнула вспышка слепящего зелёного света, раздался свистящий звук, будто что-то невидимое и громадное пронеслось по воздуху, и паук мгновенно опрокинулся на спину - без единого повреждения, но безусловно мёртвый. Второй паук убежал.

- «Спасибо» Поттеру за демонстрацию его умений в деле убийства, но это была моя обязанность, - выплюнул он.

Хмури смахнул мёртвого паука на пол.

- Ни порядочности, - спокойнее сказал он, - ни любезности. И никакого противодействия. Невозможно отразить. За всю историю известен лишь один человек, сумевший выдержать это…

- Бред, чушь и нелепость, - оборвал его Гарри. - «Выдержать» это невозможно. Противодействием служит любой материальный предмет. Или можно просто не попадать под луч. Жертва Пустошам, даже в усеченном до так называемой Авады виде действует надежно. Но никто не говорил, что действует она необратимо, как, впрочем, и любой другой способ умереть. Можно удержать себя на этой стороне после гибели тела, можно вернуться самому, можно «спуститься» на Серые Пустоши самостоятельно и вернуть оттуда другого, что описывается даже в магловских легендах. Например, в легенде о древнем волшебнике-ритуалисте Орфее, который пересек границу Тир'на'Ног, встретился с Аидом и сумел вернуть свою жену Эвридику.

- Авада Кедавра - заклятие, требующее для выполнения серьёзной магической мощи. Сейчас вы все можете достать свои волшебные палочки, направить на меня и произнести положенные слова - однако сомневаюсь, чтобы меня от этого хотя бы насморк прохватил. Поттер - исключение, и не надо проверять мои слова на практике. Возникает вопрос - если всё равно нет противодействующего заклятия, то зачем я вам это показываю? Затем, что вы должны знать. Вы должны ясно представлять себе, как выглядит самое худшее, что с вами могут сделать и что вы можете сделать, отправившись затем в Азкабан.

- А дементоров, которых дражайшая светлая сторона кормила заключенными мы уже не учитываем? - вкрадчиво поинтересовался Гарри.

- Перестаньте меня перебивать, Поттер! Итак - эти три заклятия - Авада Кедавра, Империус и Круциатус - известны как Непростительные заклятия. Использования любого из них по отношению к человеческому существу достаточно, чтобы заработать пожизненный срок в Азкабане. Это то, чему вы должны противостоять. Это то, с чем я должен научить вас бороться. Вам нужна подготовка. Вам нужно быть во всеоружии. Но самое главное - вам нужно приучить себя к постоянной, неусыпной бдительности. Достаньте ваши перья… запишите это…

Остаток урока они провели, записывая примечания к каждому из Непростительных заклятий.

* * *

- И каково ваше впечатление от Хмури? - поинтересовалась Чжоу Чанг.

- Абсолютно параноидальный псих. Он и вам устроил демонстрацию Непростительных?

- И не увидев особого отвращения, которого и не следовало ожидать, так как описания этих и многих других заклинания мы читали, окончательно записал нас в Темные. Не знаю, что директор планирует в отношении нас…

- Так, надо срочно выяснить, всем ли курсам он устраивал такую демонстрацию, - сказал Гарри.

* * *

- Значит, начиная с третьего, - задумчиво сказал сидхе. - И весьма сомнительно светлый материал для второго. Думаю, первый курс он не тронул потому, что они только поступили.

- Старый пес повсюду видит волчьи тени, - глубокомысленно заявила Луна Лавгуд. - И скоро будет пытаться вцепиться в горло.

- Главное, чтобы горла не было там, куда он собирается вцепиться, - ответила юной пророчице Гермиона.

- Весь вопрос в том, что он сочтет горлом.

- Разве это вопрос? - рассмеялась Гермиона. - Разумеется, тебя, как первопричину того, что факультет Равекло стал именно таким. К тому же, именно род Слизерин является его основным врагом, но из нас двоих ты наиболее опасен. А следом за тобой придет и мой черед.

- Разумеется, меня. Пожалуй, мне пора принять кое-какие меры.

Сидхе смерти поднялся с кресла, расположенного в отслоенной версии гостиной, служившей главным залом лаборатории Ровены Равенкло, и направился по направлению к лестнице, ведущей в ритуальный зал. Вскоре он вернулся назад с книгой в руках.

- Пришла пора готовиться к войне, - прошептал сидхе, распахивая древнюю книгу под названием «Ужас Хогвартса, Инструкция по Управлению».

Глава 14. Шармбатон и Дурмстранг.

- Кстати, как там твой «грим»? - спросила во время завтрака Гермиона. - Все ещё нет новостей?

- И не будет, - оторвался от книги Гарри. - Согласись, собачья почта в Хогвартсе неудобна, а совами из замковой совятни пользоваться небезопасно. Так что придется ему жить без косточек из кухни.

- Да успокойте вы, - заметил Драко. - Ваш бродяга сейчас к нашему поместью прибился. Сердобольная maman периодически его подкармливает.

- А остальные родственники?

- Кто как. Тетушка недовольна, что неудивительно с таким характером, её муж только усмехается, а вот его брат погряз в общении с новой пассией, в связи с чем, ему сейчас не до пса.

- Это мы уже знаем.

* * *

Следующие две недели уроки стали труднее, или, в случае Защиты от Темных Искусств, неприятнее, а требовали учителя куда больше, чем в прошлом году. В общем, Гриффндор поголовно выл, а равенкловцы закопались в книги, постепенно приноравливаясь к нагрузкам.

К удивлению равенкловцев, не ожидавших таких мер, профессор Хмури объявил, что подвергнет каждого заклятию Империус - продемонстрирует его силу и проверит способность учеников к сопротивлению.

- Но, профессор, - неуверенно начала Гермиона, - вы ведь сказали, что это нарушение закона…

Директор молча взмахнул волшебной палочкой, парты разъехались в стороны, и в середине класса образовалось пустое место.

- …что к людям это заклятие применять нельзя, - закончила она свою мысль.

- Я хочу, чтобы вы на собственном опыте познали опасность этого заклятия, - непререкаемым тоном произнёс Хмури, его волшебный глаз впился в Гермиону и парализовал жутким немигающим взглядом. - Но если ты предпочитаешь более трудный путь - путь раба, который полностью лишён собственной воли, я не стану возражать, это твой выбор. Можешь покинуть урок. - И он указал скрюченным пальцем на дверь.

В головах всех без исключения равенкловцев пронеслась одна и та же мысль: «Он что, совсем спятил?».

* * *

Гарри спокойно вышел из группы равенкловцев, которые, казалось, вот-вот потянутся к палочкам. Задержавшись на мгновение невдалеке от учительского стола и со странным выражением лица посмотрев на Хмури, он начал поворачиваться к двери.

Полубезумный, полностью поглощенный своей паранойей, Хмури в этот момент осознавал две вещи. Во-первых, если Гарри уйдет, отрытая его агентом на дне архивов Отдела Тайн гипотеза так и останется непроверенной. Во-вторых, это не его гриффиндорцы, и если один из них сейчас уйдет, уйдут все, после чего информация о несостоявшемся уроке попадет к Попечительскому Совету, который будет более чем недоволен. Нет, уйти из класса он не должен.

- А вот и доброволец! - заявил Хмури. - Imperio!

Пущенное с небольшой дистанции заклинание попало прямо в бок все ещё разворачивавшемуся Гарри.

* * *

Сознание сидхе - достаточно странное по меркам даже самых эксцентричных магов явление. Не имеющее четкой структуры, кипящее, постоянно изменчивое, в полной мере отражающее струящуюся вокруг добровольно избранных «маяков» личность. Сознание, привязанное к магии, а не к телу-воплощению, играющему для сидхе роль, кое в чем похожую на роль одежды для маглов.

Сидхе Лета и Смерти являются практически идеальными по меркам магов легилиментами, Зимним приходится использовать чуть другой метод, но результат обычно один - скрыть что-либо от любопытного дитя Хаоса затруднительно, так как хаотичное сознание пробирается в любую щель, что играло немалую роль в том, что их называли богами. Но бесподобная атака скомпенсирована полностью отсутствующей защитой - изменчивое сознание сидхе перемалывает собственные щиты. Впрочем, с такой же легкостью оно перемалывает вражескую атаку, причем, чем изящнее она, тем лучше. Но ничто не проходит без следа.

* * *

- Бегите… осторожно… - только и успел прохрипеть Гарри, прежде чем в Империо в полную силу рухнуло на сознание и его бушующий хаос начал разгрызать заклинание, созданное для подчинения куда более упорядоченных существ.

Сознание сидхе практически мгновенно раскололо навязанные оковы подчинения на мелкие осколки, но и само не осталось прежним.

* * *

Угол учительского стола, расположенный слишком близко и по какой-то причине сочтенный раздражающим, бесшумно рассыпался пеплом. Следующим объектом, заинтересовавшим сомнительно разумную в данный момент воплощенную магию, что только что отзывалась на имя Гарри Поттер, оказался тот, кто все ещё держал направленную на него палочку.

Старый аврор почувствовал неладное и успел практически рухнуть в сторону, подставив атаке только деревянную ногу. Учительский стол и кусок пола оказались не столь удачливыми, рассыпавшись серым прахом. Воплощенная магия довольно оскалилась - выглядящая довольно таки слабой игрушка оказалась прыткой.

Что тут говорить, игрушка даже пыталась огрызаться, посылая какие-то цветные лучики, исчезнувшие в метре от бывшего Гарри - лучики не смогли преодолеть полосу, в которой было убито пространство.

Возможно, директор сумел бы перекатом увернулся бы от новой атаки, а возможно, и нет, но, похоже, он решил не рисовать и, увидев красное свечение в углу кабинета, привел в действие портал.

Воплощенная магия, которая была Гарри, повернулась к тому, кто осмелился прервать игру. Салазар Слизерин посмотрел вслед убегающим равенкловцам и заблокировал первое пробное воздействие потерявшего себя ребенка.

* * *

Весь четвертый курс заметил, что в этом году им стали задавать на дом куда больше. От уроков по трансфигурациям взвыл весь класс.

- Вы вступаете в важнейшую фазу обучения магическим искусствам, - наставляла профессор МакГонагалл, угрожающе поблескивая прямоугольными стеклами очков. - Не за горами экзамен по сверхотменному волшебству…

- И к нему уже сейчас надо готовиться, - продолжил Терри Бут.

- Именно! Кстати, где мистер Поттер?

- В больничном крыле. Основатель все ещё восстанавливает его психику после деятельности профессора Хмури.

Профессор некоторое время разрывалась между памятью Лили и Джеймса и явной враждебностью Гарри к последователям великого Дамблдора.

- Хм… - ограничилась она в итоге.

* * *

Не отстал от других и профессор Биннс по истории магии, задал через неделю сдать сочинение о восстании гоблинов в XVIII веке. Профессор Снейп обрушил лавину противоядий, обещая перед Рождеством кого-нибудь отравить - надо же проверить, как усвоены противоядия. А профессор Флитвик велел прочесть про манящие чары три толстенные книги из списка дополнительной литературы.

Даже Хагрид и тот их не пощадил. Его обожаемые гибриды мантикоры и огнекраба, названные соплохвостами, которых с большим трудом удалось убрать из официальных уроков, росли с ужасающей быстротой, хотя Хагрид так и не узнал, чем же они питаются. И он предложил с видом человека, делающего бесценный дар, провести исследование: через вечер приходить к нему, наблюдать соплохвостов и делать записи об их бесподобном поведении.

Увы, от такого предложения отказаться было затруднительно, в связи с чем равенкловцы предвидели долгое наблюдение за уже продемонстрированными им весьма уродливыми существами.

* * *

Когда до факультета дошла информация о новом объявлении, равенкловцы решили никуда не спешить. В результате ближе к вечеру возле стенда в холле столпился весь факультет.

- «Турнир Трех Волшебников. Делегации из Шармбатона и Дурмстранга прибывают в Хогвартс в ближайшую пятницу - 30 октября в 6 часов вечера. Уроки в этот день закончатся на полчаса раньше. После уроков всем ученикам отнести сумки с учебниками в спальни и собраться перед замком для встречи заморских гостей».

- Школа сойдет с ума, - констатировал кто-то.

И оказался абсолютно прав. Объявление взбудоражило обитателей замка. Куда бы Гарри ни шел, только и слышно: «Турнир Трех Волшебников», «Турнир Трех Волшебников»… Все как с ума посходили: кого допустят к конкурсу, какие виды волшебства войдут в состязания, отличаются ли от них хоть чем-нибудь заморские студенты?

И конечно, замок подвергся генеральной уборке. Несколько потемневших портретов хорошенько почистили и помыли, к их вящему недовольству. Портреты ежились в своих рамах, сердито бурчали, кривя влажные розовые лица. Рыцарские доспехи заблестели и задвигали руками без скрипа и скрежета. А Аргус Филч в ярости кидался на ребят, забывших вытереть ноги, и даже довел двух девочек-первокурсниц до слез.

Волновались и преподаватели.

- Лонгботтом, пожалуйста, не выдайте гостям из Дурмстранга свое неумение совершить самое простое преобразующее заклинание, - взмолилась профессор МакГонагалл в конце особенно трудного урока: Невилла угораздило превратить собственные уши в кактусы.

И вот наступил долгожданный день. Войдя утром в Большой зал, студенты на миг замерли - ночью на стены вывесили огромные флаги всех факультетов: Гриффиндорский - красный с золотым львом, Равенкло - бронзовый орел на синем фоне, желтый с черным барсуком Хаффлпаффа и зеленое знамя с серебряной змеей Слизерина. Позади профессорского стола развевалось невероятных размеров полотнище с гербом Хогвартса: большая буква «X» в окружении льва, орла, барсука и змеи.

В воздухе витало ощущение праздника. На уроках никто себя не утруждал, все мысли были о гостях из Шармбатона и Дурмстранга. В результате, стоило только заклинаниям закончиться досрочно, профессор Флитвик погнал учеников в гостиную, приводить себя в приличный вид. Равенкловцы оставили в спальне сумки, причесались, убедились в нормальном состоянии мантий, надели плащи и помчались вниз по лестнице в холл.

Деканы факультетов построили учеников в колонны.

- Уизли, поправьте шляпу, - командовала профессор МакГонагалл. - Первокурсники, вперед. И пожалуйста, не толкайтесь!

Рядами спустились по главной лестнице и выстроились перед замком. Был ясный холодный вечер. Сгущались сумерки. Бледная призрачная луна уже взошла над Запретным лесом.

- Как думаете, каким способом они прибудут? - поинтересовался Майкл Корнер.

- Скорее всего, прилетят, - предположил Гарри. - Но точно не на метлах - слишком далеко. Я бы воспользовался драконом, но я - природник…

- А почему не порталом?

- Ты бы согласился отправить весь наш седьмой курс одним порталом? В лучшем случае раскидает, в худшем, вообще разорвет. Конечно, я не думаю, что директора взяли всех совершеннолетних учеников, но явно не меньше десятка.

Достаточно скоро Хмури, стоящий с другими учителями в последнем ряду, в эту минуту прорычал:

- Видит мой глаз - делегация Шармбатона недалеко!

- Где? Где? - обрадовались гриффиндорцы, вертя головами.

- Глаз у него видит… В это только гриффиндорцы и поверят, так как остальные осознают, что у директора есть доступ к защитным системам замка, так что вторжение на территорию Хогвартса он не пропустит, - улыбнулась Гермиона.

- Вон! - указал гриффиндорец-шестикурсник на небо в стороне Запретного леса.

Нечто огромное, куда больше метлы, нет, целой сотни метел, летело по иссиня-черному небу, быстро увеличиваясь в размерах.

- Дракон! - пискнул насмерть перепуганный первокурсник.

- Ты что, дурак? Это летучий дом! - уверенно заявил ещё один.

Его догадка оказалась близка к истине. Гигантская чёрная тень почти касалась верхушек деревьев. Льющийся из окон замка свет озарил приближающееся чудо - огромную синюю карету, подобную башне. Её тянула по воздуху дюжина крылатых золотых коней с развевающимися белыми гривами, каждый величиной со слона.

Первые три ряда учеников подались назад. Заходя на посадку, карета снижалась с бешеной скоростью. И наконец, с оглушительным громом копыта золотых коней размером с хорошее блюдо коснулись земли на опушке Запретного леса. Следом приземлилась карета и покатила, подпрыгивая на гигантских колёсах; кони кивали исполинскими головами, выпучив огромные огненно-красные глаза.

Открылась дверца, украшенная гербом: две скрещённые золотые палочки, из каждой вылетают по три красные звезды; с облучка прыгнул мальчик в голубой мантии, наклонился, что-то нашарил на полу кареты и развернул золотые ступеньки. Тут же почтительно отпрыгнул назад, и из кареты появилась чёрная лаковая туфля размером не меньше детских санок, и сразу же за ней изумлённым зрителям явилась её обладательница, которую Гарри уже довелось видеть этим летом, когда она созывала своих учеников ночью после финального квиддичного матча.

Только один Хагрид мог бы с ней померяться: вряд ли он хоть на сантиметр её ниже. Впрочем, может, потому, что он привык к Хагриду. Женщина, стоявшая уже на первой ступеньке и озиравшая ряды ошеломлённых зрителей, показалась ему всё-таки огромнее Хагрида. Она вошла в полосу света, падающего из окон замка, и обнаружилось, что у неё красивое лицо с оливковой кожей, тёмные волоокие глаза и крупный орлиный нос, блестящие волосы собраны в низкий пучок на шее. Дама была с головы до ног закутана в чёрную атласную мантию, на шее и толстых пальцах поблёскивали превосходные опалы.

МакГонагалл зааплодировала. Ученики вторили. Многие вставали на цыпочки, чтобы лучше разглядеть великаншу.

Лицо её расплылось в улыбке. Она подошла к Хмури и протянула сверкающую драгоценностями руку. Директор осмотрел её волшебным глазом и после видимых колебаний решил, что правила приличия это хорошо, но риск перевешивает.

- Дорогая мадам Максим! Добро пожаловать в Хогвартс! - сказал он.

- Хмури, - произнесла мадам Максим грудным голосом. - Надеюсь, вы пребываете в добром зд'гавии?

- Спасибо. Я в неплохой форме, как бы кое-кто не хотел обратного.

- Мои ученики, - небрежно махнула она назад огромной ручищей.

Впрочем, Гарри больше интересовали не разговоры двух директоров, а вышедшие из кареты подростки лет пятнадцати-шестнадцати. Их было десятка полтора, и все они дрожали от холода в мантиях из тонкого шёлка. Кое-кто обмотал голову тёплым шарфом. Насколько можно было разглядеть (учеников почти скрыла огромная тень мадам Максим), все с испугом поглядывали на замок, очевидно не будучи привычными к монументальной и слегка мрачной архитектуре.

Вернее, все за единственным исключением, и это исключение интересовалось как раз студентами Хогвартса. Неудивительно, что вскоре два напряженно что-то ищущих существа встретились взглядами.

Голубые глаза четверть-вейлы слегка заинтересованно смотрели в изумрудное сияние того, кто точно знал, что невозможно быть сидхе отчасти, и прекрасно видел, что голубизна этих глаз - лишь маска для яростного алого сияния.

* * *

Вскоре директора Хогвартса и Шармбатона о чем-то договорились, и теплолюбивые французы потянулись в замок. Ученики Хогвартса расступились, пропуская гостей к каменным ступеням, после чего вновь сомкнули ряды и принялись ждать вторую группу гостей.

Холод начал пробирать до костей. Кто-то поглядывал на небо. Тишину нарушали только фырканье и стук подков золотых коней мадам Максим. Откуда-то из темноты донёсся престранный звук - погромыхивание, сопровождаемое всасывающим хлюпаньем, как если бы гигантский пылесос двигался по речному руслу.

- Озеро! - крикнул какой-то гриффиндорец. - Гляньте на озеро.

Стоя на возвышении у замка, они отчётливо видели внизу чёрную гладь воды, которую теперь уже нельзя было назвать гладью. В середине озера появились завихрения, затем огромные пузыри, глинистый берег захлестнули волны, и вдруг в самом центре возникла воронка, как будто на дне вынули огромную затычку. Из самой её сердцевины медленно поднимался длинный чёрный шест.

Величественный корабль неторопливо всплывал из воды, мерцая в лунном свете. У него был странный скелетоподобный вид, как у воскресшего утопленника. Тусклые огни иллюминаторов походили на светящиеся глаза призрака. С оглушительным всплеском корабль наконец весь вынырнул и, покачиваясь на бурлящей воде, заскользил к берегу. Вскоре раздался звук брошенного на мелководье якоря, и на берег спустили трап.

- Все-таки портал? - задумчиво спросил кто-то.

- Знаешь, мне довелось путешествовать «лесными тропами» на весьма большие расстояния, - сообщила Гермиона. - Подозреваю, что тут тот же принцип, только в применении к водным пространствам. То есть, они действительно плыли, только под водой. Правда, я не знаю, как можно попасть в отдельное озеро и как корабль, не будучи живым существом, оказался на это способен. Впрочем, я не исключаю, что Черное озеро под землей соединено с чем-нибудь и что из него есть путь в море. Правда, с материальной точки зрения прохода может и не быть. Но перемещению это не помешает в случае наличия магической связи. Что же касается второй проблемы, то существования сравнительно живых кораблей я после встречи с определёнными… явлениями, скажем так, исключать не могу.

- Тир'на'Ног, - только и сказал Гарри.

- Гарри, ты о чем?

- Гарантировать, что мои догадки правдивы, я не могу, но я бы проблему перемещения корабля решал отнюдь не природной магией. То есть, они действительно плыли, но, скажем так, в пузыре смещенного пространства, «растянутом» между этим упорядоченным миром и, например, Пределами Зимы. А там понятие расстояния существует условно и кратчайший по времени путь межу двумя точками выглядит причудливо. Так что я не удивлюсь, если делегация Дурмстранга добралась сюда быстрее шармбатонской.

От дальнейших вопросов сидхе лишь отмахнулся, о чем-то задумавшись.

Тем временем с борта потянулись пассажиры, и в иллюминаторах замелькали довольно крупные движущиеся фигуры. Когда они вошли в падающий из окон замка свет, и стало видно, что не такие они и большие, просто на них надеты лохматые шубы. Человек, шедший первым, был одет в другие меха - гладкие, блестящие, серебристые, под стать волосам.

- Хмури! - радостно воскликнул он, поднимаясь по склону. - Как поживаете, любезный друг? - дружелюбие из голоса на этом слове куда-то испарилось.

- К несчастью для тебя, довольно неплохо, Каркаров.

* * *

За несколько минут до этого два в разной степени качественно подражающих магам существа, чья совокупная магическая мощь не уступала тем силам, что ежемоментно пронизывали древний замок, синхронно склонили головы, признавая равного себе.

Глава 15. Кубок огня.

Хогвартцы ровным строем поднимались вслед за гостями по каменным ступеням.

- Сам Виктор Крам!!! - громко восхищался кто-то.

- Интересно, с какого момента квиддичные заслуги играют роль в Турнире Трех Волшебников? - фыркнула Гермиона. - Эти гриффиндорцы ещё не забыли, зачем именно сюда прибыли ученики сразу двух школ?