Встреча состоялась на катке «Камп Ноу». Играли молодые профессионалы. По ту сторону стекла, отделяющего кафетерий от спортивных сооружений, они выполняли сложные упражнения, и даже произошло одно или два довольно элегантных столкновения. Алекс Гарсия хорошо знал одно из таких упражнений, хотя и на совсем другом типе поверхности. В свои 43 года он имеет за плечами карьеру бомбардира средней линии (он дебютировал в составе сине-гранатовых 5 декабря 1990 года, в самом знаменитом составе «Барселоны» – «Команде мечты» («Dream team»), а также 9 лет работы тренером молодежной команды «Барселоны» (где он целый сезон тренировал Месси).
– Давайте вернемся к чемпионату сезона 2002/03.
– Это был мой второй год в качестве тренера команды «Барселона А». У меня была очень талантливая группа ребят. В моей команде были Сеск Фабрегас, Пике, Виктор Васкес и Лео…
– Каким он был?
– Очень восприимчивый, всегда внимательный ко всему, тихий, застенчивый, сдержанный, с высоким уровнем игры. Он был футболистом другого типа: когда он получал мяч, его было не остановить, у него был потрясающий обводящий удар. Он раздражался на поле, если вы не отдавали ему пас или если он не делал что-то так хорошо, как хотел, но он никогда не спорил из-за решения судьи или из-за фола.
– А каким он был с другими игроками в команде?
– Они очень заботились о нем, защищали его, потому что он был им как младший брат и потому что соперники всегда его задевали, поэтому Пике или Виктор всегда были рядом с ним. Все знали, что он важен для команды, что в любой момент Лео может решить исход матча.
– Были ли у него когда-то проблемы с вами?
– Нет, на самом деле нет. Я знал, что он был далеко от дома, от семьи, что он жил здесь с отцом. Я мог представить себе его ностальгию; иногда я спрашивал его об этом, но он делал вид, что его ничего не беспокоит. Он держал все в себе. В 15 лет Лео уже знал, чего он хочет, он осознавал, что в «Барселоне» у него есть возможность, он знал, что значит жертвовать собой – причем понимал, что жертвует и он, и его семья, и он не хотел упускать предоставленную ему возможность. Что касается футбола, единственное, что его не устраивало – он никогда ничего не говорил, но это было видно по его лицу, – это игра не на своей позиции. Я перемещал его по всему полю, чтобы он мог развивать все свои навыки. В молодежных командах это было почти само собой разумеющимся. Я ставил его то полузащитником, то центральным нападающим, то на правом или левом фланге. Но ему это не нравилось. Уже через несколько минут он смещался в центр за нападающими, и остановить его было невозможно.
– Чему можно научить такого ребенка, как он?
– Думаю, он познакомил нас со стилем уличного футбола, «дворового футбола», как говорят в Аргентине, – финтами, обводками. Мы же, в свою очередь, пытались привить ему наш атакующий футбол, стиль «Барселоны» – часто получать мяч, играть так жестко, как только можем, идти вперед всего в два-три касания, вести мяч к центру поля, а затем прорываться вперед через половину поля соперника. Каждый игрок должен иметь возможность проявить свой талант.
– Лучшее воспоминание того года…
– В моей голове крутится множество воспоминаний о Лео, но самая невероятная история – это история о маске.
– Расскажите.
– Это была последняя игра в лиге: «Барселона» – «Эспаньол» на «Мини Эстади». Нам достаточно было даже ничьей для чемпионства. Мы вели со счетом 1:0, как вдруг Лео столкнулся с защитником «Эспаньола». Он на мгновение потерял сознание, и его увезли в больницу на машине «Скорой помощи». Там сказали, что у него перелом скуловой кости. Восстановление займет две недели. Он не мог сыграть в Кубке Каталонии, который должен был быть как раз через две недели. Эта новость расстроила всю команду, которая только что обыграла «Эспаньол» со счетом 3:1 и стала чемпионом. Прошла первая неделя, и на вторую неделю врачи «Барселоны» сказали, что Лео сможет тренироваться, если наденет защитную маску. Двумя месяцами ранее аналогичную травму получил игрок основной команды Карлес Пуйоль, который предпочел носить защиту лица, а не делать операцию. Мы отправились на поиски маски, чтобы узнать, сможет ли Месси ее использовать. Врачи согласились и разрешили ему сыграть в маске в финале 4 мая.
– Что произошло в финале?
– Матч начался, и через две минуты я увидел, что Лео немного приподнимает маску. Она ему не подходила, он не видел в ней. Через две минуты он подошел к скамейке и крикнул мне: «Вот маска, босс», – и бросил ее мне. «Лео, если ты ее снимешь, мне придется увести тебя с поля, – сказал я ему. – У меня могут быть большие неприятности, а ты…» – «Нет, пожалуйста, тренер, оставьте меня еще ненадолго», – ответил он. За пять минут он дважды получил мяч и забил два гола. Первый раз он получил мяч в центре поля и обвел вратаря; второй гол он забил после паса с боковой линии от Фрэнка Сонго’о, который он прекрасно завершил. В конце первого тайма мы вели 3:0, и я сказал ему: «Ты сделал то, что должен был сделать для своей команды, теперь можешь отдохнуть на скамейке».
– Это прекрасная история. Но скажите честно, вы когда-нибудь представляли, что Лео зайдет так далеко?
– Не так быстро, нет. Я был уверен, что у Месси большой талант и что он попадет в основную команду, но такой прорыв? Нет. Все произошло очень быстро. Поэтому я верю, что, если у него не будет серьезных травм, Лео оставит свой след в целой эпохе.