Мое поколение

Мне по душе ветра и бездорожье…

Там, где прошел вдогонку птичьим крикам,

Степная ширь шумела спелой рожью

И в зной вода журчала по арыкам.

Я как двужильный на любой работе,

Мильон забот не сбрасываю с плеч я.

Плыву и по теченью рек, и против,

Иду метелям и ветрам навстречу.

Я в жизнь иду дорогою солдата.

Пускай мой путь всегда тернист и труден —

Хочу, чтоб там, где я прошел когда-то,

Всегда легко другим шагалось людям.

Ты помнишь, как в степях Сибири,

Присев у теплого костра.

Читали мы с тобою «Мцыри»,

Глаз не смыкая до утра.

А утром вновь мы пробивали

В сугробах замерзших пути,

И ты на трудном перевале

Просил настойчиво:

— Прочти!

А я, забыв про все на свете,

Читал запальчиво, спеша…

Все повторяли строчки эти

И шли да так, что встречный ветер

Свистел неистово в ушах!

Когда ж пришли в степные дали

И юность встретили свою,

Мы имя Лермонтова дали

Совхозу в молодом краю.

Они не жмут,

Разношены на славу

И повидали виды на веку.

И на любой — на левый и на правый

Хоть прибивай опять по каблуку.

На голенищах поистерлись складки,

Скопилась пыль почти со всей земли.

Пришлось им с самой юности несладко:

И по воде, и по бурьяну шли.

Шли, чтоб турбины новых ГЭС вертелись,

Чтоб колосился хлеб — невпроворот…

Повсюду, где проходит их владелец,

Всегда земля по-новому цветет!

Я хочу, чтоб в моих стихах

Было зелено,

как в лесу…

Чтобы в них ветрам не стихать,

Чтоб из них

брать горстями росу;

Чтобы стих был драться готов,

Чтоб строка, словно штык, остра,

Чтобы люди могли

у стихов

Обогреться,

как у костра…

Сколько их по России

Всех гармошек — не счесть…

В снег, в дожди ли косые

Там гармошка и здесь.

С нею деды дорожки

Прорубали тайгой.

Сколько силы в гармошке,

В немудреной такой!

Щедро крытая лаком ли,

По-батрацки ль бедна,

Веселилась и плакала

С человеком она…

Не в роскошных палатах

И не в церкви какой —

Все в домишках залатанных,

У костра,

над рекой…

Дооктябрьской ночью

В полный рост

под свинец

И двухрядка рабочая

Шла на Зимний дворец.

И не ей ли в бараках

У Магнитной горы

Не спалось,

как в атаках,

До рассветной поры?..

А потом понужнее,

Чем паек и огонь,

В блиндажах и траншеях

Тихо пела гармонь.

…Сколько, сколько же пройдено

С ней в труде и в боях,

Если всюду, где Родина,

Там — гармонь и баян.

С ней влюблялись без памяти,

С нею шли на парад.

Да, давно уже памятник

Ей поставить пора!

Молодыми руками

Вот такой бы суметь,

Чтоб стоял он веками

Песней,

отлитой в медь…

Только видите:

вышла

За околицу пара.

И третьей

не лишней

Гармошка

у парня.

Только слышишь:

составы

Рвутся вдаль,

грохоча.

Люди, дом свой оставив,

Едут город начать.

За окном перегоны,

Таежная сонь,

А в каждом вагоне

Бушует гармонь.

Так зачем же гармоням,

К чему

эта медь?

Мы ведь их не хороним,

Им и нынче греметь.

И при чем этот памятник,

Если ветры во ржи,

Зори в радостном пламени,

Если

песня и жизнь!

Уехали те, которым

В тайге пробивать пути,

Степные согреть просторы,

Клады в горах найти.

Погас огонек поезда,

А ты все стоишь, паренек.

И сердце твое беспокоится:

Не твой ли погас огонек…

Смыть небо прочь старался вал ревучий,

Мы волновались все на берегу:

А двое в лодке то взлетали

к тучам,

То падали стремглав

в кипящий гул.

Когда ж доплыли, волны переспорив,

С упреком кто-то девушке сказал:

— Ну, как могла довериться ты морю,

Ведь вон какая буйствует гроза!

Вода во всю кипела у причала.

Плечом прижавшись к другу своему:

— А я, — она с улыбкой отвечала, —

Доверилась не морю, а ему!

Включил станок парнишка-токарь

В спецовке с пятнами мазута,

И со станка пошли потоком,

Сверкая гранями,

минуты.

Минуте проходить положено,

Остановить ее нельзя.

Но пареньком минуты прожитые

Ты даже в руки можешь взять.

Говорят, что в любви не везет мне никак,

Что напрасно хожу за девчонкой, чудак,

Ведь сирени она у меня не берет,

И другой провожает ее до ворот;

Даже солнца не видя, шагаю

подчас

Я без синих ее,

как без собственных глаз…

Только знать бы им всем, что глаза эти синие

Могут делать меня удивительно сильным,

Что увижу ее —

все вокруг расцветет…

А еще говорят:

мне в любви не везет!

Глядя с хмурой усмешкой вокруг,

Уверяет мой школьный друг:

— Знаешь, страшно всю жизнь, как эти.

Спину гни, чтоб не быть без рубля.

Проживешь вот таким на свете,

И не вспомнит никто про тебя.

…А по улице мимо нас

Парни в робах шагают устало,

Лица,

руки уже и сейчас

Будто отлиты из металла…

Скоро к Марсу ракета умчится,

Наша сталь у звезд зазвенит…

Ну, а он все про то, как боится

Быть обычным,

таким, как они.

Все стоит — ерунду плетет,

В клетку шарф теребит рукой.

Как же он,

ну как не поймет,

Насколько

он не такой?..