Моя вопреки

Глава 1

Лина

Со сводчатого потолка, теряющегося где-то в вышине, на нас льётся ослепительный свет. Мы буквально окружены им. Свет обтекает нас троих, отсекает от подданных, собравшихся в главном храме Тэрстани, и одновременно с этим будто превозносит над ними. Над всеми. Даже меня, как часть одного целого.

Шаг за шагом мы поднимаемся к огромной статуе Абсолюта. Мои сэ-аран и я. Между ними. Держась за них. Черпая в их величии силу.

У подножия статуи нас ждёт главный жрец. Глава Просвещённых и Глас Абсолюта. Сэтору. Вынырнув из теней, шагает нам навстречу. Собранный, отстранённый.

− Приняли ли вы силу Абсолюта, наследники Императорского Дома? — торжественно спрашивает он, когда мы оказываемся на предпоследней широкой ступеньке.

Тут А-атон и Са-оир отпускают мои руки, и я плавно опускаюсь на колени, как и должна по обычаю. Склоняю голову, демонстрируя, что приму любое решение своих сэ-аран. Белая юбка шелковистым ворохом ложится вокруг моих ног. Тяжёлый чёрный шлейф, усыпанный драгоценными камнями, как ночное небо звёздами, больше не тянет так сильно назад.

− Приняли и разделили, − в один голос провозглашают мои мужья, синхронно ступая на самую верхнюю ступеньку.

И эти слова пробирающим до дрожи рокотом возносятся под высокие своды, звенят в воздухе. Неотвратимо, как клятва.

− Принимаете ли вы своё служение империи Аша-Ирон и её народу?

− Принимаем.

− Клянётесь ли защищать свой народ, хранить нерушимость и величие Аша-Ирон, ставить империю выше своей жизни?

− Клянёмся, − падает гранитной скалой.

− Абсолют принимает вашу клятву. Склоните головы, − потусторонним жутким голосом приказывает жрец.

И мои сэ-аран одновременно опускаются на одно колено. Вокруг поднимается такой ураган силы, что хочется скулить от страха и плакать от восторга. Дыхание перехватывает. Я чувствую присутствие кого-то непостижимого. Само воплощение силы и величия высшего разума.

По залу проносится вздох изумления. Всех словно придавливает к полу. И лишь мы вчетвером застываем в этом судьбоносном моменте. Как частички этой высшей силы. Его Глас. Его Длани. Его Око.

Не выдержав, я вскидываю голову. И вижу, как над головами моих мужей возникают сотканные из чистой энергии короны. Чёрная и белая. И плавно опускаются на высокие лбы бременем власти и ответственности.

Это жутко. Это невероятно. Это… прекрасно.

− Именем и волей Абсолюта я нарекаю вас, А-атон и Са-оир, Императорами империи Аша-ирон, Хранителями силы и Дланями нашего бога! Покажите ему ту, что привела вас к власти, объединив, − до дрожи прошибает Глас Абсолюта. Мне теперь отчётливо чудится за спиной жреца живая стена из тьмы, огромная фигура, возносящаяся до самого потолка…

А Сэтору теперь обращает свой взгляд на меня. Его глаза странно вспыхивают, а на губах внезапно появляется намёк на кривую улыбку.

Поспешно опустив голову, я теперь лишь краем глаза вижу, как поднимаются мои сэ-аран и поворачиваются ко мне.

− Встань, супруга наша, − протягивают они ко мне руки.

Пообещав себе больше не поддаваться любопытству и не нарушать ритуал, послушно берусь за их ладони, позволяя поднять меня на ноги.

Теперь и я поднимаюсь на вторую ступеньку. Чтобы встать между императорами.

− Абсолют был щедр к нашей сэ-авин, наделив её многими дарами, − громко провозглашает А-атон.

− Он был щедр и к нам, позволив зачать новую жизнь в чреве той, которую мы назвали своей сэ-авин, − продолжает его мысль Са-оир.

− Мы коронуем нашу законную супругу и мать наших будущих наследников императрицей Аша-Ирон, − уже в один голос произносят они, поднимая руки у меня над головой.

Чтобы уже через секунду на мою голову, сдавив чело, опустилась сотканная из силы корона.

Я до последнего не верила, что они так поступят. Не верила, что коронуют императрицей свою бывшую рабыню. Но они это сделали. Как перед этим, просто взяли и женились.

И если свадьбе я была рада… то коронация вызывает у меня страх. И очень нехорошие предчувствия.

Стоя между своими сэ-аран я невольно поднимаю глаза на застывшего в паре шагов от меня Сэтору. Наши взгляды снова встречаются, и если мой растерянный и даже испуганный, то в глазах жреца пылает какая-то дикая необузданная жажда. И странная решимость. Словно он прямо в этот момент пришёл к какому-то одному ему известному решению…

…Время словно останавливается.

Мир вокруг подёргивается сизой пеленой. Так будто я опять провалилась в подпространство. Но… этого же не было на коронации месяц назад… Я помню.

Тогда всё было правильно и торжественно. Мы заняли места на тронах, нас поздравляли и чествовали… Почему же сейчас всё по-другому? Я снова сплю и вижу сон?

Не хочу этого! Не хочу, я же сказала!

− Ты оказалась гораздо упрямей, чем я думал, − хрипло произносит Сэтору.

Он один теперь стоит передо мной. Подступает ближе, подносит руку и гладит по щеке. Склоняется к моему лицу, почти касаясь губами виска. Мне бы отшатнуться, но я не могу даже с места сдвинуться.

− Чего ты от меня хочешь? — смотрю на него возмущённо.

− Для начала научить управлять своим даром. Заглушая его в себе, ты делаешь только хуже.

− Нет. Я не хочу видеть всё это. Не хочу, чтобы мои видения сбывались! Не хочу быть в этом виноватой!

− Виноватой? — хмыкает удивлённо жрец. — Крошка, ты слишком много на себя берёшь. Время почти вышло, Лина. Абсолют не любит, когда его дарами пренебрегают. Тебе придётся смириться, если не хочешь навлечь его гнев.

− И принять тебя наставником? Этого ты ждёшь? — вскидываю подбородок.

В ответ он лишь ухмыляется, растворяясь в тенях.

А я наконец просыпаюсь.

Хрипло застонав и потерев лицо, открываю глаза. Прямо передо мной, за стеклом панорамного окна раскинулся мой любимый горный пейзаж. И закатное небо.

Я что посреди дня уснула? На диванчике, занимаясь с голографическим экраном? Опять?

С каждым днём беременность всё больше даёт о себе знать. Срок ещё небольшой и живота пока нет. Но тело постепенно меняется. Меняются мои привычки и вкусы. И восприятие многих вещей. Я стала больше уставать.

В принципе, и жизнь моя сильно поменялась за последнее время. И нагрузок хватает.

Прошёл уже месяц со дня нашей свадьбы, и последовавшей за ней коронации. И я до сих пор не могу привыкнуть к роли императрицы Аша-Ирон. Мне кажется, я к роли рабыни легче и быстрее привыкала. Но если выбирать… наверное, я бы ничего сейчас не меняла. Хоть и мелькают иногда трусливые мысли о том, что рабыней быть проще и легче.

И, кстати, о коронации. Почему мне всё это приснилось? Ладно, если бы только сама коронация, можно было бы списать на воспоминания. Тем более, что моя память воссоздала всё довольно точно. Но была же и другая часть сна. Та, которой быть не должно.

Целый месяц я не видела снов и видений. Думала, что это больше не повторится. Надеялась, что этот жуткий дар меня покинул. Но оказывается, это была просто передышка.

Интересно, словам Сэтору во сне можно верить?

«Чотжар, ты где?» − зову своего хранителя.

«Ты уже проснулась, коронованная лентяйка?» − появляется он в дверном проёме. Окидывает меня насмешливым взглядом.

«Ты злой. Уверена, что существует способ освободить тебя от клятв и отпустить на все четыре стороны. И я его обязательно найду», − сообщаю змеехвостому, прищурившись.

«Я не злой. Я создаю тебе гармоничную среду. Если всё твоё окружение, кроме супругов, будет раболепствовать, ты слишком многое о себе возомнишь, и самой же хуже будет, − парирует он. — Так что не мечтай. Тебе от меня не избавиться».

«Посмотрим, − корчу я ехидную гримаску. Правда, тут же становлюсь серьёзной. — А Повелители сейчас сильно заняты? Можешь их позвать? Мне нужно кое-что им рассказать».

«Ты и сама можешь их позвать, − напоминает на-агар, но увидев мой умоляющий взгляд, вздыхает: − Хорошо, позову».