Мы победим, Вера!

Сундук без зайца

Вера с Толей помогали маме завязывать пожитки в простыни: по репродуктору объявили распоряжение собирать вещи и эвакуироваться.

Дед Григорий копал в огороде яму.

– Готово! – крикнул он. – Опускаем?

Вера с Толей выбежали из дома.

На грядке стоял расписанный цветами и листьями сундук с драгоценностями: мамина шкатулка с кольцами, брошками и жемчужным ожерельем, хрустальная ваза, семейная фотография, рубашки, платья и Верины валенки.

Мама вышла, поставила на траву котомку из простыни и подошла к сундуку.

– Хорошо, – сказала она и взялась за крышку.

– Подожди, не закрывай! – крикнула Вера и бросилась в дом.

Скоро она выбежала оттуда с матерчатым зайцем и застыла с ним на пороге.

Мама улыбнулась и поторопила:

– Давай клади. Место есть.

Но Вера вдруг прижала зайца к себе.

– Нет. Я с ним пойду. Он со мной будет.

Мама кивнула, захлопнула крышку и щёлкнула замком.

«Закрыта наша прошлая жизнь», – подумала Вера, когда дед спустил на верёвках сундук. А когда в яму полетела первая лопата земли, шмыгнула носом: – «Похоронена».

– Ну ты чего? – приобнял её Толя. – Мы же на время только уходим. Вернёмся. Но зайца всё равно нужно будет дома оставить. У нас вещей много. – Он немного помолчал. – А с собой, на руки, кошку вон возьми, Басю. Мурка и Муся – те умные, сами пусть бегут. А Баська потеряется ещё. А?

Тут вдалеке послышалась стрельба, и все заторопились.

Зайца Вера спрятала под двумя подушками – ведь и дома должен кто-то ждать! – и побежала ловить Басю.

Когда с ней на руках Вера выбежала во двор, мама уже перекинула через спину коровы узлы с едой и вещами. Толя одной рукой придерживал переброшенный через плечо мешок с одеждой, а другой с трудом нёс бидон, чайник и лопату. Выстрелы раздавались уже, казалось, совсем близко. Толя сделал несколько шагов вперёд. Лопата выскользнула и упала в траву.

– Я понесу, иди, – бодро сказал дед Григорий и поспешил помочь. – Мне хотя и без двух годков сто, а силёнки есть ещё. – Он подмигнул Вере.

Она прижала Басю покрепче.

– А куда мы… идём? Бежим куда? – спросила Вера, когда их улица осталась позади.

– В лес пойдём, подальше от фашистов, – ответил дед и кивнул в сторону дороги: – А вон вижу и Настасья со своими. Догоняйте их.

Впереди по дороге, идущей из города, шли двоюродные Верины братья и сестра, облепив со всех сторон тётю Настасью.

– Боря! – позвала Вера и, перехватив кошку поудобнее, побежала.

На дороге было шумно. Женщины, дети, коровы, запряжённые в телеги с плотно набитыми мешками. Тюки, ковры, чемоданы…

Толя догнал Веру и показал в сторону:

– Вон, гляди, как Трофим снарядился.

Дядя Трофим ехал верхом на коне. Тот, широко раздувая ноздри, тянул на колёсах поклажу и объёмистый ворох сена.

– А чего? – хмыкнула Настасья и остановилась подождать остальных Лапенковых. – Будь у меня лошадка, я бы её тоже с собою забрала. Лидку бы вон посадила, чем худо? – кивнула она на дочь, провожая взглядом Трофима.

– Ох, – вздохнула Верина мама, – кто знает, может, кабы не был Чериков центром округа, так и бежать бы не пришлось.

– Немец лютует, – кивнул дед Григорий. И тут же приосанился как мог. – Но Красная армия его прогонит.

– Точно прогонит, – повторила Вера согнувшемуся под тяжестью мешка Толе.