На грани доверия

Глава 23

Роман

Арнаутский позвонил через несколько дней. У него появилась кое-какая информация и после работы они встречались в той же самой ВИПке. И если раньше Рома просто писал Насте, что задерживается, то теперь такого себе позволить он не мог, чтобы она фигни какой-нибудь не надумала. Нет, она его не контролировала, он бы даже сказал, наоборот, вопросов не задавала, то ли делала вид, что ей все равно, то ли на самом деле. Последняя мысль ему совсем не понравилась, но такова реальность.

Он позвонил.

— Настюш, у меня встреча по нашему делу, — он, как и просил Арсений, не афишировал их расследование, но жене врать не собирался.

— Хорошо, — спокойно ответила она.

— Насть, может купить чего надо.

— Ром, я все сама купила. Мне за Алисой в садик надо…

— Понял. Тогда до вечера.

Блять, не хотел он таких сухих разговоров, он хотел их игривое общение назад, когда вроде бы в простых словах скользили легкие намеки на всякие глупости.

В ресторан он приехал в не самом лучшем расположение духа.

— Здорово, — Арнаутский был неприлично бодр и оптимистичен. — Ты чего такой кислый?

— Хочу свою спокойную жизнь обратно, — пробурчал Роман.

— Будет тебе твоя жизнь, — уверенно сказал Арсений. — Ты только терпения наберись и не впадай в уныние.

— Ладно, я и правда что-то раскис. Удалось что-то узнать?

— И да, и нет. Короче, Майя твоя никакая не племянница твоей бухгалтерше. Они даже по официальным данным нигде не должны были пересечься. Твоя Водоносова приехала учиться в наш город из маленького городишки, к которому твоя бухгалтерша не имеет никакого отношения. Здесь либо случайное знакомство, либо кто-то предложил твоей Маргарите Павловне подзаработать, устроив Майю к вам в фирму.

— Значит Маргарита врет. Но зачем?

— Это мы у нее спросим чуток попозже. Ты пока делаешь вид, что ничего не знаешь.

— Понял.

— Майя твоя как будто испарилась…

— Она не моя, — мрачно возразил Роман.

— Ладно, просто Майя, — хмыкнул Арнаутский. — Так вот, по тому адресу, что значится в личном деле, ее нет. Хозяйка квартиры сказала, что ее у нее снял молодой человек, заплатил за год вперед. К телефону он не подходит, симка зарегистрировала на какого-то алконавта. Майя на работу не устроилась, квартиру официально другую не снимала.

— И что теперь?

— Ищем, Рома, ищем. Телефон у нее отключен. Скорее всего поменяла и аппарат, и номер. И это убеждает меня лишний раз, что есть заказчик. Для просто влюбленной бабы, не важно в тебя или в твои бабки и положение, она слишком нелогично действует. Ей бы сейчас не на дно ложиться, а жену твою драконить, чтобы она от тебя ушла.

— Я ж ее своими руками придушу, если появится опять.

— А вот этого не надо. Ты сам должен понимать юридические последствия своих действий. Как мужик я тебя понимаю, и сам бы порвал любого за жену и сына, но голова должна быть холодной, тебе ли не знать.

— Знаю, Арс, но, когда дело касается семьи… Ладно, все это лирика. Давай к делу.

— А вот это правильно. Ты мне подготовил список своих скажем так недовольных клиентов, я так понимаю.

— Скорее их вторых половин, которые остались недовольны. Вся информация здесь, — Роман положил на стол флешку. — Но по каждому дам объяснение.

— Весь во внимании.

— Жена Вознесенского Ольга открыла центр помощи женщинам, пострадавшим от домашнего насилия «Опора».

— Да, я знаю об «Опоре». Мы с женой периодически помогаем им финансово, и охранную систему мои ребята монтировали.

— Ко мне Ольга обратилась с просьбой о юридической помощи. Простыми случаями занимаются наши молодые сотрудники, опыта набираются. Я же беру сложные дела. Ты же понимаешь, кто попадает в «Опору», и кто их супруги?

— Несложно догадаться, — хмыкнул Арнаутский. Историю его жены, которую ее первый муж не убил только по счастливой случайности, хорошо знали в городе. Именно Арсений ее спас и раскрутил это запутанное дело, где муж предпочел остаться богатым вдовцом, представив все так, как будто жена сама сбросилась с моста. — Богатые и влиятельные подонки, которые считают, что им все можно.

— Именно. Угрозы от таких типов я получаю регулярно, но я выбрал тех, кто на мой взгляд мог бы попытаться отомстить мне. И начать я хотел бы с Василия Ноженко. Полукриминальный тип. Его жена Анна попала в «Опору» избитая. Она вместе с семилетним сыном убежала из дома в чем была. Хорошо сентябрь в тот год был теплый. У Анны констатировали перелом запястья, ушибы, синяки и признаки сексуального насилия. У ребенка тоже имелись многочисленные синяки. Когда Анна поняла, что муж с каждым разом все больше звереет, то решилась на побег. Василий вычислил ее местонахождение очень быстро и ей пришлось выделять персонального охранника и прятать вместе с ребенком. Супруг развода не хотел. Когда я взялся за дело, Василий пришел ко мне и попытался заплатить мне за то, чтобы я слил дело. После отказа угрожал мне, что тоже лишит семьи.

— Чем дело закончилось?

— Их развели, ребенка оставили с матерью, половина всех активов перешла моей доверительнице. В ходе расследования всплыли схемы для отмывания денег, которые использовал Ноженко. Ему грозило уголовное дело.

— Принято.

— Далее. Владимир Алексеев. Крупный бизнесмен. Долгое время жил на две семьи. Его жена Татьяна узнала, потребовала развод. Он ее закрыл в доме и не выпускал. Ей удалось сбежать одной, дочь была в школе. Татьяна также нашла приют в «Опоре». Супруг делал все возможное, чтобы дочь не вышла на связь с матерью. Судились за право опеки над ребенком и делили имущество. В один из вечеров Алексеев поджидал меня у офиса, дело практически дошло до драки. Обещал мне все кары мира. Суд мы выиграли. Татьяна уехала из города и увезла ребенка. Алексеев напился и пришел скандалить в мой офис. Кричал, что я пожалею и мне отольются слезы его дочери.

— Те, кто угрожает через крик, редко воплощают свои угрозы в жизнь.

— Согласен. Но это лежит на поверхности. Если кто-то молча затаил желание отомстить, то тут я бессилен, чужие мысли не читаю.

— Давай дальше.

— Анатолий Вуличенко. Местный депутат. В свое время женился на дочке крупного чиновника. Когда тот самый чиновник отошел в мир иной и женщина осталась одна, быстренько прибрал все имущество к рукам. Завел себе молодую любовницу, а жене сказал сидеть тихо и не рыпаться, чтобы не пострадала его репутация. Когда Валентина заговорила о разводе, муж пригрозил отправить ее в психушку. Сбежала в «Опору». Когда история получила огласку, Вуличенко лишился депутатского мандата и дети приняли сторону матери, перестав с отцом поддерживать отношения. Этот хватал меня за грудки прямо в здании суда. Тоже угрожал отомстить.

— Ты мужиков-то защищаешь? — хохотнул Арнаутский.

— Защищаю. Только женщины мне еще не угрожали. Но соблазнить пытались.

— Так, так, так. Это уже интересно.

— Амалия Лещинская. Охотница за богатой и статусной жизнью. Ее брак с Петром Лещинским был у нее третьим. Первых двоих мужей она знатно пощипала, прожив с ними три и два года соответственно. Муж застукал ее с водителем. В брачном договоре был пункт о супружеской измене. Полагаю Амалия сама думала подловить муженька именно на этом пункте. Приходила ко мне договориться, предлагала выполнить любые мои фантазии.

— Вот это у тебя работа, я понимаю. Не то что у меня — камеры, наблюдения…

— Ладно тебе, не прибедняйся. Ты жену где нашел? Не на работе часом?

— Ну так то разовая акция! — заржал Арнаутский. — Чем там дело кончилось у Лещинских?

— Ушла Амалия из брака всего лишь с небольшой компенсацией. Угрожать — не угрожала, но мы с ее мужем такого о себе узнали… Таких матов я за всю свою жизнь не слышал.

— Ну вот, а ты говоришь, Амалия только мужиков обирает, а она еще вас плохому русскому учит!

— Да иди ты! — улыбнулся Роман.

— Все? Или есть еще кто-то?

— Есть еще одна пара. Инга и Тимофей Игнатенко. Эти двое ненавидели друг друга настолько сильно, насколько и любили. Подозревали друг друга в изменах. Делили совместно построенный бизнес. Супруг считал, что он вложил в него больше, поэтому и хотел себе большую часть. Инга с этим была не согласна. И с моей помощью половину получила. Тимофей тоже мне угрожал чуть ли не братками. Хотя за ним криминала не водилось и близко.

— Да, забавные у тебя клиенты. Ну тем интереснее будет нам работать. Но ты не расслабляйся, вспоминай, может еще на ум кто придет. И не переживай, найдем мы твоего злодея.