На грани доверия

Глава 47

Роман

Твою мать! Так хотелось выругаться, когда Роман слушал рассказ Майи. Вроде бы она не рассказала ничего нового, все было так как он себе и предполагал, но слышать это все было крайне неприятно. Особенно, когда она рассказывала о своих попытках его возбудить, что в офисе, что в гостинице. Он даже Настю незаметно взял за руку, думал, что ей нужна поддержка. А она в ответ сжала его руку, как будто сама хотела его поддержать. И от этого стало так невероятно тепло на душе, что захотелось послать всех куда подальше и уединиться где-нибудь с женой и не для того, чтобы заняться любовью, а для того, чтобы просто посидеть у камина, посмотреть на закат или огонь и сказать друг другу те самые важные слова.

— Ну значит, картина того, как все произошло, у нас теперь имеется, — пророкотал Арнаутский, тем самым возвращая Романа в реальность. — И это хорошо. Но нам ведь не только это интересно, так ведь, Роман Александрович?

— Так, — отозвался он.

— Всегда важны причины. И они у тебя, Дорохов, должны быть очень веские. Поделись-ка ими с нами, а мы послушаем.

— Мои причины не должны вас беспокоить.

— Ну раз ты попытался испортить жизнь людям и втянул в это еще несколько человек, уж будь добр, потрудись объясниться.

— Не буду я объясняться.

— Паша, ты что совсем дурак? — вдруг подала голос Настя. — Вот эту всю дичь с соблазнением, препаратами, наркотиками, в конце концов, ты замутил, чтобы мне отомстить?

— Да, — зашипел как змея Дорохов, и в этот момент Роман понял, насколько глубоко Павел травмирован. — Тебе и твоему муженьку, на которого ты повелась как течная сучка.

— Рот свой прикрой, — взорвался Роман и кулаки его сжались сами собой. — А то я за себя не ручаюсь!

— А что, правда глаза колет? Ты думаешь ты ей нужен? Да ей бабки твои нужны, потому что в постели она полный ноль, бревно.

— Вот чья бы корова мычала… — вдруг подала голос Майя. — В моей постели такого убогого мужика как ты еще не было ни разу в жизни.

— Заткнись, сука! — дернулся в ее сторону Дорохов, но его тут же усадили на место.

— Ты язык-то свой попридержи, — предупреждающе произнес Арнаутский. — У нас не принято оскорблять женщин. И если не хочешь, чтобы тебе прилетело в тыкву, следи за словами.

Стоящий рядом с Дороховым, как его там, дядя Степа показательно размял кулаки. Павел как-то скукожился весь. Слизняк, мать его.

— Значит тебя, Дорохов, до такой степени задело, что Гордеев увел у тебя женщину, что ты за столько лет так и не успокоился?

— Он меня шантажировал, — как баба закричал Дорохов, тыча в Романа пальцем. — Мне пришлось отпустить Настю, но я этого не хотел. Я собирался на ней жениться!

— Чего? — округлила глаза Настя. — Кто тебе сказал, что я пошла бы за тебя замуж? После всех твоих выходок?

— А куда бы ты делась? — ухмыльнулся Дорохов.

— Ты точно придурок!

— И в этом сложно с Настей не согласиться! — хмыкнул Арнаутский, тем самым прерывая Дорохова с его очередным выпадом. — Потому что психически здоровый человек столько таить в себе обиду и закручивать такие сюжеты не будет.

— Он что псих? — округлила глаза Лика.

Она до сих пор сидела как мышь под веником и только слушала.

— Ну официального диагноза у него нет. По крайней мере на учете в психушке он не состоит. Но как говорит один мой знакомый, здоровых людей нет, есть необследованные.

— Да вы сами тут все больные, — взвился Дорохов и попытался встать. — Вы не имеете права меня здесь держать, я ухожу!

— Сел быстро! Последнее тебе китайское предупреждение! — придержал его за плечо один из ребят Арнаутского, стоявший рядом.

— Это что получается, этот псих специально меня обработал? — возмущенно спросила Лика и с брезгливостью во взгляде глянула на Дорохова. Роман помнил этот взгляд, и по молодости и влюбленности считал его нормальным, а сейчас это смотрелась смешно.

— До тебя, Белявская, мы еще дойдем. Так что помолчи пока.

Арнаутский говорил вполне себе спокойно, но Лика вмиг замолкла и спокойно приготовилась слушать дальше.

— Ну так что, Павел, ты нам не желаешь рассказать о причинах?

— Что вы ко мне прицепились? Какое вам дело до моих причин?

— Может такое, что ты похоже начинаешь съезжать с катушек. Ну не просто же так ты нашел себе девушку, похожую на Настю?

— Я никого не искал. Мы просто с ней познакомились. И она совсем не похожа на Настю.

— Ты уверен, что не похожа?

Арнаутский подошел к стоящем на столе проектору, включил его, потом щелкнул по клавишам ноутбука и на экране появилось лицо миловидной блондинки. Она правда была чем-то похожа на Настю. Правда волосы у нее были вьющиеся, а жена предпочитала прямые. И помада у девушки была довольно яркая, а Настя обычно пользовалась бледными.

— Это Аня Петренко до того, как стала встречаться с Дороховым, — пояснил Арнаутский. — А это через месяц после начала их отношений.

На экране появилась следующая фотография и Роман чуть не ахнул. Сходство между этой Аней и Настей было очевидным — и прическа, и макияж.

— А это, — при взгляде на следующее фото Романа передернуло. — Аня Петренко две недели назад.

На фотографии лицо девушки представляло один сплошной синяк. Роман заметил, как Настя прижала ладонь к губам.

— Дорохову не понравилось, как она приготовила ужин. Он избил ее, жестко поимел в наказание и как ни в чем не бывало уснул. А девушка решила обратиться в полицию.

— Она сама виновата. Не надо было меня провоцировать, говоря, что она от меня уйдет.

— Да от тебя бежать нужно, роняя тапки! — не выдержала Настя.

— Это все из-за тебя, сука! — заорал Дорохов на Настю. — Это ты во всем виновата.

— Ну так и расскажи нам, в чем она виновата! — Арнаутский остановился напротив Дорохова. — А мы послушаем.