Найди меня Шерхан

Эпилог

— Как я выгляжу? — Арсен нервно ослабил узел галстука и повернулся к Демидову-старшему.

— Ну, — протянул Макар, сидевший напротив в кресле, — можно было бы, конечно, и помоложе…

Ямпольский нетерпеливо дернул плечом. Вот уж чье мнение его интересовало в последнюю очередь!

— Макар! — одернул его отец. — У Арсена сегодня такой день! Ну что ты человеку настроение портишь? А ты не психуй, — он поправил Ямпольскому галстук и пригладил воротник пиджака, — нормально выглядишь. Красавец. Хоть сейчас под венец.

— А он куда собирается? — ухмыльнулся Макар и поднялся с кресла. — Ладно, папа, не сцы, ты у нас и правда красавчик. Надо Лехе охрану усилить, а то еще украдут.

Он снисходительно похлопал Арсена по плечу и прошел к кулеру с водой. Зять до сих пор отходил после позавчерашнего мальчишника, где они с Алексеем зажгли так, что непонятно было, у кого свадьба, у Арсена или у Алексея. С Макаром.

— Будешь? — повернулся к Алексею, тот отлип от стенки и кивнул.

Макар набрал воды, передал безопаснику, салютнул стаканом и залпом выпил.

— Пойду посмотрю, чего так долго водители возятся.

Ямпольский снова повернулся к зеркалу. Кто думал, что он будет так нервничать в день своего бракосочетания?

Арсен сделал предложение по всем правилам, с полной спальней цветов и в костюме, когда их сыну исполнился месяц. Обручальные кольца Агата захотела сделать сама, и это должен был быть сюрприз, так что Арсен понятия не имел, как выглядят их кольца.

Он и церемонию не стал бы устраивать, но девочкам нужны свадьбы. Эва с Вероникой возмутились и в один голос затребовали свадебное платье, цветочную арку и фотосессию.

— Мы уложимся в самый краткий срок, папочка! — заверила Эва. — Как раз подходит ваша очередь.

— Очередь? — не понял Ямпольский. — Какая очередь?

— Мы заранее оставили заявку в свадебном салоне, там предоставляется весь спектр услуг, — невинно захлопала ресницами Вероника.

— Каком еще салоне? А вы Агату спросили?

— «Три-Д», он сейчас самый модный в городе, — Эва примирительно взяла отца под локоть, и ему сразу перехотелось возмущаться. — Зачем Агатку отвлекать? А там за полгода запись, но нам повезло, мы всего четыре месяца ждем.

— Так вы заранее сговорились? — Ямпольский пристально посмотрел на дочь.

— Как Агатка за шестой месяц перевалила, так и записались, — с готовностью подтвердила Вероника. — Решили, что лучше не затягивать.

— Что за странное название, — буркнул Арсен, внутренне поражаясь коварству женской половины своей семьи.

— Я знакома с владелицей, она так называет своих детей, — сказала Эва, — их трое. Данил, Давид и Дианка. Три «Д».

— Арсен совсем маленький, — сделал последнюю попытку достучаться до вредных девчонок Ямпольский, но те были неумолимы.

— На подготовку месяц-два уйдет, Арсюшка подрастет. Как раз можно будет уже всем с ним нянчиться. А пропустим очередь, будешь еще полгода бобылем ходить, — безапелляционно заявила Вероника, и Арсен молча сглотнул.

Разве их переговоришь? Тарахтелки…

Агата сразу сказала, что как Арсен хочет, пускай так и делает. Но когда он увидел, как загорелись ее глаза при виде свадебных каталогов, которые притащили с собой девушки, спросил лишь, насколько увеличить карточный лимит.

Подготовка шла полным ходом, на помощь из Парижа прилетела Кристинка, и Арсен чуть не сел от удивления, когда Алексей попросил разрешения ее встретить. Никакого инструктажа на этот счет от своих женщин Ямпольский не получал, поэтому на свой страх и риск своему главному безопаснику отказал.

— Правильно сделал, мон Шерр, — поцеловала его Агата, когда Арсен осторожно спросил, не протупил ли он и не сорвал ли какой-то очередной захватнический план. — Пускай помучается.

Она уложила ему на грудь маленького Арсена, сама устроилась на плече и рассказала, что Леша теперь лайкает фотки Криськи в инстаграме, для чего завел собственный аккаунт. Помогла ему в этом Машка, потому что Алексей и инстаграм — понятия взаимоисключающие.

Агата тут же продемонстрировала ему профиль Алексея, и Арсен пытался смеяться так, чтобы не разбудить спящего на груди малыша. В качестве аватарки Машка выставила отъевшуюся морду этого рыжего бездельника Шерика.

Говорила Агата медленно, растягивая слова, но уже не по слогам, как вначале. Она занималась с логопедом, и ее речь с каждым днем становилась все более связной и беглой.

Арсену безумно нравился ее голос — нежный, мелодичный. Сексуальный. Он слушал Агату, смотрел на крошечного мальчика на своей груди — у него таких трое в ряд спокойно могли поместиться — и думал, за какие заслуги их ему послали небеса.

Вспоминал, как ворвался в палату роддома и увидел усталое, измученное лицо своей девочки. Как впервые услышал ее голос, ее признание в любви, а потом впервые взял на руки сына. В мире теперь есть два Арсена Ямпольских, и за это Арсен, как и обещал, не уставал ее благодарить.

И Тагира. Потому что будь он хоть сто раз негодяй и мерзавец, но не приди ему в голову эта бредовая идея — обменять сына Ямпольского на наследство Маркелова, у Арсена не было бы ни жены, ни сына.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Алексей вычислил роддом, где рожала Агата. Ямпольский говорил с профессором Деревянко, который принимал роды, и знал, что отслойка плаценты началась от того, что Агата ударилась животом.

Тагир успел доставить ее в клинику вовремя. Поэтому Арсен не стал вмешиваться, когда покровители Мансурова попытались достать его из саудовской тюрьмы, где он сидит уже второй месяц.

Камень признали поддельным, хоть все эксперты в один голос заявили о высочайшем уровне выполненной работы. А сами саудиты зашли в тупик: или Тагир подменил бриллиант, или оказался жертвой обмана.

Покровителям Мансурова нужны активы Рината, саудитам нужны бриллиант и оружие, Тагиру нужны деньги и свобода. Вот пускай как хотят, так и договариваются. Другое дело Ирма.

Она умоляла Арсена о встрече, но он уже давал ей шанс. Поэтому больше никаких встреч не было, вместо него Алексей объяснил, что не стоило поднимать руку на жену и сына Ямпольского. Пятнадцать лет строгого режима, Арсен даже не стал вникать, по какой статье.

Подготовка к свадьбе у девчонок заняла два месяца. Арсен мысленно просил прощения у Леры с Пашкой за то, что снова дал себе шанс и позволил быть счастливым.

«Вы всегда останетесь в моем сердце, но я не думал, что смогу еще так полюбить».

Его сердце оказалось способно делиться на части. Все его дети носят метку Шерхана, но маленький Арсен с родимым пятном над лопаткой — там, где у Агаты татуировка — занимает в отцовском сердце чуть больше места.

Когда Агата кладет мальчика ему на грудь, Арсен старается медленнее дышать, чтобы не мешать засыпать своему сыну. И когда следом его Шерханка мостится под боком, мир смыкается вокруг гармоничным коконом. Но девочки любят свадьбы, поэтому сегодня будет свадьба.

— Тыква… ой, простите, карета подана, — заглянул Макар. Арсен в последний раз посмотрел в зеркало. Макар старческим голосом проскрипел: — Только помни, Золушка, ровно в двенадцать ночи твоя одежда превратится в лохмотья!

— Да, Арсен Павлович, идемте, пора, — позвал Алексей, стараясь не делать резких движений.

Ладно Макар, а этот чего набрался на мальчишнике? Чуть трезвее зятя был, тот все порывался «нашим девочкам» устроить стриптиз по телефону, а Леха его отговаривал. Наржались они с Борисом и Ромой на месяц вперед.

— Лишь бы ты до двенадцати ночи в дрова не превратился, — благожелательно ответил зятю Ямпольский.

Макар с момента, как Тагир увез Агату, предоставил себя в полное распоряжение Арсена, страховал на переговорах с Мансуровым, и как только Алексей вычислил город и роддом, вылетел туда вместе с ними. На обратном пути у него получилось рассмешить Агату, потребовав себе право первым сменить памперс Арсену Ямпольскому. Так что теперь Макару можно все. Главное, не озвучивать это вслух.

— Я в завязке, сегодня только сок, буду тебя на брачное ложе сопровождать.

— Как он тебя терпит? — укоризненно покачал головой Роман, с недовольством глядя на сына.

— У него нет выхода, — с видом глубокого удовлетворения сказал Макар, — у него от меня слишком много внуков.

У Арсена в груди заворочалось нехорошее предчувствие.

— Два? — резко повернулся он, вопросительно глядя на Макара.

Тот загадочно улыбнулся, поднят вверх три пальца и направился к двери. Прихватил по дороге Алексея и увлек за собой, напевая под нос, но так, чтобы Арсену было слышно:

— Нас не догонят, нас не догонят*…

— Ну? — сердито глянул на Романа Ямпольский, когда молодежь скрылась на лестнице. — Я тебе что говорил?

— Мда… — почесал тот затылок, — так это, дело молодое…

— Вот же засранец! — Арсен стукнул кулаком по косяку.

— Все, все, не психуй… Что ж, им к тебе за разрешением бегать? Арсен, — он с надеждой посмотрел на Ямпольского, — а ты помнишь, про завод говорил? Если второй мальчик будет…

— Завод? Какой? — рассеянно глянул Арсен на Демидова, а потом спохватился. — Ах, завод!.. Да уймись ты уже, будет тебе завод. Если это пацан, — и вздохнул. — Девочке зачем завод, мы ей тогда чего-нибудь другое подыщем. Все, поехали, Рома, пора.

И подтолкнул к двери повеселевшего родственника.

***

— А правда, что... что... — мнется Машка, — это правда?..

Наклоняюсь к девочке осторожно, чтобы не измять платье.

— Правда, что ты теперь моя бабушка? — шепчет она доверительно на ухо, но при с таким страдальческим личиком, что мне ее становится безумно жаль.

— Это кто тебе сказал, Машенька?

— Папа...

Вероника выдает беззвучное ругательство, Эва прячет смешок — несмотря на наши перешептывания, все нас слышат.

Беспомощно смотрю на девчонок в ожидании поддержки и сразу же ее получаю. Вероника подходит и присаживается возле девочки.

— Машунь, я тебе кто? Бабушка? — успокаивающе гладит она ее по руке. Машка мотает головой, отчего светлые локоны смешно разлетаются по сторонам. — А кто?

— Жена дедушки! — с готовностью отвечает девочка.

— Вот! — подбадривает Вероника. — Значит Агата тебе кто?

— Жена Арсена? — вопросительно смотрит она на Веронику.

Мы все радостно киваем, и довольная Машка отправляется к люльке с маленьким Арсенчиком.

Девочка в полном восторге от своего нового родственника, особенно, когда узнала, что это её дядя. Дядя Арсен.

Мы с Арсеном-старшим не видимся с четверга, как и положено жениху и невесте. У мужчин был мальчишник, у нас девичник.

Прилетела из Парижа Кристинка, и мы провели замечательный вечер с Эвой, Вероникой и детьми. Онлайн нас развлекали Макар и Алексей, которые с каждым звонком выглядели все хмельнее и загадочнее.

— Леха, давай станцуем девочкам стриптиз! — стягивал футболку Макар.

— Мак, у нас мальчишник, это нам должны танцевать, — пытался образумить его Алексей, натягивая ему футболку обратно.

Макар каждый раз искренне удивлялся, сбрасывал звонок, а потом все начиналось по новой.

Мы уложили детей спать, сами собрались в холле второго этажа выпить чаю перед сном, как тут Эве позвонил Арсен.

— Эвочка, они к вам поехали. Ты этого стриптизера закрой в спальне, пускай тебе станцует. Только чтобы никто из персонала не видел, нам с Агатой еще там жить.

Но усмирять никого не пришлось. Алексей втащил спящего Макара в их с Эвой комнату, сгрузил на кровать и ушел в свой коттедж, если можно так назвать это зигзагообразное пересечение по местности. Мы с Кристинкой следили за ним из окна, причем она с чувством глубокого раскаяния.

Алексей так набрался с горя. Он уже давно тайно следит за профилем Кристины в инстаграм и лайкает все ее фотки. Когда она вернулась, порывался ее возить и везде сопровождать. Но Кристина все время отказывалась, не забывая, впрочем, соблазнительно улыбаться и краснеть. Вот его и прорвало.

Я забрала в нашу с Арсеном спальню Машку. У нее особое поручение — заменять Арсена-старшего при кормлении Арсена-младшего. Так получилось, что малыш спокойно ест только если держится за большой палец отца.

Когда Арсен привез нас домой, сын спал плохо, сам себя будил, и когда я его кормила, тоже все время взмахивал ручками. Арсен не мог на это спокойно смотреть, сел рядом и взял малыша за ладошку. Тот вцепился ему в палец, и с тех пор так повелось, что только я собираюсь покормить ребенка, Арсен садится у меня за спиной, обнимает нас и протягивает сыну палец.

Если его нет дома, кормление превращается в настоящий квест, мы оба устаем, и с некоторых пор Арсен старается подстроить свой график под график кормления нашего малыша. Когда я попыталась возразить, он лишь ответил невозмутимо:

— Я помогаю своему сыну. Если ему так спокойнее, я буду рядом.

— Но у тебя важные дела, мон Шерр, и мы…

— Дела никуда не денутся, Агатка, — перебил муж, — а Арсену через год уже мой палец не понадобится.

Мон Шерр прав, я пробовала подсовывать свой палец — ноль эффекта, сын отталкивает мою ладонь и возмущенно пыхтит. И я готовилась к долгой и изматывающей борьбе, когда подошла Маша и на ушко рассказала мне секрет.

Арсен попросил ее уговорить маленького Арсенчика не баловаться и не капризничать. Девочка взяла малыша за ручку, он ухватился за ее пальчик, и я спокойно его покормила.

А сегодня я невеста, меня наряжают, делают прическу и макияж. И не только мне, и девчонкам тоже. Нас с мужем ждут два обручальных кольца, которые я сделала сама. Два ободка из белого золота с каймой из бриллиантов голубого оттенка.

Скоро приедет Арсен, и я уже почти готова. Мне красиво уложили волосы, заколов их шпильками, и оставили несколько локонов спускаться по шее. Платье умопомрачительное, макияж идеальный, остался последний штрих.

Зову Эву и завожу ее в мастерскую. Достаю из сейфа два одинаковых футляра. На девичнике Эва рассказала нам свою главную новость, и теперь я хочу ее поздравить.

— Ты сказала Арсену? — я уже довольно сносно соединяю слова в предложения.

— Нет, что ты! — пугается Эва. — Он же его убьет!

«Его» — это Макара. Узнаю типичного папочку, который по-прежнему во всем винит зятя, а не собственную дочь.

— Макар сам обещал рассказать.

— Правильно, пускай расскажет. А я хочу подарить тебе подарок, — протягиваю ей футляр.

Она отнекивается, но я прошу ее открыть, и она замолкает, потрясенная. На атласной подкладке лежит гарнитур — серьги и подвеска. Открываю свой — там такой же. Подвески крупные, серьги помельче — в ушах не должно быть массивных камней. Это неудобно и слишком пафосно.

Конечно, основы изделий я заказала у знакомых мастеров, сама только гранила и вставляла камни. Части, на которые был раздроблен голубой бриллиант саудовских принцев в пятьдесят карат.

Эва молча разглядывает подарок, а потом решительно поднимает голову:

— Я не могу принять такой роскошный подарок, Агата! — но, увидев в моих руках такой же гарнитур, захлопывает рот.

— Пускай это будет визитной карточкой девочек Ямпольских. Для Маши я тоже сделала серьги. Давай я помогу тебе застегнуть подвеску.

Помогаю Эве, потом она помогает мне, подходим к зеркалу и несколько минут молча любуемся, как искрятся и переливаются камни на подвесках. Этот блеск больше не кажется мне зловещим. Ни один камень не сможет победить девочек Ямпольских. Ни больших, ни маленьких.

Я сделала все, как ты хотел, папа…

Нас зовут — приехал Арсен, — и мы бежим в холл. Он входит, ищет меня глазами, у меня сердце подпрыгивает под потолок, а потом падает вниз, тая, как снег под весенним солнцем. Он волнуется, клянусь, он волнуется, я хорошо знаю это выражение лица. Суровое и в то же время немного растерянное.

Бегу навстречу и бросаюсь ему на шею. Он отбрасывает в сторону огромный букет и ловит меня, поднимает на руки и прижимает к сердцу. Все вокруг почему-то плачут, мама с Янушем тоже. И глаза Арсена подозрительно блестят.

— Перестаньте, — говорю, поворачиваясь к ним, — не надо плакать, у нас все хорошо!

— Ну да, — подвывает Криська, — вот потому и ревем. От радости!

Арсен целует меня в лоб и несет к машине. Мы едем в ресторан, где торжественная часть переходит в празднование.

Выхожу на балкон отдышаться, и за мной следом тут же выходит Макар.

— Мак! — оборачиваюсь. — Ну что ты! Меня никто не украдет! Иди потанцуй с Эвой.

— Мы сегодня по очереди, — улыбается он мне и кивает на Алексея, который танцует с Кристиной.

Вообще-то Леша на работе, но Криське захотелось танцевать именно сейчас. Ничего страшного в этом нет, ресторан охраняется тремя отрядами спецназа включая защиту с воздуха. Но Мак предпочитает проследить лично.

— Мне так спокойнее. Я тогда чуть не поседел, — на миг сбрасывает он маску шутника и болтуна. — Представляешь, что с ним было бы, если б он ещё одну семью потерял?

На балконе появляется Арсен, подходит ко мне, осторожно целует в волосы, чтобы не растрепать прическу, но она уже и так довольно растрепана. Прижимаюсь лбом к небритому подбородку. Я так его люблю, что мне иногда страшно, что я проснусь, и все окажется сном.

— Ты чего трезвый? — спрашивает теперь уже мой официальный муж у Макара. — Иди, выпей за мою прекрасную жену.

— Как можно! — делано пугается Макар. — А брачная ночь? Я должен проследить, чтобы у вас все было как у людей.

— У нас каждая ночь — брачная, — Арсен целует меня в шею, и Мак, подмигнув мне, уходит.

— Я проведал Арсена, — мурлычет муж на ухо, — он спит. Наши дети в соседнем зале, который отделен от основного стеклянной перегородкой. — Пойдем потанцуем, Агатка?

Мы медленно движемся по танцполу. Когда рядом оказывается пара Леша-Криська, до меня доносится его умоляющее:

— Крис, а давай сегодня у меня тот фильм посмотрим, помнишь, который я тогда не досмотрел?

Что ответила Кристинка, я не слышу, но судя по счастливой физиономии нашего безопасника, у него сегодня есть все шансы досмотреть «кино про мафию». А если не будет дураком, то и попробовать воплотить самые горячие сцены, не отходя от дивана.

Лешка не дурак, поэтому уверена, что у них все получится. А когда праздник подходит к концу, мы с Арсеном, наконец-то, остаемся вдвоем. Спальня заставлена цветами и напоминает оранжерею, наш маленький сын спит в своей колыбельке.

Не верится, что теперь я официально Агата Ямпольская. Прижимаюсь к Арсену и шепчу ему на ухо:

— У тебя на одну Ямпольскую стало больше.

Он обнимает меня крепче и говорит:

— Да, Ямпольских у меня теперь много. А вот Шерханка одна.

И целует меня одним из своих поцелуев, от которых мурашки бегут не только по коже, а и внутри. Мой муж сказал правду. Мне повезло, с этим мужчиной у нас каждая ночь — брачная.

Я остаюсь в одной подвеске, Арсен одним рывком усаживает меня на себя. Упираюсь в твердый пресс, наклоняюсь и целую глаза, виски, губы любимого мужчины.

— У тебя глаза сияют как этот бриллиант, Агатка, — шепчет он. — Эвочка хвасталась мне твоим подарком, прекрасная работа, как всегда. Где ты взяла такой камень, признавайся?

Он смотрит на свое обручальное кольцо, а я снова его целую. Конечно, я ему не скажу. Как и то, что спрятала несколько оставшихся осколков. И что, если у нас через несколько лет вдруг на одну девочку Ямпольскую станет больше, она не останется без семейных сережек.

— Я так счастлив, что вы у меня есть, Агата, — шепчет муж и целует уже по-другому.

Страстно. Сильно. Напористо.

Я тоже счастлива с тобой, мой любимый.

Mon Cher.

Мой Арсен.

Мой Шерхан.

*«Нас не догонят» (Е.Кипер, С.Галоян, В.Полиенко), — альбом «200 по встречной», группа «Тату», 2001 год

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​