Не бывшие

Глава 38

Денис

— Я не хочу, чтобы ты общалась с Ритой.

— Это ещё почему?! — ошарашенно спрашивает Юлька, пристёгивая ремень безопасности.

— Неприятная девица. Во всех смыслах.

— Знаешь, это так себе аргумент, Багров. Не убедил.

Юля редко называет меня по фамилии — только когда сильно злится. И сейчас именно такой момент. Она отворачивается к окну, обиженно сопит. На тонкой шее появляется пульсирующая венка.

— Она пыталась подложить тебя под толстого, лысого и потного мужика. Чем не аргумент?

— Ничего себе, сколько неприятных эпитетов ты подобрал в адрес Сени!

— Ты его защищать решила?

— Думаешь, у меня своих мозгов нет?! — возмущается Юля. — Я бы ни за что под него не легла!

— Он мог не спрашивать, — отвечаю спокойно. — Бухой неадекватный мужик, физически сильнее. Потащил бы тебя к себе домой и выебал без спросу. А подружка Рита подсобила бы. Не замечала, как она заливала в тебя алкоголь?

— Да что ты со мной как с маленькой? Я не пьяна! И вполне отвечаю за свои действия.

Хмыкнув, вспоминаю, как поднимал Юлю с дивана в клубе. Она пыталась казаться самостоятельной, но движения были рассеянными и нечёткими. В конце концов, сдалась. Пошатываясь, вцепилась в мою руку и не отпускала до самой парковки.

— Знаешь, мне плевать, что ты хочешь, Денис. Я буду и дальше общаться и встречаться с Ритой. Если бы не она, я, возможно, до сих пор жила бы в неведении.

— Каком ещё, на хрен, неведении?

Устало потираю пальцами переносицу, остановившись на светофоре. Прямиком из аэропорта я поехал к Юле. Соскучился, трахаться захотелось? Не знаю, но меня к ней будто магнитом тянуло.

— Это Рита отправила фото в тот день, когда я от тебя ушла.

Охренеть. Жаль, я не знал этого раньше. Был бы менее любезен с ней.

— Меня будто кипятком облили, Денис. Вспоминать гадко.

— Ещё гаже то, что твоя подруга Рита вешалась мне на шею в тот же вечер.

— Врёшь… — бросает на меня растерянный взгляд Юля. — Этого не может быть. Она не такая.

Может. Ещё как может. Почему-то именно тот день я прекрасно запомнил.

Мы по-быстрому организовали встречу с осетинскими парнями, чтобы заручиться необходимой поддержкой. Взамен обещали неплохой процент от прибыли, но переговоры шли хреново. Николаев нажрался, не хотел идти навстречу. Он до последнего надеялся выйти сухим из воды, не потратив при этом ни копейки.

Я отлучился позвонить, вышел на улицу, встретил Риту. Девка стояла в окружении подружек и, пока я разговаривал, строила мне глазки. Чуть позже осмелела и подошла в открытую, предлагая провести ночь вместе, хотя прекрасно знала, что мы с Юлей женаты. Я недолго с ней церемонился: послал на хер и вернулся к своим. Рита, оказывается, совсем недалёкая — в отместку отправила моей жене фото, где мы сидели в окружении шлюх.

— Ладно, поверю, что вешалась тебе на шею, — смиряется Юля. — Но то фото сильно ранило меня.

— Мне жаль. Правда.

Опустив ладонь ей на ногу, нежно поглаживаю, пытаясь расслабить. Мои доводы она сотню раз слышала. Не имеет смысла повторять их снова.

Юля немного сопротивляется, но потом, тяжело вздохнув, откидывается на спинку сиденья, позволяя моим пальцам блуждать везде, где только хочется. Отзывчивая и возбуждённая. Под натиском разводит ноги шире, позволяя гладить себя сквозь бельё.

— Я, конечно же, обо всём знала, но увидеть вживую было слишком неприятно и больно. Просто скажи, чего тебе не хватало в нашем браке, Денис?

— Мне всегда всего хватало, — отвечаю честно. — Это было частью работы, Юль. Декоративные шлюхи, которые снижали градус разговора. Веришь или нет, но это часто помогало.

Юлька напряжённо дышит и по-прежнему смотрит в окно. Не верит.

— Я к ним не прикасался. Ты знаешь об этом.

— Не знаю.

— Если хочешь, я скажу тебе об этом ещё раз.

Она опускает ладонь на мою руку, слегка сжимает. Я прекращаю её гладить, заглушив двигатель во дворе дома.

— В таком случае почему ты не брал меня с собой?

— Чтобы ты развлекала толпу голодных мужиков?! Для этого есть специально обученные девки.

— Ты никогда меня не понимал! — Юля разворачивается в мою сторону и от обиды кривит губы.

Кажется, сейчас расплачется, а мне этого не хочется. Я много раз видел её слёзы. Очень и очень много. И хуже всего было то, что я всегда был к ним причастен.

Склонившись над её лицом, впиваюсь в пухлые приоткрытые губы. Юля вздрагивает, обнимает меня за шею и прижимается грудью.

— Ненавижу тебя… — шепчет, на секунду отстранившись.

— Покажешь, как сильно?

Приняв душ, обматываю бёдра полотенцем. В ванной тесно и неудобно, буквально негде развернуться.

Мы встречаемся исключительно в квартире Юли, и меня это, откровенно говоря, раздражает.

Выйдя в коридор, боюсь, как бы она не уснула, не дожавшись меня. Я не для этого пролетел почти четыре тысячи километров. Отменил последние встречи, скинул обязанности на главного инженера. Не припомню, когда в последний раз делал что-то более необдуманное и сумасшедшее. Я ведь далеко не романтик и никогда им не был.

Бывшая жена сидит на диване в пушистом махровом халате. Увидев меня, встаёт, откидывает волосы назад и развязывает пояс. Игриво, медленно, будто нарочно дразня. Умница, даже просить не нужно. Халат падает ей под ноги, обнажая идеальную пропорциональную фигуру: небольшую упругую грудь с маленькими сосками, плоский впалый живот и узкую талию.

Я сажусь в кресло, и Юля тут же забирается сверху. Кладёт руки мне на плечи, трётся об эрегированный член промежностью, нетерпеливо ёрзает. Полностью обнажённая, пахнущая ванильным шампунем. Сладкая, охуенная. С пол-оборота меня заводит.

Капли воды стекают по её плечам, груди и опускаются на живот. Сжав ладонями сочную задницу, вдавливаю в себя и толкаюсь во влажный рот языком. Юля крепко меня обнимает и отвечает на поцелуй. Не могу не заметить, что сегодня она смелее, чем обычно. Раскованная, свободная. Позволяет всё. Интересно, это алкоголь, часть договора или она всё же соскучилась?

— Пососёшь, Юль?

Можно было не задавать вопрос. Я хочу, чтобы пососала. И она это понимает.

Юлька на мгновение замирает, учащённо дышит, а затем, кивнув, слезает с меня. Опустившись на пол, встаёт на колени. Развязывает полотенце, заворожённо смотрит, облизывается. Кладёт ладонь на член и осторожно проводит вверх и вниз. Красивая, очень. Особенно когда подаётся вперёд, приоткрывает рот и кончиком языка ведёт по всей длине. В паху тяжелеет, она ласкает каждую вену. Кончил бы только от этого жеста. Вцепившись рукам в подлокотники, я закрываю глаза от удовольствия.

Юля помнит всё до деталей. Всё, что мне раньше нравилось. Всё, чему я учил её. Вкусы с тех пор совершенно не изменились, поэтому я действительно кайфую, когда ощущаю, как тёплые губы смыкаются на головке и опускаются ниже. Глубже. Ещё. И ещё.

Блядь.

Да, вот так безупречно.

Открыв глаза, наблюдаю за её стараниями. Юля сосёт усердно и с особым желанием. Это видно. Она буквально дрожит, когда делает передышку. Пока растирает слюну руками, гладит мошонку пальцами, а затем берёт в рот снова и снова.

Отстранившись, натыкается на мой взгляд. Её голубые глаза лихорадочно блестят, на щеках алеет заметный румянец.

— Так? — спрашивает смущённо.

Касается губами головки, нежно ласкает языком уздечку. Смотрит на меня с фирменным лисьим прищуром.

— Тебе всё ещё нравится, когда я делаю так?

— Мне нравится, — собственный голос звучит сдавленно и хрипло. — Ты всё делаешь идеально.

Чёртова искусительница.

— Правда? Неужели за три года никто не делал идеальнее?

В пьяненьких глазах вспыхивает огонёк ревности. Мне не нужно, чтобы Юлька откусила член во время минета. Она может. Особенно когда сильно разозлится.

— Меньше разговоров. Продолжай.

Не сводя с меня взгляда, Юля раскрывает пухлые губы и вновь погружает член в свой тёплый рот. Делает это особенно соблазнительно — словно в самом лучшем порно.

Мы не прерываем зрительный контакт ни на секунду. Смотрим друг на друга, пожирая глазами. Я представляю, в каких позах буду трахать бывшую жену сегодня, завтра и в ближайший месяц. И потом тоже буду. Никому не отдам её больше.

Юлька вновь лижет, старается и протяжно стонет, сводя меня с ума. Опустив ладонь на её затылок, несдержанно толкаюсь, чтобы взяла поглубже. В полную длину. Закашлявшись, она тут же справляется, расслабляет горло и позволяет трахать себя в рот быстро и резко.

— Хватит, малыш.

Я поднимаюсь с кресла, беру её за локоть. Юля, пошатываясь, послушно идёт к дивану. Опустившись на четвереньки, прогибается в пояснице, призывно покачивается бёдрами, чтобы скорее вошёл в неё. Вид, что мне открывается, просто великолепный: светлая молочная кожа, округлые бёдра и розовые складки, поблёскивающие от возбуждения.

Надавив на клитор, толкаюсь в неё членом. Сегодня без презерватива, потому что мне так хочется. Юля не спорит. Она сегодня вообще ни с чем не спорит. Голову дурманит тот факт, что всё это мне можно. Сверху, снизу, на четвереньках, орально… Бывшая жена сама позволила, когда пришла и попросила о помощи. И эта вседозволенность не даёт покоя, особенно сейчас, когда ко всему прочему она прилично выпила.

— Ах…

Юля цепляется за простыни, опускается на локти. По большей степени её держу я. Крепко так, сдавив бёдра. На нежной коже остаются красные следы и мелкие синяки. Совестно, но контролировать себя сложно.

Я ускоряюсь, затем, наоборот, сбавляю темп. Цежу воздух сквозь зубы, наслаждаюсь, кайфую. Медленно выхожу из неё, провожу членом вверх и вниз, растирая липкую обильную влагу между складок и вокруг клитора. Юля громко стонет, совершая встречные движения. Направив головку к промежности, резко вхожу в неё и ощущаю, как она сжимает член стенками влагалища. Мелко дрожит, выкрикивает моё имя. Я остро реагирую на этот призыв. Двигаюсь быстрее, жёстче, до упора. До тех пор, пока стоны не утихают.

— Что ты делаешь, Денис? — Юлька не успевает остыть.

Дёргается и напрягается всем телом, когда я упираюсь головкой в анус. Естественной смазки так много, что можно не пользоваться лубрикантом.

— Ш-ш, я не сделаю тебе больно.

— Ты бессовестно пользуешься тем, что я пьяна.

— Да, именно так. Надо было не впускать меня домой.

С трудом проталкиваюсь глубже, буквально на сантиметр.

— Расслабься, Юль.

Она вздыхает, разрешает коснуться клитора. Это помогает. Узко, тесно, но я вхожу глубже. Ещё и ещё. Ощущения запредельные, новые. С Юлей вообще через три года всё воспринимается как в первый раз.

Сделав несколько хаотичных толчков, изливаюсь прямо в неё. Перед глазами сверкают искры, а внутренности словно переворачиваются вверх дном. Дыхание сбитое, пульс частит. После недельной выдержки я бонусом получил пакет «всё включено». И от этого факта нехило штормит и плющит.

Юля обмякает, падает на постель, прячет лицо в подушке. Обнимаю её со спины, глажу по волосам. В сравнении со мной она такая маленькая, беззащитная и хрупкая. Хочется оберегать. И от самого себя порой тоже.

— Всё нормально? Не болит?

— Нет, — мотает головой. — Странные ощущения. Мне скорее стыдно.

— Блд, это ещё что за словечки, Юль? Тебе нечего стыдиться со мной.

Она тихонько смеётся, наконец отрывает голову от подушки и долго всматривается в моё лицо. Не могу сдержаться, чтобы не поцеловать её. Коротко и нежно. Так, как она того заслуживает.

— Ты не голоден, Денис? — шепчет Юлька мне в губы.

— Очень голоден. Есть что-то из еды?

— Есть. Рагу будешь?

— Буду. Всё буду, что предложишь.

В начале первого ночи мы идём на кухню, суетимся, накладываем еду. А затем разговариваем, подшучиваем друг над другом и смеёмся с набитыми ртами. Мне нравится эта непринуждённая обстановка, Юлькина еда, её улыбка и тихий заразительный смех. В глубине души что-то настойчиво ноет и скребёт. Сожаление? Горечь, что так вышло? Хрен знает, я не копаюсь в себе, но в этот самый момент как-то чётко осознаю, что чувствую себя абсолютно счастливым. Здесь и сейчас. Именно с этой женщиной. С ней одной.

Перекусив, Юля меня не прогоняет, а я думаю о том, что всё равно никуда бы не уехал на ночь глядя. Спать хочется адски. Довольный и сытый во всех смыслах, прижимаю бывшую жену к себе. Её сердце часто и пугливо бьётся при этом.

— Юль…

— М-м?

— А давай поженимся?

Раздаётся ленивый смешок.

— Ни за что, — сонно бормочет.

Я не настаиваю, только улыбаюсь. Время-то у нас ещё есть. Спустя несколько секунд слышится тихое размеренное сопение. Юля уже крепко спит.